10. Разговор с совестью
— Нравится?
Грубоватый голос за спиной заставил ее вздрогнуть. Прежде чем она успела обернуться, сильные руки обхватили ее талию, а шершавый подбородок уперся в макушку.
— Очень, — прошептала она, накрывая ладонями его пальцы.
Логан.
Он стоял так близко, что она чувствовала тепло его тела сквозь тонкую ткань футболки.
— Спасибо за праздник, — добавила она, слегка поворачивая голову, чтобы увидеть его профиль.
— Ты заслужила отдохнуть, — он провел большим пальцем по ее ребрам, и Катерина едва сдержала дрожь.
Пол под ногами был холодным, но она почти не замечала этого — голова гудела, будто после шторма. Вчерашняя ночь со Старком… Она стала чем-то вроде моста между прошлым и настоящим. Разрушила последние стены. Катерина направилась к кухне, но едва сделала несколько шагов, как услышала четкий стук каблуков по мрамору. Она замерла. — Доброе утро, — Пеппер вошла в гостиную с легкой ухмылкой. В руках она держала платье Катерины — аккуратно вычищенное и упакованное в прозрачный чехол. — Твоя одежда уже готова. Хотя, должна признать, рубашка Старка на тебе смотрится… впечатляюще. — Боже, — Катерина почувствовала, как жар разливается по щекам. — Мисс Поттс, мне… мне так неловко. Я все еще ваша помощница. Она закрыла лицо руками, словно это могло спасти ее от смущения. — Ох, успокойся, — Пеппер рассмеялась, откладывая платье на диван. — Я сделала это просто потому, что хотела. К тому же, у тебя вряд ли будет время заехать домой, а ты, насколько я заметила, не из тех, кто носит один наряд дважды. — Мисс Поттс… — Пеппер, — поправила она, мягко разворачивая Катерину к кухне. — Пойдем, выпьем кофе. И да, я жду всех подробностей. — Пеппер, мне правда неудобно… — Бывало и хуже, — Поттс хмыкнула, но глаза ее светились искренней радостью. — Хотя, знаешь, вся эта неловкость не может скрыть одного. — Чего? — Ты светишься. Буквально. — Пеппер прищурилась. — И ты хочешь сказать, что вы с Тони просто… говорили? Катерина опустила взгляд. — Мы… — Переспали, мисс Пирсон, — вежливо вставил Джарвис, и Пеппер рассмеялась еще громче. — Да, спасибо, Джей, — пробормотала Катерина, чувствуя, как уши горят. — Всегда к вашим услугам, мисс.— Хэнк, ты уверен в этом? — Катерина нервно сжала край медицинской кушетки, ощущая холод металла под пальцами. Ее голос дрожал, выдавая внутреннее напряжение.
Хэнк Маккой, склонившись над лабораторным столом, даже не обернулся, продолжая готовить оборудование для процедуры.
— То, что наш хмурый мутант вообще согласился дать тебе свою кровь — уже маленькое чудо, — проворчал он, аккуратно устанавливая пробирку в центрифугу. — Кровь Чарльза не подходит тебе по возрастным параметрам, да и повторное переливание слишком рискованно. А его ДНК… идеальна для твоего случая.
Катерина отвела взгляд к потолку, пытаясь отвлечься от предстоящей процедуры.
— Как кстати оказался Логан, да? — пробормотала она больше для себя.
Хэнк наконец повернулся, и в его голубых глазах мелькнуло веселье.
— Я заметил, что он тебе понравился. — В руках он держал шприц с мутноватой жидкостью — Не лучший вариант, конечно, но, черт возьми, и ты не ангел.
— Ну спасибо за комплимент, — фыркнула Катерина, чувствуя, как тепло разливается по щекам.
