По ту сторону реки. Янтарная рябина

Утром Орион умиротворённо сидел, читая газету. Ночные приключения остались позади, и мужчина надеялся, что ненормальный внук больше не будет попадаться ему на глаза. Ярополк, не послушав вчерашний совет отца, решил немного загладить свою твердую вину перед дедом и принёс ему фрукты для примирения. Орион поднял глаза, ожидая слов… Парень улыбнулся и, подкинув вверх яблоко, протянул его тому. – Что… вчера чуть меня не убил, а сегодня яблоки свои принёс? – проворчал Орион, не складывая газету. Он не собирался мириться, а уж тем более брать с рук внука что-то – мало ли, тот его отравить решил? От этого можно ожидать всё что угодно. – А ты абрикос хотел? – неозадаченной формой спросил Ярополк и, забрав яблоко, сам его откусил. – Нет… я такого хамства не потерплю! – раздражённо поднялся мужчина на ноги, швыряя газету в сторону. – Иди вон отсюда! Ярополк спокойно ел яблоко и никак не реагировал на сдавшие нервы родственника. После неудачного примирения парень вернулся в комнату к отцу. Пока тот отсутствовал, а заняться было нечем, он полез к нему в шкаф, чтобы поглазеть, что там существует. В гардеробе отца висели разные костюмы; его ещё подросткового возраста. Поскольку в те годы Регулус имел точно такое же телосложение, то его сын решил, что ничего дурного не будет, если он примерит что-то на себя. Начиная рыться в этих старых вещах, он раструсил пыль по комнате. Найдя какое-то сиреневое пальто, юноша натянул его на себя. Любуясь. Ну красота! – Это же на меня сшито! – радовался он. – Один в один. Регулус зашёл в комнату, когда его собственные вещи были перерыты и разбросаны. Мужчина изумлённо поднял брови… Рогнеда зашла следом. Ярополк никого не замечал, а продолжал творить свой модный приговор. Тише закрывая двери, Регулус остался у них, глядя, что же сын будет делать дальше? Заметив отца и сестру в проходе, он подскочил, сжимая форму Слизерина в руках. – … – не зная, что ответить, парень будто пойманный вор молча глядел. Рогнеда смеясь, рухнула на кровать. – Что ты творишь? – устало спросил Регулус, подходя к нему. – Ну кто же это будет убирать? Кикимор? – Я всё приберу! – возлагал обещания Ярополк. – Правда… просто решил немного примерить на себя что-то новое. Рогнеда подошла ближе, перебирая какие-то шарфы в руках. Тихонько, кусочек за кусочком. Регулус поражался, насколько же его сын в его же одежде напоминает его самого. Это феноменально. Один в один, только у Ярополка черты лица чуть нежнее, что в принципе отличалось ещё и в характере. Ярополк поглядел в зеркало на минуту, так останавливаясь. Ему даже показалось, что отражение пятнадцатилетнего Регулуса там появилось. – Ты в этом учился? – уточнил парень, разглядывая униформу. – Да. А что, не нравится? – спокойно, сидя в расслабленной позе на стуле, спросил Регулус. – Ну… я просто не привык к такому типажу школьных одежд, а так… так не знаю. – Я в таком ходила по Хогвартсу! – отозвалась сестра и тут ей пришла одна очень взбешённая идея… Она опять поглядела на форму Слизерина и хитро улыбнулась. – Как-то неудобно. Рукава слишком большие, как по мне, – ответил Ярополк. – Если вода затечёт, то неприятно будет. Регулус закатил глаза, тяжело вдыхая и отворачиваясь. Опять Ярополку что-то не нравится. Нашёл к чему придраться.

***

Малфой-Менор. Астория, встречаясь с Драко в его доме, проводила достаточно времени вместе с ним наедине. Они разговаривали, даже играли на пианино. Всё как у всех молодых аристократических пар. Гнетущие думы, что так и не могли покинуть голову Астории, – это слова Рогнеды о том, какой Драко человек. С одной стороны, она уверена, что это было сказано со злости, с другой – она присматривалась к жениху. – Эта библиотека – одно из моих любимых мест, – сказал Малфой, показывая Астории книги. – Знаю, ты тут уже была… Гринграсс улыбнулась, осматривая сто раз виденные полки и гоняясь в прежнее русло вновь и вновь. – Тут красиво, но ты знаешь… я не сильный фанат библиотек. Я люблю музыку. Драко кивнул покорно по её велению, предоставляя рукой выход, чтобы вернуться к пианино. Астория последовала за ним, придерживая своё длинное бело-золотое платье. Коричневые длинные волосы девушки были заплетены в причёску. Огромные стены дома её манили к себе. Желание стать здесь миссис, разумеется, сильное, но она всё ещё была в раздумьях. Хотя какие сейчас раздумья, если Гринграссы и Малфои уже согласовали и с точностью знают выбор своих детей? Казалось, все знали ответ на этот брак. Все, кроме Астории… – Ты просто смотришь в душу, но я не вижу твои глаза, Астория, – заговорил Драко, чуть касаясь её пальцев