Любви в этом городе нет.

      Характерный щелчок выездной дверцы отдавался гулким эхом в ушах. Уж слишком он казался громким в образовавшейся вокруг тишине. Без Коли это место как-то опустело, будто бы теряя жизненно важные краски в своей палитре. Затихло абсолютно всё: и разговоры за стенкой, и ритмичный стук колёс…сплошной белый шум.       Фёдор так и остался сидеть на месте, не сдвинувшись ни на сантиметр. Он смотрел туда, где ещё какое-то время назад стоял Коля, задыхаясь собственным смехом, вновь и вновь стараясь убежать от самого себя.       — Ауч — Монотонно произнёс Федя, смаргивая накатившую туманность на глаза.       Задеревенелое тело тяжело поддавалось движениям, и, будто бы проверяя на работоспособность, он несколько раз сжал и разжал подрагивающую кисть руки. Внимательно разглядывая каждую фалангу, вновь вздыхая. Слишком выматывает…       — Тц, всё такое же дитя....как я и думал. Сколько еще можно устраивать этот цирк?       Федя поднялся с насиженного места, решив вернуться на второй ярус. В конце концов на «своём», отдалённом местечке и думалось в разы проще, и вздремнуть можно было без всяких зазрений совести.       Кажись, слишком уж резко получилось с Колей… Даже как-то грубо. Перед глазами стоял тот отрешенный взгляд, затягивающий своей безграничной глубиной.       — Нам явно будет ещё о чем поговорить… — пробубнив себе же под нос, Федя, не дожидаясь возвращения соседа, отвернулся к стене, закрывая глаза. Он пока что не спал и совершенно не испытывал желания ложиться, то было лишь небольшим отвлечением, удобной позой в которой можно было полностью погрузиться в собственные мысли, отпустив всё окружающее.       С Гоголем, с его нестандартным видением мира и порой чересчур экстравагантным поведением, всегда следовало держать в рукаве несколько дополнительных козырей. Как знать, когда они могут понадобиться. Мало ли что… Федя усмехнулся своим мыслям, понимая, что начал понемногу понимать и, кажись, перенимать некоторые черты характера своего друга. Теперь то он будет более подготовленным к любым неожиданным поворотам судьбы.

      ***

      Любое непродуманное движение отдавалось жгучей резью и давлением по черепной коробке. До ближайшей остановки было около часа ритмичной езды, а сделать глоток свежего воздуха хотелось прямо здесь и сейчас. Только он в данный момент мог в полной мере утихомирить и привести мысли Коли в порядок.       Уйдя подальше от купе, Коля прислонился носом прямо к коридорному окну. Лёгкая прохлада окатила кожу, отчего на душе становилось как-то по детскому проще. Словно бы эта маленькая шалость забирала все плохое вокруг. Пошевелив носом, парень представил, как он сейчас выглядел по ту сторону стекла и сжатые доселе губы волей не волей ослабили свой напор. На мгновение все тревоги остались там, позади, в закрытом купе.       —Хорошо, ладно, и вот как дальше то? Не хочу назад…В окно? Свалить на ближайшей станции? К проводнице? Не-не-не, к этой мымре я больше не сунусь.       В голове промелькнула мысль пойти и навязаться к компании студентов из начала вагона. Он ещё давно приметил их и уж было хотел знакомиться. В конце концов любил Коля такие вот коротенькие встречи, любил игры в карты, когда куча людей пытаются уместиться за маленьким столиком. Нравились также около душевные разговоры с людьми, которых ты видишь в первый и последний раз. Ведь через каких-то там пару дней вы уже не вспомните о существовании друг друга и все произошедшее останется ишь хорошим воспоминанием. У каждого своих забот и вне этого уютного купе хватает.       За спиной раздался металлический стук и из-за двери, ведущей в соседний вагон, показалась уже знакомая и весьма заносчивая проводница. Мысленно закатив глаза, парень продолжил смотреть в темноту по ту сторону стекла, и лишь иногда искоса поглядывал на пыхтящую женщину.

«Вот уж здрасте, приехали. Куда ж так быстро? Только ведь от нас убежала»

      Коля все размышлял о том, как же эта нарушительница покоя сумела пробежать от середины поезда до его конца, так еще и настолько быстро вернуться? Или же прошло гораздо больше времени, чем он мог предположить? Как на зло смартфон остался там, в купе на привинченном столике, а привычку носить с собой часы он не имел. И все же, вот она, очередная встреча за день отрывает его от важных дел. Поразительная, однако, суперспособность.

«Вау, тёть, да это ж сама судьба нас сводит.»

«О, бог ты мой… Только не смейся»

      С силой сжав губы, всячески сдерживая рвущийся наружу смех, Коля отвернул голову к окну. Он старался фиксироваться буквально на чем угодно, кроме того, что происходило позади него.

«Че-ерт»

      В голове мелькнула картинка одного из ярких супергероев, прямиком с постеров из спальни старшего брата. Только вот было в нем одно маленькое «но». Голова харизматичного парня была заменена на искаженное лицо бедной проводницы. Оно застыло в попытке протянуть тяжелую тележку через переход, отчего не пропорциональное тело выглядело так, словно создано было исключительно для шуток и интернет приколов.       Сделав несколько глубоких вдохов, Коля наконец развернулся к ней лицом, пресекая все попытки рассмотреть её еще детальнее и вновь пустить воображение в пляс. И вот, нацепив слабенькую полуулыбку, он приветливо кивнул проходящей женщине.       — Может вам помочь? Давайте я отсюда подтолкну сумку, а вы уже в том коридоре примите — вежливо предложил Коля, все так же, не спуская с себя притворного добродушия и желания помочь.

«Это всего-то формальность. Не обращаем внимания»

      — Себе помоги, студентик. Мне тут не нужна помощь от голубых. Заразишь мне еще тут, не дай бож. А мне это еще завтра на продажу тащить — чуть ли, не плюясь кислотой выпалила женщина, начиная ещё активнее ногой проталкивать застрявшую сумку с товаром.       — Тьху ты, вот же понаберутся тут всякие. Потом ходи да дезинфекцией занимайся - Коля лишь мысленно закатил глаза слыша подобного рода бредни. Мифы, да и только. Когда постукивание небольших колесиков на тележке уже значительно отдалились, парень, высунув язык, выставил в сторону женщины средний палец. Ох, и как же жаль, что нельзя было послать её на прямую, смотря в перекошенное лицо.       — Ну и стерва же — хмыкнул он, вновь уставившись в быстро сменяющиеся силуэты ландшафта за окном. Былые эмоции уже порядком отпустили и, стало быть, нужно уже возвращаться. Перспективы пройтись посреди ночи по вагонам или же так и дальше стоять здесь, у мусорного бака, не слишком то привлекали. Уж лучше вновь оказаться в одном пространстве с этим Фёдором. Ведь им же не нужно прямо сейчас продолжать диалог, правильно? По крайней мере это всё могло бы и подождать до утра, а то и денек-другой, пока они не доедут до пункта назначения.       И все-таки, что же Колю так зацепило в нем? Слишком уж тот заседал в голове… Было в этих острых чертах что-то до боли родное. Сейчас думалось как-то проще и ничего не мешало Коле все полноценно обмозговать и перерыть.

