Сыграешь роль моего парня?

Чонгук неспешно разомкнул веки, хлопая ресницами несколько раз в попытке отогнать от себя остатки сна. Перевернувшись на другой бок, он тут же наткнулся взглядом на широкую спину Тэхена, сопящего на соседней стороне кровати. Омега не смог сдержать счастливой улыбки. Он подобрался чуть ближе, ласково приобнимая альфу за плечо и чуть наклоняясь, оставляя мягкий, почти невесомый поцелуй на его щеке. Уголки его губ дрогнули от этого лёгкого прикосновения, будто он почувствовал его даже сквозь сон, и Чонгук от этого осознания расплылся в широкой, влюбленной улыбке. Вновь наклонившись, он припал губами к его запаховой железе, где всего месяц назад красовалась поставленная им метка: сейчас от нее уже не осталось и следа, как и на собственной шее, однако сама мысль о том, что она там была — несомненно грела. Чонгук прошёлся поцелуями по выпирающим шейным позвонкам, спускаясь чуть ниже к лопаткам, переходя на руку. Медовая кожа Тэхена так привлекательно блестела в солнечных лучах, и он, не переставая, покрывал ее мягкими поцелуями до момента, пока ресницы Тэхена мелко не задрожали, и он наконец не распахнул глаза. — Карамелька... — прошептал хриплым голосом альфа, а его губы расплылись в широкой улыбке. — Просыпаться от твоих поцелуев — лучшее, что существует в этом мире. Чонгук смущённо улыбнулся от этих слов, почувствовав, как сердце сделало небольшой кульбит, а грудь затопило безграничным счастьем. Тихое утро, совместное пробуждение, мягкие поцелуи спросонья — все это казалось райским сном, но омега уже давно свыкся с мыслью, что рядом с Тэхеном это — реальность. Если вначале отношений он переживал о том, что в будущем их неизменно настигнут ссоры, разочарования и, возможно, расставание, то с каждым днём, проведенным вместе, они постепенно угасали. С Тэхеном было спокойно, комфортно и стабильно. Раньше, после длительных отношений, наполненных болью, подобная "тишина" настораживала и заставляла искать подвох. Со временем Чонгук стал привыкать к своим ощущениям рядом с альфой, видел его заботу, поддержку, тепло. У них случались небольшие недопонимания или ссоры, но они никогда не решали их на эмоциях — успокаивались прежде, а после без криков и обвинений объясняли друг другу свою точку зрения и быстро находили решение или компромисс. И если всего год назад Чонгук бы уступил или не стал спорить, не желая ещё больше усугублять конфликт, то сейчас он учился отстаивать свое мнение, которое для Тэхена имело равноценный собственному вес. Его ценили, уважали не только как человека, но и как профессионала собственного дела, не обесценивали его мечту. И именно это вселяло Чонгуку уверенность в альфе и их будущем. Тэхен неспешно развернулся, нависая над ним сверху и, мягко придерживая ладонью за тонкую талию, накрыл его губы медленным, неторопливым поцелуем. Их не смущало то, что оба только открыли глаза и ещё даже не успели почистить зубы — куда важнее было то ощущение уюта и нежности, витающее между ними в это солнечное, праздничное утро. — С днём рождения, родной, — ласково прошептал омега, когда Тэхен отстранился от его губ, глядя на него влюблёнными глазами. — Спасибо, — расплылся в улыбке альфа, мягко проводя кончиками пальцев по его чуть покрасневшей от смущения щеке. Они были в одном белье, а потому контакт оголенной кожи к коже сейчас ощущался так отчётливо и жарко, что румянец невольно проступил на лице. Переплетённые под одеялом ноги, пах к паху, соприкосновение грудных клеток, что вздымались от тихих частых вздохов. Но самым интимным был не контакт их тел, а прямые взгляды, направленные друг на друга: наполненные теплом, нежностью, и такой безграничной и сильной любовью, что у обоих перехватывало дух. — Как хочешь провести свой праздник? — поинтересовался Чонгук, обвивая шею Тэхена своими руками. Альфа задумчиво поджал губы, на мгновение отводя взгляд, а после снова заглянул ему в глаза. — В целом, никак не планировал, — пожал он плечами, улыбаясь. — Лучший день рождения