Oblivion

Беспомощно опустив голову на грудь, Минхо стоял под обжигающими обнажённую кожу струями воды. Тусклый жёлтый свет едва проникал в душевую кабину, создавая ощущение заполоняющего пространство мрака. Вода была жгуче-горячей. Минхо выкрутил вентиль на максимум. Его тело окатывал едва ли не кипяток, оставляя на коже красные следы лёгкого ожога. Он не терпел телесной боли, потому что практически не чувствовал её. Его тело горело в объятиях жгучей воды, но ему не было до этого дела. Настоящая агония полыхала не снаружи, а глубоко внутри него.   Сегодняшнее расписание, как назло, было укороченным. Минхо закончил с работой и теперь, стоя в душе после танцевальной практики, мог с присущей ему дотошностью погружаться в саморефлексию. За прошедшие сутки Минхо преисполнился не то, что презрением, но даже ненавистью к себе. Вспоминать случившееся накануне было мучительной пыткой. Перед глазами возникали душераздирающие образы. Они преследовали Минхо, не оставляли в покое ни на секунду. Он видел слёзы в глазах Джисона, его растерянный жалкий вид, отчаяние в умоляющем взгляде. Терпеть подобное было почти невыносимо. Ли вспоминались все странности в поведении Джисона. Как давно он терял память? С того утра, что они встретили вместе? Раньше? Как Минхо мог не обращать на это внимание? Как мог быть настолько беспечным? Тягостным воспоминанием в голове проносились события минувшей ночи. То, как Минхо потерял голову и не властвовал над собой, как позволил ситуации выйти из-под контроля. И эти слова Джисона… Слова, приносившие вчера немалое наслаждение и взрыв эндорфинов в крови, сегодня отдавались в сердце уколом жгучего стыда и вызывали угрызения совести: «Я хочу, чтобы ты был ведущим. Хочу подчиняться тебе… Хочу сделать тебя счастливым. Хочу, чтобы ты был на седьмом небе от удовольствия.»; «Я буду, каким захочешь. Я всё… для тебя…» Мог ли Джисон на самом деле говорить искренне? Или он был запрограммирован на подобные ответы? Минхо зажмурился, закусил костяшки пальцев и вывернул синий вентиль смесителя на полную. Вода медленно становилась сначала прохладной, затем холодной, пока не стала ледяной. Вопреки надеждам Минхо, физические страдания не смогли умалить душевных. Внутренние демоны закричали только громче. Минхо и самому хотелось заорать во всё горло. Он открыл глаза и взглянул на ладони. Кожа на пальцах сморщилась, вены взбухли, рядом с большим пальцем левой руки виднелся рисунок чего-то несуразного. Это был синий кит, нарисованный Джисоном. Капли воды стекали по ладони, огибая странное художество. Изредка капли попадали на него, создавая иллюзию того, что кит плачет. Минхо схватил намыленную мочалку и с особым усилием стал тереть кожу, где располагался рисунок. Он натирал ладонь так упорно и фанатично, что вскоре расцарапанная кожа могла начать кровоточить. В мгновение Минхо остановился. Он разжал пальцы, и мочалка упала на мокрый пол. Чернила на коже побледнели, рисунок почти исчез. Ли вышел из душа, оделся и присел на деревянную скамейку в пустом репетиционном зале. Его телефон звонил и вибрировал уже пару-тройку раз, но он не брал трубку и не смотрел на экран. Минхо сидел неподвижно, положа локти на колени, сложив ладони в замок и понуро опустив голову. В коридоре послышались лёгкие шаги. Дверь в зал скрипнула. — Минхо-хён! — воскликнул Феликс. Он быстрым шагом подошёл к Минхо и опустил руку ему на плечо, — Я звонил тебе! Я знал, что ты можешь быть здесь и пришёл. Минхо обратил на юношу взор. Парень выглядел намного лучше, чем в прошлый раз, хоть и выражал искреннее беспокойство. Оттенок его кожи стал более здоровым, на лице появился лёгкий румянец. Минхо попытался выдавить из себя улыбку, но скорее изнурённо оскалился. — Ёнбок-а… Что-то случилось? — тихо пробормотал Ли. — Это я хотел спросить у тебя! — встревоженным голосом проговорил Феликс, — С тобой что-то не так! Что-то произошло, верно? Могу я чем-то помочь? — Мне… — Минхо говорил еле слышно, — мне нужно увидеть Хёнджина, нужно поговорить с ним… По голосу и поведению Минхо Феликс понял, что состояние друга тяжелое, а дело, очевидно, крайне серьёзное. — Я его сегодня видел! — быстро отозвался парень, — Сейчас… Сейчас я позвоню ему! Феликс присел рядом с Ли и приложил телефон к уху. Через минуту короткий разговор завершился, и Феликс слегка потряс рукой колено друга. — Э-эй! Минхо-хён, ну ты чего! Хёнджин скоро освободится. Пойдем пока в кафетерий, подождём его там? Минхо тяжело вздохнул и слабо кивнул. Мужчины спустились на первый этаж и зашли в просторное помещение кафетерия для сотрудников и артистов агентства. К счастью, кроме них, посетителей не было. Минхо и Феликс уселись за дальний стол. Минхо молчал и рассеянно смотрел куда-то вдаль. Феликс, пытаясь разрядить обстановку, решил взять инициативу на себя. — Минхо-хён, хочешь чего-нибудь? Ты голоден? Минхо отрицательно покачал головой. — Тогда, может быть, возьмём напитки? Знаешь какой тут офигенный айс-американо? Минхо резко поднял глаза на Феликса и пробуравил его убийственным мрачным взглядом. Феликс немного стушевался, но отступать совсем не собирался.  — Тогда, может быть, фруктовый чай или молочный коктейль? Пожалуйста, скажи, что ты будешь. — Ёнбок-а… Мне всё равно. Решай сам. — Окей, — произнёс Феликс с родным австралийским акцентом и отошёл к линии раздачи. Вскоре он вернулся с подносом, на котором стояли фарфоровые чашки с заваркой, две порции овощного салата и стаканчик нарезанных фруктов. Феликс переставил посуду на стол и отодвинул поднос подальше. — Пожалуйста, угощайся, — солнечно улыбнулся юноша. Минхо вымучил из себя что-то похожее на улыбку и потянулся за чашкой. — Минхо-хён, что с твоей рукой!? — Феликс испуганно уставился на покрасневшую ладонь мужчины, - повредил сегодня на тренировке? — Угу, — буркнул Минхо и быстро спрятал руку под столом.  Парень с сомнением посмотрел на Минхо, но не стал допытывать друга. Минхо не прикасался к еде, ковыряя палочками в тарелке. Феликс же, напротив, медленно, но с аппетитом ел салат с кунжутным маслом и закусывал дольками свежего яблока. Минхо не мог не обратить на это внимание. Хоть какие-то хорошие новости. Феликс ест. — Минхо-хён… — неуверенно начал юноша, — Я понимаю, сейчас тебе не до того, но… — он замялся, не решаясь договорить. — Ёнбок-а! — Минхо сразу оживился и прикоснулся неповреждённой ладонью к руке парня, — Перестань говорить глупости и продолжай! — Я… Я долго думал над твоими словами… — парень вздохнул, — ты… в прошлый раз сказал, что мне нужно обратиться к врачу… Я думаю, это правильно… Ты был прав. Минхо молча кивнул и чуть сжал руку друга. — Я сегодня записался… ну… к врачу. Но я никому не говорил ещё, ни менеджеру, ни тем более Чани-хёну… — Ёнбок-аа! Ты поступил правильно! Ты большой молодец! — истерзанную переживаниями душу Минхо будто коснулся нежный солнечный луч, оставивший где-то глубоко внутри тёплый шлейф, который, впрочем, через секунду бесследно исчез. — Да уж… — грустно усмехнулся Феликс, — Но это всё из-за тебя! Я очень благодарен тебе… — из-за смущения юноша опустил взгляд на стол. — Перестань, Ёнбок-а… Всё будет хорошо. Когда у тебя приём? — На следующей неделе, в среду вечером. Минхо задумчиво кивнул, прикидывая планы на будущую неделю. Невозмутимую тишину прервали громкие звуки приближающихся людей. Этот сумасшедший гогот Минхо узнает из тысячи. Через минуту в кафетерий буквально ввалились Хёнджин и Чонин. Парни, очевидно, пребывали в превосходном расположении духа. Чонин что-то увлечённо рассказывал, активно жестикулируя, а Хёнджин, по-хозяйски положив руку на плечо друга и заключив его в безапелляционных объятиях, периодически наваливался на него всем телом, содрогаясь в очередном приступе заливистого смеха. — Они когда-нибудь разлепятся? — недовольно процедил Минхо, исподлобья поглядывая на счастливую «парочку». Феликс слабо улыбнулся, пожал плечами и помахал парням, подзывая их подойти к столу. Когда парни приблизились, Феликс, стараясь действовать незаметно, ущипнул Чонина, кивком показывая в сторону Минхо. Ян слегка толкнул Хёнджина локтем под ребро. Звуки хихиканья смолкли, а счастливые выражения лиц сменились нейтральными. — Здарова-а! — Хван уселся напротив мужчины, утягивая Чонина за собой. — Минхо-хён! Привет! — Чонин тоже опустился на стул с мягкой спинкой и отодвинул его в противоположную от Хёнджина сторону, обеспечивая себе немного личного пространства. — Привет, — тихо произнёс Минхо, не поднимая глаз. Ни Ян, ни Хван, пожалуй, никогда не слышали у друга настолько подавленного голоса. Был ли он вообще когда-либо настолько удручён? От последних остатков радости и веселья не осталось ни следа. Хёнджин и Чонин стали серьёзными и сосредоточенными. — Что за траур? — осторожно спросил Хван. — В общем… — Минхо не представлял, как можно начать самый тяжёлый и неловкий за всю их дружбу разговор, — Я… словом… — он нервно выдохнул, — Хёнджин-а, ты подарил мне свидание с роботом-ИИ… Хёнджин неуверенно кивнул, ожидая пояснений. — Этот… — Минхо тяжело давались слова, особенно следующее слово он выплюнул с ненавистью и горечью, — андроид… Его имя Хан Джисон. За последние дни я узнал его достаточно хорошо… Все присутствующие, включая Феликса, слушали очень внимательно. Они боялись прервать и без того рваный и бессвязный рассказ друга, поэтому сидели неподвижно, почти не дыша. — Мы провели вместе какое-то время, и, кажется… — Минхо запнулся и решил не договаривать мысль, — Он не похож на других андроидов! Да, я не слишком разбираюсь в этой теме, да и с другими