Подозреваемый

В душном офисном кабинете висела гнетущая тишина, нарушаемая лишь монотонным шумом разболтавшегося вентилятора. Его лопасти лениво вращались, безуспешно пытаясь разогнать застоявшийся спёртый воздух. Солнечные лучи беспощадно пробивались сквозь неплотно прикрытые жалюзи, высвечивая пляшущие в воздухе пылинки. Чон сидел за своим письменным столом, низко опустив голову и судорожно хватаясь за растрёпанные волосы. Пальцы до боли сжимали пряди, словно пытаясь вырвать непрошеные мысли из гудящего сознания. Его лоб собрался гармошкой глубоких морщин, а челюсти были крепко стиснуты в бессильной гримасе. «Как это всё могло случиться со мной? Это же сюжет какой-то дешевой дорамы!» — мысли зудели бесконечным роем, всё больше распаляя его смятение. Чонгук беспомощно замотал головой, силясь прогнать непрошеные воспоминания. Но они всплывали одно за другим — обжигающие, развратные… Перед глазами тут же вставало видение того самого юноши: гибкого тела, разметавшихся по подушке тёмных локонов, припухших от поцелуев губ. И этот голос… Самоуверенный, чувственный, с хрипотцой, от которого по спине бегут мурашки. — «Вряд ли снова увидимся!», — злосчастная фраза, сказанная напоследок с такой легкомысленной небрежностью, отдавалась горьким привкусом во рту. — «Вряд ли снова увидимся?» Чёрт! Да почему именно ты?! Детектив со всей силы обрушил кулаки на столешницу, отчего в разные стороны разлетелись карандаши, ручки и бумаги. Застоявшаяся атмосфера всколыхнулась облачком пыли. В этот самый момент в дверь кабинета постучали отрывистым стуком. Чонгук вздрогнул, будто опомнившись, и рявкнул сквозь стиснутые зубы: — Войдите! Дверь распахнулась, и в кабинет вошёл Ким — новый напарник Чона и его вчерашнее ночное приключение. При виде его мужчина похолодел, сердце бешено заколотилось. В баре прошлым вечером юноша выглядел соблазнительно и откровенно, однако сейчас его облик был не менее обольстительным, но в более сдержанном, элегантном стиле. Строгий костюм насыщенного бордового оттенка безупречно облегал его стройную фигуру, делая карамельную кожу более светлой. Узкие брюки соблазнительно обрисовывали идеальные изгибы ягодиц. А рукава жакета, небрежно закатанные до локтей, открывали взору мускулистые, но при этом изящные запястья с длинными пальцами — пальцами, которые Чонгук так хорошо помнил на своём теле. Воспоминания обожгли его, словно ветер, пригнавший в кабинет ароматы ночи: терпкий мускусный запах разгоряченной кожи, сладковатые нотки любовной игры… Чон не мог отвести взгляда от чувственно очерченных губ Тэхёна. Вчера они были припухшими от поцелуев, а сейчас плотно сжатыми, придавая его лицу напряженно-серьёзное, почти суровое выражение. И всё же в его облике сквозила та же пугающе ангельская невинность, которая так разжигала похоть. Ким медленно расстегнул верхнюю пуговицу пиджака, отчего полы разошлись, открывая обтянутый белоснежной футболкой торс со смутно проступающими очертаниями литых мышц. От этого зрелища у Гука перехватило дыхание, а низ живота стянуло тугим жаром. — Ещё раз здравствуйте, детектив Чон, — юноша низко поклонился с непроницаемым выражением лица. — Я закончил с рапортом и уставом. Все документы также подписал и передал в канцелярию. Теперь полностью поступаю в ваше распоряжение. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. «Если бы ты сейчас был в моём распоряжении, то непременно стонал бы, извиваясь на этом столе», — непрошеная фантазия поразила Чонгука подобно ударной волне. Он резко сжал кулаки, стараясь совладать с внезапным приливом вожделения. Перед глазами тотчас возникла картина: разметавшиеся по столешнице тёмные локоны, раскрасневшееся от страсти лицо, приоткрытые в беззвучном стоне губы… Чонгуку даже почудился запах возбуждённого тела, терпкий и одурманивающий. Член дрогнул, заинтересованно отзываясь на пикантные видения. Стиснув зубы, детектив глубоко вдохнул, отгоняя наваждение. Нельзя позволить чувствам овладеть собой! По крайней мере, не сейчас. — Хорошо, — произнёс он сдавленным тоном, борясь с желанием прижать Кима к стене и впиться в эти сладкие губы. — Я еду на место преступления. Вот здесь подробности. Одной рукой Гук протянул новому напарнику папку с делом, второй подхватил свою кожаную куртку. Ткань пиджака натянулась на плечах, обрисовывая рельефные мышцы. Прежде чем развернуться к двери, он бросил на Тэхёна тяжёлый, жадный взгляд, полный вызова: — И да, ты едешь со мной. Не дожидаясь ответа, Чон решительно зашагал прочь из душного кабинета, с трудом сдерживая рвущееся наружу желание. Он чувствовал на себе изучающий взгляд напарника, от которого по спине бежали мурашки смущения и возбуждения. — Отлично, — раздался сзади самодовольный голос юноши. Чон обернулся как раз вовремя, чтобы заметить его едва заметную ехидную усмешку. Ким поспешил следом, слегка крутя бедрами при ходьбе. Этот манящий изгиб ягодиц грозил окончательно доконать Чонгука. Он сглотнул, борясь с мыслями об их недавней горячей ночи, и ускорил шаг на выход. Игра только началась…

