Волшебник Майрелон

Рантон-Хилл состоял из трех лавок, двух жилых домов, постоялого двора с трактиром и конюшни. Ким казалось, будто эти домики сгрудились в одном месте, спасаясь от раскинувшихся вокруг пустых полей. Не то чтобы там вовсе ничего не было, но пара низких каменных изгородей, несколько деревьев и кучка овец, по мнению Ким, никак не могли заполнить такое огромное пространство. А еще в деревне было так тихо, что пока они шагали к ближайшим домам по извилистой грунтовой дороге, Ким всерьез задумалась, не призраки ли там живут. До нее доносились лишь шум ветра, скрип упряжи и хруст мелких камушков под ногами спутников и копытами лошадей. Наконец они добрались до первого дома, и Ким слегка успокоилась, заслышав лай собаки. На этот шум с задворок постоялого двора вышел конюх в изношенной робе. Майрелон непринужденно кивнул ему и скрылся внутри здания. Переминавшаяся с ноги на ногу Ким проводила его тоскливым взглядом и повернулась к конюху и Ханчу, которые оценивающе разглядывали друг друга. — Что стряслось? — наконец спросил конюх, неопределенно помахав рукой и включив в этот жест сразу всех: лошадей, Ким, Ханча и даже исчезнувшего Майрелона. — Да хозяин наш фаэтон перевернул, пытался угол срезать, — мотнул головой Ханч в сторону постоялого двора. — По крайней мере, я так понял. Сам-то он говорит, что его карета с четверкой в канаву столкнула. Конюх сплюнул. — Еще один гонять вздумал. На ночь останется? — А мне откуда знать? — отозвался Ханч. — Даже если б он мне сказал, сто раз может передумать. — Все они такие, — согласился конюх и снова сплюнул. — Ладно, заводи своих лошадей на задний двор, нечего им страдать от глупости хозяина. Последние слова он произнес уже на ходу. Ханч натянул самодельные поводья, крепившиеся к недоуздкам, и лошади, качнув головами, двинулись за ним. Ким снова переступила с ноги на ногу, не зная, ждать ей Ханча или идти следом. Вот бы Майрелон рассказал ей чуть больше об обязанностях грума! Она уже собралась пойти за лошадьми, когда из дверей выглянул сам Майрелон. — Ким! Вот ты где. Не жди, багаж прибудет не раньше, чем через два часа. Заходи, подождешь его здесь, в тепле. Ким кивнула, радуясь хоть каким-то указаниям. Уже заходя внутрь, она заметила, что в деревне наконец появились признаки жизни: аккуратная толстушка вышла подмести ступеньки перед лавкой (и посмотреть одним глазком на новоприбывших), с дальнего холма по дороге в город спускался открытый экипаж, а к лаю первой собаки присоединилась еще одна, отчего на втором этаже постоялого двора кто-то разразился грязной бранью. Уже заходя внутрь, Ким успела заметить, что из окна в собак полетел крутобокий кувшин. Грохот разбитой посудины не заглушила даже захлопнувшаяся дверь. Майрелон стоял прямо за ней, в коротком коридоре у подножия крутого лестничного пролета. Переминавшийся рядом хозяин постоялого двора неуверенно смотрел на забрызганные грязью ботинки и брюки нового гостя, явно пытаясь решить, действительно ли перед ним джентльмен или же это обычный выскочка из Лондона, решивший выдать себя за представителя высшего класса. Ким могла ему только посочувствовать. Плащ Майрелона был хорошо скроен, но, на опытный взгляд Ким, уже поизносился и давно вышел из моды, а покрой ботинок скрывал слой грязи. Будь она все еще на лондонских улицах, наверняка отправилась бы за птичкой получше, у которой найдется что пощипать. — Возьми себе выпить, пока ждешь, — добавил Майрелон, словно и не замечая этих настороженных взглядов. Он бросил Ким монетку, которая сверкнула серебром в мутном свете и тем самым развеяла все опасения хозяина. Сдержав улыбку, Ким почтительно склонила голову. Майрелон обернулся к хозяину: — Что ж, если все решено, я пойду к себе в комнату и попытаюсь хотя бы отчасти привести себя в порядок. — Как скажете, мистер де Маре. А ваш парень пусть заходит внутрь, моя