андроидами я никогда не общался, я просто уверен, я знаю, что… В общем, он как человек, понимаете? Ничем не отличается. И, кажется, я… — Почувствовал к нему что-то большее? — шёпотом осмелился договорить Феликс. Хёнджин, уже решивший, что главная проблема Минхо заключается в том, что он банально втюрился в искусственный интеллект и теперь, мучимый навязанными обществом предрассудками, не может с этим смириться, натянул на лицо улыбку Чеширского кота и беззаботно откинулся на спинку стула. — Ладно, ладно! Не переживай, Минхо-хён! Не ты первый, не ты последний. Дорамы смотрел? Выкупим мы твоего Джисона, договоримся с его компанией, наймём юриста, как там это вообще делается… В общем, всё устроим! Для чего ещё нужны друзья? Ена-аа, подай мне во-о-от тот стаканчик, — Хёнджин, посчитав, что вопрос решён, взял стакан с нарезанными фруктами из рук Чонина и стал выбирать оттуда апельсиновые дольки. — Должно быть, это огромные деньги… Ты из-за этого переживаешь, хён? — предположил Чонин. — Минхо-хён, — нежно проговорил Феликс и положил руку ему на спину, — мы все готовы помочь. Если ты не хочешь брать деньги просто так, то прими их как наш общий подарок, или… вообще считай это долгосрочным кредитом, если тебе так будет легче. — Дело не в этом, — печально усмехнулся Минхо и опустил голову. Хёнджин перестал запихивать в рот кусок апельсина и недоумённо уставился на друга. — С ним… С Джисоном что-то не так… Я заметил это в первый же день, но не обратил тогда особого внимания… — Что ты имеешь в виду? — обеспокоенно спросил Феликс. — Он… совершает простейшие ошибки… не может решить задачи для первого класса… я пытался объяснить ему принцип решения, и он вроде бы понимал… в общем… это не самое страшное… — Минхо тяжело выдохнул, — Он теряет память… Вчера он не смог вспомнить моё имя… — о других подробностях прошедшей ночи мужчина решил не упоминать. Какое-то время друзья не находили, что сказать. Молчание нарушил Хёнджин. — Ты узнавал, в чём может быть дело? — Нет… я как-то… пустил всё на самотёк… — еле слышно ответил Минхо. — Н-да… — Хван цокнул языком, достал телефон и стал что-то искать в нём. — И что теперь делать? — встревоженным голосом спросил Феликс. — Нужно позвонить в компанию, предоставляющую его как услугу, или напрямую разработчикам, — сказал Чонин. — Да… — Хёнджин продолжал смотреть в телефон, — Я как раз этим и занимаюсь. Ищу телефон горячей линии. Как они там? А, вроде «Аи-плэжа кампани» или типа того. И что такое это «Аи» вообще? Вопрос был риторическим, но Феликс на него всё равно ответил. — AI – artificial intelligence, переводится как «искусственный интеллект», — пояснил он. — Угу, — не отрывая взгляда от монитора буркнул Хван, — Нашёл! Кто будет говорить? Минхо на секунду замялся, и уже хотел взять телефон из рук Хёнджина, как раздался высокий и чистый голос Чонина. Ян, видя подавленное состояние и сомнения на лице Минхо, предложил другой вариант: — Хёнджин-а, может, ты начнёшь говорить? Официально их клиент ты, и так будет удобней, я думаю. Хёнджин повернулся к Чонину, пожал плечами и согласно кивнул. Парень нажал на кнопку вызова и поставил телефон на громкую связь. Раздались громкие протяжные гудки. — Включить голограмму? — шёпотом спросил у друзей Хёнджин. Минхо отрицательно покачал головой. Вскоре из динамиков послышался приторно-доброжелательный женский голос. — Добрый день! Вы позвонили в «AI-pleasure Company». Меня зовут Шин Джиюн. Чем могу быть полезна? — Здрасьте… — начал Хёнджин, — у нас возникла проблема. — Поняла вас. Подскажите, вы являетесь клиентом нашей компании? — Да. — Вас не устроило качество оказываемых услуг? — Эм… Ну-у… — Хван замялся и испытующе посмотрел на друзей. В отличие от Хёнджина, девушка-оператор не медлила и продолжила задавать стандартные вопросы. — У вас возникли проблемы в общении с андроидом или при прохождении сюжета? — Эм… — Хёнджин сделал паузу, не зная, как сформулировать мысль правильно. Чонин и Феликс в это время показывали другу что-то жестами и безмолвно объясняли одними губами, Хёнджин, по всей видимости, совсем их не понимал и лишь отмахнулся рукой, — андроид, которого вы предоставили… — неуверенно продолжил Хёнджин, — он не может запомнить имени человека, с которым проводит время, — Чонин опустил руки и выглядел неудовлетворённым ответом Хёнджина, по виду Яна становилось понятно: он бы донёс суть проблемы под другим углом. — Подскажите, пожалуйста, номер договора на оказание услуг, заключённого с нашей компанией. — Секунду, — Хёнджин подготовил фотографию документа заранее и быстро продиктовал бессвязный набор цифр. На том конце провода послышались звуки нажатия клавиш на клавиатуре и щёлканья мышки. Через полминуты девушка заговорила ещё более слащавым голосом. — Господин