своими. Девушка ответила на его касания, но через секунду тут же отвела свою руку прочь от его, будто у неё что-то случилось в причёске и её просто необходимо поправить. – Эм… я просто задумалась. – О чём? – серьёзно спросил парень. – Если тебя что-то тревожит, дай знать… – Нет! – улыбаясь ответила она, хотя начала немного нервничать. – Драко, всё хорошо. Я просто… я, – её глаза бегали, чтобы придумать оправдание. – Я прочла недавно такой грустный роман, где жила любящая пара, они хотели пожениться, но жених умер. Весь час про эту концовку думаю. Драко усмехнулся. Он знал, что Астория – слишком впечатлительная личность. – Это лишь книжка, – он обнял её. – Не волнуйся. Астория положила свои руки по обе стороны Драко. – Идём в музыкальный зал, – попросила она его прежде чем они двинулись с места. Во время игры на пианино Драко понадобилось куда-то отлучиться. Его позвал Люциус. Парень деликатно извинился перед девушкой за свой уход и попросил, чтобы она не скучала без него. Гринграсс проследила за ними взглядом… В месте, где она осталась одна, её пугали огромные вазы; на некоторых были нарисованы головы животных. Ей казалось, что они следили за ней, ну или у неё разыгралась большая фантазия. Ей надоело сидеть и ждать Драко. Астория встала с места, желая его найти. Выйдя из комнаты, она столкнулась с пустотой на перекрёстках дома. Так тихо и одиноко… Астория аккуратно прикрыла двери за собой прежде чем тихими шагами пройтись. Красивые картины, узоры и лестницы – всё её окружало. Девушка так бы и гуляла, если бы в одном из таких перекрёстков она не услышала голоса. Те принадлежали Люциусу, Драко и какой-то девушке. Не понадобилось много времени, чтобы понять, что незнакомкой была Мадина Кэрроу. – «Что она тут делает?» – озадачено подумала Астория, прижимаясь к стене. – Слишком много последователей осталось у Тёмного Лорда на свободе. Но и немало в Азкабане. – Я буду добиваться, чтобы моих родителей отпустили или хотя бы пересмотрели их заключение! – отозвалась Кэрроу. Тут до Астории стало доходить: Мадина явилась к Малфоям за помощью. – Ты знаешь, что это сложно, практически невозможно! – ответил Люциус. – Но вы же поможете? – попросила она. – Астория – дочь Эдварда Гринграсса. Его должность позволяет тихо выкрасть или подменить, или вообще освободить некоторых заключённых! Мой отец вам помогал! – Я знаю! – раздражённо махнул Малфой. – Но Эдвард… его сложно на что-то уложить. Он идеалист! Справедливый. – Так нажмите на него через Асторию! – предположила Кэрроу. – В чём проблема? Манипуляции через любимую доченьку – и дело в шляпе. Астория не могла поверить в такое построение стен окружающих её людей. Неужели… Как бы там ни было, ей важно, что скажет Драко. – Драко? – спросил его отец. – Попробуй поговорить с Асторией. Убеди её. Вы практически семья. Она должна понять. – А если откажет? – спросил Драко, он понимал отца и не стал перечить затеям того. – Кто она такая, что откажет? – озлобленно спросил Люциус. – Значит, сделай так, чтобы не отказала. – А дальше что? Ты сможешь добиться свободы родителей Мадины. И? Что это даст? После этого что, Тёмный Лорд вернётся? – Нет, не вернётся! – заявила Кэрроу. – Но есть его последователи. Я, к примеру. Таких, как мы, много. Мы сможем подготовить армию и нанести новый удар. – Это невозможно! – заявил Драко. – Силы неравны… не нужно. Этот разговор оставил Асторию в полной безвестности эмоций. Мир душил, а шум глушил. Это что же? Лишь обещания в красивых тонах? Её семью хотели использовать для сотворения своих грязных дел? Поняв, что этот мир рушится, она решила поведать об этом тому, кто, возможно, сможет помочь – Рогнеде. Астория быстро вернулась назад в музыкальную комнату, где дождалась Драко. – Было что-то важное? – будто ничего не слышала, спросила она, когда он явился. – Нет! – солгал Драко. Ложь… – Так отец кое о чём спрашивал, – Малфой сел рядом, но тут повернулся к невесте с вопросом. – Слушай, а как ты относишься к бывшим Пожирателям смерти? Астория напряглась… – Бывших Пожирателей смерти не бывает… – её ответ Драко смутил. – Отрицательно, а что? – она решила оторвать корень идеи изначально. – … нет, ничего, – вяло отозвался тот, поворачиваясь к клевещущему пианино. Заиграла мелодия. – Просто… просто я хотел тебя спросить. А твой отец мог бы помочь освободить одного человека, которого посадили? Астория усмехнулась. Подумать только, он предлагает её отцу самому сесть за такие махинации? Какая наглость… – Какого? – поинтересовалась она. Драко медлил. – Амикус Кэрроу. Астория молча посмотрела, ничего не отвечая. Лишь её глаза кричали о том, какой Драко дурак.