«Он примерно мой ровесник, да и рос там же, где и я. Конечно, вопросов ещё много, но то, что он сказал тогда… Обычный человек не смог бы так просто все это выведать.»

      В голове возникала лишь одна кандидатура, подходящая под все уже известные факты. Светлые брови шокировано дернулись, да и все тело в миг сжалось, застывая перед посетившей разум мысли.

«Цвета, говорила, что брат не в городе. А значит… Да чтоб вас всех перекрутило. Быть того не может!»

      Сомнений быть не могло, это точно был он. Сердце колотилось как бешеное, а в ушах отчётливо было слышно движение собственной крови в артериях.       — Вот уж правильно говорят, что мир тесен. О, боги... Почесав затылок, Коля нервозно кусал губы. Почему же Фёдор не сказал все с самого начала? Он ведь явно понял всё еще с первых минут их «знакомства». С его то способностями и гадать не надо было, одного-двух взглядов вполне хватило бы. И почему допустил весь тот абсурд? На щеки хлынула краска, обдавая те жаром. Уши горели от осознания происходящего, а разум вновь и вновь начинал бить тревогу.       — Он ведь был моим другом, а я чуть ли не в кровать к нему набивать начал. Ха-ха, или то была лишь плохая шутка? Ну и что, что частично всё это было случайно! Мама родная, и как мне ему в глаза после всего смотреть? Стыд и адреналин делали свое дело. Ухватившись за перила, парень уткнулся лбом в сжатые кисти. Теперь же идея возвращаться назад пугала, вызывая мелкую дрожь в конечностях. Как ему вообще нужно реагировать? Нужно ли что-то говорить?

«Нужно поговорить с Мариной»

      И вот снова. Единственным человеком, кому он мог доверить свою тайну, свои переживания и мысли оказалась Марина. Только она была способна понять его и дать дельный совет. Но ведь тут дело касалось её брата… В таком случае не стоит упоминать ни имён, ни каких-либо обозначающих деталей, так? Или все-таки стоит дать знать обо всем, включая подробности? Сглотнув образовавшийся в горле ком, Коля все же осмелился пойти назад и встретиться с Фёдором лицом к лицу.       Стараясь издавать как можно меньше шума, Гоголь осторожно заглянул в купе, осматривая то на сложившуюся в его отсутствие обстановку. Фёдора внизу не было, что не могло не радовать. Значит, у него ещё было время обдумать все. Подняв глаза выше, Коля обнаружил на верхнём ярусе своеобразный кокон из белого одеяла и скомкавшейся простыни.

«А вот и он. Уснул?»

      Не став его тревожить, парень на цыпочках пробрался внутрь, попутно закрывая за собой дверь. Что ж, вот он и здесь.Обгрызенные губы щипали, а живот крутило от тревоги.       Состояние не из лучших и сейчас ему следовало бы последовать примеру Федора и завалиться на боковую, но… Но что? Время близилось к полуночи, а Коля так и не нашёл времени на худо бедный ужин. Поджать ноги как можно ближе к груди сейчас было лучшим решением. Периодические возникания собственного желудка заставляли каждый раз дёргаться в попытках заглушить этот неприятный звук.       — Вернулся наконец? — высунувшись с верхней полки, Федя, кряхтя, вывернулся из своего кокона и внимательно осмотрел попутчика. Взгляд отстранён, весь зажат и будто бы чем-то напуганный. Ну, уж нет, так дело не пойдёт.       Закатив глаза, Достоевский, так и не получив какой-либо отдачи, вновь скрылся наверху, шурша чем-то и откидывая одеяло в противоположную часть полки. И только бы Никола смог спокойно выдохнуть, как прямо в него полетела пачка быстро приготавливаемой лапши. Рефлекторно вытянув руки в сторону приближающегося объекта, он только и успел, коснуться упаковки краем пальца, как лапша уже ударила ему в лоб.       — Да ты, как погляжу, снайпер — потирая ушибленное место, улыбался Коля. — Это зачем? Или ты так отомстить мне решил? Но, эй, убийство лапшой это весьма-а неэффективный прием       Федя же чуть посмеиваясь, изобразил пальцами пистолет и «выстрелил» в Колю с характерным звуком.       — Бах. Прямо яблочко!       Он вёл себя так, словно между ними ничего и не произошло, словно все было в порядке. Видя то, как складывается чужая игривая улыбка, как прищуриваются аметистовые глаза, Коля и сам начинал верить в то, что все было лишь дурным сном и его реальность гораздо теплее и уютнее той, откуда он только недавно пришёл.       Минута, другая и Фёдор вновь расположился напротив его полки, элегантно перекидывая ногу на ногу.       — Это нам на пополам. Я не рассчитывал, что придётся ещё кого-то подкармливать — кивнув на упаковку лапши в руках Коли, Фёдор лишь протяжно зевнул, подпирая ладонью голову.       — Ну, чего сидишь? Открывай уже, кипяток у меня в термосе возьмёшь. Благо я ходил недавно, обновлял. Должен быть ещё горячим.       Решив не испытывать судьбу, Коля, полный благодарности, одобрительно кивнул, принимаясь за приготовление. И вот спустя пару минут перед ними уже стояла миска бледно-жёлтой лапши с манящим запахом, постепенно захватывающим все пространство вокруг.       — Оставь мне половину. А пока ешь на здоровье — подмигнул Фёдор, отворачиваясь к окну, в очередной раз протяжно зевая. Рельефы были трудно различимы, но сейчас это и не было нужно. Сфокусировавшись на отражении попутчика, парень аккурат наблюдал за чужими движениями, а также эмоциями, что так отчетливо выражались в естественной мимике и расслабленной позе.       — Ну уж нет, ешь тоже. Остынет ведь!       — Хорошо-хорошо, душа моя.       И вот опять это старое прозвище, так и норовящее полоснуть разгоряченное сердце. Молча пододвигая порцию чуть ближе, Коля, выпадая из реальности, начал долго накручивать лапшу на пластиковую вилку. От всего происходящего веяло таким знакомым запахом, напоминающим их детские посиделки на еще советского типа кухне. И как он вообще мог не признать в этом обычном парне своего старого знакомого?        — Слушай, Федь. Ты ведь сразу понял, да? Чего же молчал? — В ответ послышалось лишь вопросительное мычание и хлюпанье лапши. Коля пристально и как-то загадочно посматривал на своего старого друга, но тот, словно не замечая его, задумчиво смотрел в миску с остатками лапши.       — Это... Ты о чем? Говори полностью мысли.       Коля замялся, мысленно пытаясь вновь собраться воедино. Он правда не понимает или же все это лишь притворство? Невольно сомнение прогрызлось в мысли, добавляя всем былым словам Коли какой-то несерьезности, так, словно то была лишь его паранойя, не имеющая ничего общего с реальным раскладом дел.

