Тень Тхэурда: шепот из глубин

Несколькими часами ранее в преддверии рассвета на берега озера Шепотков ступила небольшая группа людей. За длинными плащами невозможно было разглядеть цветов одежды, а капюшоны столь искусно покрывали голову, что в их тени не проступали даже очертания лиц. Двое мужчин и одна девушка спешились с лошадей, которых тут же и оставили у ближайших деревьев. — Ясной погоды нам сегодня не видать. – взглянул на мрачные тучи мужчина с посеребренной щетиной. — Как и нежданных гостей. – звонко отозвался мужчина среднего возраста. – Что прикажите, госпожа? Даже в полную силу мне пока трудно определить направление. Она провела здесь некоторое время. Присмотревшись, можно было заметить, что только вокруг одного запястья парил характерный для клана Мусти обруч. Оторвавшись от лицезрения мирной глади озера, устеленного легким туманом, незнакомка повернулась к путникам. Подол плаща колыхнулся, подхваченный ветром, и в глаза тут же бросились яркие цвета самых красочных осенних кленов. Девушка сбросила капюшон. Зеленые глаза приковали всеобщее внимание. Кажется, никто из ее путников до сих пор не мог привыкнуть к этому странному явлению и каждый раз, встретившись с ней взглядом, невольно вздрагивали. Через многое прошедшая Флу Мусти едва ли изменилась внешне, чего нельзя сказать о ее душе. Подобно утренней росе, которая испаряется с первыми лучами солнца, она предпочла обратиться в иней. Взгляд Флу все еще был открыт и любознателен, даже местами боязлив, но холод, сковавший ее тело, неминуемо просачивался наружу. — Одор, – взглянула она на молодого человека, который тут же выпрямился. – ты пойдешь налево. Гин – направо. – мужчина с седовласой щетиной просто кивнул. – Поищем зацепки. Она не зря провела здесь столько времени. Скорее всего дальше Рэя отправилась на север. Как только заклинатели разошлись по разные стороны, оба обруча исчезли с тонких запястий. Образовавшаяся над песком бесформенная дымка сгустилась, приобрела очертания и теперь на берегу стоял богато разодетый кролик, нервно топающий лапкой. — Я смотрю и минуты не можешь прожить без моей помощи, девочка? – нетерпеливо отозвался Стамъян, доставая из-за пазухи длинную трубку. — Ты отдыхал последние двое суток, пока мы скакали до озера. — Не придирайся к мелочам, девочка! – он раздраженно утрамбовал какие-то высушенные травы в чашу. – Огоньку не поддашь? Флу подошла ближе, бесцеремонно схватила трубку и пару раз встряхнула ее. Содержимое посыпалось на землю, сопровождаемое округленными до неприличия кроличьими глазами. — Ах ты… Да как ты… – вырывались нечленораздельные звуки из кроличьего рта, пока Стамъян в ужасе и гневе держался за уши, сдерживаясь от грубой силы. – Управы на тебя нет! Флу Мусти, да ты знаешь, на сколько ценны эти травы?! — Знаю, ведь это я их покупаю. – спокойно сказала девушка, несмотря на то, что Стамъян грубо выхватил трубку из ее руки. – Сейчас не время раскуривать табак. — Мелкая и раздражающая девчонка! Погоди у меня! Для табака всегда найдется время! — Но не сейчас. – заключила Флу и, заприметив какое-то яркое пятнышко на дереве, пошла в ту сторону. – Надо отыскать Рэю раньше, чем это сделают псы Трибожия. — Сдалась тебе эта беглянка! – продолжал чертыхаться Стамъян. – Раньше ты была более послушная, даже прислушивалась ко мне, хотя и тряслась при этом, как осиновый листик. Это же надо все так запороть! Чтоб ему пусто было… Ай! Эй, ты чего встала, как вкопанная?! Стамъян, потирая ушибленный нос, выглянул из-за девушки, даже глаза сощурил, но ничего примечательно не увидал. — Какого черта ты так резко тормозишь?! Ходить разучилась? – продолжал негодующе