Business or Pleasure

____________________________________________________________________________ После этого ночь быстро закончилась, и вскоре они все направились на парковку, пообещав увидеться в понедельник. Акк помахал рукой на прощание своим сотрудникам и смотрел, как они уезжают, но на самом деле ему хотелось проводить только одного человека. — Как ты добираешься домой? — спросил он Ая, который прислонился спиной к стене здания, как и он в последний раз, когда они разговаривали. — Это зависит от ситуации, — сказал Ай, размышляя об этом. — Ты предлагаешь меня подвезти? — Да, — просто ответил Акк. В конце концов, он был в долгу перед ним. Ай с усмешкой оттолкнулся от стены. — Тогда иди вперед. Акк старался не думать обо всех правилах, которые он нарушал, впуская Ая в свою машину. Его беспокоил не сам поступок, а стоящие за ним намерения. Он не был каким-то титулованным рыцарем в сияющих доспехах, который вез домой застрявшего стажера после вечеринки. Он был хищником. Но опять же, Ай такой же. — Тебе было весело сегодня вечером, да? - сказал Ай, когда Акк завел машину. — Всё было в порядке, — признал Акк. Ай усмехнулся. — Всё было более чем хорошо, и ты это знаешь. Видишь! Тебе нужно ходить на большее количество мероприятий. Ты не какой-то большой и плохой босс, с которым никто не хочет тусоваться. Люди, такие же как ты! Акк чувствовал, что Ай не был полностью беспристрастным судьей в этом отношении, учитывая, что Акк доставил ему несколько оргазмов за время их отношений, но он решил не комментировать. Это было приятно. Ай всю дорогу домой напевал себе под нос «В ручье острова», и Акк задавался вопросом, выкинет ли он когда-нибудь эту песню из головы снова. Он задавался вопросом, хочет ли он этого. Он припарковался перед домом Ая и заглушил двигатель. Затем он повернулся, чтобы посмотреть на Ая, и обнаружил, что тот уже смотрит в ответ. — Хочешь войти? — спросил Ай. Он не дразнил или намекал, просто звучал серьёзно. Как будто он знал важность вопроса, и всё равно решил его задать. Акк знал, что ему следует сказать «нет». Ничего из того, что происходило между ними за закрытыми дверями, не было хорошей идеей, но он всё ещё был в кайфе от ночи, хотя и не выпил ни капли алкоголя. Он чувствовал себя лёгким, кокетливым и жаждущим чего-то неуловимого, чему он не мог дать названия. Любовь, возможно. Или хотя бы дружеское общение. Поэтому, он сказал да. Несмотря на одержимость Ая квартирой Акка, его собственная была хороша. Это была просторная спальня с очень небольшим беспорядком на полу, и хотя мебель не подходила друг другу, это всё равно была мебель, а не деревянные ящики, сложенные друг на друга, как раньше использовали он, Кан и Ват в качестве журнального столика на протяжении всех студенческих лет. — Присаживайся, — сказал Ай, указывая на гостиную. — Ты хочешь чего-нибудь выпить? У меня есть пиво… и, может быть, немного красного вина, если мама оставила его в бутылке, когда пришла меня поселить. Одна только мысль об алкоголе вызывала у Акка тошноту. — У тебя есть кофе? — вместо этого спросил он. Ай задумчиво посмотрел на него с вопросом в глазах, но Акк не мог ему на него ответить — он тоже не знал, что здесь делает. — Конечно, — сказал Ай. — Дай мне минуту. Он пошёл на кухню, оставив Акка в одиночестве исследовать главную жилую зону. На кофейном столике лежали юридические документы, к телевизору была подключена игровая приставка, а по комнате разбросаны всевозможные книги. Но что действительно привлекло внимание Акка, так это фотографии. На большинстве из них были изображены Ай и его мама разного возраста, но Акка остановила фотография в рамке, стоящая рядом с диваном. Он поднял его, чтобы лучше видеть, а затем резко сел, поняв, что глаза ему не лгут. На фотографии был Ай, на вид лет шестнадцати, который стоял, обняв Аджаана Дику. Акк не видел ни одной фотографии Дики уже более десяти лет, и было горько-сладко видеть его здесь. Сейчас. Дика был ярким пятном в несколько мрачных лет жизни Акка, и, оглядываясь назад, он понял, что Дика, вероятно, знал, что он гомосексуалист, даже раньше, чем Акк. Он был непреклонен в том, что не позволил Суппало изменить Акка. Чтобы он ставил своё счастье выше всего остального. Вот почему Акка всегда так смущало, что человек, который научил его жить, покончил жизнь самоубийством. — Хорошо, — сказал Ай, возвращаясь в комнату с двумя чашками кофе. Он посмотрел на фотографию в руке Акка, но ничего не сказал. — Это не эспрессо, но сойдет. — Спасибо, — сказал Акк, взяв чашку, а Ай сел рядом с ним. — Дика был твоим дядей? — Ай кивнул. — Я