Подснежники

***

      Сеул.       8 марта 2024 года. Подъезжая к невзрачному зданию, Минхо уже заметил вдали знакомый мужской силуэт. Встреча была назначена довольно спонтанно и не в самом приличном месте, дабы не привлекать ненужного внимания, по просьбе второй стороны, из-за чего глаза следователя невольно закатились от излишней скрытности. Приближаясь к человеку, что с головы до пят был полностью одет во всё чёрное, Ли невольно усмехнулся. — Ты так на жнеца смерти похож, — начал разговор Минхо, встречаясь с проницательным взглядом своего собеседника. Тёмные пряди волос хаотично торчали из-под капюшона чёрного худи, придавая мужчине слегка небрежный вид. Выпрямившись, он одарил улыбкой следователя и протянул ему руку. — Не волнуйся, за твоей душой я приду позже, — отшутился брюнет. — Честно признаться, я удивлён, что ты решил связаться со мной по этому поводу, — мужчина прищурился, вглядываясь в лицо Минхо в поисках ответов. — Чан, не строй из себя невинную овечку, — парировал Ли, проходя дальше в тёмный переулок. — Ты не раз уже помогал следствию, случайным образом оказываясь в самом эпицентре, — Минхо остановился, оглядываясь через плечо на идущего позади Чана. — Не знаю, какие у тебя там планы и связи. Однако… — следователь одарил собеседника суровым взглядом. — Если я найду прямые доказательства, что ты как-то связан с криминалом — лично тебя упеку за решётку. — Что ты! — Чан поднял руки вверх в капитулирующем жесте. — Я обычный владелец клуба, Минхо, — брюнет слегка усмехнулся, оглядываясь по сторонам. — Не стоит угрожать человеку, к которому ты пару часов назад обратился за помощью. Я ведь могу и передумать. — Можешь, — Ли остановился, всматриваясь в темноту переулка. — Но только ты сам знаешь, лучше не переходить мне дорогу. — Ой, такой грозный стал сразу, — посмеиваясь, Чан нагнал следователя. — Не нужно искать врагов, Минхо, они сами найдут тебя, — Ли недоумевающе взглянул на владельца клуба. — Будь осторожнее. Не так уж и просто избавиться от своего прошлого, поверь, я-то знаю, о чём говорю, — печальная улыбка отразилась на губах брюнета. О каком таком прошлом говорил Чан, Минхо знал только по слухам, ведь, когда Ли поступил на службу, тот уже был владельцем клуба, что частенько помогал полиции в содействии и поисках преступников. Кто-то говорил, что Чан делает это только из выгоды для себя, ищет поддержку для собственного бизнеса, некую подушку безопасности. Другие же твердили, что мужчина таким образом пытается очистить свою совесть, ведь в прошлом и сам являлся членом одной из сеульских банд. Вот только какой именно — никто сказать не мог, как и найти хоть какие-то доказательства этому. Однако судьба свела их достаточно быстро. Если быть точнее, свёл их Хван Хенджин, что являлся VIP-клиентом в «Arriba». Минхо в то время расследовал дело, связанное с убийством девушки, которое произошло неподалёку от известного клуба. Уже тогда Ли был достаточно нетерпеливым и рвался вперёд, невзирая на все препятствия. Дожидаться разрешения на просмотр камер было для него сродни пытке. Поэтому, согласившись на помощь своего друга, он решил непосредственно обратиться к Чану. Следователь с опаской изучал этого человека, пытался понять его скрытые мотивы. Вот только всё, что он выяснил — это как зовут его собаку и как тяжело давались ему жаркие дни в Австралии. Минхо ждал подвоха во всех действиях Чана, на что тот только умилялся, предлагая чего-нибудь выпить. Однажды Ли не выдержал и напрямую задал вопрос владельцу клуба. — Зачем тебе всё это? Зачем помогаешь и не просишь ничего взамен? — прищурившись, следователь всматривался в удивлённое лицо напротив. