Тень Тхэурда: шепот из глубин

Дождь закончился к обеду следующего дня. Привычный шум ненастной погоды сменился непривычной тишиной. И даже ветер как будто боялся заглянуть в укромное место в горах Лина. Бесшумно скатывались капли с черепицы, угождая в бочку. Медленно. Тягуче. И это был единственный звук в опустевшем лагере. Ни треска большого костра, ни стука молота в кузне, ни жующих сено коз. Когда дождь закончился, здесь не осталось никого, кто бы смог обрадоваться первым теплым лучикам солнца. Дом приветствовал холодным воздухом – жар от камина уже давно выветрился. Здесь было темно и даже открытая нараспашку дверь едва пропускала свет. Взгляд зацепился за прялку, на колесе которой остались намотаны остатки пряжи. На мгновение почудилось, что колесо пустилось в пляс, привычно поскрипывая. Не более, чем наваждение. Рэя прошла мимо примятой соломы, сразу заворачивая в комнату. Переступить порог девушка не решилась. Какая-то невидимая сила не давала ей пройти внутрь, где было холодно и тихо. Широкая кровать все еще стояла в центре, как и простыни, в которые навсегда въелась кровь. Дуновение ветра потревожило открытые ставни и в комнате раздался скрип. «Надо бы закрыть», – вздохнула Рэя, но с места не сдвинулась. Она сжала в руке нить из медных бусинок, в пару больших шагов пересекла комнату и наглухо закрыла ставни. Мрак тут же поселился в маленьком помещении. Оборачиваться не хотелось, и вот она уже не спешила покидать домик. Свет с улицы просачивается сюда широкой полосой, но девушка отчего-то медлит. Губы вздрагивают, но слова не вырываются, боясь быть услышанными. Рэя так ничего не произносит. Краем глаза замечает нечто бордовое, темным пятном свисающее с кровати почти на пол. Шаль, в которую она насильно укутала Лореанну. Это было так недавно. И так давно. Подхватив теплый платок, она покинула дом. Всего три небольшие ступеньки вели в некогда теплые стены. Оказавшись на верхней, Рэя втянула холодный воздух полной грудью, поморщившись от неприятного жжения в горле. Взгляд зацепился за стальные трубочки музыки ветра, замершие теперь навсегда. Обернувшись, она схватилась за ручку. Дверь протяжно скрипнула, полоса уличного света неминуемо сузилась и последнее, что увидела Рэя, – это заполненная полумраком пустота. Замок щелкнул и Рэя заметила, что последние две ступеньки остались позади поразительно быстро, словно их не было вовсе. — Идем? – ее отвлек от размышлений тихий голос Наставницы. Задержав взгляд на стариках, которые нянчились с малышами, девушка произнесла единственно верное слово: — Да. — Коза на тебе. – Наставница бесцеремонно протянула веревку. Животное что-то проблеяло, явно заставляя поторопиться. — Будешь упрямиться в пути, пущу на мясо. – пригрозила Рэя, дважды обмотав веревку вокруг кисти. Коза на мгновение перестала живать травку и жалостливо взвизгнула, будто поняла человеческую речь. В этот же момент в затылок ударили, несильно, но кожа разгорелась неприятным ощущением. — Будешь запугивать и мы останемся без молока. Уходящей вперед Наставнице девушка ничего не успела сказать. Зато вот коза красноречиво заблеяла ей в лицо и горделиво зацокала копытами. — Я сейчас точно слышала оскорбление в свой адрес. – пробубнила Рэя, потирая затылок. – Дожили, с животными общаюсь. Подойти к туннелю оказалось легко, как и войти в него. Тихие неторопливые шаги отражались от неровных землистых стен. Никто не проронил ни слова. Каждый боялся остановиться даже на миг, будто земля могла превратиться в беспощадное болото и поглотить без остатка. Оставался последний шаг и лагерь беженцев навсегда останется позади, в прошлом. Рука бездумно потянулась к лианам и отодвинула живые веревки, слепя глаза дневным светом. Рэя последняя