Till my breathing stops. // Пока у меня не остановится дыхание.

— Эндрю хочет тебя видеть. В подобной ситуации не было места плану. Нил смутно осознавал причины, по которым вся ситуация казалась столь привлекательной в тот момент. Их было не так много — вероятно, достаточно, чтобы пересчитать их по пальцам одной руки — но, видимо, он был не из тех, кто отворачивается от возможности увидеть что-то необычное. Эндрю Миньярд, разбивший окно, определенно считался чем-то необычным. Однако это не было шокирующим. Не тогда, когда Нил ясно видел как грубо вел себя вратарь, когда вталкивал Кевина в их комнату в общежитии. Он также слышал его тон, когда тот разговаривал с Дэн, и хотя Эндрю не питал особой симпатии к их капитану, на этот раз он был не просто не расположен слушать ее. Он явно вел себя невежественно, и Дэн каким-то образом позволила этому сойти ему с рук — специально, потому что не могло быть и шанса, что она не замечала, как её товарищ по команде обращался с ней. Поэтому он последовал за Ники, как только тот упомянул, что Эндрю хочет его видеть. Защитник выглядел нервным. Нил позволил себе посмотреть на него, пока они шли по коридору, его собственные пальцы лениво скользили по стене, пока он оставался в трех шагах позади старшего из кузенов. Игнорируя вопросы, которые вертелись у него на языке, он поднял голову, кротко наблюдая за Ники. Поймав его взгляд, его товарищ по команде остановился у двери. Его рука уже была на дверной ручке, но он все еще не позволял Нилу войти. Почти ожидая очередных слабых извинений, он уже формировал ответ в своей голове. — Будь осторожен, — к его удивлению, пробормотал Ники себе под нос. Выражение его лица выглядело вполне искренним, и Нил наклонил голову набок. — С твоими словами. Я знаю, что ты… — Я – что? Пауза. Смех зародился в его груди, но он провел языком по зубам, надеясь, что этого будет достаточно, чтобы на время успокоиться. Если он прикусил язык в надежде почувствовать металлический привкус — это был его собственный секрет, который он должен был сохранить. — Я пытаюсь найти общий язык, — вместо этого заявил Ники, его рука теперь свободно скользила вдоль тела. — Обычно я… — Может, тебе стоило подумать об этом, прежде чем засовывать свой язык мне в рот, — резко ответил он, прерывая его. —Просто совет на будущее. Могу я теперь увидеть Эндрю? — Я больше так не буду, — заявил он, и Нил проигнорировал ту часть себя, которая хотела сказать «поздравляю». — Это обещание. Я сожалею, и это больше не повторится. Уголки его губ дернулись в улыбке. — Чего ты от меня ждёшь? Принятия? Прощения? Ну же, ты ведь чего-то хочешь. Просто скажи уже. Он знал, что не стоит верить в отсутствие скрытых мотивов. Однако Ники, похоже, был задет этим обвинением и переминался с ноги на ногу. — Я не могу просто рассчитывать на прощение, — ответил он, нахмурившись, — но я бы солгал, если бы сказал, что не был бы благодарен за него. — Тогда, может, начнёшь с того, что не будешь загонять меня в угол, когда захочешь поговорить о своих нерешённых проблемах, — пробормотал Нил, почти усмехнувшись, когда увидел растерянный взгляд Ники. — В туалете во время матча, когда я был не в лучшей форме? Не впускаешь меня, пока я не отвечу? Довольно забавное совпадение. Стоит посмеяться, вот правда. Рука Ники почти сразу же метнулась к двери. Она уже была приоткрыта, когда он быстро повернул к нему голову. — Я серьёзно. Будь осторожен. Не признавая его слов, он последовал за парнем внутрь. Ники тоже не стал давить, молча указывая на закрытую дверь спальни. Понаблюдав за тем, как он подошел к Кевину и присоединился к нему, усевшись на огромные кресла-мешки — и бросив короткий взгляд на Аарона, который мыл посуду на кухне, явно игнорируя его присутствие — он открыл дверь и шагнул внутрь. Почти сразу же он почувствовал запах крови. Не будет преувеличением сказать, что он был знаком с этим специфическим запахом; не после того, как он провел всё своё детство в поместье Балтимора. Его жизнь в бегах тоже не была бескровной, в основном он видел как кровь его матери или его собственная, просачивалась сквозь пальцы. Однако ничто не могло сравниться с подвалом Балтимора. Он закрыл за собой дверь, лишь мельком окинув взглядом комнату, прежде чем остановиться взглядом на Эндрю. Вратарь сидел на одном из комодов, задвинутых под разбитое окно, наклонившись вперед и сложив руки на коленях. Стекло разлетелось по полу, хрустя при каждом шаге. Пиная его ногой, он наблюдал, как осколки исчезали под кроватью, стоявшей примерно в дюжине шагов впереди. На Эндрю это, судя по его бесстрастному взгляду, не произвело никакого впечатления. — Значит, ты хотел меня видеть, — сказал он, делая ещё несколько шагов вперёд. Запах крови стал сильнее, и Нил не удержался и посмотрел на руку Эндрю, болтающуюся между его ног. Из-за засохшей крови было трудно разглядеть порезы, но можно было с уверенностью предположить, что они несерьёзные. — Довольно разочаровывающее. Если бы ты действительно поранился, то, по крайней мере, получил бы передышку от экси. — И ты бы обрадовался, если бы я это сделал, да? — спросил он в ответ, вздернув подбородок. Движение было едва заметным. Настолько едва заметным, что он сначала даже не обратил на него внимания. — Учитывая твоё недавнее поведение. Очень любезно с твоей стороны, Джостен. На окне позади него не было сетки. Нил не был уверен, зачем Эндрю понадобилось от нее избавляться, но эта мысль исчезла, как только следующие слова сорвались с его губ. — Заставлять птицу махать крыльями – это одно, — ответил он, пожимая плечами с довольно невинным видом, — а видеть, как страдают мои дорогие товарищи по команде, – совсем другое. По-моему, это несопоставимо. — Это будет сопоставимо, когда кто-то пострадает из-за тебя, — коротко бросил Эндрю, засовывая руку в карман. Нил услышал, как ключи звякнули друг о друга — и он узнал этот звук, перехватывающий его дыхание, хотя свои собственные ключи он получил совсем недавно — прежде чем достать из кармана пачку сигарет. — И удача обычно благоволит дуракам, так что это будешь не ты. Он смотрел, как вратарь закуривает сигарету и почти сразу затягивается. Дым тяжело висел в воздухе, смешиваясь с запахом крови. Его кулаки сжались, но он не мог заставить себя отвести взгляд от пламени, которое ползло по бумаге и табаку. — Как-то с трудом вериться, что ты полагаешься на удачу. — Это ничего не меняет, — ответил Эндрю, позволяя пеплу упасть на пол