для меня — это провести его с тобой. Приготовим ужин, включим музыку, выпьем вина... Может, ближе к вечеру сходим прогуляться или посидеть где-нибудь вдвоем. Чонгук на мгновение удивлённо вскинул брови: с самого детства собственное день рождение ассоциировалось у него с долгожданным праздником, который хочется провести ярко и незабываемо, в кругу своей семьи и близких друзей. В детстве родители всегда водили его по разным развлекательным центрам, когда он познакомился с Сокджином — тот устраивал ему веселые вечеринки с громкой музыкой и алкоголем. Тэхен же захотел провести этот день уютно и по-домашнему. И пускай для омеги это стало лёгкой неожиданностью, в конце концов, этот праздник принадлежал альфе — и он был вправе распоряжаться им так, как ему хотелось. — Как скажешь, Тэ, — кивнул он, коротко целуя его в губы. — Ты тогда отправляйся в душ, а я пока приготовлю нам завтрак. Что ты хочешь? Альфа хитро улыбнулся, сверкая черными глазами. — Тебя, — произнес он шутливо, принимаясь дурачиться и наигранно кусать его за плечо под громкий и заливистый смех. Чонгук принялся брыкаться, пытаться выбраться из-под массивного тела, не переставая счастливо смеяться. Когда ему все же удалось сползти с кровати, уворачиваясь от руки Тэхена, которая попыталась его схватить и вернуть обратно, он посмотрел на него с яркой улыбкой на губах. — Дурак... — влюбленно пробормотал омега, и под чужой внимательный взгляд, провожающий его до самой двери, удалился из спальни, играючи виляя бедрами. Всего несколько недель назад он стеснялся своей наготы перед Тэхеном, однако прошедший гон и последовавшая за ним течка многое для него изменили. В тот период они раскрылись друг другу с новых сторон, а их отношения стали более доверительными и интимными. И если в их первый раз Чонгук выбрал позднее время суток и полумрак комнаты, надев на себя эротическое белье для пущей уверенности в собственной соблазнительности, то уже вскоре стеснение окончательно сошло на "нет", позволяя свободно заниматься любовью. Ведь он знал, что Тэхен его любит, и его тело вызывает у него восторг при любых обстоятельствах и в любой одежде. А потому завтрак он готовил, стоя перед плитой в одном белье, пока не почувствовал на своей талии сильные руки, а к спине не прижалась твердая, разгоряченная после душа грудь. Альфа удобно расположился подбородком на изгибе его плеча, наблюдая, как он обжаривает ароматные колбаски и бекон. — Английский завтрак? — поинтересовался он тихо, обжигая горячим дыханием ухо, отчего по загривку пробежали мелкие мурашки. Чонгук кивнул. — А помнишь, в наше первое совместное утро, когда ты только попросил меня помочь отомстить твоему бывшему, я тоже готовил для тебя именно его? — И правда, — вдруг расплылся в улыбке Чонгук, вспоминая, как проснулся в незнакомом доме и пытался незаметно из него улизнуть, пока его не поймали в коридоре. — Я тогда так сильно напился, что забыл половину ночи. Но то, каким восхитительным был тот завтрак — помню до сих пор. — А мне больше всего запомнилось твое смущение и румянец на щеках, когда ты подумал, что мы переспали, — тихо засмеялся альфа, лишь крепче стискивая его в своих объятиях и счастливо вздыхая. — Никто из нас тогда и подумать не мог, что однажды мы станем парой... Что я буду обнимать тебя со спины на той же самой кухне, пока ты готовишь для меня завтрак после проведенной вместе ночи. Чонгук кивнул, не сдерживая счастливой улыбки и прижимаясь к нему ближе, накрывая ладони, лежащие на своем животе, собственными руками. Всего несколько месяцев назад его жизнь казалась почти разрушенной, не имеющей смысла, однако сейчас это казалось лишь временным испытанием на пути к своему счастью. От уютных размышлений их прервала мелодия звонка, раздавшаяся с телефона Тэхена. Тихо вздохнув, нехотя отстраняясь от омеги и оставляя короткий поцелуй ему в плечо, альфа последовал в гостиную, принимая первые поздравления. — Спасибо, Хосок, — услышал Чонгук его улыбчивый голос, раскладывая еду по