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы дождаться хоть какого-то ответа. Вот только реакция брюнета ещё больше сбила с толку Минхо. Чан просто улыбнулся. Искренне. — А что плохого в том, чтобы помогать тем, кто в этом действительно нуждается? — разлив янтарную жидкость по бокалам, Чан задумчиво покрутил в руке наполненный стакан. — А взамен мне ничего не нужно. Просто приходи иногда со мной выпить. Можешь даже просто прийти, расскажешь, что у тебя нового, — брюнет протянул свой стакан к следователю. Недоверчиво посмотрев на него, Минхо всё же поднял свой бокал, тем самым заключая эту негласную сделку с простым владельцем клуба. — И где он? — Ли решил проигнорировать угрозу мужчины, оглядываясь по сторонам в поисках кого-то. — Ты же сказал, что он пунктуальный человек. — А вы, как я уже понял, не особо, следователь Ли, — на самом деле за столько лет работы Минхо уже привык к неожиданным ситуациям. Однако появление незнакомца из ниоткуда слегка застало врасплох шатена. — Время — деньги. Слышали такую поговорку? — светловолосый юноша подошёл ближе, одаривая мужчин невинной улыбкой. — А мои услуги довольно дорогие, знаете ли. — Что ж, моя работа выполнена, верно? — Чан слегка потрепал подошедшего блондина по плечу, прежде чем обратиться к Минхо. — Надеюсь, следователь не забудет о моём вкладе в это дело и перестанет смотреть на меня таким яростным взглядом, — брюнет уже было собирался уйти, когда вдруг остановился, словно резко вспомнил о чём-то. — Минхо, спасибо, что приглядываешь за Ханом. И спасибо, что сообщил тогда о смерти той… — Чан запнулся, подбирая слова, — …женщины. Я перевел и твои деньги тоже, не переживай. От моей помощи он не смог бы отказаться. — Перевёл и перевёл, мне-то что, — слегка зардевшись, пробубнил следователь, заставляя Чана рассмеяться почти во весь голос. — Не нужно ему знать об этом, — добавил Ли, кивнув напоследок брюнету. Оставшись в мрачном переулке наедине с загадочным парнем, Минхо развернулся к нему лицом, подробно изучая каждую деталь. Светлые короткие волосы идеально уложены на правую сторону. Карие глаза были слегка подведены чёрным карандашом, придавая игривость его взгляду. По носу и щекам еле прослеживались коричневатые пятна, которые блондин явно пытался скрыть. На худощавых руках виднелись едва заметные царапины. Что ж, внешний вид парня слегка отличался от представления следователя. — Так вот ты какой, Ли Феликс, — усмехнулся Минхо, складывая руки перед грудью. — Или лучше Ли Ёнбок? — парень на секунду застыл, а затем одарил следователя хитрой улыбкой. — А вы подготовились, здорово! — парень начал аплодировать. — Что же привело вас лично к моей скромной персоне? — облокотившись о кирпичную стену, проговорил Феликс. — Почему Хенджин не позвонил мне? — в голосе юноши послышались нотки беспокойства, от прежнего самодовольства не осталось и следа. — Мы точно с одним Хваном знакомы? Будто бы он хоть раз делал так, как его просят другие, — следователь закатил глаза. — Перейдём ближе к делу. — Точно-точно, — заулыбавшись, протянул Феликс. — Что именно вы хотите узнать? — парень достал свой мобильный телефон, что-то активно в нём набирая. — Камеры в Нончхоне и в районе улицы Нокду. Точные адреса я запишу тебе, — Минхо уже не в первой было прибегать к сторонним методам для поиска информации. Однако каждый раз это вызывало в душе мужчины противоречивые чувства. Будто он сам ощущал себя каким-то преступником. — Меня интересуют три человека. Кван Сумин, Хан Сохи и Ян Чонин, — Феликс оторвал взгляд от экрана телефона. — Понял… — протянул юноша, согласно кивая головой. — Я так понимаю, достать всё нужно как можно быстрее? — поинтересовался Феликс. — Да, — кратко обозначил следователь. — Сколько? — Что сколько? — усмехнулся блондин, слегка прищурив свои глаза. — Денег сколько, — цокнув языком, проговорил Минхо. — Следователь Ли, я информатор. Мне нужна ценная информация, а не какие-то бумажки, — заключил Феликс, одарив мужчину своей ангельской улыбкой. — Вы все тут Робин Гудами заделаться решили? — следователь устало потёр свои глаза. — Какая, к чёрту, ценная информация? Для меня это, например, история о том, как Хван в четырнадцать едва не спалил сарай своей бабушки, возомнив себя физиком и проверяя, загорится ли сено от лучей