сыпать Стамъян. – Эй, ты чего молчишь? Он опасливо покосился на Флу, которая никак не реагировала на его выпады. Не сказать, что последние два года девушка хоть как-то обращала внимание на гневливые слова ворчливого старого кролика. Но что-то такое сейчас витало в воздухе, от чего роскошные усы Стамъяна задрожали и даже съежились. — Запороть, говоришь. – тихо сказала Флу. — Да-да, я так и сказа… – весь энтузиазм Стамъяна в миг улетучился, когда он осознал смысл сказанного. По сему получалось, что он обвинял в нынешнем положении дел смерть ее брата. – А, эм, ну… – к сожалению, почесывание затылка не помогло подобрать нужных слов и выйти из тупиковой ситуации. — Пожалуй, можно и так сказать. – вдруг произнесла Флу. – Гъяс, этот человек, запорол все. — А, так вот, о чем ты подумала. – сказал как можно тише Стамъян, чувствуя взмокшую шерстку. Однако девушка его услышала. — Я знаю, что ты сказал это не подумав. Впрочем, как и всегда. – пожала она плечами. Стамъян только стиснул зубы, так ничего и не ответив. К радости или же нет, ему не довелось увидеть затуманенный кровавой пеленой взгляд Флу Мусти. Подойдя ближе к пестрому пятнышку на дереве, оказалось, что это был белоснежный цветок, воткнутый в дупло. Пара лепестков опала и покоилась в траве между корнями. — Схэары? В дупле? Странные дела тут творятся. – задумался кролик, поглаживая короткую бородку. – О, ты погляди, там тоже! В один прыжок, он оказался у второго цветка, стебель которого застрял между двумя веточками на кусте. — Хм, дорога из цветов скорби. – Стамъян глядел на шлейф из белых лепестков, уходящий вглубь леса и скрывающийся в его тени. – Хе-хе-хе! Это как раз по моей части! – оскалился кролик, потирая лапками в предвкушении грядущей опасности. – Не отставай и даже не смей обгонять меня, девочка! — И не собиралась. – с опасением Флу вглядывалась в темноту безмолвной чащи. Поразмыслив, она все же призвала Лучистую рыбку, за что тут же получила пинок по ноге. — Ты что! Выдашь наши позиции! А ну убери эту гадость! – Стамъян пытался самолично разогнать парящую в воздухе рыбку, но каждый его взмах проходил насквозь. — Твои вопли выдали нас еще на берегу. – вздохнула Флу, но рыбка все же растворилась. Следуя за цветами, перешагивая массивные корни и уклоняясь от острых ветвей, они вдруг остановились. Вдалеке виднелось белое пятнышко, но вот располагалось оно на чем-то большом и совершенно точно не напоминающем безобидный куст. Цветок на мгновение зашевелился. — Ха, а вот это уже по моей части! – воинственно крикнул Стамъян и прыгнул во тьму, на неизвестного врага. Раздался металлический лязг, тело кролика прошибло дрожью и он глухо упал на землю. — Стамъян! – Флу побежала вперед, но остановилась в метре. — Что, перепугалась, девочка? – просипел кролик, стараясь не выдавать сковавшую его лапу боль. — Не-а. – для убедительности она даже помотала головой. — Врешь, как дышишь! — Не-а. Точно нет. Флу переводила взгляд то на Стамъяна, лежащего на спине с вытянутой лапкой, то на покрытого мхом и лианами голема. Видимо, удар Стамъяна пришелся на железную часть, проходящую рядом с трещиной, из которой торчал хилый стебель белого цветка. Заглянув за голема, от увиденного лицо девушки вытянулось. — Мы пришли. — Что там? Что там? – вскочил на лапы кролик. — Труп. — Опа-па. – тяжко выдохнул он. Небольшая поляна, покрытая схэарами, предстала во всей красе перед двумя путниками. Стамъян приблизился и наклонился почти вплотную к цветам, втягивая их запах. — Смердит. – поморщился он. – Разложение в самом соку. От таких подробностей Флу невольно скривилась. — Возможно, Рэя нашла это место, но ничего не смогла сделать