Enchanter

      В машине Чонгук не выпускает руку Тэхёна из своей, всякий раз оставляя поцелуй на тыльной стороне. Омега пытается каждый раз улыбку скрыть от подобных действий мужчины. Чон всё видит, тепло наполняет его грудь от осознания, что Тэ приятно подобное. Он впитывает эти эмоции новые. Ему нравится, как младший реагирует на него, как волосы поправлять начинает, пряча за рукой улыбку. Нравится, как омега в ответ поглаживает его руку. Не только принимает, тоже старается показать свои эмоции, что вызывает в нём мужчина.       Тишина в машине приятная, не давящая или неловкая. Тэхён всё ещё не верит, что спал с Чонгуком в одной постели сегодня. Отчего-то эта мысль даже в его голове звучит неправдоподобно, будто приснилось. Тэхён думает, что был бы не против проснуться вместе и следующим утром, и следующим, и ещё, и ещё. Просыпаться в объятиях, которые даже сквозь сон напоминают о присутствии мужчины рядом. Растворяться в аромате моря, спрашивать о совместных планах на день. В следующий раз Тэхён хочет приготовить им завтрак, отмечая про себя, что ему нужно будет взять какой-нибудь несложный рецепт у Дживон.       Непроизвольный вздох вырывается из омеги, что не остаётся без внимания Чона. Тот поворачивает на него голову, как только они останавливаются на очередном светофоре, безмолвно спрашивая, что вызвало этот тяжёлый вздох. Тэхён лишь машет раз головой. Он не обеспокоен ничем, всего лишь размечтался. Альфа оставляет очередной поцелуй на костяшках омеги, возобновляя движение машины на зелёный цвет.       — Посидишь немного тут? — спрашивает Чон, как только они заезжают на парковку.       Тэ мнётся. Он глупо рассчитывал, что его возьмут с собой. Возможно, Чонгук просто не хочет показывать его. Ему, наверное, не по статусу показываться с такими маленькими омегами. Что подумают о нём люди? Владелец фирмы головой тронулся. Подобное вызывает невесёлую ухмылку, и едкий червь селится в его сознании.       — Угу, — выдыхает он, отворачиваясь от мужчины.       — Я быстро, обещаю. Не скучай, — он поворачивает омегу к себе, чмокая в губы, и выходит из машины.       Тэхён остаётся в салоне не один, а со своими сомнениями в себе. Когда он стал таким пессимистом? Это оттого, что альфа никогда ещё не показывал его кому-то? Не то чтобы он какая-то кукла или трофей, которым нужно хвастаться. Но внутри его грызло то, что мужчина не хочет знакомить его со своим окружением. Хотелось верить, что это всего лишь глупости и выдумки, но пока что все факты были на этой стороне.       Телефон парня включается после непродолжительной зарядки. Уведомления всплывают на экране телефона с такой скоростью, что тот не успевает читать их. Он куксится, осознавая масштаб бедствия. Первым делом оппа. Омега набирает его номер, мысленно подготавливая извинения и часть, в которой он будет ругать себя в своей безответственности. Сокджин не поднимает трубку ни с первого звонка, ни с четвёртого. Может, оппа обиделся и таким образом решил проучить своего несносного ребёнка? Нет. В каких бы ссорах они ни находились, как бы сильно ни обижался Сокджин на Тэхёна, он всегда поднимал трубку с его звонка. Паника селится рядом с едкими мыслями: вдруг с папой что-то случилось, пока он был тут и спокойно проводил время с Чонгуком. Сожаление и вина пробирают его полностью. Сейчас всё, чего он истинно хочет – слышать голос папы на другом конце звонка, а не бесконечные гудки. Так чувствовал себя оппа, когда он не поднимал трубку?       Ким готов сидеть в коленях оппы и просить прощения. Главное, чтобы с ним всё было хорошо. Вдруг он… А вдруг… Мысли мечутся от самого плохого к ужасному. Тэ начинает задыхаться, судорожно пытаясь наполнить лёгкие воздухом. Точно, ему нужен воздух. Дверь из машины открывается, и омега выходит на улицу. Свежий ветер приносит каплю облегчения и осознание, что нужно позвонить отцу. Как он не подумал об этом раньше? Паника накрыла его быстрее, нежели здравый разум успел подать адекватную идею. Руки немного трясутся, когда он листает список контактов, пытаясь найти имя отца.       — С Вами всё в порядке? — раздаётся рядом. Совершенно не привлекая внимания омеги. Ничего не имеет значения, пока он не дозвонится до родителей.       Гудок. Другой. И ещё один.       — Тэхён, — раздаётся на той стороне вызова.       — Аппа, — выдыхает он.       — Где ты? — голос строг. Справедливо и заслуженно.       — Я в центре города, — щебечет он.       — С кем ты?       — Я… Аппа… Я не могу дозвониться до папы, — голос подрагивает.       — Когда я уезжал, он уснул. Сокджин не спал почти всю ночь. Из-за тебя. Он очень волнуется. Как и я, — продолжает Намджун.       — Простите меня, я очень виноват. Я не хотел вас расстраивать, аппа. Правда, — неосознанно Тэ начинает идти к ближайшему метро, чтобы как можно скорее добраться до дома.       Мысли о том, что Чон может потерять его, когда обнаружит пустую машину, даже не приходит ему в голову. Стоило бы предупредить альфу для избежания очередного недопонимания.       — Джин сказал мне, что у тебя появился альфа, — хочет выяснить всё сейчас, не дожидаясь личной встречи.       — Я не уверен. Возможно… — тихо говорит омега, продолжая идти по тротуарной дорожке.       — Ты не уверен, но, насколько я понимаю, сегодня ты был с ним. Тэхён, это очень… неправильно. Он ведь может просто воспользоваться тобой, — отец печётся о сыне и его репутации, а ещё, конечно, о возможном разбитом сердце. Многие альфы могут ухаживать за его сыном, быть влюблены в него. Возможно, он тоже будет влюблён. Быть может, это не будет взаимно. Ему могут разбить сердце, покажется, что это самая сильная боль. Альфы могут меняться. А утешать будут лишь родители. Вот и Намджун всего лишь хочет предостеречь.       — Аппа, — начинает скулить тот. Нет, нет и ещё раз нет. Он не хочет говорить об этом с отцом. Пусть уж лучше это будет оппа. Так будет хотя бы не слишком неловко.       — Когда ты будешь дома? — Намджун не смущается нисколько, прямолинеен и намерен узнать своё. Если понадобится, он и течку обсудит. Потом, конечно, посмущается сам с собой, но при разговоре будет непоколебим.       — Я… — мысль о том, что с папой всё хорошо, расслабляет его, и он оборачивается на пустую машину Чонгука, обнаруживая рядом с собой незнакомого парня. Это настолько неожиданно, он был полностью погружён в диалог, что не заметил чужого присутствия рядом, поэтому вздрагивает, встречаясь взглядом с парнем, что смотрит на него. Он примерного одного роста с омегой, с тёмными глазами и растрёпанными волосами. Смотрит исключительно на Тэхёна.       — Скоро, — бросает Тэ отцу. Вовлекаясь в происходящее рядом с ним.       — Ты в порядке? Тэхён, скажи мне сразу, — утром Сокджин вселил в него страх и волнение за ребёнка, и мужчина ничего с этим не может поделать, пока не убедится в обратном. Для начала неплохо было бы услышать ответ от омеги. Потом увидеть его целого и невредимого. Без всяких, упаси господи, меток. Он надеется, что у Тэхёна хватит мозгов не подставлять свою шею альфе, охмурившему его. Иначе не скажешь – раньше Тэ не вёл себя так бездумно.       — Да, я в порядке, — всё ещё смотрит на человека рядом. Он не выглядит пугающе. На нём чёрная рубашка, джинсы и туфли. В руках он крутит свои солнцезащитные очки. Но по какой-то причине образ выглядит мрачновато.       — Я закончу встречу и буду ждать тебя дома, — в ответ слышится из телефона, после чего звонок обрывается.       Тэ бросает взгляд на чёрный «Мерседес» Чонгука, от которого отошёл метров на сорок. Спрятаться в нём, случись что, уже не получится. Да и парень напротив стоит буквально на пути к машине.       — Вы в порядке? — спрашивает он, как только видит, что омега закончил разговор по телефону.       — Да. Я... вроде в порядке, — сколько ещё людей спросят у него, в порядке ли он?       — Я заметил, как Вы вышли из машины. На вид Вам было плохо. Не подумайте ничего. Я засомневался, вдруг станет хуже, вот и пошёл за Вами, чтобы помочь в случае чего, — объясняет всё тот.       — Оо, спасибо. Да, — Тэ вновь смотрит на машину, из которой вылез. Ему казалось, он задохнётся от подступающей паники.       — Мне правда было нехорошо, но сейчас лучше. Ещё раз спасибо Вам, — он поклоняется.       — Хорошо, я рад. На самом деле я впервые Вас здесь вижу, хотя живу тут уже давно. Точнее, жил. Скоро уезжаю, — продолжает тот, смущённо улыбаясь.       — Да, я тут впервые. Жду кое-кого, — Тэ бросает взгляд за парня, видя Чона у своей машины.       — Ох, хорошо. Тогда, я надеюсь, о Вас позаботятся, — парень улыбается уже смелее, и до Тэхёна долетают пряные нотки муската. Альфа.       