Четвёртый – не лишний. Ложные дороги судьбы

Старые часы на стене мирно отсчитывали минуты, показывая присутствующим, что время приближается к одиннадцати часам вечера. Но они решительно не хотели этого замечать. — Знаешь, — Алиса уютнее закуталась в плед, подтянув колени к подбородку, — без тебя тут было… грустно. Когда я приходила. — А сейчас что, веселее? — Конечно. Девушка не стала уточнять, что в тот момент её внезапно охватило воспоминание того, как она вместе с Кирой бродила по опустевшей квартире. Как стояла в спальне около часов, тиканье которых в тишине комнаты казалось унылым и пугающим. Как смотрела на немного хаотично разбросанные вещи на полочках и шкафах и гнала от себя настойчиво стучавшую в висках тяжёлую, холодную мысль, что их хозяин может больше никогда к ним не вернуться… Но в этот момент, решив не подаваться угнетению воспоминаний, Алиса мгновенно переключилась на другую тему: — Слушай, а зачем тебе мячи для тенниса, если ты им не занимаешься? Артём, усмехнувшись, встал с дивана, на котором они с Алисой сидели последние полчаса, и взял в руки два теннисных мячика с комода неподалёку: — А вот зачем. Мне же сказали, что нужно жонглировать для развития координации, скажем так. — А, помню-помню. И как? Получается? — Пока мой рекорд был двадцать пять с чем-то секунд, — признался парень. — А ну, включай секундомер! Алиса, выполнив просьбу, с любопытством наблюдала то за мелькающими в воздухе жёлтыми мячиками, то за другом, который от старания в процессе тренировки даже приоткрыл рот. — Ну что? — подняв в скором времени упавший мяч, поинтересовался он. — Сколько? — Тридцать одна и восемь секунд, — Алиса с улыбкой показала экран секундомера. — Поздравляю! Артём радостно засмеялся, и Алиса подхватила его смех. Правда, когда она соответственно теме разговора вспомнила про время и скользнула взглядом по часам, эта радость сменилась шоком. — Блин, уже одиннадцать? Ну мы и засиделись, конечно! Так, ладно, — Алиса поспешно выбралась из-под пледа, — мне пора. В гостях хорошо, а дома — лучше. Спасибо за гостеприимство. — С ума сошла? — возмутился Артём. — Куда ты в такое время пойдёшь? Я тебя не пущу. Парень широким шагом прошёл к дверному проёму комнаты и стал в нём лицом к Алисе, облокотившись плечом об откос и скрестив руки на груди. — И что ты предлагаешь? — скептически поинтересовалась гостья. — Остаться у тебя с ночёвкой? — А чего бы и нет? — пожал плечами Артём. — Я не против. После долгих пререканий в коридоре, во время которых Алиса настаивала на том, что ей нужно домой, а Артём парировал тем, что всё, что ей необходимо, он ей предоставит, и для этого совсем необязательно идти одной через ночной город, Алиса всё же согласилась на такую авантюру. Поэтому ребята договорились, что в таком случае с утра они сразу же вместе выезжают за подарком — ибо Артём упёрся, что с пустыми руками он не придёт ни в коем случае, — потом Алиса заезжает к себе домой за своими подарками и наряжается, а затем они едут к маме. Выяснив все аспекты продолжения текущего и начала следующего дня, Алиса ушла в душ, а Артём остался в комнате один. И первым делом он вспомнил почему-то слова Алисы о том, что с ним в квартире стало лучше. Свою обитель он ни разу не рассматривал с точки зрения атмосферности — она таковой ему никогда и не казалась. Просто стены, просто вещи, просто пространство для существования. А тут вот как, оказывается… Парень обвёл комнату взглядом и улыбнулся. Алисе виднее — уж в чём-чём, а в этом она разбирается точно. В какой-то момент вода в душе перестала шуметь, и спустя несколько минут дверь приоткрылась. В комнату вплыло облако влажного, тёплого воздуха с едва ощутимым флёром его грейпфрутового геля для душа. А вскоре вслед за ним вышла и сама Алиса — мокрая, довольная и закутанная в большое банное полотенце. — С лёгким паром! — весело заметил Артём, склонив голову