вышла из туннеля. Конечно же, воздух на этой стороне ничем не отличался от такового в лагере. Но Рэя была готова поклясться, что задохнулась первым же вдохом. Секунда, длившаяся непозволительно долго, прервалась, когда веревка дернула ее вперед. Недовольная нерасторопностью девушки коза что-то громко проблеяла и потянула веревку. Кажется, она не желала отставать от путников. И Рэе ничего не оставалось, кроме как поддаться чересчур напористому животному и, наконец, пойти следом. — Путь, как я поняла, не близкий. – начала издалека Таннэя. – А вещичек у нас маловато будет. — Куда тебе еще барахла? – чуть не подавился старик. Малыш в его руках заерзал, а бабуля недовольно шикнула на расшумевшегося деда. — Разбудишь – я помогать не буду! – грозно прошептала Таннэя. — Да-да, я же тихонько. Так чего тебе в город приспичило? Вяленого мяса мало? — Вот именно! Суставы и без того скрипят, а ты предлагаешь запихивать в себя еще больше соли. — Ай, ну тебя! У нас, между прочим, два великолепных охотника в распоряжении. – с важным видом сказал Ноани, при этом голову поднял так высоко, как только позволяла закостеневшая шея. Ребенок зашевелился уже более активно. Тэм наморщил носик, закряхтел. Ноани тут же принялся укачивать малыша, пока тот не заплакал. Наблюдая за этим зрелищем, Таннэя никак не могла скрыть довольной ухмылки. — Поделом тебе. – посмеивалась она скрипучим голосом и вдруг обернулась. – В городишко все-таки заскочить надобно. Я там была только один раз, меня не узнают, будьте спокойны. А вот сплетни… кхем, новости-новости узнать стоит. На всякий случай. И нечего так смотреть на меня! Ни Рэя, ни Наставница спорить не стали. Разузнать обстановку за последние пару недель все же было необходимо, чтобы потом ненароком не нарваться на неприятности. Приближаться к воротам Кармэна не рискнули. В городе до сих пор был установлен строгий пропускной контроль – одни ворота на вход и выход. Однако очередь из жаждущих попасть за высокие стены города к полудню всегда растворялась. Рэя вчитывалась в дорожную грамоту. Печатный текст ее не волновал, но вот написанное под ним имя тревожило. Имя Лореанны было выведено витиеватыми буквами на пожелтевшей бумаге и девушка точно знала, что стража знает какой именно «Лореанне» из гор Лина принадлежит эта вещица. — Что-то не так? – поинтересовалась Наставница, когда Рэя прожигала взглядом несчастный листок уже в пятый раз. — Думаю, они усилили меры безопасности и с этой грамотой Таннэю не пропустят. — Что же это, я за бабку с таким именем не сойду?! – в этот раз уже дедушка шикнул на Таннэю. — Не в этом дело. – замотала головой девушка. – Они знают Лореанну в лицо, и девушек с таким именем в Кармэне, как и во всей Патере не водится. — Как это? – недоумевал Ноани. — А ведь правда. – Нэна задумалась, пытливо перебирая в голове многолетние воспоминания. – Не родное для Патеры имя. — И что же это теперь, в город никак не попасть? – Таннэя не собиралась так просто сдаваться. По ее взгляду можно было понять, что эта бабушка хоть через канализацию пройдет, но в недра города попадет. — Можно кое-что попробовать. – неуверенно начала Рэя. Идея была спонтанная, а нужный результат маловероятен. Взмахнув рукой, в воздухе заискрились серебряные звездочки, а на ладонь прыгнула ящерка с лазурными полосами на спине. Ее глаза принялись вращаться в разные стороны, оценивая обстановку. — Хамелеон может скрывать некоторые вещи, будь то предметы или текст. Ненадолго, конечно, но… – Рэя припомнила обнаруженные когда-то записи Чтеца. – Чернила с драконитом можно скрыть на сотни лет. — Хох, полезная штука. – встрепенулся Ноани, неосознанно потерев запястье. Рэя положила грамоту на камень и опустила хамелеона рядом. Маленькая ящерка