𝘚𝘢𝘷𝘪𝘯𝘨 𝘚𝘦𝘷𝘦𝘳𝘶𝘴 𝘚𝘯𝘢𝘱𝘦

      2 сентября 1976 года — часть вторая.              Обдуваемая прохладным ветерком, Гермиона устроилась под своим любимым деревом у Чёрного озера. Наблюдая, как солнечный свет искрится в воде миллионами бриллиантов, она пыталась осмыслить всё произошедшее за сегодня. Первый учебный день выдался довольно насыщенным. Срываться на Сириуса определённо не стоило, ведь они вполне неплохо поладят в будущем. К слову о будущем, Гермиона вдруг осознала, что даже у взрослого Блэка останутся некоторые черты незрелого придурка. Казалось бы, двенадцать лет в сырой, тёмной камере, да еще и в окружении дементоров способны превратить любого волшебника в безвольное, сломленное существо. Но в этом случае помогла удивительная сила духа.       Было не по себе не только от размолвки с Сириусом, но и от встречи с Джеймсом и Лили, а прежде всего — из-за инцидента со Снейпом.       Как, Великий Мерлин, я смогу завоевать доверие, если даже находиться рядом он теперь не хочет? Уже дважды просил оставить его в покое.       Гермиона обхватила руками колени и глубоко вздохнула. Она чувствовала себя до крайности обескураженной и уже начинала сомневаться в бездумном решении использовать Маховик.       Чего ради я вообще это сделала? Каких результатов надеялась достичь? Что ж. Дам ему неделю. Если не оттает хотя бы немного, не ослабит бдительность за эти семь дней, пойду к Дамблдору и скажу, что хочу вернуться.       — Черт! — воскликнула волшебница, когда взглянула на часы и осознала, что до конца перерыва осталось ровно пятнадцать минут. Нужно было скорее возвращаться в замок, чтобы успеть на зельеварение.       Она бежала изо всех сил, и, запыхавшаяся, оказалась в классе ровно за несколько секунд до начала занятий. Профессор Слизнорт, такой же полноватый, но еще чуть менее морщинистый, был уже на месте и приветливо улыбался.       — Прошу прощения, сэр, я немного... заблудилась. — выдохнула Гермиона.       Оглядев аудиторию, она увидела, что почти все ученики уже собрались в группки по три человека. Амелия, которая обернулась, одними губами прошептав «извини», сидела с Алисой и Эдгаром. Лили и Ремус — вместе с брюнеткой в гриффиндорской мантии. Отто, Доркас и Стерджис — позади них. Стол слева занимали трое пуффендуйцев, а стол справа — трое слизеринцев. Лишь один студент, разложив перед собой вещи, сидел в полном одиночестве. Можно было догадаться, что именно этим и закончится её опоздание.       — Не волнуйтесь, мисс Деверо, не волнуйтесь! — принялся успокаивать её Слизнорт, указывая на свободное место рядом с мальчишкой, который, казалось, совершенно не жаждал чьей-либо компании, — Проходи и присаживайся рядом с мистером Снейпом. Занятие только начинается, моя дорогая.       Когда Гермиона медленно подошла к столу, сердце пропустило несколько громких ударов. Слизеринец подвинул книги к себе с такой силой, что сразу стало понятно: ей здесь не рады.       Тихонько присаживаясь рядом, волшебница не была уверена, что именно лучше сказать: «привет» или «прости». Она неуверенно улыбнулась. Бросив на Гермиону неприязненный взгляд, юноша сразу же отвернулся.       Да, он, мягко сказать, не в восторге от нашего соседства. — рассудив, что лучше вообще ничего не говорить, она тоже отвела взгляд и начала поспешно доставать свои вещи. Учебник зельеварения, по отвратительному стечению обстоятельств, гулко плюхнулся на пол, после чего угрюмый мальчишка раздраженно проворчал:       — Потрясающе.       Гермиона напряглась. Она всего навсего уронила книгу. Так почему это повлекло за собой столь язвительный комментарий? Очередной повод обидеться?       С меня довольно. За сегодняшний день и так слишком много всего произошло, чтобы позволять ему и дальше кошмарить меня. — подумала волшебница и повернулась к Снейпу, одарив ледяным прищуром. Сначала он выглядел слегка удивлённым, но вскоре закатил глаза и красноречиво перевёл взгляд на преподавателя. Гермиона, издав недовольное: «кхм», посмотрела на Амелию. Однокурсница лишь виновато отвернулась.       