Безмолвие за оплату

Почти всю дорогу они шли молча. Каждый думал о своём. Анастасия о деле, Тарас Петрович о ней. Почему, почему всё было так сложно. Нет, он не сомневался, что она тоже любит его. Иначе, как объяснить тот поцелуй в его кабинете. Но почему тогда молчит? В тот самый день, когда он пришёл к ней с букетом и признанием Настя лишь сказала своё любимое C'est magnifique. Потом они долго смотрели друг другу в глаза, а потом Настя позвала его к ним на ужин, а он предложил ей прогуляться перед этим ужином. Ужин прошёл чудесно и во время разговора после еды Ардашникова объявила, что в Париж она не поедет, но после этого дня они стали реже видеться, не было подходящий для ума Анастасии Андреевны дел, а просто позвать её на прогулку пристав почему-то не решался. И вот спустя две недели они вместе расследуют новое дело. Но она молчит. — Тарас Петрович — из своих мыслей его вывел уже такой родной голос — мы на месте. Что будем делать дальше? — Кхм, думаю надо найти девушку, которая кого-то ожидает и… — Тарас Петрович — перебила его Настя — давайте в этот раз этим займусь я. А то, я думаю, вы помните, что было в похожей ситуации в прошлый раз. Анастасия лукаво улыбнулась. — Ах, да, это в том деле с Головановым. — пристав поправил фуражку — Ну что же вы, так вы. Не буду мешать. Анастасия огляделась. Найти это условленное место в огромном парке задача не из лёгких. Да и поблизости совсем никого не было. — Уже двенадцать, надо обойти парк. Думаю та, которую мы ищем должна быть на месте. Молодые люди прошли вглубь парка. Всюду: и на дорожке, и под деревьями, и на скамейках находились влюбленные пары, бегали дети, прогуливались пожилые люди. — Тарас Петрович, а есть ли здесь место, куда заходит мало людей? Какой-нибудь укромный уголок или что-то вроде этого. — Ну, ежели вы хотите уединиться, Анастасия Андреевна, можем уйти в участок, а если… Пристав не успел договорить. Его перебил возмущенный голос. — Тарас Петрович! У нас тут вообще-то важное дело, а вы шутки распускаете. — Ну-ну Анастасия Андревна, не горячитесь. Пройдёмте за мной, вон там в самом конце парка, очень тихое и уютное место. Анастасия зашагала в том направлении, которое указал пристав. Смолокуров, посмотрев ей вслед припустился за ней. Когда они подошли к небольшой полянке окруженной со всех сторон липами, Настя замерла и остановила Тараса. Приложив к губам палец, она кивнула в сторону одинокой девушки, которая стояла под одним из деревьев, и нервно озиралась вокруг. Увидев полицейского, она резко отвернулась. — А вот и наша рыбка, сама попалась. — Тарас Петрович, постойте тут. — Анастасия двинулась к девушке. — Добрый день, я Анастасия Андреевна Ардашникова. Вы должно быть кого-то ждёте? — Извините, это не имеет никакого значения. Девушка уже хотела уйти, но Ардашникова не отступала. — Вы ждёте господина Парамонова? Девушка резко обернулась и округлила глаза. — Откуда вы знаете? Кто вы? — Я полицейский консультант, а вон там — Настя указала в сторону Смолокурова — пристав седьмого Василеостровского полицейского участка Тарас Петрович Смолокуров. — Что? Неужели что-то с Серёженькой… Простите Сергеем Владимировичем? — Да, вы только не волнуйтесь. Тарас Петрович — Настя повернулась в сторону пристава — можете подойти. А вы? — Ардашникова обратилась к девушке. — Бережная Мария Яковлевна — Как раз то вас мы и искали. Ну-с рассказывайте, в каких отношениях были с Парамоновым? — Прямо спросил Тарас Петрович. — Я… Мы… Мы… Друзья, если можно так сказать. -Друзья значит? Может вы ещё скажете коллеги? — пристав был явно не доволен ответом. — Прошу не повышать на меня голос! И вообще, может вы объясните мне, господин пристав, что тут происходит? — А происходит тут то, что господина Парамонова нашли сегодня утром мертвым у себя в аптеке. А вы, Мария Яковлевна, явно как-то с ним были связаны. А как, вы сейчас нам и расскажите. Бережная пошатнулась, лицо её побледнело, руки мягко опустились. — Как вы сказали? Его что же… — она просто не могла