Чонгук ожидаемо хмурится и весь напрягается, когда не видит омегу в своей машине. Оглядывается по сторонам, не находя Тэхёна в округе. Неужели ушёл сам, даже ничего не сказав мужчине? Не хочет верить в подобное. Сущность хвостом бьёт, нервничая, запах втягивая сильнее в попытке уловить феромоны омеги. Чон уже тянется за телефоном, замечая двух людей на краю парковки, один из которых — нужный омега. Голова склоняется к плечу, пытаясь понять происходящее.       — Спасибо, что проявили своё беспокойство обо мне, — Тэ ещё раз кланяется, не знает, как разойтись с этим незнакомцем, продолжая благодарить и кланяться.       — Всё хорошо, это главное, — альфа напротив улыбается ярко, чем развеивает свой мрачноватый образ.       — Да. Что ж. Я думаю, мне нужно идти.       Они кланяются друг другу ещё раз, после чего шагают в одном направлении и неловко натыкаются друг на друга. Руки альфы оказываются на предплечьях Тэхёна, тем самым предотвратив их столкновение.       — Извините, извините. Я очень неловкий, — тараторит парень. Он поворачивает омегу на 180 градусов направо, всё ещё держа того в своих руках. Чтобы они не столкнулись ещё раз.       — Ничего страшного, — пищит Тэ. После чего альфа убирает свои руки с его предплечий, ловя правую ладонь обеими руками.       — Ещё раз извините, — проговаривает тот, совершая очередной поклон. Боже, Тэхёну начинает казаться, что они никогда не разойдутся. Продолжая бесконечно совершать эти реверансы и сыпать извинениями. Но парень выпускает его руку, делает шаг в сторону и уходит. Тэ поднимает свой взгляд на стоящего прямо по курсу Чонгука. Недовольного Чонгука. Ему ничего не остаётся, кроме как пойти к нему. Должен ли омега сказать сейчас, что ему нужно ехать домой. Прямо сейчас, несмотря ни на что. Даже если альфа попросит задержаться или подождать его ещё немного, если предложит подвезти. Он должен ехать домой. Тэ повторяет это про себя, пока идёт до Чона.       — Что произошло? — выдаёт Чон, как только юноша оказывается на достаточно близком расстоянии, чтобы мог слышать.       — Я должен поехать домой. Сейчас, – говорит омега, останавливаясь в метре от альфы. Он отсюда чувствует напряжение мужчины, его запах становится слишком солёным.       — Что-то случилось? — альфа делает шаг навстречу. Не понимает, что произошло за его отсутствие.       — Я должен был вернуться ещё вчера. Ты же знаешь, — омега склоняет голову, разглядывая обувь свою. Вину свою признаёт. Поступил неправильно с родителями. Принёс много волнений своим поступком, словно всё ещё ребёнок.       — Кто тот парень? — Чонгук довольно прямолинеен, задаёт только те вопросы, которые его тревожат.       — Просто проходил мимо, — и он ведь не врёт даже. Альфа на подобное заявление бровь одну поднимает в неверии. Выглядело всё со стороны иначе, будто они знакомы. Он трогал Тэхёна. И только одна эта мысль заставляет его сущность злиться. Кто он такой, чтобы трогать этого маленького омегу. Животное желание оставить на парне побольше своих феромонов накрывает его сознание так, чтобы было понятно: этот омега не свободен. Но даже это не так. Чонгук тушит инстинкты логикой. Они не в официальных отношениях или что-то подобное. Тэхён – свободный омега. Эта мысль даёт трещину в нём, через которую вновь альфье начало рвётся, кричит о том, что этот мальчик принадлежит ему и нужно заявить об этом. Когда он сможет называть Тэхёна своим и в ответ принадлежать ему.       А как вообще начинают отношения? Что считается их началом? Первый поцелуй? Вряд ли. Точнее, не в возрасте Чонгука, который заводил бесчисленные знакомства, что начинались с поцелуя. Но, возможно, для Тэхёна это имеет иное значение? Быть может, отношения начинаются с первого секса? Тоже мимо. Тоже не про Чона. Он не придавал подобному вообще никакого смысла ранее. Просто снять напряжение или ненадолго забыться – и ни слова про какое-то продолжение. Но случись сейчас близость с Тэ, это явно имело бы особую ценность для альфы. Или отсчёт начинается с тех самых пресловутых слов о предложении вступить в эти взаимоотношения? Важно ли это для омеги? Услышать подобное? Или он другого мнения о подобном? Чонгук ставит внутреннюю пометку: обсудить подобное с Тэ.       — Уверен? — ему не хочется устраивать допросов или сцен ревности. Если омега так говорит, не важно, что показалось Чону. Он должен верить словам Тэ. Ведь в ответ хочет получать взаимное доверие. Любые отношения начинаются с него. А в случае, если мужчина будет ставить под сомнения слова Тэхёна, разве сможет тот верить ему? Нет. Ответ остаётся за омегой.       — Да, уверен, — выдыхает тот, поднимая глаза на альфу.       — Хорошо, — он верит.       — Тебя подвезти? — спрашивает Чонгук. Он не перестанет быть альфой, даже если этот маленький омега будет нагло врать ему в глаза. Но хочется верить, что до подобного они не дойдут.       — Если ты не торопишься, было бы неплохо. — Тэ пожимает плечами.       — Поехали, — альфа кивает головой в сторону машины. Даже если бы у него было срочное дело, он в любом случае увёз бы того. Или хотя бы потрудился вызвать такси. Чонгуку хочется заботиться о Тэхёне. Он ещё не уверен до конца, как правильно нужно это делать, но идёт на поводу у своих ощущений, доверяя им.       — Ты позвонил своему надоедливому секретарю? — спрашивает Тэ, когда Чон садится на своё место водителя.       — Да, — альфа вновь погружается в свои мысли. Не самые радужные, между прочим. Есть вариант, что ему придётся всё-таки уехать.       — Всё в порядке? — задумчивость альфы не остаётся без внимания Тэхёна.       — Да, они не могут дозвониться до одного человека. И если так будет продолжаться, мне придётся уехать в Сеул, найти и хорошенько промыть ему мозги, — альфа смотрит по сторонам, поворачивая на дорогу с парковки.       — Что? — омега всё ещё не понимает, что случилось. Если кто-то не может дозвониться до кого-то, пусть он сам ищет свою пропажу. Вот Тэ не смог дозвониться до папы и позвонил отцу, который помог понять происходящее. Разве они там не могут разобраться без Чонгука в Сеуле? Ему хочется начать капризничать, как маленькому. Совершенно нет желания опять остаться без альфы на несколько дней, а тот вновь приедет убитый к нему. Всё это вгоняет Тэ в печаль.       — Человек, с которым я работаю, тот, кому я доверяю всё в свои отъезды. Мой старый друг Юнги. Ты видел его. Сегодня они не смогли дозвониться до него, — Чонгук глубоко выдыхает. Ситуация начинает действовать ему на нервы. Если Юнги решил устроить запой, поход по омегам или просто посеял очередной телефон, и из-за этого Чон поедет в Сеул вновь. Он прибьёт его. Подобное уже случалось. Юнги терял телефоны и терялся в омегах. Но то было по глупости или вследствие того, что его отшил какой-нибудь симпатичный омежка, на которого запал Мин. И чтобы доказать себе, что он не какой-нибудь несуразный, устраивал забег по омегам. Это помогало ему. У каждого свои методы. Чонгук его не осуждал, но злился, когда Юнги творил подобное без какого-либо предупреждения, когда они буквально в одной лодке.       — Он не мог уехать куда-то? Или я не знаю его, поэтому не могу предположить, что свойственно твоему другу. Но, может, у него есть что-то подобное?       — Он мог, — Чон запускает руку в волосы, мысленно накидывая себе варианты, как может добраться до Юнги из Пусана, за какие ниточки ему дёрнуть, кому можно позвонить, чтобы найти безответственного Мина.       — Надеюсь, с ним всё хорошо, — Тэхён видит, насколько сильно загружается альфа. Если нужно, пусть едет хоть сейчас. Он сопротивляться и хныкать не будет. Дождётся Чона в Пусане и будет опять долго обниматься с ним.       — Я тоже надеюсь, — повторяет за ним Чон. В этот раз мужчина не держит его руку в своей и не оставляет поцелуи на тыльной стороне ладони, не смотрит на омегу на каждом красном светофоре, как только машина останавливалась. Сейчас Чонгук сосредоточен на своих мыслях и дороге, даже не особо придавая значение находящемуся рядом парню. Омежью сущность подобное отсутствие к себе внимания не устраивает. Тэхён действовать начинает сам. Кладёт свою ладошку на бедро альфы, чуть выше колена, аккуратно начиная поглаживать. Желая немного расслабить мужчину, показать, что он рядом и поддерживает его. Примет любое его решение.       Чонгук же поворачивается на омегу и глаза расширяет так, словно увидел омегу впервые. Удивлён. Не меньше.       Тэ поднимает на него свой взгляд, руку убирая. Он зря это сделал? Это было лишним? Что не так?       — Нет, нет, — мужчина ловит руку, возвращая обратно на бедро. Своей сверху придавливая. Взгляд возвращается к дороге. Он зажёвывает край губы, не желая признавать, что со стороны наверняка выглядит теперь взволнованно. Не ожидал подобного от омеги. Признаться честно, он вообще ничего не ожидает от Тэхёна, вот всему и удивляется. Любое проявление нежности, внимания и заботы – как солнце среди ночи. Ново и непривычно. Он с чувствами этими знакомится каждый раз заново при действиях подобных.       Чонгук хочет объяснить своё поведение, наверняка странное со стороны, но салон заполняется мелодией, известной на весь мир своим припевом, а Тэхён начинает тихонько подпевать ей. На очередном красном цвете Чон прикрывает глаза.       Кто-то даже не придаст значения подобному, но точно не мужчина, чьи эмоции обострились в последние две недели. Он признаётся себе, что реагирует как альфа в период первого гона, а перед этим ещё и влюбившийся. И теперь любое действие от предмета его воздыхания кажется настолько ярким и значимым.       Он давно забыл, какого это, когда тебя пытаются утешить или успокоить в моменты душевного терзания или принятия сложного решения. Оттого и реакция подобная. Чон пытается вспомнить, делал ли что-то такое Дохён, но в голову ничего не приходит. Ему вспоминаются страстные ночи, совместно проведённые гон или течка, телефонные звонки, просьбы пополнить счёт в банке. Но никакого эмоционального вовлечения он не чувствовал. Да и сам не убивал время на подобное.       Его немного пугает столь яркая реакция на Тэхёна.       Что ж, мысль о том, что ему всё ещё нужно посетить врача, до сих пор не вычеркнута.       Песня заканчивается, как и тихое подпевание омеги. Тэ переворачивает свою руку под ладонью Чона, чтобы сплести их. После чего мужчина поднимает их руки и целует внешнюю сторону ладони омеги. Теперь всё правильно. Сущность поскуливает благодарно. Ему всё важно. Он жаден до поступков и эмоций Тэхёна.       — Мы встретимся сегодня ещё? — спрашивает парень вслух, как только они заезжают на улицу с его домом.       — Я не уверен, как пройдёт день, но могу забрать тебя вечером. Что скажешь?       — Хорошо. Да, мы могли бы погулять с Бамом, — предполагает омега.       — Если хочешь, можешь остаться сегодня опять у меня, — Чонгук специально не смотрит на Тэ после своего предложения. Не хочет видеть тех эмоций. Готов только получить ответ.       Ему бы хотелось этого. Вновь уснуть и проснуться с омегой рядом. Жадно дышать лилиями и мечтать, что это то, что ждёт его на всю последующую жизнь.       — Я не уверен, — начинает Тэхён.       — Хорошо, я не настаиваю, просто предложил, — Чон поворачивается и устремляет свой взгляд на парня. Припарковавшись рядом с его домом. Он слишком быстро шагает. Чон, тебе нужно снизить скорость. Как это говорится сейчас? Замедлиться. Точно! Тебе нужно замедлиться, Чонгук. Чего ещё он ожидал? Что, может, Тэхён сам предложит повторить прошлую ночь.       — Я не уверен из-за ситуации с родителями. Мне бы не хотелось создавать новый конфликт. Но я бы хотел этого, — заканчивает тот.       — Оу, — ему в новинку считаться с мнением родителей. Он не брал в расчёт, что Тэхён живёт и зависит от своих родителей.       — Тогда я позвоню тебе, — решает Чон.       — Хорошо, я пойду, — Тэ аккуратно достаёт свою руку из хватки мужчины.       — Тэхён, ты забыл, — выдыхает Чонгук, глядя на свои бёдра, где были сплетены их руки. Теперь же там покоилась только его рука.       — Что? — Тэ вновь поворачивается. Его брови сходятся на переносице.       — Поцелуй. Ты забыл поцеловать меня, — альфа поднимает взгляд прямо на дорогу, всё ещё не смотрит на Тэхёна.       — Агх, — он давится воздухом, — нагло.       Смело.       Ему нравится такой Чон.       — Что наглого в простом напоминании? — мужчина всё же встречается взглядом с парнем.       Ему кажется незнакомым подобный взор. Глаза чернее обычного. Он смотрит словно сверху. Подчиняюще и властно. Ещё один вдох. Море становится густым и тягучим. Тэхён тонет.       Он задыхается.       — Поцелуйте меня, мистер Чон, — взмах ресниц — и взгляд омеги с растерянного и трепещущего перед альфой превращается в томный. Он принимает правила игры. Ему нравится играть в такое с Чонгуком.       