между своих ног. — Это точно будешь не ты. Ты этого не стоишь. — Оу, как обидно, — пробормотал Нил, и в его голосе послышалось веселье, когда с его губ сорвались насмешливые слова. — Я не стою гнева Рико? Ужас. Это была моя самая большая мечта с тех пор, как я впервые его встретил. — Я не говорил, что ты не преуспел. — Вратарь согнул пальцы, словно проверяя, работает ли его рука должным образом. Казалось, он был удовлетворен результатом и лениво поднял голову назад. — Потому что у тебя получилось. Дело в том, что ты не заплатишь за это. Во рту у него скопилась слюна, и он был вынужден её проглотить. — Что ж, тогда это вообще не моя проблема, верно? Раз это буду не я. Взгляд Эндрю не выражал ничего, кроме апатии, его губы были плотно сжаты, даже когда молчание между ними затянулось. Сигарета, зажатая в его пальцах, наконец догорела до фильтра, и без малейшего колебания, он развернулся, чтобы выбросить её в разбитое окно. В его сознании промелькнула искра любопытства, заставляя его язык чесаться от вопросов. Было трудно просто подавить это чувство, сжать челюсти так сильно, чтобы не проронить ни слова. Однако под пристальным взглядом Эндрю, Нил почувствовал, что на этот раз удача не на его стороне. На этом и заканчивается везение дурака. Проведя языком по зубам – возможно, в надежде, что это сделает его тон менее заинтересованным, менее отчаянным, –он спросил: — Так почему же это буду не я, детектив? Хотя выражение лица вратаря не выдавало его, движения определённо это делали. С малейшим проблеском удовлетворения он вздёрнул подбородок. — Потому что ты — тёмная лошадка, — объявил он, вкладывая в эти слова какой-то смысл, который не мог выразить, — с сомнительным прошлым, если этого недостаточно. Один взгляд на тебя — и он отпустит. Нетрудно догадаться, что ты сам выроешь себе могилу даже без его помощи. — Теперь у меня есть ещё одна причина остаться в живых, знаешь ли. Не только для того, чтобы играть в экси, но и для того, чтобы доказать Рико Морияма, что он ошибается. — Его взгляд на мгновение или два, отвлекся на огонёк зажигалки, которую Эндрю протянул, чтобы прикурить ещё одну сигарету. — Или, может быть, доказать, что ты ошибаешься, ведь именно ты сделал это предположение. Может быть, у вас с Рико есть какая-то мысленная связь. Кто знает. Эндрю стряхнул пепел, позволив дыму задержаться в воздухе. — Твоя одержимость экси с каждым днём становится всё скучнее и скучнее. Немного ошеломленный, Нил позволил смеху вырваться из груди. Его товарищ по команде, ничуть не впечатлённый, сделал ещё одну затяжку. Даже когда его лёгкие сжались, а горло сдавило, он не мог не заставить себя вдохнуть призрачный запах дыма. — Это не одержимость, — сумел он сказать, — на данный момент это образ жизни. Кевин, похоже, оказывает на людей такое влияние. Вратарь сжал губы, и они превратились в тонкую линию. Нил, не зная ничего лучшего, догадался, что это выражение отвращения. — И ты всё равно не отдал ему свою игру. — Я знаю, что принадлежит мне. — Он переступил с ноги на ногу, чувствуя лёгкую боль в коленях. — Моя игра принадлежит мне, а не ему. Это легко понять. — Ты знаешь, что принадлежит тебе, — повторил Эндрю, отводя взгляд от дыма, клубящегося прямо над его головой, и снова встречаясь глазами с Нилом. От этого движения он почувствовал, как щиплет глаза, но не был уверен было ли это из-за дыма, который в них попал, или из-за линз, которые он слишком долго носил. — А что насчёт твоей жизни, Джостен? Смог бы ты отдать её кому-нибудь? — Объясни. — У него скрутило живот, и это быстро переросло в легкое головокружение. Переминаясь с ноги на ногу, он провел руками по краям карманов. Швы там были кривые, выставляя напоказ дешевое качество его одежды. — Доверься мне сегодня вечером, — сказал он, его голос не оставлял места для переговоров, — и я позабочусь о том, чтобы тебе не пришлось утруждать себя ни единой мыслью о Рико. Тебе не придется ни о чем беспокоиться, кроме звона таблеток в кармане. Звучит как хорошая сделка, не так ли? — Есть и другой вариант, — предположил Нил, и его ухмылка была настолько широкой, что обнажила зубы. Ответа последовал не сразу же, что подтверждало его предположение. — Ты бы вообще не стал рассказывать мне о Рико, если бы не собирался предоставить мне выбор. — Выбор? — Вратарь выпрямился, и что-то в его тоне давало понять о том, что он должен был звучать угрожающе. Убедив себя, что отсутствие страха вызвано тем, что он всё ещё был выше него на пару дюймов, а не тем, что в его крови все еще циркулируют таблетки, он не отступил. — У тебя нет выбора, Джостен. Это единственный вариант обеспечить твою безопасность. — Не быть в безопасности – тоже вариант, — ответил он, настаивая на своем. Подойдя ближе, он практически вторгся в личное пространство Эндрю, оказавшись в нескольких дюймах от сигареты, зажатой в его пальцах. Игнорируя любой здравый смысл, который пытался пробиться сквозь веселье, он потянулся за сигаретой. Он не ожидал, что вратарь ничего не предпримет по этому поводу. Дым, казалось, мягко клубился перед его глазами, тепло медленно распространялось по кончикам пальцев. Он затянулся, не произнеся ни слова. Взгляд Эндрю по-прежнему был прикован к нему. — Если не я, то кто? — Ни один из моих. — А я ставил на Кевина, — сказал Нил, чувствуя, как горький привкус никотина распространяется по его горлу и устремляется к лёгким. Прошло несколько секунд, пока его расфокусированный мозг пытался сосредоточить свое внимание на членах команды. — Так кто же? — Я уже ответил. — Очень полезно, — пробормотал он. Вратарь без предупреждения выхватил у него сигарету, его движение было быстрым и внезапным, хотя в нём не было настоящей решимости. Сделав ещё одну затяжку, когда пламя уже практически достигло фильтра, Нил даже не опустил руку. Он фыркнул про себя, сжимая пальцы, прежде чем опустить руку вдоль тела. — Так чертовски полезно. — В любом случае это не имеет значения, — заявил он. — Никто в здравом уме не станет нападать на тебя, и это всё, что тебя должно волновать. — Рико в здравом уме? Это что-то новенькое! Взгляд Эндрю был безразличным. — Нет смысла избавляться от того, кто сам уже находится на полпути к этому. — Ещё комплименты? Я весь во внимание. — Уголки его губ приподнялись. — Есть еще одна легкая мишень. Фраза прозвучала ровно и без интонаций, но все равно оставила что-то ноющее в груди Нила. Что-то слишком похожее на вызов, – а игра в экси научила его всегда