Тень Тхэурда: шепот из глубин

Идя к указанному лунным призраком по имени Тэнэбра месту, путники уже несколько раз усомнились в правдивости слов давно мертвого существа. Плотно растущие ели не пропускали даже крохотного мерцания звезд, а ветвистые коряги запутывали следы и сбивали с ног. Даже юркая лучистая рыбка не могла подсветить каждый пенек и сучок. — Я все больше склоняюсь к тому, что ей просто почудилось. – пробурчала Рэя, в очередной раз угодив в сплетение корней. — Мы прошли не так глубоко. Зоркие глаза Наставницы не заприметили ни единого следа пребывания здесь человека. Она подошла к девушке, которая безуспешно пыталась высвободить ногу, и рубанула акусом по корням. Без единой щепки бревнышко упало наземь, освобождая заложницу. — Вот так бы сразу. – вместо благодарности сказала Рэя. — Хотелось посмотреть, как ты мучаешься. — Жестокая ты. – прикрикнула девушка, специально обернувшись лицом к Нэне. — На твоем месте я бы смотрела, куда идешь. – но не успела та договорить, как Рэя с кратким вскриком упала. – Идешь. Рэя точно знала, что отделалась одними ссадинами на руках, но чего она точно не ожидала, так это ярко бьющего оранжевого света прямо в глаза, ведь лучистая рыбка плыла где-то позади. Она резко отпрянула от неизвестного, сверкающего объекта и тут же почувствовала облегчение, когда получше разглядела предмет, об который едва не сломала нос. — Нашла труп? – поинтересовалась Нэна. — Не-а, лишь голема. – Рэя отряхивала пыль, пока рыбка подплыла поближе. Наполовину торчащий из-под земли, перекошенный, обросший мхом так, что былые устрашающие черты едва прослеживались, голем умиротворенно сливался с окружением леса. Можно только гадать, сколько лет он здесь провел, когда энергия арканы перестала дарить каменному телу жизнь. Но птицы уже давно не боялись сидеть на его могучих плечах, а грызуны пробегать по его длинным рукам. — Жаль нельзя спросить этого громилу, не видел ли он тут чего подозрительного? – вздохнула Рэя, оглядывая застывшего во времени гиганта. Маленькая голова голема почти осыпалась, став еще меньше. А на затылке Рэя заприметила грубое углубление – похоже кто-то давным-давно не погнушался пару раз крепко треснуть несчастного по голове. И тут на глаза Рэи попалось кое-что весьма занимательное и удивительное. Лучистая рыбка, учуяв желание хозяйки, проплыла за спину громилы. Подобно огню, ее свет обдал жаром белоснежные лепестки, похожие на слезы. Крохотная полянка, усеянная доселе невиданными цветами, скрывалась среди могучих деревьев, кроны которых не пропускали сюда ни солнечных, ни лунных лучей. Но как же среди глубокой и стылой ночи эти невиданные бутоны цветут во всей красе? — Что там? – прервала задумчивую тишину Нэна. — Схэары. – ведомая неизвестным чувством, Рэя оперлась рукой о голема, чтобы перелезть толстую корягу и подойти поближе. – Я думала эти цветы не более, чем глупая легенда. Все в Патере знают, как они выглядят, но никто их никогда не видел. — Цветы скорби, любви и вознесения. – Наставница села на одно колена перед небольшой полянкой цветов, покачивающихся на ветерке. – Мы нашли то, что искали. Рэя недоуменно посмотрела на Нэну, протянула руку к цветку, но так и не коснувшись, убрала. — О чем ты? — Среди множества мифов, которыми окутаны схэары, есть наиболее часто встречающиеся. – Наставница выгнула один палец и сказала: – Цветы распускаются на месте смерти. – рядом с первым оказался второй палец. – Они расцветают перед тем, кто преисполнен скорбью. И наконец, – пальцев стало три. – Их родина Диатур, которым правил Кэонтас. — Смерть, значит. – усмехнулась Рэя и многозначительно уставилась на цветы. Теперь она видела. Лепесток к лепестку, цветок к цветку, они плотно прижимались друг к другу, скрывая