Цепь, на которой держит себя Чон, натянулась до предела. Сущность его слюни пускает на омегу, взор свой удерживая только на нём.       — Иди сюда, — проступающие мышцы на шее дают понять, как напряжён мужчина. Тэхён подаётся вперёд, его тело ловят сильные руки. Первые секунды поцелуя аккуратные и сдержанный. Мужчина поочерёдно целует нижнюю и верхнюю губы Тэ, переходя на линию подбородка. Руки оказываются на талии и бедре, подталкивают к себе. Поцелуи спускаются на шею. Тэхён голову вправо отводит, предоставляя больше пространства. Глаза закатываются, а ладошками он хватается за плечи Чона, зарывая свои пальцы в его волосах. На себя больше тянет, чтобы тот не останавливался в своих действиях. Внизу начинает приятно сводить, и стон вырывается с его губ в тот момент, когда его шею слегка прикусывают.       — Чонгу-ук, — выдыхает младший.       Альфа тянет его окончательно на себя, помогая неловко перебраться и усаживая на свои колени.       — Ты сводишь меня с ума, когда я смотрю на тебя снизу.       Следующий поцелуй становится горячим и глубоким. Тэ старается отвечать, не успевая за темпом. Его язык обводят, а нёбо вылизывают, в то время как он пропускает волосы чужие сквозь пальцы, другой рукой царапая шею. У Тэхёна голова идёт кругом, когда его разум заполняют их сплетающиеся феромоны, а сердце пробивает рёбра.       Если каждый поцелуй будет доводить его до такого, он долго не протянет. Ему открываются ощущения близости и тяги, он наслаждается происходящим, принимает ласку, новую для себя. Она поджигает его тело, разум и сердце.       В голове проскальзывает мысль, каково было бы заняться с Чонгуком сексом. Это также взбудоражит его или сильнее, а может, его разум вовсе отключится от непрекращающихся касаний и ощущения мужчины.       — Нам стоит остановиться, — Чон отстраняется буквально на миллиметры, так что их губы соприкасаются, когда он говорит эту непозволительную фразу.       Стон. Из омеги вновь прорывается стон, но отчаянный. Ему не хочется останавливаться. О чём вообще идёт речь? Тэ нажимает на затылок альфы, направляя его к своей шее. Пусть он прекратит болтать и займётся делом. Это вызывает тёплую ухмылку на лице Чонгука. Он теснее вжимает в себя Тэ, зарываясь в его шее. Оставляет там один поцелуй, от чего бровки омеги заламываются. Почему всё самое прекрасное останавливается вот так? Он ведь хочет ещё нежиться в этих руках и губах, что заставили его гореть. Даже его внутренняя омега начинает скулить, требуя внимание альфы. Ещё.       — Я ценю тебя. Ты дорог мне, и всё внутри меня рвётся к тебе. Поэтому последнее, что мне нужно, — это спешить. Я ждал достаточно. Ещё немного подождать не вызывает проблем. Не хочу, чтобы ты поддался эмоциям, а потом жалел о чём-то. Нет. Мы знаем друг друга не так много. Мне неведом, какой темп развития отношений для тебя правильный, поэтому в моих глазах верным будет прийти ко всему постепенно.        — Зануда, — усмехается Тэ.        — Что, прости? — Чон поднимает свою голову с манящей поставить метку шеи, чтобы уставиться прямо в глаза парня.        — Что ты только что сказал? — он забирается руками под футболку парня.        — Что ты зануда. В твоём возрасте все такие? — Тэ выгибает одну бровь.        — В моём возрасте, значит, — повторяет альфа, после чего салон автомобиля наполняется заливистым смехом Тэхёна, когда его рёбра начинают щекотать.        — Хватит, Чонгук-а-а, — Тэ задыхается в руках мужчины.        — Так что не так с моим возрастом? — руки остаются на талии и лопатках, лаская их.        — Нет-нет, всё в вашем возрасте прекрасно, Чонгук-щи, — дразнится младший.        — Тэхён-а, ты провоцируешь, — мужчина вновь приближается к манящим губам, наклоняя немного голову вправо, чтобы начать поцелуй. Тэ зеркально повторяет его движения, прикрывая глаза. Чон языком проводит по нижней губе омеги, отдаляясь немного, чтобы повернуть голову левее, повторяя свои действия. Дразнит. Бровки Тэхёна заламываются за неимением желаемого. Он жаждет этот поцелуй вновь. Но Чонгук лишь проводит языком по обеим губам и отстраняется.       — Чего ты хочешь, маленький омега? Поскорее оказаться на моём члене? Ощутить, как я буду хорошо заполнять тебя? Или тебе желаннее получить мои зубы на твоей тонкой шее?       