жена с радостью его обслужит. Прошу вас, сюда... Майрелон, не оглядываясь, последовал за хозяином по лестнице, оставляя мокрые и грязные следы. Ким тихо фыркнула. По крайней мере, если понадобится, его комнату она отыщет без труда. Ким осмотрела монету Майрелона. Это был новенький шиллинг, которого наверняка хватит на пинту эля, да и в кости сыграть тоже. Он подкинула монету в воздух, поймала и пошла в общую залу ловить сплетни. Внутри почти никого не было. Когда он вошла, двое загорелых мужчин в фермерских робах ненадолго оторвались от своих кружек, а сидевший в углу маленький человечек с копной русых волос нервно вздрогнул, но, рассмотрев ее, снова расслабился. Ким выбрала место рядом с дверью, откуда можно было наблюдать и за новоприбывшими, если они появятся, и за остальной частью большой квадратной залы. Только устроившись, она поняла, что внутренний двор из окна едва виден, но решила, что вполне обойдется без него. Нет в мире совершенства, а Ким должна была следить за залой, а не улицей. Вскоре появилась крупная седовласая женщина с подносом, уставленным кружками, вероятно, жена хозяина. Она без всяких просьб поставила перед фермерами свежее пиво и покосилась на нервного человечка в углу. Тот покачал головой, но, подумав, все же поманил к себе хозяйку. — Решайте уже, мистер Фентон, — заметила она, поставив перед ним свежую кружку. — Некогда мне бегать с кухни к вам каждые пять минут. — Мои деньги не хуже, чем у остальных, — оскорбился Фентон. — А если вы вдруг забудете сообщить мне о прибытии моего... товарища, то пожалеете об этом. — Да не горячитесь вы, — посоветовала хозяйка. — Никто вас пока не спрашивал, даже мистер Фредерик. И о чем он только думал, отпуская вас сюда... Фентон вспыхнул. — У меня, вообще-то, бывают выходные, как и у других! — Вот только у вас почему-то чаще, — отрезала хозяйка, и сидевшие рядом фермеры хохотнули. — Никак не пойму, почему мистер Фредерик вас не рассчитает, но он всегда был терпеливым малым. — Мистер Мередит настолько любезен, что иногда отпускает меня на полдня, — еще более нервно отозвался Фентон. — Да, потому что вы его прямо об этом просите! Вы злоупотребляете доверием мистера Фредерика, и вам должно быть стыдно. — Для вас он «мистер Мередит», — надменно заметил Фентон, пытаясь изобразить презрительную усмешку. — Это для меня-то? Какой же он «мистер Мередит», если я его знавала еще мальчонкой? Вы б еще сказали, чтоб я мужа своего мистером звала! Пейте уж свой эль, мистер Фентон, да не спорьте попусту, а не то смотрите у меня. Пригрозив Фентону, хозяйка забрала поднос и отплыла обратно к дверям. У стола Ким она остановилась, чтобы обменять шиллинг на кружку теплого темного эля, но Фентон не воспользовался этой возможностью возобновить военные действия. Похоже, он решил довольствоваться мрачными взглядами поверх кружки и то угрюмо смотрел на хозяйку, то настороженно выглядывал через окно во двор. Хозяйка ушла, фермеры продолжали сидеть в дружеском молчании. Ким понемногу пила эль и ждала новых гостей, которые могли бы завести интересный ей разговор, а тем временем, за неимением лучшего, рассматривала Фентона. Худощавый и низкорослый, он чем-то неуловимо напоминал ей родных лондонцев и, вероятно, сам был оттуда же. Из подслушанного разговора Ким поняла, что Фентон служит мистеру Мередиту. Лакеем, наверное, слишком хорошо он одет для обычного грума или конюха, но до дворецкого или камердинера не дотягивает. Едва Ким пришла к этому выводу, как дверь распахнулась, и вошел темноволосый молодой человек в модной одежде для верховой езды. Задумчиво осмотрев залу, он подошел к угловому столу и бросил перчатки перед Фентоном. — Ты посылал за мной, — сказал молодой человек. Ким поперхнулась, расплескав эль. Этот голос она узнала сразу: перед ней был Джонатан, самый ревностный из друидов, за которыми они с Майрелоном наблюдали