поглазела на предстоящую работу. Пройдясь лапками по чернильным буквам, те тут же растворились, словно без остатка впитались в тоненькую бумагу. Порывшись в бездонном мешочке, девушка выудила из него черный брусок и перо. «Кто бы мог подумать, даже это пригодится». Пара нехитрых манипуляций и вылитая вода на камне окрашивается в истинно черный цвет. Обмакнув острый кончик в полученную смесь, девушка принялась выписывать новое имя, стараясь подражать недавно исчезнувшим буквам. — Весьма похоже. – Нэна по достоинству оценила работу. – И всего лишь толика усердия. От такого нескрываемого укола в ее сторону, Рэя даже смутилась. Она недовольно закатила глаза, умело скрывая непрошенное чувство. Но Наставница была права, – меч мог крепче лежать в ее руке, будь девушка чуть собраннее. — Не задерживайся. – Рэя протянула грамоту бабуле. – Неизвестно, когда вновь проступят старые чернила. — Да-да. Я быстро, туда и обратно. Карапузы даже проснуться не успеют. И бабуля Таннэя засеменила к воротам Кармэна, на удивление, быстро для ее возраста. — Порой мне кажется, что она не так проста. – прищурившись, Рэя наблюдала за удаляющейся сгорбленной фигурой. — Хах! А выдумаете, я бы женился на обычной девице? Ха-ха! – старик Ноани непозволительно разошелся смехом, за что тут же получил порцию шипения сразу с двух сторон. — Тю, будет вам. – недовольно буркнул он, укачивая малыша. – Да у тебя талант, Рэя! Малыш Тэм в твоих руках даже не пискнул ни разу. А ведь именно он самый бойкий. – старик медленно расплылся в улыбке. – Пади, опыт в няньках уже имеется. В помыслах Ноани не было ничего предосудительного. Он лишь случайно обратился к ранам прошлого, которые Рэя так старательно игнорировала последние годы. И почему-то ожидаемой боли не последовало. — Да, сын сестры. – тихо ответила девушка. Рэя не заметила, как напрягся старик, а Наставница внимательно взглянула на нее. Сложить пазл из фрагментов, что изредка всплывали с самого первого дня пребывания девушки в лагере, не составило труда. — Прости, я… не знал. Рэя лишь помотала головой. Голубые глаза рассматривали Тэма, чем-то напоминающего ей того мальчика, у которого наверняка остался отвратительный рубец на лице. — Странно… не понимаю. – прошептала она. — Что, чего не понимаешь? – Ноани заинтересованно придвинулся на камне. Пустая мысль крутилась в голове, она зудела, раздувалась, но увидеть ее никак не удавалось. Рэя едва ли могла объяснить, но она попыталась: — Я здесь… но меня здесь нет. Воцарившаяся тишина отнюдь не напрягала, не висела грозовой тучей над головами. И все же Ноани прервал ее. — Я понимаю. Странно, наверное, звучит от старого маразматика, но все же. Мы с Таннэей многое потеряли там, в Супреме. Она отняла у нас самое дорогое, – Ноани ласково посмотрел на успокоившегося Оку. – Оставила с дырой в душе, которую мы не смогли заполнить, сколько бы не пытались. Долгие, долгие годы были только мы, пока на коже не проступили морщины, а в волосах – седина. А потом эта история, ха-ха, точно поворот судьбы, и мы очутились здесь. – Ноани на секунду задумалась, а потом заулыбался. – Да, да, так и есть! Эту дыру заполнили вы, все вы. Мы наконец почувствовали себя родителями и даже стали ими. Про то, чем закончилась эта история, никто упоминать не стал, но во взгляде каждого читалась боль недавней утраты. — Многих мы похоронили. Какое родительское сердце это выдержит? – со всей серьезностью сказал Ноани и обратился к девушке: – Поэтому, Рэя, если судьба поворачивается к тебе задом, надери его! — Он прав. – сказала Наставница. – Ярость затмевает разум, но и она же дает нам силы двигаться вперед. Рэе нечего было ответить. Сколько бы она ни прислушивалась, сколько бы ни пыталась увидеть, собственный