Спасти любой ценой

      Работа не шла. И если раньше под этим Чан подразумевал, что за день он поработал с тремя-четырьмя треками, то сейчас он в полной мере осознал значение этого выражения. Весь день он не мог полноценно сосредоточиться ни на одном из треков, над которыми должен был поработать. У Чанбина ситуация была не лучше, вот только тот бросил свои попытки сделать хоть что-то путное ещё на середине рабочего дня (отведённого компанией, а не того, который обычно бывает у парней), но Крис сидел до последнего.       — Без Джисона как-то пусто, не находишь? — спросил Чанбин, как только увидел, что Чан снял наушники. За то время, что он не работал, он успел сходить за кофе и перекусом себе и другу и прочитать все новости из ленты соцсетей, поэтому последние полчаса сидел и играл в какую-то мобильную игру, которую скачал пару дней назад.       — Мгм. И удручающе тихо, — добавил Крис. Без Хана действительно всё было не так. Обычно шумный донсэн поднимал настроение своей неуклюжестью и остроумными шутками. Без этого фонового шума было уже настолько непривычно, что оба парня пару раз порывались по привычке написать Джисону и спросить, когда тот придёт в студию. Но оба вовремя вспоминали, что в студию он не придёт ещё долго. Конечно, хотелось надеяться на лучшее, что парни и делали, но реальность била по сознанию тяжёлым обухом. Они не имели даже примерного предположения, кто хотел бы причинить вред Хану, ведь тот был мил и приветлив со всеми, кого знал, за крайне редким исключением, в число которых входили только, разве что, вредные преподы из университета. К тому же, от Минхо до сих пор не было ни слуху ни духу, так что Крис даже не знал, смог ли его друг добиться ведения этого дела и завели ли его вообще.       Чанбин тихо вздохнул, кивая на слова хёна. Спохватившись, он встал с дивана и протянул Чану пакет из ближайшей забегаловки:       — На, поешь. Знаю же, что опять не завтракал.       После этих слов Крис почувствовал, что его желудок настойчиво требует еды. Чанбин был прав, он снова пропустил завтрак, потому что по утрам не мог заставить себя съесть хоть что-нибудь. Поблагодарив Со, он взял пакет из его рук и отъехал от рабочего стола, пересаживаясь на диван, где ранее сидел Чанбин. Поставив пакет на журнальный столик, Чан стал доставать еду. Это был самый обычный сэндвич с куриной грудкой, листьями салата и прочими овощами. Также в пакете был стакан с айс-латте, лёд в котором уже успел слегка подтаять. Внезапно Крис заметил, что Чанбин тоже уселся рядом, но в его руках не было еды.       — Ты не будешь есть? — в своей обычной манере заботы о всех и вся, спросил Чан.       — А? — отвлёкшись от телефона, переспросил Чанбин. Потом, поняв вопрос, быстро ответил, — Я уже поел, пока ты там пытался что-то сделать. Ешь давай, и так уже остыло всё, — снова утыкаясь в телефон, отмахнулся Со.       Его слова успокоили Криса, поэтому он принялся за еду. Пару минут были слышны только звуки жевания, после чего Чан откинулся на спинку дивана, складывая руки на животе и сыто выдыхая.       — Как думаешь, где сейчас Джисон? — устремя взгляд в потолок, проговорил он.       Чанбин пожал плечами, в очередной раз терпя поражение и отключая игру.       — Сомневаюсь, что где-то, где его будет легко найти, иначе бы похищение не имело смысла. Хотя, может быть, это будет отвлекающим манёвром и все будут искать где-нибудь за городом, а после окажется, что он был где-то у нас под носом.       — Возможно, ты прав, — утвердительно кивая, сказал Крис, всё ещё глядя в потолок, — И всё же, я не пойму, кому мог понадобиться Джи. Он же такой, ну. даже не знаю, как сказать. Кому он мог насолить так сильно?       — А может быть, это месть кому-то из нас? Кто-то, кому в прошлом мы перешли дорогу или, скажем, задолжали денег, долго думал над местью и решил в качестве неё похитить человека, нам близкого. Провёл мини-расследование, узнал, что мы близки с Ханом, и похитил его.       — Нет, думаю, дело всё же в самом Джисоне, — переводя взгляд на спину друга, высказался Чан, — Согласись, если бы надо было насолить мне или тебе, похитили бы кого-то из семьи, ведь и ты, и я не единственные дети своих родителей.       Чанбину не остаётся ничего, кроме как кивнуть, молча соглашаясь со словами хёна. Разговор сошёл на нет. Каждый думал о своём, но в конечном итоге все мысли сводились к одному — что с Джисоном, где он и кому понадобилось его похищать. Внезапно наступившую тишину прорезала вибрация телефона Чана. На загоревшейся экране высветилось несколько сообщений от контакта «Хо 😾». Быстро разблокировав телефон, Крис открыл чат.       Хо 😾       Дело у меня       Вам нужно прийти в участок для дачи свидетельских показаний. Желательно в ближайшее время