и посмотрев на подругу. — Кстати, а что будем делать со спальным местом? Я, например, могу уйти в коридор поспать, если хочешь. Если стесняешься. — Ага, ещё скажи — на балкон. И укроешься линолеумом, да? — А что? Для спины полезно, между прочим. — А для мозгов — вредно, — вздохнула девушка. — Нет уж. Я же правильно понимаю, что диван — это у тебя единственное спальное место? — Ага. Удобно. Ночью раскладываю его, а днём — складываю, и сразу так много места становится. А иногда могу и не складывать, а то лень с постельным бельём возиться: убирать, стелить… — Артём улыбнулся. — А мы тут поместимся вдвоём? — с сомнением в голосе уточнила Алиса. — Думаю, поместимся, — Артём начал раскладывать диван. — Но сейчас проверим. Если что, так точно уйду в коридор. Оказалось, что в разложенном виде диван действительно был довольно большой, так что при желании на нём могли бы улечься и трое людей неширокой комплектации. — Поместимся, — вынесла свой вердикт и Алиса. — Значит, в коридор ты не пойдёшь. Будем вместе. — Не, ну а вдруг ты не хочешь, — продолжил парень, неся охапку постельного белья. — Будешь бояться, что буду тебя домогаться. Но я не маньяк, если что. И обижать тебя не намерен. — Надеюсь, — шутливо ответила Алиса, пока Артём старательно стелил простынь и раскладывал две подушки и одеяло по своим местам. Закончив подготовку ко сну, Артём уселся на диван и уставился на подругу. — Ты чего на меня так смотришь? — Алиса бегло осмотрела себя с ног до головы, заметив немного изумлённый взгляд Артёма. — А, да задумался, — смущённо отмахнулся тот спустя пару секунд. Алиса пожала плечами и ещё раз пробежалась взглядом по себе — вернее, по полотенцу и по оставшимся открытым частям тела. — Ну? Так и будешь на меня смотреть? Или дашь мне вытереться и одеться? — усмехнулась девушка. — А, ой, да, — Артём виновато улыбнулся и отвернулся, с досадой отметив, что кончики ушей предательски начинают гореть. И пока Алиса, отойдя в другой угол комнаты, колдовала с одеждой на себе, Артём залез под одеяло и ожидал гостью, заставляя себя усердно рассматривать узор на обоях. — Хотя я вон вообще с голым торсом перед тобой сидел, и ничего, — усмехнулся он, — ты уже даже не смущаешься. — Тёма! — сконфуженно шикнула Алиса. — Понял — делаю вид, что я уже сплю. — И вообще, я тебя ещё в больнице полностью обнажённым видела, так что нашёл чем удивлять! — В принципе, согласен. Ну и ладно, не прошло — и не надо, — пошутил Артём. — Кстати, может, тебе что-то из своей одежды дать? — внезапно предложил он, вспомнив, что при подруге, по сути, осталась только уличная одежда. — Ага, — Артём не видел её лица, но по голосу догадывался, что Алиса усмехнулась. — Знаешь, как в фильмах — девушка на утро после бурной ночи с парнем выходит на кухню в его безразмерной футболке, а сам парень в этот момент готовит завтрак. — Ну а чего, не зря же придумали такое. С практической точки зрения, — продолжал Артём. Наступила тишина — видимо, Алиса задумалась. — Ладно. А что у тебя есть? — сдалась гостья. Вскоре ребята достигли взаимопонимания — через какое-то время им всё же удалось подобрать из небогатого гардероба Артёма подходящие на роль временной пижамы для Алисы футболку и шортики. Алисе ещё повезло, что комплекция Артёма была относительно похожа на её, иначе она бы вообще утонула в этих вещах. — Всё, спокойной ночи, — Алиса улыбнулась и, зевнув, улеглась поудобнее. Артём дотянулся до выключателя, и комната погрузилась в мрак. — И тебе, — услышала она уже в темноте. В наступившей тишине Алиса пока не спала, всё переваривая в голове этот день — привычка, от которой она не могла избавиться. Вспоминала об их прогулке, о фотографиях, которые она сделала, о булке с маком. Потом она начала думать уже и о том, как они завтра пойдут на день рождения, и как всё это произойдёт, и даже о том, что она вообще не планировала в этот день ночевать