Глава 9. Каталог развлекательных симуляций и игр для любого возраста, 100 в 1
11 мая 2025 г., 00:35
Мерген будто решил, что на спасении его обязательства перед Таиром закончились. Порасспрашивал, что именно пытались выяснить иварра, и, не выразив видимой тревоги, будто забыл о нём. Пришлось Таиру о себе напомнить: теперь можно возвращаться домой?
«Тебя до сих пор тянет назад? — спросил тогда Мерген. — Если своими силами доберёшься, то я не держу».
Проблема с самостоятельным путешествием обнаружилась, стоило Таиру прикинуть маршрут. Иварра верно говорили, что никакой путь между двумя точками не займёт дольше восьми дней. Однако часть пути пролегала через относительно стабильные орбитальные врата. Многие пересадки подразумевали использование космического лифта, а то и скоростной лайнер — то, что Таир не смог бы оплатить сам. Стоило ограничить навигатор лишь переходами по поверхности — хотя бы с местным транспортом, уж на него можно выпросить у Мергена денег — и маршрут удлинялся до половины-целого цикла в зависимости от того, насколько повезёт с ожиданием открытия. Возможно, купить билет на парочку космических лифтов вышло бы дешевле. Увы, соцпакет с оплатой транспорта в счёт фирмы пока предлагали только иварра.
«Я не собирался удерживать тебя». Конечно, зачем удерживать силой, когда достаточно предоставить гостя самому себе и наблюдать, как тот приходит к выводу подождать удачного совмещения врат.
Дни в ожидании короткого и дешёвого маршрута пролетали неспешно, и вместе с тем Таир начал осознавать, что вовсе не сердится на незаметные манипуляции Мергена. В глубине души он радовался удобному предлогу задержаться на корабле. Ведь тогда он будет рядом, если Мерген всё-таки докопается до разгадки, что пытался скрыть хост, подсадив к себе в голову двоих сэко в обход всех правил и предупреждений.
Любопытство сильнее тяги к дому, где тебя никто не ждёт.
Чтобы не чувствовать себя балластом, Таир поинтересовался, может ли быть чем-то полезен. К его удивлению, на корабле нашлось немало ручной работы, которую нельзя скинуть на роботов. Что-то требовало специальных знаний, на что-то с радостью гребли любые свободные руки — например, на уборку в дальних отсеках, куда подолгу никто не заходил. Тратить энергию роботов на них жалели, отправить кого из команды — да запросто. Некоторые ещё и воспринимали, как альтернативу тренировкам.
Тренировки настоящие Таир не то что бы забросил — не вспоминал. Пола же не спешила зазывать его на усложнённую программу. Так и казалось бы, что оба забыли об обещании и не собирались друг другу напоминать, пока однажды Пола не пришла к нему во время уборки.
Крупная тень двигалась так уверенно по пустынным коридорам, что Таир отпрянул и впервые за долгое время почувствовал, как оба сердца рвутся из груди. Всего оружия у него была влажная тряпка, да распылитель — могло бы хватить спугнуть преследователя, но хватит ли прыти убежать…
— Ты чего? Это всего лишь я, — помахала Пола, на несколько секунд опередив Таира. — Искала тебя, мне сказали, что сегодня твоя уборочная смена. Вот и решила попутно проверить, что на тебя не сваливают всё подряд.
Таир оглянулся на отдраенные труды охладителя. Ненамного больше работы, чем когда он в одиночку убирал дом в Малом Хабе — по комнате-две раз в несколько дней. Если его ответ Полу не убедил, то вида она не подала.
— А искала я тебя спросить, почему прогуливаешь. Если думал, будто я шутила насчёт новой программы упражнений, то не беспокойся. Предложение всё ещё в силе и совершенно бесплатно! Мне инструкторские навыки тоже нельзя терять.
— Я не уверен, что хочу продолжать… — произнёс Таир.
Хоть он не пытался специально придать голосу похоронный тон, но прозвучало именно так. Пола всё или почти всё поняла, и расспрашивать не бросилась. Однако, когда он закончил работу — оставалось всего-ничего, последний сгиб проверить — и собрал вещи, она последовала за ним, отставая на полшага.
— Что случилось? — спросила наконец Пола.
— Анника… — ответил он, вызвав понимающее «А-а-а, конечно». Но пластырь с трубы был сорван, молчать больше не хотелось. — Она так легко убивала… Нам же не угрожали, они просто выполняли свою работу…
Он осёкся, когда Пола твёрдо положила ладонь ему на плечо. В глазах он не увидел ни осуждения, ни непонимания — по крайней мере, ему хотелось верить, что он правильно разглядел искреннюю обеспокоенность.
— И? Как это влияет на то, чем мы занимаемся? — перехватила она инициативу. — С чего ты взял, что я из тебя сделаю беспринципную машину для убийств?
«Потому что вы все здесь такие», — вертелось у Таира на языке. Пусть он не сомневался, что Пола и такие слова примет с пониманием, скрывая, подумала ли на самом деле иное, вслух он выразился более обтекаемо:
— Я не думаю, что мне в принципе стоит учиться убивать.