— Держи, — Пеппер поставила перед Катериной большую кружку с дымящимся черным кофе, получив в ответ благодарный кивок. — Он вчера мне весь мозг вынес, — продолжила она, садясь рядом. — Постоянно спрашивал, как лучше предложить тебе встречаться официально. Будто я эксперт по романтическим жестам. Уголки губ Катерины дрогнули в улыбке. — Да, Тони действительно забавный, — она сделала осторожный глоток обжигающего напитка, чувствуя, как кофе разливается теплом по телу. — Очень забавный, — неожиданно прозвучал в голове знакомый саркастичный голос. — У тебя всегда был странный вкус в мужчинах. Катерина вздрогнула, едва не пролив кофе. — Все в порядке? — нахмурилась Пеппер, заметив ее реакцию. — Да, просто… утренняя дрожь, — поспешно ответила девушка, стараясь не выдать внутреннего смятения. Их внимание привлек шум из гостиной. Женщины синхронно повернули головы и увидели, как по лестнице спускался сам Тони Старк — все еще сонный, с растрепанными волосами, одетый в мятые спортивные штаны и просторную майку. Он лениво провел рукой по лицу, пытаясь стряхнуть остатки сна. — Дамы! — его голос звучал хрипловато после ночи. Подойдя к Катерине, он нежно поцеловал ее в висок, затем без спроса взял ее чашку и сделал большой глоток. — Фу! — Старк скривился, будто откусил лимон, и поспешно вернул кофе. — Как ты можешь пить эту горькую дрянь? Катерина лишь самодовольно ухмыльнулась, принимая обратно свою чашку. — И вам доброго утра, мистер Старк. Пеппер, тем временем, деловито отхлебнула свой чай и взяла на себя роль капитана корабля. — Раз все в сборе, напоминаю график: Тони, у тебя сегодня встреча с акционерами в 11. Катерина, нам нужно съездить в суд за документами по делу Stark Industries, затем в офис. — Она сделала паузу, бросив многозначительный взгляд на Старка. — И, кстати, тебе нужно наконец принять решение по поводу поездки в Афганистан. — Тогда начинаем собираться, — Тони внезапно стянул Катерину со стула, оценивающе окинув ее взглядом с ног до головы. — Нам срочно нужно в душ, мисс Пирсон. — Тони! — возмутилась Катерина, но ее слабые попытки сопротивляться были тщетны — Старк уже уверенно вел ее к лестнице. — Мое платье! — она кивнула в сторону чехла с одеждой. — Ах, точно! — он одним движением подхватил пакет, не выпуская девушку из объятий, и продолжил путь наверх. Пеппер покачала головой, наблюдая за этой сценой. — Прямо как дети, — вздохнула она, делая еще один глоток чая. — Ты согласен, Джарвис? — На все сто процентов, мисс Поттс, — немедленно откликнулся искусственный интеллект, и Пеппер могла поклясться, что в его голосе звучала едва уловимая усмешка.***
День, несмотря на свою насыщенность, тянулся для Катерины мучительно долго. Каждая минута ощущалась как час — время словно замедлилось, превратив обычные рабочие часы в нескончаемую пытку. Голова буквально раскалывалась на части, разрываемая между реальностью и навязчивым внутренним диалогом. Какой-то голос — едкий, саркастичный — не прекращал сыпать колкими замечаниями, а вспышки воспоминаний давили на сознание, словно бетонные плиты. Девушка устало потерла виски круговыми движениями, пытаясь сосредоточиться на документах перед собой, но буквы расплывались перед глазами, образуя бессмысленные узоры.— Она, оно… Черт возьми, я даже не знаю, как это назвать! — Катерина взорвалась, вскакивая со стула посреди лаборатории Ксавье. Ее голос дрожал от накопившегося напряжения. — Это, — она резко ткнула пальцем себе в висок, — не дает мне покоя! Я постоянно слышу их. Всех! Это… это невыносимо больно, Чарльз.
Профессор мягко подкатил к ней на коляске, его лицо отражало спокойствие и понимание.
— Мы найдем решение, — голос его звучал успокаивающе. — Возможно, стоит попробовать ментальный блок, как у Джин?
— Пф, — раздалось язвительное фырканье прямо у нее в голове. — Еще чего не хватало. Когда ты уже перестанешь паниковать, глупышка? Я — это ты. Но не в том смысле, как у того рыжего ребенка.
— Опя-я-ять, — Катерина протянула сквозь зубы, резким движением смахивая со стола папки с документами. Бумаги разлетелись по полу белым веером. — Да замолчи ты уже!
— Физически не могу, дорогуша, — голос внутри звучал насмешливо. — Я твой внутренний голос, если угодно — можешь называть меня совестью.