солнца. Такая информация тебя устроит? — от услышанного Феликсу понадобилось несколько минут, чтобы хорошенько просмеяться и прийти в себя. — Вполне устроит, следователь Ли. Однако, — блондин вытащил из кармана сложенный лист бумаги и протянул его в руки Минхо. Тот многозначительно посмотрел на юношу, ожидая, что тот объяснится. — Здесь имя одной женщины. Я уже многое смог узнать сам, вот только так и не смог лично отыскать её. У вас всё же больше полномочий в таких делах, а вот мои руки, к сожалению, связаны. — Кто это? — поинтересовался Минхо. Феликс, слегка улыбнувшись, пожал плечами. — Хотелось бы мне знать, — развернувшись, блондин махнул рукой. — Я свяжусь с вами в течении двух дней. К тому времени подготовьте побольше историй про Хенджина, — загадочный парень Ли Ёнбок исчез так же внезапно, как и появился. Вернувшись в отдел, Минхо начал развешивать на стене всё, что удалось узнать во время расследования. Глупое занятие, вошедшее в привычку следователя. Однако так ему было проще отслеживать невидимые связи и выстраивать логические цепочки при изучении различных преступлений. Снимки с места преступления, предсмертные записки, имена свидетелей и их показания, Ли разместил даже фотографию белоснежных цветов, что слегка выбивались из общей картины. Какое значение в себе несут эти несчастные подснежники, следователю всё ещё предстояло выяснить. Усевшись на место, шатен начал перебирать бумаги, оставленные на столе. — Два самоубийства… — Минхо и сам не заметил, как начал рассуждать вслух. — Две записки. Одна — словно мольба о прощении, вторая — угроза другому человеку. Передозировка от разных веществ. Убийца знал необходимые дозы. Жертвы были связаны, знакомы лично, — потерев виски, Ли продолжил проговаривать себе под нос: — Сумин не выходил на связь, соседи ничего подозрительного не замечали, кроме подавленного состояния Квана. В основном отчёте не указали про гематому на затылке. Если верить Хвану, то она была нанесена каким-то тупым предметом. Сопротивлялся? Скорее всего. Часы нашли в районе Нокду, однако отпечатки на них только Хонджуна и Хана. Записка была в вазе с цветами. Цветы… Рисунки цветов, людей… — тряхнув головой, словно избавляясь от ненужных мыслей, Минхо продолжил. — Сохи была в Нончхоне, от её собутыльников мало что удалось выяснить. Нужны камеры… У компании Сохи были проблемы с Сумином. Но убийство? И почему саму Сохи убили? — Минхо отложил в сторону ручку, которой до этого делал пометки в потрёпанном блокноте. — Родственники Сумина хотели закрыть дело, а Хан… — запнувшись, следователь словно вышел из транса и наконец заметил стоящего возле его стола уже около пяти минут коллегу. — Я уже думал экзорциста вызывать. Сидишь тут, как одержимый, тараторишь себе под нос. Давненько такого не было, — слегка усмехнувшись, проговорил Чонхо. — О какой связи ты говорил? — Что? — Ну, между делами. Что их связывает? — Семья Ян… — словно вспомнив о чём-то, Минхо вскочил с места. — Чхве, пробей в базе Ян Вон Шик. Выясни, где он сейчас находится. Этот человек может быть как-то замешан во всём этом, — схватив с собой куртку, Ли уже направлялся к выходу. — Эй! А ты куда? — крикнул ему вдогонку Чонхо. — Хочу выпить чашечку кофе, — без каких-либо объяснений ответил Ли. — Словно ураган прошёлся… — к Чонхо подошёл светловолосый юноша, спуская с лица медицинскую маску и держа в руках тяжёлую груду различных папок. — Десять минут назад отчитывал меня, что я плохо изучил место преступления, а сейчас и след его простыл. — Он всё такой же, следователь Ли Минхо… — покачав головой, проговорил Чхве. — Ёсан, ты занят сейчас? Не хочешь тоже выпить кофе? — Чонхо с надеждой посмотрел на стоящего рядом мужчину. — Занят, — отрезал Кан, передавая коллеге всю груду бумаг, что держал до этого в руке. Тяжело вздохнув, Чхве уже собирался приняться за новообретённое задание, когда вдруг ощутил на спине тепло от чужой руки. — Но от кофе не откажусь, — улыбнувшись проговорил Ёсан.