На что Пола взъерошила волосы и весело рассмеялась. Однако в пустом коридоре её смех, гулко отражаясь от переборок, прозвучал, скорее, зловеще.
— А я-то думала, что учу тебя разумной самообороне. Если тебе хватает навыка убить человека, это не означает, что это можно и нужно делать при любой возможности. Анника, вот, забывает о таком нюансе.
С этими словами Пола почему-то посмотрела в боковой коридор. Последовав за ней взглядом, Таир успел разглядеть мелькнувшую тень. Лампа мигнула?
— …забывает, потому что им намертво вбили в головы, что они существуют во всех реальностях сразу.
— Да, она об этом говорила. А что, оно не так?
— В теории — да. На практике это всего лишь квантовая телепортация. Чуть выше уровнем, чем ты видел на игре — думаешь, почему она обожает эти соревнования? Может показаться, что защититься невозможно. Однако способ есть — занять как можно больше пространства, чтобы сократить количество доступный ей вариантов.
Технику Пола продемонстрировала наглядно: чуть не задев потолочные панели, широко взмахнула руками и ногами, будто разминалась перед зарядкой.
Таир был готов поклясться, что Аннику она выхватила за ворот из воздуха.
— Да, мы перемываем тебе косточки и нам не стыдно, — бросила ей Пола.
— О, мне только приятно, что я стою обсуждения! — выдавила Анника, не особенно пытаясь освободиться.
— Что ты здесь делаешь? И вообще как ты сюда попала с гостевым пропуском?
— Кажется, ты забыла, что я полноправный член команды, мне везде положен доступ.
— Так. Ты идёшь со мной. Нет, я тащу тебя за шкирку к Симону, и мы вместе выясняем, как именно ты ему угрожала, чтобы тебе восстановили права.
Отчитывая Аннику, Пола ухитрилась даже улучить мгновение, чтобы дать знак Таиру: увидимся потом. Сворачивая от них в жилую зону, Таир внутренне порадовался, что хотя бы они на стороне Мергена. Вроде бы. Пока что.
***
— Мне обе не нравятся, если тебе правда интересно, — прямо ответил Мерген, стоило только намекнуть. — Однако Полу хост нанял незадолго до операции. Почему, с какими планами, имела ли она вообще к ним отношение, я уже не знаю. Он замолк, когда в коридоре послышались разговоры. Топот двух-трёх пар ног пронёсся мимо и свернул в направлении столовой. Мерген, однако, на всякий случай закрыл дверь и пробежался по настройкам. — Если хочешь поговорить, можем зарезервировать комнату ненадолго, — пояснил он, и Таир принял предложение. Отчего бы и нет? Поймать Мергена в разговорчивом настроении теперь было той ещё задачей. — Но надо сделать вид, что мы не просто так здесь закрылись. Мерген активировал панель игрового стола и покрутил список доступных игр — чересчур вдумчиво, если то предполагалось лишь для маскировки. Возможно, та же мысль пришла ему в голову, потому что, так ничем и не заинтересовавшись, он запустил случайный выбор. — Я проверил её, конечно. Полу, — продолжил Мерген, пока загружалась игра. — Она существует, действительно состоит в паладинах Константы и имеет боевой опыт. В общем, она похожа на человека, которого хост мог бы нанять в телохранители. Проектор стола нарисовал в воздухе несколько серых шаров — удивительно реалистичных для голограммы — и размытую спираль над центром стола, больше похожую на галактику. Выскочило окно с краткой версией правил. Мерген смахнул его не глядя. — Загвоздка в том, что контракт хост подписал после некоего события, которое я упорно не могу вспомнить. Поэтому я не знаю, подписал он сам или его вынудили. Например, поставили в условия, когда не осталось иного выхода. Система подсветила место для первого игрока: стоило Мергену встать туда и задержать ладонь над мерцающим сгустком, как тот оформился в ярко-жёлтый шар. Других подсказок не последовало, но начался обратный отсчёт пяти минут на ход. Недолго думая, Мерген прицелился и с силой запустил биток по дальнему шару. Шар вылетел за контур стола, отскочивший дважды биток вытолкнул ещё один и, приблизившись к спирали-галактике, рассыпался мерцающими звёздочками. Таир восхищался точностью удара ровно до тех пор, пока система не подсчитала очки за ход и вывела отрицательное число. — Кажется, их не надо выбивать за пределы поля… — прокомментировал Мерген расшифровку. — Ты не знаешь правил? — Нет. Хост не играл в эту игру, а я впервые вижу её. Так что мы на равных. Твоя очередь. Разговор помог Таиру стрясти волнение. Если уж Мерген не идеален, то и ему нечего бояться допустить ошибку. — Аннике я доверяю чуть больше, — продолжил Мерген прервавшийся разговор. — Она в команде хоста давно — видимо, сошлись характерами. Но затем стало ясно, что она быстро растреплет, едва узнает, что хоста больше нет и кто-то занял его место. Поэтому я не сильно мешал, когда Пола пыталась от неё избавиться. — Но теперь ты не против, что она вернулась? — спросил Таир и пустил шар наобум. Отсчитывающий