с находкой. — Думаешь, что это их рук дело? Этих Пожирателей душ? – напрягшись, спросил Стамъян, от чего его голос показался глухим. — Несомненно. – кивнула Флу и села на бревно, задумавшись. — Что тебя так мучает, девочка? Мы, можно сказать, свидетеля наши, а ты вся скисла. — У меня есть подозрения, что Ищейки устроят засаду для Рэи. Если уйдем сейчас, то можем успеть помочь ей, но… в таком случае, у нас не будет доказательств ее невиновности в деле о Пожирателях. — Хах! – тяжело вздохнул Стамъян. – Выходит, мы на перепутье. — Да. – Флу пуще прежнего опустила плечи. — Мину проще, девочка. – кролик вновь выудил трубку из кармана. – Ее могут не поймать. А если уж это случится и мы не окажемся рядом, то у нас будут доказательства. Так называемый козырь! Помолчав, Флу призвала огненного зверька, который грациозно направился к кролику. Ваку сел рядом и взмахнул пушистым хвостом, на кончике которого загорелся огонек. — Вот это по-нашему! – восторжествовал Стамъян, поднося трубку к огоньку. Ваку исчез, стоило только кролику испустить облако молочного дыма. — Надо дождаться Тэнера. – девушка проводила взглядом, уносящуюся прочь бабочку-вестницу. – Он должен быть неподалеку. — А, тот парниша! Значит устроим свиданку с мертвыми! Через какое-то время подошли два заклинателя. Одор с явным увлечением рассматривал дивные белые цветы, в том время как Гин неприязненно покосился на безобидные растения. — Чего это вы так скривились, а? Господин Гин? – Одор машинально одернул тянущуюся к лепесткам руку, вдруг подумав, что цветы ядовиты. — Как вижу, ботаника прошли мимо твоей головы. Эти цветы зовутся схэарами. По мимо того, что их называют цветами скорби, по поверьям, они так же предпочитают расти в местах захоронений. — Что-то типа останков животных? — Что-то типа трупов людей. – с серьезными видом ответил Гин. — Шутите? – Одор неверующе оглядел всех присутствующих. — Со смертью не шутят. Одора словно молнией поразило и он отпрянул от небольшой поляны. — Хех, бежишь, поджав хвост?! Не зря у сопляка тотем – мышь! – посмеивался Стамъян. — Мышь?! – возмутился Одор. – Сагамур далеко не какая-то там мышь! — Ага, как скажешь. – довольный собой Стамъян выпустил клуб дыма прямо в лицо Одора, все еще сидящего на земле. Тот принялся чертыхаться, потом закашливаться, а откашлявшись, вновь принимался браниться. — Это не вежливо, Стамъян. – попыталась урезонить своего компаньона Флу. — Вежливость и я. Девочка, ты ничего не попутала? На что Флу предъявить было нечего и она быстро сдалась. — Он глубоко под землей? – вдруг спросила девушка. Стамъян принюхался. — Не, метра полтора, не больше. — Госпожа, вы хотите выкопать труп? – боязливо покосился на поляну Одор. — Для разговора с душой наверняка потребуется точка соприкосновения. Выкопав труп, мы сэкономим время. — Однако, госпожа, у нас нет лопаты. – констатировал удручающий факт Гин. Стамъян поперхнулся табачным дымом, из-за чего тот повалил через нос и уши. Откашлявшись, кролик усмехнулся, но тактично промолчал. — М-да. Ворон Гина тут не поможет, мой сагамур слишком мал, а вот тотем госпожи… – Одор увлекся рассуждениями и сам не заметил как покосился на курящего в стороне кролика. — Чего вылупились?! – Стамъян насторожил уши. – Я вам не псина! – выпалил он и демонстративно отвернулся. — Не выйдет. Даже за мерпинский табак. – Флу выжидательно посмотрела на навострившего одно ухо кролика, но чуда не произошло. — Кхем. – мягко привлек внимание Гин. – У голема может найтись пара плоских камней. Нашлось целых три и как бы Флу не рвалась взяться за дело, вымазаться в грязи ей никто не разрешил. Промолчал разве что Стамъян. Около часа