«А что если я ошибся? Может это всё-таки не он? А вдруг все было простым совпадением…?»

«Да чем черт не шутит. Не умру же, если спрошу так!»

      — Федь, давай-ка не дури. Вот скажи, ты ведь сразу понял, что мы с тобой и раньше были знакомы? Дружили как-никак — Голос был на грани дрожи, а речь все ускорялась и ускорялась, будто Коле уж совсем нетерпелось высказать абсолютно все и получить внятный ответ на все свои вопросы.        — Ну, допустим — нехотя протянул Фёдор, засовывая себе в рот вилку с накрученной лапшой. Он заинтересовано наклонился в сторону, вглядываясь в чужие глаза, будто бы пытаясь таким странным и понятным лишь ему способом пробраться в чужую голову, прочесть абсолютно всё, выворачивая наружу. Смотреть на такого Николая было одним удовольствием. Напускная простота и беззаботность сползала с него все больше и больше, оголяя истинное восприятие и чувства.       — А что такое, есть ко мне какие-то вопросы? Претензии?       — Почему не сказал? Объяснись. Какого черта это все было? — коротко выпалил Коля, тараторя так, что даже в замедленной записи некоторые звуки было бы тяжело распознать.       — Хмм, напомни-ка, а зачем тебе это? С каких пор я должен отчитываться перед тобой? — откровенно издеваясь над напряженным парнем, теребящим выпавшую прядь, произнес парень.       — Интерес — щелкнув пальцами, Федор тонко улыбнулся. — Да, определённо именно он. Я хотел просто-напросто понаблюдать.

«Прямо-таки учёный с подопытной крысой. Бррр»

      От такого вида по коже бегали толпы мурашек, заставляя ежиться и поджимать колени. Продолжать разговор становилось все труднее, а собеседник терпеливо ожидал, очевидно зная, что на этом все не закончится.       — И как? Как оно было? Насмотрелся? Интересно было? — без какой-либо надежды на хорошее продолжение этого диалога, Коля лишь подливая керосина в незримый огонь, чуть язвя. Любопытство брало вверх и хотелось как можно больше понять то, чего же именно от него ждали, но как вообще после таких подробностей можно не выдать какую-нибудь колкость?       — Весьма. Как я и говорил, за тобой интересно наблюдать. Тебя порой так тяжело предугадать. Мне это в тебе и нравится. То сидишь спокойно, то уже вскакиваешь, начиная кричать. И в чем же заключается причина? Вот если бы была возможность для детального изучения. Я бы хотел… — уплыв в собственные размышления, Федор говорил с нескрываемым азартом. И впрямь принимая на себя образ безумного ученого горящим своим делом. Но вспомнив, что пред ним есть еще один участник разговора, Федор оборвал себя на полуслове, легко кивая, дав понять, что закончил.       Коля же удивлённо поднял брови, было как-то не по себе. Он в полной мере отдавал себе отчёт о том, что человек, сидящей перед ним и тот темноволосый парнишка, которого он помнил ещё с юных лет — это абсолютно разные личности. Первый был наглым и расчётливым абсолютно во всем, одержимый идеей узнать абсолютно все о том, что хоть на долю процента могло заинтересовать его, когда второй же был лишь молчаливый пареньком, вечно спасающим Колю в трудные минуты.       — Собираешься говорить Цвете о нашей встрече? Марина должна же быть в курсе, что ты рванул назад, да? Столько уже на планировала нам по возвращении — Коля, съезжая с этой странной и в какой-то мере даже пугающей темы, переходя на что-то более нейтральное, молясь, чтоб Федор не завалил его вопросами в ответку.

«Я не вынесу этого. Господи, только не продолжай»

      Прохлада приятно бегала по коже, добавляя в воздух какую-то лёгкую сонливость. Желудок уже не верещал о своей пустоте, а ещё недавняя головная боль утихла, оставив хозяина тела отходить от произошедшего.       — Зачем? — Фёдор выглядел удивлённо и как-то напряжённо. Он нахмурился, после чего помассировав переносицу, продолжил — Мы сейчас, кхм, не слишком то в хороших отношениях.