секунды таймер действовал на нервы, а Мерген мешал думать. — Теперь мы на той стадии, когда Полу неплохо бы кем-то отвлечь. Биток Таира оказался ярко-салатовым. Метать точно в галактику, или что оно там символизировало, казалось глупой идеей. Пускать вхолостую — тоже. Поэтому Таир решил проверить, что случится, если в центр подтолкнуть один из ничейных серых шаров. Опосредованный удар вышел слабее, чем ему хотелось бы, однако шар всё-таки подсосало к галактике и перекрасило в цвет битка. Система гордо начислила целое одно очко. Биток остался на поле. — Видимо, победит тот, кто первым разгадает правила. — Не увлекайся, это чисто прикрытие. Или ты хочешь именно выиграть? — Мерген со смешком дождался появления нового битка. — А ты нет? — Хотел бы победить, запустил бы что-нибудь знакомое. А так даже есть даже какая-то загадка. Мерген раздумывал над броском почти до конца хода и метнул биток так, чтобы тот, оттолкнув ещё один серый шар к галактике, улетел в стену комнаты. От стены биток отразился и вернулся на поле без штрафа к очкам. — Смотри-ка, оно понимает планировку! А попробуй рукой отбить. Бежать к противоположному краю стола, чтобы отразить собственный удар, казалось невозможной задачей, так что Таир скорректировал планы и броском срезал угол — по сути кинул биток в подставленную руку. Ладонью он на миг почувствовал фантомное тепло невесомого шара — и тот впрямь вернулся на поле. — В это наверняка очень весело играть большой компанией. Особенно, если можно мешать друг другу, — заметил Мерген. Своему наблюдению он не последовал: в чужой ход не вмешивался, а в свой пытался вовремя добежать до точки и отразить биток. Поначалу Таир пытался следовать его примеру, но бросил напрягаться. Впрочем, Мерген тоже не мог похвастаться впечатляющим отрывом — таким, чтобы его нельзя было объяснить чем-то большим, чем разница в физической подготовке. Игра шла своим чередом. Главное, что Таир понял — необходимо загнать поближе к спирали как можно больше шаров и пытаться выбить чужие. Иногда шары противника перекрашивались, но ни он, ни Мерген так и не поняли, как на это можно повлиять. Возможно, существовали некие оптимальные тактики, но нащупывание правил методом проб и ошибок не располагало к серьёзному планированию. Сильной стороной Мергена оно тоже не было: во всяком случае, он не сильно вырывался по очкам. Наконец, в очередной ход в рукав галактики прилетело два жёлтых шара к восьми уже имевшимся в центре. Размытая спираль поглотила их все и закрутилась, смазываясь в темнеющий круг. Поле утонуло во вспышке, сметя все остальные шары — теперь в центре висела стилизованная чёрная дыра, окантованная сияющим диском. Вывелась итоговая статистика, из которой никак не следовало, кто же победил. — Оно устало смотреть, как мы мучаемся, — сказал Мерген и плюхнулся в ближайшее кресло. — Надо было всё-таки почитать правила. Знал бы, выбрал что-нибудь быстрое. И не такое динамичное. — Симбиоз не даёт преимуществ при нагрузках? — поинтересовался Таир. — Да. Поэтому сэко не самый популярный вариант. В отличие от каких-нибудь «котов» с гарантией найма на рыбное место. Однако это тоже может что-то значить. Скорее всего, симбионта выбирали не наобум, а с конкретной целью. — Ты никогда не задавался вопросом, кто мог сделать? — Я и так догадываюсь кто. — Мерген постучал себя по лбу. — Всё упирается в то, что я понятия не имею зачем. Допустим, хост хотел что-то скрыть. Но что именно, я тоже не могу вспомнить. — Стоит ли тогда вспоминать? Раз пытались скрыть, — пробормотал Таир так тихо, что Мерген то ли не расслышал, то ли притворился, что не слышал. — У тебя же доступ ко всей памяти? — Не ко всей. Я не помню саму операцию и некоторый период до неё. Провалы случаются, если оперировать по правилам, но редко. И, видимо, гарантированно, если подсаживать двоих. — Но ты уверен, что хост пошёл на это добровольно? — Видишь ли, если бы кто-то хотел стереть ему из памяти парочку событий, они бы могли просто стереть его самого. — Если это не слишком подозрительно. — В нашей сфере устранять неугодных — вполне себе норма. Все враги хоста, кого помню, предпочли бы его прибить, а не использовать более тонкие методы. Именно поэтому я уверен, что по меньшей мере часть решений хост принимал добровольно… Его прервал на полуслове сигнал коммуникатора — слишком громкий для просто сообщения и недостаточно назойливый для тревоги. «Поиск по новостям сработал», — быстро пояснил Мерген и уставился в экран коммуникатора. Так он просидел, согнувшись над коммуникатором, то и дело водя пальцем вокруг угловой кнопки вызова. Всё указывало на то, что увиденное ему не понравилось. Насколько не понравилось, Таир оценил, когда Мерген — очень нехотя, через силу и обрубая все вопросы — позвал Полу. Времени в ожидании он