усердной работы ушло, чтобы расчистить рыхлую почву. Ковер изящных цветов был затоптан и усыпан кучками земли. От былой красоты не осталось и следа. Но об этом уже никто не волновался, когда в нос беспощадно ударил едкий, тошнотворный запах. Первым не выдержал Одор, отпрянув и отвернувшись к ближайшему кусту, его вывернуло недавно съеденным завтраком. — Слабак. – протянул Стамъян. Гин, закрыв рукавом лицо, неподвижно осмотрел тонкие посеревшие пальцы, присыпанные глиняной землей. Столь маленький кусочек, который им открылся, вызывал бурю смешанных эмоций, клубящихся где-то в горле. — Хватит на этом. – выдавила Флу, стараясь подавить рвущийся наружу позыв. Гин припорошил полусгнившую кисть замлей, чтобы хоть как-то приглушить смрадный запах. Уши Стамъяна внезапно повернулись в сторону, откуда из-за деревьев вышел молодой человек, разодетый в идеально чистые бело-голубые цвета. — О, шустрый какой! – едва не икнул Стамъян, глазея на юношу. — Едва ли. – холодно отозвался тот. – Уже рассвело. Флу подняла голову кверху, но ни единого намека на проблески солнечного света не увидела. Даже через густые кроны просвечивали мрачные, давящие тучи. — Я думал госпожа Мусти идет по следу… – Тэнер не договорил. Его взгляд остановился на вырытой яме. – Раскапывать было не обязательно. Одной фразы хватило, чтобы вдоволь рассмешить Стамъяна, заставить раскраснеться Одора, отвести взгляд Гина. Флу же прикрыла глаза, скрывая за этим жестом явное смущение. — Так вы знаете, куда отправилась Рэя после озера Шепотков? – Тэнер всего лишь задал вопрос, но воздух вокруг вдруг охладел и отяжелел. Прежде чем Одор, который уже напал на след девушки еще будучи на берегу, успел что-либо сказать, вмешалась Флу. — Нет. Однако ее след привел нас сюда, к возможной зацепке, ведущей к Пожирателям. Тэнер не стал задерживать на девушке пристального взгляда дольше положенного, а решил незамедлительно приступить к делу. Привычные, отточенные действия и Лунный камень обращается в полупрозрачное полотно, парящее перед ним. Пальцы оставляют на его поверхности круги, точно на водной глади, а в воздухе разносятся приятные ноты. Мгновение-другое и перед ними восстает серебристый силуэт. Постепенно он приобретает очертания. Босые ноги стоят на грязной земле, а хрупкие руки подрагивают. — Вот черт. – первым не выдерживает Стамъян, ошарашенный увиденным. Лунный призрак предстал перед ними в образе девушки. Ее рот открывался и закрывался, не в силах вымолвить ни слова, ведь ей отрезали язык. По ее щекам лились кровавые слезы, ведь ей выкололи глаза. Невыносимая боль и страдание навеки отпечатались в ее душе. — Ты слышишь нас? – дрогнувшим голосом произнесла Флу и лунный призрак замер. Девушка повернула ухо к источнику шума, осмыслила услышанное и, сдерживая слезы, кивнула. — Тебя убили? – Тэнер принялся за расспрос. Та вновь кивнула и лицо ее исказилось в отвращении. — Сколько их было? Она подняла полупрозрачную дрожащую руку и указала два пальца. — С тобой был кто-то еще? Окутанная серебряной дымкой девушка закусила губы и, собравшись с силами, закивала. Вдруг она сложила руки в замок и будто бы взмолилась. Отчаянная и немая мольба въедалась под кожу. В какой-то миг девушка, не размыкая пальцев, начала бить себя по груди. Звуки бестелесного тела не разносились вокруг, но в головах живых людей набатом стоял этот душераздирающий шум. — Что она делает? – деревянным языком произнес Одор. Никто не знал ответа. Безмолвие повисло над местом убийства. Рой догадок клубился под стылой землей вместе с трупными червями. — Может спросить у нее видела ли она Рэю? – задумчиво поинтересовалась Флу. — Не выйдет. Вызванные