О невысказанном

"Можно я с тобой?".... "подожди меня!".... "постой...!" -слышала, что говорят? Первый сын Се, по слухам, совсем себя запустил... и все после смерти какого-то слуги. -может правду говорили про то, что они обрезаные рукава? -какая же теперь разница? Этот слуга мне никогда не нравился.... помнишь его взгляд?... всегда такой пугающий. Ходил за господином словно тень. Смел огрызаться и говорить смотря ему в глаза! Неслыханная дерзость. Видно господин его избаловал. Собаке собачья смерть. -а мне казалось он был симпатичным. Эх такая потеря.... ох смотри! Неужто молодой господин наконец решил выйти из покоев?... -постой.... почему у него распушены волосы?! Бесстыдство! Руки крепко сжимали в объятьях чёрный зонтик. Тусклые фиолетовые глаза без капли интереса окинули взором вздрогнувших служанок, но те ни капли не интересовали его. Он их словно и не видел. Пусть болтают, что душе угодно. Какая уж теперь ему разница? В былые дни он одним взглядом мог заставить людей вокруг дрожать и опускать взор под давлением его взгляда и улыбки. Высокомерный. Самовлюбленный. Гордый. Наглый. Острый на язык. Гениальный наследник клана. Старший сын главы Се. Таким он был. С детства воспитанный подобно принцу, знавший всевозможные манеры и имевший глубокие знания в области экономики и политики. Отец обучал его жестоко, но эффективно. Гордость семьи. Несущий ответственность за будущее клана и его процветание. Обязанный жениться на выгодной партии, которую выберет отец с матушкой. Обязанный завести детей и нести на себе ответственность за всех и вся без права выбора с самого рождения. Он обязан продолжать традиции семьи. Обязан прославлять клан и делать его сильнее. Он обязан.... -обезумевший.... ..... обязан жить. Жить счастливо ради него. Фань был бы счастлив видеть его улыбку, а не горе, верно? Фань был бы рад видеть семью Бианя, даже если его самого в ней никогда больше не будет. Уцзю всегда был к этому готов. Всегда был готов исчезнуть как только будет нужно отпустить Бианя строить жизнь. Он понимал. Уцзю все прекрасно понимал. Их статус слишком разный. Они никак не могли быть вместе. Долго их весна бы не продлилась и в конце концов началась холодная зима. Зима, забравшая Фаня навечно под толщу воды. Он оставил Бианя один на один с жизнью. С жизнью, которой Биань никогда не хотел. Он не просил рождаться аристократом. Не просил ответственности за всех. Не просил быть козлом отпущения для знати. Никогда он не просил быть на цепи клана, отца, матери. Разве когда-нибудь он желал этого? На что ему все эти деньги и власть, если он всегда будет один? Невеста? Вы серьёзно собираетесь устроить помолвку ИМЕННО СЕЙЧАС, когда даже месяца со смерти Фаня не прошло? Он на столько был для них пустым местом? Неужели кроме одного Се никто не видел в брюнете ничего.... ничего от личности? От человека? Для всех его любовь была вещью. Рабом. Сыном служанки. Отсутствие родословной повод ненавидеть хорошего человека? Говорите, он был грубым? А по какой причине ему быть милым с теми, кто говорит гадости за его спиной? Да даже в лоб говорит! Раньше Биань верил, что не все так плохо. Наверняка же хоть кто-то здесь хорошо относится к его Фаню, кроме него. Ну не могло же быть так, чтобы для всех он был бельмом на глазу? Зря. Зря Се Биань в это верил. На похоронах, видя все эти улыбки и наигранный траур его чуть не стошнило при всех. Голова раскалывалась, а ноги подкашивались. Он почти и не помнит церемонию похорон. Все было как в тумане. Он не мог осознать потери несколько дней, сжимая