***

      9 марта, 11:30. Нависшее над Сеулом мрачное небо, словно отражало внутреннее состояние Хана. Сгустившиеся серые облака выглядели так, будто вот-вот разрыдаются проливными слезами, накрывая собой случайных прохожих, что спешат куда-то в столь ненастную погоду. Вот только дождя не было. Сама природа противилась этому, сдерживая любые порывы ветра и лишь сильнее сгущая краски грузных туч в тёмные тона. Таким было утро Джисона, а может, и вся его жизнь. Вернувшись в общежитие, Хан и не рассчитывал застать здесь своего соседа. После их ссоры Джисон многое переосмыслил. На самом деле, в глубине души он сожалел, что так по-детски повёл себя в тот вечер. Как и всегда, Хан поддался своим необузданным эмоциям и не смог мыслить рационально. Хотелось бы ему научиться сохранять такое же спокойствие, которое всегда отражалось на лице следователя Ли. В тот момент такое умение очень бы пригодилось Хану. Однако разбитую чашку, как ни пытайся, склеить уже не получится. И, видимо, Хонджун тоже решил отвернуться от своего вспыльчивого друга. — Мог хотя бы записку оставить, что ли… — тихо пробормотал Джисон, разглядывая верхний ярус кровати. Заправлена. Неспешным шагом Хан приблизился к их общему шкафу. Распахнув дверцу, шатен вздохнул с облегчением. Вещи тоже на месте. Значит, ещё вернётся. — Мог хотя бы сказать, где тебя черти носили два дня, — сказать, что Хан испугался — ничего не сказать. Внезапно раздавшийся голос из ванны, заставил шатена подпрыгнуть на месте. Схватившись за первую попавшуюся вешалку, Джисон резко обернулся на сто восемьдесят градусов, намереваясь обороняться от незваного гостя. Однако, столкнувшись лицом с не менее перепуганными глазами своего соседа, Хан выронил вешалку из рук. — Хонджун?! Какого ху… — блондин облегченно вздохнул, протирая полотенцем мокрые волосы. Джисон был не готов прямо сейчас встретиться с ним. Он просто не знал, как теперь им общаться после случившегося. Что нужно сказать? Следует ли ему извиниться? Или наоборот лучше и дальше игнорировать друг друга. Вот только всё это уже было неважно, ведь сейчас Ким стоял прямо перед ним, всё также слегка ухмыляясь. — Я сам вернулся минут десять назад, — разорвал молчание Хонджун, опускаясь на нижний ярус кровати. — Мы с Сонхва… — на этих словах Ким слегка запнулся. Однако Хан может поклясться, что увидел на его лице лёгкую улыбку, которую блондин быстро спрятал под маской серьёзности. — В общем, мы были в твоём родном городе, Хан. — И? — Джисон сложил перед собой руки. — Ты говорил, что поедешь туда. Что-то узнал? — мысленно Хан поблагодарил своего соседа за то, что он решил пока не затрагивать беспокоившую их двоих тему. — Думаю, да, — встретившись взглядами, Хонджун виновато отвёл глаза в сторону. Всё это казалось ему неправильным. Не так он хотел начать их разговор. Придвинув к себе покоившийся на полу рюкзак, Ким подозвал Джисона подойти ближе — Взгляни на этого человека, — блондин указал на чёрно-белую фотографию мужчины в форме, что располагалась в заголовке пожелтевшей газеты. — Не узнаёшь его? — Ты бы ещё папирус притащил, кто ж тут что разберёт… — прищурившись, Хан, наконец, смог разобрать черты лица этого человека. — Погоди, так это же дядя Мин! — Джисон удивлённо взглянул на Хонджуна. — А он тут каким боком? — Хан, это и есть Кван Сумин — мой дядя, — от