огонь в сердце был незрим для нее. Если он вообще еще полыхал. — Ты бы хотела вернуться? – вдруг неуверенно спросила Нэна. — Куда? В прошлое? – недоумение читалось на лице девушки, но высокая полупусто́та только кивнула. – Я не думала о таком. Да и невозможно это. — А если бы могла? – видимо, Нэна не собиралась отступать. — Ну... Перед глазами промелькнул день, о котором Рэя никогда не вспоминала. Да и вообще хотела бы забыть. Безумные глаза человека, чье лицо скрыто за железной маской. Стальные прутья, такие холодные и прочные. Голубые глаза сестры и ее последний… Нет. Думать об этом было слишком тяжело. Поток мыслей обрывался сам, будто мозг пытался предостеречь хозяина. — Он отделался слишком легко. – выплюнула Рэя. Наставница оценивающе взглянула на исказившееся лицо девушки. Что творилось в голове двухметровой полупусто́ты, понять было практически невозможно. — Он все еще не умер для тебя. – с необъяснимой тоской сказала Нэна, чем ошарашила Рэю. — Что… я… нет… — Ты бы стала что-то менять? Хоть что-то? — Куда ты ведешь? Я тебя вообще не понимаю. – чуть громче, чем нужно, сказала девушка. Осознание явилось внезапно, слишком ярко, точно удар по голове. – Нет. Но вопрос изначально поставлен не верно. Смогла бы я что-то изменить? Хах! – она с досадой усмехнулась. – Вэнию нельзя переубедить. За беседами время пролетело незаметно. И вот бабуля Таннэя показалась из-за массивных ворот. В руках она крепко обнимала туго набитый мешок. — Мать, ты все деньги разбазарила? – Ноани во все глаза таращился на нее. — Только самое необходимое. – возмутилась Таннэя. – Ишь, сразу накинулся! У меня между прочим вестей побольше этого мешочка будет! Энтузиазм старушки выплескивался с такой силой, что пришлось шикать уже на нее, что ей явно не пришлось по душе. — Не нравится, когда на тебя шикают? То-то же. Лучше выкладывай все, что узнала. – старик поерзал на камне. — Боюсь хороших новостей нет. – тяжело вздохнула Таннэя и бросила мешок на землю. Раскрыв его, она достала помятую листовку и протянула девушке. – Тебя объявили в розыск, как особо опасное лицо. Весь город судачит, что именно Рэя повинна в недавней смерти пропавшего ребенка. Кличут Пожирательницей душ. Что бы это ни значило. В крупные города нам теперь лучше не соваться. Рэя слушала бабулю вполуха, рассматривая собственный портрет на желтоватой бумаге. Печатные буквы складывались в неприятные слова. «Разыскивается Рэя Эстаз. Пожирательница душ. Убийца». Награда за поимку живой ее не интересовала, хотя, признаться честно, нулей там было многовато за ее скромную голову. Все внимание было приковано к слову «убийца». Отчего-то Рэе не хотелось оспаривать эту… клевету. — Ожидаемо. – Наставница скрестила руки на груди, сверля темными глазами листовку. – Повесить все преступления на одного человека, – как предсказуемо. Боюсь, даже король ничего не сможет противопоставить ополчившейся толпе идиотов. – на последнем слове Рэя странно покосилась на Нэну. Кто бы мог подумать, что живущая более тысячи лет создание, может так нескромно выражаться. – Самое разумное и безопасное, поймать живой и отдать под суд. — Ой, нет-нет. Разыскивает ее вовсе не дворец. А, эм, как их там. Ну эти… Тредеи. Во! Ни Рэю, ни Наставницу эта новость не обрадовала. Наоборот, это был наихудший расклад из возможных. — Хотят избавиться без суда и следствия. – раздраженно цыкнула Нэна. — Просто будем избегать дорог и поселений. Сейчас главное позаботиться о вас. – Рэя оглянула пожилых людей и малышей. Рядом послышалось блеяние. Кажется, коза была возмущена тем, что про нее забыли. А Рэя уже в который раз подумала, что может это и не коза вовсе. На ум приходило множество сказок о проклятиях, обращающих людей в животных. Кармэн почти