Другой мир

      Маша и правда позвонила, когда доехала. Даже по видеосвязи. Показала Люде свою квартиру и вид из окна. У Люды дух захватило от красоты ночных огней. И они сошлись во мнении, что везде есть свои плюсы. Еще Маша гордо продемонстрировала ей посудомойку, сказав, что примерно такую же заказала для бабушки.       Они поболтали о всякой ерунде и, когда на часах было уже за полночь, попрощались, пожелав друг другу спокойной ночи. Маша пообещала написать утром и даже наказала Люде видеть сны именно с собой. Люда ответила, что очень постарается, и положила трубку, зная, что, вероятнее всего, так и будет — Маша обязательно ей приснится.

***

      С самого утра в библиотеку прибежал Сашка. Люда удивилась, увидев его без отца. А заметив еще и заплаканные глаза мальчика, поняла: что-то не так.       — Что-то случилось, Саш? — Она подошла к ребенку, сидящему на стуле и рисующему черным фломастером круги.       — Нет, — замотал головой мальчишка, а нижняя губа его задрожала, словно он вот-вот расплачется.       — Расскажи мне, милый, — с искренним беспокойством проговорила Люда, погладив его по голове. — Тебя кто-то обидел? Почему ты плачешь?       — Я не плачу! — громко сказал мальчик и бросил фломастер. Люда от неожиданности даже дернулась. — Мужчины не плачут!       — Кто тебе это сказал? — вздыхая, спросила девушка, понимая, что глупые древние девизы попортили немало мужчин.       — Бабушка! И папа! — как-то обиженно ответил Саша, вытер нос рукой и засопел, выпятив губу.       — Твои бабушка и папа могут так думать, но… ты же живой человек. Ты не робот. А слезы — это проявление эмоций. С помощью них люди избавляются от тяжелых чувств. Чтобы они не глодали человека изнутри. Скорее, слаб тот, кто не может плакать.       — Папа говорит, что плачут только девчонки.       — Девчонки иногда плачут без причины, — улыбнулась Люда. — Редко, но бывает. Но если тебе больно, обидно или… не знаю, грустно, — она снова коснулась пальцами его челки, — ты имеешь право на слезы. Тем более, ты еще ребенок. Ты все воспринимаешь эмоциональнее. И это нормально, Саш.       — И мужчины тоже плачут? — Он поднял на нее огромные глаза, полные слез.       — Да! Ты же знаешь… деда Колю? Кузнеца?       — Ага, — кивнул Саша, понемногу успокаиваясь.       — Он тоже плачет иногда. Хотя ты видел, какой он огромный и сильный.       — Правда? — удивился мальчик.       — Да. Я сама видела. Когда у него Буран убежал и он его найти не мог два дня, он плакал. Потому что ему было плохо.       — Если бы у меня пропала собака, я бы тоже плакал, — вздохнул Саша.       — Именно. И это нормально, — кивнула Люда. — Так… что у тебя случилось?       Саша снова вздохнул, потом залез под стол, достал фломастер, закрыл его и, начиная заламывать пальцы, заговорил:       — Папа уже три дня пьет водку.       Брови Люды поползли вверх. За все последние годы жизни в деревне она ни разу Игоря не видела пьяным. Пару раз ей казалось, что она чувствовала «аромат» перегара, но всегда думала, что померещилось.       — Он что, выпивает? — нахмурилась Люда, усаживаясь на стул рядом. — И часто?       — Не очень, — пожал плечами Саша. — Обычно только на выходных. А сегодня уже понедельник. Он в отпуске.       — Он… — Люда сглотнула, разволновавшись. — Он обижает тебя?       — Редко, — тихо ответил Саша.       — Кричит? Или…       — Иногда ругается… Если особенно игрушки разбросаю… И один… один раз стукнул по голове, — пробормотал мальчик и почесал затылок. — Шишка была. Потом извинился и купил мне пистолет световой.       — И сильно он напивается?       — Ну, он пьет, а потом спать ложится. Иногда поздно, а иногда я еще не сплю даже.       В этот момент у Саши заурчало в животе. Люда выпрямилась от негодования.       — Ты ел что-нибудь?       — Вчера мы суп ели днем, — ответил Саша.       — И все? Он тебя не кормил?! — возмутилась Люда.       — Там консервы были, но я не смог открыть, — еле слышно пробормотал Саша, словно стесняясь этого.             — Боже, — вздохнула Люда, полная праведного гнева. Не зря говорят, чужая душа — потемки. Никто и подумать не мог, что у Игоря какие-то проблемы с алкоголем. Все считали его прекрасным и порядочным отцом. А на деле все не совсем так. — Сиди тут, сторожи. Я сейчас приду.       Люда встала и, оставив Сашку охранять библиотеку, поспешила в магазин.