зря не терял и, провозившись немного, сумел вывести над игровым столом трёхмерную запись. На стоп-кадре Таир не увидел ничего подозрительного: вязкое серое небо над таким же серым, словно прозрачным, городом. Тоскливый пейзаж дополнительно портил огромный значок паузы — Мерген занёс ладонь на кнопкой воспроизведения, только когда пришла Пола. — Смотри, — предварил он показ, и Пола уставилась в проекцию со всем вниманием. Небо словно накрыла тень — Таир аж присел убедиться, что на запись не попало неопознанного объекта размером с половину планеты. Ничего: что-то внутри атмосферы на минуту-две подкрасилось оттенками бирюзового и малинового, а затем исчезло в разрыве. К небу вернулась прежняя серость. Почти: приглядевшись, Таир рассмотрел переливы цвета, которые никак не выходило списать на глюк записи. — Насколько давнее? — первым делом спросила Пола. — Оповещение пришло, как только новости синхронизировались. А поскольку такие вещи распространяются быстро, прошло меньше восьмушки. По штампу вообще меньше стандартного дня назад. — Что это? — спросил Таир, подловив паузу. — Восталике, — выдал Мерген непонятный набор звуков и вернулся к изучению серого неба. Недолго думая, Таир залез в информаторий, но совпадений не нашёл. К счастью, стоявшая рядом Пола подсмотрела, что он искал, и исправила на правильное написание — по названию «васталиике» выдалась огромная статья. Первого абзаца хватило, чтобы уловить суть: одна из немногих цивилизаций высшей ступени, все они избегают контактов с менее развитыми ввиду несопоставимого уровня развития. Звучало интересно и стоило того, чтобы почитать ещё, но не располагала обстановка: всполохи от перемотки туда-сюда нервировали, да и застывшая за спиной Пола немного пугала — не хотелось показывать при ней своё невежество, он же должен был опознать название, высших цивилизаций немного, их наверняка все знают. — Прокрути в обратном порядке, — тем временем отдал команду Мерген. Небо снова подсветилось, всё равно что в дыру плеснули маслом. И снова скрылось в разрыве — в этот раз Таир успел разглядеть белые всполохи, похожие на молнии. — В прямом, — сказал Мерген, едва запись остановилась. — В обратном. В прямом. Так он прогнал запись туда-сюда несколько раз, ища одному себе понятные различия. На взгляд Таира, ничего подозрительного не было видно. Под конец он уже не смог бы отличить, где оригинал, где обратная перемотка, если бы звучали команды. То ли укрепив подозрения, то ли отчаявшись что-то найти после многочисленных перемоток Мерген отступил от стола. Запись застыла на кадре с разрывом. — Судя по всему, это над Кристаллическим лесом, — прокомментировала Пола. — Если нет недавних появлений, то васталиике только что оттуда улетели. — Улетели, найдя то, за чем решили навестить нижние ступени… Что ж было приятно с вами познакомиться и попутешествовать, но, видимо, скоро мы попрощаемся. — Ты понял, зачем они там? — спросил Таир. — Они меня ищут. Точнее — хоста. Пола ещё раз тщательно осмотрела стоп-кадр. Что бы ни висело над прозрачным городом, листовки с объявлением о поимке Мергена оно точно не разбрасывало. Но могло же транслировать? И зачем оно искало именно там, про этот Кристаллический лес Таир слышал впервые. Схожие вопросы возникли и у Полы. — Мы не собирались в ту систему. Не исключаю возможности пересадки, но всё можно скорректировать. Но с чего вы взяли, что васталиике прилетели за вами? Существуют тысячи более веских причин, по которым они вышли из самоизоляции. — У меня есть свой источник, и с ним пока всё согласуется. — Однако же единственный способ убедиться точно — спросить у них. Пойдёшь и устроишь самосбывающееся пророчество? — хмыкнула Пола, скрестив руки на груди. — Я. Не собираюсь. Лезть. К ним. — Но ты считаешь, что рано или поздно нас нагонят? — поймал момент вставить вопрос Таир. — Да. Поэтому неплохо бы обзавестись помощью. И попутно уточнить кое-что, если повезёт. Запись уменьшилась до размеров кулака, поверх неё раскрылась сетка со множеством подписанных портретов: силуэтов-заглушек, снятых исподтишка или явно из криминальной сводки. Мерген задумчиво принялся их вычёркивать, бормоча что-то под нос: то имена, то произносил что-нибудь наподобие «этот точно прибьёт» и перечёркивал дважды. Сетка не просеялась и наполовину, когда Мерген остановился и ткнул в изображение кудрявого блондина. — Этот подойдёт. Иша Векслер. «Коты» не называли имя, под которым он знает хоста, и отношения у них достаточно хорошие, чтобы рассчитывать на помощь. — Натянутые, — подала голос Пола. — Они со всеми натянутые. С Ишей, можно считать, почти дружба. Кроме того, мне смутно кажется, что хост заскакивал к нему перед тем, как случилось нечто, из-за чего он побежал тереть память. — Надо же, прогресс. Раньше вы помнили ровно до отправления