Не просто цифры

      Ляйсан неспешно смакует ароматный кофе, сидя в своём кресле. Я часто перед уроками, или же в течение рабочего дня, заскакиваю к ней, чтобы просто поболтать или обсудить некие организационные моменты. Но сейчас мы ведем бессмысленные разговоры о работе, школьниках, коллегах. Ничего примечательного.       — Спасибо, Лясь, что устроила меня сюда, правда, — вдруг решаю я высказать благодарность подруге, ведь, действительно, я не знаю сколько бы ещё шатался без дела, а если бы и устроился куда, то очень вряд ли, что в такое же хорошее место, как эта школа.       — Да перестань ты! — Она машет мне рукой в характерном жесте и снова делает небольшой глоток горячего напитка. — Мне только в радость, что у детей успеваемость по физике стала улучшаться, да и рейтинги школы расти.       — Да тут действительно простые ученики, без говна. И не соскучишься с ними. — Я немного улыбаюсь, впадая в раздумья об Антоне. И всё же, я рад, что работаю в этой школе. Иначе при каких бы ещё обстоятельствах мы встретились?       — Это да, один Шастун чего только стоит, — будто прочитав мои мысли, задумчиво проговаривает Ляйсан, а после, щёлкает пальцами, вскинув тонкие брови наверх, видимо, только что вспомнила какую-то важную информацию, — кстати, о нём. Этот раздолбай меня замучил с опозданиями, честное слово!       Я смеюсь на её высказывание, однако не могу с ним не согласиться — Шастун и впрямь опаздывает всегда и везде, и ему совершенно неважно, стоит в расписании русский или физкультура. На последней он вообще не появляется, только ходит на пару уроков, чтобы академической задолженности не возникло, да и всё. Честно, меня поражает такое халатное отношение к учёбе, но при этом наличие знаний по каждому предмету, причём совсем не малое, ведь, разглядывая его школьный дневник, я вижу одни лишь четыре и пять. Ну, бывает, проскакивают двойки да тройки, и то, чаще всего, за невыполнение домашнего задания. Антон просто относится к категории учеников «умный, но ленивый», при желании и попытках взять себя в руки, он мог бы спокойно вытянуть всё на пять. Полагаю, этим он и займётся за пару месяцев до получения аттестата. Уверен, ему этого времени достаточно, чтобы чуть поднапрячься и получить законные пятёрки.       — Ну, так вот, — продолжает Ляся, — Арс, прошу тебя, у тебя же сейчас первый урок с ними, сообщи мне, пожалуйста, если он вновь опоздает. Нужно будет с его родителями тогда связаться.       — Хорошо, без проблем. ***       После звонка прошло уже около пятнадцати минут, а горя моего лукового всё нет и нет. Поражаюсь его равнодушию к своим же косякам и стремлению заработать как можно больше проблем на свою задницу. Тем не менее, время не резиновое, поэтому я начинаю объяснять новую тему урока, параллельно малость отвлекаясь на часы на руке, чтобы контролировать время. Лишь спустя двадцать минут от начала урока, прошу учесть, это половина занятия, раздаётся стук в дверь. От злости сжимаю челюсть и даже не оборачиваюсь на источник звука, засранец, знает, что я его тощий зад прикрывать всячески буду. Дверь с характерным звуком распахивается, и Антон даже и мысли не допускает, чтобы извиниться и попросить разрешения войти. Нет, он спокойно проходит в кабинет неторопливой походкой, проговаривая в мою сторону довольным тоном:       — Здрасьте, любовь моя!       По классу раздаются смешки и, признаюсь честно, я сам еле сдерживаю улыбку. И то лишь потому, что должен отчитать школьника за опоздание и поддерживать статус требовательного к дисциплине учителя. Но как же этот говнюк умеет рушить мои принципы — я сейчас веду себя так, словно парень не совершил абсолютно ничего такого, и меня пугает то, что ученик может оказывать на меня такое сильное влияние.       — И тебе не хворать, — ровным тоном проговариваю я и листаю решебник задач по физике, выискивая задание посложнее, как раз для нарушителя правил школьного устава, — иди к доске. И после урока останься, разговор тебя ждет.       — Как скажете, — вставая из-за места, соглашается он и вальяжной походкой отправляется к доске. ***       Ляйсан:       Шастун вовремя пришёл?       Вы:       Да, за пару минут до звонка прибежал       Ляйсан:       Хорошо, спасибо!       Антон стоит передо мной в совершенно пустом кабинете. Выглядит очаровательно — чёрный свитшот и того же цвета брюки сидят на нём безупречно, пусть и не относятся к школьной форме, но я далеко не тот человек, что будет делать ему замечание. Волосы малость растрепанны и немного пушатся, из-за чего у парня создаётся эффект какого-то одуванчика на голове. Привычный румянец всё никак не хочет уходить с пухлых щёк, а изумрудные глазки выжидающе смотрят на меня. Он стоит со скрещенными руками на груди и, не переставая, смотрит мне в глаза, да настолько искренне и глубоко, что я сам начинаю смущаться от такого зрительного контакта.       — Мне занять то же положение, что и тогда? — Мимолетно улыбаясь, спрашивает Антон и уже начинает двигаться в мою сторону, однако я его останавливаю жестом руки и вскидываю одну бровь наверх.       — Ну уж нет, — подавляю смех в коротком кашле, однако всё же позволяю себе усмехнуться и получаю ответную улыбку со стороны парня. — Антон, послушай меня, пожалуйста, внимательно. — Руки парня опускаются по обе стороны от его бёдер. Поднимаю на него глаза и замечаю, как Антон сглатывает вязкую слюну и обеспокоено смотрит на меня, выражая этим взглядом безмолвное: «сейчас?». — Нет-нет, не об этом. — Спешу объясниться и, после его облегченного выдоха, продолжаю. — Антош, ты…       — Что?       Слышу непонятную для себя радость в голосе Антона и поднимаю на него недоумевающий взгляд, осознавая, что сделал это отнюдь не зря, ведь картина, увиденная мною, вызывает во мне истинную радость и умиление. Парень, услышав свою любимую форму имени, расплывается в радостной улыбке, по его ушам и шее ползёт смущенный румянец, а взгляд норовит заглянуть глубже пола, пробраться на последующее этажи, лишь бы не держать со мной контакта.       — Чаще тебя так называть буду, — говорю это скорее для себя, нежели для него и, заметив его одобрительный кивок, продолжаю, — ты действительно слишком часто опаздываешь на уроки без весомых причин. Ляйсан Альбертовна сегодня просила проконтролировать твой приход и при опоздании сообщить ей, но я не рассказал. Учти просто, что она уже хочет связаться с твоими родителями, и я сильно сомневаюсь, что другие учителя будут тебя прикрывать.       Вижу непривычную для Антона серьезность и понимание на лице. С каждым моим словом он всё чаще кивает, тем самым показывая, что соглашается со мной. Видимо, он действительно осознаёт всю суть ситуации и то, что ему стоило бы стать более дисциплинированным.       — Хорошо, я понял. Спасибо, что прикрыли, правда.       Я на это киваю и снова приступаю к своим делам. Нахождение Антона в кабинете физики уже настолько привычно для меня, что я просто не обращаю внимания на его присутствие. Мы постоянно о чём-то разговариваем, слушаем друг друга, бросаем пару шуточек. Меня не утомляет присутствие ученика рядом, просто после всего, что произошло между нами, я испытываю лёгкий стыд и неловкость, да и само осознание того, что я поступаю совершенно неправильно сильно давит. Однако противостоять собственным чувствам я не могу.       — Арсений Сергеич, — я отвлекаюсь от внесения оценок в электронный журнал и выжидающе смотрю на Шастуна, — а можно я обниму Вас?       — Можно, — с невольной улыбкой говорю я и поднимаюсь с места, чтобы мальчику было удобнее выполнить задуманное.       От Антона всегда приятно пахнет — мне нравится ощущать шлейф его ненавязчивого аромата, а вблизи этот запах ощущается в разы ярче, оттого и приятнее. Парень прижимается совсем близко, обнимает крепко-крепко, словно норовит слиться воедино с моим телом. И эта близость ощущается настолько правильно и тепло, что я невольно растворяюсь в этом миге и бесконечном уюте, веющем от этих действий. Разрывать объятия вынуждает звонок на урок, и Антон, быстро отстранившись мне мимолётно улыбается, прежде чем резво покинуть мой кабинет.       — Хорошего Вам дня! Я буду заглядывать иногда. — Обещает он и бежит на следующий урок, кажется, английский. Бедолага, до третьего этажа скакать придётся.       — Буду ждать, — уже в пустоту, совсем тихо проговариваю я. ***       Раздаётся стук в дверь и ко мне в очередной раз за день заглядывает Анна Сергеевна — моя коллега, второй учитель физики в этой школе. Расстраиваюсь тому, что это она, а не Шастун, которого я жду на протяжении всего дня. Понятия не имею, почему женщина так зачастила ко мне в последнее время, однако поводы, по которым она ко мне приходит до абсурдного глупы и бредовы: кто-то из учеников разбил тарелку в столовой, услышала какую-то сплетню о математичке для шестых-девятых классов и, что наиболее мне неясное, ненавязчивый интерес о моей личной жизни. Изначально Анна заглядывала ко мне, чтобы расспросить об успеваемости своего класса, и это я ещё мог понять, однако дальнейшие причины казались мне недостаточно весомыми для столь частых визитов. Коротко объяснив, что я уже ухожу, я замечаю расстроенный, но понимающий взгляд со стороны женщины и облегченно выдыхаю.       Что ещё меня беспокоило, так это то, что Антон ни разу ни пришёл ко мне в течение дня. Раньше он прибегал на каждую перемену, даже в те, когда у него были завтраки и обеды, между прочим, платные, иногда прямо по время урока, когда знал, что у меня окно. Однако за сегодня, несмотря на его обещание приходить, не состоялось ни одного визита, что меня малость напрягло.       Разложив все нужные и не очень бумажки по своим местам, я закрываю кабинет и покидаю учебное заведение. Морозный воздух проникает в дыхательные пути, словно изнутри охлаждая мой организм, а руки непроизвольно краснеют от холода. Однако, несмотря на это, внутри разливается тепло и искренняя радость, когда я вижу знакомую мне фигуру на крыльце школы.       — Обещал заглядывать, но так ни разу и не зашёл, — поравнявшись с Антоном, задумчиво проговариваю я. Парень дёргается от моего неожиданного появления и буквально на пару секунд на его лице застывает непонимание происходящего, однако после он строит невозмутимый вид и отворачивается от меня.       — Да Вам, по-моему, Анна Сергеевна неплохую такую компанию составила, — цедит он и прячет заалевшие руки в карманы куртки. Сначала я не понимаю, причём тут моя коллега и откуда она вообще возникла в нашем разговоре. Однако после, до меня доходит смысл сказанных Антоном слов, и я расплываюсь в непроизвольной улыбке, делая очевидный вывод.       — Неужели, ревнуешь?       — Да козёл Вы! — Злобно выпаливает он и укладывает голову на моё плечо, продолжая что-то причитать. Людей вокруг нет, поэтому я не беспокоюсь о том, что нас может кто-то увидеть, поэтому ласково поглаживаю по русой макушке. Действительно, мальчик ведь беспокоится, наверняка, сильно накручивает себя. — Ревную.       — А то, что у меня жена и дочь тебя не смущает? — С усмешкой говорю я, и Антон прячет лицо в ладонях, совсем тихо, почти шёпотом, приговаривая:       — Не знаю, Арсений Сергеевич. Правда, ничего уже не знаю. ***       — Во-ро-на, — объясняю я Кьяре по слогам, указывая пальцем на каждую буковку в специальной книжке для детей. До школы, конечно, ещё год, однако обучить дочку буквам и чтению всё равно не помешало бы.       — Во-ро-на, — послушно читает она, и я оставляю ласковый поцелуй на макушке девочки, приговаривая доброе и правдивое: «умница». Однако нашу идиллию нарушает неожиданный звонок в дверь, и Алёна с кухни просит открыть меня незваному гостю. Внутри появляется догадка о том, кто это может быть, однако я стараюсь её отогнать. — Котёнок, подожди чуть-чуть, я сейчас подойду.       