Слизнорт начал урок с информации о сдаче ЖАБА, а после дал задание — приготовить Напиток живой смерти. Прямо как на её шестом курсе, разве что не предложил Феликс Фелицис в качестве приза. Очень жаль, — подумала Гермиона, — оно очень даже пригодилось бы сейчас.       Получив разрешение начинать, все студенты пошли в дальний конец класса, чтобы взять необходимые ингредиенты.       — Слушай, мне правда жаль, — прошептала Амелия, пока они вместе рылись в шкафу, — Я собиралась занять тебе место, но ребята пришли вдвоем и уже не получилось бы их прогнать. — выпалила она в спешке, в глазах сверкало искреннее раскаяние.       — Всё в порядке, правда, не стоит извиняться. — Гермиона улыбнулась, удивляясь, почему Амелия так переживает, если они знакомы всего два дня. В конце концов, Эдгар — её родной брат, а Алиса — шестой год соседка по комнате.       Вернувшись на своё место, волшебница заметила, как Снейп что-то яростно строчит на полях своего учебника. Она знала, что именно этим указаниям через двадцать лет будет следовать Гарри на уроках зельеварения. Слизеринец, тем временем, заметил Гермиону и вопросительно посмотрел ей в глаза, прошипев:       — Чего тебе?       Она слегка вздрогнула от такого обращения, а затем сжала губы в тонкую линию и процедила сквозь зубы:              — Ничего.       Всё это начинало раздражать. Не проявляя к нему совершенно никакой враждебности, волшебница чувствовала, что не заслуживает подобного отношения. Она скрестила руки на груди, нервно постукивая ногой по полу.       — Если решишь подглядывать, подумай дважды. — усмехнулся Снейп.       Да как он смеет!? — мысленно возмутилась Гермиона, никогда в жизни не списавшая ни единой буквы из чьей бы то ни было работы, — Почему он считает, что я способна на такое?       — Подглядывать? Да пожалуйста, с радостью этим займусь. — гневно прошипела она.       Почему он настолько... бесчувственный по отношению к совершенно незнакомому человеку?       Фыркнув в ответ, он развернул свой стул так, чтобы спинка полностью загораживала обзор, и продолжил делать пометки в учебнике.       Лицо Гермионы горело от возмущения, она уставилась ему в спину, осознавая, что сейчас Снейп еще более несносный, чем во взрослом возрасте.       — У вас всё хорошо, мисс Деверо? — обеспокоенно спросил Слизнорт.       Она резко подскочила на месте, не сразу заметив, что профессор подошел к их столу:       — Да, сэр, всё просто отлично! — произнесла волшебница.       Слизнорт с подозрением взглянул в её пустой котёл, под которым еще не было даже огня, и изобразил на лице фальшивую улыбку.       — Вполне вероятно, вы еще не до конца освоились после обучения на дому. Если возникнут трудности, не стесняйтесь обратиться за помощью к мистеру Снейпу. Он лучший по зельеварению на вашем курсе, а возможно, и во всей школе, так что вы не ошибётесь с выбором напарника.       На задних партах кто-то хмыкнул. Спина «напарника» заметно напряглась, а Гермионе потребовались все силы, чтобы не закатить глаза, глядя на профессора. Она широко улыбнулась ему:       — Благодарю вас, сэр, но в этом нет необходимости. Я уверена, что смогу справиться самостоятельно.       — Очень хорошо, мисс Деверо. В таком случае, рекомендую начать работу.       Гермиона незамедлительно последовала совету Слизнорта, открывая учебник, а затем направила палочку под котёл и зажгла пламя. Слегка переборщив с настойкой полыни, она сердито раздавила корень асфоделя. Рядом с ней Снейп работал похожим образом. Напряжение между ними стало практически осязаемым. Краем глаза взглянув на мальчишку, она заметила, с каким сосредоточенным выражением лица он добавляет в котёл измельченные коренья. Волшебница тяжело вздохнула и уже достала серебряный кинжал, приготовившись разрезать дремоносные бобы, когда вдруг вспомнила, что делал Гарри, чтобы из них выделялось больше сока. Намереваясь превзойти Снейпа в качестве своего зелья, она растёрла растения между пальцами — сок полился рекой. Гермиона расплылась в улыбке.       — Как ты это делаешь? — резко спросил Снейп, нахмурившись.       