со своего корабля. Может быть, если постараетесь, наконец вспомните, как хост нанял меня защищать его задницу, к кому бы она ни перешла. Когда отправляемся? — Ты остаёшься. Пола недоумённо отвлеклась от проверки карманов. — Что бы вы о себе ни думали, в одиночку на чужую территорию лучше не заявляться. — Да это ж Иша! У него моральный кодекс размером со справочник юридических норм у «котов». Я с ним пойду, его хватит. — Мерген ткнул в Таира, к удивлению последнего. — Всего лишь живой щит. Пытаешься сделать его ещё более лакомой целью для своих врагов? — возразила она и взглядом показала: уходи, если не хочешь знать слишком много. Таир собирался вмешаться, но вспомнил недавний разговор. Если отговорки Мергена были попыткой избавиться от Полы и поговорить с тем Ишей наедине, то стоило молчать и согласно кивать, не выказывая сомнений. — Стоит напомнить, — не отступал Мерген, — что из нас двоих я хотя бы больше могу вытащить о повадках хоста. Так вот, к Ише он никогда не заваливался с вооружённым до зубов отрядом. Можешь команду поспрашивать, если считаешь, что я вру. Хоть ту же Аннику. — Вот её и возьми. В ином случае я была бы резко против, но сейчас ваша безопасность важнее. — Анника тем более всё испортит! — рявкнул Мерген и, заметив, как Таир дёрнулся, спокойно пояснил: — Они оба с Каланхоэ. Иша не для того драпал от поехавших милитаристов, чтобы наткнуться на ту, кто бежала в космос от конвенций. Если серьёзных возражений больше нет, то я пробиваю возможность встречи и перестраиваю курс. Пола будто бы сдалась и направилась к выходу, но на полпути притормозила, словно что-то вспомнишь. — Если ты прав насчёт дружбы хоста с Ишей, то он легко вас раскусит. Я всё-таки считаю, что не стоит отправляться без должной охраны. — Тогда останови меня, — глухо сказал Мерген, и Таиру показалось, будто рукава куртки начали стремительно выцветать. Пола, несомненно, тоже понимала, что это означает. — Безопасность важнее, — повторила она. Они уставились друг на друга, больше не угрожая вслух, но и не пытаясь перейти к решительным действиям. Отступив с возможной линии огня, Таир мысленно поблагодарил обоих, что хотя бы не призывают его выступить решающим голосом и, возможно, тем самым сбросить ответственность. Наконец, Мерген расслабленно тряхул рукой. Реакции Поле было не занимать: она бросилась было в защитную стойку, но уже на середине движения сообразила, что опасности нет. Куртка Мергена на глазах темнела, Пола стояла, подпирая стену — любой бы, кто зашёл сейчас, решил, что застал их посередине рядовой беседы. Если бы не насторожился, заметив выражение лица Таира. Тому казалось, что он выглядит излишне ошалело, но поверхности переборок недостаточно хорошо отражали, чтобы свериться. — Если не вернётесь через восемь дней, мне считать вас погибшими или собирать спасательную операцию? — На твоё усмотрение.***
Всё-таки надо было послушаться Полу. Почему-то эта мысль казалась не новой. Таир точно подумал её совсем недавно. Буквально, когда летел на переборку, закрываясь рукой. Не помогло: кто-то вдарил по затылку, ненадолго его вырубив. Теперь он сидел прочно зафиксированным в кресле, стоящем в какой-то узкой светлой комнате. И чистой — отсутствие на стенах застарелых кровоподтёков внушало лёгкий оптимизм. И что он до сих пор был жив, дышал, видел и чувствовал — тоже. Насчёт чувств, однако, оставались сомнения. Горячий приём, устроенный Ишей в шлюзе, определённо не мог обойтись без последствий. Однако Таир не ощущал ни переломов, ни ушибов — вообще ничего. Он пошевелился, проверяя ремни на прочность: ступни воспринимались как нечто далёкое, будто он лежал у себя дома в Малом хабе, а нога осталась где-то там в Ортавахе. Но пальцы хотя бы сгибались. Закрепили его на славу, попытки вырваться он бросил отчасти из-за бесплодности, отчасти из опасений, что всё-таки вывернет суставы. Можно и подождать, пока нервная система восстановится, а пока — осмотреться. Кресло напротив пока пустовало. Рассмотрев его получше и отметя идею о пыточном инструменте, Таир закрепился во мнении, что его заперли в медицинском кабинете. Возможно, в операционной, но в таком случае, он бы не хотел знать, кого и как здесь оперируют, что им нужны кресла, где пациента можно закрепить в любой позе. И не обязательно гуманоидного. Выхода из помещения Таир не видел; должно быть, дверь находилась за спиной — он едва не вывернул шею в попытке подтвердить её наличие. Если бы удалось освободиться, он бы, наверное, ещё мог выбраться через окно: огромная сероватая матовая панель, скорее, была окном, чем экраном. За ней виднелись какие-то неподвижные тени, не соответствующие тому, что он видел перед собой. Значит, предметы в соседней комнате. Почему ничего нельзя разглядеть чётко, если это окно, Таир не совсем понимал. Вроде