принимать их, – чтобы игнорировать это. Его челюсть сжалась, улыбка натянулась, когда он быстро нашел ответ. — Осталось не так много людей. Ты когда-нибудь замечал, что твоя команда маленькая? — Ты не считаешь себя её частью? — Вратарь склонил голову набок. Нил молчал, игнорируя ощущение на языке, которое, казалось, требовало, чтобы он заговорил. — Что, собираешься сбежать, когда они снимут тебя с таблеток? — Не думаю, что обязательно всё связывать с моими таблетками. — Что ещё ты можешь предложить? — спросил Эндрю, приподняв брови. — Ну же, развлеки меня. В тебе есть что-то ещё? — Подожди и узнаешь, — ответил он, вздёрнув подбородок. Ветер, дующий из разбитого окна, заставил его кожу покрыться мурашками, но его товарищ по команде остался невозмутим. Он сглотнул, нарушая тишину. — Сет. — Значит, ты не совсем выжил из ума. — Это слишком близко к настоящему комплименту, тебе не кажется? — Девять. — Блондин сменил тему, подняв окровавленную руку. — Мы едем в Колумбию. — Я никогда не говорил, что поеду с вами. — Конечно, ты можешь остаться, — парировал Эндрю, и что-то в его безразличном голосе прозвучало почти как вызов, — и наблюдать за разворачивающимся хаосом, бесполезный и виноватый. — Я не буду чувствовать себя виноватым, — легко ответил Нил, — я не виноват, если он пострадает, верно? Это на его совести. — И ты держишь его в неведении, — сказал Эндрю. — Ты тоже. Вратарь невозмутимо наклонился к нему ближе. Его пальцы дрогнули — почти так, будто он собирался схватить его, — а затем сжались в кулаки. — Если я позволю тебе остаться здесь, ты что-нибудь сделаешь? — Ну, это вопрос к будущему мне. — И это не ответ. — Откуда мне знать? Будущее ещё не наступило, — ответил он, стараясь не обращать внимания на то, что его губы растягивались так, что уже начинали болеть. Он чувствовал, как воздух обдувает его зубы, не подозревая, что они всё ещё на виду. — У меня нет чёткого плана, если тебя это беспокоит. Ну, пока что. Как я уже сказал, каждый вопрос нужно задавать моему будущему «я». Эндрю уставился на него без особого интереса. Его большой палец переместился из кулака на указательный. — Ты должен был быть хорошим лжецом. — Неужели? — лицо Нила вытянулось от удивления, практически излучая его преувеличение. — Тогда ты, должно быть, разочарован. — Ты не можешь быть разочарован, если у тебя нет никаких ожиданий, — возразил он. — А у тебя они есть? Что тебя ждёт в итоге? Его смех был резким. — Смерть, конечно. — Ты не можешь убежать от этого. — Никто не говорил, что я этого хочу, — ответил он, не задумываясь, — это твои слова. Его внимание внезапно привлекла сорванная сетка, или, скорее, то, что от неё осталось, лежащее на полу в углу комнаты. Что-то внутри него сомневалось, что это был неудачный выбор стиля или необходимость в том, чтобы можно было курить в комнате общежития — на окне в другой комнате уже была снята сетка с этой целью. Однако на этом окне также отсутствовала сетка, и это его заинтриговало. Это было лишь временное отвлечение, которое быстро прошло, когда Эндрю снова заговорил: — Не то, чтобы я был неправ. Взгляд Нила загорелся. — Нет, вовсе нет. — Девять, — повторил блондин, сжимая окровавленные пальцы в кулак, а затем снова разжимая их. Наверное, проверяет, работают ли они, — предположил Нил. С новой силой он развернулся и направился к двери. Его пальцы сжались на ручке, когда он попытался избавиться от странного оцепенения в груди, которое почти напоминало предчувствие, нашептывающее ему на ухо, что всё, что он собирался сделать, было ошибкой. Свет, проникавший в приоткрытую дверь, заставлял его прищуриться. В глубине его сознания мелькнула мысль, напомнившая ему о желании, которое обычно было для него незнакомым понятием. Этого было почти достаточно, чтобы он развернулся и вернулся к Эндрю. Почти. Закрыв за собой дверь, он был убежден, что этого достаточно, чтобы сообщить вратарю, что он не собирается идти с ним и его компанией. Уже скучая по запаху сигаретного дыма и радуясь отсутствию металлического привкуса во рту, он вышел из общежития. Он был более чем уверен, что Эндрю уже знал, что не стоит ждать его в девять.

***

Человек способен испытывать чувство вины, когда он ответственен за чей-то вред. Такое поведение считалось бы человеческим и обычно приводило к какому-то пониманию. Увидев человека, охваченного чувством вины, с дрожащими руками и бледным лицом, другой человек с большей готовностью простил бы его. Проступок можно было бы простить - что не означало, что о нем забыли, - и чаще всего этого было достаточно для того, кто изначально был виновен в причинении вреда. Нил Джостен задавался вопросом, была ли его неспособность чувствовать вину следствием наркотиков в его крови или же она была отнята у него гораздо раньше, когда он был ещё ребёнком, готовым подчиняться влиянию окружающих его людей. Глядя на Сета, человека, который должен был взять на себя вину за всё, чтобы не случилось, и за шоу Кэти, он не был до конца уверен. Большинство его воспоминаний до того, как он стал таким, были размытыми даже в лучшие дни, а иногда, когда дни были плохими, ему приходилось напоминать себе, кто он такой, прикасаясь к шрамам, которые были словно выгравированы на его коже. Элисон засунула руки в карманы Сета, несмотря на его явное нежелание. Она методично обыскала их, и этого было достаточно, чтобы в голове Нила возникла нежелательная мысль: никто не сделал бы того же для него. Когда она наконец отошла, держа в руках лишь смятый стик жвачки, её парень бросил на неё раздражённый взгляд. — Я не тупой. Не желая отвечать, она переступила с ноги на ногу, прежде чем поцеловать его. Этого было недостаточно, чтобы разгладить его лицо - раздражение всё ещё читалось, как на ладони, - но, по крайней мере, он больше ничего не сказал. Жвачка была брошена за спину, чуть не попав в Мэтта, который только что открыл дверь, а Дэн стояла всего в шаге от него. Нил заметил, как тот увернулся, чтобы избежать жвачку, и не был уверен, заметил ли он его только что, или это его тихое фырканье выдало его присутствие. Взгляд Мэтта был прикован к его лицу, и черты его разгладились от облегчения. — Рад тебя видеть, — небрежно сказал он, явно не подозревая, как много значат эти слова для Нила. Этого было достаточно, чтобы что-то всколыхнулось внутри него, хотя это казалось более чем неразумным. Его голос был достаточно громким, чтобы привлечь внимание остальных. — Элисон и Сет как раз