духи знают только то, что видели до смерти. – пояснил Тэнер. – Боюсь, это все. Она не стабильна и вот-вот сама исчезнет. Только Тэнер дернулся, чтобы придать Лунному полотну прежнюю форму, как девушка замахала руками, рухнула на колени и принялась тормошить траву. — Совсем кукухой поехала. – вздохнул Стамъян. — Нет. – а вот Флу наоборот пригляделась. – Она пытается что-то нарисовать. Призрачная рука резко указала на Флу, на ее верную догадку. Потом она опять начала водить руками по земле, не оставляя никаких следов. — Люк, это люк. – прошептала Флу и призрак замерла. – Ты видела убийство и проследила за ними, но тебя поймали и убили, но так, чтобы ты ни при каких обстоятельствах не смогла бы рассказать, что видела. — Вот это головоломка. – повел ушами кролик, присвистнув. — Быть может, этот люк находится где-нибудь поблизости. – Гин озвучил общую догадку. Призрак начала водить рукой по траве, вырисовывая круг. — О, это озеро! – воскликнул Одор, даже ткнув на радостях пальцем. В этот раз ладонь девушки застыла в полуметре от земли и никто долгое время не мог сообразить, что значит этот жест. — Хм, может холм к югу отсюда? – предположила Флу. — Со стороны Кармэна? – Одор попытался припомнить были ли в округе еще холмы, но в голове всплывал только тот, с которого они сами пришли. И ответ оказался верным. Теперь же она рукой рисовала какую-то волну, всегда уходящую в одном направлении. — От холма к озеру и далее на северо-восток. – подытожила Флу. Девушка, сидящая на коленях, остановилась. На ее опечаленном лице на мгновение проступило умиротворение. Она поклонилась заклинателям, выслушавшим ее немую и горькую историю и исчезла. — Северо-восток, значит. – задумалась Флу. – А Рэя держит путь на север. Следующее, что почувствовала Флу, как не может вдохнуть, а горло с силой сжимают пальцы. Хрипя и давясь слюной, она с ужасом взирала в серые глаза напротив. Столь хладнокровный, свирепый взгляд она прежде не видела. И уже тем более не могла вообразить, что на такое бесчинство способны заклинатели клана Хиэмз, с детства ведущие безэмоциональный образ жизни. Но Тэнер отличался от прочих – его хладнокровность не замораживала, а обжигала. — Ты знала, где она. – от спокойного, но решительного голоса Тэнера Хиэмза кровь хлынула вниз. Одор и Гин уже обнажили мечи, направив на юношу. — Эй, малец, может подумаешь дважды? – Стамъян впервые за сегодня был настроен серьезно. Тэнер ослабил хватку, но не отпустил. Жадно вдохнув полной грудью воздух, мысли хлынули в голову Флу. Она жестом показала, что вмешиваться не стоит. — Предполагала, – девушка сглотнула. – что она решит вернуться к началу. На тот остров. Сейчас она уже должна была пересечь реку Слез в самом узком русле. — Разве ты не хотела нагнать ее? — Доказательства ее невиновности важнее. Флу уже была на пределе. Выносить на себе этот тяжелый взгляд было невыносимо. К счастью, ответ удовлетворил Тэнера. Он отпустил девушку и, не обращая никакого внимания на обращенные к нему клинки, прошел мимо. Уже через минуту его силуэт исчез в тени деревьев. — Госпожа, вы в порядке? – обеспокоенно подлетел Одор. — Ох, девочку нехило так встряхнули! Конечно, она не в порядке! – выпалил Стамъян, скрестив лапки на груди. Плюнув, он вполне внятно пробубнил: – Та девкана столько сильно ранила его чувства, что он жаждет ее прикончить? Ни Гин, ни Одор не поняли смысла небрежно брошенной фразы. Девушка только покосилась на чрезмерно болтливого кролика, но предпочла промолчать. Ей и самой только краем уха довелось услышать о хрупких взаимоотношениях Тэнера и Рэи, которые, по-видимому, именно Рэя пресекла на корню. И вот сейчас Флу