бы существовали виды стекла, прозрачные только в одну сторону. За матовой панелью появились движущиеся тени, и спустя несколько мгновений вломились в комнату, подтвердив догадку Таира, что он всё-таки видел их через окно. Вломились не чтобы спасти — бросить Мергена в кресло и также закрепить с особым тщанием. Таир прикинулся потерявшим сознание, но к нему интереса и не проявили. Как пришли, так и ушли. Поначалу он продолжал смотреть из-под полуприкрытых глаз, не очнётся ли Мерген, а потом отбросил притворство: да, конечно, за ними следят и уже знают, что один пришёл в себя. И следят вряд ли только через окно — на их бы месте Таир докинул несколько камер с хорошим захватом звука, если этот странный кабинет до сих пор не был ими оснащён. Он устроился в кресле поудобнее, насколько позволяли путы и насколько вообще мог себя контролировать. Чувство боли по-прежнему не возвращалось, но вместе с ним отсутствовало и ощущение собственного тела. Мерген, однако, вовсе не прикидывался бессознательным: на шевеление сразу не отреагировал. Выглядел он неважно — тут Таир сомневался, что сам-то в лучшем состоянии, — огромный фингал под глазом, рассечённая губа, с чёлки будто содрали клок волос. И, что самое страшное, — сняли куртку, оставив лишь рубашку, за которой Таир особых свойств не припоминал. Интуитивно сняли или насторожила тяжесть куртки, уже не имело значения. Главное, что шансы выбраться своими силами резко понизились. Шею Мергена опоясывала тонкая светлая полоска. Если такую же нацепили и на Таира, то её давления он не чувствовал. Однако, понаклоняв голову в стороны, пришёл к выводу, что нечто твёрдое на шее у него тоже есть. Время тянулось медленно, Таир запоздало решил считать до тысячи, чтобы иметь хоть какой-то ориентир. После первой сотни он твёрдо решил, что досчитает до конца и позовёт на помощь, если ничего не изменится. В районе восьмисот трёх Мерген всё-таки очнулся и первым делом тоже проверил ремни на прочность, попутно оглядываясь. Встретившись взглядом с Таиром, он улыбнулся и будто бы захотел как-то прокомментировать. Вместо этого застыл с полуоткрытым ртом и с интересом потрогал языком правый клык. Шатался зуб или нет, Таиру было плохо видно. — Кажется, нас посадили рядом в надежде подслушать, чего мы наговорим, — озвучил он очевидное в расчёте привлечь внимание Мергена. Или подтвердить, что тот решил притворятся, будто отношения к Таиру не имеет. — Не хочешь скорректировать свои представления о дружбе? Или дружбой в ваших кругах считается, если тебя не убивают на месте? Если Мерген хотел пожать плечами в ответ, то скованные руки не позволили. Ограничился кривой ухмылкой, склонив голову так, будто ему переломали шею. — Я вижу прекрасную возможность выяснить, почему мы теперь больше не дружим! — Смешок сорвался в харкающий кашель. — Ты не бессмертен. Эту реплику Мерген оставил без комментария, с детским интересом продолжив шатать зуб. Поддерживать разговор не было нужды, да и не приходило в голову, что можно сказать, не упоминая ни сэко, ни таинственные дела Мергена. Но молчание сводило с ума не хуже неопределённости. — Я почему-то не чувствую боли, — поделился Таир. — Ты тоже? Занятно, так не должно быть… — Видишь у меня на шее что-то светлое? У тебя должна быть такая же штука. Возможно, это оно. Если больше ничего постороннего не нацеплено… — Без понятия, что оно делает. Я тебе не энциклопедия по вселенским технологиям. Нет, конечно, могу попытаться вспомнить, но… О, привет, Иша! — сказал Мерген кому-то за спиной так легко, что Таир на мгновение поверил в быстрое разрешение недоразумения. — Привет, Арман. Ты не представляешь, как я рад видеть твою рожу. Мягкие шаги сопровождались не попадающим в ритм щёлканьем. Когда Иша поравнялся с креслами, Таир разглядел, как тот крутит продолговатую штуку размером с два пальца. Щелчок — из штуки выскакивало лезвие ножа и, блеснув под лампами, под новый щелчок пряталось в корпусе. Левую руку Иша, однако, прятал в кармане. — Я слышал, вы уже задались вопросом, почему не чувствуете боли? — произнёс Иша куда более ласково. Щёлканье прекратилось, пальцы коснулись затылка и провели по ошейнику. — Медицинская штучка, подавляет боль лучше анестезии. И противопоказаний нет. Но, если я её отключу, всё тут же почувствуете. И он отключил. Таир мигом осознал, что левая рука переломана в двух местах. Возможно, вывихнута в плече. В боку саднило, и лишь отсутствие кровавых пятен на одежде успокаивало, что рана не открытая. Рядом перестал сдерживаться Мерген и прерывисто задышал, срываясь на крик. А потом боль ушла, резко отключилась, словно кто-то нажал кнопку. Да почему, собственно, словно? И этот кто-то стоял совсем рядом. — К тебе пока никаких претензий, кроме того, что дружишь с этой падалью. — Иша хлопнул его по спине