敗北

Мне кажется я начал жить по-новому.

Каждый год я начинал с проклятья зимы, холодов, своего дрянного самочувствия, но этот... Мне кажется, я больше не хочу чертыхать это время года. Почему? Раньше в это время года мне было хуже всего: меня ломало, трясло, бросало в дрожь; я всем своим нутром терпеть не мог это ничтожно немощное состояние. Но этот год, эту зиму я встречаю практически здоровым: я встаю по утрам без особых проблем, дышу полной грудью, почти не харкаюсь кровью, теперь могу даже бегать и выходить на улицу зимой, ну, не в этом ли заключается счастье? Счастье просто жить и наслаждаться жизнью долгие лета? Было ещё достаточно рано, около семи часов. Обычно приблизительно в это время приходит Тэнши будить меня, но, похоже, сегодня она немного задержится. Не думаю, что стоит заострять внимание на этом. Я сидел у приоткрытых сёдзи хорошенько укутавшись тёплым одеялом и пуховым ночным кимоно. Снег падал медленно, я был заворожён этим явлением. Раньше я не особо придавал этому внимание, наверное, потому что было некогда, да и ни о чём, кроме боли и смерти, думать никогда не приходилось. А сейчас, когда казалось бы, моё ускоренное приближение к кончине почти устранено, я мог насладиться обычными явлениями природы. Была ещё непроглядная темень, но зажжённый в комнате бумажный фонарь освещал достаточно, чтобы увидеть сверкающий, искрящийся снег. В такие моменты мне казалось: всё, что происходило со мной раньше, не больше, чем просто дурной сон, кошмар, который я больше никогда не хочу видеть вновь. Думаю, мой характер такой скверный, как о нём любят отзываться, лишь из-за зависти к людям, способным жить обычной жизнью, не преодолевая такие преграды, как я. Мне просто хочется жить обычной человеческой жизнью, без таких проблем со здоровьем, которые я имею с рождения. Это жестоко на кого-то сваливать столько нечеловеческих страданий, чтобы просто жить, как все. Боги весьма неблагосклонны к моей чрезмерно набожной семье, это пренебрежительно по отношению к ним. Я единственный ребёнок в этой семье, это еще более жестоко к ним, во многих семьях не меньше трёх детей, и то это считается мало, а мои родители имеют одного больного ребёнка практически неспособного жить самостоятельно. Ужасно. И задумываюсь я об этом лишь тогда, когда становлюсь приближенным к обычной жизни, ведь раньше было как-то плевать на все мелочи, чужие проблемы, чувства и тому подобные вещи. Возможно, общения с Тэнэ сыграло свою роль в моём мировоззрение, а, может, я выростаю из того невежественного возраста, в котором был, как никак мне скоро будет двадцать два года, а это уже приличный для осознания возраст. И кстати о Тэнэ. Я обернулся на сёдзи, в которых уже давно, по моему знанию и ощущению, должна была появиться светловолосая девчушка с лучезарной улыбкой, но её до сих пор не было, а между тем в коридоре что-то происходило и, как мне показалось, в этом замешана и она. Я встал с пола, закрыв сёдзи, выходящие на улицу, скинул с себя одеяло на футон и выглянул из комнаты в сторону доносящихся до меня голосов. Слух меня не подвёл, там действительно стояла Тэнши, хрупкая и невинная, как и всегда, а перед ней стоял мужчина примерно моего роста. Он явно здесь служит в охране или подобном месте, где требуется физическая нагрузка и тяжёлый труд. Он разговаривал с ней мило и, кажется, заигрывал с ней, видимо, Тэнэ ему приглянулась и он решил начать действовать тогда, когда я сплю. Невежа. Бесспорно, дочь врачевателя достаточно взрослая, чтобы предложить ей замужество, осенью ей уже будет восемнадцать лет, думаю, и Даичи не раз задумывался о том, что пора бы её выдать за кого-то, но... Не уж то этот ничего несмыслящий человек приглянётся самой девчушке? Не думаю, что ей нравятся подобные мужчины. — ...