подумывала, что тот бережно взращенный росток нагло и беспощадно вырвали с корнем, не позабыв растоптать. На дрожащих ногах девушка скатилась по стволу дерева вниз, придерживаемая крепкой рукой Одора. — Воды? – обратился Гин, но девушка нервно замотала головой. — Опа, никак дар речи потеряла! – спохватился кролик, беря ее голову в лапы и ворочая во все стороны. – Черепушка на вид цела. — О-отвянь. – с трудом вымолвила Флу. – Дай д-дух п-перевести. — Заикания вернулись. – невесело сказала Стамъян. – Черти бы его драли! Опять я тебя через слово понимать буду! А ну соберись! Мельтешение ворчливого кролика девушке порядком надоело, поэтому она схватила его за уши и оттянула в сторону. — Ай-ай-ай! Ты что удумала! Да как можно! — Пять минут и выдвигаемся. – сказала Флу, пытаясь скрыть подрагивающие руки. Время пролетело незаметно. Подозрительное место нашлось уже на вторые сутки. И вот они снова у озера – оседлали лошадей и тронулись в путь, держась указанного направления. Таинственный люк мог скрываться где угодно: северо-западные просторы озера тянулись на много километров. Впрочем, границы поисков вряд ли простирались дальше реки Слез. К счастью, у Гина был верный проводник – ворон. Сквозь его глаза он наблюдал за землей с высоты, заглядывая в каждый овраг и чащу. На вторые сутки полета в поле зрения появился участок земли, что будто бы не дышал. Там не было ни зверья, ни птичьих голосов. Только одинокий дуб посреди макового поля да тихое журчание протекающей рядом речушки. Деревянный люк отыскался в пяти метрах от старого дерева, застеленный целым ковром из глины, земли и травы. Лошадей решили оставить еще на границе поля, дабы не вызвать лишних подозрений у случайно проходящих здесь торговцев или путешественников. — Судя по тому, как крепко прилипла земля к люку, здесь давно никого не было. – Гин отодрал грязевой кусок от круглой, железной ручки. — Нам на руку. – весело отозвался Одор. – Госпожа, позволите нам пойти вперед? Деревянный люк со зловещим скрипом открылся и тут же рухнул на землю с другой стороны. Обветшалая лестница, уходящая глубоко во тьму, не сулила ничего хорошего. Флу почувствовала, как ноги обдал холодный воздух, вырвавшийся на свободу. Она сглотнула и кивнула. Только Одор присел, чтобы опустить ногу на первую ступеньку, как вместе с гулом ветра из непроглядного мрака вырвался сиплый вдох. — Ха-ха, мне ведь послышалось? – замер в нерешительности Одор. — Тогда у меня те же галлюцинации. – даже у Гина в этот момент кровь застыла в жилах. Не дожидаясь, пока подопечный переведет дух, Гин начал спускаться по лестнице. Вслед за ним медленно плыла Лучистая рыбка. Оказавшись на твердой земле, он махнул рукой. Теперь это место напоминало давно заброшенную темницу. Внизу их встретил холодный, каменный коридор, продрогший до костей от вековой сырости. Казалось, даже воздух здесь тяжело дышал, пропитанный плесенью, ржавчиной и чем-то иным – застарелым, гниющим… затаенным. Шаги гулко разносились по сводам, словно за каждым из них кто-то шел следом, беззвучно. Внезапно в стенах начали проступать решетки – железные, искривленные, разрушенные коррозией. Холод исходил от них такой, будто за прутьями затаились чужие взгляды. Теперь этот подземный проход больше напоминал темницу. И с каждым пройденным метром становилось всё труднее отделаться от ощущения, что за ними кто-то наблюдает. Или ждет. — Развилка. – сказал Одор, вглядываясь в темноту справа и слева. – Сомневаюсь, что здесь есть кто-то, кроме нас. Может разделимся? Я могу пойти с вами, госпожа. — Боишься идти в одиночку. – улыбнулся Гин. — Тц, с чего бы мне бояться! — Вы вдвоем налево, я со Стамъяном