Тень Тхэурда: шепот из глубин

Минуло двое суток с тех пор, как два путника покинули земли Беллаторов. Из скудного рассказа девушки Наставницу больше всего настораживали так называемые Ищейки. По скромному замечанию Нэны, их стоило прозвать бешеными псами, ибо ничего хорошего от встречи с ними ждать не стоило. Наставница блуждала по королевству уже не одно столетие, но слухи о тайных следопытах Трибожия стали пробуждаться чуть менее чем четыреста лет назад. Они вербовали исключительно носителей ядра, подбирали беспризорных детей или же завлекали непрошедших обучение в орденах адептов. С малых лет их обучали в стенах псэтов, и об их методах можно было только догадываться. Однако после вхождения в ряды Ищеек все знали – этих людей следует остерегаться. И никто никогда не мог с уверенностью сказать, кто перед ним: простой тредей или следопыт. — Сделаем привал и потренируемся. – строго сказала Наставница, оглядывая небольшую опушку. Не в силах сдержаться, Рэя вновь закатила глаза, совсем не обращая внимания на то, как пухлая котомка беспощадно вжимает траву в землю. — Ты утрируешь. Ищейки – такие же люди, как и… я. – девушка оценивающе взглянула на полупусто́ту, прежде чем закончить фразу. — А ты слишком пренебрежительна. В последние дни допускаешь много ошибок. – акус грозно вонзился в глинистую почву. Рэя только пожала плечами, но так и осталась стоять безоружна. Наставница нахмурилась, что было видно даже через бинты. Злить столь могущественное существо было чревато неприятными последствиями, однако с вязким чувством, расползшимся по телу, девушка бороться не хотела. Как бы она выразилась, тоска обуяла ее. — Если Ищейки и правда способны, как сказал Беллатор, блокировать потоки энергии и обездвиживать тело, то ты должна быть готова противостоять этому. – тонкие пальцы пусто́ты сжали рукоять акуса. – Посох, Рэя. – с нажимом закончила она. — Нет желания. – вместо действия покривилась девушка, выражая всю свою неприязнь к данной затее. — Сейчас мне нет дела до твоих желаний. – Наставница вынула акус из земли, стряхнула комочки глины одним взмахом и направила острие прямо в лицо девушки. – Если Ищейки поймают тебя, смерть – вот, что тебя ждет. Рэя резко махнула рукой, отбрасывая лезвие, направленное на нее, в сторону. Не крик, но рычание, вырвалось из горла. — Разве ты сама не видишь, к чему все идет?! — Я вижу, что ты стоишь! Вот, на что я смотрю последние два года. – — Охренеть, ты очевидные вещи говоришь! – от возмущения Рэя едва не захлебнулась воздухом. – А что мне еще делать?! По воздуху ходить? Наставница отрицательно повела головой. Закрыв на секунду глаза, она немного успокоилась и продолжила. — Не так. Ты бездействуешь. Как будто… отказалась от борьбы. — О чем ты? Я же тренируюсь. Да, просто сейчас не хочу. Но в общем-то прогресс есть. Ты и сама недавно говорила, что техника фехтования доросла до уровня «сносно». Как ты там говорила в начале? «Скромно»? — Физически, да, спору нет. – Наставница воткнула акус обратно в землю и сделала шаг вперед. – Но тут… – ее тонкая, холодная ладонь легла девушке на тяжело вздымающуюся грудь, туда, где билось сердце. – Здесь все застыло. До сих пор. Ясно-синие глаза перескакивали с предмета на предмет, пытаясь найти подходящий ответ. Тот, который устроил бы тысячелетнее существо. Воздух почти заискрился от напряженно бьющегося сердца, которое разогнало кровь до такой скорости, что та вскипела. Не в силах противостоять, девушка грубо сбросила руку Наставницы, от чего хлипкий узелок сероватого бинта развязался. И в следующее мгновение Рэя оторопело смотрит в темно-карие глаза полупусто́ты, чьи тонкие пальцы сильно вжимаются в ее плечи и встряхивают с такой силой, что мир перед глазами плывет. — Разве