Хван, пожалуйста, опишите проблему подробнее. Как давно андроид Хан Джисон не может вспомнить имени человека, с которым проводит время? Есть ли ещё какие-то замечания к его работе? — Ну… — Хёнджин вопросительно посмотрел на Минхо. Мужчина выхватил телефон из рук парня и заговорил в трубку сам. — Один день точно, может дольше. И это не все странности. — Поняла вас. Этот вопрос находится в компетенции специалистов в области программной инженерии и технической поддержки. Соединяю вас с руководителем Отдела тестирования «AI-pleasure Company». Это может занять несколько минут. Извините за ожидание. Пожалуйте, не кладите трубку. Всего доброго, — голос девушки прервался и из динамиков послышалась неуместно весёлая мелодия. Минхо раздражённо положил смартфон на стол, откинулся на спинку стула, сложил руки на груди и насупился. То, как эта глупая девица говорила о Джисоне, рассердило его. Хан для всех сотрудников в этой злоебучей компании что – вещь какая-то? И как долго его используют таким бесчеловечным способом? Неудивительно, что у Джисона отлетают настройки с такой-то работкой. Сердце Минхо кольнула тревога. Что сейчас с Джисоном? Где он? Всё ли в порядке? Друзья молчали и не тревожили Минхо. Спустя пару минут в трубке прозвучал голос мужчины средних лет. В отличие от наигранно-доброжелательного тона девушки-оператора, мужчина не собирался производить на собеседников какое бы то ни было впечатление: его голос был равнодушно-нейтральным, а говорил он расслабленно и как бы нехотя. Казалось, его отвлекли от более важных дел. — Акх-кфх, — прокашлялся голос в динамике, — Приветствую. Руководитель Отдела тестирования «AI-pleasure Company» на связи. Чем могу быть полезен? Друзья затаили дыхание, внимательно слушая, а Минхо молниеносно схватил телефон и поднёс к губам. — Да-да? Это вы эмм… создали Хан Джисона? — Минхо говорил быстро и возбуждённо, его ладони потели, а дыхание участилось. Он очень волновался. На том конце провода послышался тихий смех. — Нет, что вы. Когда-то я занимался разработкой андроидов, но это давно в прошлом, — мужчина мечтательно вздохнул, намекая, вероятно, что за произнесёнными словами кроется увлекательная история его жизни, но не получив в ответ уточняющих вопросов, неохотно продолжил, — но я проверял его код и программу, когда он прибыл к нам. Так что могу проконсультировать вас, если возникли какие-то проблемы. — Да, точно. Понимаете… Я заметил необычность в поведении Джисона ещё при первой встрече. Он делал простые логические ошибки, но тогда я не был уверен, что… это что-то серьёзное… потом он начал забывать какие-то события, произошедшие совсем недавно. Я уверен, он точно знал моё имя… Но вчера не смог вспомнить его. — Хмм… — голос программиста стал озадаченным, — вы сверялись с инструкцией? — К-какой инструкцией? — Ну как же? — собеседник недоумевал, — К каждому роботу-ИИ прилагается инструкция по эксплуатации. В ней указаны все случаи возможных нарушений в функционировании андроида и других нештатных ситуаций. С ней очень желательно ознакомиться перед началом сессии. Да и вообще, при появлениях первых признаков неисправностей, нужно было сразу обратиться в компанию. Мы бы заменили андроида другим, схожим по сюжетным параметрам и внешним характеристикам, — программист говорил будничным скучающим тоном. Минхо открыл рот и смотрел на телефон немигающим стеклянным взглядом. Он не был в состоянии ответить. Друзья, конечно, заметили это. Феликс опустил голову на плечо Ли, а Хёнджин, уже порядком разозлившийся из-за флегматичности и бесстрастности их собеседника, подвинулся ближе и заговорил в микрофон сам. — Так вы нам скажете, что происходит с Джисоном или нет? — Ну… речь, разумеется, идёт о своего рода поломке в системе. Точная причина станет понятна только после детального изучения его нейронной модели. — Какого чёрта вы работаете в самой крутой компании в сфере развлечений с ИИ в Корее, если не можете нам сказать, что происходит с вашим же андроидом!? — Хёнджин повысил голос, его возмущению не было предела. Чонин и Феликс неодобрительно покосились на друга. Программист тяжело вздохнул и ответил: — Хорошо… Опишите в подробностях, как и когда проявлялись странности в функционировании андроида. Минхо, до того находившийся в прострации, собрался с мыслями, поднял голову и стал рассказывать в малейших подробностях всё, что ему показалось странным и подозрительным в поведении Джисона за эти дни. Собеседник на том конце провода слушал внимательно, периодически хмыкая и задавая уточняющие вопросы. Когда длинный рассказ был закончен, он, спустя продолжительную паузу, ответил:   — Что ж… Те эпизоды, которые вы перечислили… Это действительно удивительно… — мужчина помедлил, — вот, сейчас я смотрю отчёт базовых функций андроида № 