***

Пока в магической Британии накалялись свои страсти, Рогнеда и Ярополк пошли на встречу с Брендой. Рогнеда давно хотела с ней погулять, да и время у неё освободилось; к тому же она хотела воплотить в жизнь свой гениальный план про форму Слизерина. Девушка придумала, что на Новый год наденет костюм в виде Слизерина – нарисует на лице змею, кулон подберёт, сделает заколки в волосы в виде волшебных палочек. Её брат поддержал такой сюрприз для родни. – Думаешь, Сириус оценит? – усмехнулся Ярополк, идя следом за ней по магазину, видя как она подбирала какую-то короткую, клетчатую, чёрно-зелёную юбку. Не то чтобы этот костюм должен был символизировать факультет, нет; тут скорее наоборот – какая-то насмешка и изменение в образе. Рогнеда искала нужную вещь вдоль полок. – Думаю, он обрадуется. – Особенно дед… Там в магазине их настигла Бренда, только она была не одна, а с каким-то парнем. Возраст у него примерно такой же, как у Ярополка. Парень высокий, со светлыми волосами и одет в классический чёрный костюм. Пока девочки обнимались и приветствовали друг друга, парни лишь пожали руки. – Меня зовут Вильям, – представился юноша. Рогнеда уже подумала, что это парень Бренды. – Бренда? – радостно спросила ведьма. – Это твой… – Нет! – напрочь отрезала она. – Нет… это мой друг Вильям. Он учится в Оксфорде, мы с ним хорошие знакомые! – представила она парня. Было заметно, что Вильям очень сильно впечатлялся Ярополком. Чтобы немного развеять эти внутренние стеснения, ребята компанией решили попить кофе и пообщаться. Перед этим Рогнеда, разумеется, нашла себе юбку для образа, и они дружно покинули магазин. Как джентльмен, Вильям купил всем кофе, которое каждый попросил. Это для него такой знак вежливости. Ярополк предпочёл просто зелёный чай. – Великолепный выбор! – улыбнулся Вильям ему. – Может, кто-то ещё что-то хочет? Может, что-то сладкое? – Купи вишнёвый торт! – попросила Бренда. Рогнеда и Ярополк ничего не решились взять. Через время Бренда отломала кусочек своего торта. Вильям был рад ей угодить, но глаза парня раз за разом возвращались на своего нового знакомого – Ярополка. Блэк даже начал думать, что с ним что-то не так, пока не понял, что на него смотрят весьма доброжелательно. – Так ты тут надолго? – расспрашивал Ярополка англичанин. – На праздники с отцом прилетели, а дальше не знаю. Как получится. Вильям кивнул понимающе. – А чем ты сегодня вечером занимаешься? Вопрос застал девочек врасплох. Бренда, облизав ложку, удивлённо переглянулась с подругой. Блэк и сам не абы как опешил от такого. – Я? Ничего, – усмехнулся он. – А тебя это так интересует? Вильям провёл пальцем по своему стаканчику с кофе. – Мне любопытно… а давай сегодня с тобой сходим в клуб? – прямо заявил Вильям. – Рогнеда и Бренда могут пойти с нами, если захотят. Девочки молчали. Рогнеда повернулась к Уизли, шепча ей на ухо вопрос: – Он гей что ли? Бренда рассмеялась, пожимая плечами. Ярополк понимал значение смеха рыжей девушки и намёки во взгляде двоюродной сестры. Оценивая всю абсурдность ситуации, юноша откашлялся, скрывая улыбку на лице. Рогнеда и Бренда одной полосой глядели на Ярополка и на его решение. Интересно же. – Почему бы и нет? – просто ответил Блэк. Чего дома с больным дедом сидеть сутками? – А давай! Только вот возраст девочек? – Я договорюсь! – махнул рукой парень, будто он уже так делал раз сто. Решение было принято, и время назначили на девять вечера. Сначала хотели прогуляться, потом отдохнуть. На Гриммо Рогнеда не могла не подшучивать над Ярополком про этот инцидент в кафе с Вильямом. Юноша отнекивался и сам смеялся с этого. Забавно и одновременно приятно сознавать, что он настолько притягателен не только для девушек, но и для противоположного пола. – Что вас там так веселит? – с интересом спросил Регулус в комнате. – Неужели за последнее время появилось что-то столь хорошее? Рогнеда рассмеялась и подтолкнула Ярополка. – Оказывается, наш принц… цепляет не только девиц. Регулус изумлённо сразу же посмотрел на сына после слов племянницы. – В каком это смысле? – слова прозвучали мгновенно, быстро, без секунды размышления. Усмехнувшись, Рогнеда расслабленно ответила: – Успокойся. Сегодня я встречалась с Брендой Уизли, она привела с собой своего друга Вильяма. Так этот мальчик, кажется, положил глаз на нашего Ярополка. Даже в клуб пригласил. Регулус насторожился. Он, конечно, позволял сыну и племяннице многое, но казалось, что его вседозволенность для детей когда-то упадёт ему в минус. – Какой ещё клуб? Зачем оно вам надо? – не желая даже интересоваться, что было дальше, продолжал расспрашивать Регулус. – Сидите лучше