Повесть о том, как Лань Ванцзы стал верующим

Лань Чжань сидел на снегу перед чужим телом. Он отчаянно трясь его, дергал за длинные черные волосы, тянул за ханьфу такого же цвета, щипал его. Ничего. Мужчина не отзывался. – Вэй Ин...- Он потряс ещё немного бездыханное тело, - Вэй Ин, очнись....Вэй Ин, пожалуйста..... У уголках глаз защипало. Он снова не успел. – Вэй Ин.... Он снова не справился. – Очнись же, Вэй Ин.. Он снова не пришел на помощь тогда, когда это было нужно. – Пожалуйста... По его щекам потекли слёзы. Это происходит каждую ночь. Каждый раз. Каждый раз он не успевает и Вэй Ина ранят. Каждый раз он пытается ему помочь, вливая духовные силы. И каждый раз он не оживает, а остается мертвенно-бледным, холодным. – Ну и холодно тут у тебя! - Он услышал знакомый голос. Тёплый и родной голос, который он не слышал уже порядком 13 лет. Лань Чжань обернулся, не веря своим глазам. Великий Старейшина Илин в грязном ханьфу с распущенными волосами стоял перед ним. Он положил руки на пояс. – Лань Чжань-Лань Чжань! Как тебе не стыдно? Столько раз меня звал, а теплый приём не смог сделать... Эх ты. – Вэй Ин...- Руки Лань Чжаня сами потянулись к Усяню, - Ты... Нашёлся.... Вэй Ин охнул, когда его обняли, но тут же посмеялся и обнял в ответ. – Так ты... - заговорил Лань Чжань, - Ты.. Слышал... Ты знал, что я зову тебя? – Слышал! Знал! Почему не пришел? - опередил он его вопрос, - Потому что дел много было. А ты думал, я там отдыхаю? - Он фыркнул, а Лань Чжань прижал его к себе крепче. – Прости, - прошептал он. Вэй Ин вскинул брови: – "Прости"? – Прости...- Подтвердил Лань Чжань. – Э-эм...- протянул Вэй Ин немного неловко улыбаясь, - Л-лань Чжань. Тебе не стоит извиняться... Да и за что? Лань Ванцзы отпрянул от него и посмотрел в глаза. Он быстро взял его за руку, словно боялся, что Вэй Ин прямо сейчас сбежит от него. Или исчезнет. – Прости... - Снова тихо прошептал второй нефрит. – Да за что? - Вэй Ин нахмурился. Да за то, что не смог помочь, когда надо было. За то, что не встал рядом в безночном городе, за то, что не смог защитить во время осады горы Луаньцзань, за то, что постоянно ругал, за то, что прогонял его, за то, что называл его чужим человеком. За то, что не смог помочь другим Вэням. За то, что так и не признался. Лань Чжань был плох в высказывании чувств и проявлении эмоций. Поэтому он вздохнул и тихо произнёс. – Я не смог... Спасти тебя. Вэй Ину хотелось расплакаться от умиления. Столько лет прошло, а Лань Ванцзы всё ещё жалеет о том, что не смог помочь! Да только его вины в этом не было.... – Ты не был обязан мне помогать. Я не злюсь, - поспешил его заверить Вэй Усянь, но Ванцзы отрезал: – Я злюсь. – На кого? – На.... Себя. - Он тихо всхлипнул. Вэй Ин глубоко вздохнул и осторожно его обнял. Больше женских слез он боялся мужских. Такой сильный и благородный Лань Чжань сейчас плачет у него в объятиях, а Вэй Усянь ничего не может сделать. – Вэй Ин....- Прошептал второй нефрит, - Вернись. – Не могу. – Пожалуйста... – У меня нет тела. – Займи чужое. – Лань Чжань. Нельзя же так. – Я... Понимаю... Прости. Лань Чжань снова его огорчил. Как можно быть таким.... Таким!? Ванцзы презирал себя. За трусость, за грязные мысли, за тот поцелуй в лесу. За многое другое. Но больше всего он презирал себя за то, что какой раз заставляет Вэй Ина в себе разочаровываться. – Я не виню тебя, - Внезапно сказал Вэй Ин, - Ни в чем нет твоей вины. Мы обязательно ещё встретимся. Но на это нужно время... Его хватка ослабла и Лань Чжань почувствовал, что остался один, посреди холодного зимнего поля. На следующий день, он принес в храм Сяо Ши корзинку с фруктами и два кувшина "Улыбки Императора". – Спасибо... - Прошептал он, впервые за столько времени легко улыбаясь.