♡♡♡♡

Машина съехала с шумного проспекта на едва заметный проулок, ведущий к роскошному отелю, где произошло жестокое убийство. Всё это время в салоне висело гнетущее молчание. Чон хмуро всматривался в дорогу сквозь лобовое стекло, плавно ведя тяжёлый BMW и ловко обходя неторопливых водителей на трассе. Пальцы крепко сжимали руль, пока он не спускал глаз с асфальтовой ленты, норовившей вильнуть в сторону. Ким же, казалось, полностью погрузился в изучение материалов дела. Он был совершенно поглощен чтением, в сосредоточенности хмуря идеально очерченные брови. Пушистые ресницы отбрасывали густые тени на его скулы, придавая лицу сосредоточенное выражение. Время от времени длинные пальцы Тэхёна переворачивали очередной исписанный лист, привлекая взгляд Чонгука — слишком уж ярко он вспоминал эти изящные кисти на своем разгорячённом теле… В папке содержались подробности о расследовании жестокого убийства молодой туристки из Европы. Судя по протоколам осмотра места преступления и отчётам криминалистов, чей размашистый почерк Тэхён узнал сразу, следователи считали, что все улики указывают на причастность кого-то из обслуживающего персонала отеля, где остановилась погибшая девушка. Это громкое дело, детали которого уже месяц муссировались в СМИ, вызвало широкий общественный резонанс. Закончив изучать предоставленные материалы, Ким аккуратно отложил папку и достал из кожаного портфеля блокнот, что-то торопливо туда записывая. Затем он отвлёкся от своих заметок и повернулся к Чону: — Почему вы считаете, что причастен кто-то из персонала? — в его бархатном голосе проскользнули любопытные нотки. Чонгук лишь коротко дёрнул плечом, не отрывая взгляда от дороги. — Я пока ничего не считаю. Дело мне передано только на днях, — он резко крутанул руль, и тяжелая машина сноровисто вильнула в сторону парковки перед отелем. Мимо промелькнули яркие витрины и рекламные вывески. — Выводы я предпочитаю делать после «полевых работ». Выходя из машины, Чонгук бросил быстрый взгляд на Тэхёна и заметил, что тот достал мобильный и торопливо печатал кому-то сообщение. Тонкие пальцы парня порхали по сенсорному экрану, а на лице читалось выражение сосредоточенности.Чон почувствовал смутное раздражение при виде того, как легко напарник отвлекается от дела на какие-то личные переписки. — Значит, план действий такой, — процедил он сквозь зубы, снимая солнцезащитные очки, в затемненных стёклах которых отражался фасад отеля. Чонгук шагнул вплотную к Киму, почти вторгаясь в его личное пространство. Запах его духов ударил в ноздри, неожиданно вызвав целую вереницу воспоминаний. Чон запнулся на мгновение, невольно уставившись на идеально очерченные губы юноши. — Я веду беседы. Ты — молчишь, смотришь за реакциями, слушаешь и всё фиксируешь, — его голос был напряженным, почти сухим, словно Чонгуку приходилось преодолевать сопротивление собственного тела, чтобы произнести эти слова. — Всё понятно? — Предельно, — Тэхён кивнул, его чарующее лицо оставалось абсолютно бесстрастным, словно высеченным из мрамора. Ни один мускул не дрогнул на этом невозмутимом полотне, изо всех сил излучающем отстраненность и профессионализм. «Да что с тобой? У тебя что… вместо нервов стальные канаты?» — раздражённо думал Чонгук, вглядываясь в бездонные омуты его глаз и никак не находя в них ни единого проблеска узнавания или хотя бы смущения. Этот Ким был совершенно другим человеком по сравнению с чувственным, страстным юношей, в объятиях которого он проснулся сегодня утром. Чон резко отвернулся, не в силах вынести этот пристальный, изучающий взгляд, и широким шагом направился к входу в отель. Слишком много обжигающих воспоминаний всплывало в его памяти рядом с этим парнем, он должен сосредоточиться на работе. Шаги Тэхёна вторили его собственным, означая, что напарник идёт следом. Через зеркальные двери Чонгук заметил, что тот продолжал сосредоточенно строчить в телефоне, совершенно не обращая внимания на окружающую обстановку. В таком же отстраненном, поглощенным собственными мыслями состоянии Тэхён прошествовал за ним в просторный холл отеля.

