Четвёртый – не лишний. Ложные дороги судьбы

Утро субботы следующих выходных началось с туч. Больших, свинцовых и совсем не весенних. Протянув руку до прикроватной тумбочки и отключив будильник на телефоне, Артём вяло взглянул в окно. Вставать не хотелось вообще, ещё и погода не способствовала скорому подъёму уж точно. Парень повернулся спиной к окну и заёрзал по постели под одеялом, желая пока что обустроиться поуютнее. Немного подмял одеяло под себя и под голову. Так-то лучше. Теперь можно ещё чуть-чуть поваляться и подумать о смысле жизни. Пока что он никуда не торопился. Пока что. Хоть и понимал, что таким образом он желал быстрее спрятаться от неизбежного, чем просто полежать и продлить для себя утро. Чтобы занять мысли чем-то хорошим, Артём попытался вспомнить, что ему сегодня снилось. А снился какой-то бред. Сперва он бегал в каком-то подъезде, поднимаясь всё выше и выше и почему-то напевая по дороге: «А моя любовь живёт на двадцать пятом этаже». В тот же момент Артём задумался о том, что эта песня, по сути, немного отзеркаливает его жизнь. А если быть точнее, то некоторые её моменты. «Твой одинокий пилигрим вернулся в город детства в поисках огня». Хотя он вроде и не огонь искал. А что тогда? «Кто за три моря уходил, тому вернуться хватит сил». Вернулся. Нашёл силы. «Ты веришь птицам и стихам; стекают звёзды по щекам и в тёмных лужах отражаются огни». Ну тут даже без комментариев, о ком идёт речь. «Я буду вечно встречи ждать, пока не научусь мечтать, пока не научусь любить, пока не научусь летать». Опять без комментариев, пожалуй. Да там что ни строчка, то правда. А вообще, почему именно эта песня? Есть же столько разных музыкальных композиций, но саундтреком к этому сну стала почему-то именно эта. Чуть подумав и прокрутив в голове события прошлых дней, Артём вспомнил: её вечером пятницы, когда он очередной раз встречал Алису с работы, напевала сама подруга. Последнюю в тот день почему-то вообще прорвало на старые песни: Артём ещё пошутил, что у них в банке, судя по всему, радио ловит только какое-нибудь «Ретро FM». Потом ещё полдороги они рассуждали — вернее, рассуждала Алиса, а Артём слушал — про поколения миллениалов, зумеров и ещё кого-то там… Затем в своём сновидении Артём сидел с кем-то на крыше и смотрел на какую-то реку. Откуда у них в городе вообще река? Потом… Но телефон явно решил не дать своему хозяину провести это утро спокойно и под свои мысли. — Алё, — немного хриплым со сна голосом поднял трубку Артём. — Я не понял, ты что, ещё спишь? Ля, Артём, уже начало одиннадцатого. — Отсыпаюсь, — добродушно буркнул парень и протёр глаза, желая стряхнуть сонливость. — Вагоны всю ночь разгружал? Не верю. С Алисой рассвет встречал? Тоже мимо, мне кажется. Так от чего отсыпаешься-то? Артём закатил глаза. Даня такой Даня… — Не от чего, а для чего. Сегодня на работу вызвали. В трубке послышался тяжёлый вздох. — На ночь? — Днём. Но мало ли, как всё затянется, на всякий случай решил отоспаться. — Понял. Я хотел к тебе заехать. Родаки велели передать тебе варенье. У нас его ещё до хрена с прошлого года осталось, а скоро новое крутить будут. — О, это я всегда люблю, — Артём даже не заметил, что ответил уже почти что и не сонным голосом. Варенье он любил ещё с тех времён, когда его им передавала бабушка. Родители в детстве забирали его из гостей у бабушки с дедушкой, естественно, в комплекте со всякими лакомствами: фруктами-котлетами-вареньями. И потом, когда они приезжали домой, он первым делом просил маму намазать на хлеб масло, варенье и… Вкусно было, одним словом. Теперь же любимым лакомством его решили угостить родители Дани. Судя по тому, что готовят они всегда вкусно, варенье тоже должно было получиться хорошим. — Когда ты уходишь? — продолжил Даня, выведя друга из гастрономических размышлений и воспоминаний. — До двенадцати можешь приезжать. «Значит, спокойное утро на сегодня отменяется», — вздохнул Артём, завершив разговор с Даней и перевернувшись на другой бок. Нужно, во-первых, позавтракать, хотя нервы заматывались в животе в леденящий щекотливый узел, из-за которого есть не хотелось абсолютно. Но Артём понимал, что хоть немного поесть всё-таки нужно — так как неизвестно, когда у него сегодня в следующий раз получится принять пищу. А затем нужно будет слегка прибраться. Ибо перед Даней немножко неудобно будет. Хоть он и свой, но всё же. А потом — собираться на работу. Можно было бы надеяться, что хоть обещанное варенье