слышал слухи, но не хотел верить… Он был хорошим человеком. — Он был, — согласился Ай. Акк вернул фотографию на её законное место на столе, и при этом он не мог не задаться вопросом, какой поворот судьбы привел его сюда, в квартиру парня, который делил кровь с человеком, которого Акк когда-то считал богом. Парень, который, как и его дядя, учил Акка жить. Он снова обернулся и обнаружил, что Ай устроился на диване, положив ноги под себя, а колени упали на колени Акку. Если бы у Акка было больше здравого смысла, он бы пересел, но валяться на диване после долгого рабочего дня было настолько по-домашнему, что он не хотел разрушать иллюзию. — Уже поздно, — сказал Акк, но не пошевелился, чтобы встать. Глаза Ая задержали его на месте. — Да, — согласился Ай, а затем поставил кофе, как будто он больше не собирался его пить. — Могу я задать тебе вопрос? — Акк кивнул, крепче сжимая свою кружку. Это было похоже на щит. Пока он держал её, Аю придется оставаться на этой стороне дивана, а Акку — на своей. — Почему ты пришел сюда со мной? — Я не знаю, — признался Акк. — Я рад, что ты это сделал, — сказал Ай, наклоняясь вперёд. Его глаза теперь горели тем огнём, который он, казалось, никогда не мог сдержать, но это не беспокоило Акка так, как раньше. Он смотрел на пламя. — Почему ты так на меня смотришь? — спросил он со вздохом. — Потому что ты горячая штучка, — ответил Ай, как будто эти самые слова не были революционными. Никто раньше не называл Акка «горячим». Он закатил глаза, но прежде, чем они успели сделать полный круг, Ай украл чашку кофе из его рук и поставил её так, чтобы подобраться поближе — настолько близко, что теперь он был практически на коленях у Акка. — Ты думаешь, я лгу, да? Может быть, и не лгал, но он явно преувеличивал. — Думаю, ты точно знаешь, что сказать, чтобы заставить меня забыться. Ай, казалось, был странно польщён этим. Он наклонился ещё ближе и обхватил лицо Акка рукой. — Позволь мне сказать тебе, какой ты горячий, Пи'Акк. Ты такой горячий, что когда я впервые увидел тебя на вечеринке, я понял, что не смогу уйти без тебя. Я никогда в жизни не хотел никого так. Это было похоже на то, как будто что-то внутри тебя позвало что-то внутри меня, и с тех пор я больше не чувствую себя прежним человеком. А секс… Ты даже не представляешь, как хорошо ты выглядишь, стоя на четвереньках. Я никогда… — Он замолчал, как будто смутившись, но затем вздохнул и продолжил. — Я никогда ни с кем не занимался сексом и уходил полностью удовлетворён. До тебя. Ты тоже это почувствовал, да? Или для тебя обычно секс так и происходит? Акк не понимал, как Ай это сделал — разгласить части своей души, которые Акк никогда бы не произнес вслух. Это было смело и красиво, и Акк наклонился к его руке, жаждая его прикосновения. — Нет, — признался он. — Такого ещё никогда не было. Ай энергично кивнул, нежно поглаживая большим пальцем щеку Акка. — Я не играю в игры, Акк. Я хочу это. Я хочу тебя. Никто не должен знать. Каждая клетка в теле Акка говорила ему поддаться требованиям Ая — протянуть руку и взять — но тихий голос в глубине его головы всё ещё напоминал ему, что вкус удовольствия сейчас приведет только к ещё большей боли позже. — Я не могу, — сказал он твёрдым голосом. Это звучало так, будто он в это верил. — Прошло всего три месяца. Ты можешь подождать три месяца. Ай маниакально рассмеялся, а затем убрал руку от лица Акка. На секунду Акк подумал, что наконец-то даст ему пространство, но вместо этого взял руку Акка в свою и прижал её к своей промежности, где он мог отчетливо почувствовать очертания эрекции Айя. — Я не думаю, что смогу, — сказал Ай. — Я был наполовину твёрд с тех пор, как сел в твою машину. Что мне с этим делать? Он отпустил руку Акка, но Акк не пошевелил ею. Вместо этого он продолжал в шоке смотреть на штаны Ая. Затем, не приняв сознательного решения, его рука начала двигаться, поглаживая контур члена Ая через ткань. Только когда Ай издал тихий стон удовольствия, Акк понял, что делает, и отстранился. — Нет, — сказал он. — Справляйся с этим сам. Ай посмотрел на него, впервые за всю ночь выглядя по-настоящему расстроенным, и Акк был уверен, что его вот-вот выгонят, но всё, что сказал Ай, было «хорошо». И тут он начал расстегивать штаны. — Что ты делаешь? – лихорадочно спросил Акк. — Справляюсь с этим, — ответил Ай. Он приподнял бёдра, стянул штаны ровно настолько, чтобы освободить член, а затем начал поглаживать себя. Его тело немедленно отреагировало на прикосновение. Он раздвинул ноги, прислонился головой к спинке дивана и не хотел ни на секунду отрывать взгляд