Один из нас

День 84 Прошел почти месяц с тех пор, как Малфой ушел на задание. За это время мало что происходило — если, конечно, не считать «интересным» бесконечную возню с Рози и помощь Габриэль с зельями. Теперь, когда Малфоя нет, активизировался Джек. И я, честно говоря, не слишком этому рада. Я наконец поняла: Джек Миллер меня не привлекает, и я не жду наших встреч. Он же, напротив, начал проявлять настойчивое внимание: помогает, ухаживает, пытается участвовать в моей жизни. Это утомляет. Близилось Рождество, а следом — день рождения Рози, который у нас никогда не отмечали. Потому что её день рождения совпал с днём возрождения Волдеморта. Им обоим исполняется четыре года. Какая ирония. Ровно четыре года идёт эта долгая, жестокая война. И ровно четыре года назад на свет появилась моя невероятно умная и необыкновенная дочь. В этот день я всегда разрываюсь между счастьем и ужасом. Как так вышло? Почему именно в этот день? Связана ли как-то моя дочь с его возвращением? Почему она его видит? Она ведь не крестраж, не как Гарри, который попадал в сознание Волдеморта из-за частицы внутри себя. Я тысячу раз прокручивала в голове воспоминания о жизни до Рози. Может, на мне лежало неизвестное проклятие? Или я была отравлена? Может, я использовала тёмную магию до беременности, и это как-то повлияло на неё? Не знаю. Я возвращалась к этим мыслям снова и снова, но так и не нашла разумного ответа. «Просто так вышло» — вот что я твердила себе, как когда-то Молли говорила мне. Она говорила, что такова жизнь и надо просто жить дальше. Смириться. Попробовать найти в этом какую-то пользу. Но как, если в последний раз Он увидел её в своём видении? Значит ли это, что теперь Он может видеть её всегда? Я спустилась по лестнице на первый этаж и замерла на последней ступеньке, не в силах отвести взгляд. Дом словно преобразился за одну ночь — повсюду царило настоящее рождественское волшебство. Холл встретил меня величественной ёлкой почти до потолка. Она переливалась сотнями крошечных светящихся шаров, которые не просто горели ровным светом, а будто содержали внутри миниатюрные галактики: в глубине каждого мерцали и перекатывались звёздочки и туманности. Между ветвями порхали зачарованные снегири — они время от времени садились на игрушки, тихонько посвистывали и вновь взмывали в воздух, оставляя за собой лёгкий след из искрящегося инея. От холла в гостиную вели раскрытые двустворчатые двери, увитые пушистой еловой гирляндой с вкраплениями серебряных колокольчиков. Каждый раз, когда я делала шаг, они издавали негромкий, удивительно чистый звон — будто отголоски колоколов в морозном воздухе. В гостиной камин пылал весёлым огнём, а над полкой растянулась пышная гирлянда из остролиста и омелы, усыпанная крошечными светящимися ягодами. По стенам плыли мягкие световые проекции — заснеженные леса, медленно падающие снежинки, изредка мелькали силуэты северных оленей. На окнах расцвели морозные узоры, но не статичные, а живые: они медленно перетекали, складываясь в новые причудливые рисунки. Особенно поразила кухня. Здесь всё дышало уютным теплом: на столе стояла композиция из миниатюрных деревянных домиков, из труб которых поднимался настоящий дым, пахнущий пряниками и корицей. Полки украшали стеклянные шары с миниатюрными снежными пейзажами внутри — если присмотреться, можно было разглядеть крошечные фигурки, катающиеся на санках или лепящие снеговиков. Над раковиной висела гирлянда из карамельных тросточек, которые время от времени тихонько постукивали друг о друга, издавая мелодичный хрустальный звон. А в воздухе витал неповторимый аромат: смесь хвои, мандаринов, горячего шоколада и чего‑то неуловимо волшебного — будто сама магия решила отпраздновать Рождество вместе с нами. — Как тебе? — спросила Андромеда, найдя меня на кухне за разглядыванием домиков. — Надо же, когда вы всё успели сделать? — я восхищённо покачала головой, не веря своим глазам. — О, за вечер, — она махнула рукой, словно это сущий пустяк. — Мне помогала Флёр, Габриэль, а потом присоединилась Джинни. — Почему меня не позвали? Я могла бы тоже помочь. — Ты уснула, — Андромеда погладила меня по плечу. — Мы не стали тебя будить. В последнее время ты выглядишь уставшей, будто совсем не спишь. Андромеда взмахом палочки установила кастрюлю на плиту, зажгла огонь, и нужные ингредиенты сами подлетели к ней, выстроившись на столешнице. Она собиралась приготовить горячий шоколад. — Только в последнее время? — я усмехнулась, усаживаясь за стол. В маленьком кухонном камине потрескивали поленья, за окном шумела метель, а в воздухе наконец запахло какао. Андромеда рассказывала, какие заклинания они использовали для украшения дома и что планируется дальше. Она уже готовила рождественское меню и описывала блюда, от которых текли слюнки. В доме почти никого не было, кроме меня, Андромеды, Габриэль и спящей Рози. Остальные следили за «Ракушкой», вылавливали Пожирателей и, как обычно, ходили на задания. Ничего не менялось. Из года в год одно и то же. — Есть новости из «Ракушки»? — я поставила перед собой большую кружку, которую мне протянула Андромеда. — Пока нет. Но Пожиратели точно получили весть о том, где искать дом. Грюм сказал, они поймали двух. Они молчат… — Или ничего не знают. Сама-Знаешь-Кто не стал бы посылать туда кого-то, кто обладает важной информацией. Я думаю, он может лишь догадываться… — Драко ещё жив, — Тонкс села напротив и обхватила кружку тонкими пальцами. — Я до последнего была против этого плана. Отдать им даже намёк на «Ракушку»… Это казалось безумием. Но Драко настоял. Сказал, что иначе не пробиться к их истинным замыслам. И у него получилось. — А если они… если они доберутся до его мыслей? Он ведь не мастер окклюменции. — Он сильнее, чем кажется. И умнее. Он знал риски и всё равно пошёл. — Сколько он ещё протянет? На месте Пожирателей я бы скептически отнеслась к возвращению Малфоя. — Не знаю. Но пока он там, у нас есть время. Чтобы подготовиться и найти крестраж. Наверняка сейчас всё внимание Вол… Сама-Знаешь-Кого направлено на Драко. Все знают, что Он слаб и не может покидать убежище. Но Драко теперь прямо там. Надеюсь, он сможет что-то предпринять и передать нам весть. — Хочешь сказать, Орден планирует заявиться туда? Это же безумие. — Грюм говорит, любая информация важна. А будут ли они идти туда, никто не знает. — Как и то, что в голове у Аластора, — я кивнула и допила шоколад. — Спасибо, — качнула пустой кружкой и отправила её мыться.