в своих корнях страшную тайну. — Очередной тупик. – разочарование вырвалось облачком пара изо рта. – Копать не имеет смысла, а без заклинателей Зимы поговорить с духом мы не сможем. — Верно. – Нэна поднялась с колена и всмотрелась в тени леса. — Что там? — Хм. – прислушалась та. – Сцинарг и… нет, ничего. Показалось, наверное. — Он все еще следует за нами? Хочет удостовериться, что мы покинем его владения? Бдительный здоровяк. – фыркнула девушка. — Или заботливый. Редкий оптимизм Нэны до глубины души поражал Рэю, но удивляться времени не было. — Мы не можем просто уйти. – Рэя покусывала губу, размышляя о чем-то и буравя цветы взглядом. – Я кое-что слышала от старика Беллатора… — Разве он не в расцвете сил? – прервала ее Нэна, искренне удивляясь услышанному. Девушка нахмурилась, обдумывая вопрос, а потом и вовсе пораженно изогнула бровь. — А тебе откуда знать? — Ветер доносит множество слухов до моих ушей. – Наставница демонстративно похлопала пальцем по ушной раковине, скрываемой за капюшоном. Хотя Рэя и сомневалась, что ушные раковины остались на месте после мутации. — Не суть. – отмахнулась та. – Старик… старший Беллатор обмолвился о маленькой группе заклинателей Осени, расследующей дело Пожирателей. Если ей доведется побывать здесь, надо оставить знак. – Рэя умышленно старалась не упоминать имен во избежание подслушивания, хоть и не ощущала ее присутствия. Недолго думая, девушка сорвала несколько белых цветков. Один она воткнула в трещину на теле голема, другой – в дупло дерева, и так до самого берега озера Шепотков. — Кто ищет – тот найдет, да? – сказала она ветру, уносящему крохотный лепесток в пучину озера. Мимо прошел лунный призрак, лихорадочно бубнящий едва различимые слова: «Они рядом. Они здесь. Они повсюду». Силуэт в человеческий рост резко остановился, повернулся к девушке и указала пальцем ей за спину, приговаривая: — Они там. Они там! Это о-они! Настороженная странным поведением призрака, Рэя резко обернулась. За ее спиной никого не оказалось. Только лес, затаившийся в кромешной тьме, окутанный ночной дымкой. Он словно смотрел на нее, пряча за стволами древних деревьев чье-то дыхание. — Чокнутый. Лунный призрак в ужасе закричал, помчался прямо на девушку и прошел сквозь нее, растворившись в воздухе. Его громкое эхо осело на землю, стихнув. — Чтоб этих фантомов! – чертыхнулась Рэя, недовольно поджавшись. – Чертовы параноики! Тут сбоку треснула ветка, зашелестел куст. Девушка моментально призвала посох и нацелилась на темное место, откуда шел звук. Но на берег вышла Нэна. — Это ты о нем или о себе? – в низком голосе полупусто́ты слышалась плохо скрываемая усмешка. — Да ну тебя! — Но он прав. – Наставница настороженно посмотрела в ту же сторону, куда еще мгновение назад указывал призрак. Совершенно бесшумно из тени деревьев под бледный свет луны вышел олень с благородными рогами, покрытыми мхом. Сцинарг безмятежно брел по берегу, пока не достиг путников. — Все не терпится, чтобы мы поскорее покинули твои владения? – Рэя не удержалась и погладила шелковистую шерсть зверя. Сцинарг фыркнул, мотнул большой головой да топнул копытом. В недоумении девушка замерла, но ладонь с теплого меха на убрала. — Нет. Он здесь, чтобы помочь. Наставница встревоженно заозиралась по сторонам. Теперь не только уши улавливали посторонний шум, но и ветер приносил с собой запах, не сулящий ничего хорошего. — Что случилось, Нэна? — Трибожие, – не стала томить та. – С трех сторон наступают. Юг, запад и восток. — Остается только на север. Туда-то я и хотела. Туда, где все началось. – Рэя же, наоборот, не видела причин для паники. – Придется быть осторожнее, раз эти псы наступают нам на пятки. После недолго молчания, Наставница уверенно заявила: — Нет. Я