𝘚𝘢𝘷𝘪𝘯𝘨 𝘚𝘦𝘷𝘦𝘳𝘶𝘴 𝘚𝘯𝘢𝘱𝘦

      14 октября 1976 года.       У Гермионы пересохло во рту. Нельзя возвращаться домой сейчас, когда мне только-только удалось проникнуть за стену, которой Северус так старательно ограждает себя. Задание ещё не завершено, неужели Дамблдор собирается... — теряясь в догадках, она хрипло произнесла:       — Сэр?       Я потерпела неудачу? Нет, это невозможно! — паника захватила всё её существо, дыхание стало прерывистым, а пульс участился, кажется, до невозможной скорости.       — Моя дорогая, — мягко ответил директор, — Пожалуйста, не волнуйтесь.       Не волнуйтесь? Он что, издевается надо мной? Как можно оставаться спокойной, зная, что миссия провалена, а все усилия — напрасны?!       — Мисс Грейнджер, — голос Дамблдора стал чуть громче, — Послушайте ещё раз, что я имел в виду. Необходимо обсудить, каким образом вы вернётесь домой. Я ни в коем случае не утверждаю, что это произойдёт прямо сейчас.       Так значит... У меня ещё есть время? — тревога постепенно начала отступать. Гермиона смущённо посмотрела на старика, чувствуя себя до невозможности глупой из-за необоснованно-бурной реакции, которая наверняка отразилась на её лице.       — Я прошу прощения, господин директор, что неправильно растолковала ваши слова.       Дамблдор понимающе кивнул.       — Что ж, как мы уже поняли, я не буду принуждать вас вернуться, пока вы не почувствуете полную готовность сделать это. Когда наступит подходящий момент, свяжитесь со мной, и только в этом случае мы осуществим обратный переход.       Ещё совсем недавно Гермиона страшно беспокоилась о невозможности вернуться в своё время, боялась, что навсегда застрянет в прошлом и проведёт остаток жизни в мире, которому не принадлежит. Что ж, теперь стало как минимум одной проблемой меньше.       — Спасибо, сэр.       Дамблдор кивнул и печально улыбнулся.       — Сколь же тяжкое бремя я возложил на ваши плечи, дитя моё, — вслух размышлял он, прокручивая между пальцами золотую цепочку Маховика.       Волшебница удивлённо воззрилась на старика. Сколько раз Дамблдор позволял им с Гарри и Роном попадать в опасные ситуации. С самого детства ребята рисковали жизнью, а директор на её памяти ещё никогда об этом сожалел. Казалось до смешного абсурдным, что именно человек из прошлого, не знающий своих грядущих решений, сейчас словно бы извинялся за них. Возможно, именно нынешнее путешествие Гермионы через двадцать лет позволит директору считать, что её друзья вполне себе способны решать недетские задачи.       — Итак, — продолжил Дамблдор, прерывая беспорядочный поток её мыслей, — Давайте же посвятим этот вечер обсуждению ранее озвученных нюансов, — он аккуратно вернул Маховик на стол и сложил руки на груди, рассуждая о важной миссии волшебницы так беспечно, словно дело касалось погоды или недавно съеденного ужина, — К счастью, в будущем я был достаточно любезен, чтобы предоставить самому себе подробные инструкции по настройке устройства, которое привело вас сюда. Однако, это задача не будет простой, мисс Грейнджер, потребуется приложить усилия и потратить немало времени. К тому же, переходу предшествует использование сложнейших заклинаний.       — Вы точно сможете отправить меня обратно? — с надеждой уточнила Гермиона. Дамблдор покачал головой и легкомысленно произнёс:       — Есть одна прекрасная поговорка: нельзя быть уверенным ни в чём, кроме смерти и налогов.       — Значит, никаких гарантий нет, сэр? — к горлу подкатил ком из-за вновь нарастающего волнения.        Разве он не осознаёт всей серьёзности моего положения? Как можно с таким невозмутимым спокойствием обсуждать подобные вещи? Дамблдор, безусловно, великолепный волшебник, но временами он просто невыносим, — удручённо подумала Гермиона, борясь с желанием наложить на старика какое-нибудь проклятие.       — Прежде, чем вы направите на меня свою палочку, что, судя по всему, уже не терпится сделать, — усмехнулся директор, — Спешу уверить, что я вполне способен следовать собственным указаниям и почти определённо уверен в успехе предприятия.       Полагаться на «почти определённую уверенность» — последнее, что успокоило бы волшебницу, но единственное, что оставалось, поэтому она решила в очередной раз довериться Дамблдору.       — Благодарю вас, сэр.       ***       15 октября 1976 года.       На следующий день все студенты только и делали, что обсуждали матч по квиддичу между Гриффиндором и Когтевраном, назначенный на эти выходные. К большому разочарованию однокурсников волшебницы, прошлогодний кубок их факультет так и не завоевал, поэтому сейчас ребята были полны решимости увидеть зрелищное поражение соперников. По правде говоря, вся эта шумиха совершенно не волновала Гермиону, но, учитывая, что она подружилось с доброй половиной команды Когтеврана, нужно было поддерживать их, решительно настраивая на победу.       Атмосфера на завтраке до боли напоминала её собственное прибывание в Хогвартсе, до которого в данный момент оставалось двадцать с лишним лет. Гриффиндорцы пытались всячески поддеть когтевранцев, драматично разыгрывая сценку прошлогоднего падения Отто с метлы из-за бладжера, запущенного Сириусом.       — Я ещё припомню им эти кривляния, — пробурчал Бэгмен, склонившись над тарелкой нетронутой еды.       — Не обращай внимания, Отто, — Гермиона старалась его приободрить, пока Блэк, театрально раскинув руки, валялся на спине, а гриффиндорцы, не сдерживаясь, хохотали.       После завтрака волшебница подождала Амелию, чтобы вместе с подругой покинуть Большой зал и каково же было её удивление, когда прямо у выхода Гермиона заметила прислонившегося к стене Северуса. Амелия многозначительно посмотрела сначала на однокурсницу, а затем на слизеринца, внимание которого было обращено только на Гермиону.       — Деверо, — кивнул он, — Предлагаю составить мне компанию по пути на занятия.       Губы волшебницы моментально растянулись в улыбке, к лицу прилила кровь, а сердце бешено заколотилось. Разумеется, такая реакция была вызвана отнюдь не крепким кофе, который она недавно выпила. Рядом вздохнула подруга.       — В таком случае, увидимся в классе, — произнесла Амелия, выражение лица которой так и намекало, что скоро Гермиону ждёт допрос с пристрастием.       Наблюдая, как подруга, хитро оглядываясь, удаляется, волшебница не заметила, как подошёл Северус. Всё это время он не сводил с неё глаз.       — Можем идти?       Такое произошло впервые. Он ни разу не здоровался по утрам, а прогуливались вместе они всего единожды, и то после занятий. Хотя Гермиона и привыкла проводить это время с Амелией, рядом с мальчишкой было на удивление комфортно. Отношение Снейпа к ней заметно поменялось с их первой встречи, можно было даже предположить, что скоро его можно будет назвать дружеским.       — Как прошла встреча с Дамблдором?       По правде говоря, разговор с директором прилично помотал ей нервы, но Гермиона понимала, что терпит подобное не просто так, а по определённой причине. И причина эта, ожидая ответа, смотрела прямо на неё.       — Вполне неплохо, спасибо. Он спрашивал, как проходит моё обучение и удалось ли мне найти друзей. Знаешь, типичные расспросы дяди, он вечно беспокоится, — вежливо улыбнулась волшебница. Северус кивнул.       — А ты сама как, в порядке? — судя по голосу, его это действительно волновало, хотя лицом мальчишка и пытался изобразить обратное.       — Да, — сказала Гермиона полную правду.       — Приятно слышать, — на мгновение показалось, что слизеринец улыбнулся.       Если бы месяц назад кто-то сказал, что Гермиона Грейнджер и Северус Снейп будут вместе ходить на уроки, ведя при этом светские беседы, она бы покрутила пальцем у виска. Трудно было отследить, в какой именно момент они начали сближаться. Казалось странным, что, пробравшись ночью в больничное крыло, мальчишка пытался предостеречь Гермиону от дружбы с ним, а сейчас, по всей видимости, совершенно забыл о своих словах и больше не волновался по этому поводу. Мысль, что их совместные занятия в библиотеке стали теперь ежедневной традицией, приятно согревала душу.       — Эй, Деверо? Она закатила глаза.       — Слушай, мы ведь уже обсуждали это. Разве тебе так трудно обращаться ко мне по имени?       — Это одно и то же, — выдохнув, резко произнёс мальчишка и, не обращая внимания на сердитую гримасу собеседницы, продолжил, — Ты собираешься завтра идти на матч?       Как странно слышать от него этот вопрос, — подумала Гермиона, — Если на свете есть человек, который интересуется квиддичем меньше, чем я, то это, безусловно, Северус. Неужели он хочет, чтобы мы вместе пошли на игру? Или нет? — она судорожно размышляла, что лучше ответить.       — Эм...       Уголок его рта едва заметно приподнялся.       — Если ты вдруг не планировала этого делать, я бы предложил потратить время на отработку невербальных заклинаний, потому что... — он на секунду замолчал, а потом очень тихо пробормотал нечто похожее на: «Мне не помешала бы помощь».       От перспективы остаться в замке наедине с ним волшебница сразу приободрилась.       — Я не против! — отозвалась она с искренним энтузиазмом. Северус сухо кивнул.       В классе ребята разошлись, занимая привычные места: мальчишка сел рядом с темноволосой слизеринкой, а Гермиона — с Амелией. Игнорировать многозначительный взгляд подруги оказалось невыполнимой задачей.       — Что? — прошипела волшебница.       — Он тебе нравится! — скривившись, словно съела что-то горькое, Амелия быстро кивнула в сторону Северуса.       Конечно, это не так! Что за абсурд? Считаю ли я его интересным человеком? Да. Он кажется мне привлекательным? Разве что, совсем чуть-чуть, — Гермиона всерьёз задумалась, — Почему я погружаюсь в состояние странной эйфории каждый раз, когда вижу его? Он что, действительно мне нравится? Ну уж нет. Нет, это было бы совершенно неправильным. Я ведь с Роном? Вроде того... В конце концов, я не из тех девушек, которые готовы броситься в объятия нового парня, лишь только старый скроется из виду. Я нуждаюсь в обществе Северуса лишь только потому, что пытаюсь спасти его жизнь, на этом всё.       — Ты ошибаешься, Амелия, — усмехнулась она, а подруга лишь недоверчиво прицокнула языком.       — Как скажешь.       На протяжении урока Гермиона старательно игнорировала свою соседку, чувствуя раздражение из-за её нелепого вывода, параллельно изо всех сил пытаясь не смотреть на сгорбленную фигуру Северуса.       Когда начался перерыв, они вместе с однокурсниками отправились прогуляться за пределы замка. К несчастью, некоторые гриффиндорцы тоже последовали их примеру. Когда мимо прошли мародёры, Гермиона успела расслышать слова Джеймса:       — Ну правда, Бродяга, тебе не кажется, что уже пора это сделать? Могут возникнуть серьёзные проблемы, если мы не зарегистрируемся.       — Сохатый, — прошептал в ответ Блэк, — Ты что, не понимаешь, какие будут неприятности, если Дамблдор узнает, чем мы занимаемся?       — Я согласен с Сириусом, — тихо пробормотал Питер.       — Как хотите, — последнее, что удалось услышать от Джеймса.       Гермиона встретилась взглядом с отставшим от друзей Ремусом, который тут же покраснел и поспешно сказал ей:       — Давай обсудим это позже, ладно?       