Решив проигнорировать вопрос, она продолжила своё занятие, стараясь не обращать внимания на тяжелый взгляд слизеринца.       Почему он думает, что я захочу ему отвечать после недавней грубости?       — Я спросил, как ты это делаешь? — повторил юноша.       С другой стороны, если я помогу, его отношение может хоть немного поменяться в лучшую сторону... — мысленно рассудила Гермиона и тихо произнесла:       — Сначала разотри их в руках. Так ты получишь больше сока.       Пробормотав что-то невнятное, Снейп снова принялся делать записи на полях учебника. Они вернулись к работе, в одном темпе помешивая свои зелья. Стремясь использовать все свои знания, после семи оборотов против часовой стрелки волшебница сделала еще один, уже по часовой.       — Зачем она... — пробурчал мальчишка себе под нос. По лицу Гермионы расползлась довольная ухмылка.       В конце урока подойдя к её котлу, Слизнорт просиял:       — Итак, я вижу, вы всё-таки воспользовались помощью мистера Снейпа.       Гермиона почувствовала, что её сейчас разорвёт на кусочки от столь вопиющей несправедливости. Когда она уже открыла рот, готовая доказать профессору его неправоту, Снейп, стоящий рядом с ней, вдруг еле слышно сказал:       — Она сделала всё сама, сэр. Я не помогал.       Если бы волшебница не видела шевеления его губ, ни за что бы не поверила в произошедшее. Не отрывая глаз от своего котла, слизеринец пожал плечами. Еще несколько секунд Гермиона простояла с открытым ртом.       — Замечательно, мисс Деверо! Это зелье превосходно! Думаю, вы справедливо заработали десять очков для Когтеврана. — воскликнул Слизнорт.       — Спасибо, сэр. — зарделась она.       Подумать только! Снейп решил вступиться за неё, избавив от объяснений с профессором. Вполне возможно, — подумала волшебница, — Ещё не всё потеряно...       Начислив десять очков Слизерину, Слизнорт пошёл проверять остальных студентов. Гермиона прибралась и сложила вещи. Когда прозвенел звонок, она подождала, пока Снейп соберёт свою сумку. Несмотря на взаимные колкости во время урока, хотелось поблагодарить его за оказанную помощь.       — Спасибо тебе. — искренне произнесла она, когда юноша встал.       Враждебность на мгновение исчезла с его лица. Он приподнял бровь и окинул однокурсницу задумчивым взглядом, после чего, вновь принимая личину самого недружелюбного на свете человека, равнодушно ответил:       — Как скажешь. — и быстро ушёл прочь, прихватив сумку.       Плечи Гермионы поникли, когда она провожала его взглядом. Ну и ладно. Надеюсь, он хоть немного поменял отношение ко мне. — удрученно думала волшебница.       — Ну что, готова идти? — спросила незаметно подкравшаяся Амелия.       Настроение сразу же поднялось. Занятия закончились, поэтому девочки решили вернуться в гостиную и начать работу над домашними заданиями. После урока маггловедения Амелии нужно было написать длиннющее сочинение о преимуществах и недостатках автомобилей по сравнению с мётлами. Гермионе повезло больше — лишь небольшой конспект по нумерологии.       Чуть больше часа они просидели за одним из многочисленных письменных столов в гостиной Когтеврана. Сосредоточиться на учебе оказалось непросто: в голову постоянно лезли мысли о странном, совсем не враждебном взгляде Снейпа под конец урока и о его фразе, сказанной Слизнорту. Неужели появились сдвиги в лучшую сторону? Или всё это — лишь реакция на её совет? Оставалось неясным, почему за шесть лет обучения мальчишка так и не обзавёлся друзьями, предпочитая чьё-то общество полному одиночеству. Была ли его изоляция добровольной? Что ж, волшебница не собиралась бездействовать, намереваясь показать ему, каково это — иметь близкого, неравнодушного человека рядом. Возможно, я слегка погорячилась, ограничившись недельным сроком. В его случае потребуется гораздо больше времени. — мысленно рассуждала Гермиона.       Солнце уже близилось к закату, когда в животе у неё громко заурчало. Амелия отвлеклась от работы и улыбнулась:       — Понимаю, я тоже страшно проголодалась. Ужин вот-вот начнется, так что предлагаю сделать перерыв, а потом закончить нашу писанину в библиотеке.       — Звучит заманчиво.       Девочки собрались и пошли в сторону Большого зала, подхватив по пути еще двоих спутников — Отто и Эдгара. Вчетвером они вышли в коридор. Неожиданно Отто приобнял Гермиону за плечи.       — Ну как ты, Деверо? — поинтересовался он.       — Неплохо. Преподаватели очень милые и, кажется, переживают за наши результаты. Так что я вполне довольна. — было слегка некомфортно ощущать чужие прикосновения, но Гермиона понимала, что это исключительно дружеский жест, поэтому решила не вырываться, с улыбкой отвечая на вопрос Отто.       — Тебя не было на обеде. Собиралась сбежать? — с другой стороны подошел Эдгар.       В своём времени волшебница никогда не пользовалась столь рьяным вниманием у парней. Возможно, всё дело в статусе новой ученицы.       — Ой, я и забыла про обед, если честно. Был перерыв, да и погода неплохая. Я долго сидела у озера и совсем потеряла счёт времени.       Отто вдруг еще крепче сжал её в объятиях:       — А мы надеялись, что тебя опять беспокоил Блэк. — серьезно произнёс он.       Гермиона остановилась, отстраняясь. Её брови от удивления взлетели вверх.       — Надеялись? Почему?       — Ну, после увиденного за завтраком мы были уверены, что если он снова что-нибудь выкинет, ты хорошенько дашь ему сдачи. Глядишь, этого стало бы достаточно для его дисквалификации с матча в следующем месяце. — усмехнулся Отто.       — Обязательно приму это к сведению. — сухо ответила волшебница, закатив глаза.       Однокурсников позабавила такая реакция, они расхохотались, а вскоре к ним присоединилась и сама Гермиона. Все вместе ребята вошли в Большой зал.       Мародёры за гриффиндорским столом тоже смеялись, предположительно, над Ремусом, который, нахмурившись, отвесил Сириусу подзатыльник.       Пока Гермиона, Амелия и мальчишки наполняли свои тарелки, к ним присоединились Алиса и Доркас. Однокурсники уже вовсю планировали вечеринку в честь первой недели в школе. Стараясь принимать активное участие в обсуждениях, Гермиона улыбалась, поддерживала беседу и радостно отвечала на вопросы. Ей начали по-настоящему нравиться новые соседи по факультету.             Ну, почти все. На другом конце стола Локхарт кормил Риту с собственной вилки, сидя непозволительно близко к ней. С трудом удалось подавить рвотный позыв от этого зрелища.       — Какие они... отвратительно-забавные! — воскликнула Амелия, сморщив нос. Все остальные, услышав это, тоже повернули головы в сторону влюблённых.       — Эй! Вообще-то, мы сюда поесть пришли! — закричал Отто, а Эдгар добавил:       — Пожалуй, предпочту сегодня воздержаться от ужина.       Гермиона, её соседки и Стерджис рассмеялись, заметив неподдельный гнев на лицах голубков.       — Уж простите, джентльмены! — крикнул в ответ Локхарт.       — Никто не заставляет вас пялиться. — прошипела Рита.       Алиса фыркнула:       — Тут иначе никак. Это зрелище похоже на крушение поезда — невозможно отвести взгляд!       Доркас хихикнула и кивнула, а Рита снова отвернулась к Локхарту. Теперь они демонстративно целовались. Гермиона заметила, что их нежности напрочь лишены какой-либо искренности и больше походят на шоу.       — Слушай, может пойдём? Я больше не могу это выносить. — шепнула ей на ухо Амелия, доставая из-под стола сумку.       — Да уж, у меня как раз пропал аппетит. — рассмеялась волшебница, бросив последний взгляд на парочку, и тоже потянулась за вещами.       — Тогда в библиотеку?       — Меня это устроит.       К Амелии подбежала Алиса, о чем-то спрашивая подругу, а Гермиона воспользовалась возможностью хорошенько осмотреться. Периодически поглядывать на слизеринский стол уже вошло в привычку. Она обернулась: Снейп, как обычно, сидел в гордом одиночестве, открытая книга лежала рядом с его тарелкой. Волосы мальчишки занавешивали лицо, а длинный нос почти касался страницы. Почувствовав чей-то взгляд, он уставился на Гермиону.       