♡♡♡♡

Величественные стеклянные двери отеля распахнулись, впуская их в роскошный мраморный холл, где витал едва уловимый аромат дорогих духов и свежих цветов. Тэхён шагнул вперед, привлекая к себе взгляды окружающих. Его строгий костюм и уверенная осанка выделялись на фоне беспечных туристов в ярких нарядах. — Господин Ким, добрый день! — раздался радушный возглас управляющего, приветственно сложившего ладони. Его лицо озарила широкая улыбка при виде Тэхёна. — Вы к нам сегодня как гость? Будете сегодня с другом? Чон застыл за спиной своего напарника, скользнув по нему настороженным взглядом. Какое отношение Тэхён имеет к этому шикарному отелю? Он друг владельца или же просто богатый клиент? Он открыл было рот, но юноша опередил его: — Господин Тим, доброго дня, — Тэхён одарил управляющего ослепительной улыбкой, совершенно преобразившей его черты и заставившей Чонгука поневоле залюбоваться этим зрелищем. Мягкие губы изогнулись в озорной усмешке, придавая лицу выражение мальчишеской непосредственности. Ямочки очаровательно промялись на щеках, а глаза засверкали лукавыми искорками. От этой прелестной картины у Чонгука буквально перехватило дыхание. — Нет, я здесь по службе, — продолжил Тэхён беспечно. Он слегка наклонился в сторону Чонгука, почти прижимаясь к нему плечом: — Это детектив Чон Чонгук. Прошу вас посодействовать ему и мне. Гук усилием воли постарался отогнать наваждение и сосредоточиться на деле, невольно отмечая, как искусно его напарник умеет манипулировать чужим восприятием. — Конечно, — кивнул управляющий, теперь полностью сосредоточив внимание на Чона. — Детектив, чем я могу быть полезен? — Мне нужно помещение со столом и кондиционером, — отрывисто произнёс Гук, избегая смотреть в сторону Кима. — А также пригласите всех сотрудников, что работали в смену двадцатого сентября. — Сейчас всё организуем, — управляющий явно хотел угодить. — Господин Тим, — вмешался Тэхён, вновь притягивая к себе всеобщее внимание. Казалось, каждое его движение буквально источало харизму и обаяние. — Думаю, нам будет удобнее в номере, чем в конференц-зале. Пусть нас проводят. По спине Чонгука пробежали мурашки, когда взгляд Тэхёна на миг скользнул по нему. Номер определенно обеспечит им куда больше уединения и… близости, чем любой конференц-зал. Чон сжал кулаки, борясь с волнением. Похоже, игра Тэхёна набирает обороты… Но это были последние слова, что Чон услышал от своего напарника за ближайшие часы. После того, как управляющий отеля проводил их в роскошный номер люкс, предоставляя его для допросов свидетелей, Тэхён словно впал в какое-то оцепенение, а потом полностью погрузился в работу. Он превратился в его бесплотную тень — безмолвно следовал за детективом, записывая и фиксируя каждое его действие. Сосредоточенно хмурясь, Ким делал пометки в блокнотике аккуратным, ровным почерком. При этом его взгляд не упускал ни единой детали: ни слов допрашиваемых, ни их реакций и мимики. Временами он снимал то обстановку номера, то самих сотрудников на камеру телефона, создавая обширный фото- и видео архив. Чон с первых же минут ощутил на себе этот изучающий, пристальный взгляд Кима. Его анализирующий профессиональный прищур словно ощупывал каждый участок тела, распаляя былые воспоминания о их близости. Каждый раз, встречаясь с этими безучастными ледяными глазами, Чонгук едва сдерживался от желания стиснуть своего нового напарника в объятьях. Но вместо