герои историй, которые ты читала, сдавались?! Сколько раз они поворачивали назад? Так чем ты хуже?! Почему считаешь, что не можешь идти дальше? – Рэя беспомощно шевелила губами и сама не знала, какие слова должны были бы вырваться, ведь голос пропал. А Кантанэна никак не могла унять взбушевавшиеся чувства. – Какого хрена я вообще должна тебе это говорить?! Тебе! Рэе Эстаз! Хватка Наставницы чуть ослабла, но не исчезла. Изо рта вырвался густой клубок, в котором, казалось, смешались давно позабытые эмоции. Но Рэя продолжала молчать, потупив взор. Выждав несколько мгновений, Кантанэна разочарованно отвернулась. Бинт на запястье в конец развязался, оголив нелицеприятный участок огрубевшей, будто обугленной, кожи. — Я… – вдруг начала Рэя неожиданно севшим голосом. – Я боюсь думать о том, что случилось. В первую нашу встречу ты сказала, что сестра… что у нее был план, что все это, – девушка обвела руками пустое пространство вокруг нее. – не просто так. И… я… Сколько бы не думала, все мысли неминуемо сходятся к ней, к ее действиям, поступкам. Что она знала, что она могла… – Рэя сглотнула. – Я боюсь думать, что это сделала она. Знала и сделала. Девушка подняла блестящие и яркие, словно небо, глаза. Наставница ее поняла. — И еще хуже думать, что сестра специально подвела события к этому моменту. – заключила Рэя, сжав кулаки. — Выпусти. – Кантанэна присела на колено. – Выпусти злость, что съедает тебя. Выпусти боль, что не дает дышать. Кричи, если надо. Бей, если хочется. — А, так вот для чего тренировочный бой. – Рэя шмыгнула носом, утерла его рукавом. Но ни одна слезинка так и не скатилась по бледной коже. — Ну, так что ты будешь делать дальше? – спросила она уже спокойнее. – Только не говори, что просто попытаешься не сдохнуть. Девушка с подозрением покосилась на Наставницу. Такие выражения не подходили для существа, блуждающего по земле сотни лет. Усмехнувшись, Рэя сказала. — Есть у меня одна идея. Безумная идея. – она пожала плечами. — Безумная. – заинтересованно повторила Нэна. – Это мне по душе. — Но мне страшно. — Тебе ведь это не впервой. Бояться и делать. В этот раз будем бояться вместе. Надежда, захлестнувшая Рэю, мерцала в голубых глазах, которые сейчас не казались такими темными и глубокими. — А потренироваться все-таки стоит. – Наставница вновь схватилась за акус. – После ты поведаешь о своем безумстве. С тяжким вздохом, что так и не удалось избежать физического напряжения, Рэя призвала посох. Два оружия с металлическим звоном скрестились в поединке. Прохладный воздух перестал ощущаться, уступив место горячей испарине. Она продолжала упрямо идти в лобовую атаку, не смотря на все безуспешные попытки задеть Наставницу. Девушка, казалось, выбилась из сил, когда произошло нечто неожиданное. Конец посоха мазнул по земле и клубок пыли полетел прямо в лицо Кантанэны, вынуждая зажмуриться. Ожидаемую атаку она успешно блокировала акусом, но вот следующий предсказанный выпад пришелся сзади, а не спереди. Наставница едва успела завести оружие за спину и парировать удар. Рэя недовольно цыкнула, когда посох громко схлестнулся с лезвием иглы, и ахнула, когда ее сбили с ног банальной подножкой. — Обманный маневр – весьма коварно. – Наставница отряхнула пыль с лица. – Хитрость и обузданная свирепость – твои главные козыри против превосходящих тебя врагов. Наставница протянула руку, помогая девушке встать. — Обузданная свирепость, говоришь? Хах, где-то я это уже слышала. Когда-то и меня учили управлять злостью, а не быть у нее во власти. Так вот откуда ноги растут. Недаром тебя прозвали не только великим мечником, но и учителем. — Пытаешься умаслить меня? – даже под бинтами было видно, как брови Наставницы взлетели вверх. — Как ты догадалась? К