Малахитовые сны

      Тэхён читал, сидя на стуле у окна. Рассвет тянул к нему руки, хотел поцеловать, но каждый раз, подходя слишком близко, спотыкался о край книги. Спрятанные в тени губы беззвучно повторяли строчки с пожелтевшей бумаги.       — Красивый кактус.       От внезапного звука у Тэхёна подскочил пульс. Он обернулся и увидел незнакомца на пороге комнаты.       Футболка, явно принадлежавшая Чимину (других людей, готовых с таким же рвением носить на себе картины любимых художников, Тэхён не знал), едва прикрывала бёдра мужчины. Он поднял руку, чтобы растрепать рыжие волосы, и ткань, задравшись, обнажила смуглую кожу. Шорт на нём не оказалось, однако бельё, к счастью, ещё пользовалось спросом.       — Я думал, живые растения уже никто не разводит, — добавил мужчина.       — Чимин, — крикнул Тэхён в темноту коридора, — откуда в моей комнате полуголый незнакомец?       Раздался глухой шлёп, затем топот, после чего в комнату вошёл Чимин.       — Я же сказал, душ находится слева, а не справа, — сказал он, выталкивая мужчину из комнаты. Оставшись с Тэхёном наедине, он неловко улыбнулся.       — Кто это?       — Юнги, мой ученик.       Тэхён с первого дня, как Чимин устроился преподавать в школу рисования для взрослых, заподозрил его в личных интересах. Наверняка он выбрал эту работу, чтобы облегчить себе поиски партнёра. Весьма удобно: обстоятельства встречи — есть, наличие общих интересов — тоже есть.       — Красивый. Похож на лису, — сказал Тэхён, вновь отворачиваясь к окну. — Давно вы здесь? Я вас не слышал.       — Со вчерашнего вечера. Я поставил комнату на режим звукоизоляции. Не хотел тебе мешать.       — Так уж громко проводили время?       Чимин сделал вид, что не услышал вопрос. Пригласив Тэхёна в «койотов», он ушёл одеваться.       Солнце слишком быстро поднялось над мегаполисом. Тэхён вернулся к книге, но с огорчением понял, что не может найти место, на котором остановился. Он пробежал взглядом по странице: текст выглядел незнакомо. Ощущая лёгкую тревогу, Тэхён закрыл книгу и внимательно посмотрел на пальцы — пять штук; моргнул, пересчитал снова — всё в порядке. Видимо, он просто устал.       Спустившись в койотов, он заказал кофе и по привычке доплатил за предсказание. На этот раз на пенке нарисовали два силуэта, идущие по коридору в разные стороны.       — Ого, — Чимин тоже посмотрел на картину. — Впервые вижу, чтобы кому-то дважды попалась одна и та же художница. Кажется, картина называется «Прощание».       Нарисованная молоком, она не могла похвастаться разнообразием красок. Но Тэхён почему-то отчётливо видел её в красных тонах.       — Ты что, знаешь всех художников мира? — фыркнул Тэхён.       — Нет, только сюрреалистов. У них интересное видение мира.       В этот момент к ним присоединился Юнги. Он тряхнул чуть влажными после душа волосами и сразу подключился к разговору:       — Как у художника, чью картину мы видели вчера?       — Ты будешь смеяться, — ответил Чимин, — но я действительно считаю его картину интересной. Сейчас редко встретишь творца, уделяющего столько же внимания смыслу, сколько и технике. Да и вкусам Сокджина я доверяю. Если он разместил на выставке картину этого парня, значит, в нём что-то есть, и нам всем стоит присмотреться.       — И какой, интересно, смысл у Медузы Горгоны с членами вместо змей в волосах?       Чимин взял со стола кекс и сунул Юнги в рот. Возможно, в этом и заключался ответ. Юнги, прожевав десерт, посмотрел на Тэхёна и с любопытством наклонил голову. Он изучал его, как зверь изучает человека. Очень быстро это начало раздражать.       — У тебя всегда так мигает висок? — спросил Юнги после длительной паузы.       — Он не может мигать, когда не запущена ни одна программа, —ответил Тэхён с лёгким раздражением.       — Нет, он прав, — присоединился Чимин. — У тебя чип мигает зелёным светом.       Тэхён ощупал металлическую пластину у виска и нажал единственную кнопку. На появившемся перед глазами экране высветилось сообщение. «Запущенная вами проверка файлов выполнена на шестьдесят процентов. На данный момент обнаружен один повреждённый файл. Удалить его или поместить на карантин?». Тэхён выбрал «поместить на карантин», а сам нахмурился в ответ на странное сообщение.       — Проверка на вирусы, — произнёс он задумчиво.       — А, ты всё-таки прислушался к моему совету? — обрадовался Чимин. — Приятно слышать.       Тэхён искусственно улыбнулся, пытаясь скрыть, что не помнит, как запускал проверку. Неужели у него случился провал в памяти? Или хуже: программа запустила проверку без его ведома? На секунду — лишь на секунду — Тэхён понял страх Чимина перед новыми технологиями. Откуда человеку знать, на что способна программа, имеющая доступ к функциям организма? Разумно ли доверять тому, что не имеешь возможности всецело контролировать?       Умывшись, Тэхён поднял взгляд и посмотрел на своё отражение. Всё же, несмотря на подозрения, «Somnus» неплохо справлялась с задачей: она постепенно возвращала в норму его внешний вид. Кожа обрела здоровый вид, синяки под глазами рассосались. Тэхён выглядел как человек, который спит не меньше семи часов каждую ночь. А он так уже давно не выглядел.       Винтажное радио, добытое Тэхёном на благотворительном аукционе, поймало волну. Книги полетели на кровать. Вооружившись тряпкой, он начал протирать полки.       Ему вспомнился Чонгук, как они мчались на скутере к звёздам, как кожаная куртка ощущалась ватным комом под руками. Если бы не магические элементы вселенной, та ночь показалась бы ему настоящей.       К моменту, когда Тэхён заметил, что из динамиков больше не доносится музыка, комнатной тишине было больше минуты. Он обернулся, надеясь отыскать причину паузы, но музыка резко продолжила играть. Тэхён вернулся к полкам, однако через пару строчек песня вновь оборвалась. Он бросил тряпку и подошёл к столу. Поворачивая колёсико в поисках нужной частоты, сквозь белый шум Тэхён услышал обрывки речи. Замедлил движения, поймал новую волну. Обрывки объединились в полноценные предложения.       «Это фантазм — схватить реальность "на лету", но попытки продолжаются еще со времён Нарцисса, склонившегося над ручьём. Поразить реальное, обездвижив его, схватить реальное, умертвив его в копии».       Смысл слов ускользнул от Тэхёна. Вместо того, чтобы подумать, что такое реальность и как её обездвижить, он задался более важным вопросом:       Откуда, чёрт возьми, на радио голос Чимина?