На пороге действительно появляется Антон, однако лицо его не выражает взгляд побитого щенка, лишь немую просьбу и уточнение, можно ли пройти. Отхожу в сторону, пропуская парня внутрь, и непонятливо разглядываю его. Какова цель его визита? Я знаю, что у Антона не всё гладко в семье, мать его словно вообще не замечает, и у них моментами возникают сильные стычки. Может, сейчас произошла достаточно серьёзная ссора?       — Антош, случилось что-то?       На секунду замечаю его резкий, полный искренней радости взгляд — видимо, ласковое обращение действительно вызывает в нём бурю эмоций. Однако дальше он быстро мотает головой из стороны в сторону, уверяя, что всё в порядке, но от этого мне становится ещё более непонятно его нахождение здесь. Нет, конечно я не против визитов Антона, однако когда Алёна дома — а теперь она тут почти постоянно, так как взяла временный отпуск и перелётов у неё пока нет — то это выглядит не очень уместно. Тем не менее, меня радует, что Шастун сегодня будет рядом — с ним всё ощущается спокойнее.       — Арс, кто там? — Спрашивает Алёна с кухни, силясь перекричать телевизор.       — Антон. Ему снова переночевать нужно. — Тоже в громком тоне сообщаю я и делаю характерный жест рукой парню, дабы утащить его за собой на кухню.       Алёна чуть отвлекается от готовки и вытирает влажные руки вафельным полотенцем, приветливо улыбаясь мальчику. Я до безумия рад, что жена спокойно воспринимает его.       — Привет, Антош. Сейчас, минут через десять кушать будем.       — Хорошо, — согласно кивает Антон и поворачивает голову в сторону.       Из-за двери детской комнаты выглядывает растрепанная Кьяра, которая с интересом рассматривает гостя. Осознав, что это Антон и что она с ним уже знакома, девочка радостно улыбается и тут же подбегает к парню, обвивая его ручками поперёк бёдер.       — Малышка, привет! — Шастун присаживается на корточки и тоже обнимает Кьяру. Его жест осторожный, совсем невесомый, будто девочка вся из хрусталя, и он боится ненароком навредить ей. Умилено наблюдаю за этой картиной, словно это самое настоящее произведение искусство. Кьяра обхватывает крохотной ручкой указательный палец Антона и ведёт его на диван, начиная что-то беспечно рассказывать. Он внимательно её слушает, отвечает и тоже что-то говорит, разговаривая с ней, словно со своей ровесницей.       — Кьяра, пошли ручки помоем, а потом снова с Тошей разговаривать будешь, — говорит Алёна, что тоже с особой радостью и теплом наблюдала за общением дочки с парнем. Кьяра согласно кивает и уходит с мамой в комнату.       Антон нежным взглядом провожает девочку, а после оборачивается в мою сторону. Выглядит он сейчас так, словно получил слиток золота на руки — столько счастья ему приносит, казалось бы, обычное общение с ребёнком. И их связь, их взаимодействия заставляют радоваться меня самого. Парень поднимается с дивана и подходит ко мне вплотную, укладывая руки на шею. Убедившись, что вода ещё шумит в ванной, я аккуратно укладываю ладони на его талию, немного прижимая к себе.       — Мне с Вами так хорошо… — опаляя своим жарким дыханием, проговаривает мне парень прямо в губы. Тяжело выдыхаю, рассматривая его преданный и искренний взгляд.       — Арс?       Я тут же отпрыгиваю от Антона, услышав ошарашенное обращение Алёны. Женщина бегает пораженным взглядом по мне и по парню, явно не веря в увиденное. Кьяра всё ещё в ванной, поэтому я облегчено выдыхаю — не хватало ещё, чтобы дочь стала свидетелем такой картины. Парень шепчет короткое «извините» и уходит в ванную к девочке, дабы оставить нас с женой наедине.       Я испытываю дикие вину и стыд за то, что допустил, чтобы в глазах Алёны появились злоба и разочарование. И сейчас у меня в голове почему-то бьёт фраза, что это конец и исправить уже ничего нельзя. Женщина отворачивается от меня, гневно процеживая:       — Это последняя ночь, когда он здесь ночует. Больше, чтобы я его здесь не видела.