слову, за нами нет хвоста? — Еще и тему меняет. – буркнула та. – Нет, кроме одного негласного наблюдателя. – вопросительный взгляд Рэи было невозможно долго выстоять. – Сцинарг держится поблизости. — Зачем? Мы уже далеко ушли. – девушка принялась озираться в поисках могучих рогов, но ничего не углядела. — Но не покинули Тихий лес. Можешь не пытаться, он далеко. Мне едва удается услышать топот копыт. Что ж, в путь. — Что? – воспротивилась Рэя. – После урока фехтования? Нам нужен привал. И срочно! Пронзительный взгляд Наставницы и каменное лицо Рэи, которое казалось комичным, нежели серьезным, не возымели друг на друга никакого эффекта. Тогда девушка решила пойти на крайние меры и легла прямо на траву. — Вот прям здесь и отдохнем. Кантанэна еще раз огляделась по сторонам. Место и правда выглядело спокойным и безопасным. — Хорошо. – она села рядом. – У нас есть время, чтобы ты рассказала о безрассудной идее. Рэя задумчиво смотрела в небо, где плыли тягучие тучки. Она не могла прямо сказать о поразившей ее недавно мысли, ведь Сияние в любой момент могла подслушать. — Знаешь как играть в шарады? — Угадывать жесты. – кивнула Нэна. — Кратко и по существу. – пробурчала Рэя. – Ага. Других вариантов я не вижу. — И я. – тяжко вздохнула та, морально готовясь к многочасовому штурму. Не трудно было догадаться, что вся эта затея продлится весь их долгий путь до озера Шепотков. Первые два слова оказались простыми для них обеих. Девушка с легкостью показала озеро Шепотков, а Нэна почти с полужеста догадалась о значение. Но дальше процесс не задался. Сколько бы Рэя не размахивала руками, более внятно показать «перемещение» она не могла. — Проще, Рэя, надо проще. – почти сдалась Нэна. — Куда уж проще! – чертыхалась девушка, вбивая траву в пыль. — Неужели нет другого способа, кроме как эти жесты? Палец воодушевленно поднялся к небу, а рот открылся на полуслове. Так девушка и застыла, не в силах произнести контраргумент или мало-мальски приемлемое оправдание. Сжав губы в гармошку, она недовольно вскинула голову и протяжно выдохнула негодование. Растворившись в дымке и оказавшись в паре метров впереди, Рэя со всем присущим ей язвительным изяществом сделала реверанс. — Перемещение. – проскрежетала сквозь зубы Наставница. – Тебе есть, что сказать в свое оправдание, ибо мы потратили на это час? Рэя надула губы и демонстративно отвернулась. — Давай дальше. – поторопила Нэна и постаралась сосредоточиться на очередной серии активной жестикуляции. – Нырять? Прыгать? Падать? Ох, хризен. – пробурчала Нэна, массируя виски. До ушей Рэи это краткое возмущение долетело весьма быстро и четко. Она вытаращилась на Наставницу, вжав голову в плечи. Гримасу, выражающую весь спектр замешательства, граничащего с помутнением рассудка, могла выдать только Рэя. Кто бы мог подумать, что Наставница знала такие слова. — Не драматизируй. – отмахнулась та. Рэя только закатила глаза и продолжила махать руками. — Входить? Нет? Ты же показываешь дверной проем. Ты входишь в дом? – Нэна была на грани самообладания, но тут девушка активно замахала руками. –  Входишь в дом? В? Рэя эмоционально сжала кулаки, готовясь к следующему раунду, и просто указала на Наставницу. — Я? В меня? – она скептически взглянула на девушку. – Фу, Рэя… – договорить Нэна не успела, ибо в нее прилетела сумка. – Ладно-ладно. Пусто́та? А, Тхэурд. Что у нас пока получается: озеро Шепотков, перемещение, в, Тхэурд. Кантанэна даже остановилась, чтобы обдумать сказанное. Шок, сменившийся сомнениями, отражались в карих глазах слишком явственно. Прижав пальцы к шевелящимся губам, мозг усиленно что-то анализировал. — Если через озеро Шепотков можно попасть в Тхэурд, то есть шанс добраться до Сияния и убить ее. – прошептала