Взмах крыльев

      — Так… — Чонгук опускается на диван в своем кабинете, пытаясь одновременно протрезветь и унять головную боль, — …что мы имеем на данный момент?       Тэхен сидит на стуле напротив и задумчиво грызет трубочку от коктейля, смиряя альфу нечитаемым взглядом.       После того, как посетители покинули клуб из-за внезапных «проблем со светом», ошарашенные Тэхен и Чонгук поднялись в его кабинет, где перед омегой предстала не совсем приятная картина: два полуголых пьяных омеги, мирно посапывающих на диване альфы. Чонгук лишь глубоко вздохнул и, растолкав гостей, сказал, что клуб на сегодня закрыт по техническим причинам, после чего вызвал официанта и заказал себе кофе и коктейль для своего спасителя.       Тэхена эта ситуация забавляла и бесила одновременно. Он, значит, срывается посреди ночи и бежит спасать альфу, который, на минуточку, ему нахамил, а Чон развлекается в компании двух омег, которые, кажется, перепутали шорты с трусами.       Тэ пытается внутренне успокоиться, но как только замечает на шее альфы небольшой засос - лампочка над головой Чонгука лопается, осыпаясь искрами ему на голову.       Гук лишь переводит на омегу ошарашенный взгляд, а Тэхен прячет глаза, пытаясь скрыть свое злорадство.       — Я, я не понял, это ты сейчас сделал?       — Прости, я не специально, — Тэ лишь пожимает плечами, продолжая задумчиво вгрызаться в трубочку.       — Тэхен… ты уверен, что ты вообще человек?! — альфа несколько секунд смотрит на омегу, после чего резко вскакивает и подходит к нему вплотную, приседая на корточки и заглядывая в глаза.       Тэ теряется от такой близости и тонет в черных омутах напротив, забывая, как дышать. Их лица слишком близко, один воздух на двоих, Тэхен начинает медленно подаваться вперед, утопая в черноте глаз напротив, но вопрос Чонгука отрезвляет словно холодный душ.       — А может, ты инопланетянин? Не, ну похож же! С этим цветом волос и большими глазами. Ну точно, марсианин какой-нибудь.       Тэхен уже планирует замахнуться, чтобы стукнуть непутевого альфу по голове, как вдруг зависает с поднятой рукой, глядя куда-то поверх него.       — Точно… я же могу…       — Ч-чего ты…? — договорить Гук не успевает, так как Тэхен хватает альфа за лицо и закрывает глаза.       — Т-Тэфен… — мямлит альфа, чувствуя, как омега руками сдавливает его щеки, делая Чону губы уточкой, — фто ты делаешь?       — Как звали твоего дедушку, который рассказывал тебе сказки в детстве. Высокий, со шрамом на губе.       Альфа давится воздухом и покрывается мурашками.       — Чихо. Чон Чихо.       — Я попробую позвать его, он стоял за тобой в тот день, когда мы встретились в твоей квартире, и потом он был возле моей кровати. Кажется, он знает, что здесь происходит.       — Ф-фто мой дедуфка делал возле твоей квовати? — мозг Чонгука медленно загружает информацию, пытаясь осознать, что все это происходит на самом деле.       — Думаю, это он привел меня сюда, поняв, что тебе грозит опасность. Погоди, не отвлекай.       Глаза омеги становятся светлее, обретая янтарный оттенок, а зрачок сужается до мелкой точки. Нечитаемый взгляд смотрит куда-то поверх альфы, а голова начинает медленно наклоняться вправо.       В какой-то момент Чонгук чувствует, как спина покрывается мурашками, словно кто-то включил кондиционер на всю мощность и направил ему в спину.       — Он здесь, — произносит омега севшим голосом и отпускает лицо альфы, — он хочет поговорить с тобой напрямую. Ты готов?       Альфа все еще подвисает на янтарных глазах напротив, словно видит перед собой мифическое существо, после чего прочищает горло и берет себя в руки.       — Что я должен делать?       — Закрой глаза и не бойся.       Чонгук садится на пол возле омеги и закрывает глаза, стараясь унять дрожь в теле. Ледяные ладони Тэхена ложатся на плечи альфы, и Чон чувствует могильный холод кожей, даже сквозь кожаную куртку.       — Как же ты вырос, крольчонок, — внезапный шепот в самое ухо пускает табун мурашек по всему телу. Этот голос, даже шепотом понятно, что это голос не Тэ, он грубый, взрослый… Еще и это обращение, так его называл только дедушка Чихо за то, что в детстве маленький альфа соглашался засыпать лишь с маленьким плюшевым кроликом в обнимку. — Прости, что оставил тебя наедине с этим болваном, отец из него получился так себе, это было сразу понятно.       — Дед, я…       — Не нужно лишних слов, у нас мало времени. Ты должен знать, у нашей семьи есть обязанность. Наш род многие века охраняет вход в место силы, — голос начинает мелко дрожать, видимо Тэхену становится тяжело, поэтому шепот ускоряется. — Найди врата, ведущие к озеру двух огней. Это твое наследство, передающееся в нашей семье из поколения в поколение. Джихо мне не поверил, он слеп, так что это твоя задача. Найди врата и не допусти, чтобы через них к озеру прошло зло.       — И как я должен их искать? Ты не можешь сказать, где оно?       — Мне запрещено, мой мальчик. Все альфы нашего рода должны пройти путь веры и найти ответ внутри себя. Только так место силы подпустит тебя. Ты и твоя кровь - ключ. Мы хранители этого места, и теперь оно твое по праву и закону. Помни, Чонгук, в тебе течет великая кровь хранителей. Тьма уже рядом, она тоже ищет озеро, так что тебе стоит поторопиться.       Альфа чувствует, как на него падает тело, и рефлекторно обвивает обмякшего омегу руками.       — Простите… я, кажется, не вовремя?       Гук резко распахивает глаза на голос официанта в дверях и поздно понимает, что сидит на полу в обнимку с омегой без сознания.       — Э… это не то… выйди сейчас же!       Омега быстро ретируется за дверь, а альфа отлепляет от себя тело парнишки и начинает легонько трясти его, пытаясь привести в чувство.       — Тэхен! Тэхен, очнись!       После нескольких попыток привести омегу в чувства, Гук аккуратно укладывает его на диван и тянется за телефоном, начиная набирать номер скорой, но зависает с трубкой в руке.       Пульс у Тэхена в порядке, дыхание ровное. Что он скажет скорой? Потерял сознание, когда впустил в себя дух покойного деда? Истощил свои силы, пока подрабатывал медиумом?       Альфа вздыхает и стирает номер, после чего звонит Джину. Тэхену нужно дать время отдохнуть и восстановиться. А Чонгуку, чтобы все это переварить.       — Джини, милый, к тебе есть дело. Приезжай в клуб. По телефону обсуждать опасно, нас могут прослушивать.       Сбросив звонок, альфа устало опускается на диван рядом с омегой и прокручивает в голове слова деда. Кто бы мог подумать... Да и поверил бы сам Чонгук в такое еще несколько недель назад? Хранитель места силы... Уму непостижимо! И все же, по необъяснимой причине, сомнений в услышанном у Чонгука нет. Он словно чувствует, что все это правда.       Альфа переводит взгляд на мирно спящего марсианина на своем диване. Такой Тэхен кажется слишком хрупким в своей безразмерной одежде. Красивое лицо, тонкие черты… явные проблемы с самооценкой. Порой кажется, что ему вся эта сила является непомерной ношей, а сейчас альфа начинает задумываться, какая роль во всем этом непонятном магическом бардаке отведена этому хрупкому фею.       «Тьма уже рядом», — крутится у Гука в голове.

