Свет веры

      На кухне как всегда стояла повышенная температура и пот ручьем стекал с людей. Плиты и печи привычно гудели, персонал носился туда-сюда гремя железной посудой и громко обсуждая новости и сплетни. Работа на кухне напоминала отлаженный производственный механизм. Продукты доставали со склада, мыли или распаковывали, нарезали и кидали в большие чаны с водой, где из них готовилось съедобное варево, которое разливали по мискам и подавали нуждающимся. Меню было одинаковым не зависимо ото дня. Утром порошковая протеиновая каша, в обед варево из овощей, вечером каша из крупы. На праздники в обеденное варево добавляли гроксовое мясо.       Егор работал в Центре помощи уже три года и давно привык к здешнему распорядку. В каком то смысле ему даже нравились здешние рутинность и автоматизм. Можно было отрешится от всего и просто погрузится в свои мысли, пока руки выполняют привычную деятельность. Каждый день ему давали разные задания будь то помочь с разгрузкой, мытье посуды или помещения, нарезание овощей. Сейчас же Леметр стоял возле нескольких чанов, помешивая кипящую жидкость и следя чтобы ничего не подгорело. Ничего сложного, но проблема была в разговорах вокруг. С самогоутра люди что в жилом блоке, что здесь обсуждали вчерашний взрыв при открытии Оранжереи. — Вчерашний терракт унес жизни десяти человек и семи представителей тау, — вещал голос диктора новостей из динамиков, — Более тридцати получили ранения, среди которых есть дети. Эта ужасная трагедия повергла в ужас всех граждан Авалона-3. Представитель касты Воды выступил с заявлением…       Леметр плохо соображал вчерашним вечером. После взрыва он как болван стоял около минуты, наблюдая за пожаром. Как-то взяв себя в руки он, вместе с толпой, направился к ближайшей станции. Власти однако быстро взяли ситуацию под контроль и организовали эвакуацию с места терракта. Поезда ходили всю ночь, так что Егор без проблем добрался до дома. И что удивительно, попав в квартиру, он отрубился сразу же, стоило только лечь на кровать. « Омниссия сохрани, что же за безумие овладело Артуром в тот момент? — размышлял Егор, помешивая варево, — Четыре года мы не виделись. Как он смог это провернуть? И почему сейчас? Что с ним сделали, раз он решился на такое?»       За четыре года его Артур сильно изменился. Он выглядел старше своих лет, замученный и с сединой в волосах. Очень давно, в прошлой жизни, Артур был крайне самодовольным и амбициозным. В его глазах всегда был огонь соперничества, а наглая улыбка раздражала окружающих. Но не вчера. Вчера на его лице застыла обреченность смертника, а голос выдавал усталость. «Может я тоже так выгляжу? — подумал Егор, — Разум превыше материи. Но разум не обманет душу. Может мы просто врали друг другу и себе? И все мы просто трусы и предатели?»       Неожиданно половник, которым Егор размешивал варево, упал на пол с характерным звоном. Несколько работников на мгновение взглянули на Леметра, но тут же занялись своими делами. Подняв половник левой рукой, Егор уставился на аугмент, который заменял ему правую руку. «Разве духи слышат мысли? — подумал Леметр, сжимая и разжимая механические пальцы, — И можно ли назвать их духами? Варпово проклятье.»       Тут на кухню ворвался полный мужчина с густыми усами и лысиной. Взглянув на Егора он тут же подошел и рявкнул басом: — Чего прохлаждаешься Леметр?       Вырванный из своих размышлений, Егор рефлекторно выпрямился и извиняющимся голос произнес: — Простите господин Каширов. Половник упал, вот я хотел его помыть и… — Это как он умудрился упасть? — все еще недовольно спросил начальник, — Только не говори, что ты задремал. — Э, нет конечно. Я правой рукой его держал, а у меня аугумет иногда не слушается.       Каширов хмыкнул и сказал: — Вот только не говори мне что работать не можешь. Я тебя одной левой заставлю всю кухню драить. — Работать могу, не беспокойтесь. — поспешно ответил Егор. — Что бы на выходных в клинику обратился. А сейчас марш на разгрузку, грузовик подъехал.       Положив половник в мойку, Егор послушно заковылял к разгрузочным воротам. Не переставая разминать механические пальцы он вновь погрузился в свои мысли. «Клиника значит. Раз Каширов сказал, то придется. Гроксовы кишки, и кто меня за язык тянул?»       