тарелкам. — Да нет, сегодня не планировал, — продолжал он диалог. — Обязательно соберёмся в следующие выходные. Хочу провести этот день с карамелькой. Ой, да иди ты! Тэхен вернулся на кухню с улыбкой на губах, садясь за стол и тут же откусывая румяную колбаску, прикрывая глаза от наслаждения. — Что он сказал? — с любопытством поинтересовался Чонгук, разливая по стаканам апельсиновый сок. — Что сначала его кинули Чимин и Юнги, теперь и мы с тобой. Сказал, что они с Намджуном уйдут дуэтом в разгул, и что мы ещё будем кусать локти, — тихо посмеялся Тэхен, а омега тихо прыснул. — Только, кажется, скоро его ждёт ещё одно разочарование — Намджун на неделю уехал из страны по делам. Чонгук улыбнулся, покачав головой. Всё-таки Тэхен был прав: глядя на Хосока, тяжело было поверить в то, что он в их компании — самый старший. Завтрак растянулся дольше обычного: они постоянно прерывались на разговоры, смеялись, а телефон Тэхена то и дело звонил, вынуждая его отвлекаться и выслушивать обилие поздравлений от своих родственников, друзей и коллег. В один из таких звонков, когда Тэхен, подперев щеку рукой, с улыбкой слушал теплые слова, доносящиеся из трубки, Чонгук тихо отлучился в спальню. Оделся, накинув на себя футболку Тэхена и любимые спортивки, а после чуть подрагивающими от волнения руками достал из рюкзака припрятанный подарок, сложенный в небольшой черный пакет. Сердце отчего-то забилось быстрее, а губы тронула лёгкая, чуть волнительная улыбка, когда он почти невесомо провел кончиками пальцев по шероховатой поверхности. И, тихо вздохнув, направился обратно на кухню, заставая Тэхена все так же сидящим за столом и печатающим кому-то ответ. В груди стало неожиданно тепло от того, насколько привычным и домашним сейчас выглядел альфа: до сих пор он был лишь в одних домашних штанах в клетку, волосы, ещё слегка влажные после душа, были небрежно раскиданы по голове. Чонгук не смог сдержать влюбленной улыбки и осознания, что это, пожалуй, и есть любовь: когда при виде лишь одного человека, будь он хоть при полном параде, хоть в домашней одежде и с чистой кожей, сердце одинаково заходится в груди от щемящей нежности и счастья. Пока альфа не обернулся, омега скользнул к холодильнику, доставая ещё одну небольшую часть подарка — небольшой бенто торт, который он приготовил для него вчерашним вечером. И если пакет с подарком легко уместился к нему в рюкзак, с которым он обычно и приходил на ночёвки, то вот спрятать торт в холодильнике самого Тэхена оказалось самой настоящей задачей со звёздочкой: омега затолкал его в самую глубь на нижней полке, прикрыв другими продуктами и всячески отвлекая альфу, когда тот заглядывал внутрь в поисках съестного. Он подошёл к Тэхену со спины, держа в руках тортик, небольшую свечку и зажигалку. — Тэхени, закрой глаза, — попросил Чонгук, и альфа сразу отложил телефон в сторону, выполняя его просьбу. Омега вставил свечу и поджёг ее, располагая пакет с подарком рядом на столе. И, лишь когда его небольшие приготовления были закончены, он мягко накрыл крепкие плечи ладонями, наклоняясь и тихо шепча ему на ухо: — Можешь открывать... Губы Тэхена тут же украсила радостная, почти ребяческая улыбка, когда он увидел перед собой торт: небольшой, белый, с надписью "С днём рождения, моя любовь", выведенной аккуратным почерком, и россыпью маленьких сердечек, нарисованных от руки. Огонек от свечи мелко подрагивал от его дыхания, чуть колыхаясь, словно призывая наконец загадать желание. — Ты приготовил для меня торт? — обернувшись к нему через плечо, чтобы словить его взгляд, с нежностью уточнил Тэхен. Чонгук скользнул ладонями вдоль его ключиц и приобнял за шею, улыбаясь ласково в ответ и кивая. — С твоей любимой начинкой, — хихикнул он тихо, и альфа просиял ещё больше, догадываясь, что речь идёт о карамели. — Скорее загадывай желание. Тэхен отвернулся обратно к торту, прикрывая глаза на несколько секунд и произнося в мыслях небольшое пожелание, чувствуя себя самым счастливым человеком на свете. — Что