***

      — Чонгук, какого… — Джин зависает в дверях, глядя, как его непутевый кузен сидит над этим странным Тэхеном, валяющимся какого-то черта на его диване, и заботливо убирает ему челку с лица. — Вас наедине оставить? Не думал, что твои вкусы настолько специфические, братец.       — Джини, детка, выключай язву и присаживайся. Дело есть.       Альфа отходит от омеги и садится за свой стол, складывая руки в замок.       — Если я все правильно понял, нашей семье принадлежит некая земля, за которой, очевидно, и охотятся те, кто причастен к убийству Лина. Мне нужно найти это место. Моему отцу эта земля досталась от дедушки Чихо. Должны были остаться документы, архивы, записи. Есть идеи как их поднять?       Джин несколько раз моргает, после чего достает телефон и начинает в сотый раз просматривать документы, скаченные с компьютера дяди.       — Чонгук, я сказал тебе уже все, что смог найти. Очевидно, некий мистер Чон пытался выкупить у твоего отца эту землю, но не мистера Чона, не точное расположения этой земли найти не удалось. А… как ты узнал, что она принадлежала дедушке Чихо?       Гук закуривает, глядя в потолок.       — Долгая история. Надо найти этого чертова Чона… И еще, ты можешь устроить мне свидание с отцом?       Джин удивленно отрывается от телефона, глядя на кузена, словно впервые.       — Чонгук… зачем тебе это? Он не хочет, и ты, явно, тоже…       — Просто сделай, это важно, очень важно…       — Ай блять! — Тэхен подскакивает над диваном, словно его только что ударило током и переводит удивленный взгляд на кузенов, смотрящих на него во все глаза. — П-простите… — омега смущенно опускает глаза, потирая виски, а Гук не сдерживает улыбки.       — Ты все еще веришь его сказкам?       — Я вообще то здесь, — не выдерживает Тэ, переводя гневный взгляд на Джина, и телефон в его руках выключается сам по себе.       — Да какого…       — Джин! Пожалуйста, сделай то, о чем я тебя попросил, это важно. Нам нужно найти эту землю, из-за нее погиб Лин…       — Я постараюсь, — омега быстро собирает свои вещи и покидает помещение, стараясь не смотреть на странного синеволосого омегу.       Альфа переводит уставший взгляд на Тэхена и медленно встает из-за своего стола.       — Помнишь, о чем говорил мой дед?       Омега лишь слабо кивает и закусывает губу.       — Есть идеи с чего начать это «слушай себя» и «место тебя позовет»?       — Нет, но… если я невольно оказался участникам всего этого, возможно, я должен тебя охранять от этой тьмы, пока ты не найдешь врата? — Тэхен поднимает преданный взгляд на альфу и сразу же теряется в черных омутах.       — Тебе так важно найти свое место в этой истории и понять, что ты полезен? — альфа вновь приседает на корточки, заглядывая омеге в глаза, и кладет свою ладонь поверх его руки.       — Да…       — Без тебя я точно не справлюсь, Тэ.       Губы омеги расплываются в широкой квадратной улыбке, а альфа немного подвисает, видя такую искреннюю детскую радость.       — Поехали, поспим. Нам нужно отдохнуть. У меня есть гостевая комната.       Щеки омеги покрываются румянцем, и Тэ покорно поднимается с помощью альфы, идя на выход.       Что бы сейчас не происходило, в душе Тэхен чувствует какой-то трепет и воодушевление, понимая, что все идет правильно.