Вы

Отлично

Мы можем прийти хоть сегодня, всё равно работать сейчас не получается

      Хо 😾       Это было бы замечательно       Напиши, когда будете около участка

Вы

👌

      После такой, пусть и недолгой, но информативной переписки, у Чана словно камень с души упал. Быстро пересказав всё Чанбину, он подорвался с дивана и сохранил те небольшие наработки, что у него всё же получилось сделать за сегодня. Со сделал то же самое, после чего, закрыв студию, они направились в полицейский участок, где пару дней назад писали заявление. Подходя к зданию, Крис отписался Минхо, как тот и просил, поэтому, когда они зашли внутрь, Ли встретил их, после чего провёл в комнату для допросов.       — Не будем тянуть кота за хвост, — только они успели пересечь порог допросной, заговорил Минхо, садясь на стул рядом с лампой, — Давайте начнëм.       Крис и Со переглянулись, как бы задавая друг другу вопрос: «Он решил сразу двоих опросить?». Чан опомнился быстрее, чем его коллега, поэтому с твëрдым видом сел на стул по другую сторону стола. Чанбин решил сначала оглядеться. Помещение было похоже на все допросные, которые можно было увидеть в фильмах. Грязно-серые стены, стол посередине, лампа, камера для записи разговора. Единственное отличие — наличие четырёх стульев, три из которых были у стола.       — Ты будешь садиться или побежишь прочь, чтобы на тебя пали все подозрения? — немного ехидно поинтересовался следователь, расплываясь в улыбке.       Со скептически относится к этому человеку. Чан не был из тех людей, у которых много каких бы то ни было знакомых, несмотря на то, что он был достаточно общительным и дружелюбным. Хотелось провести своë мини-расследование, но об этом стоит подумать позже. Стул отодвинулся с характерным скрежетом, после чего Чанбин присел.       — Раз все в сборе, начнëм, — Ли повернулся к ним и, сделав серьёзное выражение лица, продолжил, — Опустим базовые вопросы про то: «Кем вам приходится похищенный, где проживает?». Мне уже ясно — ваш гипертрудоголический коллега — друг, которого на месте прописки точно нет. Я правильно понял?       — Да, — подтвердил его слова Чан, — Джисон очень любит свою работу. Студия — его жизнь. Он активный, позитивный, и хоть может выключать или терять телефон, обычно всегда находил способ с нами связаться.       — Он просто душка, — решил подытожить Со.       — Что ж, неужели он такой душка, что его взяли да украли? Настолько лапочка, что кто-то решил прибрать его к своим рукам? — прокомментировал Минхо, но увидев испепеляющий взгляд Криса, решил отойти от подколов, — Были ли у него какие-либо враги, недоброжелатели?       Допрашиваемые переглянулись между собой и синхронно заявили.       — Нет.       «Так и знал» — промелькнула мысль в голове Минхо, но вслух он сказал другое:       — Может быть у него, помимо вас, есть ещё какие-то знакомые, коллеги или бывшие сокурсники, которые могли с ним общаться?       — Не припомню таких, возможно… — задумчиво проговорил Чан, но был перебит.       — Крис, а помнишь парня, которого Джисон упоминал? Того, из кофейни? — воскликнул Чанбин.       — Это когда он работал, чтобы оплатить учëбу? — спросил Чан и, получив утвердительный кивок, сказал, — Некоторое время у Хана были сильные проблемы, но он смог это пережить.       — Как называлась кофейня? — спросил Ли, вытаскивая ручку с небольшим блокнотом.       — Точно не припомню. Может быть «Лакей» или «Латте»… Стоп! Вспомнил! «Латея»! — радостно сказал Чан.       — Хорошо. Есть ли у вас свои версии того, что послужило причиной похищения? — сказал Ли, и на некоторое время повисла гробовая тишина.        — Возможно, кто-то хотел отомстить Джисону. Мы хоть и брали много разных заказов, от некоторых студий и исполнителей, мы принципиально отказывались. Может быть кто из них. — сказал Чан.       — Лично мне, больше верится в версию с тем, что нам хотели навредить, как людям, а не как какой-то студии, — дополнил слова друга Со.       — С чего такая уверенность? — задал вопрос Ли, прищурив глаза. Чанбин немного напрягся и медленно сглотнул, что не укрылось от детектива, — Сейчас у меня есть все основания полагать, что в этом ты замешан. Если это так, то мне придётся изолировать тебя от Чана, чтобы не навредить и ему.       — Не говори того, чего подтвердить не можешь, — на корню присëк словесную перепалку Крис. Он знал этих двоих, и понимал, что быстро эта «война» не кончилась бы, — Может быть есть ещё предложения?       — Думаю, стоит начать с кафе, раз других, более информативных, вариантов не наблюдается. И последний вопрос: «Был ли у вашего зайки кто на примете?».       — Вроде бы нет. Хотя в студенческие годы — время самопознания, у него был один или два коротких романа, — ответил Крис.       — Хорошо. Допрос окончен. Больше мне пока нечего спрашивать, — закончил какие-то записи в блокноте Ли, — Пройдëмте в обратном направлении, — и, встав со стула, жестом попросил парней следовать за ним.       Со и Чан не стали долго задерживаться и пошли за детективом. Мысли были не самые радужные, но отчаиваться не хотелось. Хоть какие-то действия всё же лучше бездействия. Блуждая в своих мыслях, Крис пропустил Чанбина вперëд, и был остановлен Минхо.       — Присмотри за своим коллегой, — твëрдо отчеканил тот.        — Зачем? Ты, что подозреваешь его? — едва не повысив голос, ответил Чан.       — Подозревать сейчас стоит всех, а особенно тех, у кого в голове рождаются «интересные» идеи, — скептически хмыкнул, ответив на вопрос. Повисла тишина, которую нарушил крик: «Крис, ты идешь?».       — Тебя уже ждут, но будь добр подумать над моими словами, — проговорил следователь и, более не проронив ни слова, начал удаляться вглубь коридора, — Сообщу, если что-то нарою. Берегите себя.       Чан ещё какое-то время простоял в шоке, едва ли осмысливая то, что сейчас произошло. В голове не укладывалось.