уходят, потому что хотят прошвырнуться по барам в центре города. Остальные же готовятся к киномарафону. Есть какие-нибудь рекомендации? — Биография Мясника из Балтимора, — бесстрастно сказал он, не сводя глаз с Элисон, которая смотрела на него, приподняв бровь. На ее пальце был намотан золотистый локон, глаза прищурились. Эндрю всё ещё не выходил из своей комнаты, хотя было уже девять. — Прошвырнуться по барам? — Прошвырнуться по барам, — повторила она, слегка наклонив голову. — Что, хочешь присоединиться, псих? — Даже не думай об этом, — почти сразу же выпалил Сет, но она лишь положила руку ему на плечо. На этот раз этого было недостаточно, чтобы остановить старшего нападающего. — Он не испортит нам вечер своим дерьмовым характером. — Мой характер безупречен, — вмешался он, засунув руки в карманы, — так что, думаю, нет причин, по которым я не мог бы пойти с вами. — Не думаю, что это хорошая идея, — резко ответила Дэн. Она скрестила руки на груди. — Не после того, что было в прошлый раз. Мы можем посмотреть фильм, о котором ты говорил, или… — Или он может пойти с нами, — вмешалась Элисон, громким и чётким голосом. — Ничего не случится, Дэн. Я буду там, и это же хорошо - работать над атмосферой в команде, верно? По выражению лица Дэн было видно, что она не убеждена. — А потом что-нибудь случится, и кто будет отвечать за это? — Я даже не хочу, чтобы он был с нами, — добавил Сет, сосредоточившись исключительно на своей девушке. Она стояла, и в её глазах мелькнуло лёгкая искра веселья. — Давай, Эли. Не трать наше время. — У тебя есть одежда, которая не кричит о том, что ты беден? — прямо спросила она, и её улыбка слегка расширилась, когда он кивнул. — Тогда не заставляй нас ждать. — Элисон… — пробормотал Сет, стоя рядом с ней, почти как предупреждение. Она совсем не возражала, продолжая держать его за руку. Мэтт был готов что-то сказать, но Нил не дал ему такой возможности. Как только он увидел, что Мэтт открывает рот, он быстро зашёл в их комнату в общежитии. Одежда, которую выбрал Ники, лежала на самом верху стопки вещей в его сумке. Она даже не была сложена, как остальные вещи, и он оставил её там, не задумываясь. Быстро направившись в ванную, он оделся. Было легко игнорировать тихий гул в голове, напоминавший ему о последствиях Колумбии, о руках Пруста… На его рубашке была самая маленькая дырочка на ткани. Она была незаметна среди других прорех, но её не было, когда он надел её в первый раз. Пальцы на секунду задержались на ней, и горький привкус остался у него на языке, прежде чем он заставил себя выйти из ванной, которая внезапно показалась ему душной. Прежде чем он собрался покинуть общежитие, его взгляд на секунду или две упал на сумку. Внезапно он обрадовался тому, что у его куртки довольно большие карманы. — Хорошо выглядишь, — заметила светловолосая девушка, наклонившись вперёд. Сет даже не посмотрел на него, что-то печатая в телефоне. Увидев это, Элисон снова обратила внимание на парня. — Что, ты правда им пишешь? — Это должен был быть наш вечер, — коротко ответил он. Она раздражённо вздохнула и наклонилась, чтобы посмотреть на экран его телефона. — И ничего не изменилось, — пробормотала она, слегка прищурив глаза, отчего её длинные ресницы стали ещё заметнее. В Ниле вспыхнуло любопытство, которое он быстро подавил, вместо этого прислонившись к стене и уставившись на пару. — Ты правда отменил встречу с половиной своих друзей, потому что я решила взять с собой одного человека? — Ты решила взять его, — возразил Сет, указывая на него пальцем. Нил лишь отмахнулся от него, чем ещё больше разозлил старшего нападающего. — Это мог быть кто угодно другой. — А я решила взять его с собой, — ласково сказала она ему, — так что, может быть теперь мы сядем в машину, пока все бары не закрылись? — Звучит неплохо, — прокомментировал Нил со своей стороны, не привлекая к себе ни капли внимания. Теперь, когда Мэтт и Дэн ушли в женское общежитие, вероятно, готовиться к киномарафону, о котором они упоминали ранее, он остался с Элисон и Сетом. И они, казалось, были больше заинтересованы в своём соревновании взглядами друг с другом, чем в чём-либо ещё. — Пойдём, — внезапно настояла она, опустив руку на плечо парня и мягко сжав его. — Мы поговорим об этом позже. Будет весело, обещаю. — Он сам за себя платит, — только и заявил Сет, уже разворачиваясь и даже не дожидаясь ответа. Элисон по-прежнему не отходила от него, легко следуя за ним на высоких каблуках. Он, идя по крайней мере на два шага позади них, услышал звук открывающейся двери почти сразу, как только достиг лестницы. Звук сопровождался приглушёнными словами Ники - этого было достаточно, чтобы он догадался, что кузены наконец-то вышли из комнаты, не оборачиваясь. Однако осознание пришло к нему, когда они наконец добрались до машины Элисон. Получив указание сесть на заднее сиденье, он вытянул ноги, даже не позаботившись о том, чтобы пристегнуться. Сет пару секунд смотрел на него в зеркало, не говоря ни слова. Глядя на парня, который сегодня должен был стать жертвой, он невольно подумал об Эндрю. Эндрю и его отсутствие в девять. Не совсем отсутствие, быстро поправил он себя мысленно, а скорее ожидание. Потому что вратарь был там, просто между ними была дверь. Однако важно было то, что дверь оставалась закрытой. Прикусив изнутри щеку, чтобы не рассмеяться в присутствии Сета, он откинул голову назад, разорвав зрительный контакт. Эндрю Миньярд не должен был занимать так много места в его голове. Он перевёл взгляд на пейзаж за окном, ещё глубже вонзив зубы во внутреннюю сторону щеки. Элисон и Сет о чём-то разговорили, вероятно, о баре, в который направлялись, но в тот момент это был лишь фоновый шум. Сет внезапно хлопнул ладонью по сиденью, чтобы привлечь его внимание. — Ты вообще можешь пить в твоём-то состоянии? — В моём состоянии? — повторил он, и прошла секунда, прежде чем он понял, о чём идет речь. Сглотнув скопившуюся во рту слюну, он поднял подбородок, чтобы встретиться взглядом с другим нападающим. — Я не принял свою дозу, так что со мной всё будет в порядке. — Тренер об этом не знает, — сказала Элисон со своего места, и, хотя это, вероятно, должен был быть вопрос, прозвучало это скорее как обвинение. Нил пожал плечами. — Тебя же не стошнит где-нибудь в угол, да? Она перевела взгляд с дороги на Сета, и её нижняя губа слегка приподнялась, почти тревожно. Это длилось всего мгновение - вспышка света от встречной машины, - прежде чем