сразу оказался позади, когда группа людей вышла к реке. Ее мирное течение смотрелось чудно́ на фоне извечно негодующих волн Темного залива. Но худенькой речушки было недостаточно, чтобы усмирить гневливые воды, не знающе покоя уже сотни лет. Река Алой Росы была особенно красива в осенние месяцы, когда бесчисленные клены сыпали в ее воды красные и оранжевые листья. Жаль, на пересечении зимы и весны эту красоту не суждено было увидеть. — Пойдем вдоль реки. – Рэя рассматривала потрепанную карту. – Вплоть до озера Шепотков она скрывается среди кленовых крон. Это нам на руку. — Озеро, говоришь? Не туда ли ты хотела наведаться? – Нэна решила мягко подвести к вполне очевидному выводу. Таинственное озерцо и правда раскинулось на пути их путешествия в почти обезлюдевший город Вигенс, но у девушки были свои мысли по этому поводу. — Не хочу их втягивать. – взглянув на бабулю и дедулю, глаза невольно зажмурились. – Хватит с них. К тому же, неизвестно, что нас там ждет. — Предлагаешь пройти дальней тропой? – на что Рэя кивнула. Буквально через пару секунд Нэна взглянула на небо и добавила: — Смеркается. Вглубь леса заходить не стали – чем дальше от дороги, тем лучше. К тому же, чистая вода была куда важнее. В темной глуши, из которой доносились звуки зверей, шорохи бегающих грызунов да уханье наблюдающих из темноты птиц загорелся небольшой костер. Рэя не пожалела, что взяла лук вместо меча и сейчас они могли довольствоваться на ужин мясом. — Жуткий лес. – озираясь по сторонам, сказал Ноани. – Аж мои седые волосы дыбом встали. «Значит, не я одна чувствую, будто за нами кто-то наблюдает», – подумалось Рэе, пока она бесстрастно обгладывала косточку. Глаза то и дело бегали по сторонам, подмечая различные детали. Но никакую угроза она так и не заметила. — Кленовый лес у Алой Росы… – задумала Нэна, сидя чуть поодаль от костра. – Припоминаю. Одно из немногих мест, где можно встретить зверей с острова Грез. — Да? – Ноани восхищенно подпрыгнул на месте. – Может и нам свезет! — Правда, слухи эти ходили по земле лет сто назад. — О. – плечи старика сразу же понуро опустились. Рэя пыталась вспомнить что-то из старых книг, ведь должно же было быть у этого места название. Такое же загадочное, как лес Соловьев или Мглистый лес. Вспомнив о последнем, девушка вдруг почувствовала неприятный привкус в мясе. Пришлось запить водой. — Тихий лес. – констатировала она, опустошив деревянную чашку. — Да. По легендам, Тихий лес и его обитателей оберегает Сцинарг. – продолжила Нэна. — А это еще что за зверюга? – так как малыши уже спали, Таннэя старалась говорить в полголоса. Вспоминая книжные рисунки, Рэя решила взять рассказ на себя. — Сцинарги похожи на северных оленей. Их могучие рога испускают молнии, а иногда они увешаны мхом и листьями. Благородный мех согревает тело, в особенности грудь и шею. Хвост Сцинаргов нельзя ни с чем спутать, точнее хвосты, с ромбовидными концами и такими же лазурными рисунками на них. Хранитель лесов и молний и правда единственный в своем роде. Одни лазурные узоры на шерсти сразу выдают его происхождение. — Охо-хо-хо. – нервно пропела старушка. – Встретить такого зверя воочию страшное дело. — Грезящие звери необыкновенно умны. Они не станут нападать на кого-либо без причины. О том, что у священных животных есть весомые причины питать ненависть к людям, Рэя решила промолчать. Все-таки встретить Сцинарга, которого более сотни лет никто не видел в этом лесу, маловероятно. «Но не равно нулю», – усмехнулась про себя Рэя. Ночь обещала быть безмятежной, если бы не одно маленькое «но». В сладком сне Тэм провел не больше двух часов. Недовольно сморщенное личико и пыхтящее дыхание уже не предвещали ничего хорошего и, как только малыш открыл