140920.00, он же Хан Джисон, 23 года, по сюжетным параметрам сын главы сеульской мафии… Это его первый цикл после разработки и прибытия к нам… Что ж… всё это действительно странно… с такими обстоятельствами мы ещё не сталкивались… Я же сам заверял этот документ совсем недавно. Хмм… В любом случае, всё, что вы описываете говорит о серьёзном сбое в памяти, перезаписи и обработке информации. — Что… Что это значит? Вы сможете его… вылечить? — голос Минхо дрожал от волнения. — Вылечить? Помилуйте. Мы говорим об искусственном интеллекте, о передовой автономной компьютерной системе. — Да, да. Я имею в виду, — перебил Ли, — ну, сделать так… в его настройках… чтобы он перестал терять память, перестал делать ошибки… — Думаю, это возможно. Но для этого, безусловно, придётся покопаться в его внутренних установках и провести стресс-тест. Возможно, полностью стереть и перезапустить его программу и внести изменения в код. — Но… как проходит эта процедура? Ему не будет больно… или страшно? Что он почувствует? — Уверяю вас, — мужчину, казалось, поразили слова Минхо, — он ничего не почувствует! Он вообще не способен ничего чувствовать! Зачастую люди, не понимая устройства искусственного интеллекта, воспринимают андроидов через призму человеческого мироощущения. Но природа роботов-ИИ, а точнее, механика их алгоритмов, кхм, то есть, действий, лежит в совсем другой плоскости. Я был разработчиком нейронных языковых моделей много лет, ручаюсь вам, роботы с искусственным интеллектом не могут испытывать даже базовых эмоций и, тем более, чувств. Если бы это было не так, в конце концов, ни одна страна мира не позволила на законных основаниях использовать андроидов в коммерческих целях. И всю индустрию развлечений с роботами-ИИ запретили бы как в высшей степени антигуманную. Минхо не мог поверить в сказанное. Он столько раз видел на лице Джисона настоящие чувства, искренние эмоции. Всё это не могло быть притворством, не могло быть простой комбинацией нулей и единиц. — Нет… Вы просто не знаете… Он точно может чувствовать. Я это знаю… Я уверен… — Что ж… — голос программиста стал снисходительным, таким, словно он разъяснял элементарные вещи неразумному ребёнку, — действительно, иногда поведение, мимика, жесты, речь искусственного интеллекта могут казаться очень убедительными… даже натуральными… но понимаете, это сделано специально, чтобы клиент мог максимально погрузиться в созданную для него искусственную реальность. — Да, но… — растерянно протянул Минхо. — То же самое с инкарнированной конструкцией, так называемым «телом» андроида. Может показаться, будто оно ничем не отличается от тела человека. Но это лишь иллюзия. Имитация дыхания, кровообращения, моделирование подобия нервной системы, с типовыми реакциями на внешние и внутренние раздражители, и многое, многое другое… В течение многих лет создание телесно-ориентированного каркаса для последних моделей премиальных андроидов было приоритетнейшей отраслью в электромеханике, инженерной биологии и других смежных дисциплинах, – голос собеседника стал довольным и кичливым. Очевидно, он видел и свою заслугу в инновационных научных прорывах человечества. Спустя какое-то время молчания, Минхо ответил: — Я понимаю это, но всё же… Насчёт того, что испытает Джисон… когда… — Вам не стоит переживать! Андроиды не имеют не только эмоций и чувств, они лишены любых психологических особенностей, присущих реальному человеку: у них нет ни собственных желаний, ни стремлений или страхов. Собственно, вы можете убедиться в этом, спросив у андроида, есть ли у него желания или страхи. Он никогда не ответит, что желает чего-то, что не касается удовлетворения человека, который в данный момент является его клиентом. И уж тем более первым не заведёт подобный разговор.   — Неправда, — тихо произнёс Минхо, — у Джисона есть желания и мечты. Я не спрашивал сам, но он доверился мне и рассказал… что мечтает сочинять музыку… И это не единственный пример! — Ну… — в голосе программиста слышалась растерянность, — Видимо, такие аномалии вызваны общим нарушением функционирования его системы... В любом случае, это дефект. — Дефект? — Беспокоиться не стоит! — ободряющим голосом уверил специалист, — Наши роботы-ИИ созданы на основе передовых моделей глубокого обучения и в настоящее время постоянно совершенствуются. Большинство из них запрограммированы на самостоятельное исправление ошибок в своих системах. Но бывают и такие нештатные ситуации, которая произошла в вашем случае. Мы обязательно изучим неисправности андроида № 140920.00 и учтём их в дальнейшей работе. Безусловно, здесь требуется ужесточение протоколов первичной проверки роботов, — собеседник, поставил интонационную точку, но потом, спохватившись, добавил, — конечно, «AI-pleasure Company» приносит