эмоция исчезла, и она снова посмотрела вперёд. — Я не буду объясняться за тебя перед тренером, — добавила она, явно пытаясь оправдаться. Забавляясь, Нил откинулся на сиденье, положив локти на колени. — Со мной всё будет хорошо, — наконец сказал он, заметив, что её руки, сжимавшие руль, слегка расслабились. — Глоток алкоголя это решение всех проблем, верно? — Ты ёбнутый, — пробормотал Сет, хотя в его голосе не было обычной враждебности. — Двадцать долларов на то, что рано или поздно даже Ваймак от тебя устанет. — Ты что, заключаешь пари со мной? — Два месяца, — вмешалась Элисон, не дав своему парню ответить, — где-то на Рождество, я думаю. — Ставка. — Я никогда ему не надоем, — сказал Нил со своего места, не обращая внимания на странное ощущение в груди. Как будто что-то было внутри него, и с каждым вдохом становилось всё тяжелее. — Вот увидите. — Это твой способ сказать, что ты присоединяешься к ставке? — Он не может, — твёрдо сказала блондинка, — он может манипулировать ситуацией. Шансы должны оставаться прежними. — Зная о пари, я уже могу им манипулировать, — заметил он, но Элисон лишь пожала плечами. — Тогда будь так добр и дай мне выиграть. Улыбнувшись достаточно широко, чтобы показать зубы, он ответил: — Нет. — Значит, победит Сет. — она приглушила радио, поджав губы. Её взгляд уже скользил по округе в поисках места для парковки. Намеренно игнорируя тот факт, что она пропустила одно место, он сказал: — Тогда мне придётся изменить план. Считай себя победительницей. — Говнюк, — рявкнул Сет со своего места. Через минуту или две полузащитница наконец нашла место, где можно было припарковаться. Прошло ещё несколько минут, прежде чем она поправила макияж перед автомобильным зеркалом. Тем временем Сет открыл бардачок и начал в нём рыться. — Никаких сигарет в машине, — сказала Элисон, причмокнув губами и вытирая их пальцем уголок. — Освежителя воздуха недостаточно, чтобы избавиться от запаха. — С каких это пор? — пробормотал он скорее себе, чем кому-то ещё, и вздохнул, ничего не найдя. — Псих, ты куришь? — Пирамиды,  — предложил Нил и увидел, как Сет сморщился от отвращения. — Но у меня всё равно нет с собой пачки. — Хорошо, — ответил он, отстёгивая ремень. — Они отвратительны. — Они дешевые. — Отвратительны. — Вы двое закончили? — Элисон тоже отстегнула ремень и уже открывала дверь машины. — Я хочу выпить. — Разве ты не должна вести машину? — спросил Нил скорее насмешливо, чем как-то ещё. От холодного воздуха, проникавшего снаружи, у него по коже побежали мурашки, но он не позволил себе вздрогнуть. Она, казалось, ничуть не смутившись, повернула к нему голову. — Да. Вот почему мы пьём сейчас: чтобы потом я могла сесть за руль. Сет первым вышел из машины, хлопнув за собой дверью. Элисон слегка сморщила нос от этого звука, но ничего не сказала и присоединилась к своему парню. Не обращая внимания на гул в голове, напоминавший ему о событиях, произошедших в Райских Сумерках, он заставил себя идти позади пары. В дверях стоял мужчина, который быстро проверил его удостоверение личности. Однако Элисон и Сет вошли внутрь без каких-либо препятствий. Внутри бара было намного светлее, чем в клубе в Колумбии, и это помогало не думать о нём. Элисон плавно прошла между столиками и устроилась на оранжевом диване. Сет быстро присоединился к ней, вынудив Нила сесть на противоположный. — Я хочу картошку фри, — объявила она, переплетая пальцы рук. Она повернула голову к Сету, сосредоточив всё своё внимание на нём. Нападающий посмотрел на неё, и что-то в выражении его лица ясно говорило о том, что он недоволен. — Только. — Я закажу два бургера, — ответил он, не дав ей возможности возразить, — я могу доесть после тебя. — Тогда тот, что с курицей, — она положила руки на стол. — И скажи им, чтобы не добавляли соус. Пробормотав что-то, чего Нил не расслышал - не с грохочущей в ушах музыкой, - Сет поднялся со своего места и бросил куртку на спинку дивана. — Я пойду с тобой, — быстро сказал Нил и последовал за ним, даже не потрудившись снять собственную куртку. Его глаза метались по бару, пытаясь запомнить лица, которые их окружали. Однако, когда он наконец подошёл к стойке, его память была в лучшем случае туманной. Опираясь на неё, он засунул руки в карманы куртки. Его пальцы нащупали нож в кармане. Что-то внутри него жаждало схватить его, сжать руку на рукоятке. Это было довольно извращённое чувство, которое его разум хотел подавить, но он не мог перестать думать об этом. Его глаза на секунду закрылись, прежде чем снова сфокусироваться на Сете. Старший нападающий заметил это почти сразу, и на секунду-другую на его лице отразилось раздражение, сменившееся усталостью. — Что? Мужчина, стоявший за прилавком, оторвал взгляд от стакана, который только что протирал. На его лице читалась нервозность, и Нил изо всех сил старался не фыркнуть, переводя взгляд на Сета. — Я забыл свой кошелёк, — объявил он с фальшивой невинностью в голосе. — Мне все равно. — Да ладно, — Нил переступил с ноги на ногу, слегка вздёрнув подбородок. — Я верну тебе деньги в общежитии. — Как по мне, ты и поголодать можешь, — ответил Сет, но всё же повернулся и посмотрел на мужчину за стойкой. — Ещё один бургер. Улыбнувшись ещё шире, он провёл пальцем по лезвию ножа. Как только Сет расплатился, он развернулся и пошёл обратно к их месту. Он ещё даже не дошел до него, когда старший нападающий уже наклонился к нему: — Ты не забыл свой кошелёк. — Правда? — Нил склонил голову набок, уже закатывая глаза. — Обвиняешь меня во лжи? — Тебе буквально пришлось предъявить свое удостоверение личности, идиот. Его улыбка не дрогнула. — Значит, теперь я не псих? Сет лишь проворчал что-то себе под нос, не дав ему серьёзного ответа. Он слегка толкнул Нила плечом, проходя мимо него и ускоряя шаг. Прошло ещё пару минут, прежде чем подали еду и напитки. Элисон сразу же взяла в руки розоватый напиток и отпила его с довольным видом. Желудок Нила сжался так сильно, что он почувствовал вкус желчи, как только его взгляд сфокусировался на бургере перед ним. Жир уже пропитал упаковку, и с каждой секундой он всё меньше был уверен, что его желудок справится с этим. В этот момент Сет решил поставить стакан перед ним. Почти сразу же, как их взгляды встретились, старший нападающий придвинул его ещё ближе. — Выпей. — Ты выглядишь так, будто тебе это нужно, — добавила Элисон, но в её тоне не было обычной язвительности, с которой она обычно пыталась его оскорбить. Скорее, она