услышанного, глаза Джисона расширились ещё больше. — Но не это самое главное, — Ким вновь принялся рыться в своём, казалось бы, бездонном рюкзаке. Повозившись с минуту, блондин достал из него маленькую мягкую игрушку. При виде рыжего зверька сердце Хана замерло в грудной клетке. Было сложно поверить в реальность происходящего. Этот день и без того обещал быть отвратительным, учитывая, что именно сегодня состоятся похороны его «любимой» матери. Однако открытия Хонджуна ещё больше шокировали и без того настрадавшийся мозг Джисона. — Откуда? — Хан медленно взял в руки лисёнка, озадаченно всматриваясь в него. — Йенни, точнее, Ян Чонин. Мой дядя писал именно о нём, — следом за игрушкой Ким выудил до боли знакомую записку Хана. — Это его брата Кван Сумин не смог спасти десять лет назад, — заключил Хонджун. — Да, я слышал об этой трагедии, — не отрывая взгляда от игрушки, Джисон кивнул головой. — Но меня уже не было тогда в том городе. Мы… — Хан прикусил нижнюю губу, прежде чем выдавить из себя следующие слова. — Мы были друзьями, но меня не было тогда рядом с ними. Я даже не был на похоронах Джихёна. — Хан, — Хонджун аккуратно опустил свою руку на плечо шатена, выводя того из транса. — Прости меня, я не должен был тогда сомневаться в тебе, — Джисон поднял взгляд и столкнулся с полными отчаяния и боли глазами блондина. Светлые брови опустились, а само лицо слегка осунулось. В этот момент Хан осознал: он был не единственным, кто винил себя всё это время. — Но клянусь, — Ким чуть сильнее сжал плечо соседа. — Я доберусь до правды. Мы выясним, кто стоит за этим и как твои отпечатки оказались на часах дяди. — Что, уже убрал меня из списка подозреваемых? — слегка усмехнувшись, проговорил Джисон. — Я тебя туда и не вписывал, — обиженно пробубнил Ким, не собираясь уточнять, что вписал его имя туда карандашом. Но по приезде сразу же стёр из своего блокнота. — Ладно, проехали. Я тоже был хорош, — Джисон похлопал по руке Хонджуна, одаривая его мимолётной улыбкой. — На твоём месте, я бы даже на километр не приближался к себе и заявил бы следователю, что жил всё это время под одной крышей с убийцей, — задумавшись, проговорил шатен. — Я, кстати, с ним в тот вечер столкнулся. Он меня чуть не сбил, поэтому любезно предложил мне крышу над головой. Ты бы видел его квартиру! Никогда бы не подумал, что следователям много платят… — Крышу над головой… Понятно, — лукаво улыбнувшись, Хонджун удобнее расположился на кровати своего соседа. — Что тебе там понятно? — приземлившись рядом, Хан толкнул соседа локтём под рёбра, на что тот только сильнее рассмеялся. — И вообще, какого хрена ты на моей кровати расселся? На свою ползи. — Ты когда убежал, я всю ночь глаза сомкнуть не мог. Пытался дозвониться, так у тебя телефон был отключён. Вот я и задремал на твоей кровати, — спокойно произнёс Хонджун. Однако услышанное для Хана было отнюдь не обыденной вещью. Было сложно поверить, что за него действительно волновались. — Мы с твоей кроватью, считай, породнились, — Ким слегка похлопал по белоснежной пуховой подушке. — Ещё чего?! Я её тебе уступлю, разве что, если ты в синий перекрасишься и концерт в «Arriba» устроишь! — от возмущения щёки Хана забавно надулись, вызывая у Хонджуна новую волну смеха. — Эй, я ловлю тебя на слове! — всё ещё смеясь, Ким ткнул указательным пальцем в