Души, чьи судьбы сплетены

Солнце застыло в небе над самой головой. Оно прогревало остывшую за ночь землю и дарило долгожданное тепло, когда серый седан припарковался у знакомых железных ворот. Дожидаться, пока хозяин дома откроет их и загонит машину во двор, девушка не стала. Сразу прошмыгнула через калитку, прижимая к груди спортивную сумку с необходимыми вещами. Ключи от входной двери Влад передал ещё в салоне авто, больше тратить оставшиеся силы на разговоры совсем не хотелось и каждый с этим соглашался. Морально всё пережитое в квартире по-прежнему давило достаточно сильно. Не только на Аню. Теперь хмурым казался и сам чернокнижник, а в дороге от него не было слышно ни единого слова, стоит ли говорить о едких шуточках. Причину такого поведения растолковать оказалось не сложно: он определённо в замешательстве от того, с чем столкнулся и махнуть бы ему на всё рукой, напиться и забыть о том, что творится в жизни после злополучного испытания в такой же грёбаной «Ягодке». Жаль бесы память не стирают. Будь это в их власти, об угрызениях совести не пришлось бы беспокоиться после. Совесть? Серьёзно? Как сильно Влад тронулся умом, раз начал беспокоиться о подобном. Ещё четыре дня назад ему совсем не было дело до посторонних людей, он не разбрасывался обещаниями направо и налево, жил, в конце концов, спокойно и размеренно. А теперь всё шло не так, как хотелось бы. В какой-то степени изменения, происходящие одно за другим, раздражали, выводили из себя. Принять навалившуюся ответственность, которая теперь распространяется и на другого человека, оказалось сложнее, чем предполагалось. Единственное, на что хватило оставшегося здравого рассудка — это показать временной сожительнице гостевую спальню. Комнатка, конечно, не очень большая, но уютно обустроенная. Всяко лучше, чем не разложенный диван в гостиной. Мысли, летавшие далеко от реальности, утянули в себя окончательно и никто не подумал о том, что кровать стоило бы расстелить перед тем, как завалиться поверх одеяла отдыхать. Аня только верхнюю одежду сняла и кое-как натянула домашние шорты. Было прохладно, но утомлённое сознание не обращало на это внимание. Дневной отдых никогда не присутствовал в жизни шатенки, даже после бессонных ночей в течение дня она раскачивалась и чувствовала себя бодро, такая у неё особенность. Недосып напоминал о себе только ближе к вечеру и девушка успешно восполняла силы. В последние дни отоспаться никак не получалось, сколько бы времени Аня не провела в постели. Её хватало меньше, чем на пару часов и веки вновь норовили закрыться при любом удобном случае, а глаза болели, словно не видали отдыха больше двух суток. Как только голова зарывается в мягкие подушки, сознание тут же отступает, погружается в желанную на данный момент темноту и девушка засыпает, наконец полностью расслабившись.