дома. – Ну пап! – попросил юноша, садясь рядом с ним и обнимая того. Он знал, что его умение подкрасться к сердцу отца – это дорога ко всему, чего он только желает. У него всегда было всё, что он хотел, неважно, какая стоимость той или иной вещицы, которая ему пригляделась. – Пожалуйста… это лишь один вечер, – Ярополк обнял отца, зная, что тот не сможет устоять. Регулус тяжело вдохнул. Он знал, какую власть над ним имеет его собственный сын, и знал, что не всегда это хорошо, но уже ничего исправить не мог. – Ладно, – согласился он на уговоры сына. – Только будь осторожен… и ты, Рогнеда, тоже. Я дам вам денег, не переживайте. Ярополк знал, что такой исход будет в любом случае. Переглянувшись с Рогнедой взглядами, они расслабились. 9 часов вечера: Проносившие часы готовы рассказать об дождливом одиночестве, считая минусы разлук. В назначенное время Ярополк с Рогнедой явились в договорённое место. Бренда и Вильям встретили их на пути. – Сегодня должно быть величественное представление! – прокомментировал англичанин, глядя на Ярополка. – Разве не похоже на это? Блэк не хотел делать вид, что не видит очевидного. – А разве нет? – улыбнулся он в ответ. В клубе обстановка была очень яркой: громкая музыка, алкоголь, яркие полы и уже выпившие люди. Всё смешалось воедино как цепь из раза в раз – всё стало ничем. Атмосфера была звонкой, единичной и показушной. Бармен наливал коктейли. Начало вечера было идеальным. Ребята превосходно провели время и сблизились. Рогнеда решила станцевать, ничуть не смущаясь. Бренда поддержала её в этой идее. Обе девушки, расслабившись, позабыли о людских глазах вокруг. Хотя какая разница? Вся жизнь – это и есть замкнутый круг. Разве нужно думать не о себе, а об окружающих, об их мнениях? Нет… Ведь жизнь и так простая и короткая. Никому не известно, чем всё закончится. Ярополк был более скромным, чем девушки. Он предпочёл немного выпить и сидеть поодаль от танцующих людей. Вильям поддерживал его в таком поведении, но раз за разом улыбался Бренде и Рогнеде, поднимая свой стакан. – Здесь такая громкая музыка! – пожаловался Ярополк. – Не думал, что настолько яро. Вильям рассмеялся, но был согласен с этим утверждением. Разговорившись, выяснилось, что отец Вильяма – Джон Спреор – является общественным деятелем. Ярополку было интересно послушать про заслуги Джона и его выставки. Рогнеда на фоне сняла с себя туфли, потому что они мешались, и на носочках покрутилась, садясь прямо на стол. Достав воду, девушка вылила её себе на шею и грудь. Бренда забрала не опустошённую до конца бутыль из рук подруги и выпила воды, пока жара нагнетала свои устои. – Знаешь что, – заговорил Вильям, обращаясь к Ярополку. – Ты приходи на выставку к моему отцу после Нового года, – сначала Блэк был рад такому предложению и уже готов был согласиться, но вовремя услышал продолжение. – И семью свою бери. Родственников. Чем больше, тем лучше. У тебя же есть в Великобритании родственники? – когда Ярополк кивнул, Спреор продолжил. – Ну вот. Родственники. Так быстро улыбка Ярополка ещё не падала. Это что, получается, можно деда с собой притащить? Звучит как безумие, но интересное безумие. А хотя… – Что, можно прям кого угодно? – уточнил парень. – Конечно! – улыбнулся второй. – Это лишь в плюс. Так что скажешь? Ярополк думал, а потом решил, что почему бы и нет? – Без проблем. Как скажешь. Я… точнее, мы придём. После клуба все четверо попрощались и разошлись по домам. Вернулись они все очень поздно, а утром Рогнеду ждал выговор от Сириуса. Блэку не нравилось, что его родная и единственная дочь шляется где попало, так ещё в таком, на его взгляд, безобразном виде. Рогнеда отсыпалась полдня, а когда наконец-то проснулась и спустилась на кухню попить воды, на неё налетели вопросы. – Ну и где тебя вчера носило? – строго спросил Сириус. Она вяло перевела на него взгляд, пока пила из кружки. Растрёпанные волосы, размазанная красная губная помада, потёки туши и помятое чёрное платье не оставляли и следа от былого, вчерашнего, вечернего образа. Девушка устало допила воды. Голова гудела, а пелена перед глазами рисовала препятствия. Суета словно замерла в миг, а прошлая ночь не отпускала. – Я тебя спрашиваю! – Сириус схватил её за руку, поворачивая к себе. Рогнеда раздражённо вырвалась, отталкивая его прочь. – Пошёл ты! – спокойно ответила она, ведь кричать сил не было – голова болела. Она осмотрела его с ног до головы и направилась к выходу. Сириусу было неприятны эти слова: он ведь всего-навсего хотел её защитить, а получал что? Хамство и грубость. И мириться с этим он не собирался. Мужчина последовал за ней в очередной раз, ухватывая