Грузовик был старым, собранным еще во времена старого режима. Угловатый, выцветший, где-то покрытый ржавчиной, но его мотор рычал а двигатель пышет жаром. Егор уставился на грузовик, не понимая, что его так заинтересовало. Но потом понял. Звук двигателя был другим. Вроде и обычным, но как будто чуть-чуть отличался. Грузовик задним ходом подъехал к разгрузочному трапу и остановился. Двигатель заглох и водитель тут же выпрыгнул из кабины. — Так вперед давайте! — крикнул Каширов, стоя рядом, — Раньше начнете, раньше закончите.       Леметр и несколько других работников принялись переносить ящики с продуктами. Каширов же с водителем сверяли документацию и списки на инфопланшетах и ставили росписи. Когда разгрузка была закончена, Каширов тут же скомандовал: — Все мыть руки и на обед. И поживей давайте!       Водитель грузовика стоял в стороне и что-то покуривал. Егор подозревал, что это лхо или другая дрянь. Но это было не важно. Нужно было кое что спросить. — Сколько лет машине? — спросил Леметр водителя. Тот удивленно захлопал глазами и настороженно ответил. — Лет двенадцать. А тебе то что?       Егор окинул взглядом грузовик и сказал: — Двигатель странно шумит. Натужно. И когда зажигание выключаешь как-то громко глохнет.       Водитель усмехнулся и махнув рукой сказал: — Да знаю я. Ритуал техосмотра давно нужно провести. Так кто же его проведет? И запчастей на него не выпускают. Эх, этот старик мне еще до Освобождения верно служил. Ни разу не подвел! Жалко будет сдавать. — Куда сдавать? — удивленно спросил Егор. — Так это, новая программа Благодетелей, — пояснил водитель, — Можно старый транспорт на новый обменять. Ну если с документами все в порядке. Правда не сразу, подождать надо до месяца. Но вроде как не обманывают.       Егор вновь осмотрел грузовик и с грустью сказал: - Хоть и старый он, но гордый. Раз ни разу тебя не подвел, то может отплатишь ему тем же? Дай окончить ему цикл в служении, а не под пилами и прессом.       Водитель с открытым ртом уставился на собеседника: - Слушай, ты чего то загоняешься. Я не пойму…       Но водитель не договорил. Сзади послышались шаги. Вольдемар Каширов подошел с недовольным лицом уставился на Леметра: - Ну и какого грокса ты тут болтаешься?! Живо на кухню!       Следующая половина рабочей смены прошла без неожиданностей. Все вокруг только и говорили о терракте, гадая как это могли провернуть. Кто-то не на шутку испугался, что тау начнут масштабные репрессии, кто-то говорил о скором массовом восстании. Под конец смены, когда кухня была уже вымыта и Егор собирался уходить, к нему подошел Каширов. - Тебе что было сказано? Не болтать всякого бреда о технике. Так контролируй себя Леметр! Как ребенок ведешь себя! - Извините, — только и мог сказать Егор. - Извинениями не отделаешься. Загружу тебя работай так, что вздохнуть спокойно не сможешь. И сходи завтра в клинику. Свободен!       От обсуждения новостей нельзя было спастись даже по дороге домой. В поезде из динамиков дикторы новостей сообщали о новых задержаниях и облавах. Меры безопасности будут усилены во много раз. А тем кто поможет новой власти ждет достойная награда.       Егор пытался отрешится от всего, уставившись в окно, где то и дело мелькали руины и заброшенные здания. Когда тау взяли под контроль планету, то пообещали всего за год не только все отстроить, но и сделать многократно лучше. Но жизнь внесла свои коррективы. Разрушения оказались слишком масштабными, а большая часть сил и ресурсов уходила на непрекращающуюся войну. Вдобавок лояльные старому режиму солдаты и простые граждане уходили в под-ульи, откуда вели партизанскую деятельность. В итоге каждый город был поделен на отстроенную и облагороженную зону и полу разрушенные районы. Что-бы переехать в новый, отстроенный район нужно было доказать высочайший моральный уровень и преданность Высшему благу. Или остаться жить в старых жилых комплексах со всеми неудобствами. Был еще третий вариант, подать документы на процедуру переселения. И тогда такого гражданина отправят в другой конец Империи Тау, но обещают при этом новое жилье, безопасность и удобства.       