Конечно же, волшебница поняла, о чём они говорили: Джеймс, Сириус и Питер были незарегистрированными анимагами. Так должно было оставаться и дальше. Возможно, Поттер не передумает, если его к этому не подтолкнуть...       — Эй, ребята! Я хочу спросить кое-что у всех вас, — громко обратилась она к однокурсникам, надеясь, что и гриффиндорцы это услышат.       — Что такое, Гермиона? — к ней повернулся Эдгар. Остальные когтевранцы тоже заинтересованно подняли головы.       — Вы никогда не думали стать анимагами? Лично у меня в последнее время часто появляются мысли на этот счёт.       Вопрос возымел желаемый эффект. Четверо мальчишек остановились как вкопанные. Ремус встревоженно уставился на друзей. Кажется, он понял, что суть их разговора была правильно истолкована подругой. Джеймс подал ребятам знак и они приземлились на траву в нескольких метрах от Гермионы. Тем временем, волшебница продолжала:       — Я впервые задумалась об этом, когда увидела трансформацию профессора МакГонагалл. Но это довольно опасная магия, да? Вдруг что-то пойдёт не так и я нанесу себе непоправимый вред...       Помимо мародёров был ещё один человек, навостривший уши, как только она подняла эту тему. Внимание блондинки, крепко обнимающей Локхарта, полностью переключилось на Гермиону. Замечательно! Анимагическая форма Риты также должна оставаться незарегистрированной, иначе я не смогу шантажировать её на четвёртом курсе.       — Если ты действительно хочешь этого, можно обратиться за помощью непосредственно к МакГонагалл. Думаю, она не откажет, может быть, даже посоветует что-нибудь и расскажет, как зарегистрироваться, — предположил Стерджис.       Гермиона благодарила судьбу за столь удачное стечение обстоятельств, — Это будет идеальный переход к теме, которую я хочу затронуть!       — Видишь ли, я не хотела бы регистрироваться, — беззаботно произнесла она и бросила быстрый взгляд в сторону гриффиндорцев, заметив, как Сириус многозначительно улыбнулся Джеймсу.       — Но тебе придётся это сделать, — включилась в разговор Амелия, — Таков закон.       Очень хотелось верить, что слова подруги никак не повлияют на решение незарегистрированных анимагов, которые сейчас так старательно делали вид, будто ничего не слышали.       — Я бы с этим поспорила, — решительно возразила Гермиона, — Разве можно чувствовать себя комфортно, зная, что Министерство будет следить за каждым твоим шагом? Лично мне такое было бы не по нраву.       Стерджис и Амелия потрясённо уставились на неё.       — А если тебя поймают... — произнёс однокурсник и запнулся, как только Эдгар перебил его:       — Вообще-то, я согласен с Гермионой. Только представь, сколько всего может сойти с рук, если ты решишь не регистрироваться. Никто даже не догадается, на что ты способен!       — Скажи мне, любимый братик, что это за дела ты собрался устраивать? — Амелия закатила глаза.       — Ну, для начала, дорогая сестрёнка, я бы запросто пробрался, например, в женскую уборную, — после этих слов все присутствующие, за исключением, разумеется, девчонок, разразились громким смехом.       Вскоре разговор переключился в другое русло, а Гермиона снова украдкой посмотрела на Джеймса, который молча уставился в одну точку. Оставалось надеяться, что он всерьёз задумался над её словами.       ***       16 октября 1976 года.       Субботним утром, когда студенты после завтрака отправились на матч, Гермиона свернула в противоположную сторону. Они с Северусом договорились встретиться в классе Чар. Волшебница действительно не хотела идти на игру, опасаясь, что, увидев на поле Джеймса, неминуемо вспомнит Гарри и начнёт тосковать по дому. Нельзя было позволять себе терять концентрацию. Ничего не сказав друзьям, она рассчитывала, что они не заметят её отсутствия, а если и заметят — не станут расстраиваться.       