её руку и поворачивая к себе. – А ну стой! Я ещё не закончил! – Зато я закончила! Отвали! – Почему ты меня так ненавидишь? Рогнеда замолчала. Можно собирать осколки прошлого, но при этом сойти с ума и всё без толку. Она поспешила закрыть от него сердце и сама не понимала, откуда в ней такая жестокость к отцу. Может быть, потому что для неё он совсем посторонний человек? – Ну к чему теперь эти вопросы? Всё, что было до, всё не серьёзно. Да это просто слова. – Я надеялся, что ты пойдёшь мне навстречу. Как минимум потому что я твой отец, а ты моя дочь. Рогнеда закатила глаза. Она как-то привыкла жить без родителей, и говорить слова из разряда «отец» для неё чуждо. Девочка была сама для себя. Да, она видела родственное отношение Регулуса к Ярополку, но как изменить всё это уже никто не знал. Закрыв глаза, она тяжело вдохнула. С одной стороны – он действительно её отец, её родной отец, и нужно понимать, что нельзя просто так взять и вычеркнуть его из своей биографии. А с другой… он действительно просто чужой мужик. Рогнеда посмотрела на Сириуса. Может, ей стоит быть менее грубой? Может, стоит научиться доверять? Это заманчиво, но до жути страшно. Она глядела в его глаза, пытаясь найти там своё отражение. Отец? Звучит как смешная шутка. – Ты даже не соизволил меня поздравить с днём рождения… – Я не мог. Я не знал твоего адреса, не только школы, но и проживания. Тут Рогнеда поняла, что он на самом деле ничего про неё не знает. Ни её предпочтения, ни её мечты, ни её саму. Возможно, её детская боль и одиночество так компенсировало всё в её характере. Укусив нижнюю губу, она зачем-то дала ему шанс выговориться. Видя, что у него есть время сказать что-то важное, Сириус поспешил этим воспользоваться. – Я всегда хотел узнать тебя. Я не смогу сказать так красиво и правильно, но надеюсь, ты поймёшь и без лирики. Я хочу стать частью твоей жизни. Это самое простое, что можно произнести в нынешней ситуации, – его руки легли на её плечи. – Может быть, нам суждено всё построить самим? Возможно… Рогнеда, разумеется, не сразу сможет называть его отцом, лишь Сириусом, но она, надломав свои силы, согласилась пойти к нему на контакт. В комнате Регулуса, между тем, завязался весьма необычный разговор: – Ты что, хочешь, чтобы я заставил своего отца пойти на магловскую выставку? – ужаснулся Регулус просьбе сына. Невинный, ласковый и такой безобидный кивок Ярополка был нечто в данной ситуации… – Сын, ты хоть понимаешь, о чём просишь? Он меня выдворит! – Пап… ты же можешь постараться? – парень подкрался к отцу хитро, глядя на него, и незыблемо обнял. – Ради меня? Регулус тяжело вдохнул. Нет, ну Ярополк не верёвки, а канаты из него вьёт… Но он не держал обиды на сына, это просто невозможно. Смирившись с тем, что ему придётся пойти на этот разговор с Орионом, Регулус согласился. – Ты меня убьёшь когда-то! – ответил Регулус. Он делал то, чего не хотел, но только ради любимого сына. – Я постараюсь уговорить его. Не обещаю за удовлетворённый результат, но поговорю.

***

Астория Гринграсс, узнав об этой жуткой информации, не спала всю ночь. Она обдумала слова Рогнеды ещё раз и согласовала с ней встречу. Это очень важно. Возможно, её вмешательство может спасти жизни некоторых людей. Рогнеда, надев в этот раз поскромнее образ – чёрные штаны, блузку и пальто, встретилась с Асторией вновь на том самом месте, что и раньше. – Привет, дорогая! – воскликнула Рогнеда, обнимая ту. – Чего звала? – Я узнала очень важную информацию. Рогнеда уже была заинтригована. – Продолжай… – Люциус Малфой хотел использовать мою семью, чтобы освободить отца Мадины Кэрроу из Азкобана. Он попросил Драко, чтобы он уговорил меня. Я это подслушала. Услышанное удивило Рогнеду. Она догадывалась, что эти люди подлые, но чтобы использовать своих же – это немного за гранью. Успокоив Асторию, поглаживая её по рукам, Рогнеда ответила: – Я знала. Я знала, что так и будет! Ну нет им веры никакой! Скинув чешую, змей не скидывает свой облик. – Что делать? – Что? – Рогнеда задумалась. Можно, конечно, взять и резко всё срубить, но у них нет доказательств… Люциус – уважаемый человек, а слова Астории могут свести к тому, что девушка просто перехотела выходить замуж за Драко и ищет повод. Нужно что-то придумать. Одно Рогнеда знала – Малфоев нужно убрать. Неважно каким образом, но это необходимо. – Я что-то придумаю… Не переживай. Главное, не выходи за Драко. Оттягивай назначение свадьбы как можно дальше, – посоветовала ведьма. Астория закивала. – Будешь моим информатором. Всё, что происходит, расскажешь мне. Даже самые незначительные детали – это также важно. – Но… Драко… Рогнеда