***

      Звезды провожают черный Лексус, проносящийся по почти пустому ночному Сеулу.       Тэхен не может оторвать взгляд от неба, пока альфа ведет машину, погружаясь в собственные мысли. Тишина не давит, она необходима сейчас обоим. И если омега просто наслаждается моментом, Чонгук пытается принять новую реальность, где его род напрямую связан с магией, а сам он является хранителем магического места, из-за которого вся его жизнь теперь под угрозой. Вот уж подарочек… кому то по наследству достаются дома, корпорации, фамильные драгоценности, а ему магическое озеро, на которое охотится тьма… блеск!       Это точно не входило в планы Чонгука. Он вроде как давно привык, что жизнь вносит коррективы, но чтобы так… От тяжелый мыслей альфу отвлекает внезапный звук выстрела по автомобилю, и он ошарашенно переводит взгляд в зеркало заднего вида, видя, как черный тонированный Порше несется прямо за ними, а с водительской стороны выглядывает бледная рука, держа в руках пистолет.       — Тэхен! Ты пристегнут? — Гук резко дает по газам, пытаясь оторваться от преследователя.       — Какого хрена?! — взрывается омега, начиная вертеться в кресле.       — Пристегнись, блин! Я оторвусь, если ты перестанешь вертеться как юла, отвлекаешь. Слушай, а может ты это…вырубить его можешь?       Альфа резко давит на педаль газа, бросая на омегу взгляд.       — Я?! Не… это опасно… а вдруг я наврежу и он врежется куда-то…       Очередной выстрел заставляет их пригнуться, после чего Гук громко выругавшись резко сворачивает влево, проносясь на красный свет.       — То есть ему навредить ты боишься, а если он нам в колесо попадет - это нормально?       — Не дави на меня! Я плохо еще разбираюсь в своих способностях!       — У тебя есть прекрасная возможность их опробовать, испытуемый готов! — рычит альфа и увеличивает скорость, заставляя омегу вжаться в кресло.       Преследователь сворачивает на соседнюю полосу и практически равняется с Лексусом, а Гук чувствует, как собственная нога перестает давить на газ, словно все его естество начинает тянуться к преследователю.       Поравнявшись почти вплотную, водитель Порше опускает стекло с пассажирской стороны, и Гук встречается со знакомыми светящимися глазами омеги… и дулом пистолета.       — Чонгук! Что ты творишь? — Тэхен вцепляется в руку альфы на руле, пытаясь привести того в чувства, а Чон полностью перестает контролировать свое тело, утопая в светящихся глазах напротив.       Где то на задворках разума меркнет мысль о том, что они несутся в автомобиле с Тэхеном, и омегу надо спасти, все крики разума тонут и стихают под влиянием неведомых сил.       Тэхен смаргивает слезы, прощаясь с жизнью, но внезапно в зеркале заднего вида показывается знакомый серебристый Мерседес.       Автомобиль перестраивается на полосу, где едет Порше и со всей силы толкает его сзади. Порше теряет управление от неожиданности, а Тэхен полностью берет руль в свои руки, пока Гук несколько раз моргает, скидывая наваждение.       — Какого…       — Чонгук, дави на газ! Сейчас же!       Альфа моргает, после чего выхватывает у омеги руль и возвращает себе управлением автомобилем, ошарашенно глядя в зеркало заднего вида на то, как серебристый автомобиль нагоняет нападающего омегу и преграждает ему дорогу.       — Кто это?! Почему он нам помогает?       — Это мой брат, — Тэхен облегченно откидывается на спинку сиденья и берет в руки телефон. Диктуй свой адрес, он в любом случае его найдет, но так будет быстрее.       — Ч-чего? Он приедет ко мне?       — Его не было в стране несколько дней, а сейчас у него точно будут вопросы, так что да.       — Ну и семейка, — альфа усмехается и диктует адрес, уносясь вперед.