вне дома. Впрочем, пока что она об этом не жалела. Алиса чувствовала себя уютно. Маленькая квартирка не располагала к большим и шумным тусовкам, но вполне сходила за этакую норку, в которой можно укрыться от невзгод и страхов под сводом невысокого потолка. Они вдвоём, плед и эти стены — идеальный комплект. Ни убавить, ни прибавить. Вспомнив про Артёма, девушка повернула голову и в полумраке различила смутные черты его лица. Он же, вместо того чтобы спать, как оказалось, рассматривал подругу. — Артём, мне от твоего взгляда аж не по себе, — проворчала Алиса. — Чего так смотришь? Я не могу спать, когда на меня смотрят таким... взглядом. Мало того, что она чувствовала себя неловко — стеснялась, чтобы как-то во сне, чего доброго, футболка, например, не задралась слишком, или чтобы рука куда-то не туда не соскользнула, и чтобы одеяла на себя много случайно не забрать, а то Артём останется без него, так ещё и его взгляд этот… Хотя Артём, судя по его немного скованным движениям, тоже чувствовал себя не более комфортно. — Прости, — пробормотал он, поёрзав под одеялом. — Не спится. На подсознательном уровне Алиса, в принципе, понимала причину такого поведения друга — за двадцать с лишним прожитых лет научилась анализировать эмоции людей. Но тот, видимо, помнил своё обещание, и изо всех сил пытался его сдерживать. А где-то на совсем задворках мыслей Алиса понимала, что у неё это вызывает ответную реакцию. Но всё же… — Тём, я всё понимаю, — снова немного ворчливо заметила девушка, — но у нас завтра важный день. Спи сам и дай выспаться мне. Алиса развернулась к другу спиной и прижалась щекой к прохладной ткани наволочки. Услышала, что Артём вздохнул и тоже повернулся на другой бок. Поуютнее укрылась одеялом и, подумав, прильнула к спине друга своей спиной. Естественно, его счастливую улыбку от этого простого действия она не увидела.

***

Посреди ночи Алиса проснулась от сильной жажды и решила по-тихому сходить на кухню, попутно ломая голову, как ей аккуратно вылезти из кровати и не разбудить своего соседа. Но когда она повернула голову на то место, где лежал Артём, то обнаружилось, что его там не было. Размышляя над таинственным исчезновением друга посреди ночи в собственной квартире, Алиса добралась до кухни, сделала пару глотков воды, и только когда уже выключила свет и собралась уходить обратно в комнату, заметила знакомый силуэт на балконе. — Опа. А ты что тут делаешь? — поинтересовалась она, выйдя к нему. Артём удивлённо повернулся: — О. Доброй ночи. А тебе чего не спится? — Вообще-то я первая спросила, — нахмурилась Алиса. — Но я просто за водой пришла. А вот что ты тут забыл посреди ночи? — Да так. Размышляю, — тихо ответил Артём, глядя вниз. А внизу темнота накрыла двор бархатным покрывалом, оставив бодрствующим ребятам для атмосферности тихое пение сверчков да свет фонаря. У Алисы чуть не закружилась голова, когда она посмотрела вниз. Когда они вышли на балкон вечером, она смотрела в небо и как-то не обратила внимание на вид внизу, а теперь — увидела. Самый высокий этаж, на котором она когда-либо жила, был шестой, а в этот день она впервые увидела ночной пейзаж с высоты девятого. Оказывается, разница в три этажа — это довольно много. — О чём? Артём неопределённо передёрнул плечами. — Тём, по-моему, тебе уже не о чем страдать. Всё же хорошо закончилось, — девушка положила руку ему на плечо. — Меня очень пугает, что ты сильно волнуешься за меня, — признался Артём. — Со мной правда уже всё хорошо. Если меня выписали, то мне, значит, ничего серьёзного не угрожает. И на обследования я хожу. — Ты не обижайся, — возразила та, — я же просто хочу помочь тебе. Хочу, чтобы и у тебя всё было хорошо, понимаешь? И тебя выписали просто на домашнее лечение, не забывай! Кстати, да, а как там обследования? — Всё в порядке, сказали просто ещё поездить на капельницы, — весело отрапортовал