В классе Северуса не было, на сегодняшнем завтраке — тоже. Гермиона засекла пятнадцать минут и принялась ждать, решив в случае его отсутствия отправиться в библиотеку. Она вытащила палочку и призвала мягкие фиолетовые подушки, разложив их в две аккуратные кучки на полу. Приземлившись на одну из них, волшебница открыла учебник Защиты и, чтобы убить время, погрузилась в чтение заданной накануне главы о вампирах.       Впрочем, выполнить домашнее задание она не успела даже наполовину: вскоре послышался дверной хлопок, а затем чьи-то шаги и тихое покашливание. Неловко заламывая руки, над ней возвышался слизеринец.       — Деверо, — приветствуя, кивнул мальчишка, когда Гермиона подняла глаза.       Что ж, больше я не буду поправлять. Надеюсь, однажды он наконец привыкнет обращаться ко мне по имени, а пока пусть будет так, хоть это меня и огорчает.       — Доброе утро, Северус, — как ни в чём не бывало улыбнулась волшебница, — Готов приступить к работе?       Она уже собиралась вставать, когда увидела шокирующую картину: юноша вежливо протягивал руку. Застигнутая врасплох этим приятным жестом, Гермиона приняла его помощь. По телу пробежала приятная дрожь от этого прикосновения.       — Спасибо, — поднявшись, прошептала она и замерла, а Снейп вмиг отстранился и перевёл взгляд на подушки.       — Собиралась вздремнуть?       Гермиона покачала головой, и произнесла с такой интонацией, будто разговаривала с ребёнком:       — Ты же понимаешь, почему мы здесь, Северус?       — Чтобы практиковать невербальные заклинания, — подражая её тону, отозвался мальчишка.       — Всё верно. Как видишь, ты сам ответил на свой вопрос, а теперь вставай напротив меня, — перейти в репетиторский режим не составило труда. Постоянно помогая Гарри и Рону, она приняла эту поведенческую реакцию как собственное альтер-эго, — Итак. Цитируя «Стандартную книгу заклинаний», а именно двести семидесятую страницу....       — Деверо, — Северус вымученно возвёл глаза к потолку, — Мне не интересно слушать, как ты пересказываешь учебник, с таким же успехом я могу прочитать его самостоятельно.       — Ты говорил, что нуждаешься в моей помощи, — она гневно уставилась на слизеринца, который спустя секунду пробормотал так быстро, что фразу едва удалось понять:       — Я никогда такого не говорил.       — Правда? Должно быть, это был другой мальчишка, такой высокий и темноволосый, он вчера пролепетал что-то, похожее на: «Эм... мне, кажется, нужна твоя помощь», — в точности копируя его манеру говорить, Гермиона гордо задрала голову, глядя в тёмные глаза с ухмылкой человека, только что выигравшего спор.       — Ты невыносима, знаешь об этом? — прорычал Северус.       Гермиона усмехнулась про себя, — Да уж, мне ещё не раз скажут подобное в будущем.       — Давай посмотрим, что ты умеешь. Поскольку твоя техника, судя по всему, идеальна...       Молчаливо отвечая на это саркастичное замечание, Снейп сжал палочку с такой силой, что костяшки его пальцев заметно побелели. Первый взмах, потом ещё и ещё, но ни одна подушка даже не сдвинулась с места. Минут десять он, краснея и пыхтя, пытался сделать хоть что-нибудь, а Гермиона изо всех сил старалась не засмеяться.       — Северус? — она больше не могла наблюдать за этим молча, поэтому нервно сглотнула, ожидая ответной реакции разъярённого собственной неудачей волшебника.       — Что? — процедил мальчишка сквозь стиснутые зубы.       — Не возражаешь, если дам один совет?       — Ладно, — к огромному удивлению Гермионы, он не послал её куда подальше, а терпеливо повернулся, опуская палочку.       — Ты слишком сильно концентрируешься, постарайся отнестись к заклинанию чуть проще. То есть... возьми и сделай это, вот.       Северус скривился и закатил глаза.       — Полезная, однако, рекомендация: «Возьми и сделай это, вот».       Мерлин, как же сильно он иногда действует на нервы своим поведением.       — Так тебе нужна моя помощь или нет? — прямого ответа не последовало, но мальчишка выжидающе уставился на неё, что на его мимическом языке обозначало согласие, — Хорошо. Не выкрикивай заклинание у себя в голове, сконцентрируйся на внутренних ощущениях и на своём желании выполнить определённое действие. Смотри, — Гермиона направила палочку на кучу подушек, представляя, как одна из них начинает двигаться в нужном направлении под давлением воображаемой верёвки. Закончив, она заметила на лице Северуса лёгкую улыбку, — Если я смогла это сделать, то и у тебя получится.       — Хорошо, сейчас попробую ещё раз, — юноша выпрямил спину и вновь поднял палочку.       Как же он хорош собой, — наблюдая за стараниями слизеринца, Гермиона больше не могла игнорировать эту мысль. Прийти в себя получилось лишь когда одна из подушек еле заметно пошевелилась.       — Вот видишь, Северус! У тебя получается! — кажется, поддержка волшебницы подействовала как надо, потому что подушка, мановением палочки взмыв в воздух, плавно приземлилась перед дверью класса, — Ты смог! — торжествующе воскликнула Гермиона. Мальчишка, уже не стесняясь, широко улыбнулся и одну за другой раскидал в стороны все оставшиеся подушки.       Тренировка продлилась ещё полчаса, после чего ребята решили, что этого вполне достаточно и, переводя дыхание, расположились друг напротив друга.       — Есть хочешь? — Северус потянулся за своей сумкой.       — Вообще-то, да, — только после этого вопроса Гермиона обнаружила, что, оказывается, сильно проголодалась.       — Держи, — он протянул ошеломлённой волшебнице сэндвич с огурцом и бутылку сливочного пива, — Я пробрался на кухню, — объяснил мальчишка, отвечая на её немой вопрос, — Поэтому и задержался немного.       — Очень мило с твоей стороны. Спасибо, Северус.       Какое-то время они ели молча, а когда Гермиона подняла голову, встретилась взглядом со слизеринцем. Он изучал её с таким выражением лица, словно пытался разгадать страшную тайну или перевести трудный текст. Это заставило волшебницу неловко заёрзать на месте.       — Что такое? — не выдержав зрительного контакта, спросила она.       Северус лишь покачал головой и отвернулся. Трудно было поверить, что совсем скоро этот юноша станет Пожирателем Смерти. Он совершенно не был похож на человека, который по своей воле стал бы принимать подобное решение. Это заставило Гермиону задуматься, что именно толкнуло такого умного, пусть и одинокого мальчишку на столь страшный путь, — Может быть, ему просто не хватало близкого человека? Я вполне способна стать таковым, поэтому и нахожусь здесь.       Закончив перекус, они сошлись во мнении, что пора расходиться: матч, вероятно, уже давно завершился. У выхода из класса Северус вдруг остановился прямо перед Гермионой, молча переминаясь с ноги на ногу и старательно отводя глаза. Волшебница вопросительно уставилась на него, а её сердце привычным образом отреагировало на близкое присутствие мальчишки, учащённо забившись.       — Я просто хотел сказать... Кхм... — слизеринец провёл рукой по волосам, борясь с возникшей неловкостью, — Спасибо тебе, Гермиона, — складывалось ощущение, что благодарит он не только за помощь в учёбе.       Проклятые бабочки в животе, кажется, увеличились до размеров летучих мышей. Услышать собственное имя из его уст было до невозможности приятно.