бок своего соседа, вызывая теперь уже у него волну смеха. Успокоившись, Ким поведал своему соседу о встрече со странной старушкой, что твердила о проклятиях, рассказал и о том, как они с профессором пробрались на старую ферму. Эмоции на лице Хана сменялись каждую секунду, пока он слушал о небольшом приключении блондина. Дойдя до части со сломанной машиной и ночёвкой в старом гостином доме, Хонджун уже не так красочно описывал события, тщательно стараясь скрыть своё смущение и как можно быстрее проговаривая основную информацию. — Погоди-погоди! — Хан выставил перед ним руку, пытаясь осмыслить сказанное. — Ты что-то мне недоговариваешь, — шатен изучающе заглянул в лицо Киму, который отчего-то старательно отводил глаза в сторону, избегая зрительного контакта. — Тебе кажется, — быстро проговорил Хонджун, нервно перебирая пальцами свои подсохшие волосы. — Давай-ка с тобой договоримся, — голос Хана стал на удивление слишком серьёзным, из-за чего Ким, наконец, повернулся к нему, вслушиваясь в каждое слово. — Никаких секретов, ладно? Если тебя что-то тревожит или у тебя вновь возникают какие-то сомнения, — на последнем предложении Хан сделал акцент. — Говори сразу. Обещаю, впредь не буду так остро на всё реагировать. — Ладно-ладно, — нервно проговорил Ким, собираясь с духом. — В общем, я… — сжав одной рукой несчастную подушку, Хонджун прикрыл другой своё слегка покрасневшее лицо. Для Хана такая реакция его соседа была в новинку, потому, уже сгорая от нетерпения, шатен чуть ли не начал прыгать на одном месте. — Ну что? Что ты?! — Я поцеловал профессора, — на одном дыхании произнёс Ким. — И он мне ответил, — если бы существовал счётчик, который фиксирует, сколько раз за день человек испытывает удивление, то шкала Хан Джисон за этот день уже достигла бы максимального значения. — Это… Хорошо? — честное слово, Хан и понятия не имел, что говорить. Вообще, как нужно ему реагировать. — Не думаю, — тяжело вздохнул Хонджун. — После этого он разбудил хозяйку посреди ночи, требуя отдельную комнату, а потом и вовсе всю дорогу до Сеула не произнёс ни слова. Меня это так раздражало, что мы доехали не за пять часов, а всего за четыре! — Ким яростно взмахнул рукой, едва не зашибив при этом своего соседа. — Остынь! — Хан принялся обмахивать руками, словно веером, закипающего от злости Хонджуна. — Просто он не знает, как реагировать. Если он ответил тебе, значит, ты ему, как минимум, не противен, — слова Джисона успокаивающе подействовали на блондина. — Нужно время. Тебе необходимо успокоиться и подумать обо всём, как и ему. А затем вы уже решите, что делать с этим дальше, — Хан ободряюще похлопал своего соседа по руке. — А вы точно психолог? — с усмешкой произнёс Ким. Просидев в уютной тишине пару минут, Хан решил уточнить некоторые беспокоившие его детали. — Так кого ты подозреваешь? — Джисон уставился на своего соседа, ожидая от него конкретного ответа. Задумавшись, Хонджун тяжело вздохнул. — Не знаю, Хан. Но я чувствую, что с семьёй Ян это тоже напрямую связано. Следователь Ли написал мне, что уже поговорил с ними, но ничего конкретного он мне не рассказал. Решили обсудить всё при встрече, — цокнув языком, проговорил Ким. — Но? — Но я не могу оставаться в стороне, — улыбка, возникшая на губах блондина, очень не понравилась Хану. — Познакомишь меня со своим другом?