Вы сможете как-нибудь составить мне компанию в город, молодая госпожа Тэнэ? Думаю, Ваш отец даст на это разрешение, — м-да, он что совсем глупец, предлагать незамужней девушке ехать с таким амбалом в одиночку в город? Если бы она была его нянькой или служанкой — понятное дело, но она ему никто, даже не сестра, чёрт возьми, чтобы её вот так куда-то приглашать. — Нет, простите! Я не брошу юного Господина одного, я не имею на это права, и мой отец по той же причине не позволит мне этого, простите, господин Такакура, — она поклонилась ему, сминая полы кимоно, и зачем? Он поступил бестактно, за что она просит прощения, боги! — Ах, ничего страшного, я всё понимаю, молодая госпожа Тэнэ, и всё же... Если выдастся возможность, не стесняйтесь и смело приходите ко мне составить мне компанию в подобной поездке, — мужчина подарил девушке бумажный цветок белого ликориса и, поклонившись с милой улыбкой удалился, провожаемый словами дочки лекаря: — Хорошо, спасибо! Она повернулась и столкнулась с моим немного (а может и не немного) недовольным взглядом. Сначала её лицо мне показалось странным, слишком спокойным и безулыбчивым, но стоило ей взглянуть на меня, как на ее губах расцвела самая красивая улыбка из всех, что только может быть, а в глазах появился живой блеск, и тут взгляд мой стал попроще, я не ожидал, что ей тоже предоставляет дискомфорт этот человек. Я, немного сконфуженный, поспешил скрыться от её глаз, закрывшись сёдзи. И с чего я взял что этот мужчина может быть ей симпатичен, и что вообще это за чувство такое... Резкая неприязнь к какому-то там служащему. Я впервые его вижу, ну, не ко всем же я так ужасно отношусь... А нет, ко всем... Ну, по крайней мере, меня обычно бесят женщины, находящиеся вокруг меня, потому что я не больше, чем шанс на их богатенькую жизнь, к остальным отношусь проще, без такого выплеска недовольства на них, но... Этот мужчина вызывает у меня желание сломать ему шею. Наверное, потому что с ним была мила Тэнэ, вообще, что она была с ним рядом. Ужасно. Зачем я её сюда приплёл?.. Хотя, наверное, это так. И что за невежественный тон он выбрал, чтобы с ней разговаривать? Бесстыдник, чертов невежа... В закрытые сёдзи за моей спиной скромно постучали, от чего я вздрогнул и быстро отошёл от них, присев на незастеленный футон. В комнату вошла Тэнэ, кажется, тоже немного сконфуженная тем, что с ней произошло недавно в коридоре. Она немного потопталась на пороге, что-то решая у себя в голове, а потом зашла в комнату, прикрыв двери. — Доброе утро, Господин. Простите, что сильно задержалась сегодня, — она низко поклонилась и, видимо, не собиралась вставать из такого положения, пока я что-то ей не скажу. — Тэнши, не общайся больше с этим грубияном, — произнёс я, нахмурившись. — Встань и подойди сюда, я не сильно заждался твоей компании, — конечно, же это было ложью, но если я скажу правду, это будет звучать слишком... странно. Тэнэ немного приободрилась и, быстро встав, приблизилась ко мне. Я протянул ей гребень, а её саму посадил на одно своё колено, обвив руками, прижался щеком к её груди. — Не обращай внимания, просто делай, что должна, — попросил её я, прижимая её сильнее. — Хорошо, — она тихонько хихикнула и начала расчесывать мои волосы. Какое-то