𝘚𝘢𝘷𝘪𝘯𝘨 𝘚𝘦𝘷𝘦𝘳𝘶𝘴 𝘚𝘯𝘢𝘱𝘦

      30 октября 1976 года — часть первая, Хогсмид.       Его рука нежно сжала плечо Гермионы. Сопротивляясь желанию поднять глаза, она старалась не шевелиться, лишь неуверенно положила ладонь на его длинные тонкие пальцы. Гнетущая библиотечная тишина только усугубляла понимание: наступил комендантский час и они остались вдвоём, ни души рядом. По телу волшебницы пробежала сладкая дрожь, когда она ощутила его горячее дыхание на своей шее.       — Гермиона? — послышался хриплый взволнованный шёпот.       Медленно поднявшись с кресла, она повернулась лицом к Северусу и смело взглянула прямо ему в глаза — завораживающе-тёмные, полные решимости. Всё внутри замерло от этого взгляда. Тонкие губы юноши приглашающе приоткрылись. Осознавая, что сейчас произойдёт, волшебница судорожно втянула ртом воздух и неожиданно расслабилась, решив не препятствовать собственным желаниям. Он уверенно поднял руку, пропуская между пальцев её длинные чёрные локоны, а Гермиона, опуская голову, позволила этому мягкому давлению руководить её действиями. Кто знает, сколько ещё времени мне суждено провести в прошлом? К чему сопротивляться, если выпал шанс насладиться моментом? Можно было отчётливо разглядеть, как расширились его зрачки, когда Северус наклонился ближе, пробуждая в душе волшебницы слишком сильные и уж очень реальные чувства, чтобы просто игнорировать их. Захотелось отпустить все тревожные мысли и подарить эти секунды мимолётного счастья только им двоим, никому больше. Поцелуй начался медленно, и она закрыла глаза, нежно обхватив Северуса за шею и притягивая ближе к себе. Складывалось ощущение, будто они двое — кусочки одного пазла, которым суждено было соединиться. Настолько цельной и счастливой волшебница ещё никогда себя не чувствовала.       — Гермиона?       Внезапно всё вокруг покрылось туманной дымкой, сквозь неё становилось трудно разглядеть лицо Северуса. Обжигающий холод закрался под одежду, грудь нестерпимо сдавило от страха.       — Гермиона?       Библиотека, сладостные объятия, его глаза — всё начало исчезать.       — Гермиона, проснись же ты!       Она потянулась к юноше, но рука прошла сквозь его призрачный силуэт, испаряющийся с неистовой скоростью.       — Нет!       — Эй, пора вставать, — тихо сказала Амелия, возвращая подругу к реальности.       — Не-ет, — простонала Гермиона, голос теперь звучал чуть спокойнее. Она продолжала попытки зацепиться за остатки сна, из которого её так грубо вырвали, но перед глазами стояла беспросветная темнота, а из физических ощущений остались лишь тепло подушки под щекой и мягкое одеяло, спустя секунду безжалостно стянутое смеющейся Амелией.       — Мы опоздаем, если ты сейчас же не поднимешь свою задницу с кровати.       Прогоняя остатки сна, Гермиона угрюмо уставилась на подругу. Было холодно и до боли обидно. Приложив все возможные усилия, волшебница поднялась с кровати, обдумывая, каким образом недавно произошедшая в библиотеке ситуация могла превратиться в это. Когда мальчишка положил руку на её плечо, вместо того, чтобы ответить взаимностью, Гермиона отшатнулась, испугавшись своих настоящих чувств к Северусу Снейпу. И вот, фантазия разыгралась и теперь приходится мучаться от столь реалистичных снов. Видимо, такое происходит, если долго прячешь свои истинные эмоции, контролируя каждое действие, — именно этим волшебница занималась всю последнюю неделю, потому что решила полностью игнорировать свои чувства. Из-за этого находиться рядом с мальчишкой становилось всё сложнее. Когда дело касалось Рона, она переживала лишь о взаимности с его стороны, а сейчас — боялась разрушить неуловимые нити самого времени. Поддавшись мимолётным желаниям, можно было поставить под угрозу множество жизней — в том числе и свою собственную.       — Собираешься сидеть тут весь день или, может быть, отправимся сегодня в Хогсмид? — Амелия наградила её суровым взглядом.       — Прости, — пробормотала Гермиона, — Уже бегу собираться.       Когда девочки пришли в Большой зал, почти все их друзья уже закончили есть, взволнованные перед первым в этом семестре походом в волшебную деревню. Привычная для путешественницы во времени картина: гораздо более громкие, нежели обычно, разговоры и студенты, быстро поглощающие пищу.       — Почему вы так задержались? — спросил Эдгар, завидев Гермиону и Амелию.       — Кое-кто, не буду называть имён, немного не выспался, — шутливо пожаловалась подруга.       — Может быть, не стоило допоздна гулять с одним небезызвестным слизеринцем? — Отто поддел Гермиону локтем. Она тут же покраснела и, закатив глаза, велела мальчишке заткнуться.       Учитывая количество времени, которое они проводили вместе с Северусом, избегать шуток по этому поводу теперь совершенно не получалось. Памятуя, как однокурсница сорвалась на прошлой неделе, Амелия быстро сменила тему:       — Эдгар, надеюсь, ты не забыл про мамин день рождения? Мы должны выбрать подарок.       Между братом и сестрой завязался ожесточённый спор, а Гермиона, пользуясь подходящим моментом, снова погрузилась в размышления. Северус так и не ответил, собирается ли идти в Хогсмид. Наверное, не горит желанием пересекаться с Джеймсом и Сириусом, которые, кажется, преследуют его при каждой попытке посетить деревушку. Если бы он напрямую сказал, что останется в замке, я, конечно, составила бы ему компанию, но, по правде говоря, не была бы этому рада: нужно подкупить кое-какие вещи, да и проветрится не помешало бы.       Голоса друзей неожиданно стихли, а Амелия уставилась в одну точку с таким выражением лица, будто увидела танцующего гиппогрифа. Чтобы догадаться, в чём дело, не потребовалось много времени.       — Кхм, Снейп... — он ещё никогда не подходил к их столу. Эдгар и Отто молча отвернулись.       — Боунс, — равнодушно поприветствовал Северус и повернулся к Гермионе, — Ты готова? — спросил он, глядя на волшебницу сверху вниз. Наверняка, однокурсники даже не заметили беспокойства мальчишки, но она обратила внимание на глубокую складку между его бровей и нервные движения пальцев на рукавах мантии.       — Кхм... Да, мы можем идти, если хочешь. Я вряд ли ещё что-нибудь съем, — смущённо произнесла Гермиона, заслужив громкий вздох подруги.       — С нами ты, я так понимаю, не пойдёшь? — разочарованно уточнила Амелия.       — Извини, просто у нас уже были планы и... — она запнулась, чуть не выпалив, что общение с Северусом являлось, в конце концов, её приоритетной задачей. Плечи однокурсницы тем временем опустились в знак поражения.       — Понятно. Но мы с тобой всё равно встретимся чуть позже, хорошо?       — Обязательно, Амелия. Обещаю.       Быстро попрощавшись с мальчишками, Гермиона поднялась со своего места и вслед за Северусом вышла в коридор.       — Итак, Хогсмид? — спросил слизеринец, когда они остались наедине.       — Я смотрю, ты всё-таки определился?       Улыбаясь и пожимая плечами, он краем глаза посмотрел на волшебницу.       — Решил, что тебе не захочется сидеть в замке. Кроме того, я видел тебя в бою, так что, случись какая-нибудь неприятность, буду хотя бы не в меньшинстве.       Гермиона просияла от этих слов — она и вправду не собиралась позволять кому бы то ни было портить их с Северусом прогулку.       