произнести слово «убили» Анастасия Андреевна положила руку на плечо Марии. — Мария Яковлевна, нам очень нужны честные сведения о вас и Сергее Владимировиче. — Да-да, конечно — девушка растерянно озиралась вокруг. — мы любили друг друга, очень сильно… — Ага, значит любовники? — вставил слово пристав. — Что?! Да как вы смеете? У нас были абсолютно чистые отношения. У него никогда не было жены, а у меня не было мужа. — К чему же эти тайные встречи? — Мы не прятались от людей намеренно. Просто любили тишину и покой. — А зачем нужна была сегодняшняя встреча? — спросила Ардашникова, записывая что-то в блокнот. — Я… Хотела попросить у Серёжи денег — сказала Бережная и стыдливо опустила лицо вниз — вы не подумайте, я не алчная. Просто Серёженька был такой добрый, он с самой нашей первой встречи говорил, что я могу просить у него всё, что угодно. Он уже не раз выручал меня. А сейчас, я хотела попросить совсем немного. Мне не хватало на подарок для маменьки, у неё именины… Что же я теперь без него… — девушка запнулась — Извините, а как Серёжу… убили? — она говорила это обращаясь скорее к Анастасии, но ответил пристав. — Его отравили. Но есть ещё и версия самоубийства. Девушка закрыла лицо руками, послышались всхлипы. Анастасия Андреевна кивнула Смолокурову, как бы говоря «отойдём не будем ей мешать». — Анастасия Андреевна, раз уж от этой барышни мы больше ничего не услышим, то почему бы нам не прогуляться? К тому же погода сегодня замечательная. Настя ответила не сразу. Она думала, что делать дальше. — Тарас Петрович, вам не кажется, что сейчас совсем не время для променада? — Да? — сказал пристав пригладив усы — И что же мы тогда будем делать? — Я наведуюсь к Карпенко. А вы проводите, пожалуйста, Марию Яковлевну до дома или хотя бы до пролётки. А то боюсь в таком состоянии ей будет тяжело сделать это самой. Тарас Петрович разочарованно вздохнул. Опять они разделяются. Но делать нечего. Что-то подсказывало ему, что сейчас лучше не перечить Анастасии Андревне. — Добрый день, Родион Романович! — О, любезнейшая Анастасия Андреевна. Рад видеть вас в добром здравии. Я так понимаю, вы по поводу аптекаря. — Абсолютно точно, Родион Романыч — Я как раз успел провести обследование и сделать все нужные анализы. — И что же, отравление? — Да! И причём цианидом. — Быстродействующий яд — Анастасия зашагала в раздумьях по комнате — А время смерти удалось установить? — Да. Примерно в девять утра — В девять? — Настя остановилась и посмотрела на Карпенко с удивлением. — Вы уверены? — Абсолютно. А что-то не так? — Я нашла его мертвым примерно в одиннадцать. А один мальчик говорил, что разговаривал с ним за пять минут до моего прихода. И не может быть такого, что за два часа не зашло не одного покупателя. — И что это значит? — озадаченно спросил Карпенко. — Возможно, что с девяти до одиннадцати в аптеке работал другой человек, а тело где-то прятали. Позвольте осмотреть его? — Да-да, конечно. — сказал Карпенко и протянул Насте медицинские перчатки. Откинув простыню и наклонившись над телом Настя стала с лупой рассматривать его. — Никаких следов насилия. И следа от укола тоже нет. Значит шприц был просто обманкой. — Кстати да. Я тоже был удивлён когда услышал про шприц. Видимо нам попался очень глупый убийца, не знающий о том, что можно определить когда и чем, а иногда даже как именно был отравлен человек. — Вы, Родион Романович, думаете, что убийца хотел сделать так, чтобы все подумали, что Парамонов сам вколол себе яд через этот шприц. Убил его где-то в другом месте, поставил кого-то вместо аптекаря, ну или же сам им притворялся. Потом притащил уже как два часа мертвого Парамонова и всунул ему в руку шприц? — Ну да. А вы разве так не считаете? — Возможно, но надо собрать побольше улик. Мне пора, я к вам ещё загляну — сказала Настя с улыбкой. — До свидания Анастасия Андреевна — улыбнулся ей в ответ Родион Романович В Василеостровском участке бурно кипела работа. Каждый был занят своим делом, поэтому когда Анастасия Андреевна зашла