***

      9 марта, 13:00. Размеренные шаги эхом отражались от серых стен здания крематория. Само это место кричало от скорби по погибшим душам, что встречали здесь свой последний час. Вдали были слышны чьи-то отчаянные рыдания, от которых у Хонджуна прошёл мороз по коже. Хан шёл впереди рядом со своим начальником, что прибыл на место раньше них и уже обговорил все детали самой процессии. Со слов Чана, тело Сохи уже доставили и дожидались только её сына. Хан замер напротив металлической двери, за которой его ожидало отнюдь не самое приятное зрелище. Стоящий рядом Чан, успокаивающе похлопал Джисона по спине. Ему нужно было время, чтобы осознать то, что через несколько минут тело его матери превратится в прах. Невольно Хонджун вспомнил собственные эмоции, которые одолевали его на похоронах дяди. Он прекрасно понимал, что сейчас чувствует Хан. В каких бы отношениях не были эти двое, как бы сильно Джисон не проклинал её, она всё ещё была его матерью, которая подарила ему эту жизнь. От этих мыслей желудок Хонджуна болезненно скрутился. Никому не пожелаешь испытать такое. Сделав глубокий вдох, Хан, наконец, открыл дверь и зашёл вглубь просторной комнаты. Проследовав за ним, Ким обнаружил, что внутри собралось больше людей, чем они ожидали увидеть. Возле гроба стояли сотрудники крематория, с которыми о чём-то беседовал судмедэксперт. Очевидно, он и доставил сюда Сохи. У окна расположился следователь Ли, что изучающе осматривал собравшихся людей. Заметив вошедшего в комнату Хана, мужчина безмолвно кивнул ему в знак приветствия. Возле самого гроба стояло несколько женщин, которые, скорее всего, являлись дальними родственницами погибшей. Со слов Хана, узнав о случившемся, те удостоили его сухими соболезнованиями и яро заявили, что окажут ему любую поддержку. Вот только при просьбе помочь с организацией похорон, женщины находили любые оправдания, лишь бы не прикладывать к этому делу свою руку. — Торжество лицемеров, — еле слышно проговорил Хан, подходя к деревянному гробу, накрытому белой тканью. С другой стороны комнаты стояло ещё несколько человек, при виде которых, лицо Хана скривилось. Двое мужчин, лет сорока, еле стояли на ногах и что-то активно обсуждали между собой. Ким предположил, что это были те самые «закадычные» друзья из компании Сохи. — Как их пропустили в таком состоянии, — обернувшись, проговорил блондин. — А это их обычное состояние, — ответил, стоящий позади Чан. Нахмурившись, брюнет проследовал в сторону этих двоих. Через минуту, спор между мужчинами затих. Интересно, что такого им сказал владелец клуба? Через несколько минут, к Хану приблизился светловолосый юноша, который после перекинутых стандартных фраз, молча заключил его в объятия. Хонджун не знал этого парня и не видел его прежде рядом со своим соседом. Присмотревшись, Ким заметил наполненные слезами лисьи глаза. О чём говорили эти двое, блондин не мог расслышать. Намереваясь подойти ближе и представиться, Ким не успел и сделать пары шагов, когда почувствовал на своём плече стальную хватку. — Не сейчас, — позади раздался голос следователя. — Ты верно подумал, это Ян Чонин, — обернувшись лицом к мужчине, Хонджун одарил его недоумевающим взглядом. — Вы уже говорили с ним? Что думаете? — Ким настороженно обернулся через плечо, наблюдая за тем, как его друг вместе с Ян Чонином приветствует прибывающих гостей. — Думаю, что мальчишка либо замечательный сын и друг, либо настоящий актёр, — опустив руку, проговорил Минхо. — Но пока всё указывает