от Акка. Акк понятия не имел, что делать, понятия не имел, где искать спасения. Он даже не был до конца уверен, что это реально. Поэтому он позволил себе взглянуть вниз и посмотреть, что делает Ай. В первый раз они занимались сексом в тускло освещённой спальне. Было слишком темно, чтобы многое разглядеть, а даже если бы и не было, Акк был слишком возбуждён, чтобы заботиться об эстетике. Теперь, здесь, открыто, он мог по-настоящему оценить, насколько прекрасен был Ай, насколько прекрасен он весь. Его член был толстым и тяжёлым, и, поглаживая себя, он издавал самые восхитительные хныкающие звуки. У Акка не осталось защиты. Он не знал, как с этим бороться. — Ай, — попросил он, не зная, о чëм вообще просит. — Скажи мне остановиться, — сказал Ай хриплым голосом, — и я это сделаю. Он смотрел на Акка прикрытыми глазами, его рука ни разу не замедлилась, и в этот момент Акк скорее умер бы, чем остановил его. — Продолжай, — сказал он. Ай ухмыльнулся. — Да, сэр. Он был полностью эрегирован, из его члена уже вытекала предсперма, и Акку пришлось бороться с инстинктом, который хотел прикоснуться к нему, особенно когда стоны Ая превратились в скулёж, как будто он хотел большего. Как будто он хотел Акка. — Хочешь знать, о чëм я думаю, когда делаю это? — спросил Ай, его дыхание стало учащённым. Акк, который не мог отвести взгляд от руки Айя, наконец поднял взгляд. Почему-то ему казалось более интимным смотреть в глаза. Он был уже не просто телом, а человеком. Человек, который, скорее всего, думал о нём. — Да, — признал Акк. В горле у него пересохло. — Ты на коленях передо мной. Твой рот вокруг моего члена. Моя сперма на твоём лице. Акк не осознавал, насколько сильно были сжаты его кулаки, пока Ай не потянулся к его левой руке и не раздвинул пальцы, прежде чем притянуть руку Акка к своему телу. — Ай, — предупредил Акк. — Всё в порядке, — сказал Ай почти шёпотом, и, к удивлению Акка, он потянул руку Акка не вниз, а вверх. Он заправил его за воротник рубашки и положил на своё колотящееся сердце. Акк зачарованно уставился на него. Он чувствовал волнение Ая своей кожей. Его сердце билось быстрее, чем у Акка, а глаза пылали огнем. — Ты веришь мне сейчас? — спросил Ай, его глаза закатились назад от особенно грубого поглаживания. — Верю ли я тебе о чём? — Ты веришь, что я думаю, что ты горячий? И как он мог не сделать этого? Ай делал это для него. Акк держал одну руку на сердце, а другой потянулся, чтобы коснуться обнаженного бедра Ая, оставив большой палец в ямке, прямо над татуировкой, потому что, если у него никогда не будет возможности сделать это снова, он хотел бы предъявить права на это тело хотя бы один раз. Его прикосновение, должно быть, застало Ая врасплох, потому что всё его тело напряглось, и он повернулся в сторону, пытаясь уткнуться лицом в спинку дивана, его поглаживания ускорились, но Акку этого было недостаточно. Он хотел увидеть. — Посмотри на меня, — сказал он, но как только Ай повернулся к нему, он понял, что это была ошибка, потому что голод в его глазах заставил его лучше осознать голод в его собственных. Он был твёрд и напрягался в собственных штанах. Он никогда не хотел кого-то так. Он никогда ещё не хотел так сильно, что казалось, что это желание может убить его. — Акк, — благоговейно выдохнул Ай. А потом он кончил так сильно, что Акк поклялся, что почувствовал это и внутри себя. Он убрал руку с бедра Ая, но оставил её на сердце, чувствуя, как биение замедляется. Рядом с ним Ай выглядел сытым и счастливым и смотрел на Акка так, словно только что сделал ему подарок. Но теперь между ними было что-то, электричество, которого раньше не было. Взгляд был тяжёлым. Это было целенаправленно. Ай потянулся к нему, запустил пальцы в затылке Акка, чтобы притянуть его ближе, и Акк просто позволил ему. Они были так близко, их губы разделяли лишь дыхание. Акк практически почувствовал поцелуй. И тогда он понял, что делает. Он так сильно отшатнулся назад, что чуть не упал с дивана. — Акк? — спросил Ай, потянувшись к нему, пытаясь убедиться, что с ним всё в порядке, но Акк был не в порядке. Он не мог быть здесь. Он не мог думать. Он не мог дышать. — Мне пора идти, — сказал он, отворачиваясь. — Акк, подожди, — сказал Ай, пытаясь последовать за ним, но его штаны всё ещё были расстегнуты, и это замедлило его движение. Акк остановился у двери, глубоко вздохнул и прижался лбом к дереву. — Не следуй за мной, — сказал он. — Пожалуйста. У него не было сил дважды сказать ему «нет». — Но… Акк не стал ждать окончания предложения. Он выскользнул из квартиры Ая в ночь. Ай не последовал за ним.