глаза, румяные щечки залили слезы. — Ну чего ты, моя румяная булочка. – перепроверив пеленки несколько раз и даже попытавшись покормить, Таннэя укачивала кричащего Тэма. – Колики, наверное. Немного поразмыслив, Рэя нарисовала в воздухе узор, из которого через мгновение прыгнул маленький, огненный зверек. Ваку дернул ухом, только заслышав плач, прыгнул на животик малыша и тут же улегся. — А? Даже не весит ничего. – подивилась старушка. – И как же этот мохнатый чудик поможет? — Тепло улучшит отведение, – Рэя, замявшись, отвела взгляд. – газов. Если не поможет в ближайшее время, помассируй живот. — Но тут… – растерялась Таннэя, глядя на искрящегося ваку, которого шумная обстановка ничуть не смущала. — Сейчас он бестелесный. Вытянутое в понимании лицо Таннэи даже рассмешило, но приглушенный хруст ветки полностью переключил внимание. В темноте невозможно было что-либо разглядеть. — Слышала? – спросила Рэя. — Да. – шепнула Наставница. – Я… — Пойду проверю. – Рэя не дала ей договорить. Аккуратно пробираясь через острые ветки кустарников в примерном направлении звука, она остановилась где-то в двадцати метрах от места ночлега. Как и ожидалось, здесь никого не было. Потоптавшись на месте, девушка развернулась. Мелькнувшая на краю глаза обломанная веточка заставила остановиться и получше изучить обстановку. «Хм, кто бы мог подумать. – усмехнулась Рэя, вблизи разглядывая отпечаток копыта на мокрой земле. – Копыто и два острых копытца. Северный олень на юге, ну да, поверила. Если только… А этот Сцинарг хитер, если смог больше ста лет не попадаться людям на глаза». — Что там? – спросила Наставница, стоило девушке показаться в поле зрения. — Олень. – пожала та плечами. – Может, антикварный, а может обычный. Шутку Наставница не оценила, поэтому просто села на свое место. К счастью, малыш Тэм успокоился и до рассвета небольшой лагерь пребывал во сне. За трое суток они продвинулись недалеко – все же состоящие в отряде пожилые и дети давали о себе знать чаще, чем хотелось бы. Рэя смиренно окликалась на каждую просьбу о привале. Пусть до Вигенса и хотелось добраться побыстрее, но гораздо важнее было дойти в целости и сохранности. — Что тебя смущает? – Нэна кинула на девушку беспокойный взгляд, ведь та уже десять минут хмурилась то на карту, то на местность. — Где-то здесь должна быть крепость и наткнуться на нее я желанием не горю. — Владельцы крепости тебе знакомы? Поразмыслив, Рэя кивнула. — Беллатор. Ныне глава семейства командует королевской гвардией. — И правда, лучше обойти. – согласилась Нэна. – Где именно она расположена? Рэя ткнула пальцем в область между горой и рекой, при этом буркнув: «Примерно». Оценивая возможные риски, Наставница ближе наклонилась к карте и буквально через несколько секунд вынесла вердикт. — Пересекать реку не будем. Южнее крепости, прямо перед мостом, пересечем дорогу. — Понятно, останемся на этом же берегу. Так и поступили. Через день мост был достигнут и быстро оставлен позади, не удостоенный вниманием. И вновь девушку посетило чувство, что за ними кто-то наблюдает, провожает внимательным взглядом, в котором не ощущалась враждебность. Чуткий слух Наставницы едва улавливал среди шелеста крыльев и бега грызунов неспешный шаг четырех копыт. Столь тихой была поступь, что уши полупусто́ты смогли различить их среди других звуков только на третий раз. День близился к вечеру, стылая земля холодила воздух и настало время для очередного ночлега. — Выйдем поближе к реке. – сказала Рэя, с чем активнее всего согласилась бабушка. Вдруг Наставница остановилась, крепче ухватившись за рукоять акуса. — Стой. Среди притаившегося дыхания, Наставница прислушивалась к иным звукам. Напряженное ожидание сгущалось, но не давило. Казалось, даже