казалась довольно скучающей. Когда пауза затянулась, а Нил так и не притронулся к стакану, Сет ухмыльнулся. — Что, теперь будешь вести себя как блядский слабак? Ты был полон решимости пойти с нами выпить, а теперь вдруг отступаешь? Не зная, как ответить, — даже не зная, есть ли вообще подходящий ответ в этот момент, — он наклонился и быстро схватил пару картофелин прямо с тарелки Элисон. Он прижался спиной к спинке дивана, глядя на Сета. Несмотря на его действия, нападающий, казалось, не был пока что в ярости, и на данный момент этого было достаточно. — Я не особо люблю быстрый темп, чувак. — А я не люблю воров, — прокомментировала полузащитница со своего места. — Так откуда у тебя все эти деньги? Насколько я помню, ты лишилась семейного состояния. Выражение лица Элисон не соответствовало тому, как она сжимала пальцами стакан в своей руке. Она поставила стакан на стол и посмотрела на него. — Разве с тобой не так же? Довольно интересно, что ты пришёл сюда, уже записавшись на терапию, и одет в самую дешёвую одежду из Гудвилла. Не говоря уже о том, что у тебя даже нет медицинской страховки, но каким-то образом ты смог получить медикаментозную терапию. Подперев подбородок ладонью, она слегка наклонила голову, словно бросая вызов. — С тобой в целом что-то не так, — пробормотал Сет со своего места, уже допивая свой первый стакан. — И у меня есть вопрос по этому поводу, — быстро вставила Элисон, в глазах которой уже мелькнуло любопытство. Не дав ему возможности перевести внимание, она продолжила: — Миньярд. — Аарон? Она усмехнулась. — Ты чертовски хорошо знаешь, что я говорю не о нём. Что между тобой и монстром? Игнорируя ту часть себя, которая все еще чувствовала себя скованно после того, как услышала, с какой легкостью все называют вратаря монстром, он позволил своим бровям подняться в виде невинного замешательства. — Что на этот раз? — Вы вместе ходили по магазинам, — сказала она, и слова сорвались с её языка как обвинение. — Даже его маленькая разношёрстная семейка никуда не ходит с ним. Так что позволь мне снова спросить тебя, что у него за сделка с тобой? Сет повернул к ней голову, и на его лице отразился безмолвный вопрос. Увидев это, Элисон улыбнулась чуть шире почти так, словно гордилась собой. — Рене сказала мне, но сейчас это не имеет значения, — она почти сразу же снова посмотрела на него. — Так что? — Не помню – значит, не было, — ответил он, сделав глоток. Ощущение жжения в горле занимало его мысли всего секунду или две, прежде чем исчезнуть. — Есть ещё вопросы? — Напомни мне, зачем мы взяли тебя с собой, — пробормотал Сет скорее себе, чем ему, и отставил свой бокал. Вместо этого он сосредоточился на своём бургере. — Из-за моего блестящего характера, — сделав ещё один глоток, он попытался сосредоточиться на тепле, медленно разливающемся по его животу. — Допрос окончен? — Это был просто дружеский разговор, — сказала Элисон, не обращая внимания на то, как он сразу же ухмыльнулся, услышав это. Сет проглотил кусок и поднял на него взгляд. — Монстры отвезли тебя в Колумбию. Ты не можешь ворчать из-за того, что оказался в баре из всех возможных мест. — Может быть, в Колумбии было лучше. — Было ли? — настаивал Сет. — Тренер поднял шум из-за того, что ты вернулся с травмами. Не говоря уже о том, что ты даже не вернулся вместе с ними. — Я нашел свой путь обратно. Тёплый соус стекал по его пальцам, и Сет просто ухмыльнулся, небрежно слизывая его. — Конечно, ты это сделал. Элисон, уже закатившая глаза, лишь протянула нападающему несколько салфеток, не обращая внимания на его поведение. Взяв их, Сет лишь коротко кивнул, не сказав ни слова. — Последний вопрос, — сказала она через некоторое время, когда стакан Нила наконец опустел. Посмотрев на неё, он взял другой напиток с подноса, лежавшего в центре стола. — Почему ты пошёл с нами? «Потому что, предположительно, твой парень в опасности» сухо подумал он, уставившись на жидкость в стакане. Сглотнув, он постарался не обращать внимания на то, что часть его сознания подсказывала ему, что отчасти это будет и его вина. Что, если он проигнорирует это, то станет немного похож на свою мать, которая заставляла людей страдать только для того, чтобы выжить. Только для того, чтобы сохранить им обоим жизнь. — Скука, — наконец сказал он ей. Не совсем убеждённая, Элисон поджала губы. — Никаких скрытых мотивов, если тебя это интересует. В этот момент Сет решил встать и вытер пальцы одной из салфеток. Нил уставился на него, когда он засовывал салфетку в карман, и его взгляд уже был прикован к его девушке. — Я вернусь через минуту. Элисон почти сразу же прищурилась. — И куда ты идёшь? — В туалет. Они оба смотрели, как Сет исчезает где-то в толпе, и ни один из них не хотел ничего говорить, чтобы нарушить молчание. Музыка из динамиков была почти не слышна из-за множества людей вокруг, слова песни было практически невозможно разобрать. На этот раз Элисон, похоже, совсем не возражала, когда он стащил её картошку фри, и даже подвинула к нему свою тарелку. Её взгляд был уже прикован к телефону, а пальцы порхали по клавиатуре с такой скоростью, что ему это казалось почти невозможным. Допив второй стакан, он повернулся, чтобы обвести взглядом толпу. Шанс был невелик - и даже он казался призрачным, - что, в толпе произойдёт что-то необычное, но это было лучше, чем смотреть на своего стакана. Чувство тревоги медленно закрадывалось в его душу, заставляя его пальцы барабанить по краю дивана. Секунды превращались в минуты, и что-то в его душе тяжелело, поскольку нападающего всё не было видно. — Я пойду проверю Сета, — сообщил он, уже вставая. Полузащитница лишь на секунду-другую оторвала взгляд от телефона, коротко кивнула и потеряла к нему интерес. Только тогда он заметил, что она даже не пользуется своим телефоном, который оставила, а вместо этого полностью поглощена телефоном Сета. Так что, если бы что-нибудь случилось, Сет не смог бы связаться с ними. Теперь в баре, казалось, было ещё больше народу, и пройти через него, не расталкивая локтями незнакомцев на своем пути, было невозможно. Ну, этого можно было бы избежать, если бы он попросил их подвинуться, но Нил даже не рассматривал такой вариант, направляясь в уборную. Было необычно тихо. Он огляделся, намеренно игнорируя зеркало на стене. По-прежнему не замечая никаких следов присутствия Сета, он в отчаянии прижал язык к зубам. Прошло ещё несколько секунд, прежде чем он заметил запертую