***

      Пол усеян осколками цветастого стекла. Звонкий голос слово за словом режет прямо по ушам, взвизгивая и срываясь. Из квартиры вот уже около получаса не стихали крики и ругань. Разбушевавшихся не могли усмирить ни стуки по батареям, ни угрозы вызова ментов через картонные стены. Они лишь продолжали трепать друг другу нервы, не замечая чужих возмущений.       — АГХ! Да в чем твоя проблема?! Мир рухнет или что? Ну, подумаешь, мелькнешь у него перед глазами, ну напишешь одно-два сообщения — Цвета грозно таранила на брата взглядом, уже на автопилоте хватаясь за первую попавшуюся вещицу на кухонном столе. Удачно подвернувшаяся перечница крепко сжимается в её кисти, нервозно перекатываясь по ладони, словно ещё вот-вот и она точно также отправиться в полет       — Ты уже как полтора года тут сидишь, а Коле и пару слов не сказал. Самому то не мерзко? Фёдор, перекрестив руки перед грудью, стоял, опираясь на пожелтевший подоконник, пытаясь игнорировать соседей и воспаленные возгласы младшей сестры, улавливая лишь основную суть. И все же в какой-то степени она все равно была права. Однако сознание воспротивилось принимать ее версию, останавливаясь на том, что, как Федору казалось наиболее выгодным для всех.       — Ау, да он места себе не находил. Всё местных спрашивал про тебя. Чуть ли не похоронил тебя! — Цвета закатила глаза, выдыхая новую порцию воздуха для очередного плевка кислотой. — Хах, да ты вообще хоть что-то знаешь? Что я пережила? Что он пережил? Да если б ты не уехал, то хотя бы я смогла бы сохранить с ним связь! Спасибо, братец, очень подсобил.       Фёдор, стараясь до последнего держать себя в руках, сделал несколько шагов в сторону, отходя подальше от Цветы, в то время как сестра лишь надвигалась вперед, всматриваясь и выискивая где-то в глубинах ответы на интересующие её вопросы.       — Марина, давай спокойнее — попытался было перевести тон Фёдор, но лишь в очередной раз получил резь в ушах и ещё одну россыпь стекла. Перечница, не выдержав внезапной встречи с кафельным полом, разлетелась на мелкие осколки.       — Спокойнее? СПОКОЙНЕЕ?! Да ты сейчас серьёзно? Ты никогда не хотел со мной нормально поговорить, все только успокойся да успокойся. А я, черт его дери, спокойна! — Лицо девушки покраснело, ее ноги в пушистых тапочках ступали прямо к Федору. Осколки приходилось обходить стороной, отчего действия Цветы выглядели нелепо, нежели угрожающе.        — О, Господи, дай мне сил… Марина, ты ничего не поняла. Ты винишь во всем меня, даже не зная причины — отросшие и изрядно искусанные ногти впились в бледную плоть, окутывая ладонь в лёгкий жар. Это было попросту невозможно терпеть. Как вообще можно быть настолько несговорчивой?!       — Ну-ну, конечно. — Марина в мгновение ока пересекла разделяющее их расстояние, больно тыкая острым ногтем в грудь брата. — Какая же ты эгоистичная сволочь! Я могла ожидать от тебя абсолютно все, но это…это полноценное предательство.       Тонкие брови образовали небольшую морщинку, а прищуренные глаза так и прожигали чужое нутро. Она уже не кричала, лишь изредка вздыхала, словно перед ней стоял не живой человек, а лишь его каменное подобие, не способное на какой-либо разговор. И как только можно творить такое с человеком, для которого ты стал буквально второй семьей?       — У меня уже слов не находится. Это низко… И так подло. Федь, вылез бы ты наконец из своей коробки… Пойми, что ты не один, вокруг тоже есть люди. Жи-вы-е!       Фёдор молчал. Он слышал слова Цветы, видел, как она надрывается, взывая к нему, но… Но что? Давнее обещание молчать не позволяло вывалить абсолютно всё и вот, он крайне плохо парирует, пытаясь хоть как-то объяснить свои решения.       — Ему так лучше. — голос охрип и, казалось, звучал совсем буднично, будто бы они говорили о серой погоде за окном или о случайно опрокинутой пепельнице. — Сама ведь знаешь какой он у нас. Как взбредет что-то в голову, так и не отлепишь.       Парень сухо усмехнулся, кладя ладонь на плечо Марины, аккуратно отодвигая ту от себя. Он уже не пытался перейти к перемирию, не пытался отстоять свое. Он лишь хотел закончить этот выматывающий день и улечься наконец в постель. Конфликтов Федор не любил, сторонился, предпочитая выводить их во что-то большее, чем крики и ругань.       Ещё в детстве они с сестрой играли в упрощенные дебаты, а то и вовсе проводя «суды» над плюшевыми игрушками. Однако сейчас он прекрасно понимал, что ни к чему хорошему или нейтральному они не придут и просто так все это не закончится.       — Ты это всерьёз? Что несешь то? Сам то себя слышишь, а? — Марина ошарашено взглянула прямо на старшего, не веря в происходящее и пытаясь осознать и переварить все сказанное. Девушка пыталась различить в чужих глазах хотя бы подобие плохой шутки, но не заметив чего-то и близко похожего, разъяренно сжала кулаки.       — И после всего ты ещё и его виноватым выставляешь? Ну какой же ты все-таки ублюдок.       Звонкий удар пронзил пространство. Пощёчина стала неким отрезвляющим элементом в их разговоре, моментом, когда внутри парня что-то оборвалось. Рефлекторно прикоснувшись ладонью к покрасневшей щеке, он удивлённо поднял брови с немым вопросом.

«Зачем?»

      Ведь и правда, зачем она это сделала? Прошёл уже не один год, быть может Коля и правда уже давно живёт своей жизнью, даже не вспоминая о её семье. Будто пытаясь предотвратить очередную попытку удара, девушка обхватила чуть покрасневшую кисть свободной рукой, удерживая. Ошарашено она отступила назад, а в горле постепенно образовывался ком.       — Я…прости, я не хотела…это было лишним.       Сестра впервые ударила его. В тот миг это ощущалось как что-то противоестественное и напрочь отвергалось разумом, но горящая кожа и ее реакция говорили об обратном. Жгучая обида разлилась под кожей, предвещая ещё на долго запомнить этот злополучный час.       — А, знаешь, да. Ты права! Да, я свалил, ничего не сказав! Вот только сделать я с этим ничего не мог. Марин, давай, расскажи же, что я мог бы прийти к нему домой и чуть ли не покаяться! Ну же, я слушаю. Что ещё про меня скажешь? — Федор продолжал и продолжал, говорил все быстрее и жёстче. Его прорывало на крик. Он должен был промолчать, перестать так сильно давить на младшую сестру, но отчего-то был не в силах ударить по тормозам.       — Давай помогу, накину идей? Сволочь, говоришь? Эгоист? Хорошо, пускай будет так. Но, напоминаю, мне было 14! Наша расчудесная матушка ежедневно вбивала, что нужно молчать, а иначе заберут и тебя, и твоего ненаглядного Колю.        — Хочешь — вперед, ищи кого хочешь, не маленькая уже. Вот только все последствия будут на твоей совести.