***

Ветер на улице совсем не сильный, тёплый. Улица знакомая, без привычных многоэтажных зданий и шумных машин, которые беспрерывно сигналят друг другу в пробках. Тихий участок между двумя частными домами, окружённый деревьями. Здесь стоит песочница и двухместные качели. Не полноценная площадка, однако местным детишкам и такое в радость. Аня не быстро раскачивается туда-сюда, наслаждаясь умиротворённой обстановкой. Сейчас здесь только она, её друг, с которым девушка знакома буквально с пелёнок, и Ксюша. Троица хорошо ладит между собой и часто собирается в этом месте, старшая сестра по просьбе детишек качает их, рассказывает смешные шуточки и просто завлекает ребят во время прогулок непринуждёнными беседами. В такие моменты думалось, что детство всё ещё продолжается. Не смотря на ранний возраст оно не закончилось и мечта быть счастливым ребёнком не такая далёкая. Пускай она и становится возможной лишь вдали от дома, в деревушке за несколько десятков километров от оживлённого города, но зато рядом с любящими бабушкой и дедушкой. Вдоль дороги напротив проезжает жёлтая машина, достаточно старая на вид. Она останавливается у дома соседки — доброй женшины преклонного возраста — бабы Макаровны, как звала её маленькая девочка. Из салона выходит высокий человек, но разглядеть его не получается из-за сестры, которая стоит впереди, увлечённо рассказывая о чём-то. Через пару минут машина трогается с места, но проезжает всего десяток метров и останавливается уже напротив дома бабушки двух сестёр. Теперь мужчина отчётливо виден и девочка узнаёт в нём своего отца. Раньше он никогда не приезжал в деревню. Радостная, маленькая Анюта спрыгивает с качели и бежит вдогонку отцу с криками «папа». Догнать его получается, когда он уже зашёл во двор. Обернувшись на знакомый голос, мужчина расплылся в ласковой улыбке и подхватил дочь на руки. Тогда девочка не обратила внимания на неподобающий вид родителя: голый торс, длинное полотенце на бёдрах и заляпанные грязью сланцы. Подоспевшая следом сестра сообразила сразу, что отец в не трезвом состоянии, но подойти ближе, чтобы забрать Аню, не решилась. К счастью из дома уже вышел дедушка вместе с Андреем — их дядей, который тоже жил здесь. В силу вспыльчивого характера, он не стал церемониться и выхватил девочки из некрепкой хватки, отправляя сестёр домой. В окно они ещё долго наблюдали развернувшуюся сцену ссоры, к которой подключилась и бабушка, выпроваживая пьяного мужчину за территорию дома. Пятилетний ребёнок не понимал, в чём провинился отец и почему на него ругаются, поэтому ни в какую не соглашался со словами о том, что нельзя так подбегать к людям, ведь они могут оказаться незнакомцами. Аня продолжала стоять на своём, заверяла, что узнала папу сразу, не смотря на такой вид, и была рада видеть его. Уехал мужчина в не самом радостном расположении духа, едва не начав драку на последок с Андреем, который свою ненависть к отцу-алкоголику проявлял сильнее всех. Всегда весёлый дядя с игривым настроением и шуточками про запас вмиг изменился, не скупясь на маты и прочие неприличные выражения. Ксюша пустила Аню наружу, когда машина под окнами завелась. Остановить её девчонка, конечно, не успела и сильно расстроилась из-за того, что папа уехал, так и не поговорив с ней.

***

Стрелка на настенных часах приближалась к пяти часам вечера. Влад из своей комнаты не выходил, видимо ещё не проснулся, а Аня сидела за кухонным столом, прокручивая в памяти весь сон уже во второй раз. Ей редко снилось что-то из прошлого, связанное с родителями. Как правило, ничего после таких ночных видений не случалось, однако осознание этого не помогло отделаться от неприятного чувства тревоги внутри. Сказывались ли то слишком насыщенные событиями дни, может нечто другое, Ратманова правда не хотела забивать голову ещё и пустыми снами. Когда на дне чашки оставался только горький и густой осадок от кофе, на кухню зашёл Череватый. Выглядел он, Толик соврать не даст, потрёпанным, словно последние три с небольшим часа не спал. Никто друг с другом не поздоровался, чернокнижник только лениво