время мы сидели молча, но потом она начала разговор, что обычно ей не свойственно. — Вы выглядите немного встревоженно, мой Господин, что-то случилось? Мой Господин... Хорошо звучит, мне нравится. Интересно, она это сказала непроизвольно, или будет почаще так говорить?.. — Встревоженным?.. — невольно повторил я, хоть и не совсем понял, что она имела ввиду, но постарался осознать сказанное. — Угу! Вы сегодня более напряжённый, чем обычно, а ещё смотрели на того, как Вы сказали, грубияна очень сердито... Мне показалось, Вас что-то беспокоит. У Вас ещё и руки холодные, у Вас снова боли или... Или Вы сидели у открытых сёдзи сегодня утром?.. — последняя её фраза прозвучала как-то по-необычному строго, но довольно мило, от чего я невольно хохотнул. — Я сидел у открытых сёдзи сегодня утром, прости, Тэнши, не говори об этом господину Тэнэ и матери, пожалуйста... — Хорошо! Надеюсь, Вы сидели хотя бы под одеялом, иначе Вы снова заболеете, мой Господин... А я очень не хочу, чтобы Вы болели, — она погладила меня по кудрявым волосам и, как я понял, хотела сделать то же, что и я с ней, но отдёрнула себя прежде, чем успела коснуться моих плечей. — Да, под одеялом, не волнуйся, маленькая дурочка, — я потрепал её по голове и вернул руку на прежнее место. — Так... Что-то случилось?.. — Нет, просто не ходи больше с этим невежей, ладно? Думаю, отец найдёт тебе более хорошую партию для замужества... — как-то слишком печально я это произнёс... В этом же нет ничего такого, но почему-то эта мысль действительно какая-то... Слишком странная для меня. — Замужества?.. — задумчиво произнесла Тэнши, она затихла. — Отец сказал, что как только Вы выздоровеете, мы уедем, но я навряд ли выйду замуж, потому что оптимальный возраст для замужества двенадцать-тринадцать лет, а мне к тому времени будет уже около двадцати... Кажется, он вообще не рассчитывает на это. Я ему полезнее, как помощник на службе, ему выгоднее работать со мной, чем выдать меня замуж за какого-нибудь мужчину... — я не совсем понимал её интонации, она не была радостной, но и не была слишком печальной, словно, её это, вроде, и устраивает, а, вроде, и не совсем. — Так что, я не рассчитываю на замужество или что-то в этом роде, и стараюсь отнекиваться от подобных предложений, в конце концов я не могу перечить отцу и... Я не такая глупая, как могу показаться на первый взгляд, чтобы не понять, что от меня хотят. Последнее она сказала с какой-то досадой. Видимо, из-за её оптимистичности все считают её простодушной глупышкой, которая потакает людям и не более. Это действительно глупо полагать, что она ничего не смыслит в людях и прочем. Женщин часто ни во что не ставят, а Тэнэ ещё и похожа на ребёнка, у которого нет никаких сложностей и проблем. Уже давно стоило подобным людям понять, что она не так уж и просто, как кажется. Если бы она была похожа на прочих женщин, она навряд ли бы здесь надолго задержалась, найти со мной общий язык бывает тяжелее, чем встретиться с Небожителями в реальном мире, так что не стоило бы её недооценивать. Я отпустил её, посадил на футон, а сам лёг ей на колени, чтобы видеть её лицо. Она была немного раздосадована, но, кажется, не слишком зацикливалась на подобных инцидентах. Я коснулся рукой её лица, от чего она обратила свой немного смущённый взгляд ко мне. — Улыбнись, ты выглядишь намного лучше, когда улыбаешься мне, — и она улыбнулась, искренне, по-доброму, как и всегда излучая невидимый свет, и уголки моих губ тоже невольно поплыли вверх.