***

      Коля чуть ли не давится воздухом. Как же так? Сиблинги, которые в детстве души друг в дружке не чаяли, теперь оказались в таком положении… Но ведь по словам Цветы все было прекрасно. Тогда почему сейчас он слышит о «не лучших» отношениях?       — Был небольшой конфликт некоторое время назад, затянулся и как-то отошло общение. Ничего интересного. — Фёдор говорил не привычно размыто и слишком отдалённо от истинной причины. Так, словно речь шла не о младшей сестре, а о мимо проходящей девушке, не имеющей для него никакого значения. Это не могло не настораживать.       Коля чувствовал, что здесь что-то не так. Ведь, хей, в чем проблема? Почему человек, который терпеть не мог глупые и бессмысленные ссоры, человек, который всегда был хорош в ведении переговоров, до сих пор не обговорил все с Цветой? Конечно, у нее характер тоже не сахар, но даже так он бы справился…       — Но ведь… — уж было хотел начать допрос Гоголь, как был резко перебит.       — Давай лучше оставим этот разговор. Кажись, то слишком личное. Тебя не касается.       Личное? Фраза отдалась эхом, задевая за больное. Да, пускай их и разлучило на несколько лет, да, Федор буквально исчез из жизни Николы, напугав до чертиков, но разве они уже успели стать совсем чужими? Как же люди, прошедшие такой путь бок о бок, могут вообще стать никем? Да ещё и так быстро.       — Угу, как знаешь — только и мог согласиться Коля, разводя руками и искоса поглядывая на дверь купе, будто бы ожидая какого-то внезапного гостя, что вот-вот с минуты на минуту должен был заявиться к ним. Однако, несмотря на всю свою внешнюю незаинтересованность, мысленно он все-таки решил выяснить чуточку больше. Как-никак, Марина должна была рассказать ему хотя бы часть от скрытой истины. А пока, пускай для Федора это останется простым разговором ради разговора.

***

      — Коля-я, прекращай уже. Я же сказала, что не буду это обсуждать — искаженный плохой связью голос вновь и вновь раздавался из смартфона. На пироне было прохладно и пахло табаком. Большинство вышедших на ночную остановку кучковались, обсуждая что-то свое и потягивая сигареты. Прокашлявшись от надоедливого дыма, Коля прошёл чуть в глубь, уходя все дальше от своего вагона. Времени было достаточно, так что можно было и слегка размять ноги.       — Начнём с того, что сейчас почти что час ночи. Час, мать твою, ночи, повторяюсь. Имей совесть — Марина чуть раздражённо отчитывала парня за такую внезапную и странную просьбу. Зачем вообще ему настолько внезапно начинать расспрашивать об их взаимоотношениях с братом? И как он вообще пришел к этому вопросу? Столько лет ни словечка друг о друге, а тут за последние полтора дня уже второй раз эта тема всплывает.       — Да понял я, понял.       — А закончим тем, что… — в этот момент она так сильно напоминала своего братца, приводя Колю в чувства и возвращая тому рациональное мышление своим лёгким холодком. И как только в одном человеке могут сочетаться самые яркие краски мира и строгость какого-нибудь офисного клерка?       — Я не буду говорить о подобном через трубку. Если так интересно, то встретимся после твоего возвращения, хорошо?       Уже поникший парень вновь ожил. Лёгкая улыбка расцвела на губах, и он непроизвольно ускорил свой шаг. Постепенно поезд отдалялся все дальше и дальше.       — Спасибо, дорогая моя! Девушка сонно что-то промычала, постепенно затихая. Чувствовалось, что ещё каких-то пара минут таких выговоров, утомительных нотаций и она сама не заметив того, уснёт прямо с телефоном под ухом.       — Только, Коль, скажи-ка. А ты чего вообще так резко набрал? Что-то случилось?       Гоголь аж вздрогнул. Сейчас он мало хотел раскрывать все детали поездки, но и должной отмазки он сочинить не успел, что же, оставался лишь один проверенный временем план...Бежать.       — Цветик, я ж слышу, что ты уже с ног валишься. Давай—ка беги спать. А я тебе завтра ещё позвоню, как приеду, лады?       — Ла-адно, но я это запомнила. — Завершив звонок, Коля облегченно выдохнул. Теперь то он мог получить хоть какую-то информацию о человеке, который по воле судьбы вновь пересекся с ним в полупустом купе.       Оглядевшись вокруг, Коля понял, что забрел куда-то в глубины вокзальной территории и огни его поезда казались уже совсем крошечными.       — Надо бы возвращаться.

***

      Километр за километром, поезд постепенно приближался к очередному населённому пункту. Ещё совсем немного и тот начнёт сбавлять скорость, готовясь выпустить с десяток пассажиров из своих дверей. Вот уже все вещи вновь рассованы по сумкам и выставлены в проход. Коля уже как полчаса залипает во вновь заработавший смартфон. Судя по всему, близость города давала возможность словить хоть какой-то интернет. Он быстро напечатал несколько сообщений своему «встречающему» из разряда «Сиди на вокзале и терпи, я уже скоро буду» и, конечно же, не забывая оставить в конце самый неуместный и странный смайлик, который только нашёл.       Вновь откладывая телефон подальше, Коля откинулся назад, на жёсткую, практически каменную, подушку, блаженно прикрывая глаза.

«Вот и все. Доехали»

      Он уже мысленно сидел там, в небольшой квартирке в спальном районе, в кругу семьи, обсуждая последние новости и отмечая его внезапное появление в отчем доме.

«Надо бы приготовить что-то вкусное. Может выпечку? Думаю, матушке понравится.»

      Идея позвать с собой Фёдора оказалось слишком внезапной и тут же была отброшена в сторону. Как же вообще после всего случившегося он бы вот так просто потащил его к своим родителям? Да, конечно, они были знакомы, но, в конце то концов и меру нужно было иметь.

«А сможем ли мы вообще встретиться с тобой? А, Федюш?»

      Яркие лучи солнца пробивали даже через сомкнутые веки, отчего думать уж совсем не хотелось. Наверное, им стоило ещё вчера все подробно обсудить. Но что в итоге? Разговор вновь сошёл на нет. Вернее говоря, Коля аккурат слетел с темы, уводя за собой собеседника в дремучие леса.

«Ладненько! Пора бы и растормошить его. Небось совсем пылью покрылся за ночь»

      Коля одним толчком поднялся на ноги и, зацепившись за верхнюю полку, заглянул наверх, ожидая вновь лицезреть человеческий кокон, лишь иногда чуть шевелящийся от дыхания.       Но в этот раз Федя и впрямь удивил. Он сидел, чуть покачиваясь от лёгкой тряски вагона и крепко держась руками за перекрещённые ноги. Было видно, как он постепенно отключается, смотря в одну точку, и ещё вот-вот и совсем начнёт носом клевать. Несколько секунд разглядывая полусонного парня, Коля решил перестать вести себя столь фривольно и наконец оставил того в покое, вновь усаживаясь к окну, практически вплотную к стеклу. Вот уже и родные деревяшки, знакомые ещё с самых пелёнок, а за ними до самого горизонта расстилается поле с посевами. Казалось, что даже в само купе уже успел просочиться запах свежескошенной травы и бодрящий запах буйной речки. И только лишь от этого на душе становилось теплее, словно Коля и впрямь вернулся на шесть лет назад, во времена, когда он ещё был несмышлёным подростком, готовый на всех парах нестись на край света, желая увидеть абсолютно всё.

