A misty memory/ Смутное воспоминание

2008 год. Особняк Старка, Малибу Катерина с трудом удерживала равновесие, балансируя с тремя увесистыми папками в руках. Двери особняка автоматически распахнулись перед ней, пропуская внутрь. В первые месяцы работы она недоумевала, почему все важные документы неизменно оказывались в доме Старка, а не в офисе. Теперь же понимала — для Пеппер это был идеальный компромисс между контролем над делами компании и сохранением видимости субординации. Поттс, перенявшая у Старка лучшие деловые качества, мастерски играла эту двойную роль. — Документы из нью-йоркского филиала, — объявила Катерина, входя в гостиную. Пеппер вздрогнула, отрываясь от бумаг. — Тони тебя искал, — в голосе женщины прозвучала едва уловимая игривость, заставившая Катерину нахмуриться. — Зачем? — Катерина! — раздался возглас за спиной. Девушка вздрогнула, чуть не выронив папки. Обернувшись, она увидела Старка в заляпанной маслом майке и спортивных штанах — явный признак того, что он возился с одной из своих драгоценных машин. Но больше всего поразил огромный букет алых роз в его руках — не менее пятидесяти бутонов, перевязанных шелковой лентой. — Это тебе, — Тони протянул цветы с той самой ухмылкой, которая обычно предвещала неприятности. Катерина подняла бровь, демонстративно посмотрев на перегруженные руки. — Обмен, — не растерялся Старк, ловко изымая папки и вкладывая вместо них букет. Его пальцы на мгновение задержались на её ладонях. — Это зачем? — её голос прозвучал резче, чем планировалось. Пальцы судорожно сжали стебли, от напряжения побелели костяшки. — Ты странная, — Тони покачал головой, бросая документы на стол. — Обычно в таких случаях говорят: «Спасибо, как мило!» — Спасибо, — пробормотала она, чувствуя, как тепло разливается по щекам. — Пеппер официально разрешила мне проявлять знаки внимания, — он жестом указал на свою ассистентку, та лишь развела руками с улыбкой. — Вот и решил порадовать нашу красавицу. — Цветы великолепны, Тони, молодец — одобрительно кивнула Пеппер. Катерина стояла, словно парализованная, не зная, что делать с этим внезапным проявлением внимания. — Тебе не нравятся? — Старк сократил дистанцию до минимума, так что между ними оставался лишь букет. Его голос стал тише, интимнее: — Или просто не понимаешь, как реагировать? — Они… прекрасны, — её пальцы нервно перебирали ленту. — Но… — Не совсем твой стиль? — угадал он. Катерина медленно кивнула, в очередной раз удивляясь, как точно он читает её мысли. После совместно проведённых праздников — сначала Рождества, затем Нового года — между ними установилась странная близость. Они стали больше общаться, делиться тем, что обычно оставалось за кадром. Старк даже устроил ей «ликбез» по классике кинематографа, терпеливо объясняя отсылки, которые она не понимала. Но за этим внешним спокойствием Катерина скрывала растущую тревогу. Воспоминания, всплывавшие рядом с Тони, становились всё ярче и пугающе конкретнее. Слова о её предполагаемом «бессмертии», услышанные в видениях от Логана и Ксавьера, не давали покоя. Иногда она ловила себя на мысли, что начинает сомневаться в собственном психическом здоровье. — Тогда в следующий раз подберу что-то другое, — нарушил молчание Тони, его пальцы нежно поправили один из бутонов. — Может, орхидеи? Или полевые цветы? — Ты… собираешься продолжать? — её голос дрогнул. — А ты сомневалась? — он улыбнулся так, что в уголках глаз собрались лучики морщинок. — Я же предупреждал — со мной ничего не бывает «коротким». Пеппер закашляла, напоминая о своём присутствии. Катерина воспользовалась моментом, чтобы отступить на шаг, создав между ними дистанцию. Но даже на расстоянии она чувствовала его взгляд — настойчивый, изучающий, полный того самого любопытства, которое когда-то заставило его ввязаться в эту историю. Букет в её руках внезапно показался тяжёлым, как груз новых вопросов, на которые у неё пока не было ответов. Но в глубине души она уже знала — какие бы тайны ни скрывало её прошлое, Тони не отступит, пока не докопается до истины. И эта мысль одновременно пугала и… странным образом успокаивала. Без шуток, Катерина всерьёз начала подозревать у себя шизофрению. Эти постоянные голоса в голове, словно включённое радио на разных частотах. Эти яркие видения, всплывающие перед глазами без её воли. Она отказывалась верить, что всё это может быть правдой — до того самого момента позавчера на кухне. Она чётко помнила, как стакан внезапно отлетел к стене и разбился, хотя она даже не дотронулась до него. Помнила, как намеренно взмахнула рукой — и тарелка с грохотом упала на пол. Но ярче всего в памяти запечатлелась её собственная реакция — дикая, почти безумная улыбка, когда она осознала: телекинез реален. Она действительно может это.