***

Снег валил весь день. Вьюга неистово выла. Из-за этой непогоды дом казался ещё теплее и уютнее. Пока Рози играла с Габриэль наверху, я свернулась на диване и открыла новую книгу. Бумага старинного фолианта пахла восхитительно. Я вдохнула поглубже, прикрыв глаза, а затем взгляд невольно упал на окно. Я встала. Тело сковало напряжением. Прямо за окном, вдали, на белоснежной поляне стояла фигура. Высокий мужчина в чёрной мантии. Метель трепала её, то развевая, то хлеща по ногам. Но он стоял недвижимо и смотрел. Он не видел дом, я поняла это сразу, как и то, что это был Драко Малфой. Наспех накинув чьё-то пальто, я выбежала наружу. Нужно впустить его в дом! Наверное, он не может войти, потому что не знает точный адрес. Как холодно, Боже! И как долго он там стоит? Ноги утопали в снегу по колено — здесь никогда не чистили дорогу. Незачем, ведь со стороны дом кажется давно забытым и нежилым. Маглы сюда не ездят. Сугробы поглотили всю округу. Я с трудом пробиралась к барьеру, прикрываясь воротником и удерживая волосы, которые взвивались от порывов ветра. — Малфой! — крикнула я сквозь пургу. — Малфой, ты что… Он сделал несколько шагов ко мне. В его глазах мелькнуло удивление. Он не ожидал, что его встретят? — Что ты здесь делаешь? — наконец приблизившись, я вцепилась ему в предплечье. Он скосил взгляд на мою руку. — Не мог войти, — хрипло ответил он. — Проведёшь меня?