***

      Видя, с каким аппетитом мальчишка жует третий по счету бутерброд, Люда спросила:       — А ты папе говорил, что ты здесь?       — Не-а, — покачал головой Саша, запивая свой обед сладким чаем. — Он спал.       — Наверное, он будет волноваться. Искать тебя.       — Не знаю, — пожал плечами мальчик.       — Ладно, я позвоню ему, — сказала Люда и взяла телефон. Увидев сообщение от Маши, она невольно улыбнулась, даже не открывая диалог.       — Что? — Ее улыбка не укрылась от любопытных глаз Саши. — Чему вы так улыбаетесь, Людмила Вареньевна?       — Я? — как ни в чем не бывало переспросила Люда. — Да просто вспомнила кое-что…       — Что?       — Так, ешь и не болтай. Я звоню твоему отцу. — Сделав серьезное лицо, Люда нажала на клавишу вызова.       Игорь не отвечал. Люда перезвонила еще раз. Снова тишина. В итоге девушка решила, что он увидит неотвеченные и перезвонит ей. Но до конца рабочего дня Игорь так и не перезвонил. Сашка заметно нервничал, думая, что папа снова сильно напился.       — Я уверена, он проспался и уже пришел в себя, — успокаивала его Люда, когда они шли к дому мальчика. — Ну, или все еще спит. Иначе он бы точно перезвонил.       Саша ничего не ответил, и оставшуюся дорогу они прошли молча. Оказавшись на участке, Люда увидела свет в окнах.       — Вот, проснулся, — улыбнулась она. — И сейчас наверняка думает, где ты. Переживает.       Они поднялись по крыльцу, и Люда открыла дверь, уверенная, что Игорь бегает по дому в поисках своего сына.       Но когда Люда вошла внутрь, она поняла, что Игорь не то что не собирается искать сына, он даже, кажется, не заметил, что его нет. Потому что мужчина сидел на продавленном диване, на столе перед ним стояла початая бутылка водки, какая-то заветренная закуска, валялись фантики, обертки, мусор. Люда, видя все это, приняла решение в один миг. Развернулась к Сашке и сказала ему:       — Подожди меня на улице.       Он молча взглянул на отца, который даже не заметил их присутствия, кивнул и вышел из дома.       Люда подошла к Игорю и села рядом, стряхнув с дивана мусор и крошки. В комнате громко работал телевизор, и девушке пришлось взять пульт, чтобы сделать тише. Наконец, Игорь обратил внимание, что больше не один.       Медленно поднял мутные глаза, пока не встретился со взглядом Люды.       — О-о-о, — протянул он, а после его губы расплылись в улыбке. Он больше не выглядел красивым или привлекательным. Его трехдневная щетина и грязные взъерошенные волосы делали его похожим на маргинала. А затхлая рубашка воняла так, словно он не мылся неделю.       — Здравствуй, Игорь, — спокойно сказала Люда.       — Здрасьте, — кивнул он и тут же поставил перед Людой рюмку. — За встречу?       — Нет, спасибо, — отказалась девушка.       — Понимаю, вы такое не пьете, наверное, — театрально поджав губы, ответил Игорь, — а мы пьем, — и тут же налил себе стопку.       — Игорь, ты когда остановишься?       — У меня отпуск. Имею право. У меня отпуск и мне грустно.       — Ты хочешь, чтобы Сашка на это все смотрел?       — Сашка… — начал было Игорь, но остановился. — А где, кстати, он?       — На улице. Он целый день у меня провел.       — В смысле у тебя?       — В библиотеке.       — Опять бездельничал, — усмехнулся Игорь. — Саша! — рявкнул он так, что даже Люда испугалась. — Иди делом займись, щенок! Целыми днями только в игрушки играешь! — проорал мужчина и тут же спокойным голосом добавил: — Совсем от рук отбился.       Понимая, что Сашке нельзя оставаться в такой обстановке, Люда приняла решение мгновенно:       — Игорь, сегодня Саша останется у меня. А ты — проспись.       — Что? — хрипло рассмеялся Игорь. — Какое ты право имеешь, стрекоза? Он — мой сын.       — Которому не нужно воспитание от пьяного отца. Если не начнешь думать — я обращусь в соцслужбу. Я серьезно, Игорь.       — Ты меня пугаешь, малыш? — развязно улыбнулся мужчина. — Угрожаешь? Ты кто?.. Библиотекарская амазонка?       — Я предупреждаю, — серьезно ответила Люда и встала с дивана, понимая, что от этого спертого запаха в доме ее подташнивает. — Завтра днем будем ждать тебя у меня на работе.       Не дожидаясь ответа, Люда вышла из дома, схватила Сашку за руку, развернув его к себе. Уселась на корточки и проговорила: — Ты не против переночевать сегодня у меня?       Мальчик посмотрел с тоской на свой дом, потом — снова на Люду:       — Он сильно пьяный?       — Сильно.       — Но… Он же мой… папа…       Видя, что Саша вот-вот заплачет снова, Люда вздохнула и сказала:       — Саш, он твой папа. И ты его любишь. Все иногда совершают ошибки. Я не говорю, что он плохой или что его нельзя любить. Он просто… пока не в форме. И чтобы ты не расстраивался, глядя на это, я предлагаю тебе переночевать сегодня у меня. Вот и все.       — А папа не обидится, если я буду ночевать у вас? — снова взглянув в сторону своего дома, спросил Саша.       — Не обидится. А завтра, возможно, уже нормально с ним поговорим. Договорились? — улыбнулась Люда.       — Ну ладно…       — У меня сейчас, кстати, кот живет… соседский, — как бы между делом проговорила Люда, зная любовь Саши к животным. — И там еще коза есть, гуси и курочки.       — Кот? — Глаза мальчика загорелись интересом. — И коза?       — Да. Познакомлю вас, — улыбнулась Люда, выдыхая. — Давай зайдем только в магазин и купим что-нибудь вкусное к чаю.       И, продолжая держаться за руки, они направились в сторону продуктового.