            — Катерина, у этой девочки идентичные твоим способности, — с удивлением произнес Чарльз, показывая ей картинку из своей головы. — Это невероятно!

— Это опасно, — девушка помнит, насколько разрушительны они могут быть, если за ними не следить. — Надо ей помочь.

— Ее имя — Джин Грей.

Катерина потратила месяцы, пытаясь найти хоть какие-то следы этой Джин Грей — с помощью Старка, через все возможные базы данных. Но такой девушки не существовало. Во всяком случае, в этом мире. — Эй, ты меня вообще слушаешь? — Тони щёлкнул пальцами прямо перед её носом. — Это грубо, даже по твоим меркам. — Прости, задумалась, — пробормотала она, чувствуя, как в висках начинает пульсировать знакомая боль. — Пойдём в мастерскую, — Старк обнял её за плечи, направляя к лестнице. Его пальцы были тёплыми даже через ткань платья. — Но я должна помочь мисс Поттс, — попыталась возразить Катерина. — Считай, у тебя выходной! — крикнула Пеппер с дивана, даже не поднимая головы от планшета. — Ты даже её сумел завербовать на свою тёмную сторону! — прошипела Катерина, спускаясь по ступеням. — А ты украла у меня Джарвиса, так что мы квиты, — усмехнулся Тони, его рука скользнула вниз, обхватывая её талию. — Держи себя в руках! — она попыталась вырваться, но он лишь крепче прижал её к себе. — Да перестань уже притворяться и признай — ты без ума от меня. — В твоих грёзах, — фыркнула Катерина, заходя в просторную мастерскую. Воспоминание нахлынуло внезапно:

      — Как он вообще может тебе нравиться? — Чарльз насмешливо поднимал бровь, наблюдая за её смущением.— Я думал, у тебя другой вкус.

      — Сама не знаю, — бурчала она, глядя в окно. — Этот наглец не выходит у меня из головы. А ты-то знаешь, каково это, когда ты эмпат.

      — Ну, Логан конечно… своеобразный, — Ксавьер подбирал слова, — но он неплохой парень в глубине души.

— Да он грубиян! Вечно с сигарой, с этой дурацкой причёской, да ещё и разговаривать нормально не умеет! — она злобно хлопнула окном. — Не может он мне нравиться!

— А вот ты ему очень даже, — подмигнул Чарльз. — И перестань злиться, а то опять…