немного подсластит этот день. Но Артём чувствовал, что тут даже варенье не поможет. Было такое предчувствие. А оно его редко подводило. Зато он точно знал, что (а точнее — кто) дополнительно (а точнее — многократно) всё-таки наверняка подсластит остаток этого дня после работы. Та, про которую он вспомнил сегодня. И та, с кем он, судя по всему, смотрел на реку в своём сне. Ещё раз печально глянув на экран телефона, чтобы проверить, который час, Артём с удивлением заметил, что пока он говорил с Даней, то даже не заметил, что у него, оказывается, всё это время висело от кого-то непрочитанное сообщение. Парень заинтересованно опустил шторку уведомлений. Рядом с аватаркой Алисы справа прилагался комментарий от мессенджера «Отправил(а) вам фото». «И что там за фото? Умеет Алиса интриговать, однако», — заметил про себя Артём и уселся на кровати, ожидая, пока фото загрузится. Через пару секунд на своём экране он смог рассмотреть толпу молодёжи в нарядной одежде и какое-то здание позади них. Ещё через пару секунд размышлений Артём, вспомнив накануне разговор с Алисой о том, что она обещала найти и отправить свои фотографии с университетского выпускного, догадался, что это, собственно, и есть её университет, одногруппники и сама Алиса. Её он, кстати, отыскал в этой толпе практически без труда буквально за ещё пару секунд. Отметил про себя, что она тут, пожалуй, самая красивая. И дело даже не в наряде, хотя это бирюзовое платье в пол своим фасоном и оттенком очень ей шло. Порассматривав фото ещё немного, Артём снова заметил про себя, что теперь Алисе ещё желательно и что-нибудь ответить. «Ага, значит, она мне его отправила сегодня утром, пока я спал, — проанализировал парень, выйдя из фотографии обратно в чат с подругой. — Вот так всегда: когда бодрствую — никому не нужен; сплю — и всем сразу понадобился». Но это утверждение ему ничуть не помогло решить, что же написать в строке сообщения. Артём открыл клавиатуру и чуть ли не моргая уставился на мигающую палочку в пока ещё пустой строчке. «Едрит ты красотка». Звучит ужасно, выглядит — ещё хуже. Или вульгарно? Глупо? В любом случае — неподходяще. «Красиво». Нормально, но слишком сухо. Или с сердечком? Слишком… уже не так. Вроде они ещё не до такой степени сблизились, чтобы так ей писать. Артём озадаченно потёр лоб, спустив ноги с кровати. «Никогда не думал, что на таком зависну. Надо думать быстрее — а то вдруг она увидит, что я просмотрел, и будет думать, почему я молчу». Парень снова открыл фото и задумчиво окинул его взглядом ещё раз. Увеличил конкретно Алису, опять посмотрел. Отметил про себя, что Алиса тут самая счастливая. Потом понял, что с ответом ему это опять не помогло. В общем, полистав добрые пару минут любезно предлагаемые приложением стикеры и смайлики, Артём остановился на слове «Классно» с большим пальцем. А что? Вполне себе ничего, а главное — правда.

***

— Даня, не надо на меня так смотреть. Я твой леденящий душу взгляд спиной чувствую. Высказав это, Артём на пару секунд остановился, повернулся на сто восемьдесят градусов и убедился в правильности своей реплики. Даня действительно сидел на кровати, исподлобья и абсолютно молча наблюдая за мечущимся по комнате от тумбочки к рюкзаку другом. Прошёл где-то час с того момента, как Даня приехал к Артёму. За этот промежуток времени он успел отдать другу гостинцы в виде двух банок абрикосового варенья, которые торжественно заняли свои временные места на комоде, а Артём любезно угостил его чаем. И теперь Даня, попивая предложенный напиток, созерцал сборы друга на работу. — Дань, — Артём присел к гостю на кровать. — Я отлично понимаю, что ты хочешь этим показать. Но я же уже говорил… — парень запнулся. — Лучше помоги мне, ты же у нас за адреса шаришь, — Артём разблокировал телефон и принялся что-то в нём искать, — вот. Светлый переулок — это далеко отсюда? — Это новые высотки, возле коттеджного посёлка, — хмуро ответил Даня, не меняя своего ледяного взгляда. — Даже не спрашиваю, зачем тебе этот адрес. — Понимающий человек, — радостно усмехнулся Артём, но, наткнувшись на взгляд друга, снова стал серьёзным. — Кстати, я тебе на следующей неделе долг отдам. На лице Дани после этого сообщения особой радости не прибавилось. — Окей. Я бы, если что, у тебя в залог вот это забрал, — Даня, впервые за всё время усмехнувшись, кивнул на статуэтку на шкафу друга. Артём тоже перевёл взгляд на полку. — Эй, — шутливо-обиженно заметил он, — не