***

      Серебристый Мерседес останавливается прямо перед носом Порше, и Юнги выходит из автомобиля, сжимая в руках бейсбольную битву и повторяя маты, как мантру.       — Ну и какого х… — альфа немного теряется, видя, как из автомобиля выходит роскошный омега, с черными, как воронье крыло, волосами, светящимися глазами и пухлыми, подведенными прозрачным блеском, губами. Совсем не то, что ожидал увидеть перед собой альфа, готовясь набить громиле-преследователю морду бейсбольной битой.       В кармане вибрирует телефон, и альфа внутренне расслабляется, понимая, что это сообщение от спасенного братца.       — Вечер добрый, — начинает альфа, медленно двигаясь к омеге с битой наперевес, — я вообще омег не бью, так что надеюсь на сотрудничество. Какого хуя Вы позволяете себе покушаться на моего братишку…       Чимин растягивает губы в улыбке и ловит взгляд альфы, выпуская феромоны и готовясь к очередному шоу.       Вот только… Альфа не останавливается, а подходит к омеге вплотную, повторяя вопрос.       — Ты… почему ты… — ошарашенно смотрит омега, не веря в происходящее.       — Я повторяю вопрос, милочка, какого хуя…       — Почему на тебя не действует?! Этого не может быть…       — Так вот, какого хуя…       — Кто ты такой? — не выдерживает Чимин, хватая альфу за биту.       — Здесь вопросы задаю я!       — Почему на тебя не действует моя магия? Кто ты?!       Юнги делает шаг назад и удивленно моргает, глядя на омегу.       — Я не понимаю, о чем ты.       Чимин трясущейся рукой достает из-за пояса пистолет, направляя на альфу.       Юнги теряется, видя в глазах омеги панику вперемешку с удивлением и страхом.       — Так, ладно, пистолет я с собой не взял, а ты явно не в форме… — Юнги отходит к своей машине, не зная, чего ожидать от ошарашенного омеги.       Как только Юнги равняется со своей машиной, Чимин резко запрыгивает в Порше и срывается с места, оставляя за собой клубы пыли.       — Вернулся, блять, в Сеул! — Юнги устало трет глаза и достает телефон, зачитывая адрес.

***

      — П-прости, мой брат просто беспокоиться обо мне, уверен, ему станет спокойно, как только вы познакомитесь, — Тэхен пытается натянуть на лицо свою самую милую улыбку, но пальцы, нервно дергающие края толстовки, полностью выдают его тревожность. — Ему просто надо будет объяснить, что я единственный, кто может спасти тебя от тьмы, которая на тебя охотиться, пока ты ищешь врата…       Чонгук устало закатывает глаза и идет к бару, когда раздается звонок в дверь. Альфа ловит на лету Тэхена и подходит к двери первым, открывая ее и давясь воздухом.       — Твою мать за ногу! — выдает Юнги, сверля альфу взглядом.       — А вы точно родственники, — усмехается Чонгук и сразу получает точный удар кулаком в нос.       — Юнги! — орет Тэхен, закрывая Гука собой, — Что ты творишь?!       — Меня, блять, не было всего пару дней в стране, а ты уже моего брата в свое секс логово притащил, утырок?       — Попадос, — бубнит Чонгук, крепче прижимая руку к носу. — Слушай, это совсем не то, я знаю, какого ты обо мне мнения, но это другое…       — Тэхен, блять! Если ты так хотел экстрима, ты бы сказал, я бы познакомил тебя с кем-нибудь, но не с Чон, же мать его, Чонгуком!       — Так вы… знакомы?! — омега переводит ошарашенный взгляд с брата на Гука, после чего вздыхает и заталкивает обоих в квартиру. — Ну и, — омега смотрит на альф, испепеляющих друг друга взглядом, — кто-нибудь расскажет мне, откуда вы двое друг друга знаете, или мне самому в ваши бошки лезть?       — Мы были одноклассниками в экономической школе в Америке, вместе поехали туда по обмену.       — Так вы дружили? — в голосе Тэхена промелькнула надежда.       — Скорее, соперничали, кто из нас лучше…       — А потом Гук увел у меня омегу, — закончил Юнги, потирая сбитые костяшки, которыми поправил Чонгуку нос.       — Оу… — Тэ переводит взгляд с брата на Гука, чувствуя напряжение между ними, — что ж, кажется, Чонгук, судьба тебя буквально тычет в нашу семью носом.       Альфа поднимает на омегу нечитаемый взгляд, держась рукой за нос, из которого струйкой идет кровь.       — Прости за каламбур, — Тэхен слабо улыбается и вновь переводит взгляд на разгневанного брата. — Хен, я понимаю твои чувства, я их буквально чувствую, но мне, правда, нужно остаться здесь. По делу.       — Тэхен, у половины Америки и почти всего Сеула были так называемые «дела» с этим Чонгуком.       Гук недовольно цокает, а Тэхен чувствует, как внутри неприятно сжимается сердце.       — Это не то, о чем ты думаешь. Мы не вместе, — почему-то последние слова даются омеге тяжело, — я должен помочь ему найти место силы, на которое охотится тьма.       Юнги переводит взгляд на Гука и начинает громко ржать.       — Что, братан, стареешь? Обычные приемы соблазнения не работают, ты в сказочники подался?       — Да не соблазнял я твоего брата! Не нужно мне это! — ревет Чонгук, а в кухне лопается лампочка.       — Заткнулись, — тихо произносит омега, поднимая на альф тяжелый взгляд. — Юнги, — уже более нежно продолжает омега, — помнишь кошмары, которые мучали меня последние месяцы? В них я должен был спасти Чонгука от тьмы. Когда ты уехал, ко мне пришел дух, который привел меня к нему, а когда мы разъединились, на Чона сразу же было совершено нападение, и я спас его. Я загорелся, как яркая лампа, сам по себе, без усилий! Ты бы это видел! Род Чонгука охраняет место силы, и я должен помочь найти его. А что если в этом и есть мое предназначение? — Тэхен подается вперед, кладя ладони поверх руки брата. — Ты же все понимаешь! Ты знаешь, как долго я пытался понять свои силы и себя… без помощи папы… Ты лучше меня знаешь, что наш мир не так прост, как кажется на первый взгляд. Тебя к этому готовили. А я, кажется, только сейчас оказался на правильном пути.       Юнги тяжело вздыхает и переводит взгляд на Гука.       — Обидишь его, и я тебя убью.       — Ты просто душка, Юнги-я. Прям образец заботливого братца! — Чонгук толкает язык за щеку, разглядывая альфу напротив. — Слушай, а ты тоже это…марсианин?       — Чего, блять?! — Юнги плюхается на диван, расстёгивая пуговицы на пиджаке.       — Ну это, ты тоже у нас магией обладаешь?       — Нет, это у нас в роду передается лишь омегам. Моя задача защищать брата от таких как ты.       — Занятно, а мне по отцовской линии досталось охранять место силы. У жизни классное чувство юмора, — Чонгук плюхается рядом с Юнги на диван, потирая ноющую переносицу.       — Смотри у меня, Гук, в отличии от жизни, у меня чувства юмора нет. Удар поставлен, так что держи себя в штанах!       — Хватит, хен! — Тэ уже несколько раз пожалел, что не поговорил с Юнги отдельно, без Гука. Альфа определенно не видит в нем омегу, и Тэ чувствует, как внутри оседает неприятный осадок.       — Ну и, какой у вас план? И что это за омега, который ехал за вами? — Юнги устало разглядывает квартиру, стараясь не смотреть Чону в глаза.       — Завтра я постараюсь поговорить с отцом и узнать про документы. А после я бы хотел, чтобы Тэхен попробовал проникнуть в мое сознание, чтобы понять, как мне почувствовать это место силы.       Тэхен переводит ошарашенный взгляд на альфу.       — Ты хочешь, чтобы я влез в твою голову?       — Ну я не думаю, что медитации и раскрытие чакр поможет мне найти эти ворота к озеру двух огней… Боже, сам не верю, что это говорю… Короче, да, мне кажется, это отличная идея, но сначала я попробую узнать хоть что-то у отца.       — Так а что с этим омегой? — Юнги вспоминает сладкий запах, что осел в легких после встречи с таинственным незнакомцем.       — Это он все время пытается меня убить. Он дважды приходил в клуб, и каждый раз при встрече с ним происходит что-то странное. Я перестаю контролировать тело и мысли, как марионетка ведусь на его феромоны.       — Ничего нового, — бурчит Юнги.       — Да нет же, говорю тебе. Он наверно тоже какой-нибудь экстрасенс. Я никогда раньше такого не испытывал.       — Он… очень удивился, что на мне не работают его приемы, — задумчиво пробубнил Юнги, опуская глаза, — странный малый.       — На тебя не действует?! — Чонгук отрывает голову от спинки дивана и впивается взглядом в Юнги. — Может, его чары на занудных девственников не распространаются?       — А ну завалил ебало! — Юнги замахивается для нового удара, а лампа над ними взрывается с громким хлопком.       — Если вы сейчас же оба не перестанете — я себя сдерживать не буду, — шипит Тэхен, стреляя глазами в ошарашенных альф.       — И как ты с ним выжил? — тихонько бубнит Чонгук, продолжая смотреть куда угодно, но только не на марсианина.       — Всегда храню в ящике кучу новых запасных лампочек…       Тэхен недовольно цокает и молча удаляется по коридору по направлению к гостевой комнате, которую ему ранее показал Чонгук.       — Что ж, — тишину нарушает Юнги, поправляя ворот рубашки, — где я буду спать?       — Ч-чего?!       — А ты думал, я тебя в квартире наедине со своим младшим братишкой оставлю? Хрена с два! Я слишком хорошо тебя знаю, Чон Чонгук!