кабинку. Решив попытать счастья, он решительно постучал в дверь. Тишина. Постучав еще раз, он дернул за ручку. Та не поддалась под натиском, и он странно остро ощутил, как на затылке выступил пот. — Кто-нибудь есть? Тишина. Хотя это казалось бессмысленным, он постучал ещё раз, на этот раз настойчивее. С другой стороны по-прежнему не было слышно ни звука. Мысль начала закрадываться в голову: Сета там не было. Теперь он даже не знал, где искать нападающего; его разум практически прыгал от вывода к выводу, не останавливаясь ни на секунду. Он уже собирался развернуться, когда с другой стороны донёсся приглушённый шум. Его следующие движения были автоматическими и скованными, практически слившимися воедино. Где-то по пути он схватил нож, отчаянно пытаясь открыть дверь. Часть его, которая всё ещё была убеждена, что его не ждёт ничего, кроме апатии и жизни без желаний, хотела, чтобы он остановился, но он продолжал бороться с замком. Дверь наконец открылась, издав глухой звук, когда её толкнули до упора. Но он не обратил на это ни малейшего внимания; не тогда, когда Сет Гордон был прижат к стене, дрожащий и вспотевший, с прижатой рукой у рта. — Блять, — пробормотал он, глядя на державшего его мужчину. Тот выглядел ненамного старше него; мешковатая одежда на его фигуре тоже не добавляла ему возраста. Нил крепче сжал нож и заметил, что взгляд незнакомца задержался на нём. — На твоём месте я бы приполз к тому, кто тебя нанял. — Никто меня не нанимал, — ответил он с ядовитой ноткой в голосе. Нил прищурился, вглядываясь в лицо собеседника. — Ты Ворон, — догадался он, придав своему голосу уверенности. Увидев, как предполагаемый Ворон напрягся, он вздёрнул подбородок. — Блядский Ворон. Сет воспользовался этим моментом, чтобы наклониться и закашляться, его слюна стекала вниз и падала на пол. Взгляд Нила медленно переместился на него, сосредоточившись на том, как тяжело он дышит и как слезятся его глаза. — Что ты наделал? — обвинил он, судорожно сжимая пальцы. Ворон ухмыльнулся, и на его лице появилась насмешливая улыбка. — Что ты… Дверь открылась, затем с грохотом закрылась. Другой Ворон - как он догадался по одежде, которая полностью совпадал с тем парнем, который находился в кабинке, - вошёл внутрь и почти сразу же замер. Его губы были приоткрыты, кадык слегка дернулся. Не обращая внимания на порочную часть себя, которая настаивала на том, чтобы напасть, использовать нож, обезопасить себя, он переступил с ноги на ногу. Во рту у него скопилась слюна, ладони вспотели, но это было ничто по сравнению с Сетом, который всё ещё кашлял, с трудом переводя дыхание. Это было слишком знакомо, слишком близко, чтобы не заставить его кровь закипеть. Однако внутри него было что-то более трезвое, что удерживало его от того, чтобы наброситься на воронов. — Ты оставишь его, — предложил он, и его голос прозвучал странно хрипло даже для него самого, — и никто ничего не узнает. Тот, кто всё ещё держал Сета за воротник, выглядел так, будто обдумывал это. Нил не дал молчанию затянуться. — Просто скажи мне, что он принял, чувак. — Если он умрёт, — с презрением заметил другой, — никто не узнает, что это мы. Просто ещё один наркоман, умер из-за своей зависимости. Ничего нового. — Это то, что Рико сказал тебе? — ухмыльнувшись, Нил сделал шаг назад, переводя взгляд с одного на другого. — Подумай над моим предложением. Это легкий путь, верно? Никто не пострадает. Не считая Сета, который теперь сжимал в руках рубашку, которая была практически мокрой от пота. — Ты не пойдёшь за нами, — хватка ворона на рубашке Сета немного ослабла, и даже в таком состоянии старший нападающий быстро поднял локоть и глубоко вонзил его в живот противника. — Блять! Даже не задумываясь о недостатках, он тут же потянулся рукой к Сету, чтобы схватить его за рукав. Его движения были неуверенными, длинные пальцы крепко сжимали плечо Нила, пока нападающий пытался удержаться на ногах. — Меня сейчас стошнит, — слабо сообщил он, сплюнув на землю. Взгляд Нила переместился на него лишь на секунду. — Хорошо. — Мы уходим, — наконец решил нетронутый ворон, оскалившись. Он посмотрел на своего товарища по команде, и на его лице что-то слегка смягчилось. — Вставай. Несмотря на это, он даже не протянул руку, чтобы помочь ему подняться, и с презрением наблюдал, как напавший на Сета приходит в себя и встает на ноги. Он убрал руку с ножом в карман, плотно сжав губы. Сет, опирающийся на его плечо, казалось, с каждой секундой становился всё тяжелее, но он не отводил взгляда от дуэта, в котором один человек хромал позади другого, направляясь к выходу. Намеренно игнорируя завуалированную угрозу, высказанную вслух одним из воронов, он затолкал Сета обратно в кабинку. Отчаянно пытаясь не думать о том, что Элисон где-то в клубе одна, он схватил нападающего за волосы и заставил его опустить голову. — Блюй. Сет не особо старался освободиться, но сам Нил не был уверен, было ли это отсутствием сил или мотивации. Однако, несмотря ни на что, он не отпустил его. — Я не какая-то сучка с булимией, — прошипел старший нападающий, его голос охрип от очередного приступа кашля. — Что, боишься тошноты? — насмехался он, медленно опуская взгляд и размышляя, не будет ли сейчас неплохим решением врезать ему в живот. Сет на секунду замолчал, но этого было достаточно, чтобы Нил ухмыльнулся. — Ты шутишь. — Нахуй иди. — Открой рот. — Нил слегка пошевелился, и его колени хрустнули. — Я не ёбаный педик, чтобы меня тра… — Не дав ему договорить, Нил засунул пальцы глубоко ему в горло. Сет громко закашлялся, впиваясь зубами в кожу, его тело сотрясалось в конвульсиях. — Я лучше убью себя, чем прикоснусь к тебе таким образом, — громко пробормотал он, глядя, как кровь капает с его пальцев на рубашку Сета. — К тому же я не интересуюсь. У старшего нападающего не было возможности ответить, потому что его снова стошнило от очередного приступа кашля. Нил почти сразу же прижал руку к груди, едва заметив, как кровь испачкала рукав его рубашки. — Какого хуя?! Он вскинул глаза и почти сразу же заметил знакомую копну светлых кудрей. Элисон Рейнольдс стояла всего в нескольких шагах от него, оставив дверь открытой, когда вошла внутрь. — Я этого не делал, — почти сразу же заявил он, подняв окровавленную руку, словно это было достаточным доказательством. Элисон прищурилась, откинула волосы назад и бросилась к Сету. Нил послушно отошёл в сторону, освободив ей достаточно места, чтобы подойти ближе. — Он что-то