загадал? — с нетерпением поинтересовался Чонгук, когда альфа одним выдохом погасил свечу. — Ты ведь знаешь, что если скажу — не сбудется, — совершенно серьезно произнес Тэхен, накрывая его руку ладонями и ловя его взгляд, улыбаясь нежно, когда омега надул губы. — Но, карамелька, думаю тебе не составит труда догадаться, с кем связано мое желание. Щеки Чонгука тут же окрасились лёгким румянцем от смущения, заставив его улыбнуться. Он отстранился, садясь рядом с Тэхеном и с замиранием сердца протягивая ему пакет, наблюдая за его реакцией: за тем, как он облизнул губы от предвкушения, вынимая первым делом коробку, как подрагивали его пальцы, когда он развязывал бант, и как загорелись от восторга глаза, когда он наткнулся взглядом на изящные квадратные часы со светло-коричневым ремешком из кожи и квадратным аккуратным циферблатом. — Знаю, что у тебя их много... — все же решил объяснить Чонгук. — И, скорее всего, лучше... Но когда я увидел их на витрине магазина, сразу подумал, что они идеально тебе подойдут. Тэхен медленно провел пальцем по стеклу, прошелся взглядом по каждой детали, а после надел их на руку, слегка выставляя ее вперёд и любуясь новым аксессуаром. — Теперь эти будут моими любимыми, — произнес он спокойно, с довольной улыбкой на губах, и Чонгук не смог сдержать облегчённого вздоха. — Спасибо, карамелька, — прошептал он ласково, поворачиваясь, чтобы нежно поцеловать его в губы. — Это еще не всё, — тихо произнес Чонгук, кивая подбородком на пакет, откуда Тэхен достал вторую часть подарка. Омега почувствовал, как ладони слегка вспотели от волнения — подарок, пускай и был сделан своими руками и был для него чем-то личным, все же казался ему немного детским и инфантильным. Он знал, что Тэхен оценит любой его жест и знак внимания, но ему все равно было важно, чтобы подарок понравился альфе по-настоящему и стал для него чем-то ценным. Тэхен взял в руки небольшой альбом с лаконичной обложкой, открывая и замирая на первой же странице, где красовались те самые фото, которые они сделали в первую ночь их знакомства: их переплетённые пальцы на фоне салона авто, ступни в прохладной морской воде, одна бутылка вина на двоих. На следующем развороте были фото из ресторана, где они изображали пару — Тэхен провел по ним кончиками пальцев, почти невесомо и бережно, вспоминая, с чего все начиналось с почти неверящей улыбкой на губах. — Знаешь... — тихо произнес Чонгук, тоже рассматривая снимок и задумчиво усмехаясь уголками губ. — Раньше эти фото были для меня попыткой отомстить Джихеку: вызвать ревность, заставить кусать локти от моего ухода и мысли, что у меня так скоро появился кто-то другой, — он заглянул Тэхену в глаза, делая небольшую паузу и признаваясь чуть тише: — Но это было раньше... Сейчас для меня эти фотографии носят совершенно другое значение. Ведь на самом деле они не о Джихеке, а о нас с тобой... И я сделал этот альбом, чтобы сохранить в нем воспоминания того, с чего между нами все начиналось. И наполнить его еще морем счастливых моментов, запечатленных на снимках: но уже не для Инстаграма, не для чужих глаз и уж точно не для Джихека, а... только для нас. Чонгук невольно задержал дыхание, когда увидел небольшой отблеск влаги в глазах напротив: Тэхен, растроганно поджав губы, молчал несколько секунд, а после совершенно неожиданно притянул его к себе, заключая в нежные объятия и ласково поглаживая по спине. — Спасибо, карамелька, — прошептал он тихо, прижимая его так крепко, что Чонгук чувствовал его сердцебиение, отдающее глухими ударами в собственную грудь. — Может, сделаем один снимок сейчас? Для меня этот день рождения — самый трогательный и запоминающийся из всех. — Конечно, — смущённо улыбнулся омега, и, взяв его телефон в руки, открыл камеру. Они прижались щеками друг к другу, не разрывая объятий, когда раздался щелчок камеры. Тэхен улыбнулся, коротко поцеловав его в щеку, прежде чем отстраниться, любуясь получившимся изображением со счастливой улыбкой на губах. — Обязательно