этого ему приходилось сосредотачиваться на деле, которое всё больше казалось ему зыбким и запутанным. По мере того, как сменялись допрашиваемые, перед Чоном разворачивалась странная картина: один за другим, персонал отеля входил в номер с приветливыми улыбками и низкими поклонами в сторону Тэхёна. Юноша отвечал им едва заметным наклоном головы, но сам не произносил ни слова, позволяя детективу вести допросы. Это обстоятельство нервировало Чонгука с каждой минутой всё сильнее. Становилось очевидно, что Тэхён хорошо знаком персоналу отеля, однако никто пока не проронил ни слова о том, кем же является на самом деле этот загадочный молодой человек. Не меньшее смущение вызывало у Чонгука само убийство. Такие преступления были настоящей редкостью в респектабельных отелях высочайшего класса. И тем не менее, сейчас ему предстояло расследовать зверское нападение на юную туристку прямо в стенах этого роскошного заведения. Дело и впрямь обрастало всё новыми странностями. К тому же, показания допрашиваемых казались детективу какими-то… неестественными. Словно сотрудники были заранее проинструктированы и натасканы, что и как говорить. Они отвечали безукоризненно точно, вспоминая мельчайшие детали того дня месячной давности, включая время, места, лица присутствующих. Слишком уж всё это было гладко и отрепетировано. Чон внутренне напрягся, предчувствуя нечто недоброе. Спустя почти пять часов непрерывных допросов, Чонгук наконец закончил опрос последнего сотрудника. Он тяжело перевел дух и, пошатываясь от усталости, подошёл к огромному окну в полстены, выходящему на оживленную улицу. За стеклом простирался жаркий вечерний Сеул, пульсирующий огнями вывесок и светофоров, беспорядочными вспышками фар и криками уличных торговцев. Этот контраст между удушающей духотой снаружи и приятной прохладой номерного кондиционера буквально бросал в дрожь. Чонгук отвернулся от окна, бросив взгляд на Тэхёна. Юноша сидел в глубоком кресле, всё так же сосредоточенно просматривая записи. Его лицо по-прежнему оставалось бесстрастной маской, лишь кончик языка слегка облизывал пересохшие губы. Этот мимолётный жест заставил Чонгука вспомнить их невероятную ночь и вновь почувствовать зов желания. В тишине номера раздался звук сигнала входящего сообщения. Тэхён бросил беглый взгляд на экран телефона, после чего встал и направился к двери. — Детектив Чон, я спущусь в бар отеля, если, конечно, мы закончили? — его бархатный голос омыл Чонгука подобно теплой усыпляющей волне. — И, если вы не против, я сам вернусь сегодня в участок. Не доверяя себе произнести хоть слово, чтобы не выдать своего смятения, Гук лишь коротко кивнул в знак согласия. За его спиной послышался тихий стук дверного замка, возвещая о том, что Ким уже вышел. — Чёрт! Чонгук, соберись! — Чону пришлось стиснуть кулаки, чтобы справиться с внезапной дрожью во всём теле. Он снова поддался очарованию этого парня, его пьянящему голосу, от которого перехватывало дыхание, его дорогому, сводящему с ума аромату Burberry. Сколько же душевных сил придется потратить, чтобы не рассыпаться в присутствии Тэхёна? Чонгук тяжело вздохнул и запустил пальцы в растрепанные волосы, беспомощно признавая свою слабость перед этим юношей. Оставшись в полном одиночестве, он тяжело опустился на диван, чувствуя, как из него уходят последние силы. День выдался изнурительным — череда бесконечных допросов изрядно вымотала как физически, так и