в руках проклятый зонтик и сидя с ним часами в углу своей комнаты, прекратив есть и пить. Он по долгу смотрел в пустоту. И из пустоты на него из угла смотрел Фань Уцзю. Смотрел своим безликим лицом и тянул руки к Бианю, обвинял его в своей смерти и звал за собой. Ох как же Биань бы хотел пойти за ним. Однако ниточка рассудка молила его не слушать. Или, вернее, кто-то молил. Кто-то, кого он не видел, но мог слышать на краю сознания. И он терпел. Терпел неделю. Две. Три. Месяц. Полтора месяца. На помолвку он даже не пришёл. Кажется, это вызвало скандал в отношениях с семьёй невесты? Не важно. Это не важно для него. И крики отца тоже не важны. Он и не слышал, что он говорил ему. Не чувствовал пощёчину. Не видел взглядов слуг. Он видел перед собой пустоту. Видел силуэты Фаня, окружившие его и винившие в смерти. Да. Он действительно виноват. Это он подпустил бедного Уцзю близко к себе. Это из-за него его бедный шиди стал мишенью отца. Слишком яркой мишенью. Кажется, надо было лучше скрывать их отношения? Стоило слушать Фаня. Стоило прятаться тщательнее. Стоило быть холоднее к нему при всех.... Стоило.... Стоило не завязывать этих отношений.... Биань посмотрел в зеркало, разглядывая свое отражение. Впалые щёки. Мешки под глазами. Покрасневшие глаза. Увидь его Фань наверняка начал бы орать словно личная нянька и заставил бы есть Бианя с ложечки. А волосы. Се перестал их завязывать и расчесывать. Раньше этим всегда занимался Фань. Только ему он позволял укладывать себе волосы. Эти грубые руки были удивительно осторожны, когда заплетали ему косу. Се Биань любил взять свою косу и поднести к губам, нежно целуя творение любимых рук, смущая своего слугу. И любил также потом завязать волосы самого Фаня в такую же косичку. Было забавно иметь парные причёски. Но теперь некому было смотреть за его волосами. И прикосновения к ним вызывали лишь тоску. Ничего не хотелось. Ни есть. Ни пить. Хотелось спать. Только спать. И желательно в объятьях одних конкретных рук. Думая об этом Се обнял плечи своими руками и поджал губы. Не то. Совершенно не то. Те ощущения не повторить. Не симитировать. Он навсегда потерял это чувство. Чувство покоя и тепла к нему больше не вернётся. Фань забрал его с собой на тот свет. "Тогда иди за мной если хочешь вернуть все это" Смотря в зеркало, он видел отражение улыбающегося Фаня за своей спиной. Он улыбался жутко, с жаждой мести. От этой улыбки мурашки бежали по телу и стоило бы думать о том, что это точно не его Фань. Его Фань никогда бы не смотрел на него так. Но Се устал. Он был готов поверить в любую галюцинацию. В любой образ и силуэт. Лишь бы увидеть снова это красивое лицо. Лишь бы снова иметь возможность поговорить даже если Фань будет его только проклинать и звать за собой. Он чувствовал, словно зонтик в его руках задрожал, но это Биань списал за наваждение. Он смотрел только в янтарные глаза отражения Уцзю и невольно сам начал улыбаться. Он тянул руку к отражению, а отражение тянуло руку к нему, соприкасаясь на холодном стекле. Фань ждал его. Точно ждал. Ему тоже было там одиноко как и Бианю здесь. Ну точно. Как смел он ещё больше расстраивать своего любимого? Как смел оставаться в мире живых, когда его половинка ждала на той стороне? Глупец. Надо было раньше об этом подумать. Ах да. Ты же трус. Просто несчастный трус который цеплялся за свою никчемную жизнь. Ты же сам говорил, что страдаешь здесь без Уцзю, так почему же оставался тут все это время? К чему было это нытье? Он лишь зря потратил их время. Но он понял свою ошибку. Хах. Он правда её понял. Осознав это Се Биань засиял и с улыбкой вернулся в комнату. Ему нужно было привести себя в порядок. Причёска, одежда, макияж. Фань не должен видеть его в таком состоянии. Его нельзя расстраивать, верно? Улыбаясь Биань заплетал косу, смотря на свое отражение неморгая и наблюдая за плящущими тенями вокруг. Он чувствовал чьи-то холодные прикосновения на своём плече. Слышал чей-то сбивчивый голос который не мог разобрать. И готовил себя к прогулке по мосту. "...