— Так вот, я приглашаю тебя на второе свидание, — голос Тони вернул её в реальность. Он развалился в рабочем кресле, разглядывая её с явным удовольствием. — И брось уже эти цветы, чего ты в них так вцепилась! Катерина резко встряхнула головой, понимая, что снова «выпала». Она аккуратно положила букет на кожаный диван, подходя к рабочему столу. Её пальцы нервно перебирали край столешницы. — О каком втором свидании может идти речь, — Катерина скрестила руки на груди, слегка откинув голову, — если мы даже на первом не были? — Уголки её губ дрогнули, выдавая сдерживаемую улыбку. — Вообще-то, было! — Тони поднял палец вверх, как профессор, делающий важное замечание. — Нью-Йорк, рабочая поездка, ужин на двоих? — Он сделал паузу для драматического эффекта. — Или ты уже стираешь из памяти наши романтические моменты? — Это был деловой ужин, и у меня не было выбора, — она фыркнула, но не успела продолжить, как Старк ловко подкатил к ней на вращающемся кресле, загоняя её в угол между столом и стеной. — Значит, это будет наше первое настоящее свидание, — он закатил глаза, бормоча что-то о её «профессиональной вредности». — А если я снова откажусь? — Катерина подняла бровь, но не сделала ни шага назад. — Я снова найду способ тебя уговорить, — его улыбка стала ослепительной, белые зубы сверкнули в свете неоновых ламп мастерской. Он оказался непозволительно близко, зажав её между своих ног. Отсутствие обычного раздражения в её глазах и явное нежелание отступать стало для него сигналом. Катерина даже не успела моргнуть, как его сильные руки — одна на талии, другая на затылке — мягко, но настойчиво притянули её. Их носы почти соприкоснулись, дыхание смешалось. Её ладони нерешительно легли на его грудь, чувствуя учащённое сердцебиение под тонкой тканью майки. Тони выдержал паузу — целых две секунды, давая ей шанс оттолкнуть, ударить, убежать. Но вместо этого он увидел, как её губы слегка приоткрылись от удивления, и этого было достаточно. Первый поцелуй начался осторожно, почти нежно. Но стоило ему почувствовать, как мягко и сладко её губы отвечают на прикосновение, как вся его сдержанность испарилась. Язык нагло вторгся в её рот, вызывая у неё тихий стон. Это был не просто поцелуй — это было сражение. Горячее, яростное, где каждый пытался доказать не столько симпатию, сколько своё упрямство. Её пальцы вцепились в его шею, их тела прижались так близко, что между ними не осталось места даже для воздуха. Руки Старка сжимали её талию, а затем опустились ниже, прижимая к себе так, чтобы она могла почувствовать, насколько он её хочет. — Это… не мой стиль, — он с трудом оторвался, его голос был хриплым, — но лучше остановиться. — Язык медленно провёл по нижней губе. — Иначе я не смогу. — Да… — Катерина повторила его жест, их взгляды встретились, полные одинакового желания. — Лучше остановиться. — Странная ты, Пирсон, — Тони усмехнулся, неожиданно целуя её в нос, что вызвало у неё неожиданный румянец. — Десять минут назад клялась, что я тебе не нравлюсь, а теперь висишь на мне, как студентка на рок-звезде. — Я вишу?! — она фальшиво возмутилась, но даже не попыталась отстраниться по-настоящему. — Шучу, — он снова поймал её губы, на этот раз коротко, быстро чмокнув. — Когда-нибудь научишься понимать мой юмор. — Значит… свидание? — её шёпот был таким тихим, что он скорее прочитал по губам. Её пальцы сжимали его плечи. — Свидание, — подтвердил он, целуя каждую её костяшку. — Я могу идти, мистер Старк? — её улыбка была одновременно вызывающей и невероятно сексуальной. — Нет, — он притянул её обратно. — Мне… комфортно, когда ты здесь. В его глазах промелькнуло что-то неожиданно искреннее, заставившее её сердце учащённо забиться. — Только не говори, что любишь меня, — она притворно закатила глаза. — Я слишком молода для таких серьёзных вещей, а ты… — её губы растянулись в кокетливой ухмылке, — староват для меня. — Наконец-то! — Тони буквально просиял, но тут же сделал серьёзное лицо. — И что значит «староват»? Мне всего тридцать шесть! — Почти сорок, — дразнила она, наслаждаясь его возмущением. — Я покажу тебе «почти сорок», — он прошелся пальцами по её бокам, щекотя ее и заставляя Катерину громко рассмеяться на усю мастерскую. В этот момент где-то наверху упала тарелка, разбившись с грохотом, но ни один из них даже не вздрогнул — слишком поглощённые друг другом, чтобы заметить что-то кроме бушующей между ними химии. И где-то в глубине сознания Катерина осознавала — что бы ни говорили её воспоминания, какие бы тайны ни скрывало прошлое, здесь и сейчас, в объятиях этого невыносимого, самоуверенного, безумно привлекательного гения, она чувствовала себя… дома.