— Полный бред, — Катерина замотала головой, хватаясь за виски, будто пытаясь физически вытащить навязчивый голос.
Хэнк, расхаживавший по кабинету в своем синем обличии, задумчиво почесал подбородок.
— По-моему, твоя «совесть» права, — произнес он осторожно. — Это не проявление Феникса, что-то другое… более личное.
— Ага, как же, — Катерина фыркнула, наливая себе виски дрожащими руками. Алкоголь плеснулся через край стакана, оставляя янтарные пятна на полированной поверхности стола. — Стоит мне только умереть — и эта дрянь возвращается снова.
— Сама ты дрянь, — «совесть» язвительно хмыкнула, и Катерина инстинктивно опрокинула стакан одним глотком, чувствуя, как обжигающая жидкость стекает по горлу.
Чарльз задумчиво наблюдал за этим, его взгляд был устремлен в окно, где играли солнечные блики.
— А может, она тебя защищает? — мягко предположил он. — Ведь если подумать… Мы все боимся повторения истории с Джин. Но ты держишься, твои силы под контролем.
— Ну наконец-то хоть один разумный человек, — проворчал внутренний голос.
Катерина снова наполнила стакан, ее движения были резкими, нервными.
— Я не хочу это слышать, — прошептала она. — Чувствую себя сумасшедшей, разговаривающей сама с собой.
— Ну так сразу бы и сказала, — перебила «совесть», — а то любишь ты драматизировать. Ладно, не буду тебе мешать. До скорой встречи, злюка.
И вдруг — тишина. Катерина замерла, удивленно глядя на друзей. Ее губы дрогнули.
— Она… она послушалась. Ушла. — Девушка прислушалась к внутренним ощущениям, — Тишина…
— Ты закончила? — раздался голос Старка. Он подошел к столу, где сидела Катерина, и присел рядом на кресло, изучающе наблюдая за ней. — Катерина? — Тихо, я… вспоминаю, — она закрыла глаза. Воспоминание нахлынуло, как приливная волна:Дождь. Холодный, пронизывающий. Логан стоит перед ней, его лицо искажено болью. «Пожалуйста, Джеймс…» — шепчет она, и в этот момент чувствует страшную боль — его адамантиевые когти пронзают живот. Сдавленный стон, последний выдох… Логан рычит, слезы смешиваются с дождем на его лице, когда он медленно вынимает окровавленные когти. Темнеет…
— Любишь же ты дохнуть, — раздался знакомый голос. Катерина открыла глаза и увидела… себя. Ее двойник сидела на кровати в ее детской комнате, одетая в то самое черное платье, которое Катерина когда-то видела в журнале и так и не купила.
— Опять ты, — вздохнула Катерина.
Она машинально провела рукой по животу, нащупывая шрамы от когтей Логана, с горькой завистью разглядывая свой образ — ухоженный, элегантный, такой далекий от ее нынешней реальности. Когда в последний раз она носила платья? Делала укладку? Просто гуляла, не оглядываясь через плечо?
— Садись, чего встала, — «совесть» похлопала по кровати рядом с собой. — Ну что, Инглас, скажи мне честно — когда ты уже начнешь жить нормальной жизнью?
— Если бы я знала… — Катерина хмыкнула, опускаясь на край кровати.
— Это был последний раз. Умрешь еще раз — я перепишу нашу историю по-своему.