надо. Предметом, что Даня присмотрел себе в качестве залога, оказалась миниатюрная композиция части старого города из, как утверждал Артём, настоящего дикого камня. Парень купил её перед возвращением на родину в качестве напоминания о годах своего заграничного студенчества, и теперь она занимала почётное место на полке. — Да я пошутил. Артём, усмехнувшись, продолжил собирать по комнате вещи, которые потенциально могли ему пригодиться. Упаковка салфеток — пусть будет. Кошелёк, ещё что-то… Наушники. Артём повертел коробочку в руках. Предыдущие его наушники, которые отслужили ему верой и правдой почти что лет пять, сломались на первом же курсе, когда он по неосторожности закинул их в рюкзак вместе с конспектами и кучкой учебных принадлежностей. А эти, беспроводные, он выменял у друга соседа по комнате, у которого родители занимались продажами заказанных из далёкой Поднебесной гаджетов, одежды, аксессуаров и тому подобного. Так что у этого парня практически всегда были интересные штуки, которые он менял на какие-то выгоды для себя по учёбе. Например, Артём за эти наушники отдал ему все свои практические за семестр по одной из дисциплин, благо что «меняла», как прозвал его другой их сосед по комнате, был курсом младше. — Ладно, я поехал, — Даня сделал последний глоток и поднялся с кровати. — Ты когда выходишь? Артём, вернувшись из воспоминаний в реальность, глянул на часы: — Через час надо быть на месте. Как думаешь, если через пятнадцать минут выйду, успею доехать? На троллейбусе? — Успеешь, успеешь, — вздохнул Даня. — Спасибо, — Артём как-то неловко улыбнулся, отложил свой рюкзак и прошёл с другом до входной двери. — Тебе надо поднять вопрос, чтобы твои работодатели компенсировали тебе транспортные расходы, — усмехнулся Даня. — Та что там тот тралик, — пожал плечами Артём. — А могли бы тебе личного водителя присылать, — продолжал Даня. — Или до такого уровня ещё не доработался? — Даня, — Артём насупился. — Ладно, ладно, молчу. Пока Даня обувался, коридор погрузился в тяжёлую тишину. — Нервничаешь? — Даня, завязывая шнурки, поднял голову и уставился на друга. Артём, облокотившись плечом об стену в коридоре, нервно крутил в руке ключи. На вопрос друга он лишь молча кивнул. — Удачи тебе, — Даня ещё раз с каплей сочувствия прошёлся взглядом по хозяину квартиры и вздохнул. — Держу за тебя кулаки каждый раз даже вне зависимости от своего мнения. Ты же мой друг. Артём виновато улыбнулся. — Позвони потом. — Потом я с Алей, — уже более жизнерадостно заметил Артём. — Ничего себе у тебя программа на сегодня, — Даня тоже усмехнулся. — А не много ли на один несчастный день? — Та не. — Ладно. Ни пуха ни пера. — К чёрту. Артём, постояв немного в коридоре после ухода друга, подошёл к окну. Тучи стали немного развеиваться, вот только желания идти у парня всё равно не прибавилось. Минут пять Артём ждал, пока Даня выйдет с подъезда, направится к байку возле клумбы и покинет двор — пересекаться с другом ему не хотелось, а про то, чтобы тот его, например, подкинул, речи не шло тем более. Выдохнув, Артём поборол в себе желание очередной раз за сегодняшнее утро вывернуться наизнанку на нервной почве, взял в руку рюкзак и вышел из квартиры тоже. Почти спустившись до конца одного лестничного пролёта, он неожиданно услышал за спиной: — Артём! Парень нехотя повернулся. Он знал, чей это голос. Его соседки. — Привет! Извини, если задерживаю, — соседка, выйдя на лестничную площадку, прикрыла за спиной входную дверь своей квартиры, — но напоминаю, что у тебя ещё должок за ремонт. Помнишь? Женщина эта, помимо того что являлась соседкой Артёма, занималась ещё и общественной деятельностью в подъезде. На этот раз она собирала деньги с жильцов на ремонт домофона. — Ты один ещё не сдал, — с каплей нравоучения заметила она, крутя в руке какую-то тряпочку — было впечатление, что она занималась чем-то по дому, но, услышав, что Артём вышел из квартиры, словно выбежала его ловить. И поймала. — Помню, помню. Сегодня отдам, честно, — пообещал Артём. — Давай. Я понимаю, что у тебя, может, проблемы с финансами, но надо ведь. В такие моменты Артём чувствовал себя не на своём месте. Не сказать, что все его соседи по подъезду отличались особым богатством, но, по крайней мере, считались людьми среднего достатка. Про себя же он такого сказать не мог. — Обещаю. Артём, обменявшись дежурными улыбками с соседкой, снова побежал вниз по ступенькам. Он не врал ей. Главное только — попасть домой до ночи.