подняла глаза вверх. Драко? – Драко? А что Драко? Он подумал о тебе, когда согласился на условия отца? – Может, он просто его боится? – Астория! Не ищи ему оправданий. Он тебе солгал. Он тебя не стоит, – вот тут и подвернулась удача полить Драко грязью так, чтобы это точно легло на руку. – Ты отцу своему что-то говорила? Гринграсс отрицательно покачала головой. – Скажи, – попросила Рогнеда. – Я уверена, что на Люциуса можно найти управу. – Ты думаешь, он может стать новым Тёмным Лордом? Они о чём-то подобном говорили. Рогнеда чуть не рассмеялась, но эта фраза её позабавила. – Люциус – трус. Он не пойдёт на это сам. Ему нужны сильные подельники. Астория вроде и была согласна, но вроде и нет. Она запуталась. Полузакрытые чувства ей ничего не обещали. Может быть, кто-то или что-то всё-таки потеряло часть нужной головоломки? – Мне просто рассказать отцу об этом? – уточнила Гринграсс. Рогнеда кивнула. – Да. Если не хочешь, чтобы твою семью пытались ввязать в грязные дела, то да – признайся и не молчи. Иногда боязнь сказать важное приводит в омут врага – молчания. Никогда не бойся проталкивать свою правду в массы, – объяснила более точно ведьма. Слишком быстрый уход уверенности не успел за ними. Астория, набравшись решительности после разговора с подругой, немедля всё рассказала, а её отец был не просто в ужасе, а в бешенстве картины. Эдвард верил Астории, поэтому на зло Люциусу и его коварным планам он просто разорвал помолвку Гринграссов с Малфоями. Малфои, в свою очередь, были осквернены и унижены. Ещё никто никогда не позволял себе так вести с ними, но тут такая выходка. Люциус писал письма Эдварду, на что тот отвечал кратко и ясно, аргументируя свой поступок словами Астории. Конечно, это большой скандал и не только. Драко не особо гадал: он сразу понял, откуда шёл дым. Догадаться, кто так коварно плёл сети, было не сложно, поэтому парень решил клин клином выбить. Нужно искоренить ту часть, что мешала развиваться, и эта часть называется Рогнеда. Малфой поделился своей идеей с отцом и матерью – всё просто: нужно временно пожить на Гриммо 12, так сказать, погостить и найти какой-то компромат на Рогнеду. Люциус не хотел туда переться, а вот Нарцисса поддержала сына и решила нести на себе это бремя, соглашаясь на такой поступок утреннею благородностью.

***

Регулус сидел, как обычно, занимался своими делами, но когда на порог явились гости, да ещё и без предупреждения, он изумлённо их встретил. Драко и Нарцисса… Они выглядели счастливыми и радостными. Ярополк выглянул и остолбенел. Это что? Он не смиренно рассматривал прибывших. – Вы ошиблись адресом. Дурдом на другой улице, – заявил Ярополк, но Регулус быстро спрятал его за себя. Нарцисса поглядела на парня недоброжелательно, чуть холодно и отстранённо. Драко лишь вздохнул. Подумать только, с кем ему придётся жить! – Ярополк, мальчик мой, не шути так, – улыбнулся Регулус, быстро стирая это неудобство. – А вы проходите! – пригласил он Малфоев зайти. Нарцисса и Драко, конечно, приняли это приглашение, а ради чего они тут ещё? Ярополк покосился на тех двоих и, проследив за ними взглядом, рванул на второй этаж, дабы найти Рогнеду и рассказать ей всё, что творится. Отыскав двери комнаты Сириуса, юноша залетел туда без предупреждения. Ведьма тем временем выбирала, какой тон красной помады ей нравится больше. Резкое открытие дверей её взбудоражило. – Ярополк! – заявила она. – Тебя стучаться учили? Нельзя так просто врываться. – Там Малфои припёрлись! – встревоженно сказал он, проходя и кладя руки на столик. – Нарцисса и Драко. Говорят, что погостить хотят! Рогнеда ошарашенно слушала рассказ, просто не веря своим ушам. В голове такое не складывается. – Да как так-то? – А я по чём знаю? – переспросил Блэк. – Что делать? Девушка поднялась, поднимая руку, показывая, чтобы тот успокоился. – Всё будет нормально… всё будет хорошо. Мигом спустившись вниз, и Рогнеда, и Ярополк застали как Малфоев, так и Ориона с Сириусом. Непонятно вообще кто кому рад, но читаемое выражение лица Ориона кричало, что очень «интересно». – Мы так рады, что вы нас любезно приняли! – улыбнулась Нарцисса. Рогнеда выглядывала из-за лестницы, удерживаясь на перилах. Ярополк находился позади: парень то опускался вниз, то поднимался, чтобы лучше разглядеть картину. Вот так дополнение пейзажа! – Всегда рады, – подался голос Регулуса. Ярополк закатил глаза. – Мы можем поставить наши вещи куда-то? – поинтересовалась миссис Малфой. Регулус лишь указал рукой на лестницу. – Пожалуйста… Стоило услышать шаги, что приближались Рогнеда и Ярополк, как, читая мысли друг друга, они поторопились наверх спрятаться.