«Надо бы пробежаться потом по окрестностям. Может и Сенин тоже заявится.»

      Сенин, или проще говоря Серый, был не слишком то высоким русым парнем с постоянной привычкой подкалывать всех и вся в радиусе пары метров, в особенности это распространялось на Колю. Мелкие толчки, шуточные драки и стычки были неотъемлемой частью каждой их совместной прогулки. Серый ещё с младшей школы на пару с Колей решили терроризировать учителей: то мячи от физрука запрячут куда подальше, то в кабинете биологии доску парафином измажут. Они отрывались, как только могли. Но все рано или поздно имело свой конец и в один из дней середины средней школы, Сенин перевёлся в другой город.       Оставив все свои контакты Коле, он исправно сохранял связь, держась всеми силами, не желая терять дружбу. Он вернулся спустя три года, заметно вытянувшись и перегнав Колю на добрых полголовы.       Гоголя постепенно уносило все дальше от реальности, но в эти минуты времени на сон уже не было. В попытке отвлечься он вновь осмотрел белоснежный столик. Сейчас тот был как никогда пуст, совсем уж голым. Еда убрана, стаканы стоят у проводницы, а потертая временем скатерть аккуратно сложна на краю.       — Я только одно прошу, не пускай меня к поездам… — в голове сами собой всплыли строки, плавными разводами растекаясь по мыслям. То была одна из популярных нынче песен, кажись он уже где-то слышал её, возможно это именно она была на звонке у Цветы в их последнюю встречу. По крайней мере прилипчивый мотив и строки были весьма схожи.

«И все-таки они Федей совсем разные. Хотя порой так и не скажешь.»

«Хах, да он и близко к таким трекам не подошёл бы!»

«Небось все также на одной классике живёт»

      Подтянув рюкзак поближе, Коля, быстро выдернув лист из торчащего потертого блокнота, чуть корявым почерком старательно и как можно крупнее пытался вывести символы собственного айди и номера телефона.

«Не думаю, что он напишет. Интерес интересом, но, кажись, это все мимолетно. Перегорит, а то и вовсе разочаруется. А может он вообще солгал мне. Кто ж его поймёт?»

      Коля прекрасно все понимал и не собирался пересекать границы. Да, они в прошлом были близки, вот пускай все так и останется там, где-то позади, в детстве и подростковых годах. В конце концов Федя сам выбрал уйти тогда, ведь так? Если бы хотел вернуться, вновь все восстановить, то сумел бы связаться, написал бы, позвонил, да хоть бы что-то сделал для этого, ведь так? Он бы не стал обрывать все и вся в мгновение ока…

«Ну не напишет и ладно. Все равно ж выкинет потом. Да и пошло оно всё!»

      Коля уже давно пережил эту нелегкую утрату в своей жизни, практически отпустив того, кем когда-то для него являлся Фёдор. Уже не было настолько тошно от одного лишь воспоминания о прошедших днях и от попыток вспомнить чужой образ не раскалывало на двое, ломая внутренности от чувства покинутости и утраты чего-то настолько ценного.

«Будь что будет»

      По дверце купе раздались три быстрых стука и отдаляющиеся постукивания каблуков. Николу слегка передернуло, и он кое-как удержал сложенный листок в руках. А вот и небольшое напоминание от персонала, что уже вот-вот ему и его соседу нужно будет освободить купе для новых пассажиров.       — Да черт тебя дери. Что ж так вовремя то.       Вероятно, одна из проводниц решила не терять слишком много времени и лишь коротко уведомить их о скором выходе. Ох, какая забота, тц. Хорошо, пора, так пора. Вскочив с места, Коля вновь ухватился за края верхней полки, чуть подтягиваясь и встав на край нижних мест.       — Фе~едя, встаём, спящая красавица. — осторожно дергая уснувшего за ногу, Коля внимательно наблюдал за изменениями в чужом лице. Недовольно промычав и выдавив весьма грубое «угу», парень попытался вывернуться из цепкой хватки, зарядив Коле пинком прямо в грудь.       — Ауч! Да я смотрю ты меткость тренируешь даже во сне. Давай, вставай. А то уедешь так на Дальний Восток и где тебя потом искать? Все пропустишь таким образом! С явно демонстрируемой неохотой и долгим кряхтением, Фёдор наконец-таки спустился вниз. Вид у него был мягко говоря помятым, волосы спутались, на щеке красное пятно от руки. Ну совсем домашний.       — Куда бегал вчера под ночь? — невзначай спросил тот. — Неужели в курильщики записался?       Зевая, парень упал на противоположную полку, распластавшись, не оставляя ни единого свободного клочка. Руки на автомате тянулись к термосу, на лету отвинчивая крышку. Подползая выше и приняв относительно ровное положение тела, Федор вновь подвис, пристально смотря куда-то в пустоту.

«Опять на ходу спит… И как он до сих пор нигде не свалился?»

      — Да какой там. Просто подышать вышел. — Коля, почесав затылок, перебросил волосы на плечо, собираясь собрать белоснежную копну во что-то менее походящее на птичье гнездо.       — Это же противно. Дышать этим дымом на постоянной основе. Да и вредно. А вот в «жить здорово» говорилось… — Коля карикатурно выставил указательный палец вверх, водя им в воздухе словно указкой.       — Так, стоп. Давай обойдёмся без ее цитат. Мне и в детстве твоей Малышевой хватило с головой. — перебивая Колю на полуслове, Фёдор прервал предстоящий поток из чудных цитат о микробах и калорийности воды.        — Да и я понял, что на перекур тебя не приглашать. — не сильно пнув попутчика по колену, Достоевский подмигнул и, избегая ответного удара, подтянул ноги к себе. Чай в термосе уже успел остыть, отчего его можно было бы с чистой совестью выливать ежели не в раковину, так сразу в окно. Скорчившись от холодного и до жути горького напитка, парень с долей разочарования отодвинул его подальше от себя. Оба вновь замолчали, каждый зависая где-то в пространстве собственной мысли. Хотелось вновь начать диалог, пошутить или же порассуждать о той или иной ситуации, но, чего уж греха таить, в голове не было ничего толкового.       — Слушай, а может сходим в наш недострой? Не знаю, там ли он ещё или снесли, но можно было бы и проверить. — Федя в очередной раз зевая, вытянулся, вытягивая руки вперёд. — Я давненько те места не видел, да и ты, кажись, тоже.        Сердце Коли пропустило удар, брови взмыли вверх. Создавалось впечатление, что парень натурально засветился от такого предложения. Кивая в знак согласия, он чуть сжал губы, стараясь хоть немного удержать рвущуюся наружу широкую улыбку.       — Конечно! Ещё и спрашивает тут. Да я только за буду! — голос непроизвольно стал громче, а глаза засияли, выдавая все как на ладони. Отчётливо чувствовался лёгкий дар, пробежавший по щекам, оставляя после себя лёгкий шлейф. Заметив это, Коля чуть поумерил пыл, на мгновение отвернувшись и проверяя кончиками пальцев горящую кожу. В голове вновь вспомнилась та бумажка с контактными данными, экстренно спрятанная в карман спортивок. И сейчас было самое время, чтоб вручить её и теперь уж точно не потеряться.       — Вот, тут мой айди и номер. Напиши и там уже обсудим время и дату. — протянув сложенный в несколько раз листик, Коля крупно вздрогнул, стоило только Фёдору случайно прикоснуться к его ладони. Холодные… Кажись, он ещё долго будет привыкать к такого рода особенностям своего старого друга.