***

      — Ты — что?.. — удивилась Маша. — Ты украла ребенка?       — Я не крала ребенка! — возмутилась Люда. — Я просто… оберегаю его от этой обстановки. Он никакущий был, чуть тепленький. И уже готов был на Сашку всех собак спустить. Я не могла его там оставить.       — Он мне сразу не понравился! — горячо ответила Маша. — Как знала, что с ним что-то не так. И что, теперь, как я понимаю, у тебя в доме живет шестилетний мальчик?       — Ночует, — поправила ее Люда. — А что мне было делать? Оставить его там? Твоя бабушка говорила, что он бил свою жену. И Саша сказал, что он его один раз ударил. А если он изобьет его? Изувечит или чего хуже?       — Да-да, ты права, — согласилась Маша. — Ты… такая добрая, — в голосе послышалась улыбка, — мне это нравится.       Люда смутилась и заглянула в комнату, убедиться, что Саша спокойно сидит и смотрит телевизор. Потом вздохнула и ответила:       — Спасибо. Как… как твой день прошел? — решила перевести тему Люда.       — В офисе почти до вечера, потом на СТО съездила, там два часа. Потом встреча, надо было обсудить дела… — кашлянув, проговорила Маша. — После в магазин заскочила. И вот, дома сейчас. Завтра еще совещание, и потом обратно… — Возникла секундная пауза, после чего она продолжила: — К тебе.       Люда невольно улыбнулась и тихо ответила:       — Ко мне.       — Людмила Вареньевна! Телевизор выключился! — прокричал Сашка из комнаты, и Люда вздрогнула от неожиданности.       — Я так понимаю, тебе пора, — усмехнулась Маша.       — Кажется, да, — в той же интонации ответила Люда.       — Тогда… До завтра? И спокойной ночи.       — До завтра. Напиши мне, как будешь ложиться.       — Хорошо, — ответила Маша, — пока.       — Пока, — проговорила Люда и отключила звонок. Хорошо все-таки, что она с Сашкой. Иначе тоска по Маше была бы слишком ощутимой.