ань.... е делай.... пос....ай.... приди в се...! " Все эти голоса тонули на подкорке сознания. Он не видел души рядом с собой. Не видел, как нервно сжимал его плечи Фань, словно пытаясь удержать господина на месте. Не видел, как в отрицании ужасной затеи Се, мужчина выглядел точно загнанный зверь, желающий что-то сделать, но не в силах сделать ничего. Обсолютно. Ничего. Он был бессилен. Он не мог достучаться до Бианя. Не мог сделать ничего, кроме как умолять его одуматься, зная, что он не услышит. Он молился, чтобы хоть кто нибудь что-то заподозрил. Чтобы хоть кто-то насторожился внезапно приведшим себя в порядок Се Бианем. Молил, чтобы хоть кто-то подумал, от чего же господин внезапно решил вернуться в строй и так счастливо впервые за месяц улыбался. От чего уходил из дома на внезапную прогулку, продолжая держать злосчастный зонтик когда в небе не было ни тучки. Вот бы хоть кто нибудь..... .... но никого не было. Никто ничего не заподозрил. Никто не помешал Се Бианю вернуться на этот чёртов мост. С улыбкой обезумевшего, с пустыми глазами Биань вытащил верёвку спрятанную в зонтике, закрепляя её надёжно на мостовом ограждении, после чего с улыбкой, напевая какую-то мелодию, взял в руки петлю, осматриваясь. Никого не было. И не удивительно. Какой же идиот будет гулять ночью? Биань был умен. Ушёл из дома в обед и запутав следы бродил по округе весь день вплоть до этого момента. Его не успеют найти. Его не успеют спасти. Петля уже перекинута через шею, а сам наследник клана перелез через ограду, держась за неё и стоя на краю смотрел на журчащую под мостом реку. В ней утонула его любовь. И Се Биань постарается вернуться поскорее. Да. Пожалуй, жизнь была интересной. Было весело прятаться от родителей и слуг по углам. Было весело тренироваться на мечах. Было..... приятно прижиматься друг к другу, крепко обнимать и оставлять нежные поцелуи на лбах и ладонях. Было приятно произносить любимое имя. Было приятно чувствовать защиту в этих руках. Как жаль, что сам Биань ответить тем же оказался не в силах. Он не смог ответно защитить Фаня. Он обрек его на смерть в одиночестве и страхе. Мучительная ужасная смерть полная отчаяния. Но скоро Биань вернётся к нему и успокоит свою любовь. Закрывая глаза и падая вниз, прижимая к сердцу зонт, Биань видел стоящий на мосту силуэт что-то кричащего Фаня, тянущего к нему руку. Или же это была галюцинация? В любом случае. Он был ей благодарен. Умирать рядом с кем-то совсем не так страшно.... *** Тепло. Это тело больше не способно излучать тепло, но он совершенно точно уверен, что чувствовал его. Чувствовал чьи-то руки крепко обнимающие его. Слышал чей-то плачь. Сил открыть глаза почти не было. Все тело было словно кукольным. Конечности его не слушались, а шея горела. Ужасно горела. Точно. Он же повесился. Тогда не стоит удивляться. Это и значит быть мёртвым? Странные ощущения. -Се.... Се.... Се, прошу.... прошу.... прошу, умоляю.... -...... Кто-то плакал в самое ухо. Чей-то знакомый голос врезался в сознание. Веки удалось открыть с трудом и перед собой он видел тёмное ночное небо. Сотни горящих звёзд. Действительно красивая картина. Жаль, что Биань редко видел ночное небо. Чьи-то руки крепко сжимали его неотпуская. Чьи-то руки дарили тепло и давно забытое чувство. Его защищали?..... давно же это было в последний раз. Но ни с кем не спутать эти руки, цепляющиеся за него как за последнее спасение. Ни с чем не спутать эту любимую чёрную косичку. -..... ши....