Нэна и взглянула на Рэю. – Верно? Однако девушка красноречиво пожала плечами и изогнула губы. Секунду погодя, Нэна все же расшифровала этот жест. — Сомнительно. Ясно. Тоже верно. Сияние находится в клетке, до нее будет непросто добраться, если вообще возможно. Рэя вновь привлекла внимание к себе. — Есть какое-то «но»? – и та активно закивала. – Подожди, ты просто крутишь ладонью. Девушка тыкнула в акус. — Оружие? Что? Меч? Игла? Игла! Оу, зашить. Ты хочешь залатать истончение. Знаешь, первый вариант звучал более реалистично. – мягко подвела Кантанэна. — Почему это? – с искренним недоумением спросила девушка. — Во-первых, таких истончений несколько в Патере. — Я знаю. Ну, уйдет у нас чуточку больше времени. — Во-вторых, управлять Нитями могли только Ткачи, но все заклинатели Вэр исчезли. И чем больше говорила Нэна, тем сильнее опускались плечи Рэи. — Тебя послушать, так убить… первый вариант и правда более правдоподобный. — Не печалься. — Куда уж там. Один фиг, опять начинать сначала. Рэя взобралась на вершину холма. Здесь высокие деревья редели, сменялись кустарниками и полевой травой. Чуть дальше на север раскинулось зеркальное полотно, покрытое золотистой рябью заходящего солнца. — Мы дошли. – сказала Рэя. Озеро Шепотков, или же Искристое озеро, отражало колыхающийся пламенный круг на своей подрагивающей от ветра глади. Но это был не тот таинственный огонь, описываемый на потрепанных листах в городе Мэморе. То было все лишь отражение огромного солнечного диска, плывущего по небу. И вот желтый шар налился оранжевым цветом, только коснувшись горизонта. Танцующие на воде алые всполохи начали постепенно рассеиваться, утекать вслед за теплыми лучами. Стемнело. Искристое озеро погрузилось во мрак и только зловещая тишина будоражила его сонные воды. Омываемый прохладной водой берег казался пустынным. Не было здесь радости жизни: ни спокойствия, ни стрекота сверчков, ни шуршания камышей, ни зверей, ни птиц. Это место было давно покинутым, забытым. Только солнце согревало озерную гладь днем и луна дарила нежность длинными ночами. Рэя подошла к воде и, зачерпнув ладонью, попробовала на вкус. — Вода как вода. — Здесь слишком тихо. – Нэна не переставала оглядываться по сторонам, держа акус наготове. Полная луна на пике скромного великолепия показалась из-за рыхлой тучки, развеивая сгустившийся мрак. Прохладный ветер взволновал зеркальную гладь и скрылся в зарослях камышей. Подобно дыханию снежной горы, путников окатило морозом. — Ха-ха-ха! Они заблудились! Заблудились! – отовсюду послышался, словно эхо, насмехающийся женский голос. Дымчатый силуэт вырос из земли, сотканный из лунного света. Серебристая тень покружила на месте и, хохоча, помчалась на Рэю. Девушка прикрылась руками от неожиданности, но столкновения не произошло. Высокая лунная тень просочилась сквозь тело и со смехом умчалась вглубь озера. — Бр-р-р, неприятно. – встрепенулась Рэя. – Как будто через кожу в тебя проникают сотни прохладных игл. Не больно, но жутко. Девушка растерла плечи, пытаясь стряхнуть наваждение. Повернувшись к озеру, она обомлела: теперь над его гладью блуждали сотни лунных теней. Некоторые были крошечными, другие – высокими, очень высокими. Их голоса разносились тихим эхом, и разобрать, о чем они говорят, было почти невозможно. Порой звучали знакомые слова, но чаще – размытые звуки, сливавшиеся в неразборчивый шум. И лишь изредка, среди какофонии смеха, плача и криков, прорывались фразы на давно забытом языке. Рэя распознала чей-то вопль. «Эхад», – твердили голоса в унисон. «Эхад», – плакали безликие фигуры. «Эхад», – кричали лунные призраки. — Больно. – с облачком пара сорвалось с губ Рэи. Прямо над ухом пророкотали «Инт». Это было так громко, что