принял? — спросила она, нахмурив брови и широко раскрыв глаза, стоя у него за спиной и убирая волосы с лица. — Джостен. — Не по своей воле, — огрызнулся он, игнорируя тошноту, медленно подступающую к горлу. — Я… это был не я. Я нашёл его таким. — Что ты имеешь в виду, говоря, что нашёл его таким? — Она снова переключила внимание на Сета, как только он снова закашлял, и вытерла ему лоб ладонью. — Вороны, — пробормотал Сет, слова исказились из-за хрипоты в его голосе. Губы Эллисон слегка приоткрылись, и с них сорвалось что-то похожее на вздох, когда она отчаянно попыталась заправить волосы своего парня за уши. Когда это не сработало, она вытащила заколки из своей причёски, не обращая внимания на явное сопротивление Сета. — Они убежали, — добавил Нил и почти сразу же сглотнул, почувствовав, как к горлу подступает желчь. Элисон замерла, подняв взгляд и встретившись с ним глазами. — Я сосредоточился на Сете. — Я вызову скорую, — ответила она мягким голосом, лениво перебирая пальцами волосы своего партнёра. — Я позабочусь об этом прямо сейчас. Он медленно вытащил нож из кармана, приподняв лезвие так, чтобы она могла его видеть, но не настолько, чтобы оно попало в поле зрения Сета. Подняв брови, он посмотрел на неё, ожидая какой-либо реакции. Единственное, что выдавало её нервозность, — это неконтролируемый глоток. В остальном её лицо оставалось неподвижным; вероятно, это был результат её собственного опыта общения со СМИ, который она приобрела, будучи частью семьи Рейнольдс. Наконец она медленно кивнула, переводя взгляд с ножа в его руке на выходную дверь. На её лице промелькнуло лёгкое сомнение, прежде чем она прикусила язык, чтобы скрыть его. — Тогда я пойду, — сообщил он, не отрывая от неё взгляда, почти ожидая, что она его остановит. Может быть, он надеялся, что кто-то действительно будет достаточно заботиться о нём, чтобы предложить ему не подвергать себя опасности. Элисон отвернулась еще до того, как он дошел до двери. Проталкиваться сквозь толпу стало сложнее; от малейшего прикосновения к чьему-то телу внутри у него всё сжималось от какого-то непреодолимого страха, отчего тошнота становилась еще сильнее. Люди вокруг, казалось, заметили его состояние — или, может быть, это был просто смешанный запах крови и рвоты на его одежде, — и ему стало легче выйти на улицу. Холод тут же окутал его тело, заставив руки крепче сжать нож. Глаза слезились, когда он шел вперёд, и единственной его спутницей была надежда увидеть дуэт мужчин в одинаковой одежде. Это была удача. Он даже не сразу заметил их, так как темные тени скрывали их черную одежду. Бледная кожа выдала одного из них и почти сразу привлекла внимание Нила. Что-то внутри него, казалось, постоянно кипело — независимо от обстоятельств, независимо от того, в каком он был состоянии, — подало знак о своем присутствии. Не зная точно, чего ожидать, не имея ни малейшего представления о том, что делать, он бросился в переулок. Ни одной мысли не было в его голове, когда он налетел прямо на самого высокого из воронов, его руки дрожали, когда он повалил его на землю, пока тот ещё не пришёл в себя и не начал сопротивляться. Пара рук почти сразу же оказалась у него под мышками, ногти впились в кожу, когда он опустился коленом на живот своей жертвы, - можно ли было считать его жертвой, когда Сет всё ещё давился собственной рвотой в общественном туалете. С каким-то мрачным и первобытным чувством в груди он позволил ножу найти путь к телу. Сзади раздался болезненный стон, но давление на его руки исчезло; освободившись, он не удержался и двинулся вперед, сжимая руку в кулак и нанося удар по лицу лежащего. В голове раздался гул, похожий на статический звук радиоприемника, когда он повторил это действие еще раз, не обращая внимания на внезапно ставшие влажными костяшки пальцев. На тротуаре была кровь, но он был слишком сосредоточен на человеке перед собой, чтобы думать об этом. — Отвали от него! — другой ворон схватил его за плечо и с силой потянул вниз. Бедро Нила ударилось о землю, а одна из его ног всё ещё была перекинута через тело другого мужчины. — Ты…! Нож застрял в бедре стоящего мужчины. Он непристойно торчал наружу, и если бы он всё ещё был под кайфом, то, наверное, даже посмеялся бы над этим, но сейчас он мог думать только о том, что нож был достаточно близко, чтобы схватить его. Из-за своего положения он не видел, насколько глубоко вошло лезвие; не то чтобы, его не особенно волновало, если бы это стало для ворона смертельным. Некоторым птицам необходимо подрезать крылья, подумал он. От этой мысли внутри него что-то зашевелилось, и тошнота усилилась. Его желудок сжался, рука застыла на полпути. Он на долю секунды задумался о преимуществах и недостатках, прежде чем выхватить нож. Когда он это сделал, в ушах зазвенело от влажного звука, и что-то уперлось ему в зубы. Он не понял, когда именно, но, когда в нос ему ударил запах крови, он почувствовал, как в горле у него застряла желчь. Те части его, которые ещё не оправились после всего, что случилось с его матерью, твердили, что он стал слабым. Словно пытаясь доказать обратное, он взмахнул ножом, одновременно поднимаясь на ноги. Второй мужчина всё ещё лежал на земле, и Нил был ему за это благодарен. Ворон внимательно смотрел на него, одной рукой обхватив кровоточащую часть своей ноги. Пальцы сжимали ткань, и на мгновение Нил представил, как она, вероятно, скоро прилипнет к ране. В первый момент он даже не обратил внимания на звук сирен. Громкий звук был просто рядом, не более чем фоновым сопровождением. Всё его внимание было сосредоточено на мужчине перед ним — на том, как он стоял, словно представляя угрозу, несмотря на то что именно у него была ранена нога. Ещё одна волна ярости прокатилась по его телу, но на этот раз он сжал рукоятку ножа в кулаке. Он ожидал ещё одного удара. Нил нанёс удар, и кровь потекла по его руке, когда он отступил на шаг. Нож медленно выскользнул из его пальцев и с громким лязгом упал на землю. Прошло около дюжины секунд. Подошва его ботинка вдавила нож глубже, пальцы крепче сжали таблетки в кармане – из-за неудобного положения по крайней мере часть из них высыпалась на землю, когда он попытался достать две из них, – прежде чем затолкал их в свое пересохшее горло. Бутылочка с таблетками тоже упала где-то в процессе и откатилась как минимум на несколько шагов. Впрочем, это не имело значения. Не тогда, когда пара наручников внезапно оказалась на его запястьях.