***

Соленск. Дом Кощея. Ростислав видел этажи плетёной лжи и не видел особого повода. Держал контроль над эмоциями, пускай дни пошли чёрной полосой. Он сел на кровать, гнавшись томно за годами, чтобы быть хладнокровным, но не получалось. Куча сплетен и взвороченной молвой не купят одиночество. Парень считал, что останется в тени истории, и его имя впишется как неудачливого княжича. Он боялся за будущее, и тревога не покидала его даже в настоящем времени. Эмоциональный порыв к персоне под именем Святослав Милославский без сомнения встречался опять и опять, но под силой волнения заколдовывал порыв стойкости. Бесконечность… Бесконечность новых дней. Между ними была сильная пульсирующая связь и тонкость грани, которая являлась такой низкой, такой слабой и такой тонущей. Святослав будто эмоциональный вампир. Он зачаровывал, держал на чувственных порывах, но не приближал ближе и не отталкивал назад. Это как качели, что превращались то в тень, то в свет. Быть может, сознания прозрачны, но это безрассудство. Милославский как запрещённый препарат, и Ростислав с каждым разом путался всё больше, больше и больше. Милославский явился в комнату к княжичу, держа в руках какие-то запылённые книжки. – Вяземский. Это тебе, чтобы не скучно жилось! – произнёс маг, сваливая груду книг на кровать рядом с юношей. Одна даже ударила Ростислава по руке. Княжич приподнялся. – Что это? – … книги, – спокойно и так просто ответил Святослав. – Я думал, ты знаешь, как они выглядят… – Да знаю! – махнул он рукой. Голова парня сначала отвернулась, а потом вновь его внимание приковалось к книгам. – А про что они хоть? – спросил парень, беря одну в руку и протирая ладонью пыль. Скатываясь неприятными ощущениями, ему захотелось чихнуть, но он сдержался. «Ладога» – написано на обложке. Интересно… Святослав улыбнулся, беря вторую книгу. – Они про разное: города, историю, мифы и магию. Мир – без границ одним словом. Читай на здоровье. Нет больше пустых страниц. Последняя фраза почему-то осколком засела в сердце Ростислава. Она особенно ему запала и растрогала. «Нет больше пустых страниц» Это как озарение, как неожиданная подсказка, как яркая, но быстротечная вспышка в ночи. Святослав умел кинуть невзрачную фразу, но та канет душой в океан. – Спасибо, – поблагодарил Ростислав того, гладивши пальцами обложку, касаясь её границ. – очень кстати, чтобы не умереть от скуки… Святослав кивнул. – Я тогда пойду. У меня ещё куча дел. Вяземский следил за тем, как тот покидал комнату, и ему стало грустно. Убитое состояние падало, а больное крыло не заживало. – Святослав! – остановил его княжич. – Да? – поинтересовался он, поворачиваясь. Невзрачный и пустой взгляд пропускал пролески света. Ростислав хотел попросить его остаться. Побыть с ним, чтобы скоротать одиночество, но не смог этого произнести. Слабо улыбнувшись, он ответил: – Ещё раз спасибо, – слова были тише, чем раньше. Святослав молчал, смотрел застывши в той позе, и лишь глаза как-то мнимо бросались то в одну точку, то в другую. Спокойствие… Умиротворение. – Без проблем, – выйдя из транса, наконец-то ответил Святослав, улыбаясь. – Обращайся, Вяземский! Маг покинул комнату Ростислава. Княжич тяжело вдохнул, выпуская воздух, а потом опять и опять. Как-то тоскливо и паршиво, как-то убито на душе. Внутри вихрь эмоций: грусти, боли, а также самопожертвования. Закрыв глаза и опустив лицо на руки, он почувствовал привычные слёзы, но они уже стали нормой для жизни. А разве должны были?

***

Ярополк несколько дней следил за роднёй, не выпуская тех из виду. Наблюдал да терпел всех. Рогнеда умудрилась повздорить с Малфоем, особенно когда он пытался проникнуть к ней в комнату. Девушка не удержалась, чтобы не ударить ему в нос. Дни летели, и, походу, Сириус не отставал от Регулуса, решаясь пригласить к себе Гарри Поттера. – Его ещё тут не хватало, – выпалила Рогнеда, наблюдая за утончённостью вокруг под мерками стабильности. – Гарри! – радостно воскликнул Сириус, обнимая крестника. – Я так скучал! Так долго ждал, пока тебя увижу. Рогнеда, закатив глаза, пошла вверх по лестнице. – Рогнеда! – позвал её отец, и девочка остановилась. – Не хочешь поздороваться с Гарри? Она повернулась, спускаясь. Принявши маску вежливости, она улыбнулась Поттеру. – Здравствуй! Гарри лишь кивнул, здороваясь в ответ. Сириусу бы хотелось, чтобы они были дружны точно так же, как и он с Джеймсом когда-то… – Проведи Гарри в его комнату. Рогнеда цепко рассматривала Сириуса, а после молча выполнила его просьбу, проводя Гарри наверх. Они молчали, как на разных берегах. Поттер не знал, о чём поговорить, а Рогнеда вела себя более расслабленно. – Ты, Поттер, будь аккуратен, – предупредила она перед самыми дверьми комнаты. – Тут Драко временно живёт. Так что ты это… «ляг на дно», что ли? – Драко? – переспросил он. – Мне Сириус ничего не говорил. Рогнеда рассмеялась. Ну вот и приехали… – Не удивительно. Но ничего – за то я тебе сказала, – ответила она прежде чем пойти прочь, оставляя Гарри с весьма интересными мыслями. Ярополк в тот час не давал «грустить» Ориону. Между ними поднялась целая дискуссия о том, что правда, а что нет на счёт «чистоты крови». – Дед, ты вообще адекватный? – спорил парень. – Какие чистокровные? Ты