в голове послышался треск и протяжный шум. — Смерть? – девушка пошатнулась, когда очередной призрак прошел сквозь ее тело. — Странное ощущение. – сказала Кантанэна. Рэя вопросительно на нее взглянула, массируя ухо, в котором не унимался приглушенный писк. — Чувство неправильности. Что-то в этом месте не так. — Да, например, фантомы сквозь тело проходят. Это, знаешь ли, неприятно. Ты разве не чувствуешь? – Рэя поморщилась и принялась отряхиваться, сама не зная от чего. — Нет. Кожа Пусто́т нечувствительна. — Точно. – протянула Рэя, совершенно позабыв об этом факте. – С этим озером все не так. Наличие самих этих фантомов в таком количестве уже вызывает уйму вопросов. — Фантомы? – переспросила Наставница. Рэя с нескромным удивлением уставилась на нее, на того, кто прожил в десятки раз дольше. — Ага. Фантомы. Эти самые штуки – образы и воспоминания умерших. Деве со свечей нет до них дела, ведь они всего лишь мимолетное эхо прошлых себя. А жаль, уж больно много их здесь. — Лунные призраки или просто тени – так их называли в мое время. Ладно, пройдемся вдоль берега. Едва Рэя сделала шаг, как перед ней, едва не сбив с ног, проскочила очередная тень, ростом под три метра. — Они говорили. Говорили-говорили-говорили. Они все говорили! – лепетала полупрозрачная тень, уносясь прочь. — Кхем, стоит смотреть по сторонам. – добавила девушка. Осмотр берега не принес никакой ясности. Озеро окружали лунные тени двух видов: высокие и низкие. Кто из них говорил на каком языке было не разобрать. Казалось, в этом хаосе смешались сами призраки и их голоса. Взобравшись на невысокий утес, взору открылся противоположный берег, усыпанный призрачными точками. Удивительно, что эти лунные тени рассредоточились не только по суше, но и по воде. — Я вспомнила, – вглядываясь вдаль, начала Наставница. – Их называют шептунами. — Точно. Высокие, похоже, умерли во время мутации в Пусто́ту. В спину подул ветер, от которого по коже расползлась невидимая корка льда, когда совсем рядом послышался душераздирающий крик. — Гооз! Гооз! – вопил шептун, пронесясь мимо путников и прыгнув со скалы. Он растворился, едва коснувшись воды. — Огонь? – спросила Рэя, глядя вниз на то, как расползается и растворяется лунная дымка по невозмутимой глади. — Угу. — Я тут подумала, надо посмотреть изнутри. — Хочешь нырнуть? Погода не располагает. – Нэна вобрала побольше воздуха и выдохнула заклубившийся пар. — Предлагаешь ждать лета? К тому же, если озеро… эм… — Портал. – подхватила та. — В общем, через минутку можешь паниковать. Наставница облокотилась на акус, воткнутый в каменный утес, и только закатила глаза. Рэя отступила на пару шагов. Не успев начать, в спину вновь ударил прохладный воздух. Она обернулась. — Ого-го! – с ошалелым возгласом девушка побежала вперед, стремясь оторваться от, по крайней мере, десятка шептунов. Прыгнув со скалы, она оказалась объята лунной дымкой, затмившей глаза. Дыхание перехватило, когда тело объяло холодной водой. Белое свечение с миг испарилось, расползаясь где-то на поверхности вместе с пузырями. Рэя наблюдала за этим явлением. Через каких-то десять секунд гладь воды снова окрасилась тьмой. Бледная луна расплылась, а звезд не было видно. Ничего не происходило. Разочарованно прикрыв глаза, девушка почувствовала, как грудь начинает сжиматься. Пора выплывать на поверхность. Тут серебристый свет погас. Яркое желтое пятно вытянулось на утесе, пропуская лучи сквозь толщу воды. Рэя пошевелила пальцами – блики игрались на ее коже, даже казалось, что она ощущает их тепло. Вынырнув, девушка вдохнула полной грудью. Зубы стучали, но она этого не замечала. Протерев глаза, она принялась озираться в поисках странного желтого свечения. Но ничего не нашла. Все та же луна, тот