распечатаю и вклею в этот альбом, — произнес он довольно, пока Чонгук наблюдал за ним с трепетом в сердце и облегчением в груди от осознания того, что подарок нашел отклик в душе альфы. От созерцания снимка их отвлек звук дверного звонка. Почти одновременно они оба обернулись в сторону коридора, после переглянувшись: Чонгук растерянно хлопнул ресницами, Тэхен же непонимающе нахмурился, всем своим видом отражая, что гостей сегодня он не ждал. — Если это всё-таки заявился Хосок... — оставив фразу без продолжения, пробубнил себе под нос альфа, вставая и направляясь к входной двери, оставляя после себя лишь шлейф его природного запаха. Чонгук улыбнулся уголками губ, вновь взяв телефон Тэхена и рассматривая их ещё немного сонные, но такие счастливые лица на фото. Они и правда замечательно смотрелись вместе: омеге казалось, что они даже немного похожи внешне, а родинки, занимавшие у обоих одинаковые места, были словно подтверждением сплетения их судеб, запланированного свыше. Он едва заметно улыбнулся, проводя пальцем по краю телефона, когда из коридора вдруг донеслись незнакомые голоса. Чонгук замер. Улыбка медленно сошла с его лица, а сердце отчего-то пропустило удар. — Сюрприз! — радостно раздалось из прихожей. Он обернулся так быстро, что в шее неприятно хрустнуло, и уставился в сторону коридора широко распахнутыми глазами, когда он осознал, кто именно стоял на пороге. Приехали родители Тэхена. Чонгук резко вскочил со стула, отчего тот едва не упал, и услышал доносящееся шуршание одежды, пакетов и оживленные голоса. — Мы подумали, что ты опять проведешь свой день рождения на работе, и приехали тебя поздравить! — послышался звонкий голос омеги. — Погостим у тебя денёк, отметим, а завтра вернёмся домой, — добавил второй голос, более низкий, но теплый. Чонгук нервно пригладил волосы ладонью, быстро окинул взглядом собственный внешний вид и только сейчас осознал, что всё ещё ходит по дому в свободной футболке Тэхена и домашних штанах. От этого почему-то стало ещё более неловко. Он знал, что альфа давно рассказал о нем своим родителям: впервые услышал об этом случайно, когда папа Тэхена, созвонившись с ним по видеосвязи, стал пытаться уговорить его пойти на свидание с сыном их соседей — красавчиком, с добрым и милым характером и отличным хозяином по дому. И в ответ он услышал совершенно спокойный голос своего мужчины, который буднично сообщил родителям о том, что у него уже есть любимый человек. С тех пор родители несколько раз пытались познакомиться с Чонгуком, но то у Тэхена был завал на работе, то сам Чонгук смущённо отнекивался, не зная, как правильно себя вести. И вот теперь они приехали сами — без предупреждения, без возможности морально подготовиться, просто возникли на пороге их дома посреди тихого праздничного утра. Когда на кухне показались родители, Чонгук невольно выпрямился так ровно, что мышцы стянуло от напряжения, а на губах появилась улыбка — искренняя, радостная, но в то же время с головой выдающая его волнение. Ким Мингю оказался невысоким омегой с пышными тёмными кудрями и такой же яркой квадратной улыбкой, как и у Тэхена. Бонхо же, напротив, был высоким широкоплечим альфой с мягким и внимательным взглядом, удивительно похожий на сына. Но рассмотреть их толком Чонгук не успел. — Ну наконец-то! — почти возмущённо воскликнул Мингю и в следующую секунду уже стремительно направился к нему, широко раскинув руки. Чонгук только растерянно моргнул, а после оказался крепко стиснут в крепких объятиях, отчего с губ сорвался выдох. — Такой красивый! — продолжал восхищённо тараторить омега. — И почему Тэхен так долго тебя от нас прятал? — Папа, тише, не задуши его, — тут же вмешался Тэхен с тихим смешком, заметив, как покраснело лицо Чонгука. Мингю отстранился, продолжая глазеть на омегу сияющими от восторга глазами, а Бонхо сдержанно, но по-доброму улыбнулся. — Рад познакомиться, Чонгук, — спокойно произнёс он, и младший кивнул, складываясь пополам в низком уважительном поклоне. — Я тоже