кивнул и поставил чайник греться по новой, усаживаясь за стол напротив Ани. — Мышь в твоём холодильнике давно стухла, — не подумав, произносит девушка. Юмор никогда не был её коньком, вот и сейчас она столкнулась с непонимающим взглядом мужчины, который спросонья в принципе мало что мог сообразить. Смущаться тому, что со стороны она возможно выглядела глупо, сил так и не нашлось. Было всё равно. Выдохнув, пришлось разъясняться без всяких заморочек. — Есть совсем нечего, — девушка говорила, стоя уже около раковины с грязной чашкой в руках. — Хлеб на средней полке не в счёт, он чёрствый. Колбаса доверия не внушает. — Доставка, мать, доставка, — нехотя объясняется Череватый, показательно утыкаясь в экран телефона, чтобы заказать чего-нибудь перекусить. Очень часто он возвращался домой чересчур уставший и на готовку не оставалось ни времени, ни желания. Так постепенно все продукты в холодильнике и перевелись, в шкафчике появилась лапша быстрого приготовления и всякие сомнительные каши с добавками, искусственные пюре в пластмассовых коробочках. Иронично, ведь такую же обстановку Ратманова часто наблюдала и на своей кухне, но от домашней еды всё-таки не оказывалась насовсем. — Сходи по городу побрындай, — как ни в чём не бывало предлагает Влад, не отрываясь от гаджета. — Сначала приютил, теперь за дверь выставляешь? — смеётся шатенка. — Выставляю. Нехер голову ненужным дерьмом забивать, проветрись, — про себя Аня удивляется проницательности чернокнижника. — Я не хочу зря тратить время, — кривится она, вспоминая про взятую у врача справку на неделю. — На следующей неделе снова на учёбу. Тебе, напомню, тоже на съёмки нужно будет. — До воскресенья я твою бесятину на поводок не посажу никак. Сильный, тварина, попался, — недовольно цокает колдун, хотя в глазах его мелькает азарт. — Короче, энергии больше надо, бездумно тратить её, как сегодня, толку нет. Гуляй, я пока подумаю, шо сделать можно. Чайник закипел, вынуждая Влада прервать разговор, чтобы подняться и заварить себе кофе. Выпроваживать девчонку цели не было. Меньше всего чернокнижник сейчас хотел оставлять её без присмотра, учитывая, что после проведённого ритуала Сущ с большой вероятностью может разозлиться и выговорить чего-нибудь, но наблюдать, как она сидит в четырёх стенах и изводит себя напрасными размышлениями занятие тоже не из приятных. Пускай оторвётся от всей навалившейся фигни. Кроме того, Влад собирался съездить на местное кладбище в пятнадцати километрах отсюда, чтобы и его Толик смог полностью восполнить потраченную энергию и усиливающееся чувство голода. Заслужил, как ни крути. — Тогда уж и в магазин заскочу, — соглашается Аня и уходит вглубь дома, чтобы переодеться. Погода на улице стала более холодной, чем была днём. Порой казалось, что сентябрь и декабрь работают два через два. Слишком часто и резко менялась температура воздуха, ветра и прочее. Чтобы не трястись от холода, приходится надеть поверх свитшота не особо тёплую джинсовку, которая хоть сколько-то, но поможет на улице. Возвращая сумку с вещами под кровать, — там она не мозолит глаза — Аня вспоминает про куртку Влада, которая осталась в её квартире. Девушка правда собиралась вернуть её сегодня, но уходя забыла забрать, как бы банально это ни звучало. Мысленно дав себе подзатыльник за такую оплошность, Ратманова набирает номер подруги и всё-таки выходит из дома, кидая Владу на прощание «вернусь не скоро». Ничего незначащая фраза заставляет девушку усмехнуться. Она не думает о том, почему вдруг решила отчитаться чернокнижнику, но ловит себя на мысли, что слишком быстро перестала относиться к нему, как к старшему и безусловно более опытному человеку, слишком быстро из их общения исчезли все формальности и намёки на уважение. Сама Ратманова в этом ничего критичного не находила: общаться с человеком на равных ей всегда было комфортнее и "Выкать" она переставала почти сразу, только нравилось такое не всем и не редко от старших сыпались причитания, что молодёжь не проявляет никакого уважения к более взрослому поколению. С Владом такого не было. Конечно, разница