направо. – Флу быстро смирилась с мыслью, что разделиться и правда будет лучшей идеей. — Неужели уже соскучилась, девочка? – забухтел кролик, только появившись. — Размечтался. — Фу, что за жуткое место. Это пыточная? Сколько трупаков вы уже повидали на пути? Их призраки преследовали вас? Ха-ха! Да расслабься, малышка, я же шучу! — Вот и иди вперед, шутник. – тихо сказала Флу, боясь, что ее и правда кто-нибудь услышит. — Ага! Вот и дверь! – сказал Стамъян и, прежде чем Флу успела его остановить, с грохотом выбил дверь. От неожиданно громкого звука девушка закрыла уши и на дрожащих нога вошла внутрь. — Ну-ка, ну-ка. Ты глянь, какой роскошный кабинет! Что это тут у нас? – кролик попробовал прокусить какую-то круглую монетку. – Ух, поди золотишко! Знаешь, а мне здесь уже нравиться, гостеприимно. Для столь жутких темниц, эта комната и правда выглядела изысканно, но все еще мрачно и совершенно заброшенно. Книжные полки, покрытые полью и паутиной, напольные канделябры, сплошь запачканные столетним воском, стол, усыпанный полусгнившими свертками. Здесь уже давно никто не появлялся. Лучистая рыбка остановилась парить прямо над столом, где Флу заметила нечто знакомое. На разбросанных бумагах были нарисованы различные символы. Где-то чернила смазались и содержимое невозможно было прочесть, где-то вовсе перечеркнуто. Но во всем этом хаосе, перебирая страницу за страницей, Флу пришла к одному единственному выводу. — Те же символы, что в ордене Весны. — Чего ты там бормочешь? — Вот эти два полностью совпадают с теми, что я нашла в ордене Весны. — Да ну тебя. – Стамъян махнул на нее лапой. — Как бы не так. – девушка достала блокнот и открыла на нужной странице. Символ, зарисованный ею, был идентичен с тем, который начертили на старой бумаге. — Это что же получается, человек, живший здесь, причастен к истреблению целого ордена? – поморщился Стамъян. — Истребление? Я никогда такого не говорила. – возразила Флу, продолжая рыться в бумагах. — Ага, как же. Не говорила, но всегда имела ввиду. Вы, людишки, склонны отрицать очевидное. Истребление звучит куда как более логично, нежели исчезновение. – Стамъян даже попытался поддразнить девушку, но та никак не отреагировала. – Эй, ты чего там копошишься? Смотри, какой ворох пыли из-за тебя поднялся! Стамъян принялся усердно отмахиваться от липнущей к нему пыли, но безуспешно. Тогда он постарался закрыть чувствительный нос длинными ушами. А вот Флу спасаться было уже поздно. Чихнув, она по неосторожности задела стопку бумаг на краю стола. Множество пыльных страниц разлетелось по полу. — А! Ну что за неуклюжая девица! — Ну, прости. – виновато сказала Флу и замерла с полуоткрытым ртом. — Пылевого клеща поймаешь, если варежку не закроешь. Стамъян запрыгнул на стол, чтобы самому поглазеть на ту невероятную вещицу, ошеломившую его подругу. — Опа, печать какая-то. Подозрительно знакомая, к слову. – Стамъян сощурился, поглаживая коротенькую бородку. — Да. Это печать Чтеца. По старым стенам проходит легкая дрожь, лужицы на полу выходят из своих маленьких берегов, утекая прочь через зазоры между камней. Жуткое эхо расходится по коридору и даже дверь скрипуче вздрагивает от свирепого рева, пронесшегося по мрачным коридорам. — Что за?.. – уши Стамъяна напряженно вслушиваются в темноту. Флу Мусти еще раз бросает взгляд на знакомую, слегка затертую печать. — Если это убежище Чтеца, то… н-не может быть. — Что ты там бормочешь, девочка? – поторапливает ее Стамъян. — Этот шум… рев. Скорее всего, принадлежит Пусто́те. Очередной его эксперимент. — Тогда чего мы ждем? Не забыла? Именно туда пошли твои соратники. – терпению кролика все же пришел