прошлым вечером. — Я бы не стал так говорить, мистер Аберфорд, — ответил Фентон, бросив многозначительный взгляд в сторону фермеров. — Просто подумал, вам кое-что следует знать. — Не собирался ли ты продать мне информацию, что твой хозяин лишился некоего важного предмета, хотя когда-то обязался отдать его мне? Тогда, боюсь, тебе не повезло, — с мрачным удовольствием произнес Джонатан. — Это мне уже известно. Фентон сжался, словно ожидая удара. — Откуда вы узнали... — Он сам мне сказал об этом прошлым вечером. Блаженный идиот! Да что на него нашло, чтобы он сел играть в вист именно с Генри Брамингемом? — Кажется, они заключили пари, — сообщил Фентон. Он расслабился, но вид его нельзя было назвать довольным. — У него все равно не было права отдавать блюдо Генри! — Разумеется нет, мистер Аберфорд. Я просто решил, что вам следует об этом узнать, вот и все. Так что если... — Фентон выглянул в окно и замолчал на полуслове. Побледнев, как простыня, он вскочил и бросился к выходу. Джонатан смотрел ему вслед в искреннем изумлении, позабыв рассердиться. Как раз когда Фентон оказался у двери, та внезапно распахнулась, и в залу вошел настоящий громила. — Эй, вы, смотрите, куда идете! — заметил он Фентону, который едва с ним не столкнулся. Говорил громила размеренно, густым басом, одежда на нем была новой, но сидела плохо. — Простите! — торопливо извинился Фентон, поднырнул под руку громилы и выскочил наружу. — Да этот парень явно куда-то спешит, — отметил новоприбывший, обращаясь ко всей зале в целом. Как только громила вошел внутрь, Ким тихонько встала и выскользнула через все еще открытую дверь. В коридоре Фентона не оказалось, так что она выглянула в парадную дверь, гадая, не там ли таится причина его поспешного бегства. На дворе кипела жизнь. Перед самым входом остановилось ландо с откинутым, несмотря на прохладную погоду, верхом. Спиной к кучеру в ландо сидел красивый молодой человек, показавшийся Ким смутно знакомым, перед ним устроились элегантная женщина лет сорока и потрясающе красивая девушка со светлыми волосами, едва ли старше семнадцати лет. Второй молодой человек, в котором Ким сразу признала глуповатого простака Фредди Мередита, въехал во двор верхом на крупной, мирной гнедой лошади. Застыв в седле в благоговейном восхищении, он не сводил глаз с девушки в ландо. А рядом с ним (или, скорее, рядом с его лошадью) стоял встрепанный и не слишком довольный мужчина, и Ким, присмотревшись к нему, сперва не поверила собственным глазам, а потом едва не дала стрекача, подобно позорно сбежавшему Фентону. Джек Стовер! Что это Джек Стовер потерял в деревушке Рантон-Хилл? К счастью, Джек смотрел только на всадника, и Ким успела прикрыть дверь, спрятавшись за ней от нежелательных взглядов. Взяв себя в руки, Ким принялась напряженно рассуждать. Дэн Лаверхам не мог послать Джека за ней следом, она и сама не знала, куда едет, когда покидала Лондон. Значит, Джек выполнял другое поручение, а самой Ким нужно было лишь держаться от него подальше, чтобы вести о ее появлении в Рантон-Хилл не дошли до Лаверхама. Но чтобы держаться от Джека подальше, ей сперва нужно было узнать, что он задумал. Надеясь, что никто не застанет ее в этом подозрительном положении, Ким приоткрыла дверь, выглянула во двор и настороженно прислушалась. — Он именно тот, кто вам нужен, — настойчиво повторял Джек Фредди Мередиту, но тот не обращал на него внимания. — Брамингем! — с нескрываемой радостью воскликнул он. — Не ожидал увидеть тебя здесь! Сидевший в ландо молодой человек обернулся. — Фредди? Бог мой! Что ты здесь делаешь в такой час? — Да так, — неопределенно отозвался тот и прищелкнул языком, понукая лошадь. Та не сдвинулась с места. Фредди едва заметно нахмурился и осторожно пошевелил пятками. Лошадь покосилась на своего наездника, вздохнула и приблизилась к ландо, оставив Джека Стовера бессильно