в возрасте не такая уж и большая, в свои двадцать один девушка легко находила язык как и с подростками, так и с теми, кому за тридцать. Может, будь она более общительной, друзей вокруг водилось бы больше, чем пару-тройку человек, но Аню это совершенно не заботило. Вика отвечает достаточно быстро. Пары у неё закончились больше часа назад и она с удовольствием соглашается встретиться в их любимой шаурмичной, которая открылась относительно недавно, но уже успела прийтись по вкусу многим из-за своего интерьера и разнообразного меню. Верным решением оказывается вызвать такси до нужной улицы, чтобы не тратить время на долгий путь пешком. Алёхиной добираться немного быстрее, её квартира ближе к месту встречи, поэтому ждать Аню приходится около пяти минут. Наконец увидевшись после нескольких дней разлуки, подруги налетают друг на друга с объятиями и блондинка не сдерживается, треплет Аню по волосам и портит всю укладку. Сделать её девушка почти не старалась, волос сам лежал так, как нужно и это помогало не злиться на чрезмерно довольную встречей Вику, быстро поправить растрёпанный волос и занять свой столик в помещении. Внутри шаурмичной на несколько градусов теплее, чем на улице, поэтому Аня у входа стягивает с себя джинсовку и цепляет её на вешалку, бегло осматривая ничуть не изменившуюся обстановку: кремовые стены, на которые мягко ложился свет от красных светильников; коричневая удобная мебель, а точнее мягкие стулья, обтянутые тканью и придвинутые к тёмным столикам; растения с широкими листьями, стоящие на подоконниках и даже на полу, дополняли картину. — Еду я нам уже заказала, можешь не париться, — широко улыбаясь, предупреждает девушка, лишний раз напоминая о том, насколько хорошо она знает вкусы лучшей подруги. — Здорово! Я такая голодная, — хмыкает Ратманова, вспоминая про две кружи — одну с чаем, одну с кофе — которые она выпила за сегодня. Больше ничего в её желудке не было, вот и получается, что второй день Аня практически не ест. Запускать питание и явно нарываться на проблемы с желудком не входило в планы, но в последнее время контролировать приёмы пищи было сложно. То состояние не позволяло ничего в рот взять, то отсутствие аппетита не давало протолкнуть в себя ни кусочка нормальной пищи. Пора исправлять ситуацию. — Рассказывай, как дела обстоят? Убрали дружка твоего? — налетает с вопросами блондинка и подпирает подбородок руками. — Нет, ещё нет, — Аня сжимает губы в тонкую полоску и не знает, как лучше пересказать всё подруге, ведь ей самой известна лишь малая часть всего пиздеца. — Влад сказал, всё сложнее, чем он думал. Нужно время. Вика не торопит Ратманову с рассказом, даёт пару минут собраться с мыслями, внимает каждому слову и старается сразу же раскладывать полученную информацию по полочкам, не упуская ничего. Аня же не изъявляет желания вдаваться в подробности, опять заводить разговор о своём прошлом из-за которого, предположительно, всё и началось. Но Вика близкий человек, ей можно и нужно рассказать. — Помнишь, мы в детстве с ритуалами всякую ерунду вытворяли? — шатенка дожидается кивка и продолжает. — Я и одна их делала. В сарае... Ну, который на даче у нас, — приходится останавливаться и пояснять некоторые моменты, когда Вика одаривает подругу не смыслящим взглядом. — Из дома свечи тоскала, рисовала всякое. Но я не думала, что это сработать может! Вернее, в осознанном возрасте мне это бредом казаться стало, а тогда верила в такое. — Погоди, погоди! — прерывает речь Ани блондинка, показывая характерный жест руками, мол «стоп, подожди». — То есть вся херня из-за детской дурости происходит? Ань, это бред! — Почему сразу бред? — недовольно хмурится Ратманова, не до конца понимая позицию Вики. — Столько лет прошло уже, матерь божья! Этот твой бес сто раз мог объявиться и столько же свалить, — теперь рассуждения подруги обретают смысл в глазах девушки, но ставить под сомнения вдруг ни с того ни с сего взявшиеся ведения во время ритуала, подкреплённые словами Череватого, не хотелось. Почему-то доверие они вызвали крепкое. — Мало ли что в головах этих тварей творится