Улицы Хогсмида заполонили взбудораженные третьекурсники. Они передвигались так быстро, будто стремились находиться в двух местах одновременно. Воздух наполняли звон дверных колокольчиков, заливистый смех и соблазнительные запахи из «Сладкого королевства». Как удивительно было находиться в этом светлом месте! Впервые за долгое время Гермиона почувствовала себя беззаботным подростком, позволяя блаженной улыбке расплыться по лицу.       — Что смешного? — недоуменно спросил Северус. Волшебница указала на троицу студентов, которые, дёргая друг друга за мантии, бежали в сторону «Зонко».       — Они так счастливы быть здесь, — ответила она, а слизеринец лишь неодобрительно фыркнул.       Как я могла забыть, чем закончился его первый визит в Хогсмид? Отнюдь не такой радостный...       — Тебе комфортно тут находиться, Северус?       — Конечно, — незамедлительно отозвался он, — Ты же так хотела сюда попасть.       Гермиона смущённо прикусила губу, — Как мило с его стороны отправиться куда-то ради меня.       — Да, но, — она повернулась, чтобы лучше видеть его лицо, — Помимо этого, я хочу, чтобы ты тоже приятно провёл время. Если что, можем уйти в любой момент, — в ответ уголки губ Северуса едва заметно дёрнулись.       — Не беспокойся обо мне. Давай просто прогуляемся, ладно? — он вежливым жестом протянул ей руку.       С одной стороны, волшебница опасалась размывать границы их дружбы, а с другой — это была всего лишь рука, ничего критичного. Борясь с участившимся пульсом и пытаясь выровнять сбившееся дыхание, Гермиона вложила в его ладонь свою, чтобы таким образом неторопливо пойти вперёд.       У входа в «Три метлы» Северус остановился и кивнул головой в сторону двери.       — Хочешь сливочного пива?       — Если честно, очень! На улице прохладно, а это верный способ согреться.       Внутри было слишком многолюдно для раннего утра, повсюду шумели студенты. Гермиона задержала взгляд на одном из столов и замерла, увидев, кто за ним сидит. Северус тихо выругался, когда Сириус и Джеймс, нагло ухмыляясь и игнорируя осуждающий взгляд Ремуса, обернулись в их сторону. Ничего хорошего это не предвещало.       — Можем уйти, — быстро шепнула волшебница своему спутнику, но было уже поздно.       — Эй! Деверо! Бросай Нюниуса и присоединяйся к нам! — громкий крик Сириуса услышали, пожалуй, все посетители паба, а Северус напрягся так, что вот-вот готов был затрястись от гнева.       — Давай вернёмся сюда позже, — с напором произнесла Гермиона, видя, как слизеринец сжал челюсти, излучая чистую ненависть.       — Хорошо, — процедил он сквозь зубы и, не оглядываясь на компанию мародёров, позволил потянуть себя к дверному проёму прежде, чем началась бы драка.       Было огромной ошибкой идти сюда сейчас! Ну почему они не могут просто оставить нас в покое? — подумала волшебница, видя, что настроение Северуса изменилось в худшую сторону. Он раздражённо пнул ногой камешек.       — Прости, — проворчал мальчишка, — Эти... Эти... — обычно бледное лицо краснело на глазах, пока он пытался подобрать слова, чтобы описать обидчиков. Так ничего и не придумав, он отвернулся. Полы чёрной мантии развевались на ветру.       Гермиона постаралась успокоить себя и сделать вид, будто ничего не произошло, шагнув вперёд и нежно обхватив его руку. Слизеринец даже не шелохнулся.       — Эй! Давай просто пойдём куда-нибудь и с пользой проведём оставшееся время! — ответом ей послужило напряжённое молчание, — Пожалуйста, Северус.       Медленно повернувшись, он наконец-то оттаял и неуверенно улыбнулся ей.       — Ещё раз прости.       — За что?       У него не было причин извиняться.       — Я просто хотел провести нормальный, даже хороший день с тобой, чтобы он был... как у всех остальных, — тёмные глаза печально сверкнули, а в голосе сквозила нескрываемая боль.       Северусу так ни разу и не удалось побывать в Хогсмиде без какой-нибудь стычки с Джеймсом и Сириусом...       Почти инстинктивно Гермиона обхватила его ладонь, переплетая их пальцы.       — Так и будет, — твёрдо заверила она мальчишку.       Держась за руки, они пробирались сквозь толпу товарищей по Хогвартсу и жителей деревни. Остановившись у магазина «Писарро», они решили запастись необходимым количеством перьев — весьма полезным приобретением для двух любителей их погрызть, затем посетили «Тимофиллы и поганки» в поисках ингредиентов для зелий, а потом медленно пошли в «Дэрвиш и Бэнгз», где Гермиона приобрела себе весы для занятий у Слизнорта.       К моменту, когда они вернулись в паб, утренний инцидент был совершенно позабыт. На протяжении всей прогулки Северус крепко держал волшебницу за руку и, что удивительно, практически не замолкал, рассуждая обо всём на свете: от рецептов своих любимых блюд до совершенствования техники заклинаний.       В «Трёх мётлах» стало гораздо меньше народу, поэтому с лёгкостью удалось найти свободный столик в самом конце помещения. Пока Северус покупал напитки, Гермиона, сидя в одиночестве, оглядывалась по сторонам и вдруг с ужасом заметила знакомую белокурую макушку Люциуса Малфоя.       — О нет, — выдохнула она, понимая, что волшебник смотрит прямо на Снейпа и отчаянно надеясь, что ошибается с этим выводом. Опасения подтвердились, когда он проследовал за мальчишкой прямо к их столику.       — Это должно немного нас согреть, — беззаботно произнёс Северус, протягивая ей кружку, но быстро замер, обнаружив, что по обе стороны от него стоят Люциус и какой-то грузный мужчина.       Жидкие пепельные волосы и жестокий взгляд последнего показались Гермионе смутно знакомыми, пара секунд ушли на попытки понять, кто перед ней, а потом все волосы на теле волшебницы встали дыбом. Это был Яксли — ещё один Пожиратель Смерти.       — Северус, — поприветствовал мальчишку Малфой, смотря при этом только на Гермиону.       — Люциус. Яксли, — ответил слизеринец скучающим тоном. Его напряжение выдавали разве что ссутулившиеся плечи.       — Прошу прощения, что вынужден прервать ваше... свидание? — Люциус поднял бровь, продолжая прожигать волшебницу взглядом, — Но я хотел бы попросить тебя отойти на пару слов.       — Если это необходимо, — громко выдохнул Северус, надевая на лицо маску холодного безразличия, так не похожую на его, ставшее привычным, доброжелательное выражение.       Гермиона обречённо посмотрела на мальчишку, одним взглядом умоляя его не уходить. Она знала, о чём, точнее, о ком они будут разговаривать.       — Мы не задержим его надолго, — непринуждённо улыбнулся Малфой, неверно истолковав эмоции волшебницы, и замялся, ожидая, когда его представят.       — Гермиона Деверо, — равнодушно произнёс Снейп, — Это Люциус Малфой и Корбан Яксли.       — Очень приятно, — коротко ответила она, пожимая протянутую руку Люциуса и с трудом сдерживая отвращение. Яксли лишь пренебрежительно хмыкнул в её сторону.       