конец, и он помчался вперед на встречу опасности. — Стамъян, постой! Мне все еще плохо удается контролировать твою мощь. – вторила, запыхавшись, Флу. — Бла-бла-бла! Пустые отговорки глупой трусишки! И вообще, с каких это пор ты контролируешь меня?! Это я одалживаю тебе свою невероятную и могучую силу! Просто твое тело слишком немощное, что вобрать ее без остатка! Не ты, а мы! Усекла? – дождавшись утвердительного кивка, Стамъян прикрикнул напоследок: – Мерпинский табак за тобой! В двойном р… Договорить развязному кролику Флу не дала. Почувствовав приток огромной мощи, она буквально одним прыжком ворвалась в комнату, откуда исходил непрекращающийся лязг. И девушка успела в последний момент. Проржавелые цепи, до сего момента сдерживающие разъяренную Пусто́ту, разорвались. Тварь уже замахнулась на Одора, наставившего на врага клинок. Он бы не успел среагировать и острые когти разорвали бы ему шею. Но Флу один ударом ноги впечатала Пусто́ту в стену так, что камни потрескались и осыпались. — Госпожа, вы как нельзя вовремя! – Одор с трудом подавил нервную икоту. — Пока нас прикрывают, займемся огнем. – быстро сориентировался Гин. Флу старалась дать им как можно больше времени, чтобы сконцентрировать мощнейшее заклинание ваку. Вцепившись в Пусто́ту со спины, она пару раз вонзила клинок ей в лицо, попав по глазам и даже поцарапав рот. Бесчисленные потуги твари добраться до наглого паразита и сбросить с себя не увенчивались успехом. Тогда Пусто́та решила придавить прилипшую блоху к стене, что это оказалось ее же погибелью. Как только предоставилась возможность, Флу схватила проржавелые цепи. Обматывая Пусто́ту, прижимая длинные руки к шее и туловищу, она вдруг соскочила со склизкой спины. Два пышущих ярким пламенем ваку бросились на мечущуюся тварь. Флу сосредоточилась на создании третьего огненного созвездия, которое сию же секунду кинулось в грудь Пусто́ты. Она горела долго. Пока слизь полностью не испарилась, пока не оголилась черная кожа, пока плоть не обратилась в уголь, а кости – в пыль. Вопли стихли, как и потухло пламя. — Кажется все. – осторожно погладывая на пепел, сказал Одор. Он так и не осмелился подойти ближе. – Вылазка удалась, предлагаю убираться отсюда! — Мы не нашли доказательств невиновности Рэи. – с грустью отозвалась Флу. — Как бы не так. – спокойно сказал Гин. – В одной из комнат по пути сюда мы кое-что обнаружили. Зрелище… Договорить Гин не смог, решив просто показать находку. В той комнате оказалось множество детских вещей: разложенных по полочкам, затолканных в сундучки и ящики или висевших на кривых гвоздях. Флу не осмелилась прикасаться к ним. Но одна вещь заинтересовала ее куда сильнее всего остального. На затхлой и покрытой толстым слоем пыли кровати лежало вычурное покрывало. Она осторожно взяла его в руки, пальцы тут же окрасились в серую грязь. — Это же… — Порывало сна. – тихо констатировал Гин. – С одной стороны оно выглядит совершенно обыденно, но изнанка бордового цвета с вышитым и весьма примечательным узором. — Созвездие Еж-Дрема. – Флу перевернула покрывало слишком резко, от чего в воздухе образовалось облако пыли, и ужаснулась. – Т-так много. Их… десятки. — С таким количеством человека, спящего под ним, не разбудит ничто. Под подолом покрывала, теперь неаккуратно волочащегося по пыльному полу, Флу заметила нечто, едва различимое в полумраке. Раньше эта вещь была скрыта от посторонних глаз тяжелой тканью – но теперь спрятанное проступило наружу. Сердце девушки кольнуло. Она медленно опустилась на колени, осторожно заглядывая под кровать. Во мраке, точно забытые временем и чужим взглядом, стояли маленькие детские ботиночки.