постараюсь сбить их со следа. Тонкие, но сильные, руки Наставницы подхватили худенькую девушку и, несмотря на возмущения, подняли в воздух. Сцинарг опустился на передние копыта, позволяя усадить человека себе на спину. — Стой-стой-стой! – воспротивилась Рэя. – Еще чего, избавиться от меня захотела! – губы несдержанно дрогнули в ухмылке. – Встретимся на той стороне реки, да? — Да. – кивнула Наставница и обратилась к сцинаргу: – Уведи ее! Хранитель лесов встал на задние копыта и помчался вперед. Рэя обернулась, с трепещущим сердцем наблюдая, как высокая фигура Наставницы уменьшается, буквально тает на глазах. Кантанэна неотрывно следила за стремительно удаляющимся оленем и девушкой до тех пор, пока их силуэты не скрылись в лесной чаще. Встревоженные берега озера теперь остались для них позади, а Кантанэне еще предстояло справиться с нелегкой задачей: сбить Ищеек со следа. Сидя на спине сцинарга и крепко сжимая его мех, девушка не замечала, как сильно бил в лицо холодный ветер, как быстро исчезало облако пара, выпущенное с каждым выдохом. Давно позабытое чувство свободы, которое она испытывала в седле Азалии, тугим узлом сжимало грудь, мешая дышать. Вспоминать было все еще больно. Рэя сильнее прижалась к шее оленя, прячась в теплом меху. Сильно зажмурив глаза, она пыталась прогнать дурные мысли. Не об этом ей сейчас стоило думать. Не предаваться воспоминаниям о днях, которые не вернуть. Тем временем Сцинарг мчался только вперед. Его сильные копыта то и дело отталкивались от земли, чтобы перепрыгнуть обрушенное дерево или крутой овраг. Он совершенно не обращал внимания на встречающиеся по пути ветки, ломающиеся о рога, или на спящие бутоны цветов, ныне втоптанных под могучим копытом. Задача хранителя леса была для него первостепенной и намного более значимой, чем спокойствие стаи синиц, вынужденных покинуть насиженный куст. И нет, он не жаждал поскорее избавиться от сидящего на его благородной спине человеческого дитя, – только лишь защитить. Луна покинула небесный купол. Наступил самый темный час, предрассветный час. Даже звезды исчезли с черного небосвода. И оставалось неясным – то ли над землей нависли непроглядные тучи, то ли невидимая рука стерла серебряный свет, дабы в скором времени нарисовать яркое и теплое солнце на чистом холсте. Дурное предчувствие все не покидало Рэю. Холодный воздух обжигал легкие и острыми иглами врезался в сердце. — Стой. – девушка слегка потянула шерсть, когда впереди показалась река. Сцинарг, явно планировавший пересечь воду в один прыжок, нехотя остановился. Еще большее недовольство он выразил, когда девушка спрыгнула на землю. — Дальше я пойду одна. – она погладила теплый мех в последний раз и строго наказала. – Иди. Ну же! – прикрикнула Рэя, глядя на фыркающего зверя. – Лес ждет тебя. Трудно было догадаться, о чем в этот момент думал лесной хранитель. Его черные глаза внимательно осмотрели девушку, казалось, проникая в самую душу. Сцинарг на мгновение застыл, а после исчез в тени деревьев. Самый узкий участок реки находился недалеко – туда-то Рэя и направилась. Солнце вскоре должно было показаться из-за горизонта и разогнать ночную темноту. Звери и птицы, притаившись, ожидали долгожданного утреннего тепла. Повисшая над рекой тишина заглушала даже шум воды. Казалось, время здесь замерло. Перебраться на другой берег не составляло труда. Пусть река и была неглубокой, но Рэя предпочла не мочить одежду и просто переместиться. Но что-то ее останавливало. Некое чувство неправильности поселилось на краю сознания. Быть может, зря она позволила Наставнице уйти одной? Растворившись в едва различимой в полумраке дымке, Рэя почувствовала твердую землю под ногами. Шум мчащейся без устали вода послышался позади