Артём, после чего снова вернулся к основной теме. — Да я не обижаюсь на тебя, я переживаю. Нервные клетки не восстанавливаются, а ты уже и так достаточно наволновалась в больнице, я считаю. Между прочим, ты своей… энергетикой или… — парень запнулся, — любовью — не знаю — не подпускала ко мне смерть. Алиса усмехнулась и шутливо взъерошила волосы на голове друга: — Ой, дурачок. — Не, Алис. Я серьёзно. Данька потом рассказывал мне, как ты приходила тогда, как пыталась со мной говорить, — Артём запрокинул голову и, помолчав, продолжил. — Верила, что всё будет хорошо, что я смогу. Ты мой ангел-хранитель. И очень сильная. Не каждый бы пережил столько всего и вот так вот сидел бы и мило улыбался. И я понимаю, как сложно выбрать судьбу для бывших друзей, но ты смогла. Ты отомстила за меня, помогла Диме и спасла всех. — В плане? — немного не поняла Алиса. — Я о Грифе. — А, Господи. Ну так в таком случае ты тоже показал себя в какой-то степени сильным человеком, — возразила та, и, перехватив удивлённый взгляд друга, пояснила: — Ты смог осознать все ошибки и выбрать правильный вариант их исправления. И не побоялся. А вообще, тебе не кажется, что у нас слишком серьёзный разговор как для начала третьего ночи на балконе? — рассмеялась гостья. — А чего? Мы же должны были когда-нибудь это обсудить. А вот что, например, будет дальше? — Ты где-то ночной загашник алкоголя раскопал, что ли? — шутливо поинтересовалась Алиса. — Ну ладно. А что дальше? Буду работать потихоньку, а там… а там День города, а потом… Новый год, — Алиса почему-то начала проходиться по праздникам. — Отпразднуем вместе? — робко предложил Артём. — Можно. А потом, как я помню, твой день рождения. Через пару недель буквально. — Ага. Мне будет уже двадцать четыре, — парень усмехнулся. — Старость не в радость. — Ой, тоже мне, старый нашёлся. Ты даже не самый старший среди нас всех. — А кто самый старший? Кира, да? — подсчитал Артём. — Да. У неё в конце октября день рождения, — Алиса довольно прищурилась. — А я вот самая младшая. А, кстати про Новый год. Мы можем поехать к моим, мы обычно вместе отмечаем. Если всё пройдёт гладко завтра. — Я не против, — пожал плечами Артём. — Всё равно мы с ними должны привыкать друг к другу. — В смысле? — снова не поняла Алиса. — Да ладно, забей. Пошли, наверное, спать. — Нет, не забей, — упрямо повторила Алиса, — объясни, — с нажимом потребовала она, после чего внезапно поняла, что, возможно, хотел сказать Артём. — А. Кажись, до меня дошло, отбой, — девушка виновато улыбнулась. — А мне тут тоже внезапно нашлось развлечение на время твоего отпуска, — неожиданно вспомнил Артём и почему-то вздохнул. — Какое? — поинтересовалась Алиса. — Мои приедут ко мне в гости. Сегодня звонили, говорили. — Так всё-таки приедут? — радостно подхватила Алиса. — Угу, — Артём, судя по интонации, не разделял радости подруги. Она, впрочем, это заметила: — Ты не рад? Артём неопределённо покрутил рукой: — Такое. — Может, помиритесь как раз, — предложила Алиса. — Чтобы помириться, сначала нужно поругаться, — хмыкнул Артём. — А вы?.. — А мы не ругались, — поняв вопрос, быстро бросил он. — У нас просто очень сильные разногласия в сфере обустройства в жизни. Вот и всё. — Всё равно хорошо, что они приедут, — подытожила Алиса. Артём на это промолчал. — Жалко только, что я не тут буду, — продолжила она с сожалением. — Смотря на сколько они останутся и как скоро ты вернёшься, — заметил Артём. — Может, и застанешь ещё… — Вряд ли. Мы к началу сентября, скорее всего, приедем. — Я столько не продержусь, — вздохнул Артём. — Тёма, да не драматизируй ты так, — ласково возразила Алиса. — Ну это же не такая трагедия, в конце-то концов! Артём повернул голову в сторону подруги и поджал губы. Алиса заметила это и замерла — судя по всему, её слова его серьёзно зацепили и, возможно, даже обидели. — Кому-то, — тихо начал Артём, помолчав, — возможно, и