же утес, тот же сумеречный холод. Кантанэна уже ждала ее на берегу. — Что-то нашла? Дрожа от холода, девушка покачала головой. После мерцающей вспышки созвездия в руках оказался ваку. Его теплая шерсть согревала не хуже костра. По телу пробежалась волна наслаждения, которое, впрочем, длилось недолго. — Заблудшая душа. Одинокая душа. Зачем ты здесь? Кто ты есть? Раздался женский голос со стороны озера, заставлявший невольно восхититься его очарованием и в то же время содрогнуться от пронизывающих его неукротимых нот. Они обернулись. Лучезарный образ обладателя таинственного голоса заставил на пару мгновений прикрыть глаза. Как только зрение привыкло к яркому лунному свету, бесформенная тень обрела мягкие очертания. Высокая фигура, едва ли не на пол головы выше зрелой пусто́ты, стояла перед путниками. Тонкая мантия, такого же цвета что и луна, растворялась в темных водах озера. С причудливого головного убора с пятью конусами, как будто под ними что-то скрывалось, ниспадала вуаль, подобно шелковым серебристым волосам. Нижнюю часть лица прикрывал тончайший шелк, а глаза, в которых отражалось темное звездное небо, взирали на незнакомцев. Рэя отчетливо помнила, где прежде видела столь ни на кого не похожего призрака. В давно позабытом и заброшенном городе Мэморе, чью печальную историю вычеркнули из нового мира. Да, именно там находилась маленькая статуэтка, деревянный идол существа, отличного от человека. — Вы Тэнэбра. – как наваждение, сказала Рэя, не в силах оторвать взгляд от призрака, сошедшего с далекой звезды. — Тэнэбра? Тэнэбра... Знакомое имя. Да, так меня звали. Когда-то. Дитя, ты заблудилась? Маленьким людям здесь не место. Уходи. Рэя в недоумении нахмурилась, едва улавливая смысл сказанного. Видя замешательство, неземной призрак подплыл ближе. Полы мантии развевались на ветру, как качается на волнах одинокий листик. Темные манящие глаза рассматривали девушку, и та видела в них собственное отражение, на столько они были близки. — Ох, ты не ребенок. – отстранилась высокая фигура. – Приношу свои извинения. Но ты выглядишь знакомо. Похожа на… меня и на него. Как это возможно? Не понимаю. Кто ты? Так называемая Тэнэбра принялась ходить вокруг девушки, разглядывая, пытаясь что-то понять, будто перед ней возникла невероятно сложная загадка. Проходя очередной круг, ее взгляд пал на стоящую рядом Кантанэну. — Выросла. Изменилась. Ты была там. – с грустью произнесла она. – Это наша вина. Мы не смогли. – кажется, ей невыносимо было смотреть на пусто́ту, и она отвернулась. – Все повторяется. Все тщетно. Никто не может разорвать этот круг. — Что повторяется? – осмелилась спросить Рэя, но ее не услышали. Тогда девушка повысила голос. – Эй, Тэнэбра! Тэнэбра резко к ней повернулась, будто уже и забыла, что рядом кто-то есть. От такого неожиданного действия Рэя опешила и отшатнулась, с неприятием подмечая как обожгло шею. Теперь она здесь не одна, и слова следует подбирать с умом. — Мы уже виделись? Ты выглядишь знакомой? Быть может, ты ищешь то же, что и я? — Да, ты… вы только что с нами разговаривали. – терпеливо ответила Рэя. Становилось очевидно, что с призраком Тэнэбры будет трудно наладить контакт. — Ах, точно, дитя-загадка! И я вижу в тебе их много. – она отрешенно вглядывалась в Рэю, но меж тем смотрела сквозь нее. – Бедное, бедное дитя. Старшие дети, желанные, но нелюбимые. Брошенные. Забытые. Искалеченные. Мне жаль, мне так жаль. Скорбь, пронзившая голос неземного существа, эхом отозвалась в человеческих сердцах. И Рэя чувствовала искреннее сострадание в душе, которая давно потеряла телесную оболочку, рассыпалась на сотни и тысячи осколков, но не потеряла себя. Платок на лице колыхнулся, когда Тэнэбра резко повернула голову, не