психологически. А присутствие Кима и вовсе ставило его нервную систему на грань срыва. Чонгук бессильно откинулся на мягкие подушки, прикрыв глаза в попытке совладать с эмоциями. Однако лишь спустя пару минут ему удалось отогнать наваждение и вновь сосредоточиться. Он достал телефон и, не раздумывая, набрал знакомый номер, после чего включил режим громкой связи. На пятом протяжном гудке в трубке раздался знакомый бодрый голос: — Привет, бро! Ты сто лет не звонил! Что-то случилось? Хосок был одним из немногих давних товарищей Чонгука, с которым их связывали не только крепкие узы дружбы, но и профессия. Хосок служил в центральном управлении, периодически выезжая в провинции по долгу службы. — Хося, ты в городе? — без предисловий спросил Чонгук. — Хочу встретиться. Некоторое время в трубке повисла пауза, прежде чем раздался жизнерадостный возглас: — Как скажешь, нужно, значит нужно. В нашем баре? «Наш бар» — так они называли излюбленное заведение в центре города, куда частенько наведывались после тяжелых рабочих смен. — Да, я буду к восьми, — кивнул Чон, чувствуя, как на душе сразу полегчало при мысли о встрече с другом. — Закажи мне стейк. — Без проблем, бро! — Хосок действительно знал, как подбодрить приятеля. — Увидимся! Чонгук сбросил вызов и устало потёр переносицу. Великая удача, что Хосок оказался сегодня в городе, а не в одной из своих бесконечных командировок. — Ладно, с вечером разобрался, — пробормотал он вслух, поднимаясь на ноги. — Теперь можно и в участок. Он ещё раз окинул взглядом роскошный номер, где провёл в общей сложности почти шесть часов, собрал свои вещи и, прихватив документы, решительно направился к выходу. Детектив Чон неспешно спустился в холл отеля, ступая по мягкому ковру, будто крадучись. Проходя мимо бара, его внимание привлекла оживлённая беседа. За стойкой, утопая в полумраке, сидел Тэхён и о чём-то яростно спорил с невзрачным парнем примерно его же возраста. Чонгук замедлил шаг, вглядываясь в собеседника своего коллеги, который показался ему знакомым. Это был низкорослый полноватый юноша с болезненно-бледным лицом, усыпанным веснушками. Татуировки змеились по его рукам, выглядывая из-под закатанных рукавов поношенной клетчатой рубашки. Он что-то взволнованно вещал, вперив умоляющий взгляд в Тэхёна, а тот лишь отрицательно качал головой, отвергая его просьбу. «Странная парочка,» — подумал Чон, приподняв бровь. Выйдя из прохладного полумрака отеля на залитую вечерним солнцем парковку, детектив достал телефон и отстучал сообщение капитану о том, что сегодня не появится в участке, после чего уверенной походкой направился к своему седану. Через минуту на парковке появился Ким, почти силком тащивший за собой того самого юношу из бара. Лицо напарника пылало от гнева, что удивило Чонгука. Он с любопытством наблюдал, как тот грубо втолкнул парня на пассажирское сиденье ярко-красного спорткара, а сам устремился на водительское место. Мощный мотор взревел, и авто сорвалось с места, оставляя за собой лишь расплывчатые полосы на асфальте парковки. — Вот это прыть, — пробормотал Чон, созерцая клубы выхлопных газов. Странное поведение напарника зародило тревожные подозрения в голове опытного детектива. Уж слишком необъяснимым и подозрительным был этот эпизод. — Этот богатенький мальчик так или иначе связан с отелем, а может и с убийством, — размышлял Чонгук, продолжая неотрывно смотреть вслед стремительно умчавшемуся спорткару.

