Midnight Rendezvous

Сэнд Когда вечер в баре подошел к концу, я обнаружил, что разрываюсь между желанием вернуться в особняк Рэя или просто уединиться в своем собственном доме. Рэй сказал мне подождать его, но сомнения все еще терзали меня. Я неохотно поймал такси, прекрасно понимая, что я не могу позволить себе такую роскошь, и отправился обратно в его роскошный особняк. В особняке было так же тихо, как и в тот день, когда я его покинул, экономка, вероятно, все еще крепко спала. В спальне не было никаких признаков присутствия Рэя, и у меня в груди поселилась тревога. Я медленно разделся и скользнул в постель, действие выпитого погрузило меня в забытье. Когда я, наконец, очнулся, часы показывали полдень, но Рэя все еще не было. А чего я, собственно, ожидал? Я встал с постели, несмотря на то, голова у меня болела, а похмелье служило болезненным напоминанием о вчерашнем времяпрепровождении. Решив уйти, я почувствовал, как меня охватывает беспокойство. Мы с Рэем все обсудили, но он прямо не заявлял, что у нас с ним какие-то отношения. Он признался, что испытывает ко мне чувства, но тень его прошлой любви к Мью все еще была заметна. Поскольку Топ, казалось бы, исчез из поля зрения, меня охватило беспокойство. Рэю не потребовалось бы много времени, чтобы вернуться в жизнь Мью, и что бы это дало мне? Не в силах скрыть нарастающую истерику под своим внешним спокойствием, я принял решение отправиться домой и разыскать Ника, брошенного Бостоном. Ник был моим соседом, и за последние три года у нас сложились дружеские отношения. Несмотря на то, что мы нечасто встречались, наша общая любовь к аниме и онлайн-играм всегда делала наше общение приятным. Ник был энергичным, технически подкованным парнем, и с ним было легко общаться на личном уровне. Я понятия не имел, как получилось, что он начал встречаться с Бостон, или как там еще можно назвать их отношения, но я хотел проведать его после событий прошлой ночи и, возможно, получить больше информации о том, что произошло. Ник был в смятении, его слезы смешивались с чувством вины, которое грызло его. Он чувствовал себя совершенно разбитым из-за правды, которую он выплеснул на Мью. Его эмоции были вызваны ответом, который он получил, когда попытался признаться в своих чувствах Бостону. Бостон просто рассмеялся ему в лицо, холодно заявив, что у них не было отношений, и что это было ясно с самого начала. Ник наткнулся на эти компрометирующие фотографии неделей ранее, когда случайно осматривал комнату Бостона, пока тот принимал душ. В то время он еще не подозревал, что в его распоряжении было потенциально взрывоопасное оружие не только против Бостона, но и против Топа. Понятно, что Ник был сбит с толку и напуган осознанием того, что в то время, как они все тусовались вместе, делая вид, что все в порядке, Бостон и Топ тайно встречались за спиной у всех. Что вывело Ника из себя, так это то, что он услышал, как Бостон в туалете бара небрежно сказал Топу, что хочет, чтобы тот зашел к нему позже, после того как он отвезет Мью домой. В этот момент Ник покраснел, и следующее, что он осознал, — это то, что он отправил все изобличающие доказательства Мью. Если бы ситуация не была такой серьезной, я, возможно, посмеялся над фактом, что Ник, из всех людей, влюбился в известного плейбоя Бостона. Казалось, что, каким-то странным образом, у нас было общее переживание — мы оба были безнадежно влюблены в друзей, которые никогда не могли ответить нам взаимностью. Это была горькая ирония, которая, казалось, забавляла только судьбу. Мои мысли вернулись к Рэю, и я не мог не задаться вопросом, почему он не прислал мне ни единого сообщения с тех пор, как ушел прошлой ночью. Это было похоже на дежавю, как в случае с Ником. Неужели мне суждено было страдать с разбитым сердцем, потому что я решил не обращать внимания на тот факт, что сердце Рэя принадлежало не мне? Конечно, я нравлюсь Рэю, ему нравилось быть со мной, но его сердце всегда будет принадлежать Мью. Я уже чувствовал, как во мне закипает горечь, зная, что мне придется прикусывать язык каждый раз, когда он бросится спасать Мью или откликнется на его зов. Был ли я достаточно сильным, чтобы выдержать такие отношения? Или я был настолько глуп, что согласился на это? Одинокая слезинка скатилась с моих глаз, когда я обнимал рыдающего Ника. В тот момент было не совсем ясно, я ли утешал его, или он утешал меня. Мы были двумя израненными душами, которых глубоко