***

      Вот уже и уютный вагон остался за спиной. Вокруг стоят кучи людей с чемоданами. Одни о чем-то весело болтали, перехватывая охапки сумок, а другие стояли в долгих объятиях, компенсируя долгое время разлуки. Смотря на них только и можно было расплыться в улыбке.

«Счастливые люди»

      В тамбуре одного из вагонов громко кричала проводница, прося провожающих освободить место у прохода. Оглянувшись на них, Коля внимательно осмотрел толпу. Неужели им так не терпится увидеть своих «путешественников»? И что в этом такого? Почему нельзя подождать ещё каких-то пару минут? Пожимая плечами и поправляя спавший с плеча рюкзак, парень, стараясь не попасть в толпу, двинулся в сторону небольшого ларька. Строение в пару квадратных метров на вид казалось совсем заброшенным, вывески несменяемые ещё со времен распада советского союза уже давно пожелтели и практически пришли в негодность. Заглянув в небольшое окошко, Гоголь с любопытством осмотрел пространство внутри.       — Ку-ку~ есть кто в домике?

«Походу, никого живого»

      Постучав пару раз по стеклу и подтвердив свою догадку, он прислонился к стенке, издалека осматривая встречающих возле своего вагона. В кармане мелко завибрировал смартфон, упорно прося обратить на себя внимание.       Поднимая трубку, Коля тут же отдернул телефон от уха. И то было на пользу, ведь стоило ему только ответить, как женский голос по ту сторону обрушил на него шквал обвинений.       — Коля, твою ж на лево, это ещё как понимать? Сначала посреди ночи трезвонить начинаешь, а потом и вовсе трубки не берёшь. Обещал же перезвонить с утра! А прошло почти два часа! Я уж думала ты совсем из сети выпал. Казалось, что ещё бы чуть-чуть и Цвета сама лично примчалась к нему на платформу, лишь бы хорошенько вдарить негодяю за невыполненное обещание. Поток её возмущений казался нескончаемым и Коля, позволив себе пропустить мимо ушей добрую их часть, вновь перерыл их прошлый разговор.       — Цветик, напомни’ка, во сколько я по-твоему должен был приехать. Девушка с минуту молчала, лишь иногда шелестя какими-то бумажками.       — Так, в 9:30 по твоему времени. И тебе ли не знать, а? Коля прыснул, прикрывая рот ладонью, стараясь заглушить смех.       — Чего смешного? Ты ведь сам говорил       — Хорошо, а теперь напомни сколько сейчас у тебя времени — кое как уняв позывы веселья, парень так и стоял, широко улыбаясь.       — Да что ж ты заладил то? Половина двена… — тихое ой в конце оборванного предложения звучало как небольшая победа. Мысленно парень, прямо как в детстве, желал растрепать несносной девушке волосы, а после в знак утешения отвести куда-нибудь в живописное местечко, отвлекая от недавнего поражения.       — Прости. Часовые пояса, сам же знаешь. И вообще, мог бы и напомнить! Ещё и смеётся тут — казалось, что даже через несколько тысяч километров Коля мог видеть, как Марина надула щеки и хмурит тонкие брови.       — Хорошо-хорошо, не дуйся ты так. И ты меня извини, Цветик. Так, о чем мы там хотели поболтать?       Наконец они могли приступить к обсуждению недавнего ночного порыва Коли. Вкратце введя подругу в курс дела, парень все вглядывался в людей вокруг, все выискивая знакомую высокую фигуру с чуть похрамывающей походкой.

«Если забудет, то лично его машину краской залью»