На этот раз она решила не отводить глаз, поддерживая зрительный контакт, и даже рискнула улыбнуться. Разумеется, Снейп не улыбнулся в ответ, но и отворачиваться не стал, продолжая задумчиво смотреть на волшебницу. Глядя в его бездонные чёрные глаза, она почувствовала, как участилось сердцебиение. Было в этих глазах что-то пугающее, и в то же время — гипнотически-заманчивое. Несмотря на отсутствие друзей, слизеринец казался вполне уверенным в себе. Он всё еще не отвёл взгляд, а Гермиона поняла, что краснеет. Надеясь тем самым снизить градус неловкости, она решила поднять руку в приветственном жесте, но прежде, чем успела это сделать, Снейп закатил глаза, как ни в чём не бывало вернувшись к чтению книги.       — Великий Мерлин! — вздрогнула Гермиона, когда кто-то коснулся её плеча.       — И вот, я снова тебя напугала, — рассмеялась Амелия, — Алиса попросила кое-какие конспекты по маггловедению, поэтому пришлось немного задержаться. Ты как, готова уходить?       — Д-давно пора.       По пути в библиотеку девочки начали обсуждать своё будущее и предпочтительные варианты работы по окончанию Хогвартса. Амелия рассказала, что с самого детства мечтает устроиться в Министерство, а у Гермионы после этих слов кольнуло в груди. Она пожала плечами и поделилась в ответ, что пока не знает, чем собирается заниматься, мысленно приготовившись отговорить соседку от карьеры в Министерстве. Быть может, именно это решение спасёт её жизнь. Слова уже практически слетели с губ, но волшебница тут же вспомнила обещание, данное Дамблдору и, превознемогая душевную боль, согласилась, что подруга выбрала отличный вариант работы.       У входа Амелия вдруг остановилась и, переступая с ноги на ногу, робко произнесла:       — Я тут... сказала одному другу, что он может к нам присоединиться. Надеюсь, ты не станешь возражать, — её щеки стали ярко-алыми.       — Интересно, что это за друг такой? — улыбнулась Гермиона, заметив, что однокурсница нервно переплела пальцы, избегая прямого взгляда.       — Э-э-э... Ладно. В общем, Ремус Люпин спросил, не хочу ли я встретиться с ним в библиотеке этим вечером. Я согласилась, узнала, можно ли ты будешь с нами, а он сказал, что не против этого, вот. Еще раз спрошу, не против ли ты? — скороговоркой выпалив эти слова, она замялась.       Кажется, Амелия действительно к нему неравнодушна, — радостно подумала Гермиона, и только после этого до неё дошло, что вскоре состоится первый разговор с Ремусом. Тошнота подступила к горлу. Стараясь справиться с накатившей паникой, она заверила подругу:       — Что ты, я буду только за.              Амелия, быстро поблагодарив, бросилась в библиотеку. Гермиона последовала за ней. Оказалось, что Люпин уже на месте — сидит в дальнем конце зала, работая над домашним заданием. Когда девочки приблизились, он поднял глаза, отодвигая книги, чтобы освободить место.       — Здравствуй, Ремус, — застенчиво пролепетала Амелия, — Знакомься, это Гермиона Деверо.       Нужно взять себя в руки. Я уже говорила с Джеймсом, Сириусом, Снейпом и даже с Лили. Чего стоит пообщаться ещё с одним.       — Рад знакомству, Гермиона. — сдержанно произнёс Люпин.       — Я тоже. — почти прошептала волшебница.       — Пожалуйста, — он выдвинул два стула, — присаживайтесь.       Амелия искоса взглянула на однокурсницу, улыбнулась и села справа от Ремуса на ближайший к нему стул.       — Мне жаль, что Сириус так себя ведёт. — неловко улыбнулся юноша, когда Гермиона заняла своё место.       Это было последнее, о чем хотелось говорить. Её желудок от волнения сделал тройное сальто.       — Ох.. Что ты, не стоит извиняться за него.       — Знаю, — выдохнул мальчишка, — Но после стольких лет я, скажем так, уже привык к этому.       Гермиона улыбнулась и вспомнила время, проведённое вместе с ними на площади Гриммо. Даже тогда, если Сириус говорил или делал что-то неподобающее, Люпин всегда переживал и просил прощения за Блэка.       Ребята неплохо сработались: Гермиона помогла Ремусу с заданием по нумерологии, а он легко разобрался с маггловедением Амелии. Трудно было не заметить, что время от времени Люпин и Боунс, краснея, переглядываются, прижимаются друг к другу и периодически смеются над общими шутками. Гермиона начинала чувствовать себя третьей лишней.       