***

      Чимин паркует свой Порше возле ворот особняка и роняет голову на руки, покоящиеся на руле.       Перед глазами все еще тот альфа, а сердце бешено стучит, норовя выпрыгнуть из груди.       Чимин привык к тому, что может контролировать альф. С раннего детства маленький омежка чувствовал свою власть перед сильным полом, что падали на колени и были готовы сделать все, что он только прикажет.       У омеги была возможность тренироваться. Он вырос в закрытом приюте для отказников, где в соседней спальне находились маленькие альфы. С раннего детства малыш знал, что одним взглядом может заставить других мальчиков поделиться игрушками, конфетами, заставить застелить за себя кровать.       Странная способность только набирала обороты со взрослением и гормональным всплеском, когда очередной гормональный выброс мог заставить альф ходить по струнке и буквально носить омегу на руках. С этим же всплеском и появилось свечение глаз в темноте. Видимо, химический состав его организма влиял и на выброс феромонов и на сетчатку глаз.       — Что ты делаешь с альфами, ведьмак? — завистливо причитали омеги, глядя на то, как альфы табунами падали к ногам Чимина.       Омега никогда не задавался вопросом происхождения своих способностей, пока это приносило лишь плюсы.       Выйдя из приюта, восемнадцатилетний Чимин устроился работать официантом в один из самых престижных и дорогих ресторанов Сеула, планируя выбрать себе партию побогаче, чтобы затащить в капкан своих сил и легко устроиться в жизни. Если жизнь преподнесла ему такой подарок — грех им не воспользоваться.       Вот только подарок в одночасье обернулся проклятьем, когда с очередным гормональным всплеском Чимин ненадолго потерял контроль прямо на улице. Этот день навсегда отпечатался в памяти омеги, как самый страшный в его жизни. Течка наступила внезапно вечером, когда он возвращался домой со смены. Резкий всплеск гормонов заставил альф в округе буквально озвереть, желая запах Чимина как сильнейший феромон. Омега помнит озверевшие глаза огромных альф, помнит руки на своем теле, помнит как его царапали ногтями, пытаясь вместе с одеждой оторвать себе кусок желанной плоти. Помнит собственный крик, когда подоспевший на помощь полицейский вдохнул сладкий запах и во мгновение ока вместо спасителя превратился в такого-же нападавшего. Чимин помнит, как сквозь боль и обиду увидел над собой черноту, подумав, что это его конец, но внезапно руки подхватили легкое тело и понесли к машине, игнорируя сладкий запах, что источало кровоточащее тело. Это была тьма, и, в то же время, спасение.       И вот спустя столько лет, Чимин все еще остается предан своему спасителю. Чон Хосок стал для омеги спасителем, наставником и искусителем его души, поднимая со дна все худшие пороки и всех демонов. Чон Хосок затащил омегу в собственную тьму, но открыл глаза на то, кто он есть: потомок сирен, мистических существ, чьи феромоны необъяснимым образом воздействовали на разум альф, заставляя их делать все, что пожелает сирена.       Чон Хосок научил Чимина контролировать силу и не бояться. Чимин забыл, что такое страх. До этого дня.       Омега впервые столкнулся с кем-то, помимо Хосока, кто смог противостоять его феромонам. Чон Чонгук и все, кто его окружают, постепенно становятся большой проблемой, и Чимин понимает, что не справляется сам. Здесь нужна тяжелая артиллерия.       Пора самому сильному из всех появиться на арене. Пора Хосоку самому войти в игру, что он затеял.