желая видеть то, что могла видеть. Это привлекло внимание девушки, ведь образ Кэонтаса всегда представал несколько иным – с закрытыми глазами. — Как вы разговариваете? – она пришла к единственно верному умозаключению. Невидящие закрывают глаза, значит безглазые – рот. Замешательство объяло Тэнэбру. Она потянулась тонкими пальцами к лицу, скользнула под легкую ткань и в ужасе отпрянула, словно обожглась. — Я… я не знаю. – смотрела она в пустоту перед собой, поглаживая кольцо, надетое на один из четырех пальцев. Маленькая деталь не укрылась от зорких глаз девушки, но она промолчала. — Как вы попали сюда? Тэнэбра склонила голову на бок, хлопая глазами. Похоже, столь четкие вопросы выбивали из блуждающего духа все мысли. — Хм, не знаю. Не помню. Там был якорь. Потом… потом… – она взмахнула руками. – Что-то огромное. Мы были дома, а потом дом исчез. – с грустью закончила Тэнэбра. — И вы прибыли в Сэнамда’ах. – заключила Рэя. — Куда? – удивленно заморгала та. — На эту планету. — Да-да. Потом в Сэнамда’ах. – взгляд Тэнэбры вдруг зацепился за высокие лунные силуэты, пробегающие мимо. – Я их видела, но где? Рэя и Наставница переглянулись, думая уйти или же остаться. Шансы получить мало-мальски внятные ответ ускользали с каждой попыткой. Девушка пожала плечами и отступила на шаг. — Они похожи на меня, на пусто́ту, разве нет? – прочистив горло, сказала Кантанэна. — Что? Нет-нет. Ты другая. Не такая, как они. Вы потерялись? Я вас выведу. Пойдемте. Здесь опасно. — Призраки могут нанести увечья? – Наставница насторожилась, сжав рукоять акуса. — Нет, память в лунном свете не может ранить физически. Но человек, что часто бродит здесь, – его мысли опасны. «Фанатик или Пожиратель?» – подумала Рэя и села на камень, предвещая долгий разговор. — Когда он был здесь в последний раз? – Кантанэна решила разузнать побольше. — В ночь северного сияния. – уверенно ответила Тэнэбра, на что девушка усмехнулась, ведь это явление крайне редко для южных краев и в последние годы не наблюдалось здесь. – Его мысли одинаковы. Он часто бродит вдоль берега. Много лет. Грезит. Кто он? Нет имени, нет лица. Рэя взглянула на методичный образ призрака исподлобья. Последняя фраза вызвала жгучее чувство где-то в желудке. — Так о чем я? – переспросила Тэнэбра. — О человеке без… – Рэя осеклась, все еще чувствуя палящий кожу жар на шее. — О человеке без имени и лица. – закончила Кантанэна. — Да. Точно. Он был и тут, и там. Так он говорит. Еще одна едкая фраза сперла дыхание у Рэи. Мед тем, Тэнэбра продолжала: — Он хочет убить. Истребить. Навсегда. Он дал клятву. — Какую? – нетерпеливо вмешалась Рэя. — Я отчетливо слышала его слова: «Новый мир, который они создали, – я сожгу его дотла». — Как банально. – усмехнулась Рэя. — Он не видел меня. Было страшно приближаться к нему. Подле всегда находилась тень. – Тэнэбра заговорила вдруг похолодевшим голосом. — Он давно мертв. – заверила девушка, уже поняв, о ком говорит лунная тень. — Ты сожалеешь? – полюбопытствовала Тэнэбра, но, увидя гневные синие глаза, тут же поспешила исправиться. – Ой, неверные выводы. Прости меня, мой милый друг. Угадывать эмоции стало трудно. — Он бы смог это сделать? – спросила Кантанэна подсевшим голосом. – Уничтожить мир? Лунный призрак посмеялась над такой нелепицей, но все же ответила. — Нет. Конечно, нет. Испепелить мир – значит уничтожить деревья. Только хранитель способен на такое. Ты бы смогла. Тонкий и длинный палец, усыпанный лунным светом, указывал на девушку, кажущуюся призраку такой маленькой и хрупкой. Бездонная и ужасающая синева растворилась в широко распахнутых глазах Рэи, являя бескрайних небес простор. Ясность, озарение и понимание растеклись в ней. Но вместе с ними явилась и ненавистная