не трагедия. А кому-то — почти трагедия, да. Я понимаю, ты судишь по своему опыту, но… Так бывает не у всех. — Потому что я правда не могу понять, что в этом такого страшного, — призналась Алиса, обняв себя за плечи. — Не злись, пожалуйста, я не обесцениваю твою проблему, но я действительно смотрю всё через свою призму и… и не понимаю. А хочу. Потому что хочу помочь. А как можно помочь, если не видишь всей картины? Артём облокотился на холодные перила балкона, слегка ссутулившись будто под невидимой тяжестью. — Все наши предыдущие встречи чаще всего заканчивались обсуждениями — и осуждениями — меня и моей жизни, — всё-таки начал он после паузы. — Мне неприятно это постоянно слушать. Изредка по телефону — ещё можно потерпеть. Но самое худшее — это выслушивать всё вживую и не иметь возможности куда-то деться… Он замолчал, глядя в тёмную бездну двора — словно выискивая в ней слова. — У них были свои планы — я же пошёл по своему плану. С самого начала. Да, я не утверждаю, что всё у меня сложилось хорошо. Можно даже сказать, что вообще нехорошо. И работу стабильную не нашёл, и живу как-то серединка на половинку, и жизнь не обустраиваю никак. Я это всё и сам знаю. Но пытаюсь исправить ситуацию. Направить в какое-то адекватное русло. А от того, что мне каждый раз напоминают о моих бедах, жизнь быстрее налаживаться не станет. Они видят проект, который пошёл не по чертежу. И пытаются его переделать. А я... я просто устал быть неудачным проектом. И это они ещё не знают всей моей истории, как ты понимаешь — если бы они знали, думаю, они бы приехали и меня насильно бы увезли к себе. Короче, это почти что очередной экзамен. На котором я заранее знаю, что снова получу незачёт. Слова повисли в ночной тишине, нарушаемой только стрекотом сверчков. Притихшая Алиса задумалась: Артём рассказал ей то, что она раньше могла составить только из рассказов Дани и собственных догадок. — Может, в этот раз всё обойдётся, — робко возразила она, дождавшись, когда Артём закончит свой рассказ. — Будем надеяться. Возникла пауза — немного напряжённая и даже удручающая. Алиса отчётливо слышала тяжёлое дыхание друга, видела его напряжённую позу и понимала, что он изо всех сил старался сдерживать эмоции и быть спокойным. Она не хотела, чтобы их разговор вызвал у него такие переживания — но она и предположить не могла, что всё окажется настолько серьёзно. А ещё она впервые так ясно увидела эту стену, которая стояла между Артёмом и его семьёй. Не стену гнева или ненависти, а глухой, безнадёжной неуверенности, что тебя поймут, примут и помогут. Она пыталась примерить это на себя — на свои светлые, почти безоблачные отношения с родителями, — и у неё не получалось. «Мне легко… с моими-то всегда всё просто. Да, пусть они и любопытные, а иногда даже слишком навязчивые, но они всегда за меня. Горой. Я не представляю, каково это — бояться их приезда». Её мир был прочен и полон поддержки, его — хрупок и усыпан острыми углами недопонимания. «Как так-то?» — Грустно это, — печально подытожила Алиса, решив смягчить ситуацию, и робко выдала: — А может, попробуете всё-таки найти общий язык? — Это не так просто, — Артём покосился на неё и, помолчав, внезапно улыбнулся. — Но я обещаю, что в этот раз честно буду пытаться. Сделаю всё, что от меня зависит. Чтобы ты не расстраивалась. — Я буду держать за вас кулачки, — радостно выпалила Алиса, прижавшись к другу. От сердца отлегло: значит, он не так сильно обиделся на неё. А ещё в душе у неё разливалось тепло от того, что Артём прислушался к её словам и даже пообещал, что попытается предпринять попытки к сближению. Уж теперь-то она понимала, чего ему стоило это решение. В этот момент снаружи балкона раздался какой-то стук. Алиса вздрогнула от неожиданности. — Соседи стучат, — тихо пояснил Артём, — видимо, громко говорили. — Тогда точно пошли спать, — согласилась девушка.