***

— Тэнэ! — я выглянул из-за дерева, пытаясь увидеть свою светловолосую девчушку. — Тэнэ! Где ты, златовласая чертовка?.. Вот и наступила лето, чертовски душное и жаркое время года, но теперь, когда я практически здоров и полон сил, мы каждый день ходим с Тэнэ на прогулки, исключая некоторые дни, когда я учусь с Даичи или прохожу реабилитацию. Обычно мы ходим к реке, куда она меня водила в первый раз, но сегодня она предложила начать наше развлечение немного раньше, в небольшой рощице у той же реки. Она убегала, а мне нужно было её догнать, она пряталась — я искал. И так до тех пор, пока мы оба не вымотаемся. Тэнэ быстрая и неугомонная, действительно похожа на ребёнка, поэтому с ней никогда не бывает скучно. Я внимательно искал её, пытался выведать, где же в этот раз блеснут её светлые локоны, но пока мне не удалось найти ни намёка, на её неугомонную голову. — Ой! Ха-ха-ха! — я резко обернулся и увидел тихо идующую за моей спиной Тэнэ, направляющуюся к речке. Как только наши взгляды пересеклись, она хитро ухмыльнулась, прищурившись, рванула к речке заливаясь звонким смехом, я за ней. — Стоять! — я бежал так быстро, как только мог. Она ловко уворачивалась от преград на её пути и все время смеялась. Ей нравилось это, явно нравилось. Она бегала, широко раскинув руки, словно хотела кого-то схватить. Мне тоже было до чёртиков весело, но я был сосредоточен на том, чтобы поймать эту неугомонную девчушку и как следует её потискать. Звучит довольно странно, но держать её в себе в руках всегда было чем-то приятным. Да, Тэнэ не обладает пышными формами, у неё практически плоская грудь и очень худые бёдра, да и сама она ужасно худая, но это не делало её какой-то непривлекательной или что-то в этом роде, нет, напротив, мне она нравилась такой больше, чем все женщины, что были до этого, наверное, лишь потому, что она всегда со мной мила и вежлива, не возникает и ни на что не жалуется. Это делает её прекрасной и единственной в своём роде женщиной. Я настиг её скоро. Уже начинала виднеться речка, как я схватил её тело в охапку и немного его приподнял. — Попалась! — Тэнэ смеялась громче прежнего, кажется, она была очень счастлива тому, что я поймал её, но всё равно болтала ногами, чтобы я её опустил. — Всё, больше не убегай. Давай просто немного постоим. Тэнэ кивнула, я опустил её на землю, но по-прежнему прижимал к себе. Я опёрся подбородком в её макушку, и мы, притихнув, смотрели вдаль на журчащий источник воды. В этом моменте было что-то по-своему прекрасное, особенно разгорячённые руки Тэнши, лежащие на моих, это было довольно смущающим жестом, но мне всё равно это очень нравилось. Я бы назвал это интимным моментом: Тэнэ обычно держалась от меня на расстоянии, старалась не прикасаться к моему телу без лишней надобности, видимо, из-за того, что я поначалу был с ней излишне груб и резок, но сейчас она практически безропотно позволяла себе подобный жест. Это мне бесспорно нравилось. Вдруг она переплела пальцы с моей левой рукой, выпуталась из моих крепких сетей и потянула меня к реке. — Пора нам немного освежиться, мой Господин! — я поддался ей и поспешил за ней. Мы дошли до реки, и она отпустила мою руку. Тэнши присела на корточки и начала немного омывать свои руки, затем лицо и шею. Я последовал её примеру. Так действительно становилось чуточку легче в столь знойную погоду. Солнце жгло неимоверно, иногда мне кажется, что летом оно уж слишком к нам назойливо и беспощадно, чем обычно. Я отошел в тень, чтобы не так сильно пекло голову, а Тэнэ оставалась на солнышке бегая туда-сюда, иногда плескаясь в воде. Её образ напоминал нимфу или ангела из иностранных поверий: чистое, непорочное дитя с волосами из золота и глазами полными сил бушующего моря. Смотря на неё я начинаю невольно улыбаться. Она такая яркая и чистая, не знаю, что её связало со мной: резким, грубым, озлобленным на мир и богов человеком. Мне кажется, она никогда не должна была мне встретиться, ее бы ждало что-то лучшее, чем встреча со мной. Да, я был бы не так здоров и счастлив, но... Нет, жизнь без её присутствия сложно представить, она луч света в кромешной тьме, как я могу отказаться от посланицы богов, когда утопаю в зыбучей трясине? Это глупо... И всё же... Нормальные женщины не хотят иметь со мной никакого дела, если оно не связано с деньгами и статусом, они не так добры ко мне и бескорыстны, как Тэнэ. Иногда я обвинял её в подобных грехах, но всё это бред, в ней нет ни капли алчности, ни капли похоти, она столь же невинна, как и Сошедший. Не знаю, смогу ли я оставить её как-нибудь подле себя, но мне бы никогда не хотелось терять эту светлую девчушку. — Мой Господин! — я посмотрел ей и кивнул. — Вы стали каким-то хмурым! Улыбнётесь для меня ещё раз? Вам очень к лицу улыбка, мой Господин! — она улыбалась мне, скрепив руки за спиной в замок, а я улыбнулся ей.

Надеюсь, мне не придется терять её.

***

— ...Мы бы могли даже танцевать там! Ах! Было бы чудесно как-нибудь попасть туда на фестиваль! — Тэнши мечтательно смотрела на видневшийся вдалеке храм. Я лежал у неё на коленях и слушал её болтовню ни о чём, пока она перебирала мои локоны. Время было почти вечернее, солнце постепенно заходило за горизонт, а мы по-прежнему не спешили возвращаться в поместье, расположившись под кроной тенистой вишни на возвышенности. Отсюда хорошо было видно и сад, и дом, и реку, и лес, и лавандовые поля — всё было, как на ладони. Ветер приятно обдувал раскалённую дневным солнцем кожу, здесь царили мир и покой, и мне больше ничего не было нужно. В моей жизни, наконец, наступил тот этап, когда я с уверенностью мог сказать, что это лучшее, что могло со мной когда-либо произойти, но я всё ещё надеюсь, что все может быть ещё лучше, если только искренне возжелать этого и хорошенько постараться. — Может, начнём понемногу собираться, мой Господин? Дело близится к ночи, Госпожа Кибуцуджи будет злиться, если мы не вернемся до темноты... — Давай ещё немного так посидим... Пожалуйста, еще немного, — я взял одну её руку в свою и несильно сжал запястье, остерегаясь отпустить её. — Хорошо! — она провела пальцем по моей щеке, вызвав уйму мурашек по коже, и вновь начала поглаживать мои волосы.