***

      Сашка вел себя спокойно, целый день помогал ей, чувствуя себя очень важным. Даже не стал играть с ребятами, которые пришли к двум часам. Делал им замечание, когда игры становились слишком громкими, и ходил по библиотеке с лицом директора. А когда один из мальчишек решил тоже предложить свою помощь — Люда расставляла новые книги, то Саша сказал, что они и сами справятся. Люду это смешило: Сашка, как настоящий маленький мужчина, метил территорию, не собираясь никого пускать на нее.       В то же время Люда честно думала, что Игорь придет хотя бы к обеду. Но ни в обед, ни позже он не появился. И Люда поняла, что Игорь все еще в запое, и сын ему не особенно нужен сейчас. Поэтому она снова предложила Сашке остаться у нее, на что мальчик быстро согласился. Если бы он сказал, что хочет домой, Люда бы проводила его и, если Игорь был бы в порядке, оставила мальчика с отцом. Но было очевидно, что Игорь не в порядке. Поэтому Люда обрадовалась, когда Саша радостно закивал на предложение переночевать у нее. Они взяли новую книжку и направились домой. Маша должна была приехать через пару часов, они смогли созвониться только вечером — весь день Маша провела на собраниях, хотя рассчитывала освободиться к обеду. Потом у нее были еще какие-то дела, и выехала она значительно позже, чем собиралась.       Сашка играл с котом, когда Люда закончила жарить котлеты. Она только достала тарелки, как услышала громкий стук в дверь. По инерции взглянув мельком на Сашу, она направилась к двери. Открыла ее и удивленно моргнула. На крыльце стоял Игорь. От него несло алкоголем, какой-то затхлостью и мочой. Люда не могла поверить, что перед ней стоит тот самый Игорь, — все эти годы он всегда был подтянут, довольно ухожен, опрятен. А сейчас перед ней буквально стоял какой-то бомж. И Люда понимала, почему он позволил себе прийти к ней в таком состоянии, — она уже знала его тайну. Знала о том, что по выходным он прикладывается к бутылке и что образ «добропорядочного отца» — это всего лишь маска. Она уже видела его настоящего.       — Что ты здесь делаешь? В таком состоянии? — Не собираясь впускать его, Люда вышла на крыльцо и прикрыла дверь, чтобы Сашка не услышал.       — В смысле «что»? — крякнул Игорь, сморкнув и плюнув в сторону. — У тебя мой сын.       — И он прекрасно проводит время. Как и ты, — ответила Люда, оглядывая мужчину.       — Позови Сашку, пусть домой идет. Нечего тут… по соседям шляться, — выглянув за спину Люды, проговорил Игорь.       — Саша никуда не пойдет, пока ты не проспишься и не приведешь себя в порядок, — отрезала Люда.       — Ты попутала, что ли? — Игорь перевел взгляд на Люду, посмотрев на нее сверху вниз. — Это мой сын, курица! — рявкнул он, и Люда почувствовала, как у нее засосало под ложечкой.       — Ты пьян. Зачем ты портишь ему нервную систему? — не уступала Люда, хотя на краю сознания вертелась мысль, что, если Игорь выйдет из себя, от нее останутся рожки да ножки.       — Ты своего роди, а потом учи меня! Отойди.       — Не отойду. Ему опасно с тобой таким находиться.       — Как-то прожил шесть лет!       — Один раз ты его уже ударил! — воскликнула Люда и тут же пожалела об этом, увидев глаза Игоря.       — Это он тебе сказал? — прошипел мужчина в тихой ярости. — Сучонок, я убью его на хер. Пошла отсюда.       Игорь толкнул Люду в сторону и уже взялся за дверную ручку, как услышал голос:       — Эй! Стой!       Он обернулся с остервенелым выражением лица и увидел Машу. У нее в руке был… домкрат.       — Подойди, пожалуйста, побеседуем. — Ее лицо было спокойным, но Люда заметила, как крепко пальцы сжимают инструмент.       — Тебе-то че надо? — с презрением спросил Игорь, но все еще стоял на месте.       — Ну, подойди. Ты же не боишься меня? — усмехнулась Маша. — Кое-что скажу, и… потом делай что хочешь. Захочешь — сына заберешь, не захочешь — не заберешь. Прям пару минут. — Она говорила как какой-то заклинатель: спокойно и размеренно. Странно, на Игоря это подействовало. Он сжал челюсти и, поколебавшись, отпустил ручку, разворачиваясь.       Когда он направился к Маше, у Люды было лицо белее снега. Маша это заметила и просто кивнула ей с легкой улыбкой. Когда Игорь подошел к девушке, она тут же развернулась и показала рукой на тропинку, предложив отойти. И Люда смотрела, как они прошли по ней, встав чуть поодаль, а Маша что-то говорила ему. И с каждой секундой лицо Игоря менялось. Становилось все более серьезным, а сам он словно уменьшался в размерах. Уже не выглядел угрожающим. Скорее жалким. Руки он сунул в трико, голову опустил, губы были плотно сжаты. Маша же что-то говорила с тихим остервенением. Ее губы двигались и презрительно изгибались, как и брови. И через несколько минут Маша что-то спросила, и Игорь часто закивал. А после развернулся, посмотрел на Люду и… ушел.       Маша проводила его взглядом, а потом двинулась в сторону дома, где на крыльце стояла Люда. Девушка кинулась к Маше, даже не раздумывая. Сжимая Люду в крепких объятьях, Маша пробормотала со смешком:       — Вот сейчас твоя кочерга была бы очень кстати. Когда у тебя появится инстинкт самосохранения?       — Я не знаю, — пробормотала Люда. — Мне было очень страшно. За Сашку и за себя. А потом и за тебя.       — Все позади, все нормально, — успокоила ее Маша, поцеловав в затылок.       — Что ты ему сказала? — Люду все еще потряхивало от пережитых эмоций и знобило, и она обняла себя, пытаясь согреться.       — Некоторые очевидные вещи, — пожала плечами Маша. — Иди в дом, ты замерзла. Я сейчас кое-что из машины заберу. И отнесу домкрат, — усмехнулась Маша. — Я как увидела, что он на крыльце стоит, сразу поняла: что-то не так.       — Я подожду тебя, — запротестовала Люда. — Я не замерзла, это нервное.       — Тогда пойдем со мной. Для тебя у меня тоже кое-что есть, — подмигнула Маша, положив руку на плечи Людмиле.       Когда они подошли к машине, Маша открыла багажник.       — Это мне? — пораженно глядя на огромный букет, пробормотала Люда.       — Ну, больше тут нет девушек, которым я бы хотела дарить цветы, — усмехнулась Маша. — Я же говорила — я старый романтик.       — Не такой уж и старый. Спасибо, — улыбнулась Люда и посмотрела по сторонам. Фонарь не горел, так что они были практически в темноте. Поэтому она сделала шаг вперед и оставила на губах Маши короткий благодарный поцелуй.       После того как вытащили все пакеты из машины, они направились в дом.       Когда Люда открыла дверь, навстречу ей выскочил Саша с обеспокоенным лицом:       — Папа приходил? Он вас обидел? — в этот момент он увидел Машу и попятился назад: — Здрасьте.       — Здрасьте, — ответила Маша, с интересом разглядывая мальчика.       — Саша, это Маша. Она моя… подруга, — нашлась Люда.       — Привет, Саша, — еще раз поприветствовала мальчика Маша. — Мне Людмила Валерьевна рассказала, что ты любишь индейцев.       Саша молча кивнул, разглядывая новую знакомую.       — Я тебе кое-что принесла.       Маша порылась в одном из пакетов и, достав оттуда коробку, протянула ее мальчику.       — Это тебе.       Саша с осторожностью взял коробку, перевернул ее и чуть не завизжал от восторга. В коробке была реалистичная фигурка индейца с томагавком, луком и стрелами. У нее двигались руки и ноги, сгибались колени и были прорисованы даже мельчайшие детали.       — Спасибо! — закричал Саша и тут же умчался на диван, распаковывать подарок.       — Всех ублажила, да? — с улыбкой заметила Люда, глядя на слегка смущенное лицо Маши.       — Ну, насчет ублажить не знаю, но хотелось бы. — С нахальной улыбкой девушка развернулась и направилась в кухню.       Люда же только и смогла, что покачать головой, улыбаясь.