♡♡♡♡

— Ну ты даёшь! — Хосок едва сдерживал рвущийся наружу заразительный смех, отчего его плечи мелко подрагивали. — В каком же сказочном мирке обитает твоё сознание? Чонгук встретился со своим давним приятелем в уютном гриль-баре в сердце города. Это излюбленное заведение детектива славилось не только шикарной европейской кухней, но и приятной, располагающей к душевным беседам обстановкой. Мягкие диванчики с подушками манили усесться с бокалом терпкого вина, а приглушенный свет и ненавязчивая музыка создавали атмосферу умиротворения и уюта. Администрация бара действительно заботилась о комфорте своих гостей, окружая каждый столик невысокими стенками, дабы ничто не мешало непринужденному общению. И в этот раз такая конфиденциальность как нельзя лучше играла на руку Чонгуку. — Чего ты ржёшь, клоун? — проворчал детектив, начиная закипать от раздражения. Губы его дрогнули, выдавая нарастающее недовольство. — Ты реально не знаешь, кто он такой? — Хосок попытался придать своему лицу серьёзное выражение, но в уголках глаз заплясали лукавые смешинки. — Да ты один из лучших сыщиков в округе! Как ты мог не пробить такого человека? Чонгук немного смутился и поёрзал на диванчике. — Да я только вчера узнал, что у меня появился напарник, а имя его мне вообще назвали утром перед встречей. Он этакий подарок-сюрприз от капитана, — буркнул он, отхлебывая глоток пенистого эля. — А его полное имя тебя не смутило? — Хосок увидел, как губы друга сжались в тонкую линию, и решил, что пора прекращать подначки. — Мы в Корее живём, тут каждый третий Ким! — буркнул Чонгук. — Каждый не каждый, но… слушай сюда, семья Ким Тэхёна владеет гигантской корпорацией КимТехнолоджи. Они встроены во все сферы — от инвестиций до импорта и строительства. Тэхён — единственный наследник всего этого. Настоящий принц! Да, он выпускник полицейской академии, но до этого постигал азы бизнеса в Англии, — Хосок сноровисто подцепил вилкой кусочек сочного стейка и с наслаждением отправил его в рот, закатив глаза от удовольствия. Прожевав, он продолжил: — Отель, в котором вы были, входит в сеть фешенебельных гостиниц в Корее, Таиланде и Европе, принадлежащую жене дяди Тэхёна. Твой новоиспеченный напарник там свой человек, думаю, даже в совете директоров состоит. Чонгук нахмурил брови, пытаясь уложить в голове всю эту ошеломляющую порцию информации. Хосок же, прикрывая ладонью рот, украдкой похихикивал, с явным удовольствием наблюдая, как смущение окрасило скулы друга алым румянцем. Ему доставляло непередаваемое наслаждение всласть подколоть этого невозмутимого служаку. — Чёрт, — процедил сквозь зубы Чон и с такой силой воткнул вилку в кусок мяса на тарелке, что тот жалобно затрепыхался. Детектив откинулся на спинку мягкого кресла, устало прикрыв глаза. — Не удивительно, что он сразу получил должность в убойном отделе. Наверняка всё благодаря связям и деньгам папочки. Хосок лишь снисходительно усмехнулся и отхлебнул глоток вина из бокала. — Не думаю, приятель. По окончании академии его баллы были одними из самых высоких на потоке. Тэхёна даже рекомендовали для работы в нашем отделе. Но, как ты знаешь, выпускник с наивысшим рейтингом сам выбирает, где ему служить. Вот он и выбрал ваш участок. Чон кивнул, вспоминая, как когда-то и сам был лучшим на курсе, что позволило ему встать под начало легендарного капитана Ким Намджуна в отделе по расследованию убийств. — Получается, Ким неплохо обучен, — задумчиво протянул детектив, крутя в пальцах бокал с элем. — И если он имеет отношение к этому делу, он однозначно будет действовать с большой осторожностью. — Чонгук посмотрел куда-то вдаль, словно прозревая насквозь. — Возможно, выбор участка как-то связан с расследованием убийства, которое у нас в производстве, — едва слышно прошептал он. Его глаза блеснули азартным огоньком. — Что ж, малыш, я присмотрю за тобой повнимательнее. — Малыш? — Хосок удивленно приподнял бровь, и на его лице расплылась широченная усмешка. Он сделал глоток вина и чуть подался вперед, елозя на диванчике. — Он настолько милашка, что достоин ласковых прозвищ? Чонгук бросил на друга гневный взгляд исподлобья. Его глаза сузились, а желваки угрожающе заиграли на скулах. — Ой-ой-ой, не нужно так