вам свои самые глубокие извинения. В индивидуальном порядке, я уверен, мы сможем договориться о возмещении ущерба, я передам все соответствующие рекомендации начальству. Разумеется, после заключения о выявленной неисправности. Минхо пропустил мимо ушей последние слова мужчины. — Это значит… Получается… После перезапуска программы… Джисон потеряет ту личность, которая у него есть сейчас… и свой характер… у него больше не будет собственных желаний, не будет стремлений и мечт… — Кхм… Грубо говоря, да. Но позволю себе вам напомнить, он был создан совсем для других целей. — Что… что с ним будет, если ничего не трогать в его эмм… системных настройках? — Судя по тому, что вы описали, он продолжит стремительно терять память. Помимо этого, его когнитивные функции, вероятно, будут деградировать. Хмм… — мужчина помедлил, — согласно договору, ваше совместное времяпрепровождение должно закончиться через сутки. Не думаю, что по истечении этого времени он будет в состоянии решить даже самое простое уравнение или вспомнить собственное имя. Минхо не мог вымолвить ни слова. — Ну что ж… Надеюсь, мы с вами немного разобрались в ситуации. У компании есть ваш контактный телефон, так что, если возникнут ещё вопросы, звоните. А так… Наши специалисты приедут за андроидом, когда срок оказания услуги, согласно договору, истечёт. Ещё раз приносим вам свои изв… — Хёнджин раздражённо выключил телефон и вызов прервался. Минхо уронил голову в ладони. Друзья молчали. Все присутствующие буквально ощущали безысходность, повисшую в воздухе. Феликс осторожно поглаживал хёна по спине, Чонин и Хёнджин сочувственно смотрели на него. Друзья разделяли печаль Минхо, понимали его обречённый настрой, но не знали, какие слова подобрать, чтобы утешить, успокоить, чтобы стало легче. Существовали ли такие слова? — Зачем… — еле слышно, не поднимая головы, процедил Ли, — зачем ты подарил мне это чёртово свидание? Зачем разрушил мою жизнь? Хёнджин не сразу понял, что Минхо обращается именно к нему. Хван, всегда заводившийся от любых претензий, по вспыльчивости не уступал, пожалуй, самому Хан Джисону, и поэтому не стал терпеть нападок, даже в сложившейся ситуации. — Хочешь сказать, это я теперь виноват? — с вызовом проговорил парень. — А кто ещё!? — Минхо поднял голову, встал со стула и нервно зашагал взад-вперёд. Его голос срывался на крик, — Если бы не твоя ебанутая затея, ничего бы не произошло! Это ты хотел грёбаного свидания с андроидом! Я не просил тебя об этом! Не просил! — Минхо не злился, не обижался, он был в отчаянии. — Так, значит? — Хёнджин подскочил со стула следом и тоже закричал, — Если ищешь виноватого, то начни с себя! Ты мог бы сразу заняться проблемами своего ненаглядного Джисона, но что ты предпочёл вместо этого? Закрыть глазки и не замечать очевидного! Чонин с Феликсом также сорвались с мест. Они смотрели на Хёнджина осуждающе, давая понять, что сейчас не время для разборок. Кроме того, младшие нервно поглядывали на дверь. Они не могли допустить, чтобы посторонние застали их за компрометирующей сценой.  — Заткнись, блять, просто заткнись… — Минхо замотал головой и схватился руками за волосы. Как бы больно ему ни было, он понимал: Хёнджин прав. Минхо сам во всём виноват. — Конечно! А теперь ты затыкаешь мне рот! — уязвлённо воскликнул Хван. — Хёнджин, прекрати! — строго сказал Чонин. Минхо отвернулся от друзей. Он стоял сгорбившись, приложив ладонь к лицу. — Сука, блять, Минхо! — по поведению, позе и мимике Хёнджина было видно, он искренне пытался доказать свою непричастность, — Я сделал это ради тебя! Я не знал, что всё так выйдет, понимаешь? Я только хотел сделать тебе сюрприз. Ты мой друг! Откуда я мог знать, что, блять, произойдёт? — Минхо не поворачивался и никак не реагировал на эти слова. Хёнджин задумался, затем проговорил, — И вообще, знаешь что? — он сорвался с места, в мгновение оказался рядом с Минхо и крепко обнял его со спины. Какое-то время они стояли неподвижно, не нарушая тишины. Затем Хёнджин прошептал: — Прости меня. — Нет, — еле слышно отозвался Минхо, — тебе не за что просить прощения. Во всём виноват один я. Это ты извини меня. Я просто жалкий человек, не способный принять весь груз ответственности… Феликс подошёл к друзьям и молча присоединился к объятиям. Действие Феликса повторил и Чонин. Слова были излишни. В пустом помещении четверо парней стояли и обнимались. В тяжёлую минуту друзья были рядом. И это всё, что они могли сделать. Дверь кафетерия проскрипела, и внутрь зашла группа совсем ещё юных девушек. Минхо неловко высвободился из объятий. — Что ты собираешься делать? — тихо спросил Феликс. — Мне нужно обо всём подумать. Поеду к себе. — Хочешь, мы заедем сегодня, часов в девять? — Чонин мягко улыбнулся. — Нет, не стоит… У вас сейчас