Кровь героев и авантюристов

— Кто у мамы такой колючий? Кто у нас маленький ёжик? — ласково приговаривала Юта, выпутывая из скоплений многочисленных шипов клочки полупрозрачной кожи. Время от времени она тёрла маленького дракона жёсткой щёткой. Тот верещал и фыркал, а мать отряхивала с одежды искры и снова принималась за свой кропотливый труд. «Маленькими ёжиками» были в свое время все одиннадцать юных драконов, рождённых ею от Армана. Малыш только что сбросил кожу — событие, сопоставимое в человеческом понимании с наконец-то прорезавшимся зубом. До семи-восьми лет он должен был регулярно линять, а после покрыться постоянной чешуёй. Обычно маленькие драконы в таком случае липнут к отцу, трутся об его чешую всем телом, пока полностью не освободятся от ставшей для них тесной оболочки. Но младший — Тар-Икр — родился настолько колючим, что шипы не позволяли ему самостоятельно соскоблить старую кожу с хребта, шеи и щёк, как того требовал инстинкт. Юта с самого утра пыталась ему помочь. Ведь, если вовремя её не отодрать, малыш будет чесаться и плохо спать ночью. Тот, кто считает человеческих детей наказанием, счёл бы маленьких драконов сущим проклятьем. Но Юта придерживалась иного мнения, и никто на всем белом свете не смог бы её переубедить. — Мама, щекотно! — пронзительно запищал ребёнок, обернувшись человеком. Это был голенький трёхлетний мальчик с жесткими тёмными волосами и пухлыми румяными щёчками. Юта ласково погладила его по голове. — Потерпи ещё немного, мой хороший. — А медведи сбрасывают кожу? Тар-Икр готов был задавать вопросы о медведях круглосуточно. Недавно ему подарили игрушку: плюшевого медвежонка с глазами-бусинками, и теперь весь мир мальчика крутился вокруг него. — Нет, медведи не сбрасывают, — терпеливо объясняла Юта, — обернись драконом ещё на несколько минут. — Почему?! Юта уже почти придумала ответ, как вдруг услышала шелест крыльев, грозное рычание и отчаянные крики на два голоса. Женщина торопливо поднялась с пола, одела ребёнка и, поцеловав его в лоб, кинулась вниз по лестнице. Арман в обличии человека вышел из ритуальной комнаты и бросил на пол двоих сыновей, которых до того тащил за шкирку. Обоим уже крепко досталось от отца. Теперь он стоял над ними, все ещё бледный от ярости. Юта сбежала к ним вниз, бросив все дела. Дор-Акр повернул голову и посмотрел на Ирр-Бора, который облизывал разбитую губу. Мать упала на колени перед сыновьями, принялась гладить их по жёстким волосам, заглянула каждому в лицо. Она хлопотала вокруг них, давно уже все им простив. — А Гир-Арр?! — спросила она у мужа. Ирр-Бор шумно вдохнул. Отец пнул его в спину. — Не догнал паршивца, — признал глава семейства и кивнул на сыновей, — Придётся пытать сообщников. — Немедленно рассказывайте, где старший и что вы задумали! — приказала мать, хотя было видно, что после трёпки, заданной им отцом, ничего принципиально ужасного она уже не сможет придумать. — Ну кто вам разрешил удирать без спроса?! Вы хоть понимаете, как мы волновались?! Глаза матери наполнились слезами. Отец наказывал, и порой жестоко, но выдержать её молчаливый, всепрощающий укор было труднее, чем любую порку. — Что с Гир-Арром? — еще раз спросила Юта. Дор-Акр поймал себя на мысли, что с самого начала путешествия называет брата по-человечески, Гираром. Ему подумалось, что старший брат — уже не тот задиристый товарищ по детским играм, каким был полгода назад. Вероятно, Гирар вырвался если не из родительского гнезда, то точно из-под родительского крыла. — Мама, только не волнуйся, — виновато пробормотал Ирр-Бор, потупившись. — Предатель, — прошипел Дор-Акр и тут же ткнулся носом в пол, такую отец отвесил ему затрещину. — Я должна знать, что с ним, — продолжала мать тоном, который не оставлял сыновьям шансов сохранить свою тайну. Она повернулась к Дор-Акру, взяла его лицо в ладони, прижалась ко лбу губами. — Ну? — ободряюще улыбнулась она сыну. — Говорите, — прорычал отец, грубо пиная сзади сначала одного провинившегося, потом второго. Мать, стоя на коленях, обняла Ирр-Бора. Тот зашипел от боли, задев пораненной тыльной стороной ладони ее платье. Увидев свежие ссадины на его руках, Юта стала торопливо дуть на них. — Не видите, ваша мать ждёт, — жёстко проговорил отец за спиной сыновей. — Ну хотя бы скажите, он здоров? За ним гонятся? — Здоровы и за ними уже не гонятся, — выпалил Ирр-Бор, глядя в сторону. Дор-Акр оскалился на брата и снова получил удар в спину. — Они — это кто?! — застыла на