Тэхён забывает, как дышать. Его рот буквально открывается и закрывается несколько раз. Со стороны он выглядит словно рыба, выброшенная на сушу.       — Твой запах сгущается. Ты возбуждаешься сильнее от моих слов. Или ты так ярко представил эти картинки? — Чонгук наконец-то занимает свой рот шеей омеги, начиная вновь осыпать её поцелуями.       Как скоро они доведут друг друга? Всё, чем они занимаются, как только оказываются в подобной близости – провоцируют. Так кто же сорвётся первым?       — Это нечестно, Чонгук, — шепчет Тэ. Ответа не поступает, но мозг омеги настолько уплывает от реальности, что следующие его действия не поддаются объяснениям.       Его рука спускается от шеи альфы к рубашке, расстёгивая на ней пуговицы.       — Что ты…       Голова склоняется к соску, и он проводит раз на пробу язычком, а затем прикусывает и оттягивает на себя.       Альфа бьётся о стену головой внутри, требуя вонзить в шею омеги проступившие клыки. Руки сжимаются сильнее, оставляя на медовой коже краснеющие следы.       А ладошка омеги сползает к ширинке Чонгука, укладываясь на заметной выпуклости.       Вчера он буквально сидел на члене мужчины, и не важно, что между ними было три слоя одежды. Сейчас он полез своими прекрасными ручками туда же. Неужели слова альфы затмили его здравый рассудок. Такими темпами он слишком скоро окажется на нём, как и сказал Чонгук, и его наконец-то будут хорошо заполнять. Мысленный скулёж омеги становится сильнее. Он потёк.       — Кажется, не только я возбуждаюсь, — шепчет Тэхён.       Голова Чона откидывается назад. Он закусывает губу, глуша стон. Глаза закрываются, и мужчине требуется один глубокий выдох и буквально минута, чтобы прийти в себя. Осознание того, что он готов взять Тэ прямо в этой машине, бьёт по голове. Потому что он не должен этого делать. Кто вообще решает, что должно быть, а что не должно? Его сущность кричит, что омега буквально сам начал раздевать и трогать его. Значит, он тоже за происходящее. Следовательно, они могут зайти дальше. Но в ответ его бьёт то, что Тэхён невинен. И это отрезвляет. Его туманный взгляд пропадает, уступая ясному и трезвому, устремлённому на омегу. Рука накрывает ладошку Тэ, всё ещё находящуюся у него между ног.       Такая перемена пугает омегу. Он чувствует стыд. Возможно, последнее неконтролируемое движение было лишним? Это не понравилось Чонгуку? Наверняка было лишним. И он перешёл эту невидимую границу допустимого.       — Тэхён, — голос альфы ниже на несколько тонов.       Ну всё, он точно сделал это зря. Огромное желание слезть с бёдер мужчины, выйти из машины и вообще сбежать как можно дальше поглощает его. Он выдёргивает руку, тряся немного головой, чтобы волосы упали на лицо и скрыли его глаза, наполняющиеся слезами. Стыд, обида и непонимание мешаются вместе, создавая отвратительный коктейль.       — Тэхён, — интонация взволнованная. Особенно от того, что омега начинает отодвигаться.       — Извини, — выдавливает из себя Тэ, всхлипывая.       — Стой, стой, Тэхён! — Чонгук пугается, когда видит руку омеги, тянущуюся к ручке машины. Он лишь крутит головой в ответ, нажимая на ту. Мужчина перехватывает его раньше, чем он успевает толкнуть дверь, захлопывая её обратно.       — Что случилось? — обеспокоенно спрашивает Чон, нажимая кнопку блокировки дверей. Конечно, он понимает, что это ужасно – буквально запирать парня в машине. Но отпускать того в слезах после случившегося – ещё отвратительнее идея.       Омега молчит, словно набрал воды. Чонгука бы позабавила столь быстрая смена настроения, потому что менее пяти минут назад он говорил о возбуждении, лизал его сосок и начал трогать его ширинку. А сейчас он сидит, как надувшийся ребёнок, и не хочет ничего говорить.       Чон притягивает его за бёдра обратно, плотно вжимая в себя, полностью окольцовывает его талию одной рукой, в то время как другой начинает поглаживать его волосы. Тэхён не сопротивляется, и этот небольшой факт уже успокаивает альфу. Сущность внутри с ума сходит от такой перемены омеги.       — Тэхёни, — тихо выдыхает Чон в макушку парня.       — Не поступай так со мной, не сбегай от меня. Говори мне всё, что тебя тревожит. И мы решим все проблемы. Я не умею читать мысли.       — Прости, — шмыгает носом, обнимая мужчину в ответ.       — Ты мне скажешь, что случилось? — Чон оставляет поцелуй за ушком.       — Я… Я подумал, что сделал лишнее, — бурчит тот. — Подумал, что тебе стало неприятно? Или это было лишним. Не знаю. Просто ты так посмотрел на меня, будто я… Не знаю.       — Ребёнок, — выдыхает мужчина, откидывая голову на подголовник и прикрывая глаза. Как подобные мысли могли пробраться в голову этого омеги? Его сущность буквально готова стать щенком и бегать везде за этим прекрасным омегой, а он выдаёт что-то о неприятных ощущениях. Невероятно.       — Я ведь не молод и ещё хочу детей и увидеть внуков. Не изводи меня так быстро. Как ты мог подумать, что мне могло быть неприятно? Всё, что связано с тобой, не может быть таковым априори. Мой мозг буквально мигал красной лампой, чтобы я остановился, потому что мои клыки проступили.       Всё, что прилетает в голову Тэхёна: «Хочу детей». Распространяется ли это желание на омегу? Хотя с таким, как Тэ, и дети не нужны. Чон буквально назвал его ребёнком. «Проступили клыки» отдаётся в его сознании. Говорят, что они появляются, когда сущность и сознание альфы полностью приняло омегу и признало его своим. Значит ли это…       Тэхён поднимает голову, очерчивая профиль Чонгука рукой.       — Прости, — повторяет он, видя, как мужчина ластится к его руке.       — Я говорю тебе о том, что не хочу торопиться, а ты тут же начинаешь расстёгивать пуговицы на моей рубашке и трогать меня. — Он всё ещё не верит, что Тэхён выдал подобное. Ему нужно проговаривать это вслух или у себя в голове, чтобы принять ситуацию.       — Конечно, я постараюсь остановить тебя.       — Альфа, — зовёт его парень. Глаза Чона открываются, ловя взгляд омеги. Это впервые, когда Тэхён обращается к нему так. Подобное не может не будоражить. Звучит как принятие его, Чонгука.       Сущность навострила уши и нос. Словно призвали её.       Тэхён склоняет голову, открывая участок шеи. Где должна быть метка.       Да он издевается.       Что это? Очередная провокация? Призыв к действиям?       Альфье начало берёт своё. Утробный рык вырывается из груди, руки фиксируются на талии, а глаза начинают наливаться красным, когда Тэхён прикрывает глаза на долгие пять секунд.       В тот момент, когда взгляд Тэхёна возвращается на Чона, а рука ползёт по груди вверх, приоткрывая мышцы мужчины, он вновь склоняется.       Чонгуку кажется, он попал в собственный ад, когда омега желает его, а он держит себя на цепи. Сколько он сможет продержаться? И как быстро отберут омегу после его действий? Будь они в раю, Тэхён был бы его личным искушением. Он бы подтолкнул его к этому грехопадению.       Чон не выдержит, если они пойдут по второму кругу. Тэхён, дарящий ему свои ласки. Боже, держите кто-нибудь Чонгука! Он сойдёт с ума.       Но Тэхён лишь оставляет один поцелуй в районе сердца, прислонившись ухом к нему.       Чон выдыхает судорожно, благодаря всё возможное.       — Угу, угу… Да-да, хорошо. Конечно, угу, — бурчит себе под нос Тэ. После чего ещё немного молчит и выдаёт очередное «конечно». Омега дарит ещё один поцелуй.       — Что…       — Ну всё, я всё понял, — он не даёт договорить мужчине, отстраняясь от оголённого участка груди. Протягивает обе ручки и начинает целомудренно застёгивать пуговицы рубашки.       — Что это было? — Глаза уже пришли в норму, сознание становится яснее.       — Я поговорил с твоим сердцем, — заявляет Тэхён.       Ну конечно, могло ли быть иначе? Он поговорил с сердцем.       — Так и что оно тебе сказало? — серьёзно спрашивает Чон.       — Оно жаловалось, Чонгук! — Тэ уставился на него, убедившись, что все пуговицы застёгнуты.       Альфа лишь поднимает брови.       — Да, именно так, — утверждает тот.       — Что оно тебе сказало? — Ему интересно. И на некоторое мгновение он всерьёз думает, что Тэхён смог бы услышать его сердце. А там и внутренний альфа рядом, а они бы выдали Чона с потрохами. Конечно, как сможет его сердце противостоять тому, кто вновь заставляет его чувствовать.       — Это наш секрет, — на лице омеги появляется смущение.       — Секрет, — повторяет мужчина. — Не кажется ли тебе, что иметь секреты с моим сердцем нечестно по отношению ко мне? — Чонгук нежно смахивает пряди, упавшие на лицо омеги.       — Нет, — квадратная улыбка появляется на лице Тэхёна. И сердце колет внутри.       Кажется, они правда сговорились.

__________