очень рад наконец-то увидеть вас, — смущённо пролепетал Чонгук, чувствуя, как сердце быстро бьётся в груди. Тэхен тем временем совершенно естественно подошёл к нему со спины и мягко приобнял за талию, чуть сжимая пальцы на боку. Поймав напряжённый взгляд Чонгука, он слегка наклонился ближе, позволяя собственному запаху мягко окутать омегу, и от этого внутри действительно стало чуть спокойнее. — Папа, отец, познакомьтесь — это Чон Чонгук, мой парень, — заглянув ему в глаза, с нежностью произнес альфа. — Карамелька, это мои родители — Ким Мингю и Ким Бонхо. — Очень приятно познакомиться. Вы, наверное, голодны с дороги? — вдруг растерянно поинтересовался Чонгук, суетливо оглядываясь. — Мы только позавтракали, но я могу приготовить что-то для вас. — Ох, солнышко, не переживай! — тут же отмахнулся Мингю, ласково погладив его по плечу и улыбнувшись. — Мы покушали перед дорогой, а вот от чая бы не отказались. Чонгук часто кивнул, выскальзывая из рук Тэхена и подходя к плите, ставя на нее чайник и принимаясь рассыпать заварку по чашкам. Альфа, тем временем, вместе с родителями сел за стол, деловито сцепляя руки в замок перед собой и интересуясь: — Вы, кстати, почему не предупредили о своем визите? — Сын, где твои манеры? — с прищуром цокнул старший альфа, укоризненно качнув головой. — Мы, вообще-то, соскучились. — Отец, не сочти за грубость, но я и правда не ожидал увидеть вас сегодня, — неловко почесал затылок Тэхен. — Пускай и правда рад, что вы приехали. — Ещё бы ты был не рад, — фыркнул Мингю. — Между прочим, последние несколько лет ты либо вовсе не отмечал день рождения, либо проводил его в компании документов и ноутбука. — Такое было всего пару раз, — попытался возразить младший альфа. — Тэхен, в прошлом году ты уснул прямо на диване в собственном ресторане, — невозмутимо напомнил Бонхо. Чонгук, подошедший к столу с разносом в руках и начиная расставлять чашки с ароматным чаем, не смог сдержать тихого смешка. — Но я ведь посидел немного с коллективом, выпил, — усмехнулся Тэхен, кладя ладонь на колено Чонгука, севшего рядом с ним. Омега незаметно для родителей скользнул ладонью к тэхеновой, переплетая с ним пальцы и мягко сжимая их в своих. — Мы сначала и хотели приехать просто потому, что соскучились, — уже мягче продолжил Мингю. — Подумали, что даже если ты опять упрешься в работу, хотя бы вытащим тебя нормально поужинать, — он бросил короткий взгляд на Чонгука, и его улыбка стала ещё теплее. — А потом ты рассказал про Чонгука… и нам вдруг захотелось провести этот день вместе. По-семейному. Омега невольно замер, почувствовав, как сердце сделало кульбит от этих слов. То, как легко и просто родители Тэхена приняли его в свою семью — попросту не могло не греть душу. — Что ж, в любом случае я и правда рад вас видеть, — на выдохе признался Тэхен, мягко им улыбнувшись. — Ну что ж, раз твой допрос по поводу нашего внезапного визита наконец окончен... — стрельнув в сына глазами, протянул папа. — Давайте наконец нормально познакомимся? Чонгук тут же невольно напряг плечи, ожидая, что сейчас начнется водоворот вопросов. Он никогда прежде не знакомился с родителями своих парней, а потому имел лишь размытое представление этого процесса исходя из рассказов своих знакомых и интернета. Думал, что отец Тэхена станет расспрашивать о его работе, целях по жизни, про семью, папа — завалит вопросами о планах на женитьбу, детях, но... вместо этого родители со смехом принялись рассказывать ему какие-то забавные истории из детства Тэхена, от которых тот неистово краснел, о своей жизни в другом городе, о том, как познакомились они сами. Постепенно волнение ушло, ведь атмосфера за столом была слишком теплой и живой. Совсем не такой пугающей, какой он успел не себе представить. Тэхен предложил родителям торт, который Чонгук приготовил для него лично, и омега с лёгким трепетом в груди наблюдал за их реакцией, расплываясь в улыбке, когда те стали хвалить его вкус. — Чонгуки, вкус просто превосходный, — осторожно промокнув