прежде, чем девушка открыла глаза. Только стоило картинке примятой пожухлой травы появиться в поле зрения, как запястье неистово обожгло. Ее резко рвануло вбок за рукой. Враг застал ее врасплох! Рэя призвала посох, но того не оказалось в руке. Она не успела даже упасть, когда кто-то ударил ее коленом в лицо. Острая боль пронзила переносицу, и из носа хлынула кровь. Еще одна попытка призвать оружие не увенчалась успехом. И только сейчас девушка заметила, как от запястья тянулась полупрозрачная нить, словно паутинка. Она крепко впивалась в кожу, давила, угрожая рассечь до самой кости. На противоположном конце этой ниточки оказался человек, облаченный в знакомые одеяния Трибожия. — Вот ты и попалась, Рэя Эстаз. – раздался спокойный, но вместе с тем торжествующий, голос прямо над ней. Не трудно догадаться, что именно его обладатель мгновение назад наградил ее сломанным носом. «Вот оно что. Эти нити, они блокируют потоки энергии в теле», – едва не заскрежетала зубами девушка от этой мысли. — Не думаешь же ты, пес, – выплюнула Рэя. – что мне нужна духовная сила, чтобы переломать вам всем кости? Девушка молниеносно сделала подсечку, повалив мужчину на землю, резко потянула руку на себя и нить порвалась. Однако ожидаемого прилива бурлящей энергии не произошло. — Эффект сохраняется некоторое время. – оскалился коротко стриженный мужчина. Рэя не дала ему совершить следующего действия и ударила ногой с размаха прямо по голове. Не теряя времени, она буквально подлетела ко второму, но застать его врасплох уже не получилось. Несколько отточенных ударов ушло на то, чтобы лишить врага равновесия. В этот момент в спину ударил мощный поток воздуха. Она пошатнулась на пару шагов, но не упала. — Все такая же высокомерная. – сказал мужчина, выпрямившись и вытерев кровь на лице пальцем. Возле него растворились в воздухе остатки созвездия Орла. Еще четверо Ищеек, стоявших позади него, ринулись вперед, но были остановлены одним резким движением руки. Сомнений не оставалось, что именно он возглавляет отряд. Но отчего создавалось впечатление, что она его уже где-то видела? — Значит, главная сука здесь ты? – Рэя попыталась задеть за живое, чтобы хоть как-то вывести мужчину из себя, ведь шансы были не в ее пользу. — Так ты не помнишь меня? – прищурился тот, разглядывая девушку с нескрываемым отвращением. – Кто бы сомневался. Все клановые заклинатели заносчивы. Даже трусишка Флу со временем впитала эту мерзость. Рэя недоумевала, почему Ищейка упомянул это имя. Все сводилось к единственному выводу – они уже пересекались, все втроем. И такое могло случиться только в одном месте. — Это ты… – протянула Рэя. – Тот самый, которого с таким позором турнули из ордена Зимы! Как там тебя, не напомнишь? — Это не важно. – мужчина пропустил все язвительные комментарии мимо ушей. – Я отрекся от того имени. Отпустив грехи, я переродился и теперь мое имя… — Долго отмаливался? У тебя их должно было много скопиться. – усмехнулась девушка. Мужчина умолк, но даже бровью не повел. Он взмахнул рукой. Рэя напряглась, ожидая очередное созвездие и не ошиблась. В следующую секунду на нее обрушилась стена воды от эфирного ската. Краткая мысль разочарования от намокшей одежды сменилась неприятным осознанием, когда тело пронзило десятком колючих ударов. Молнии с неистовой силой били в одни и те же места на руках и ногах, заставляя ее осесть на землю. Тело потряхивало от перенапряжения, а в ушах звенело. Мужчина торжествующе подошел ближе. Он надавил на спину Рэи ногой, заставляя ту полностью лечь на пыльную землю. Но она не поддавалась, пусть руки едва выдерживали давления. Тогда он пнул ее тонкое запястье и голова глухо ударилась об утоптанную почву. — Мое имя Гар’ат. – упиваясь превосходством сказал