***

С утра Алиса проснулась от шума дрели где-то за стенкой. Настойчивый, вибрирующий гул врезался в полусонное сознание, вытаскивая её из остатков грёз. Она потянулась, зажмурилась, пытаясь поймать ускользающие образы, но дрель оказалась настойчивее. — М-да, Артёму с соседями явно не повезло, — тихо вздохнула гостья, когда поняла, что поспать ей больше не удастся. А может, это было и к лучшему — всё-таки у них на день было запланировано ещё много дел. Потом Алисе надо было придумать, что поесть на завтрак. И Артёма, который спал беспробудным сном, как будто никого за стенкой не было, тоже желательно было накормить. Вчера он приготовил им ужин, сегодня — её черёд что-то изобразить. Девушка, расчесавшись и приведя себя в порядок, неспешно прошла на кухню, решив пока что не будить хозяина квартиры — он и так крепко заснул только где-то ближе к середине ночи. Один только их разговор на балконе чего стоил, и Алиса только потом поняла, почему Артём там оказался посреди ночи. Вернее даже — после чего он там оказался. — Тёма, — тихо окликнула Алиса друга, когда она в первый раз случайно заметила, что тот как-то странно дышит: часто и тяжело. Она тогда ещё не заснула, а вот он успел провалиться в сон быстрее, — что с тобой? Артём на это ничего не ответил, но через секунд пять Алиса отчётливо услышала от него слабый стон. Окончательно поняв, что с Артёмом происходит что-то нехорошее, Алиса потрясла друга за плечо. Тот открыл глаза, быстро сел в кровати и осмотрелся: — Где мы? — У тебя дома, — удивлённо ответила Алиса. — Что с тобой? — А они где? — вместо ответа Артём всё так же испуганно продолжил крутить головой, схватив девушку за руку. — Ушли? А ты как? Всё хорошо? Алиса облегчённо улыбнулась: — Никого тут нет, всё нормально. Тебе что, приснилось что-то? — А, чёрт. Да. Наверное, — пробормотал парень, окончательно проснувшись. — Я что, кричал? — Чуть-чуть. — Разбудил? Прости. — Не, я ещё не спала. Поэтому и заметила, что с тобой... что-то не то. — Спасибо, — шепнул Артём. — Это… действительно приснилось, — он потёр лицо, словно пытаясь смыть с себя остатки сновидения. — И что же тебе приснилось? Артём уставился куда-то в стену и неохотно выдавил: — Они. Алиса поёжилась. Дальнейшие объяснения ей не потребовались. — Всё, — Артём лёг обратно, повернулся на бок и аккуратно наощупь снова дотронулся до руки девушки под одеялом. — Всё нормально. Пошли спать. Алиса, почувствовав прикосновение, выдохнула: — Спи. Потом Артём вроде бы заснул — по крайней мере, ей так тогда показалось. А Алиса всё ещё продолжала какое-то время всматриваться в темноте в друга. И думать о том, что, оказывается, эпизоды прошедших событий всё ещё являются ему по ночам. Она об этом даже и не догадывалась, но от этого осознания у неё сжалось сердце. «Сволочи, — подумала тогда Алиса. — Мало вы его вживую мучили, так ещё и во сне продолжаете приходить». Открыв дверь холодильника, Алиса огорчённо присвистнула: полки не спешили радовать разнообразием ассортимента — да и относительным количеством — хранящейся там еды. Три яйца, подсохший кусочек сыра, бутылка молока, одинокая