ди?.... -Биань?.... Биань!!! Биань, Биань, ты слышишь меня?! Хватая мужчину за плечи брюнет в ужасе смотрел в тусклые аметистовые глаза, видя, как постепенно в них снова появлялся столь любимый блеск, а на холодных губах господина расцветала улыбка при взгляде на Фаня. Двигать телом было все еще тяжело, но он смог положить ладонь на чужую щеку, пытаясь понять, действительно ли перед ним самый дорогой для него человек. И это действительно был Фань. Его милый Фань, что сейчас лил над ним слезы. Плача призрак прижимался щекой к любимой ладони, лишённый этого счастья на более чем месяц. Но он был бы одновременно рад никогда больше не чувствовать этого прикосновения, если вместо этого господин бы продолжал жить. Но теперь уже не о чем было сожалеть. -н-не двигайтесь, господин... вам н-надо отдохнуть -..... и с каких пор ты у меня плакса? С нежной улыбкой говорил Биань, тянясь бессильно руками к своему возлюбленному и оплетая ими его шею, притягивая ближе к себе лишь бы никогда более не отпускать вновь. А отпускать его никто и не хотел. Ладонь чёрного стража лежала на затылке Бианя, придерживая его голову вместо хрупкой шеи, пока вторая рука обхватывала его спину. Из хватки Уцзю было не выбраться, да никто и не хотел. Пуская слезы Уцзю утыкался лицом в плечо господина, боясь даже смотреть на его шею. Его руки дрожали от ужаса когда он вынимал душу из болтающегося на верёвке в судорогах трупа и сейчас продолжали дрожать от горя и радости. Его дорогой господин снова с ним. Его господин пошёл за каким-то слугой на этот свет. Его господин решил разделить с ним загробную жизнь и как смел Фань противиться его воле? Никак. Он желал ему лучшей жизни, но раз так, то он счастлив быть ему опорой в мире мёртвых. Они навеки одни друг у друга как и желали. Как и желали, больше никто и ни что не сможет им мешать. Больше ничего и не нужно. Се Биань был счастлив. Се Биань не жалел о содеяном. Даже если они вечность будут неупокоенными душами - их это устраивает. - господин.... господин какой же вы.... -гений?~ -идиот! В ответ на раздражение Фаня раздался хриплый, но такой искренний смех. Как Бианю не хватало этого. Не хватало этих словечек стража. Не хватало свободы в общении. Потому смеясь и крепче обнимая чужую шею, зарываясь пальцами в чёрные волосы Биань был готов слушать любую брань любимого, пока он продолжает крепко его обнимать. -Биань..... Биань, мне так жаль.... я не хотел тебе такой судьбы.... прости.... прости меня.... обещаю, я больше ни за что тебя не оставлю.... -за что извиняешся, глупый?.... ха.... мой маленький шиди все тот же ребёнок. Прекрасно зная, что Фань наверняка сейчас покраснел от возмущения и смущения, Биань тихо посмеивался, наслаждаясь объятьями и закрывая глаза. Они обо всем успеют поговорить. А пока что они прекрасно понимали друг друга и без лишних слов. Се не нужны были лишние слова признаний в любви, когда Фань и так брал его ослабшее ещё не привычное Бианю тело на руки, укладывая голову на плечо слуги дабы избежать напряжения в шее. Чувствуя защиту и долгожданный покой, две души перешли через мост, отправляясь в новый путь на двоих.