В жилом блоке Е-123 по вечерам как обычно было шумно. Дети бегали по коридорам, пока их родители о чем-то шумно спорили. Здешняя же кухня превращалась в политический и экономический форум, где каждый желающий мог высказать свое очень важное мнение по тому или иному вопросу. Народ активно дискутировал. Леметр же просто пытался приготовить ужин. - Это просто кошмар! — восклицала пожилая Елизавета Артовна, — Дроны прям над детской площадкой летают! Туда-сюда. И смотрят все, высматривают. Ох пропади те безумцы, что устроили этот взрыв! «Уже пропали.» — подумал Егор, не сомневаясь, что Артур давно погиб. Бурные обсуждения продлятся еще неделю. Столько же власти будут нагнетать тревогу. Потом все успокоится. Виновных непременно найдут. Или сделают вид, что нашли. Сам Егор не сомневался, что Артур провернул все сам в одиночку. Правда неизвестно как. - А еще этот шум в вентиляции! — Елизавета Артовна все никак не унималась, — Я все службы обошла, везде заявления написала! Вот ждите вы и все тут.       Разогрев ужин, Егор поспешно удалился к себе. Поедая безвкусную кашу, он попытался успокоится, но выходило плохо. Закончив с едой и помыв посуду Леметр вырубил свет, упал кровать и тут же погрузился в сон. Ему снилось, что он снова помешивает варево не кухне, а молодой Артур и другие послушники в красных рясах отдают ему команды. Сам Егор постоянно огрызался, за что его обсмеивали. Неожиданно яркий синий свет заполонил все пространство вокруг и Артур вместе с послушниками растворились в воздухе.       Открыв глаза Леметр понял, что был вырван из сна синими лучами, что светили в глаза. Чуть повернув голову, Егор увидел парящего дрона за окном, что деловито обследовал его каморку. «Уходи,— подумал Егор, — Просто уходи. Уйди прочь.»       Наконец дрон развернулся и улетел обследовать другие квартиры. Вздохнув с облегчением Леметр вновь попытался заснуть. Но сон все никак не приходил. Посмотрев на аугментированную руку, Егор вновь задумался: «Что же случилось с остальными? Был ли кто-то еще на площади в тот момент? Хотят ли они поступить как Артур или просто решили существовать, как я? Четыре года прошло, а как будто целая вечность.»       Неожиданное раздалось странное постукивание. Прислушавшись, можно было подумать, что в вентиляции что-то бегает. Но это не было похоже на обычного паразита. В вентиляции словно бы тарахтело что-то металлическое. Шум раздавался откуда-то снизу. Он то приближался, то отдалялся. И это не могло не настораживать. «Похоже Елизавета Артовна не ошиблась. Просто чудесно.»       Заснуть Леметр смог только под утро, а потому проснулся позже обычного. Благо у него был выходной и торопится никуда не надо было. Разве что в клинике в это время уже стояли длинные очереди, но Егора это мало волновало. Помолившись, обмывшись и позавтракав, он наконец собрался и направился по наставлению Каширова. Проблема была в том, что ближайшая клиника, как и другие общественные и административные службы, находились в центральных районах. Поэтому пришлось вновь ехать на поезде.       Вновь прибыв в Центральный район, Егор понял, что Елизавета Артовна не соврала, когда рассказывала о дронах. То ту, то там они постоянно мелькали над головой. А солдат в серо-желтой форме на улицах стало гораздо больше. Проходы же на Главную площадь были оцеплены.       Недавно построенное здание клиники имело непривычно округлый инопланетный дизайн. Как снаружи, так и изнутри все было чисто и ухоженно, в холле играла приятная музыка а голо-экраны транслировали развлекательные передачи. Все было устроено для максимального комфорта посетителей, хотя любителей недовольно побурчать все равно было с избытком.       Встав в очередь за талоном, Егор оглянулся вокруг. Здесь жители центрального и рабочего района перемешались, что создавало забавную картину. Короткостриженый житель рабочего района в монотонной одежде стоял за одетым в пестрый наряд молодым человеком, который имел длинную косу и синие татуировки на лице. Периодически они могли недовольно смотреть друг на друга, но конфликтов не было.       