К слову, помолодевший Ремус импонировал не меньше, чем взрослый. Милый, забавный, со спокойным голосом и с блестящим умом — этот человек отлично подошел бы на роль её друга. Тяжело было осознавать, что, когда она вернётся домой, он будет уже мёртв. Стоит ли мне дистанцироваться от него, чтобы боль этой потери не стала ещё сильнее? — с грустью задумалась Гермиона.       Они закончили работу через пару часов и принялись раскладывать книги по местам. Внезапно у входа в библиотеку раздались чьи-то громкие голоса.       — Мерлинова борода... Я же просил, чтобы они нас не беспокоили, — проворчал Ремус, — Простите, девочки.       У Гермионы всё сжалось внутри. Она поняла, о ком идёт речь.       — Ре-емус! О-о-о, Ре-е-му-ус! — нараспев звал Сириус, игнорируя правило о соблюдении тишины.       — Выходи! Выходи и кричи, чтобы все слышали! — вторил ему Джеймс.       — Хочешь, я их заколдую? — Амелия положила руку на плечо Люпина.       Гермиона тихо рассмеялась:       — А я с радостью помогу.       Ремус заёрзал на месте и перекинул школьную сумку через плечо.       — Подумаю над предложением, но всё же пока не стоит. Я избавлю вас от этой возни и попробую разобраться сам, — он посмотрел на Гермиону, — Думаю, ты не в настроении снова встречаться с Сириусом, так?       — Есть немного...       — В таком случае я, пожалуй, пойду. Хорошего вам вечера! — сказал он и побежал к друзьям.       В тот же момент Амелия потянула Гермиону за руку и девочки скрылись за книжным шкафом.       — Я решила, что нам нужно немного подождать здесь. Надо убедиться, что они ушли. — шёпотом объяснила однокурсница, беззаботно пожимая плечами.       — Отличная идея.       Через щель между полками было удобно наблюдать за мальчишками: Джеймс удерживал Ремуса за голову, пока Сириус взъерошивал ему волосы.       — Прекратите! — возмущался Люпин.       Гриффиндорцы рассмеялись, а Сириус с надеждой огляделся по сторонам:       — Мне показалось, или ты говорил, что будешь заниматься с Боунс и Деверо? Где они?       Гермиона напряглась. Она не была уверена, что сможет сдержаться, если Блэк снова решит докопаться. Нужно было найти способ донести до него, что она не заинтересована в ухаживаниях и не строит из себя недотрогу.       Ремус, высвободившись из хватки Джеймса, одёргивал манжеты своей мантии.       — Хм.. Они ушли, приятель. За несколько минут до того, как вы ворвались. Сказали: «Как же мы вымотались» или что-то в этом роде. — солгал он, а Гермиона в этот момент окрестила его самым замечательным человеком на свете.       Губы Сириуса скривились, Амелии пришлось зажать рот кулаком, чтобы не рассмеяться над выражением его лица. Вскоре мародёры ушли, а девочки, выждав еще несколько минут, отправились к выходу.       В гостиную они вернулись довольно поздно. Единственными, кто еще не спал, были сидящие у камина Отто, Эдгар и Стерджис. Мальчишки пытались убедить однокурсниц ненадолго остаться с ними, но спустя десять минут отстали, видя как они измотаны. Хватило сил лишь пожелать всем спокойной ночи и отправиться в спальню.       Стараясь не разбудить соседок, они тихо переоделись и умылись, а затем наконец-то забрались под одеяла.       Гермиона задёрнула балдахин своей кровати и глубоко вздохнула. Перед глазами вертелись яркие эпизоды прошедшего дня. Невероятно, но, кажется, Сириус Блэк всерьез увлёкся новой шестикурсницей Когтеврана, а Снейп сегодня оказал ей услугу, пусть и незначительную. Волшебница вдруг поняла: слизеринец не знал, что дремоносные бобы нужно растирать, пока она не рассказала ему. Именно после этого он сделал заметку в учебнике по зельеварению. Странное чувство охватило изнутри. Всё это означало, что если бы не она, Гарри никогда не выиграл бы Феликс Фелицис, не получил бы воспоминание Слизнорта. Кроме того, Джинни, Невилл, Рон, да и она сама наверняка серьёзно пострадали бы в ночь, когда Пожиратели ворвались в замок.       От внезапного осознания у Гермионы перехватило дыхание.       Суждено ли мне было вернуться именно в этот период времени? Что ещё я изменила, сама того не зная?