смотреть! — Хосок попытался сдержать рвущийся наружу истерический хохот, отчего его плечи начали мелко подрагивать. — Я слишком хорошо тебя знаю, Гуки! Нежные эпитеты совсем не в твоем суровом стиле. Или… — он вдруг подмигнул и многозначительно усмехнулся. — Или ты просто положил глаз на наследника империи Ким? Мечтаешь стать его Золушкой? Хосок расхохотался во весь голос, даже слёзы выступили на глазах от избытка эмоций. Чонгук разъяренно впился взглядом в друга, заставив того на мгновение поперхнуться от нахлынувшего приступа смеха. — Ты… ха-ха… бесподобен, Чон! — сквозь смех выдавил Хосок, ласково похлопав Гука по руке. — Не стоит так мрачно смотреть. Я лишь подшучиваю над тобой! Он ловко увернулся от полетевшей в него салфетки и отсалютовал бокалом другу. — Признайся, тебе польстило быть партнером этого высокородного принца! — Хосок лукаво прищурился. — Может, даже мечтаешь поцеловать его ручку, опустившись на колено? Громогласный хохот вновь сотряс тело Хосока, отчего тот согнулся пополам, обхватив руками живот. Воздух со свистом вырывался из его лёгких, а на глазах выступили слёзы. Чонгук молча наблюдал за приступом веселья друга, лишь слегка кривясь и закатывая глаза. — Жуй свой стейк! — процедил он сквозь зубы, делая глоток из увесистого бокала. Хосок постепенно успокоился и утёр выступившие слезинки тыльной стороной ладони. — Кстати, как твоя пассия? Есть какие-нибудь успехи на личном фронте? Чонгук прекрасно знал, что для Хосока его личные отношения — благодатная тема для разговоров, и он точно отвяжется от него, переключившись на собственные романтические переживания. Так и произошло — парень напротив весь остаток вечера жаловался на неприступность и холодность своего коллеги из ЦБР, куда он был переведён год назад. Несмотря на все ухищрения и способы ухаживания, которые Хосока испробовал в отношении этой пассии, кровать его оставалась холодной и одинокой. — Ты не думал, что в отделе профайлеров работают ребята, способные по кончику носа понять, кто перед ними, и не связываться с теми, у кого этот кончик в пушку? — со знающим видом протянул Чонгук, отправляя в рот кусочек мяса. — О чём ты? — Хосок искренне изобразил удивление на лице, приоткрыв рот. — Да я же само совершенство! Практически идеален! Как ты вообще можешь говорить, что бывший Король выпускного курса академии и один из лучших сотрудников ЦБР имеет «нос в пушку»? Мой нос идеален! Чон довольно усмехнулся, покачав головой. — Хося, о твоих многочисленных романах даже у нас в убойном отделе ходят сплетни, что уж говорить о самом бюро? — его глаза весело блеснули. Он прекрасно знал, что в этих слухах и пяти процентов правды нет, но не смог удержаться от того, чтобы не поддеть друга в отместку за его безудержные издевательства. Хосок лишь пренебрежительно махнул рукой с видом человека, привыкшего к подобным нападкам. — Неважно, что они говорят! В любом случае я не сдамся! Если я решил, что кто-то достоин быть со мной, этот человек рано или поздно будет покорен, — его губы расплылись в самодовольной ухмылке. — Так что спокойно, тигр, не рычи. Кто как не ты должен верить в меня? Чонгук закатил глаза, тем не менее не сдержав тёплой усмешки. Несмотря на безудержное хвастовство и бравадные заявления, он отлично знал, что за этим кокетливым фасадом скрывается настоящий друг, на которого всегда можно положиться. А их дружеские подначки — всего лишь способ разбавить тяготы рабочих будней каплей задорного веселья. Закончив ужин и расправившись с аппетитными стейками, друзья прикончили остатки напитков и договорились встретиться на следующей неделе, чтобы вновь посидеть в этом уютном гриль-баре. Хосок пообещал к тому времени подготовить новую порцию сочных сплетен и шуток для весёлых подначек в адрес Чона. Расплатившись по счёту, парни покинули ресторан и разъехались по домам, каждый к своим делам и заботам. Чонгук ехал по ночному городу, утопающему в переливах огней, и думал о словах Хосока касательно Тэхёна. Внезапно нахлынувшее любопытство не давало ему покоя. Он решил, что завтра же начнёт собственное расследование своего нового напарника. Нужно выяснить, какие скелеты прячутся в шкафу у этого высокородного отпрыска могущественного семейства.