***

      — Уснул? — шепотом спросила Маша, лежа под одеялом на не слишком широкой кровати.       — Да. Под сказку, — усмехнулась Люда и, щелкнув выключателем, погасила свет. Скинула халат, прошла к кровати и, откинув одеяло на своей стороне, легла рядом с Машей.       — Ты так с ним ладишь, — заметила Маша, глядя в сторону Люды, пытаясь привыкнуть к темноте.       — Я вообще люблю детей. А Сашка, он… чудесный. Любознательный, добрый, ответственный. Я бы хотела иметь такого сына.       — Ты хочешь детей? — удивилась Маша.       — Ну, — Люда смущенно опустилась вниз по подушке, — когда-нибудь… наверное, да.       Хорошо, что было темно и Маша не видела ее пунцовых щек. Они что, в самом деле говорят о детях?!       — Я тоже всегда хотела детей, — призналась Маша.       — Правда? — В голосе Люды было недоверие. — Ты рассказывала про свою… подругу, которая хотела ребенка, и из-за этого вы… разошлись. Я решила, что ты не фанат детей.       — Она хотела ребенка, но не со мной, — усмехнулась Маша. — Это была главная проблема.       — А та женщина, с которой ты встречалась не так давно… не хотела детей… — проговорила Люда, вспомнив.       — Да. В этом мы были разные.       — А если бы ты все еще была с ней? Ты бы отказалась от этой идеи?       — От идеи завести ребенка, имеешь в виду?       — Ну да, — кивнула Люда.       — Ох, — вздохнула Маша, запустив руку в волосы. — Я… я не знаю. Я не думала об этом. Точнее, думала, конечно. Но… она старше — она бы точно не стала рожать. А я… Я всерьез об этом думала, но с моим графиком, с моей работой… Я не уверена, что во мне что-то приживется. В смысле ребенок. Но наверное, я бы попробовала. Если бы… — Маша пожала плечами и хмыкнула, — если бы она была не против, я полагаю.       — А если бы против? — поинтересовалась Люда.       — Не знаю. Меня пугает это, — призналась Маша.       — Что именно?       — Понимаешь, то, что я чувствовала к… к ней, — запнулась на мгновение Маша, — это не нормально. В том плане, что это нездоровая любовь и привязанность. Ты понимаешь, о чем я говорю? — Когда Люда кивнула, Маша продолжила: — Я не могла это контролировать. Свои чувства, эмоции. И, признаться, я бы не хотела впадать в такую зависимость снова. Это… Это тяжело. Я все это время жила в попытке что-то доказать — убедить, какой я хороший вариант. А она просто играла и пользовалась. И самое забавное, что это не делает ее плохим человеком, — грустно усмехнулась девушка, — на самом деле у нее были свои причины так поступать и вести себя. Странно, наверное, винить ее в этом. Но сейчас я поняла, что вполне может быть по-другому, — сказала она и придвинулась к Люде. — Иначе. И мне нравится это «иначе».       — Но к ней у тебя были сильные чувства…       — Я не спорю, — согласилась Маша. — Но это не то, что мне нужно.       — А что тебе нужно? — с легкой улыбкой спросила Люда, все еще чувствуя себя несколько странно, но в то же время спокойно.       — Мне нужно, — Маша почти полностью забралась на Люду, остановившись около ее губ, — чтобы ты сейчас замолчала и поцеловала меня, — проведя языком по нижней губе, проговорила девушка и через секунду уже ответила на пылкий поцелуй Людмилы.