и подошёл к корчащемуся в судорогах Мергену. — Эх, Арман, как мне жаль, что эта штука подавляет боль, но не наоборот. Тебе явно мало. Он ударил точно по косточке стопы, от чего Мерген зашёлся оглушительным воплем. Удар сам по себе должен быть болезненным, но Таир бы не удивился, будь нога уже переломана в том месте. Иша присел напротив и, вынув руку из кармана, чтобы вцепиться в клок волос, зафиксировал голову Мергена. Другой рукой очертил скулу и не будь в ней — пусть и спрятанного — ножа, это движение выглядело бы даже нежным. — Ну что ты, что ты. Зачем надрываешься, я ведь снова всё отрубил. Пусть не на ноль, процентов на десять. Или ты настолько чувствителен, Арман? Погоди, мы только начали. Не успел Мерген успокоиться, как Иша схватил его за шею. Стихший было вопль сменился хрипом. — Ты же убьёшь его так! — опомнился Таир. — Убью? И ладно! Это самое мягкое, что я могу с ним сделать. Руку Иша всё-таки отдёрнул и застыл над избитым телом. Немного размял кулак и завернул рукава белой рубашки — должно быть, сожалел, что не потрудился переодеться во что-нибудь тёмное. Пушистые, собранные в хвост светлые волосы спадали на голубую жилету, расшитую цветами и почему-то однорогим зверем с розовой гривой. Зверь смотрел на Таира, поблёскивая серебристыми нитями в контуре. — Твою мать, Иша, — выдавил Мерген. — Позови Вику, сядем и поговорим нормально. — Я не могу позвать Вику и не собираюсь разговаривать с тобой нормально, потому что ты, сука, её убил! — Когда? И зачем? — Это я должен спрашивать! — Иша загнал ему нож в ступню. Первый вопль вышел сдавленным, словно Мерген опять рефлекторно отвечал на фантомную боль. Затем он монотонно заскулил и заткнулся только от пощёчины. — У меня провалы в памяти, — огрызнулся Мерген. — Я ни хрена не помню, что случилось с тех пор, как мы в последний раз виделись. — Как удобно! — Иша нетерпеливо встал и потоптался на месте, открыв Таиру обзор на соседнее кресло.— Надеюсь, ты помнишь, что я не умею пытать? Тебе будет очень больно, Арман. Очень. И ты не будешь знать, когда я причиняю боль специально, а когда — по неумению. — Иша, ты в самом деле думаешь, будто мы испугаемся угроз человека, о котором помним только, что он друг хоста? Таир всё понял, не видя цвета глаз. Иша — вряд ли. Непохоже, что он счёл оговорку сколько-то стоящей внимания. Но должен был обратить хотя бы на сменившийся тон Мергена, потому что присел и — щелчок — подвёл нож к подбородку, вынуждая того поднимать голову. — Неосмотрительно с твоей стороны, — упрямо продолжал Мерген, будто не замечая, как лезвие впивается в кожу. — Неужели не хочется помучать это беззащитное тело как можно дольше? Чего ты не позвал кого-нибудь, кто разбирается лучше? Или собираешься устроить трансляцию всей команде. Иша со вздохом отвёл нож и обтёр лезвие. — Арман. Это исключительно наше с тобой дело. Я не буду никого звать и хвастаться, как ты стонешь в кровавой луже. — О, это прекрасно, просто прекрасно. — И театральщину свою прекрати! — Кажется, он нам не верит. Я бы тебе тоже не поверил. Что нам показать ему, чтобы поверил? Безвыходная ситуация, правда. Может, хватит притворяться, будто мы чувствуем боль? Хватит притворяться человеком? На этих словах Мерген резко обмяк, голова склонилась на плечо. Кожа не то побледнела, не то сменила оттенок от освещения. — Что ты сделал?! — проорал Таир, жалея, что не может вырвать у Иши пульт из рук. — Ничего… — Иша рывком вытащил пульт и забегал по кнопкам. Вернулась острая боль в плече и пропала, прежде чем Таир успел осознать и затушить крик. — Извини. Я проверял, что сейчас только у тебя подавление включено. Тело Мергена задрожало. Таир с беспокойством подумал на судороги, пока не расслышал тихий смех. Мерген приоткрыл глаза, не поднимая головы. — В норме мы должны чувствовать то же, что и хост, и никак не можем на это повлиять. Но вот какая незадача: хоста нет дома. Теперь тело наше, можем делать всё, что захотим. Временно отключить ненужные функции, например. Зачем вам вообще чувствовать боль, когда и так понятно, что всё переломано? Дурацкая система. Показалось, что голова подмигнула, давая разрешение не скрывать больше ничего. В любом случае, Мерген бы вряд ли осудил любую помощь, поэтому Таир начал лихорадочно вспоминать. — Это сэко. Двое. На теле — точнее, на шее — два шрама после операции. При подсадке одного делают один аккуратный надрез. А двое вытесняют оригинальную личность. Поэтому строго запрещено двоих. Иша задумчиво хмыкнул, но наличие шрама всё-таки проверил: не глядя запустил пальцы под рубашку и что-то нащупал. — И они правда ничего не помнят, — закончил Таир. — Там больше нет человека, которому ты хочешь отомстить. — Ты-то с чего взял? Я тебя впервые вижу, ты с ним вряд ли долго знаком. — Достаточно, чтобы понять, что их двое. Один