      Мысленно определившись с предстоящей местью, Коля протяжно вздохнул. На что тут же послышался ряд вопросов и догадок       — Да ничего такого. Помнишь Серого? Ты вроде видела его пару раз. — Сенина то? Его невозможно забыть. А что такое? Неужели это он тебя встретить должен? Коля одобрительно кивнул, но быстро вспомнил, что девушка сейчас находится в другом городе и их связывает даже не видео связь.       — Ага, он самый. Видимо ваш покорный слуга будет топать на своих двоих.       Продолжительное «ох, ма-а» со стороны девушки было лучше любых утешений. Такое понимающее и наполненной искренним состраданием. Тем временем Коля уже направлялся в сторону самого здания вокзала. Махнув по пути Федору и жестом попросив позвонить позже, парень аккурат ногой распахнул стеклянную дверь, ведущую в зал ожидания.       — Ладненько, Цветик. Пойду я этого раздолбая искать. Не скучай там, ещё созвонимся.       Распрощавшись и убрав гаджет в карман штанов, он шёл по длинному коридору, местами увешанному подранными плакатами с правилами поведения в вагоне. Вот и всё, ещё пара шагов и, переступив через порог вокзала, он может сказать, что официально приехал. Вот только пока было не до этого. Перспектива внезапной пешей прогулки совсем уж не радовала.       Две лавочки с выпечкой и журналами занимали в основной зале практически треть от всего пространства, отчего обычно собирали возле себя немало народу, но по стечению судьбы возле них сейчас было от силы несколько человек: трое парней болтали с продавщицей, то ли выпрашивая скидку, то ли просто пытаясь скрасить время ожидания, какой-то дедок расположился на краю деревянной скамейки неподалёку, когда другой же её конец занимала довольная физиономия Серого.       Судя по всему, он тоже уже давно приметил своего пассажира, но все также не собирался подниматься и уж тем более окликнуть того, в тихую наблюдая и посмеиваясь. Он преспокойно допивал кофе из автомата и показательно причмокнув, закинул одну ногу на другую. Когда же Коля значительно приблизился к нему, Серый чуть ли не подпрыгнул на месте, лишь чудом не роняя всю скамью вместе с пенсионером на другом конце. Махнув рукой, он лёгким движением руки бросил пустой стаканчик в мусорку, чётко попадая в пакет.       -Оу, да~ Трехочковый!       Подбежав к Коле, Серый крепко схватил парня за плечи, потряхивая и словно будучи в музее рассматривая со всех сторон и звонко смеясь.       — Бог ты мой, неужели я обознался? Ты кто такой? Куда моего Кольку подевал? А?! Тряска стала сильнее и мир вокруг слился воедино, когда же голос друга становился только громче.       — Колись же, самозванец городской!       — Пре-кра-щаай — с трудом выпалил Коля, пытаясь одновременно и скинуть с себя чужие руки и нанести ответный удар.       В попытке отпихнуть от себя напавшего друга, Коля на мгновение сумел выпутаться, но его тут же поймали вновь, щекоча и тряся с новым рвением. Парень уже начинал терять контроль над собственным дыханием, задыхаясь от смеха. Сумки уже давно лежали на полу, выпав из рук, не стесняя Колю в некоторых маневрах. Постепенно лёгкая стычка перерастала в целое представление, отдалённо подходящее на спарринг. Они пытались ухватить друг друга так, чтобы были заблокированы все движения и шансов вылезти без капитуляции не оставалось.        — Ладно! Хорошо! Всё!       Уж было попытался сдать позиции Коля, однако, его оппонент не планировал заканчивать, всё причитая как тому было грустно и о том, как Гоголь позабыл о нем в своём городе.       — Я для тебя всё делал, а ты… Ну как же так-то? Совсем меня не ценишь!       — Да понял я, понял! Говори условия. — уж было взмолился Коля, как подгадав момент, сумел пнуть противника по ноге. Выбраться он так и не сумел, однако это можно было засчитать за небольшую месть, отчего ведьмин мальчик уже был доволен собой.        — Тогда-а, с тебя причитается. Наколдуешь мне баночку 0.5 и король будет доволен. Так и быть, прощу твоё невежество — парень торжественно поднял руки вверх, отходя на пару шагов назад, как бы говоря, что больше Колю не тронет. А тому только и оставалось, что согласиться, дуя губы и смотря прямо в довольное и такое наглое лицо напротив.

«Ну прям таки в школу вернулись. Даже фразочки не поменял»

      Коля в шутку ударил парня в плечо, но только его кулак приблизился к Серому, так тот вновь отскочил назад, попутно перехватывая руку и заворачивая назад.       — Ах та-ак! — Серый гоготал во всю глотку, чуть ли не надрывая живот. Все никак не унимаясь, он лишь сильнее подначивал уже изрядно уставшего друга.       — Да как ты посмел! Напасть на своего повелителя?! Теперь я имею полное право потребовать с тебя двойную оплату, а то и вовсе забрать в рабство.       — Ну всё! Брейк! Докину я сверху чипсов. Пусти уже! — окончательно сдав позиции, Коля наконец перестал бить парня по рёбрам и всячески выкручиваться из цепких лап. Весь скрученный, он шипел, легонько подергивая завернутой за спиной конечностью. В ответ ему лишь победно смеялись, легонько пиная и ослабляя хват на кисти. Не упуская момента, пока Коля отвлёкся, разминая затекшую руку, Сенин растрепал светлые волосы в пух и прах. И вот теперь на чужой голове красовалось асимметричное подобие птичьего гнезда. С таким то непонятным шедевром вряд ли можно было заявиться к родителям на порог. Отец, конечно, откинет пару шутеек, да и матушка в стороне не останется, однако краснеть в первые же минуты не хотелось. Стоило хотя бы немного привести себя в порядок.       — Вот и славненько. Ну прямо-таки жених. Ведьмин мальчик на выданье. Бери — не хочу.       Сенин довольно осматривал результат проделанной работы, любуясь своим творением. И наконец, хмыкая, он щелкнул Коле по носу, махнул рукой, собираясь уже уходить.       — Давай-ка уже. Хорош уже штаны простаивать.       Коля, не став дожидаться друга, подхватил вещи под руки, уже в припрыжку помчался в сторону, где по его предположениям остановился Сенин. Уже вот-вот он будет дома и сможет спокойно выдохнуть.       — Машина в другой стороне, ведьмин мальчик. Парковка другая — вновь голос Серого заливался смехом, останавливая и разворачивая назад. Не сбавляя шага, Коля также чуть подрыгивая побежал в противоположную сторону, попутно умудряясь шлепнуть друга по плечу, словно замаяв того, как в старой детской игре.       — Вперёд-вперед! — подначивал Коля, помахав, подзывая тем самым к себе.       — Сам же так спешил. Шурши быстрей.       — Ууу, неугомонный какой, а. И кто из нас только с поезда сошёл? — Закатывая глаза, парень все же последовал за Гоголем, вертя в руках связку ключей от автомобиля       Прямо у самого выхода с парковки, парней смиренно ожидал старенький жигуль, переживший за свою жизнь явно не одну покраску. Горячо любимый автомобиль, судя по рассказам Серого, был также ни единожды латан и полностью перешит любящей рукой владельца. Уверенности в этом корыте, конечно, не становилось больше. Но не став слишком сильно задумываться об этом, Коля плюхнулся на переднее сиденье, попутно закидывая рюкзак с вещами на заднее сиденье. Внутри пахло хвоей с примесью мяты. Пахнущая «елочка» чуть покачивалась на черной нити прямо под зеркалом заднего виденья. Интересно, а каков будет запах, если прислонись её впритык к самому носу? — И куда тебя сейчас? Домой? — скидывая ноги с панели, он недовольно цыкнул, ударяя по оголенной щиколотке.       — Ну-ка не наглей!       Домой сейчас Коля по очевидным причинам явиться не мог. Как минимум потому что в этот час его в доме могли встретить только стайка аквариумных рыбок с их многозначительным бульканьем.       — КОЛЯЯЯ. АУ! Земля вызывает Гоголя. Приём приём — Сенин махнул ладонью прямо перед чужими двухцветными глазами.       — Просыпаемся. Я тут вопрос задал.