***

      Люда взглянула на часы, когда в библиотеку вошел Игорь. Немного опухший, красный, но трезвый. На нем была чистая свежая рубашка, щеки слегка отдавали синевой — настолько чисто он был выбрит, а по помещению в этот момент разносился аромат мужского парфюма. Видимо, чтобы заглушить амбре своего четырехдневного загула, Игорь искупался в туалетной воде.       — Привет, — тихо проговорил мужчина, озираясь.       — Его здесь нет, — ответила Люда, понимая, кого глазами ищет Игорь. — Он с Машей. Они скоро придут.       — Ты его с ней оставила? — Он резко взглянул на Люду, и то, что она увидела в его глазах, ей не понравилось.       — Я ушла на работу, а они пошли по хозяйству делать дела. Кормить животных, доить Степашу. Сашке очень нравится, — пояснила Люда, чуть хмурясь.       — Слушай, — Игорь подошел к девушке, и Люда инстинктивно сделала пару шагов назад, — я косякнул, я понимаю. Виноват. И благодарен тебе за то, что… с Сашкой. — Он кашлянул и снова отвел глаза. — Но на хрена ты его с этой чокнутой оставила?       — В смысле «чокнутой»? Маша самый адекватный человек из всех, кого я встречала. И они с Сашей прекрасно поладили.       — Она угрожала мне!       — Угрожала? — Люда не верила ушам. Маша так и не рассказала, что она наговорила Игорю, так что для нее это был сюрприз.       — Да! Сказала, что если я… ну, буду так бухать, то она пришлет своих дружков из Москвы, и они спалят мой дом.       — О, — выдохнула Люда, понимая, что шантаж — не самый лучший способ воздействовать. Но… на войне все средства хороши. — В таком случае советую тебе бросить пить, — проговорила она, подняв подбородок.       Игорь только открыл рот, чтобы что-то ответить, как дверь библиотеки распахнулась и они услышали Сашкин голос:       — Папа!       Люда перевела взгляд на вошедших гостей, а Игорь развернулся всем корпусом, тут же состроив на лице дружелюбное выражение.       — Сынок!       Маша внимательно смотрела на Люду, словно пыталась понять, стоит ли ей беспокоиться. Но получив кивок с натянутой улыбкой, решила, что спросит обо всем позднее, когда они останутся наедине.       — Ну, ты готов?       Люда видела, что Игорь очень напряжен и хочет как можно быстрее покинуть это место.       Саша же сначала подошел к Люде, обняв ее за талию, а потом развернулся и подбежал к Маше. Они отбили «пять», и мальчик посмотрел на отца:       — Готов!       Через пару минут от них уже и след простыл.       Маша подошла к Люде и посмотрела ей в глаза:       — Все нормально? Он что-то сказал тебе?       — Ничего такого, — помотала головой девушка. — Разве что…       — Что?       — Ты… угрожала ему?       Маша на секунду замялась, а потом уверенно ответила:       — Да. И не жалею об этом. С такими, как Игорь, нужен язык силы. Поэтому я сказала, что познакомлю его со своими «друзьями», которые спалят его дом, если он не придет в себя.       — Угу, — кивнула Люда, усмехнувшись.       — Ну, и еще пригрозила, что засуну домкрат ему в задницу. Не только же другими людьми угрожать. Я и сама могу кой-чего, — улыбнулась Маша.       — О, в этом я не сомневаюсь. Можешь, еще как, — вздернув бровями, ответила Люда, и Маша покраснела.       — Мы… все еще об Игоре говорим? — пробормотала она, глядя на губы, которые были все ближе.       — К черту Игоря, — прошептала Люда и только двинулась вперед, чтобы поцеловать Машу, как на двери зазвенел колокольчик.       Девушки отпрянули друг от друга, и Люда посмотрела на дверь. Там снова стоял Игорь.       — Эм… — протянул он, глядя на них. — Сашка сказал, что игрушку какую-то забыл.       — Точно! — ответила Маша и, развернувшись, стянула небольшой рюкзак. Достала оттуда индейца и протянула Игорю.       — У него не было такой игрушки, — покачал головой мужчина, подходя ближе.       — А теперь есть, — раздраженно ответила Маша. — Возьми и отдай ребенку.       Игорь поднял воспаленные глаза на Машу, стиснул челюсти, но взял игрушку. Процедил «Спасибо» и, не говоря больше ни слова, ушел.       — Вечно он все портит, — проворчала Маша и, резко развернувшись, все-таки коснулась губами губ Люды.