вечно ноет и возмущается. Второй тоже ноет, но с ним хотя бы можно договориться. Лицо Мергена и так-то редко показывало позитивные эмоции. Но сейчас, окровавленное и с заплывшим глазом, оно слишком хорошо передавало обещание набить морду и Таиру, и Ише, едва он освободит руки. Убедило Ишу услышанное или нет, но он хотя бы перестал поигрывать ножом. Звонкие щелчки прекратились. — И всё-таки где взять доказательства, что вы не прикидываетесь. Как проверить, что старой личности больше нет? Совсем нет. — У нас доступ ко всей долгосрочной памяти. Как следует покопаемся — найдём, что хост ел, пил и говорил с точностью до часа. Но что происходило незадолго до операции — пустота похлеще открытого космоса. Вот с того момента, как хост тебя в последний раз навещал. — С точностью до часа... — повторил Иша. — Тогда вспомните, что случилось на девяносто шестой день триста первого цикла в полдень. Это порядка трёх циклов назад, мы стояли под табло с расписанием вылетов, так что вам будет легко найти. Я подожду. По тому как затянулось молчание, а Иша стал поглядывать в коммуникатор, Таир испугался, что Мергена всё же подловили на блефе. — Ты нас проверяешь? — вкрадчиво начал Мерген. — Или хочешь, чтобы мы угадали? Угадали, что ты такого сделал, раз три часа спустя хост отвозил тебя по полу? Да так, что кинулись разнимать всем доком. Прямо под табло с расписанием. Иша присел перед креслом и уставился на Мергена снизу вверх. Таиру показалось, что даже блестючий единорог на жилетке одобрительно ухмыльнулся ответу. — Любопытно. Не думаю, что Арман пересказал бы этот момент именно так. Значит, вы можете вспомнить факты, но не эмоции или мотивацию? «Только я могу о таком спрашивать!», — невольно подумал Таир и сам удивился мысли. Неужели так проявляется ревность? Пока он думал, как бы потактичнее вмешаться, чтобы не взбесить Ишу снова, Мерген ответил знакомым снисходительным тоном: — Это слишком личные вопросы, не находишь? Тебя самого бесило, когда хост докапывался, как это тебя настолько не устраивает старое тело. Что бы это ни значило, он вряд ли говорил наугад, потому что Иша поднялся и тихо ответил: — Нашли, значит. — Ты сам подсказал, где искать. — Они достаточно ответили на твои вопросы? — робко вмешался Таир. Иша прошёлся между ними взад-вперёд, в пылу размышлений лохматя волосы. — Давайте сначала подытожим: Арман договорился с сэко, чтобы ему подсказали способ стереть память и уйти от ответственности? — Неправда! — прорычал Мерген. — Нытьё о том, что они навсегда застряли в одном теле, я слышал едва ли не чаще всего прочего, — перевёл Таир. — Никто из нас не знает, что его прежняя личность задумала. — О, я начинаю догадываться, в чём дело, — заговорщицки произнёс Мерген, — и это дело сейчас висит над Кристаллическим лесом. — Ты о чём?.. — не сразу понял Иша. — Нет-нет, не говори, что это ты настолько всполошил васталиике, что они прислали аж флагман! Хотя да, это так на тебя похоже… — На хоста, — поправил Мерген, криво улыбаясь. Если предполагалась дружелюбная улыбка, то Таир бы посоветовал ему не пытаться корчить рожи в нынешнем состоянии. — Если он хотел всего лишь стереть память о том, чем насолил васталиике, то странно, что сэко, а не иварра. Иварра же перекраивают мозг основательнее, можно тоньше сработать… Как Мерген не оторвал себе кисть, Таир не понял, но взвился он так, что вместе с ним едва не подпрыгнуло привинченное к полу кресло. — Не упоминай при нас этих тварей! Никогда! Иша озадаченно ретировался к Таиру. — Чего это они? — Я сам не до конца понял. У них какая-то ксенофобия вперемешку с чувством собственной значимости. Возможно, дело в банальной конкуренции за чужие мозги. — Всё равно мне кажется, что верным способом будет от тебя... от них избавиться, — неуверенно, но беззлобно сказал Иша. — Хочешь попасть под статью об убийстве докосмического вида? Тогда давай, вперёд! А мы уже прожили на порядки дольше положенного, нам всё равно! — Это правда? — спросил Иша, и Таир понял, что его окончательно определили в переводчика. — Раз вы говорите, что операция незаконна, то как кто-то узнает, что он здесь погиб, чтобы меня в чём-то обвинить? — Телепатическая связь, — не моргнув глазом опередил Мерген. — И один-то зарегистрирован, — добавил Таир, судорожно соображая, как бы поубедительнее соврать. — Если его сигнатура внезапно пропадёт, очевидно же, что это убийство. — А ещё васталиике очень расстроятся, если нас не найдут. Сам тогда огребай от них, — буркнул Мерген. О васталиике ему определённо не стоило напоминать, потому что Иша отлип от Таира и заинтересованно направился ко второму пленнику. — Что если я тебя к ним доставлю? Поговорите по душам… Исправите всё, что бы там Арман ни натворил?.. В его руке снова образовался складной нож и начались мерзкие щелчки.