***

За день до… Я вспомнил давно позабытое чувство — боль от «Круциатуса». Лежа на грязном влажном полу темницы, я почти улыбался от того, насколько всё оказалось предсказуемо. Я пришёл прямо к себе домой, как хозяин после долгого путешествия. Нагло ворвался в столовую, где как раз проходило собрание. Том Реддл — тощий, высохший и сгорбленный — восседал во главе стола. Будто это место принадлежит ему, а не мне. Будто хозяин мэнора — он. Все тут же навели на меня палочки, а Тёмный Лорд на секунду потерял дар речи. Затем он мерзко улыбнулся, когда я преклонил колено. Следующие шесть часов состояли из боли. Адской, нескончаемой боли. Словно меня засунули в кратер извергающегося вулкана. Ни один человек не смог бы выдержать такого — умер бы от шока. Но Волдеморт был хитер. Он приготовил целых пять целителей, которые следили, чтобы я не сдох. В итоге меня швырнули в темницу. Изломанного, окровавленного и хохочущего, как полный псих. Я пролежал там, казалось, вечность, но на деле всего две или три недели. И вот сегодня услышал скрип двери. Навострил уши, хотел привести себя в божеский вид, чтобы не опозориться перед гостями, но… пальцы были сломаны, и встать я не мог. Поэтому просто продолжил лежать в дерьме и пялиться в потолок. Я уже почти труп. О чём волноваться? — Какие люди, — голос Теодора Нотта разнёсся по коридорам подземелья. — Никогда не думал, что увижу тебя в таком виде. Я скосил глаза, но не ответил. Он пришёл не просто так. Нотт очистил от грязи и меня, и камеру. Тошнотворный запах исчез, а значит, Тео задержался надолго. — Драко, зачем ты пришёл? — он наколдовал табурет и опустился на него. — Ты ведь знал, что так будет. Нотт сидел прямо напротив и выжидающе смотрел. — Ты слишком хорошо меня знаешь, чтобы задавать такие вопросы. Тео помолчал несколько секунд. — Вы нашли Уизли? — Нашли. Он вздохнул. — Мне нужно вылечить твои переломы. — Зачем? Он ещё не наигрался? Вспомнил обо мне? — я усмехнулся. — Есть дело. — Какое ещё дело? — В котором ты должен поучаствовать. — Нужны будут мои пальцы? — я снова прыснул. — Интересное дело. — Прекрати. Я в любом случае вылечу твои руки, хочешь ты того или нет. Это приказ. — Они уже начали срастаться, — я вытянул вверх две ладони с искорёженными пальцами, смотревшими в разные стороны. Нотт вдруг прошептал заклинание. Я услышал первый треск и заорал от новой волны боли.

***

Меня вывели в столовую. Нотт шёл рядом, а один из громил-Пожирателей тащил меня вперёд, держа за воротник рубашки. Комната выглядела так же убого, как я её помнил. Наверное, всех домовиков убили. Длинный стол был пуст, Волдеморт сидел на прежнем месте в одиночестве. Когда меня подвели ближе, я разглядел на столе несколько склянок с зельем. Новые развлечения Тёмного Лорда? — Добрый вечер, Драко, — проскрежетал голос Тома. Пожиратель, что держал меня всё это время, швырнул меня вперёд, и я рухнул на колени. — Ты, как всегда, вовремя, — он усмехнулся и взмахнул рукой. Откуда-то из-за угла вышли двое. Один схватил меня за руку, второй держал так, чтобы я не вырвался. Я глянул на Нотта — он смотрел на меня пристально, но отошёл в сторону. — Сегодня ты поучаствуешь в одном задании, Драко. Нам известно, что в доме есть ребёнок… — Нет! — я вздрогнул, не ожидая, что скажу что-то сегодня. Голос был совсем не мой. Волдеморт, видимо, этого и добивался. Он хохотнул. — Да, — протянул он. — Видишь ли, нам очень нужен этот ребёнок. Мне необходимо понять одну вещь. Она очень беспокоит меня в последнее время. Но я совершенно не доверяю тебе, чтобы посылать тебя за девчонкой. Он кивнул Пожирателям, державшим меня. Один из них полоснул меня по руке. Хлынула кровь. Второй подставил кубок, и он заполнился наполовину. — Этого достаточно, — сказал Тёмный Лорд. Меня связали, а кубок поставили на стол перед Томом. Что происходит? Зачем им моя кровь? Что за зелья… Волдеморт протянул костлявые пальцы к склянкам и капнул в каждую мою кровь. Оборотное зелье. — Нет! Я могу сам! Пожалуйста! — заорал я, пытаясь рвануться к зельям. Что я мог? Не знаю. Может, разбить их или… Сильный удар пришёлся прямо в живот. Меня отшвырнуло к стене. Спина заныла от удара, я скрючился на полу, пытаясь избавиться от верёвок. — Пять порций, Драко! — услышал я торжествующий голос Волдеморта. — Пять предателей, что захотят вернуться домой на Рождество. Кто из них вернётся с девчонкой? Он захохотал, а я забился ещё сильнее, будто в этом был смысл. Нотт стоял в тёмном углу и пристально наблюдал за моими мучениями.