что несёшь? – Я с тобой даже говорить не хочу! Ты такой же, как и все вокруг! Тошно! Смеешь ставить под сомнение наши традиции и чтения? – Да какие чтения? Те, что вы сами себе и придумали? – усмехнулся он. Орион разозлился. Назвать честь и достоинство выдумкой было уже за пределами всех норм! – Ты даже не достоин и части того, про что говоришь! Ты девиз семьи Блэков знаешь? Чистота крови – навек. Разве не противно мешать нашу кровь с магловской? Ярополк сначала стоял, потом почесав затылок, покачал головой. Куда он попал? – Какая чистота крови? Дед, у вас среди вашей «расы» колдунов выходцы из Африки, Азии и Европы! Ты что несёшь? Какая раса, если эти люди уже делятся на три разных расы – негроидная, монголоидная и европеоидная? Ты вообще что ли? – покрутил он рукой у виска. – Это кто сочинял? Нет такой расы «колдун», ибо колдуном быть может человек любого цвета кожи, любого разреза глаз, и жить он может на любом континенте. Это очевидно! Ну либо ты только что признал всех людей на планете одной расой! Орион не собирался верить в это: хоть приведённый аргумент от внука его немного оцепенел, но потом он решил, что это очередная выдумка. – Что ты мне голову морочишь? – Я? – удивился юноша. – Ну смотри… не колдуны в науке делят себя на несколько рас; я тебе назвал самые популярные, а ты делишь всех маглов на просто одну расу. Если рассматривать с твоей точки зрения, это что получается? Есть раса – маглы, а в ней ещё несколько рас – европеоидная, монголоидная и так далее? Это что за бред? – Ты опять всё перевернул! Всё не так! – Да как? Нет такой расы маг – это развод! Таким образом буддистов тоже можно назвать расой и христиан тоже! Что ты мне сказки тут рассказываешь? – Это у нас в крови! – закричал Орион. – Лейкоциты? – сарказмом последовал ответ от Ярополка. – Ну да, это у нас у всех есть. Мне ваша кровь вот тут сидит! – прижал он ладонь к шее. – Магия! – закатил глаза мужчина. – Ах, магия… ну да. Кончено. Именно в крови! А почему не в печени? И не в почках? Я таким образом могу их тоже на расу поделить? Чего постоянно только про кровь говорим, а про другие внутренности нет? Ах да, точно… звучит не так пафосно! – Ярополк этот бред считал дуростью. Спорить на эту тему с таким человеком, как его дед, было приятно, ведь он знал, что аргументов больше, чем в этих средневековых традициях, которые были придуманы, когда у людей даже цивилизации нормальной не было. – Короче, дед… простыми словами, завязывай давай со своими байками. Будешь их эльфу рассказывать, а я на такой лохотрон не куплюсь. Я же не идиот, – заявил Ярополк прежде чем уйти. Утром следующего дня Регулус потащил сына и племянницу показать Косой переулок. Малфои ещё спали, поэтому был неплохой шанс побыть одним без лишних ушей. Ярополк в целом всё ранее утро вымывался да использовал духи – как без них? Вишнёвый запах отлетал в стороны. Рогнеда не переживала по поводу духов: для неё главное – успеть накраситься. Последнее время она чувствовала себя плохо: на теле появились непонятные синяки, но она не придавала этому значения – может, ударилась где-то? С её-то образом жизни… Лишь когда они оказались в Косом переулке, Ярополк застыл. Если бы в этот момент была мелодия из комедии, то она бы идеально подошла, описывая состояние юноши. Глупая улыбка отображалась на его лице и свидетельствовала лишь о том, что в его голове крутилось куча всего, в том числе и нецензурная лексика. Прохожие колдуны и ведьмы незамысловато поглядывали на них и скорее не на них, а на Рогнеду. Её предпочтения в одежде выделялись даже среди потустороннего мира – чего уж говорить про этот? – Ты бы хоть скромнее раз в жизни нарядилась. Чего людям проблемы с сердцем создаёшь? – пошутил Ярополк. Девушка усмехнулась и, чтобы обратить на себя ещё больше внимания, размазала губную помаду возле рта. – Пап… а скажи мне, пожалуйста, а эти женщины, что ходят с такими высокими шляпами – это что, пивовары? – смеясь, спросил он не по-английски. Нахватало, чтобы местные, услышав их диалог, ему по почкам надавали. Регулус непонятливо поглядел на сына. – В каком плане? – Ну… вообще-то я думал, что такой образ ведьмы есть только в книжках и в костюмах на Хэллоуин. Регулус всё ещё не видел смысла в этом предложении, поэтому терпеливо смотрел на парня. – Так женщины-пивовары в Средневековье одевались, – объяснила за юношу Рогнеда. – В Англии в Средневековье женщины носили остроконечные шляпы, а тех, кто занимался пивоварением, можно было узнать ещё и по метле. Так получилось, что атрибуты ведьмы – метла, остроконечная шляпа и плащ – это была обычная одежда женщин Средневековья. При входе в дом те, кто занимался пивоварением, оставляли метлу у двери как знак того, что пиво приготовилось. Наличие кота также легко объяснить, потому что при создании пива требуется много зерна, а там, где есть оно, появляются и мыши. Поэтому коты нужны были для охраны запасов от грызунов. А в котлах варилось пиво, а не зелье, но на женщин была уже брошена тень колдовства. Бизнес стал переходить в руки мужчин. Никакой магии – лишь общепринятые факты. Регулус тяжело вдохнул, закатывая глаза. – Всё-то вы оба знаете! – заявил он чуть угрюмо. Ярополк покачал головой, оценивая образы вокруг него.