Катерина резко открыла глаза, вернувшись в реальность. Ее взгляд упал на Тони, и в глазах отразился неподдельный страх. — Господи… — прошептала она. — Что? — нахмурился Старк. — Покажи ему, — прошептала «совесть» у нее в голове. Катерина глубоко вздохнула и резко взмахнула рукой. Бумаги на столе взметнулись в воздух, начав кружить по кабинету в изящном танце. — Ты…? — глаза Старка расширились от изумления, когда он оглядывал летающие документы. — Но… как? — Я мутант, Тони, — тихо сказала Катерина. — Так, — Старк встал, решительно хватая ее за руку. — Поехали домой, там все расскажешь подробно. — Когда бумаги мягко опустились на свои места, он покачал головой: — Черт возьми, ты и правда ведьма. — Давай пока без шуток, — Катерина нахмурилась, направляясь к выходу.***
Лаборатория Старка была погружена в мягкое голубоватое освещение от многочисленных голограмм, плавающих в воздухе. Тони сидел на вращающемся стуле, задумчиво постукивая отверткой по колену, в то время как Катерина устроилась напротив, поджав ноги под себя на кожаном диване. Между ними на столе стояли две чашки с уже остывшим кофе. — Значит, телекинез? — Тони наконец нарушил молчание, его карие глаза сверкали любопытством ученого, столкнувшегося с необъяснимым явлением. Он сделал паузу, словно давая себе время осмыслить эту информацию. — Как это вообще возможно с точки зрения физики? Ты же нарушаешь все известные законы в мире! Катерина улыбнулась его возбужденному тону, напоминающему ребенка, получившего новую игрушку. — Мы такими рождаемся, — она пожала плечами, наблюдая, как его брови поползли вверх. — Генетическая лотерея, если угодно. — Мы? — Тони резко наклонился вперед, его стул с скрипом протестовал против такого обращения. — В смысле, «мы»? Вас что, много? В ее глазах мелькнула тень грусти, когда она ответила: — Да. Точно не помню, сколько именно, но все мои воспоминания связаны с мутантами. — Ее пальцы бессознательно начали теребить край свитера. — Все мои друзья, мой… парень — все обладали необычными способностями. Тони вскочил со стула и начал нервно расхаживать по лаборатории, его ум явно работал на пределе возможностей. — У всех разные способности или… — он сделал широкий жест руками, — есть какая-то система? Катерина задумалась, мысленно перебирая лица из прошлого. — Есть мутанты вроде меня, с телекинезом, другие обладают телепатией, — она начала перечислять, — был один мужчина, который мог управлять металлами, другой — с когтями. — Она подняла руку, демонстрируя тыльную сторону. — Вот отсюда, сначала выходили костяные, потом они стали металическими. А одна девушка могла управлять погодой. — Она улыбнулась при воспоминании. — Вариантов, на самом деле, огромное количество. Тони замер посреди комнаты, его лицо отражало чистое восхищение. — Это… это невероятно, — прошептал он, глядя на Катерину как на самое удивительное явление во вселенной. — Но почему никто не знает о вас? Как такое можно скрыть? Катерина задумчиво прикусила губу, затем неожиданно спросила: — Ты помнишь Теорию струн? Тони резко поднял голову, пораженный. — Откуда ты… — он начал, но замолк, получив обиженный взгляд. — Ладно, ладно, глупый вопрос. Продолжай. — Я вообще-то не тупая, — она нахмурилась, но тут же смягчилась. — Так вот, одно из положений теории говорит о размерности пространства-времени. То, что в макроскопическом мире дополнительные пространственные измерения не наблюдаются, объясняется в струнных теориях двумя возможными механизмами… Тони автоматически закончил за нее: — …либо компактификацией этих измерений, либо локализацией всех частиц многомерной вселенной на четырёхмерном мировом листе, который и представляет собой наблюдаемую часть мультивселенной. — Его глаза расширились. — Мультивселенная? Да не может быть! Он буквально подскочил на месте и начал лихорадочно расхаживать по лаборатории, бормоча что-то себе под нос и временами жестикулируя. — Я же говорила, он странный, — раздался в голове Катерины знакомый саркастичный голос. Тони внезапно остановился как вкопанный, его лицо озарилось пониманием. — Теперь все твое появление обретает смысл! — воскликнул он. — Все твои воспоминания имеют реальные аналоги в этом мире, но расходятся с тем, что здесь. — Он указал пальцем на ее голову. — И это намекает на суперсимметрию! Черт возьми, ты только что перевернула мое представление о мире, женщина. Катерина рассмеялась, откинувшись на спинку дивана. — Сам захотел сблизиться со мной, — хмыкнула она, наблюдая, как он продолжает бормотать, строя в воздухе голографические схемы. Тони обернулся к ней, и в его глазах горел тот самый огонь, который обычно появлялся перед грандиозными открытиями. — И знаешь что? Ни капли не жалею, — он улыбнулся той самой обаятельной улыбкой, которая сводила с ума половину женского населения планеты, но сейчас в ней была искренность, которую Катерина видела впервые.