салфеткой уголки губ, довольно протянул Мингю. — Поделишься рецептом? Я, конечно, не такой профессионал на кухне, но хочу попробовать приготовить этот тортик для мужа. Он у меня ещё тот сладкоежка, — хихикнув, игриво толкнул плечом альфу. — Зато теперь я знаю, в кого такой любитель сладкого Тэхен, — тихо посмеялся Чонгук, на мгновение пересекаясь глазами со своим мужчиной, что шутливо закатил глаза и улыбнулся уголками губ. — Он и в детстве часто таскал у нас конфеты и постоянно выедал ложкой торт сбоку, надеясь, что мы не заметим, — с улыбкой произнес отец, отчего в уголках глаз собрались небольшие морщинки, когда он окунулся в приятные воспоминания. — Правда, будучи ещё ребенком он совершенно не догадывался, что мы уж точно заметим, когда от целого торта останется лишь оболочка. — Поэтому я и открыл себе ресторан с обширной десертной картой, — деловито подметил Тэхен, обводя всех взглядом и вскидывая уголки губ. — Чтобы иметь возможность есть какие угодно сладости каждый день и в любом количестве. И нанял себе команду профессионалов, которые умеют творить чудеса на кухне и создавать восхитительные сочетания вкусов, — произнес он, пересекаясь глазами с чуть смутившимся от таких слов Чонгуком. — Кстати, Чонгук, а ты не думал открыть свою собственную кондитерскую? — вдруг поинтересовался Мингю, отправляя очередную ложку торта в рот и блаженно прикрывая глаза на несколько мгновений. — Уверен, твои десерты обязательно будут пользоваться спросом. — Конечно думал, но... Пока нет такой возможности, — пожал плечами Чонгук, чувствуя тепло в груди от того, как родители его парня его подбадривают. — Сейчас я лишь беру некоторые заказы на дом. Конечно, клиентов у меня пока немного, но это хорошая возможность набить базу и немного заработать на свое будущее дело. После свадьбы Чимина и Юнги прошло уже больше полугода, и за это время жизнь Чонгука изменилась настолько сильно, что порой ему самому было трудно поверить, что всё происходящее — действительно его реальность. Свадебный торт, который он тогда приготовил почти дрожащими от волнения руками, неожиданно стал для него чем-то большим, чем просто очередным десертом. Фотографии с торжества разлетелись по соцсетям гостей, Чимин без устали хвастался им в своём Инстаграме, а позже и вовсе начал отмечать аккаунт Чонгука под публикациями с его десертами, называя его “своим любимым кондитером”. Именно тогда Чонгук впервые решился завести отдельную страницу, куда стал выкладывать фотографии собственных работ: аккуратные торты, муссовые десерты, капкейки, небольшие видео с процессом украшения. Сначала подписчиков было немного — в основном знакомые Чимина, сотрудники ресторана и постоянные гости заведения Тэхена, — однако постепенно страница начала расти. Люди сохраняли его работы, пересылали друзьям, оставляли восторженные комментарии и спрашивали стоимость заказов. Первый индивидуальный заказ он до сих пор помнил слишком хорошо. Как несколько часов ходил по квартире с телефоном в руках, перечитывая сообщение от незнакомого клиента, который хотел заказать торт на день рождения сына. Тогда Чонгук всерьёз сомневался, справится ли, достаточно ли он хорош для чего-то подобного, и только после долгого разговора с Тэхеном, всё же согласился. Именно Тэхен тогда спокойно сказал ему, что его талант давно заслуживает большего, чем просто кухня ресторана. С тех пор заказов становилось всё больше: не настолько, чтобы Чонгук захлёбывался в работе, но достаточно, чтобы он начал откладывать деньги “на будущее”. Иногда он готовил десерты для дней рождений, иногда — для небольших мероприятий состоятельных знакомых Чимина и Юнги, а пару раз его даже просили оформить сладкий стол для закрытых ужинов. И каждый раз, получая оплату за собственную работу, Чонгук чувствовал странное, почти детское счастье: будто ещё на шаг приблизился к своей мечте. Работы в ресторане после выхода статьи в журнале тоже заметно прибавилось. Съёмки неожиданно дали заведению ещё большую популярность: бронь столиков растягивалась на недели вперед, новые гости приходили буквально каждый день, а десерты из меню разбирали так быстро, что кондитерский цех временами работал почти без остановки. Но вместо выматывающей усталости Чонгук ощущал приятное чувство движения вперёд. Тэхен, впрочем, внимательно следил за тем, чтобы сотрудники не загоняли себя работой. Немного пересмотрел графики, чаще оставался в ресторане сам, помогал с организацией процессов, а иногда просто забирал Чонгука после смены домой, где они поздно вечером ели доставку прямо в постели и засыпали в объятиях друг друга под тихий шум телевизора. И, пожалуй, именно в такие моменты Чонгук особенно ясно понимал: рядом с Тэхеном он впервые в жизни не боялся будущего. А потому письмо, пришедшее несколько дней назад на электронную почту, вызывало внутри слишком противоречивые чувства. И ещё больше Чонгука волновало то, что он до сих пор не смог найти в себе сил рассказать о нем Тэхену и дать отправителю свой ответ. — Мне нравится твоя целеустремленность, — одобрительно улыбнулся отец, глядя на него с гордостью в глазах. — Уверен, вам нравится работать вместе, но нужно иметь что-то за спиной, добиваться чего-то только для себя. Собственная кондитерская — весьма хороший выбор, особенно, когда к этому есть талант. — Вы правы, — тихо вздохнув, кивнул согласно Чонгук. — Я и правда этого хочу. Хочу и дальше развиваться в своем мастерстве, чтобы однажды достигнуть своей мечты, — произнес он, чувствуя тяжесть на сердце, пересекаясь глазами с Тэхеном и невольно сжав его пальцы в своих чуть сильнее. — Но не хочу терять то, что имею сейчас... — Ох, милый... — вдруг вздохнул папа, накрывая его ладонь, лежащую на столе, отчего Чонгук первым разорвал зрительный контакт, сглотнув тяжёлый ком в горле. — Если чувства настоящие и искренние, то они будут лишь помогать вам во всех ваших начинаниях. Главное любить друг друга, поддерживать, помогать... тогда вас ждёт счастье не только в семейной жизни, но и в успехах на работе. — А по вам видно, что вы очень счастливы вместе, — мягко подметил Бонхо. — Тэхен впервые за несколько лет начал жить не только одной работой. Стал чаще улыбаться, звонить своим старикам, нормально отдыхать... Он рассказал о тебе не так давно, но мы ещё несколько месяцев назад заподозрили, что наш сын наконец-то влюбился. — Ну отец... — тихо вздохнул Тэхен, однако не отрицал его слов, улыбаясь уголками губ. — А что? — спокойно пожал плечами старший альфа. — Для родителей ведь тоже в радость — видеть своего ребенка таким счастливым. И если ты, Чонгук, делаешь его таким — то мы с удовольствием принимаем тебя в свою семью и надеемся, что ваша любовь будет такой же крепкой и долгой, как и у нас с Мингю, — улыбнулся нежно своему мужу, прижимаясь к нему плечом и мягко обнимая за талию, отчего тот прикрыл глаза с расслабленной улыбкой на губах. Чонгук не смог сдержать собственной. Ему и правда хотелось верить, что все происходящее между ним с Тэхеном — крепко, а главное навсегда. И каждый день, проведенный рядом со своим альфой лишь сильнее укреплял это убеждение и вселял уверенность в их будущее. Совместное будущее. Они ещё пару часов разговаривали с родителями, сидя на кухне и потягивая очередную чашку чая. Разговаривали обо всем на свете, много смеялись, узнавали друг друга и становились семьёй. Вечером Тэхен и Чонгук все же отправились в ресторан лишь вдвоем, подстрекаемые старшими, говорившими, что им стоит побыть наедине. Вкусно поужинали, отметили день рождения за несколькими бокалами вина, много целовались и... были по-настоящему счастливы. Домой к Тэхену они вернулись тоже вдвоем, как бы омеге не было неловко ночевать через стену с родителями своего парня, что решили задержаться у них на несколько дней. И дни эти были наполнены настоящей семейной идиллией и счастьем, которые Чонгук так боялся испортить всего одной фразой. На третий день после дня рождения Тэхена он все же решил рассказать ему о том самом сообщении на своей почте.