горечь, терзающая душу. «Вот оно что, – голова упала на руки. – Вот к чему все это». — Поясни. Что кроется за падением древа Грез? – Кантанэна желала получить более развернутый ответ. — Это просто. И действенно. Три дерева – три королевства. Их листья призывают души, а корни впитывают тьму. Но есть еще одно, великое и могущественное, Мировое дерево избавляется от скверны. «Мое ядро смогло бы срубить дерево Грез и отсечь Патеру, целое королевство. Да, точно. Как ты там говорила? “Блага большинства важнее благ меньшинства”. И ты посчитала, что пожертвовав…» — Не обязательно оставаться в горящем доме. – прошептала Рэя, осознав одну простую истину. — Что? – переспросила Тэнэбра. — Ничего. – Рэя помотала головой. – Многоуровневая система. — Жаль, не вечная. – с грустью произнесла та. – Мы не справились. Мне жаль. – глухой голос вторил сам себе. – Все наши попытки ни к чему не привели. Память меркнет. Повисло молчание, которому не суждено было перерасти в тишину из-за доносящегося неподалеку гула и шептания блуждающих душ. Однако оставался один вопрос, который мучал девушку и о котором она вспомнила случайно. — Госпожа Тэнэбра, вы помните день смерти? – тихо спросила она. – Вашей смерти. Длинная вуаль на головном уборе колыхнулась, когда Тэнэбра обратилась к небу. Полная луна, не затменная темной дымкой, тихо наблюдала за тремя так непохожими друг на друга личностями. — Тот далекий день. Там были мы. Вершили нечто важное, значимое. Я не помню, что это. А потом воцарился хаос. Я помню боль. Такую сильную, разрывающую на части. Тогда ясность исчезла. Исчезла навсегда. В тот день я оказалась дома. Лунный свет тускнеет, когда на небе появляется тучка. И Тэнэбра чувствует как сознание меркнет, медленно ускользая. Далекий свет звезды, кажется, удаляется с каждой секундой. Собранные с таким трудом воедино мысли скоро вновь разбредутся. Тэнэбра поворачивается к путникам. — Нет. Вы не заблудились. Не потерялись. Вы что-то ищите. Быть может… да, возможно... – она указала пальцем на поваленное дерево почти на противоположном берегу. – Заблудшая душа там. Истерзанная и израненная. Ей больно. Она ведает тайну. Но она спит. Пробудите ее. Полы лунной мантии скользили по озерной глади, пока утонченный силуэт плыл прочь, удаляясь от берега. Никто не смел к ней приблизиться. Остальные либо не замечали странную тень, либо с ужасом пятились. Подобно луне среди звезд, Тэнэбра была одинока и прекрасна. Проводив ее взглядом, Кантанэна обратилась к девушке. — Ты что-то поняла, я знаю. Пока мы на здесь, напиши на песке. Помедлив минуту, Рэя так и не призвала посох. — Человек в железной маске – это Чтец. Тот, кто перешагнул границу Тхэурда. Тот, кто подчиняется Сиянию. Тот, кто изучал Пусто́т. Это был он. Все это время этот монстр был жив, но не теперь. Его планам по уничтожению мира не суждено сбыться. Горячее дыхание исчезло, сменившись прохладным ветерком. Она ушла молча. — Понятно. – выдохнула Нэна. – Может та душа поведает нам что-нибудь. Пойдем. Высокая фигура повернулась, махнув потрепанным плащом. Когда Рэя очнулась от лицезрения множества призраков на озере, пришлось нагонять Наставницу. — Мне вот что не дает покоя. Почему Вэния выбрала меня? — Не знаю. – без утайки ответила Нэна. – Может потому, что ты ее сестра? Рэя усмехнулась на такое предположение. — Другие, значит, не в счет. — Тоже верно. Но, если ты умрешь, просто родится следующий носитель ядра, так? — Ага. — Хм. – только и выдавила Нэна. Она догадывалась, почему сложилось так, как сложилось. Возможно, думала она, и сама Рэя знала, но, почему-то, не хотела признавать. Ведь Рэя Эстаз до сих пор жива и идет по темной, непроторенной никем тропинке. Медленно, спотыкаясь, но идет вперед к неведомой ей цели.