месте мать. — Кого-то ещё переманили из братьев, шуты гороховые?! — прорычал сзади Арман. Дор-Акр слишком поздно понял, что ему смешно, и не успел сдержать смешок, за что немедленно получил новую затрещину. — Гир-Арр, он… — Ирр-Бор растерял последние остатки солидарности к брату и был готов расколоться, а потому родители взялись за него с утроенной силой. Дор-Акр почувствовал себя так, словно был последним не сдавшимся бастионом в штурмуемой врагом крепости. Что ж, не стоило и надеяться, что старший брат сам все объяснит родителям и возьмёт на себя всё наказание. А ведь обещал, гадёныш. — Он принцессу решил… Украсть… Презрительный взгляд брата, которому вообще-то досталось от отца больше, вперился в Ирр-Бора. Впрочем, Дор-Акру стало опять немного весело. Он слегка повернул голову и покосился на отца. Тот замер у них за спиной, и Дор-Акр не понял выражения его лица. А Юта, все еще стоя на коленях возле сыновей, подняла навстречу Арману разом побелевшее лицо. — И вы, засранцы, значит, ему помогали, — процедил отец сквозь зубы, — Балаганные актёры… А балаган, кстати, зачем нужен был?! — Он взял с нас обещание не превращаться в драконов, чтобы ему помочь, — ответил Дор-Акр. Когда предательство уже совершилось, почему бы тоже не посотрудничать с отцом и не выторговать для себя хоть немного помилования? — Ах вот оно что, — голос Армана не предвещал ничего хорошего, — Замечательно, великолепно. Прекрасно. А что же принцесса? Украли? Дор-Акр утвердительно кивнул, стараясь не смотреть на мать. — Она сама с ним сбежала! — всхлипнул младший из двух юных драконов. Ирр-Бора явно ждала взбучка от старших братьев и полное отлучение от любых затей на ближайшее время. Предатели пусть с малышнёй сидят и ябедничают там друг на друга. Но под взглядом старшего брата Ирр-Бор всё же постарался собраться с мужеством и взять на себя побольше вины: — Это я придумал! — заявил он, но благородный порыв не принёс плодов. — Хватит врать, — одернул его отец уже другим тоном. Мать стояла на коленях в оцепенении. — Какую принцессу вы украли? — вдруг спросила она и посмотрела на Дор-Акра. Сын увидел ужас в глазах матери и вдруг ему самому стало не по себе. — Ну, она очень красивая, только дура, маленького роста, светлые волосы — начал он описывать Агнессу, не поняв вопроса. Мать нетерпеливо махнула рукой. — Имя есть у неё? — подсказал сзади отец. — Агнесса, — пролепетал Ирр-Бор. — Агнесса Ингарсийская?! — переспросила мать, встала на ноги и взялась за голову. Оба юных дракона обернулись на отца. Арман тяжело задумался. Юта принялась мерить шагами коридор. Дор-Акр и Ирр-Бор почувствовали, что про них забыли. Они слегка выпрямились, решив, что самое плохое осталось позади. Мать, думая о своем, вымученно улыбнулась сыновьям. — Пойдёмте на кухню, я вас накормлю, — сказала она, поднимая их с колен. Оба дракона уже были выше матери ростом. Она ласково касалась их плеч. Долгожданное возвращение домой окончательно растопило сердца обоих братьев. К тому же, они вспомнили, что пропустили и завтрак, и обед. Да и ужин накануне нельзя было назвать особо обильным. А днем ранее вся компания и вовсе голодала. — До возвращения Гир-Арра с.… — отец неприятно ухмыльнулся, скрывая растерянность, — с его принцессой будете драить замок и драконий туннель. Как-никак, давно таких гостей не встречали. Насмешливый тон относился к сыновьям, но серьёзный взгляд уперся в мать. Она закусила губу, повела детей на кухню, где налила обоим по тарелке супа и выдала по куску ещё теплого хлеба. Юта почти машинально суетилась вокруг них. Промыла Ирр-Бору царапины, перевязала чистой тряпкой. Братья набросились на еду, а мать смотрела на них, и паника в её глазах всё нарастала. Она хотела что-то спросить, но увидела Армана в дверном проёме. Ни слова не говоря, родители вышли, оставив непутёвых сыновей одних. Дор-Акр пнул Ирр-Бора ногой под столом. Тот немедленно отомстил тем же манером. — Предатель, — прошипел младший из двух драконов. — Я предатель?! — удивился Дор-Акр, который думал ровно наоборот. От драки их отделял только недоеденный суп, который после всех мытарств казался божественно вкусным. — Красивая, волосы светлые, — передразнил его брат, — Гирар, может, хотел всех удивить, а ты разболтал! Дор-Акр поперхнулся от такой фантастической наглости. Это кто же кого, спрашивается, оставил без сюрприза?! — Отец его убьёт, и никто никого не удивит, — заявил он брату. Тот с готовностью кивнул, морщась от боли в спине.