в общий кабинет её никто не заметил. — Я вам говорю! Козу у меня украли — кричала пожилая женщина сидящая напротив Ухова. — однозначно мой сосед! Он такой пьянчуга! Ему бы только добрых людей обманывать! — Да-да, Марфа Степановна, мы обязательно разберёмся и с козой, и с соседом — Да зачем же с козой разбираться? Вы вора отыщите! Ухов поднялся, беря старушку под руку. — Идёмте, я провожу вас до выхода. — Увидев Настю он приветливо кивнул. — А, Анастасия Андреевна, Тарас Петрович у себя. — Merci Василий. Смолокуров сидел в развалку без мундира в своём кресле, обмахиваясь какой-то папкой. Было нестерпимо жарко, а ещё все эти люди, которые так и наровили попасть к нему в кабинет. Это всё так раздражало пристава, что он приказал никого к нему не впускать. Хотя бы в течении часа. Но вот дверь снова распахнулась. — Да кто там ещё, проваливайте! У меня дела. — вскипел Смолокуров, а потом взглянув на дверь, успокоившись добавил. — А, это вы. Входите. Прошу простить мою дерзость, очень устал. Настя улыбнулась. Интересно сколько ещё раз она будет попадать в похожую ситуацию. — Ну-с, Анастасия Андреевна, что там у Карпенко? Ардашникова присела на стул напротив пристава. — Дело берёт интересный поворот. Парамонов был убит за два часа до того, как я его нашла. — Убит? То есть всё-таки убийство? — Да, отравление. — Но как же тот сорванец разговаривал с ним? Соврал? — озадаченно спросил Смолокуров. — Думаю кто-то притворился Парамоновым и находился в аптеке эти два часа. Нам надо выяснить, кто заходил в аптеку с девяти до одиннадцати утра и опросить их, не заметили ли они чего нибудь странного за поведением аптекаря. — Ухов! — Крикнул Тарас и в дверь тут же влетел его подчиненный. — Узнай, кто сегодня утром был в аптеке и допроси их. Спроси про аптекаря: как вёл себя, как выглядел и тому подобное. И ещё разыщи того мальчишку. — Понял, Ваше благородие. Могу выполнять? — Можешь. Ухов ушёл. В кабинете воцарилось молчание. Настя думая, крутила в руках карандаш. А Тарас Петрович не мог оторвать от неё взгляд. Вдруг карандаш выпал и покатился по столу. Ардашникова тут же потянулась за ним, но и Смолокуров не отставал. Их руки соприкоснулись. Настя смущенно убрала свою ладонь, Тарас протянула ей карандаш. — Знаете, Анастасия Андреевна, я давно хотел поговорить с вами насчёт… Дверь распахнулась и в кабинет влетел Перетрухин. — Тарас Петрович, выполнил всё как просили. О, Анастасия Андреевна боржур вам! — Боржур, боржур — проворчал Тарас. — Как же ты всё время во время приходишь, Филимош — Стараюсь, Ваше благородие! Настя улыбнулась. — Здравствуй Филимон! Ты сейчас о моей просьбе? — Так и есть Анастасия Андревна. Всех вокруг опросил. Никто никакой девушки не видел, а те кто видел, знать не знают кто такая. — Жаль, очень жаль — сказала Настя слегка зевнув — А, что же за девушка? Подозреваемая? — спросил до сих пор рассерженый пристав. — Вполне может быть — Так Перетрухин. Поиски не прекращаем, понял? — Понял Тарас Петрович. Ну я пойду? — Да иди ты уже! Когда дверь за Перетрухиным закрылась Тарас внезапно что-то вспомнил. — А! Анастасия Андреевна, я же когда провожал Бережную до дома выведал у неё адрес квартиры Парамонова. Можем наведаться к нему. Анастасия Андреевна? Настя практически лежала на столе. Подперев голову рукой она задремала. — А? Да, Тарас Петрович нам нужно к нему, срочно, идёмте. — сказала Ардашникова сонным голосом и встав, слегка пошатнулась. — Ну уж нет, Анастасия Андреевна. Вы как хотите, а я вас не пущу. Езжайте-ка домой. А к Парамонову съездим завтра. — Это ещё почему? — Да вы же устали! Вам надо отдохнуть. Пойдёмте-пойдёмте, посажу вас в пролетку. Пристав взял Настю под руку и повёл из кабинета, а та даже не стала сопротивляться, ведь в его объятиях было так хорошо. Зайдя в дом Настя услышала пронзительный крик. — Настя! Ну наконец-то! Где тебя черти носят, извини за выражение. О-о-о, моя бедная голова. Ну неси же лекарства. — Ой. — Лишь сказала Настя. Видимо за травами всё же придётся идти Арине.