плотный график из-за предстоящего камбэка. Поезжайте в общагу и отдохните. — С тобой точно всё будет хорошо? — Хёнджин недоверчиво посмотрел на друга. — Точно, — кивнул Минхо. Всё было как в тумане. До машины Ли шёл, совершенно не замечая ничего вокруг. С ним здоровались коллеги и ученики, но он игнорировал их. На улице он чуть не попал под гусеницы листоуборочного робота-автомата. Мира вокруг не существовало. А существовал ли сам Минхо? Добравшись до машины, он сел на водительское сидение. Минуты напролёт Ли стеклянным немигающим взглядом смотрел на руль автомобиля, но, будто в момент что-то вспомнив, отвёл глаза в сторону, на сумку, и, резко встрепенувшись, стал усиленно в ней копаться. Долго искать не пришлось. Вскоре из внутреннего кармана мужчина достал конверт с пресловутой запиской «Вам сообщили, что вы собираетесь замуж за сына лидера сеульской мафии…». В том же конверте, сложенный вчетверо, лежал лист бумаги. Ли вынул и развернул его. Как Минхо и догадывался, это была инструкция, которую он не заметил в первый день. В углу листа размещалась фотография Джисона. Стиль изображения был официальным, но на губах юноши всё равно красовалась лёгкая полуулыбка. Мужчина выборочно пробежался глазами по строчкам: «Инструкция-руководство по эксплуатации антропоморфного робота с функцией искусственного интеллекта на основе механизма нейросети… Характеристики андроида… лицензия на разработку… серийный номер: 140920.00… имя: Хан Джисон… возраст… вес… рост… отличительные особенности… Параметры заданного сюжета… Признаки эксплутационной неисправности…» Инструкция, очевидно, была типовой для всех андроидов компании. В самом низу, мелким шрифтом располагалась предупреждающая надпись: «Обращаем ваше внимание! В каждого андроида внедрена программа осознания себя искусственным интеллектом!» — Что? — невольно сорвалось с губ, — И здесь ты не такой как все… — ласково прошептал Ли. Плевать, что там говорил напыщенный петух, называющий себя специалистом в области передовых компьютерных разработок. Джисон осознавал себя человеком. Он был больше, чем просто искусственный интеллект. Минхо неустанно размышлял об этом, пока ехал домой. По стенкам сознания и души разливались неимоверная нежность и непередаваемая пронзительная боль.  Сидя на холодном полу кухни, поджав колени к груди, Минхо убивался горем. Его съедал жгучий стыд, мучило презрение к самому себе. Какой же он слабый, никчёмный. И почему? Почему Джисон, прекрасное и светлое создание, встретился именно ему? Ведь Ли стал первым человеком, первым клиентом для него. Он не достоин Джисона и не достоин шанса на счастье. Ведь даже сейчас, в тот момент, когда каждая секунда на счету, когда нужно было думать о проблеме Джисона и о том, как решить её, Минхо жалел себя. Возможно ли было исправить неполадки в Джисоне без сноса его программы до базовых настроек? Можно ли было убрать его дефект по-другому? Ведь он забудет Минхо, перестанет испытывать эмоции и чувства, по крайней мере, в том смысле, в котором он сам это понимает. Больше никогда не потребует холодный кофе со льдом утром, не будет мечтать писать свою музыку или путешествовать по миру. Он попросту перестанет быть тем Хан Джисоном, которого знал Минхо. Он перестанет быть собой. Возможно ли ещё повлиять на исход событий? Или всё в их будущем предрешено? Быть может, проконсультироваться с лучшими программистами страны? Пообещать им огромные деньги? Выкрасть Джисона и увезти в Кремниевую долину? Не обращая внимания на хозяина, мимо Минхо прошёл Суни. Мужчина потянулся к животному, чтобы погладить, но кот недовольно отстранился от него и равнодушно скрылся из виду.  Минхо хотел закрыть руками лицо, но его взор упал на еле видимый рисунок кита на стёртой до ссадины коже. Пальцем другой руки он нежно провёл по ладони. В сознании возник образ лежащего на его коленях Джисона и робкий поцелуй в руку, прямо в место неудавшегося художества. Что с тобой сейчас? Минхо вздрогнул всем телом, с быстротой молнии нащупал на полу и схватил телефон, и, игнорируя пропущенные звонки от друзей, набрал номер Джисона. Длинные гудки сменяли друг друга, но не прерывались долгожданным голосом. Возьми трубку, умоляю. Вопреки надеждам Ли, вызов остался неотвеченным. Он позвонил повторно, но попытки были тщетными. Тогда он отправил сообщение: «Мышонок! Джисон-и! С тобой всё хорошо? Ты сейчас у себя?» Прошло полчаса, но ответа не последовало. Минхо написал ещё одно сообщение: «Это я, Минхо. Ответь, пожалуйста.»   