Пообещав, что скоро вернётся, Северус послушно проследовал за Пожирателями, а Гермионе оставалось лишь пристально смотреть на них. Разговор казался очень серьёзным, все трое хмурились, а Снейп постоянно оглядывался через плечо. К своему ужасу, волшебница заметила, как мужчины выложили на стол палочки. Похоже, они угрожают ему, но делают вид, что вежливо общаются. Гермиона засунула руку под мантию и крепко сжала собственную палочку — на случай, если вдруг понадобится вмешаться. Они пытаются завербовать его, я знаю это. Пройдёт чуть больше года, и он присоединится к Волдеморту. Как же хочется предупредить его, остановить прямо сейчас! — думала волшебница, но, как бы тяжело ни было это признавать, Северус должен сделать этот шаг, иначе Гарри никогда не станет Избранным. Кто тогда остановит Тёмного Лорда? Возможно, и найдётся какой-нибудь смельчак, но я просто не могу пустить ситуацию на самотёк. Напряженно сжимая в одной руке кружку, а в другой — палочку, Гермиона боролась со слезами разочарования, которые уже готовы были вырваться наружу от одной только мысли, через что предстоит пройти Северусу в ближайшее время. Увы, возможности оградить его от этой боли пока не представлялось.       Через несколько минут, заметно побледневший, мальчишка вернулся к ней. Отделаться от общества Пожирателей получилось не сразу.       — Спасибо, что разрешили на некоторое время отнять вашего спутника, мисс Деверо. Видеть его с настоящей ведьмой — редкое удовольствие, — усмехнулся Люциус, склонившись в наигранно-галантном поклоне.       Костяшки пальцев Северуса побелели, а ноздри Гермионы гневно расширились от столь очевидного замечания в сторону Лили Эванс. Прикусить язык, никак не отреагировав на эту фразу, оказалось практически невыполнимой задачей, но, учитывая ситуацию, в которой находилась волшебница, и роль, которую необходимо было играть, ей пришлось это сделать. Натянуто улыбнувшись, она сделала несколько глотков сливочного пива, всем своим видом показывая, что этот разговор совершенно её не интересует.       — Хорошенько подумай, Снейп, — пригрозил Яксли, от надтреснутого голоса у Гермионы по спине побежали мурашки.       Как только мужчины наконец оставили их в покое, повисло неловкое молчание. Не говоря ни слова, Северус даже не обращал внимания на недавно купленный напиток.       — Если ты хочешь успеть на званый ужин, лучше пойти прямо сейчас, — посмотрев на часы, опомнился мальчишка спустя двадцать минут напряжённой тишины.       Из-за всего произошедшего она совсем забыла о вечеринке Слизнорта и даже потеряла всякое желание посещать её.       — Ты всё ещё не против составить мне компанию? — спросила волшебница. Северус быстро поднял голову и широко раскрыл глаза.       — Конечно! А ты... не против? — в этот момент он выглядел таким разочарованным, что Гермиона десять раз пожалела о только что заданном вопросе.       Хоть он и кажется уверенным в себе человеком, это не распространяется на многие вещи. Особенно, если дело касается девушек.       — Да, просто я не была уверена, хочешь ли ты идти, — она прикусила губу, подбирая слова, — После случившегося ты немного... закрылся в себе.       Северус едва слышно выдохнул, слегка расслабляясь. Его взгляд смягчился, когда он, подтягиваясь к краю стола, накрыл её ладонь своей. Да, они практически весь день держались за руки, но именно в этом прикосновении было нечто особенное. Нежно проводя большим пальцем по костяшкам её пальцев, юноша смотрел на Гермиону так, будто она была единственной, кто когда-либо проявлял к нему искреннее сострадание. Внутри пробуждалось незнакомое, но очень сильное чувство, заслоняя собой все слова — их больше не осталось, было лишь это странное ощущение. Ничего подобного волшебница не испытывала никогда в жизни.       — Ты всё ещё нравишься мне, Гермиона, — заверил он самым мягким голосом, который только можно было представить.       Нужно немедленно взять себя в руки. Отстраниться от происходящего, что бы всё это ни значило.       Когда она улыбнулась и посмотрела в тёмные глаза мальчишки, стало ясно: стена между ними наконец-то полностью разрушена.       Что же он делает со мной?