♡♡♡♡

Кондоминиум, в котором проживал Чонгук, нельзя было назвать роскошным, однако уровень комфорта и сервиса там определенно выходил за рамки обычного жилого комплекса. Подземный паркинг, уютное кафе и элегантный бар на первом этаже, оборудованный тренажерный зал и бассейн на крыше здания — все это создавало атмосферу изысканного образа жизни. Круглосуточная охрана, система видеонаблюдения и услуги консьержа дополняли ощущение безопасности и придавали жилому комплексу особый шарм. Поддерживая свой холостяцкий статус, Чон выбрал для себя квартиру небольшой площади, но с продуманной планировкой: две уютные спальни, объединенная с кухней гостиная. По его просьбе ремонт был выполнен по дизайн-проекту младшей сестры, что придало апартаментам стильный и в то же время уютный вид. Детектив вставил ключ в замочную скважину и толкнул дверь. В прихожую проникал поток света из гостиной, где горела настольная лампа, создавая атмосферу домашнего тепла и покоя после шумного ресторана. Сбросив туфли, он прошел в гостиную и опустился в мягкое кресло, расстегивая пуговицы на рубашке. Чон прикрыл глаза и глубоко вдохнул слегка пряный аромат кожаной обивки мебели, смешанный с еле уловимым запахом хвои — любимый домашний одеколон сестры. «Тебе нужна девушка, — настойчиво твердили сестры при каждой встрече, не упуская возможности пожурить его. — Нельзя жить одному в такой прекрасной квартире. Она буквально создана для любви и семейной идиллии!» Эта фраза, словно путеводная нить, потянула за собой иной образ, прочно засевший в подсознании Чонгука. Образ юноши, спящего сладким сном, о котором сегодня утром детектив размышлял совсем в ином, куда более чувственном ключе. Да, в представлении Чонгука, Тэхён был будто сотворен для любви и страстных объятий — целовать его нежные, чуть припухлые губы, ласкать кончиками пальцев молочно-белую, бархатистую кожу, посасывать длинные, изящные фаланги пальцев. Чонгук почти физически ощущал, как погружается в его гибкое, податливое тело, растворяясь в затуманенном вожделением взгляде напарника. Сквозь дымку возбуждения до Чона доносились приглушенные звуки города за окном, ночная жизнь мегаполиса негромко пульсировала где-то вдалеке. Детектив прерывисто выдохнул сквозь стиснутые зубы, открывая глаза. Перед его мысленным взором вновь промелькнули образы Тэхёна — беспомощно разметавшегося в шелковых простынях, выгибающегося навстречу его ласкам… Гук нахмурился и крепко зажмурился, пытаясь отогнать это наваждение. Что это было? Неужели он, с его богатым опытом, настолько глубоко впечатлился напарником? Детектив поежился, ощущая, как по коже бегут мурашки смешанного со смущением возбуждения. Он резко вскочил с кресла и направился в душ, понимая, что ему срочно требуется охладить свой пыл. Образ Кима в сознании Чонгука начинал обретать совсем иные, тревожные оттенки. Его поведение в отеле было более чем странным, а отношение к нему сотрудников вызывало ещё больше вопросов… Возможно, этот юноша лишь прикрывал кого-то из высокопоставленного окружения своей семьи. А может, сам был каким-то образом причастен к тому жуткому убийству? В таком случае Ким автоматически превращался в главного подозреваемого по делу. Чонгук пристально вгляделся в свое отражение в большом зеркале ванной комнаты. На его обнаженном торсе, там, где совсем недавно в беспамятном исступлении терзали ногти, виднелись неглубокие, ноющие царапины. Детектив провел по ним кончиками пальцев, вновь ощутив фантомную боль той страстной схватки. — Малыш, если ты причастен к этому делу, поверь, я найду твой след, — едва слышно пробормотал он, глядя в зеркало. — Дай мне только время… Его зрачки опасно сузились, придав взгляду хищный, безжалостный блеск. Перед Чонгуком теперь стояла задача — раскрыть преступление, невзирая на личные симпатии и привязанности. А для этого было необходимо изучить каждый шаг, каждое движение Кима, вычислить его связи и мотивы. Возможно, за маской невинности скрывается хладнокровный убийца? Эта мысль пугала и одновременно распаляла охотничий азарт истинного сыщика. Чонгук шагнул в просторный душ и подставил разгоряченное тело под струи льющейся воды. Прохладные капли хлестали по плечам, постепенно смывая остатки сегодняшнего дня. Ему предстояло непростое расследование, в котором эмоции и личные привязанности должны были отойти на второй план. Он готов противостоять Тэхёну в его игре. Выйдя из душа, Чонгук обернул бедра полотенцем и прошел в спальню, отодвинул штору и некоторое время смотрел на ночной город, мерцающий миллионами огней. Завтра начинается новый день, новая глава этого запутанного расследования. И детектив Чон обязательно докопается до истины, чего бы это ни стоило. Ведь поиск правды — его призвание, а Тэхён — лишь одна из многих загадок, которые ему предстоит разгадать на этом пути.