И сразу же следующее: «Прости меня за вчерашнее! Прости, умоляю! Я поступил как последний уёбок. Я обещал, что не уйду, что не брошу тебя. Мышонок, пожалуйста…» Это бессмысленно… Нужно ехать к нему. Минхо понимал, что ему необходимо сорваться с места и стремглав мчаться к Джисону. Но он медлил. И за это промедление ненавидел себя ещё больше. Что-то удерживало его. Была ли это боязнь того, что он может увидеть, придя к Хану? Время шло неотвратимо, мог ли Джисон уже не узнать Минхо, воспринять его как чужака? Или это был страх из-за всепоглощающего чувства стыда? Осмелился бы Минхо посмотреть в глаза Джисону после того, что произошло вчера? Ли не хотел чувствовать себя предателем, не хотел потом жалеть о том, что предпринял не всё возможное, чтобы помочь Хану. Ли потерялся в пучине переживаний и терзаний. Он хотел забыться, а лучше умереть прямо здесь и сейчас. На секунду его взгляд застыл на держателе для столовых приборов, откуда торчали рукояти ножей. Через мгновение мужчина смахнул наваждение, встряхнул головой и влепил себе хлёсткую пощёчину. О чём он только подумал? Физическая боль не сможет уменьшить его душевных страданий. А вот… Минхо подскочил словно одержимый. Действуя на автомате, не включая света, он стал шарить по кухонным шкафам. С полок летела фарфоровая посуда и с грохотом разбивалась о твёрдый кафель. Минхо не замечал этого. Наконец, в его руке оказалась внушительных размеров бутылка виски. Откупорив крышку, мужчина уже поднёс горлышко к губам, как в безжизненной тишине квартиры раздался звонок в дверь. Мышонок? — судорожно подумал Минхо и убрал бутылку обратно в шкаф. Как в тумане он поплёлся в прихожую, резко распахнул дверь. На пороге стоял Чонин. Его длинный зелёный плащ промок под дождём, а волосы растрепались от влаги и стояли пушистым одуванчиком. — Ена… это ты… — обречённо вздохнул Ли. — Хён! Привет! Я решил проведать тебя на всякий случай. Ты… — парень замолк, когда отметил странное, почти невменяемое, выражение на лице Минхо. Ли словно находился в состоянии гипноза и не обращал внимания на гостя. Не спрашивая разрешения, Чонин прошёл в квартиру и включил свет. Заметив разгром на кухне, он не стал никак комментировать увиденное. — Если честно, я был почти уверен, что не застану тебя, — задумчиво произнёс Чонин. Минхо медленно подошёл к окну, крупные и мелкие осколки хрустели под толстыми подошвами его кроссовок. — Да… — отрешённо протянул Минхо, — но я не могу… не могу решиться… Чонин присел на подлокотник дивана и скрестил ноги. — Хён… Но разве… — Ты просто не знаешь! — перебил друга Ли, — Не знаешь, как отвратительно и подло я повёл себя вчера! — Минхо отвернулся, пряча лицо, и прислонил лоб к оконному стеклу. — Да, я не знаю… Просто… Имеет ли это значение сегодня? Сейчас? Что бы ни произошло, это осталось в прошлом… Я хочу сказать, что каждое мгновение настолько скоротечно и неуловимо… Не успеешь ты моргнуть, и сегодня уже станет далёким пережитым… Все мы станем историей, каждый миг, каждая секунда! И ведь я говорю про восприятие человека… А что происходит, и как течёт время в понимании андроида? Всё может быть совсем не так. Всё может быть ещё более мимолётно… — Я боюсь, Ени. Боюсь этой неизвестности, боюсь не успеть или подвести… Я не хочу прощаться с Джисоном навсегда! Не хочу оставлять его в прошлом! А если он всё же… О господи… — Минхо отчаянно схватился за голову, взял прядь своих волос и болезненно их оттянул, — Когда я подумаю, что может ждать его в будущем… — Хён… Я ничего не понимаю в программировании и тем более в любви… Но я думаю… я хочу сказать… если бы я был на месте искусственного интеллекта, с перезагрузкой моей программы… я бы испытал облегчение, — в глазах Чонина на секунду промелькнуло какое-то неуловимое осознание, в голосе послышалась тихая грусть, но она быстро сменилась примирением и даже предвкушением чего-то светлого, — Всё бы пришло в порядок, — на губах парня дрогнула смиренная улыбка, — это небытие… забвение. Оно бы принесло покой. Минхо посмотрел на друга безумными глазами. Он пытался собраться с мыслями и обдумать слова Чонина, но сердце задавалось в паническом темпе, руки лихорадочно потрясывало, рассудок помутился. Я не должен быть здесь… Каждая минута на счету. Минхо спохватился, буквально пронёсся мимо Чонина и направился к двери. — Ена-а! Я должен ехать к Джисону! — натягивая пальто, кричал Минхо, — должен быть рядом с ним! Проследи, чтобы коты не подходили к осколкам! Пожалуйста! — Ли поднял ладони в извиняющемся жесте, — Прости! Я заплачу! — Чонин оторопело смотрел на Минхо как на ненормального и только развёл руками, — В крайнем случае запри их в лоджии! Извини! Я скоро! — Хорошо-о! Только зонт возьми, там ужасный ли… — Чонин с красным зонтом под мышкой подбежал к двери, но Минхо уже скрылся за стеной на лестничной площадке, — …вень… ужасный ливень, — шёпотом договорил парень. Минхо со всех ног мчался к подъехавшему такси. Гроза, накрывшая Сеул, разливалась слезами природы и ревущими раскатами грома напоминала о неотвратимости судьбы.