сжимать кулаки. — Генри! — властно окликнула молодого человека сидевшая напротив женщина, пока Фредди выполнял этот маневр. — Если ты намерен побеседовать со своим другом, хотя бы отправь слугу узнать о Джаспере, иначе нам никогда не добраться до Свофлтона. — Разумеется, леди Гранли, — Генри кивнул лакею, который тут же спрыгнул с подножки позади ландо и подошел к нему. — Узнай, внутри ли мистер Марстон и проследи, чтоб ему передали о нашем прибытии. — Может, лучше зайти? — предложил Фредди. — Здесь есть частный зал для дам. Намного приятнее, чем сидеть на ветру. Что ответил Генри, Ким не расслышала, потому что ей пришлось отскочить в сторону и прижаться к стене, пропуская лакея. Он прошел мимо, даже не заметив ее, огляделся и громко позвал хозяина. Ким шмыгнула обратно к двери, но Джек Стовер уже исчез. Заслышав шаги хозяина постоялого двора, Ким решила, что уж лучше иметь место для маневра, чем попасться Джеку или лакею в коридоре, и угрем выскользнула за дверь. — Что ж, — леди Гранли неодобрительно поджала губы. — В таком случае я сама прослежу за соблюдением приличий. Представь нас своему другу, Генри. — С удовольствием, — вымученно улыбнулся Генри. — Леди Гранли, мисс Торнли, перед вами мистер Фредерик Мередит. Фредди, познакомься с леди Гранли и ее подопечной, мисс Марианной Торнли. Они прибыли на прием, который устраивает моя матушка. — Рад знакомству, — поклонился Фредди. — Мередит, — задумчиво повторила леди Гранли. — Скажите, а вы не родственник лорда Сесила Мередита? — Это мой дядя, — ответил Фредди. — Говорят, он выполнял роль моего крестного во время церемонии, но сам я этого не помню. — Вот как, — голос леди Гранли заметно потеплел. — Лорд Сесил — добрый друг моего мужа. — Но что привело таких дам на этот грязный постоялый двор? — небрежно спросил Фредди, хотя его взгляд постоянно возвращался к прекрасной Марианне. — Поскольку с утра не было дождя, мы с леди Гранли решили съездить в Свофлтон, подыскать себе ленты, — негромка ответила Марианна, отличавшаяся мелодичным голосом. — Мистер Брамингем был настолько любезен, что вызвался сопровождать нас. — Но этот постоялый двор стоит в стороне от дороги в Свофлтон, — со знанием дела сообщил им Фредди. — Вы уверены, что Генри дал кучеру верные указания? — Фредди! — возмутился Генри. — Не глупи. — Мы здесь, чтобы встретиться с моим братом, — ледяным тоном уведомила леди Гранли. — Ну, тогда все в порядке, — сказал Фредди. — Я и не знал, что у вас есть брат. Мисс Торнли хихикнула. Леди Гранли окинула ее уничижительным взглядом. — Ну знаете ли, мистер Мередит... Дверь постоялого двора распахнулась. — Мередит! Я так и знал, что это ты, — угрожающе протянул Джонатан Аберфорд. — Здравствуй, Джон, — кротко приветствовал его Фредди. — Не ожидал встретить тебя здесь. Совсем не ожидал. — Еще бы! Да как ты вообще посмел показаться на людях? — Ну, я же не мусульманка какая, — резонно возразил Фредди. — С чего бы мне скрывать лицо? Отличное лицо, кстати говоря, да и другого у меня нет. — Не валяй дурака! — оборвал его Джонатан. — Генри, да ты хоть знаешь, что натворил этот... этот ненормальный, этот безмятежный идиот? — Нет, и мне, откровенно говоря, все равно, — честно ответил Генри. — Ко мне это не имеет никакого отношения. — Генри, будь добр, избавь меня от общества своих неприятных и абсолютно невоспитанных знакомых, — вставила леди Гранли. — Молодые люди, которые устраивают сцены в публичных местах, заслуживают всяческого порицания. — О нет, имеет, еще как имеет! — продолжал Джонатан, не обращая внимания на леди Гранли. Он указал на Фредди: — Этот предатель проиграл Священное блюдо в карты, да не кому-нибудь, а тебе! Ты ведь его вернешь? — Эй, хватит! — возмутился Фредди. — Не стоит разбрасываться такими словами. Я же сказал тебе прошлым вечером, что это было дело чести. — Священное блюдо? — изумился Генри. — О чем