***

Сентябрь. Дождь. Звучно разбивались капли о тропы, выложенные камнем, о черепицу дома, разбивались о воду, лужи разрастались на глазах. Мы с Тэнши сидели на веранде, любовались плывущими неоднородными тучами. Солнце не выглядывало уже недели две. Треклятая осень... Но было не так уж и плохо, с Тэнэ это не было проблемой, не уносило в глубины разума, накрывая апатией. Она заменяла мне солнце, находясь рядом. Мы сидели тихо, не обмолвясь ни словом. Никто не решается что-то сказать, я потому что не знаю, она потому что не смеет. Тэнэ смотрит на небо, так завороженно, не обращает никакого внимания на эту серую картину, а я смотрю на неё, не смея ни сказать ни слова ей. Тэнши была явно сошедшей с небес нимфой, светлые пряди золотистых волос спадали на её бледное лицо, остальные были заделаны в незамысловатый пучок красивой шпилькой с белым ликорисом, сделанным из стекла (я подарил ей эту красивую шпильку, сделанную на заказ, мне не нравились её украшения, что не могли в полной мере подчеркнуть её красоты), голубые глаза были распахнуты, а маленький рот приоткрыт от восхищения, всё в ней кричало: "Посмотри! Посмотри, как это прекрасно!" — но я видел лишь её и слышал лишь ливень. Во мне что-то встрепенулось, кажется, я начал что-то осознавать по отношению к ней. Она была для меня всем, рядом с ней я жив, здоров и счастлив, безмерно счастлив. — Мой Господин?.. — я вздрогнул. Её голубые глаза с искренним любопытством смотрели на меня, задавая вопрос "Вы что-то хотели?" Кажется, я слишком предсказуем... Я сделал глубокий вдох и отвернулся от неё, смутившись. — Я просто задумался, — от части это всё было правдой, но, как не странно, вся моя голова была забита ей и только ей. Девчушка хохотнула и улыбнулась, ничего не сказав на мои отговорки. Она отвернулась обратно, продолжая рассматривать это серое, скучное небо. И вот есть же в ней эта способность разглядывать прекрасное в ужасном... Таком же ужасном как я. И как она это видит, и как она этому восхищается, уму не постижимо. Ни одна женщина не смотрела на вещи так широко. Ей даже не приходилось искать: Тэнши видела сразу всё хорошее, а всё плохое отметала, принимала таким, какое оно было, не задумываясь о том, что это плохое может перевешивать хорошее. До сих пор до конца не могу понять её, но всё в ней кричит о чрезмерной доброте и любви к этой жизни. Мне всегда раньше казалось, что Тэнэ сломать легко, она уйдёт, убежит так же как и все остальные, не так уж и выделялась девчонка, чтобы быть непохожей на других. Светлые волосы и глаза безусловно уже делают её другой, но ведь не важно какова оболочка, душа у всех одинаковая. Думал я до тех пор, пока Тэнэ не начала ходить за мной по пятам, улыбаясь мне на каждый мой дрянной поступок. Она такая странная... И в то же время уже неотъемлемая часть меня самого. — Мой Господин, давайте, как-нибудь погуляем под дождём? — её голос по-прежнему так тих и едва различим от шёпота ветра и дождя. — Конечно, как только мне станет лучше, когда господин Тэнэ полностью вылечит мой недуг, — а верю ли я в это лучше? Не совсем... Хоть и хочется верить. Но она повернулась ко мне с таким сияющим от радости лицом... Тэнши просто сияла, её улыбка стала шире и тогда я вновь услышал её лёгкий непринуждённый смех, такой бывает лишь у детей и неё. Такой чистый... И почему я его слышу? Её губы были на вид такими мягкими, пухловатыми, цвета персика. Их так и хотелось поцеловать, они так манили, так притягивали, но... Это неправильно. Я не могу так делать с женщиной ниже меня по статусу. И мы не в тех отношениях, чтобы так поступать с ней. Я не могу просто взять и лишить её чего-то подобного. Это мерзко. Я не имею к ней ничего такого, чтобы могло меня побудить поцеловать её. Даже это трепещущее в груди чувство ничего особого не значит...