***

      Этой ночью Чан не спал. Не то, чтобы это было чем-то из ряда вон выходящим, ведь бессонница верным спутником следовала за ним со старшей школы. Но сегодня и без того неприятное состояние подкреплялось не самыми приятными размышлениями.       С одной стороны, Крис понимал причину подозрительности Минхо. Всё же, он был не знаком с ним ранее, а любое малознакомое лицо и в обычной обстановке вызывало в нём толику подозрений, что уж говорить про нынешнюю ситуацию, когда любой — да даже тот же Чан, Минхо ведь не мог знать наверняка, — мог оказаться преступником.       Но с другой стороны, Кристоферу было по-дружески обидно за Чанбина. Тот ведь тоже переживал и явно хотел как лучше, высказывая своё мнение относительно произошедшего. И что в итоге? Желанием помочь он лишь обратил на себя лишнее внимание и вызвал в какой-то степени беспричинные подозрения.       И всё же, Чан не мог отделаться от горького послевкусия зерна сомнения, которое в нём зародил своими словами Минхо. Это было неправильно, в какой-то степени Крис даже рассматривал это как предательство, но избавиться от этих мыслей не получалось — это как пытаться заставить себя не думать о розовом слоне, который, как назло, только сильнее лезет в голову.       В очередной раз за эту безумно долгую ночь, которая, похоже, даже не думала заканчиваться, Чан вздохнул и снова повернулся в постели. Сейчас он лежал на спине, глаза были направлены в потолок, а голова придавлена к подушке тяжёлыми мыслями. Если раньше Крис бы встал с постели и стал делать хотя бы что-то, чтобы не прожигать время впустую, сейчас он явственно ощущал, что ничего толкового из этого не выйдет. Казалось, что в данный момент абсолютно ничего не могло отвлечь его от дурных мыслей, что, словно мухи, всё плодились и плодились в его сознании.       Сокрушённый неприятными думами, Чан сам не заметил, как провалился в тяжёлый сон без сновидений, от которого утром у него будет болеть голова и ломить тело, словно при температуре.