и какие у них там устои, мало ли запрет какой, условие... Я ведь не помню, что именно тогда просила. Не один же раз такую дичь проделывала. — Попытайся вспомнить, дорогуша... Или предположить. Тебе виднее, должна знать, какие у вас там договорённости с чёртиком были, — Вика выдыхает, усмиряя свой пыл, и голос больше не кажется чересчур громким. — Какие бы договорённости не были, свою часть я точно проебала, — подытоживает весь разговор Ратманова, понимая, что она действительно облажалась. Обе девушки замолкают. Отвлечённые темы, на которые можно поговорить, словно растворились и разговор никто не начинал вплоть до того момента, пока им не принесли еду. — Мне Толя утром писал, — между тем решила сознаться Ратманова, раскручивая в руках стакан с негазированным лимонадом. — Ты его не заблокировала разве? — Вика, не сильно удивлённая, вскидывает брови и откусывает кусочек от своего сэндвича. Такое периодически происходило и пару раз подруги даже думали написать заявление, когда мужчина в не очень трезвом состоянии заявился на порог Аниной квартиры. — Номер другой, видно симку сменил. Аня, чересчур утомлённая всем, вздыхает и думает, что было бы неплохо съездить куда-нибудь за город на природу, пока ещё не слишком холодно, как они делали это раньше с компанией друзей. Непринуждённая обстановка и своеобразный юмор товарищей точно должны помочь как следует отдохнуть. — Забей, один он совсем свихнулся, — блондинка посмеивается, не воспринимая всерьёз мужчину, о котором идёт речь. В свои восемнадцать они наконец обрели свободу, желаемую многими подростками, и о прошлом вспоминать не хотелось. Плевать, если это прошлое само норовит напомнить о себе. — О! Или Владика своего попроси порчу навести, — Вика на мгновение округляет глаза и широко улыбается. Понятное дело, что в способностях Череватого она до сих пор сомневается. — Точно поможет. — Ага, фоточку на могилке прикопает? — Аня отнеслась к затее скептически. Не смотря на страх и глубокую нелюбовь к мужчине, она жалела его и ничего плохого не желала. — Ты свободна на выходных? — Спрашиваешь, будто мы самые занятые на планете люди, — кривится Вика, но всё-таки согласно кивает головой. — Я с Савой свяжусь, съездим куда-нибудь? Развеяться хочу, — про причину этого «хочу развеяться» Аня, конечно, говорить не собиралась. Лишний раз волновать подругу своей усталостью и дурными мыслями не было желания. — Прежней компанией собраться решила? Я Надьку ещё позову тогда, Кире наберу, он до двадцать девятого в городе вроде. Вика замолчала, в уме прикидывая, кому ещё можно позвонить и кто точно не откажется от идеи оторваться на выходных. — Я Владу предложу, надеюсь, ты не против, — вдруг предупреждает Аня, думая о том, что оставаться на два дня один на один со своим бесом не лучшая затея. Она по-прежнему боится его, а то чувство лёгкости, когда во время ритуала объявился демон Череватого, всплывает в памяти. — Ого, подруга, — блондинка задорно усмехается. Сиди они бок о бок, стопроцентно ещё и в бок локтем пихнула бы. — На чернушников потянуло? — С собой сначала дай разобраться! — возмущается Ратманова. — Ладно-ладно, зови, — сдаётся Вика, но улыбаться не прекращает. Если Аня решит наладить личную жизнь, она точно станет первым человеком, который узнает об этом. Подруги ещё некоторое время говорили ни о чём. Вика в красках расписывала все события, которые произошли в университете за время отсутствия Ани, на удивление бо́льшая часть дней проходила спокойно и размеренно на радость преподавателям. По инициативе Алёхиной, когда шатенка доела свою шаурму, девушки больше часа скитались по местному парку. Он был не очень большим, но со своим прудом в центре, к сожалению, без птиц. Ларьков с закусками в округе не нашлось, поэтому подруги наслаждались осенней природой без дополнительного удовольствия, но и без него прогулка оставила о себе приятные впечатления. Немногим позже пришлось попрощаться, так как Аня ещё планировала разобраться с двумя вещами прежде, чем возвращаться домой. С другой стороны... Может ли она вообще называть домом обитель