деревья смолки в ожидании приговора. — Люди. Трое. — Здесь нет дорог. – нахмурилась Рэя, подмечая, что это точно не безобидные торговцы. – Идут сюда? Насторожившись на мгновение, Наставница отрицательно мотнула головой. Пальцы, впившиеся в рукоять акуса, наконец расслабились. — Шли сюда, но сейчас ускорились на юго-восток. Хм, за оленем, вроде. — Вот и славно. – брякнул Ноани. – Меньше мороки нам. Рэя хотела бы с этим согласиться – в это трудное время им никак нельзя ввязываться в неприятности. Лучше вообще огибать любое дурно пахнущее место, даже если оно кажется злачным полем. Но неуверенность в выборе правильного пути засела внутри, рядом с сердцем. «Нельзя подвергать их опасности, – помотала головой Рэя, пытаясь отогнать непрошенные мысли. – Но если это и правда не обычный олень?» Девушка потянулась за сумкой, сброшенной у ног. Дуновение холодного ветра почти не ощущалось кожей, но его слабого вздоха хватило, чтобы поднять с земли кленовые листья. Неизвестно откуда взявшийся огненно-красный листик врезался в ладонь, застряв на секунду. Рэя невольно застыла, а когда кленовый лист полетел дальше, проводила его удаляющийся след. Он летел на юго-восток. Рэя никогда не верила в провидение, несмотря на чудеса в этом мире, которые она видела с самого детства. А с недавних пор она перестала верить и в них. Но в это самое мгновение ей показалось, что невидимая рука ведет ее в нужном направлении. — Я… – Рэя все еще была неуверенна, что поступает правильно. – Быстро. Наставница молча положила худощавую руку ей на плечо и едва заметно кивнула, будто полностью понимала метания ее души. Рэе всего лишь нужно убедиться, что это самый обычный олень и Грезящее животное не более, чем плод ее воображения. Девушка испарилась в дымке собственного силуэта. Очутившись на твердой земле, до ушей донеслись скорые шаги и наполненный болью рев. — Нет, стой! – раздался чей-то женский крик. Выжидать окончания охоты Рэя не стала. Вновь испарившись, она оказалась прямо перед оленем. Взгляд впился в глубокие черные глаза благородного зверя. Прислушавшись к обострившимся инстинктам, Рэя резко обернулась и отразила стрелу посохом. — Сказала же, балбесина! – взвился тот же женский голос. – А если ты его ранил?! Рэя, не сильно заинтересованная людскими баталиями, повернулась к дышащему ей в затылок оленю. И тут же оторопела. Черные глаза неотрывно взирали на нее, будто пронизывали душу. Лазурные полосы мягко обрамляли их, теряясь за ушами. Олень фыркнул, мотнув головой, тут же приковывал внимание к рогам, покрытых то тут, то там мхом и запутавшихся в лианах и листьях. Краем глаз Рэя заметила два хвоста. «В точности как в книгах. – не смея моргать, подумала девушка. – И чего он так смотрит, будто ждет чего-то?» Тут Рэя все-таки взглянула вниз. Удивление сменилось неудовольствием. Переднее копыто оленя оказалась скована железными зубьями и кровоточила. Боль чувствовалась через воздух, через краткий взгляд, но животное только тяжело дышало. — Потерпишь? Услышав фырканье, Рэя присела. Приложив немалые усилия, клешни капкана со скрипом разошлись в стороны и олень тут же выдернул освободившуюся ногу. Сзади послышались осторожные шаги, которые стихли в нескольких метрах. Сцинарг недовольно встряхнул головой, а Рэя покрепче ухватилась за посох. Как ни странно, Грезящее животное не собиралось удирать в страхе, спасая свою жизнь. Она медленно развернулась, источая враждебность и крепче сжимая посох. — Рэя? – неверующе выговорила девушка напротив. Она метала округлившиеся глаза то на заклинательницу с посохом, но на Сцинарга, стоящего позади. Рэя пребывала в таком же недоумении, разве что сумела сохранить внешнее недружелюбие. Однако с губ сорвался шепот: — Эрна Беллатор.