морковь, кастрюлька с неизвестным содержимым, почти пустая упаковка сосисок — словом, практически базовый продуктовый набор без излишеств. Но пока девушка задумчиво осматривала содержимое холодильника и попутно размышляла, какой же завтрак можно из этого всего приготовить, на кухне появился сам Артём. — Доброе утро! — сонно, но весело окликнул он подругу. — Как спалось? — О, привет, — Алиса обернулась. — Весьма неплохо, хочу сказать. Правда, соседи у тебя неспокойные с утра пораньше. Спрашивать о том, как спалось ему, Алиса, естественно, не стала. Явно не особо хорошо. — А, которые с дрелью? — догадался Артём. — Ну да. Там молодая семья за стенкой недавно заселилась и теперь делает ремонт, — он перевёл взгляд в холодильник. — О. Завтракать будем? — Будем, будем. Яичницу будешь? — поинтересовалась Алиса, потянувшись к одной из полок. — С твоих рук я буду всё, — весело ответил Артём, присаживаясь за стол. — Твои продукты — моя готовка, — отреагировала Алиса, разбивая яйца. После совместного завтрака ребята ушли переодеваться. И если у Алисы это заняло буквально всего ничего, то вот Артём задержался в своей комнате почему-то надолго. — Тёма, — Алиса постучалась, — ты где там застрял? Вместо ответа Артём отворил дверь и сконфуженно посмотрел на уже готовую к выходу подругу. — Я тут… одеваюсь, — пробормотал он. Алиса заглянула в комнату. Шкаф был открыт, и Артём, по всей видимости, действительно секундой назад озадаченно перебирал запасы своей одежды, которая теперь беспорядочной горкой лежала на стуле. — Я просто думаю, нарядно как-то надо? — растерянно продолжил он, когда Алиса зашла в комнату и тоже подошла к шкафу. — Вот, — парень кивнул на светлую рубашку и джинсы, которые были отложены отдельно от кучи остальных вещей, — например, подойдёт? — Подойдёт, подойдёт, — согласилась Алиса, рассмотрев предложенный комплект. — Не переживай так сильно, мы же не в ресторан на званый ужин идём. Мы просто по-домашнему там посидим. И ты не сваришься? Длинный рукав, штаны… — Я вообще не знаю, — Артём с растерянностью осмотрел себя, — мне кажется, я ещё не очень хорошо выгляжу. Алиса озадаченно нахмурилась. Она почему-то сперва даже и не подумала, что друг, во-первых, ещё может не очень хорошо себя чувствовать, чтобы отсидеть долгое застолье, а она его тащит. А ведь он ей не скажет, даже если ему станет плохо! А во-вторых, Артём, возможно, действительно стесняется своего текущего вида. Это Алиса, видя его каждый день, уже привыкла ко всем оставшимся пока что рубцам, шрамам и синякам, понимая, что на всё нужно время. Да и он уже смирился, наверное, тоже. Но показываться на глаза остальным не хотел. — Слушай, а я как-то не подумала, что ты ещё можешь не выдержать столько сидеть с нами… — По поводу этого даже не думай, — возразил Артём, — всё я выдержу. Или ты уже передумала меня приглашать? — «Передумала». Вот ещё! Ничего я не передумала. Просто пообещай, что если начнёшь плохо себя чувствовать, то пойдёшь отдыхать. Хорошо? — Хорошо, — Артём улыбнулся. — А насчёт своего вида не волнуйся, честно. Родители в курсе, что с тобой произошло. Никто тебя обсуждать не будет.