чернокнижника? Вероятно, только временным местом жительства. Помотав головой, девушка отделалась от таких странных домыслов и к своему же удивлению изъявила желание поскорее добраться до своей квартиры. Нужды заказывать такси не было, идти всего каких-то пятнадцать минут, поэтому с наушниками в ушах Ратманова незаметно преодолело всё расстояние, вызывая лифт на нужный этаж. Возвращаться сюда в одиночку Аня никак не планировала, виной тому была дырявая голова и забытая в спешке куртка Влада. Он, к слову, о пропаже не сильно беспокоился, ни разу не упомянув отданную девушке вещь несколько дней тому назад. С чем это связано, шатенка правда не знала, зато теперь, когда она вернёт чёрную джинсовку законному владельцу, одной заботой станет меньше. Ключ проворачивается в замочной скважине, отворяя дверь. Обстановка внутри кажется слишком спокойной. Нет никаких посторонних звуков, никаких видений и прочей паранормальщины. Всё осталось в том же состоянии, когда Влад и Аня покидали квартиру несколько часов назад. Или почти всё. Только переступив порог девушка понимает, что дверь в ванную комнату распахнута настежь. Пол всё так же усеян осколками и разукрашен кровавыми разводами. При выключенном свете такая картина жутко напрягает. Аня не может сказать точно, оставалась ли дверь открытой, но сознание играет с ней злую шутку и убеждает в том, что Влад прикрыл её после того, как собрал атрибутику и вышел в коридор. «Дешёвый ужастик» — мелькает в мыслях и девушка нервно посмеивается. Куртка висит в шкафу, нужно сделать всего лишь три шага в его направлении и открыть дверцу. В голове всё донельзя просто. Ратманова проходит дальше, рукой нащупывая включатель на стене, и меньше, чем через секунду темноту квартиры заполняет тусклый свет единственной здесь электрической лампочки. Становится спокойнее. Дверца шкафчика самую малость заедает, не сразу отъезжая в сторону. Джинсовка оказывается на самом виду и девушка быстро хватает её в руки, желая поскорее покинуть многоэтажку в принципе. Даже улица сейчас ощущается как более безопасное место. Неожиданный в тишине квартиры звон заставляет вздрогнуть и едва не выронить вещь из рук. Аня, успокоив сердцебиение, понимает, что на телефон просто пришли уведомления. Ничего страшного не произошло, к счастью, можно хоть и нервно, но выдохнуть Разблокировав смартфон, во внимание бросаются яркие цифры «21:27» и два входящих сообщения сверху. Первое от Вики. Она пишет о предстоящем отдыхе на выходных и подтверждает присутствие Нади и Кирилла. Ратманова, так и не заходя в Вайбер — именно там они с подругой общались, привычка детских лет, так сказать — нажимает на кнопку "нравится" и сообщение исчезает. Вторая sms'ка уже из телеграмма и отправил её Влад, что удивительно. Влад Череватый Просто уточняю 21:27 Что именно он уточняет, Аня не знала, под именем мужчины мелькала надпись «печатает». Влад Череватый «Буду поздно» — это во сколько? 21:28

Аня Дай бог под утро, Влад. 21:28

Шатенка решила умолчать о том, что сейчас она находится у себя дома, чтобы не заставлять Влада надумывать чего лишнего. Влад Череватый С точкой? Официально, шо пиздец 21:28

Аня Разумеется. По-другому никак. 21:28

Влад Череватый Выставляя тебя проветриться, видит бог, я не имел ввиду ночевать на улице, поэтому вопрос остаётся прежним 21:29 Аня ничего не пишет в ответ, прикидывая в мыслях, через сколько времени она доберётся до дома Череватого, ибо забежать в круглосуточный магазинчик за углом ещё было актуально. Уже через несколько мгновений девушка набирает сообщение, что вернётся при лучшем раскладе через полчаса, но отправить ничего не успевает. Её отвлекает тень, неожиданно мелькнувшая в отражении зеркала, установленного внутри шкафа. Обернувшись, Ратманова всматривается в не особо длинный коридор и не обнаруживает там никого, но тревога в груди только усиливается и приходит понимание, что задержалась она здесь дольше положенного. Делая четыре шага назад, Аня решает сначала выйти на улицу, а потом ответить Владу, однако все задумки рушатся, когда у входной двери девушка видит светлый образ сестры.