ранили мужчины, которыми мы никогда не могли по-настоящему обладать. Это была суровая реальность, которая, казалось, повторяла слова бесчисленных песен и романов о любви, где любовь часто не подчинялась разуму и здравому смыслу. Рэй Я проснулся, чувствуя легкую дезориентацию в пространстве, пока не посмотрел на руку, которую сжимал в своей. Это была рука Мью. Мы заснули вместе в его постели, и мое присутствие здесь должно было успокоить его, пока свет не пробился сквозь небольшую щель в плотных шторах. Он был безутешен, плакался о своей любви к Топу и мучительной боли от осознания предательства, особенно потому, что это было со стороны его друга Бостона. Это был настоящий клубок эмоций. По-видимому, Топ и Бостон спали вместе до того, как Топ познакомил Бостона с Мью. То, что Топ не ожидал перерасти в серьезные отношения, теперь превратилось в запутанную паутину обмана, и Бостон продолжал спать с Топом за спиной Мью. Действия Топа заставили мою кровь вскипеть. Как он мог предать Мью, который так сильно доверял ему, даже отдал ему свою девственность, которую Мью умудрялся сохранять на протяжении всего обучения в колледже, несмотря на бесчисленные возможности? Я с самого начала чувствовал, что от Топа могут быть проблемы. А что касается Бостона, то я даже представить себе не мог, насколько это предательство — переспать с парнем его лучшего друга. Это было просто низко, полное нарушение негласных правил дружбы. Я осторожно выбираюсь из кровати, оставляя Мью мирно дремать. Мне нужно было позвонить Сайруп и попросить ее остаться с ним сегодня; ему нужен был кто-то, на кого он мог бы опереться в это трудное время. Заручившись ее согласием, я направился на кухню, чтобы приготовить для Мью простую овсяную кашу. Что-нибудь еще могло наполнить его желудок, учитывая его хрупкое эмоциональное состояние. Я не мог не испытывать смесь сочувствия и беспокойства за него, мое сердце болело, когда я смотрел, как он страдает. Когда я сидел там прошлой ночью, слушая, как Мью изливает свою скорбь по поводу предательства Топа и Бостона, у меня на душе стало тяжело. Я знал, что это может быть моим шансом показать Мью, что я — лучший выбор для него, но в моем сердце не было волнения. Вместо этого моей главной заботой была боль Мью, и я был полон решимости сделать все, что в моих силах, чтобы облегчить ее. Однако, как бы сильно я ни хотел быть рядом с Мью, мои мысли невольно возвращались к Сэнду. Беспокойство о том, как он отреагирует на мое длительное отсутствие, не давало мне покоя. Я обещал вернуться к нему, и все же я не мог оставить Мью в трудную минуту. Из-за неразберихи в моей голове было невероятно сложно сосредоточиться на чем-то другом. Внутренний конфликт усиливался по мере того, как проходило время. Не предал ли я Мью, когда он больше всего нуждался во мне, тем, что не уделял ему того пристального внимания, которого он заслуживал? Это была внутренняя борьба между двумя людьми, которые занимали особое место в моем сердце. Я оставил Мью в надежных руках Сайруп, разрываясь между своей ответственностью перед ним и растущим беспокойством за Сэнда. Ситуация подводила меня к грани безумия, и я знал, что должен принять решение. Я поехал домой, оставив все еще спящего Мью на попечение Сайруп, напомнив ей, чтобы она позвонила мне, если я им понадоблюсь для чего-нибудь. Когда я вошел в комнату, меня удивила тишина. Было очевидно, что Сэнда там больше нет. Я цеплялся за к надежде, думая, что, возможно, он все еще ждет меня, несмотря на поздний час. Я хотел, чтобы Сэнд понял, что я ценю его и не хочу причинять ему боль, но мне также нужно было быть рядом с Мью, так же как Мью был рядом со мной, когда я нуждался в нем раньше. Что меня больше всего беспокоило, так это молчание между мной и Сэндом. Ни единого сообщения или звонка. Я знал, что мог бы сам позвонить ему, но у меня не было слов. Я не знал, как заверить его, что между нами все в порядке, потому что, по правде говоря, даже я не был уверен, так ли это на самом деле. Да, мы признались в своих чувствах, но мы не договаривались развивать наши отношения дальше совместного времяпрепровождения. Я не мог не беспокоиться о том, как Сэнд отреагирует на мое отсутствие прошлой ночью. Ждал ли он меня? Меня грызла неуверенность, и мне не терпелось найти его и все прояснить. Однако в конце концов усталость взяла надо мной верх, и я погрузился в беспокойный сон, решив поискать Сэнда, как только проснусь.