Минут через десять Егор получил талон и направился к указанному кабинету. Там уже была своя очередь и вновь пришлось покорно ждать. Здесь же были люди с аугументикой: механические ноги, руки, искусственные глаза и другие части тела. У кого-то, как у Егора, на первый взгляд все было в порядке. У других механические части были существенно повреждены, а у одного мужчины искусственная нога была повреждена так, что из нее торчали провода.       На голо-экране, расположенном у стены, появилось изображение девушки в белом платье, в окружении тау с музыкальными инструментами. Заиграла музыка и девушка запела высоким, приятным голос. Егор вспомнил, что видел эту девушку на открытии Оранжереи прямо перед взрывом. - Смотри, это Люси Айлет, — заговорила женщина впереди, — Она вчера выступала с речью. - Бедняжка, — ответила другая женщина рядом, — Она находилась в самом эпицентре! Какой ужас. Такой талант и такая ужасная судьба! - О, нет, она выжила, — ответила первая женщина, — Очевидцы говорили, как она шла вместе с солдатами. - Ох, ну слава Великой матери! — облегченно вздохнула вторая, — Такое солнце как она поверглось опасности из-за кучки безумцев!       Егор отвернулся, сжимая кулаки и пытаясь сосредоточится на чем-то другом. Упоминание некой Великой матери вызвало приступ гнева. Он уже слышал об этом культе, но никогда не сталкивался с их последователями. Сама мысль, что языческим культам разрешено проповедовать и открывать храмы не укладывалась в голове. «Омниссия, дай мне терпения.»       Наконец очередь дошла и до Леметра. Войдя в кабинет его тут же поприветствовал человек в белом халате, синими татуировками и длинной косой на затылке. - Проходите, присаживайтесь, — указал доктор на кресло. Вдохнув воздух Егор, закатав правый рукав, сел и положил аугументированную руку на специальную подставку. Сначала доктор проверил данные на инфопланшеле, потом взялся за инструменты. - Егор Леметр значит? Вы не волнуйтесь, я не надолго вашу руку отключу. На что жалуетесь?       Чувствительность в правой руке тут же пропала. Доктор начал осматривать её своими инструментами, а Егор заговорил: - Рука… Иногда плохо слушается. Словно теряется контроль. - Угу, были ли повреждения или сильные физические нагрузки? - Нет, — коротко ответил Егор. Он начинал злится. Очень сильно злится. - Ясно. Когда вам её установили?       Леметр отвернулся и сквозь зубы спросил: - Это так важно? - Конечно, — недоуменно сказал доктор, — Возможно дело в долгой эксплуатации. Знаете как бывает… - Четыре года назад, — прервал Егор доктора, — Мне установили сей аугмент четыре года назад.       Доктор кивнул и продолжил осмотр. Разумеется время установки было важно. Леметр прекрасно это понимал. Только вот закипающую злость унять было трудно. Хотелось наорать, что ни-будь разбить или сделать любую другую глупость. - Проходили техосмотр до этого? — спросил доктор. - Нет, первый раз за четыре года.       Доктор удивленно посмотрел на пациента, и покачав головой сказал: - Ну как вы можно допускать такую халатность. Осмотр необходимо проводить раз в год. Это необходимое требование не просто так взялось. - Я знаю, — тихо ответил Егор. «Почти духов машинных ритуалом техосмотра. Чтя эксплуатации заветы, выражаешь ты уважение к механизму священному.» - Хм, странно, — задумчиво произнес доктор, — На удивление у вас все в порядке. Контакты в норме, подключение тоже в порядке. Вам нечего исправлять, все у вас прекрасно.       Закончив осмотр и получив электронную справку Егор вышел из здания клиники. Остановившись перед входом, он взглянул на свою правую руку. - Что с тобой не так, — пробормотал Леметр, сжав механические пальцы в кулак. Прямо сейчас он очень хотел ударить по адамантивой стене, чтобы разбить правую руку в дребезги. «Не стоило сюда идти. Нужно было послать Каширова гроксу в кишки. Пусть бы написал замечание в деле.»       Вдруг над головой раздался щелчок. Потом еще один. И еще. Подняв голову Егор увидел дрона, смотрящего прямо на него. «Уйди прочь. Уходи. Что тебе нужно?»       Дрон не улетал, а продолжал буравить Егора злобным взглядом. Ксеноская машина источала ненависть. Она хотела крови. Хотела смерти. Мерзкий гомункул хотел напасть. И отчаянно искал возможность обойти запретные протоколы. Четверо людей в серо-желтой форме подошли к Егору. Один из них спросил: - Георгий Леметр? - Да, — ответил Егор. - Вы задержаны. «Этого стоило ожидать.» - усмехнувшись подумал Егор.