он. Его пыльный сапог еще сильнее вдавил голову девушки в землю. – Я заставлю тебя запомнить его. Высеку на твоей коже, если понадобиться. Глядя на ее бесплодные попытки вырваться, он с упоение добавил: — Даже великая и ужасная Рэя Эстаз остается не более чем пылью у меня под ногами. Но тут девушка хрипло засмеялась. — Ха-ха-ха! Совсем умом тронулся, став цепным псом? Сколько сапог уже вылезал, а?! Рэя взирала на него синими, словно бездна, глазами, не знающими поражения. Пусть она не могла двигаться, пусть не могла даже поднять головы, но она смогла заставить Гар’ата на мгновение оцепенеть от ужаса. Темное, непостижимое безумие бушевало в самых глубинах ее истерзанной души. Гар’ат не мог более выдерживать зрительный контакт. Один только этот взгляд, которым славились Эстазы, заставлял дрожать не тело, а душу от первобытного страха. Мужчина дернул ногой, чтобы еще раз ударить ее, но в это самое мгновение его сбило с ног что-то очень большое и сильное. Зверь грозно фыркнул и угрожающе топнул копытом. Над Рэей нависал сцинарг, закрывая ее собой. — Вот же безбашенная зверюга! – поругалась девушка и тут же усмехнулась, показывая весь свой оскал от предвкушения новой битвы, в которой шансы немного уравнялись. Хранитель леса грозно топнул копытом, да так, что пыль взметнулась в воздух. Его ноздри гневливо раздувались, а черные глубокие глаза были полны решимости, когда могучие рога сцинарга вдруг заискрились. Волосы на коже встали дыбом, притягиваемые неведомой силой, а в нос ударил резкий, металлический запах. Голова хранителя леса резко повернулась в сторону небольшой группы Ищеек. Никто не успел ничего предпринять, как почва завибрировала, разверзлась, рассыпаясь на десятки каменных глыб, и из-под земли обрушились раскаты молний. Непрерывные разряды пронзали тела врагов, истощал их, спутывал разум. Оклемавшийся к этому времени Гар’ат встал на ноги и поднял руки перед собой, дабы заблокировать внезапный выпад девчонки. Однако это был лишь обманный маневр и вместо удара в голову, он согнулся пополам, охваченный тупой болью в животе. К сожалению, этого не хватило, чтобы вывести самого молодого Ищейку из игры. Бой между ними все продолжался и тем свирепее становилась их схватка. Обессиленные до такой степени, что каждый из них едва различал образ соперника, они все еще готовы были перегрызть друг другу глотки. Рэя прытко уворачивалась от крепких ударов, в то время как Гар’ат стоически блокировал каждый выпад и, казалось, не чувствовал боли. В какой-то момент девушка сделала кувырок, благодаря чему отдалилась на несколько метров. Коснувшись земли пальцами, она почувствовала, как вибрируют жилы, вбирая животворящую энергию. Возникший в руке посох стремительно полетел в Гар’ата. Но не только она действовала на опережение. Из-под рукавов молодого Ищейки четко виднелись нитеобразные тату, которые засветились, поползли по коже и вырвались на свободу. Множество тончайших нитей устремилось к Рэе. Девушка не успела среагировать, как посох исчез в жалком миллиметре от глаза Ищейки. Каналы циркулирующей энергии вновь оказались блокированы крепкими узлами. Внезапно раздался краткий вопль, перехвативший все внимание. Хранитель леса обессиленно склонил голову к земле и через секунду рухнул. В боку торчала источающая мерцающую дымку стрела. Без сомнения, то было созвездие. — Ты же не думала, что мой отряд столь мал? – победоносно ухмыльнулся Гар’ат. Из укрытия неподалеку вышел мужчина, держа в руках лук. Гар’ат поджал пальцы, словно вцепился когтями в жертву, и Рэю потянуло вниз. Нити, казавшиеся с виду хрупкими, подобно хрусталю, давили с неимоверной силой, обвив тело, руки и ноги. — Да сколько их у тебя?! – прохрипела девушка, пытаясь разорвать оковы. Гар’ат