***

      — Давай, милый, ты сможешь, ты же можешь все! — Джин поправляет блеск на губах, глядя на себя в автомобильное зеркало и, одернув рубашку, гордой походкой направляется в полицейский участок.       Джин привык держать лицо перед важными альфами. Профессия юриста подразумевает взаимодействие с огромным количеством напыщенных альф, воспринимающих омег лишь как предмет интерьера. К сальным взглядам он давно привык и выработал уровень профессионализма, который про себя называл «Непроницаемая морда».       И действительно, Джину удавалось держать лицо в различных жизненных ситуациях, но с этим альфой вся наработанная годами система давала сбой. И нет, дело совсем не в том, что альфа был чрезмерно наглым, либо слишком откровенно раздевал омегу взглядом. Напротив, Джин боялся признаться себе в том, что хотел бы ощутить на себе этот взгляд именно от следователя Кима. Но нет, Ким Намджун, с которым омеге приходилось несколько раз встречаться по делу мэра Чона, а потом и в больнице после аварии Гука, держался максимально профессионально, запуская на своем лбу автоматические субтитры «меня интересует только работа», и Джина это бесило.       И вот сейчас вновь повод встретиться по работе, а «непроницаемая морда» трещит по швам. Какого спрашивается чёрта?!       Джин останавливается возле двери в кабинет альфы, глубоко вздыхает и задирает подбородок, толкая дверь.       — Мистер Ким? Чем обязан? — Намджун отставляет чашку с кофе и поднимается с места, стараясь смотреть омеге в глаза, а не скользить взглядом по прекрасному телу, обтянутому дорогим бирюзовым костюмом.       "Опять в глаза только смотрит", — проносится у омеги в голове, и Джин, не скрывая раздражения, эффектно вплывает в кабинет, садясь напротив альфы.       — У меня есть для Вас информация, и просьба…       — Для Вас все, что угодно, — слова вырываются раньше, чем Намджун успевает их обдумать, и, прокашлявшись, альфа подается вперед, делая максимально заинтересованное лицо, — все, что угодно, что поможет делу, мистер Ким.       — Да, конечно, — Джин натягивает свою самую обольстительную улыбку и достает из сумки ноутбук, но останавливается, поднимая на Джуна взгляд и спрашивая совсем тихо. — Я ведь могу Вам верить? Вы создаете впечатление человека, который помешан на своем деле.       — Как и Вы, Сокджин, полагаю. Поэтому Вы и пришли ко мне, разве не так?       — Да, наверное, Вы правы, — Джин разворачивает ноутбук к Намджуну, показывая сведения о несостоявшейся сделке. — Мне удалось выяснить, что незадолго до убийства Лина, кто-то пытался перевести моему дяде огромную сумму денег, подписанную как «аванс», но дядя сразу же вернул деньги. Я спросил у него, он сказал, что некий мистер Чон пытался выкупить какую-то землю, но дядя сам толком не понял, о чем идет речь и отклонил сделку, решив, что мистер Чон подставной полицейский, проверяющий его на взятки. Вот только, никакого мистера Чона так и не удалось найти. Все адреса и номера счетов оказались записаны на других людей, которые абсолютно не помнят, как переводили деньги…       — И после этого был убит секретарь мэра? Я правильно понимаю?       — Да, абсолютно верно, и дядя также как и все те, кто переводил деньги совершенно не помнит тот день, словно им кто-то управлял. Может… наркотик какой-то?       — Поверьте, Сокджин, если это окажется наркотик, я буду даже рад. Но что-то мне подсказывает, что логическое объяснение мы в этой истории не найдем. Я помогу найти этого Чона, я Вам обещаю, — альфа забывается, поглощенный новыми фактами запутанного дела, и поднимает неконтролируемый взгляд, сталкиваясь взором с омегой. И кажется, оба зависают на глазах напротив.