это ты, Джонатан? Неужели ты говоришь о том большом серебряном подносе? — Подносе? — с неожиданно проснувшимся интересом переспросила леди Гранли. — Что ты с ним сделал? — требовательно спросил Джонатан. — Если ты о подносе, то пока ничего, — раздраженно отозвался Генри. — Сейчас он в библиотеке, в специальной витрине, и останется там до тех пор, пока завтра не приедет лорд Сент-Клэр. Я собираюсь подарить ему этот поднос для коллекции. — Так твой дядя приезжает? — спросил Фредди. — Ты мне не говорил. — С чего бы мне говорить об этом? — оборвал его Генри. — К тебе это не имеет никакого отношения. — Но ведь скрывать это тоже не стоит, верно? — заметил Фредди. — А такое событие само по себе интересно. К примеру, моя матушка захочет нанести визит, если лорд Сент-Клэр остановится у вас. — Фредди, помолчи! — вмешался Джонатан. — Генри, подумай, ты ведь не можешь просто так отдать Священное блюдо! — Почему бы и нет, — подумав, сообщил остальным Фредди. — Он не входит в группу Сынов, то есть блюдо для него ничего не значит. Разве что Сент-Клэр так и не приедет. Сложно отдать вещь кому-то, если этот кто-то не стоит прямо перед тобой. — Приходи в поместье Брамингем завтра около трех и сам увидишь, что я могу и не могу сделать, — ответил Генри. — Ты понятия не имеешь, что можешь натворить, — внезапно успокоился Джонатан. — Полагаю, что знаю достаточно. — Довольно, — сказал Фредди. Краем глаза он наблюдал за мисс Торнли, которую эта перепалка явно огорчила. — Джон, будь другом, просто иди своей дорогой, ты расстраиваешь леди. — Я еще с вами не закончил, — предупредил Джонатан, но все же скрылся в постоялом дворе. — Джон, как всегда, в своем репертуаре, — заметил Фредди. — Надеюсь, мы его больше не увидим, — решительно высказалась леди Гранли. — Генри, ты уверен, что твой слуга не решил тайком выпить вместо того, чтоб выполнять свою работу? Джаспер уже должен был выйти к нам. — Я могу зайти сам, если вы желаете, леди Гранли, — сдержанно ответил Генри. — Если ты тоже пропадешь там, мы останемся здесь одни, — оборвала его леди Гранли. — Пошли вон того мальчишку, он все равно стоит без дела. — Эй, ты! Поди сюда! — обратился Генри к Ким. — Загляни внутрь и узнай, что задержало мистера Марстона, а я дам тебе гинею за труды. — Шиллинг, — сурово поправила его леди Гранли. — Не больше шиллинга, и вперед не давай. Тебе ли не знать этот народ, Генри! — Хорошо, мэм, — пробормотала Ким и уважительно прикоснулась к полям шляпы в надежде, что этот жест слегка задобрит вредную каргу, а заодно скроет лицо самой Ким. Неохотно повернувшись, она направилась к постоялому двору. Но не успела она добраться до двери, как та распахнулась, и наружу выскочил лакей, а следом за ним вышел высокий человек в дорожном плаще. Ким быстро отступила, но, всмотревшись в лицо выходившего, испуганно замерла. Это был тощий господин из таверны «Пес и бык», который нанял ее порыться в повозке Майрелона. Да все ли лондонцы собрались сегодня в Рантон-Хилл? — Амелия! — воскликнул господин. — Почему ты так рано приехала? Я едва успел позавтракать. — Когда мы живем за городом, Джаспер, то следуем местным обычаям, — ответила леди Гранли. — Я объяснила тебе это еще вчера; знай я, что ты меня не послушаешься, отложила бы поездку на завтра. Уверена, лорд Сент-Клэр с радостью бы согласился сопровождать нас. — Разумеется, — галантно подтвердил Фредди. — Прекрасные леди, приятная компания — любой согласился бы сопровождать вас в город. Тем временем Джаспер Марстон занял свое место в экипаже, и леди Гранли решила, что с нее хватит общества Фредди Мередита, будь он хоть трижды племянником лорда Сесила. — Нам давно пора было выехать, — процедила она. — Прощайте, мистер Мередит. Кучер! Возница кивнул и слегка прищелкнул поводьями. Лошади зафыркали и тронулись, и вскоре ландо выехало со двора и направилось на восток к Свофлтону.