без всяких эмоций медленно закатал рукава. Его предплечья были сплошь обвиты тонкими линиями. — Обычно, человеческое тело едва ли способно выдержать больше семи нитей. – мужчина неспешно, зная, что ему уже ничего не угрожает, подошел к Рэе. Взгляд его был залит нескрываемым превосходством и упоением над ситуацией. – Видишь ли, этот процесс подобен перерождению через смерть. – Гар’ат повернулся к тяжело дышащему сцинаргу и побрел к нему. – Чтобы обрести такую силу, надо испытать нестерпимую боль. Я преодолел порог тринадцати нитей и не собираюсь останавливаться на этом. — Эй! Ты куда прешь?! – злостно крикнула Рэя, трепыхаясь, словно выброшенная на сушу рыба. Мужчина остановился возле головы хранителя леса и пристально взглянул в его широко распахнутые глаза. Одному лишь Гар’ату было известно, что он пытался в них отыскать. Сцинарг из последних сил вобрал в могучую грудь воздух и рога его озарились сотнями вспышек молний. В воздухе что-то сверкнуло. В широкую шею сцинарга вонзился меч. В ушах звенело все ярче, когда до Рэи доносились глухие удары, которыми Ищейка рубил шею хранителя леса. Не один и не два взмаха холодным оружием потребовалось, чтобы отделить голову от туловища. Алая, густая кровь растекалась по земле, подобно лаве, хлынувшей из пробудившегося вулкана. Гар’ат же не побрезговал испачкаться. — Ублюдок! – севшим голосом прошипела Рэя. – Ты же знаешь, чем обернется убийство Грезящего зверя. Взмахнув мечом, чтобы с его лезвия слетели свежие капли крови, он сказал: — Это лишь небольшая жертва ради исцеления этого мира от тебя. — Псих. Грезящие звери священны! Разве Трибожие и твой Бог не того же мнения?! Гар’ат повернулся и без всякого сожаления ответил: — Я убежден, что Бог простит мне эту малую оплошность ради великого исцеления. — Эг нав мо ахрин сэ гхэлэге! – по лицу Рэи становилось очевидно, что эти слова были отнюдь нелюбезными. – Чертов фанатик! Оправдываешь грехи какой-то высшей целью. Ты просто смешон! Еще скажи, что именно тебя послал так называемый Бог, чтобы именно ты исполнил священную миссию! Ха-ха-ха! – истерия на мгновение затуманила разум Рэи. Мужчина присел подле обездвиженной девушки, походившей сейчас не более чем на раздражающую букашку. — Но не меня прозвали Тлетворной девой. – как бы в насмешку сказал Гар’ат, за что незамедлительно получил плевок в лицо. Даже не поморщившись, он смахнул жидкость с кожи. – Мы доставим тебя в столицу. — Чего же не убьете сразу? — Верховный тредей Скол’ар желает направить твою душу, попытаться исцелить. – Гар’ат на секунду задумался. – Хотя, на мой взгляд, это пустая трата времени. Такую темную душу, как у тебя, уже ничто не способно спасти. В итоге, тебя ожидает только один конец. Мужчина встал и вдруг удивленно посмотрел на какую-то вещь, висевшую на поясе девушки. — А это я заберу. Гар’ат развязал шнурок бездонного мешочка. Теперь Рэя осталась не только без духовной силы, но и без шанса на побег. Взгляд уткнулся в бездыханное тело сцинарга, который так отважно пытался ее защитить. Чем она заслужила его доброту? Она не может понять. Однако она воочию видит, чем обернулось это благородное стремление. — Приятных сновидений, Рэя Эстаз. В следующий раз ты проснешься в стенах псэта. – сказал Гар’ат. В воздухе появился силуэт маленького ежа, который тут же растворился. Рэя безвольно вдохнула облачко дыма, в носу защекотало. Этот странный, но приятный, аромат показался ей знакомым. Но когда же ей довелось столкнуться с ним? Мир перед глазами поплыл. Незнакомые воспоминания рябью всплыли в сознании. Встревоженный мужской голос о чем-то тихо нашептывал, пока лошадь неслась вперед. «Точно… Тогда это был Нэгато… Так давно». И даже темнота растворилась, не оставив после себя ничего.