на первый вариант, — опережая встречные вопросы, Ли добавил. — Я проверил его. Студент медицинского, учится на отлично, с детства заботится о матери и младшем брате. Работает официантом в кафе «S-klass» у моего друга. Незадолго до своей смерти, Сумин заявлялся к нему на работу. — Разве это не повод считать его главным подозреваемым? — удивлённо проговорил Хонджун, на что Минхо невольно закатил глаза. — На камерах видно, как Чонин, завидев Квана, скрылся в служебном помещении и не выходил, пока тот не оставил его в покое. Они даже не поговорили в тот день. После Сумин больше не приходил туда, а Чонин всё также спокойно продолжил свою работу, — следователь направился обратно к своему первоначальному месту, заставляя Кима проследовать за ним. — Никаких доказательств его прямого участия пока не было обнаружено. А ты, — Минхо указал на Хонджуна. — Запомни, при расследовании самое главное — отключать свои эмоции. Важны сухие факты. — Не думал, что вы поучать меня начнёте, — хмыкнул Хонджун. — А его мать? Отец? С ними вы говорили? — С матерью говорил, — следователь отрицательно закачал головой. — Мимо. Сначала я предположил, что у душевнобольной женщины, лишившейся своего ребёнка, достаточно мотивов для убийства. Ошибся. Её реакция, манера речи, движения — всё это отличалось от моих представлений. Она искренне сопереживала твоему дяде. Думаю, они были даже ближе, чем кажется. Сохи она терпеть не могла, но не более того. Все эти люди остались для неё в прошлом, которое она похоронила вместе со своим сыном. — А Ян Вон Шик? — А тут уже сложнее, — вздохнул Минхо. — Местоположения этого человека неизвестно, как и то, жив ли он вообще. В базе данных он числится пропавшим без вести. — Думаете, он может быть причастен? — Думаю, что следует наблюдать за всеми собравшимися здесь. Опыт подсказывает, что убийца даст о себе знать. Нужно только подождать, — заметив поникнувший взгляд блондина, Ли цокнул языком. — Я сам разберусь с этим, Хонджун. Ты и так уже многое сделал. Если хочешь помочь, пришли мне позже точные координаты места, где вы нашли часы твоего дяди. А сейчас, — Минхо развернул парня за плечи в обратную сторону. — Лучше поддержи своего друга. Сделав несколько нерешительных шагов, Ким всё же решил прислушаться к словам мужчины. За своими собственными проблемами он вновь упускал самое главное. Повторять прошлые ошибки ему не хотелось, поэтому Хонджун проследовал в направлении к гробу, над которым уже склонился Джисон, произнося прощальные слова для своей матери. Он нужен сейчас там, рядом со своим другом. — Клянусь, если ещё хоть одна душа решит сегодня вывести меня из себя, я точно уйду в монастырь! — позади донёсся голос Хенджина, который только подошёл к следователю. Дальнейший диалог между мужчинами Ким расслышать не мог, так как всё его внимание теперь было приковано к совершенно другим вещам. Каждый, кто решил в этот день посетить прощальную церемонию, неспеша подходил произнести несколько заученных и банальных фраз. Кто-то ограничивался лишь поклоном в сторону погибшей женщины и оставленным белым цветком недалеко от фотографии ещё молодой и улыбчивой Сохи. Другие же останавливались на несколько минут, подбирая как можно более дружелюбные и лестные слова в сторону столь неоднозначной личности. Хонджун решил примкнуть к первой категории людей, так как мало знал эту женщину и единственная их встреча была отнюдь не из самых приятных. Оставив цветок, Ким на секунду задержался, рассматривая портрет Сохи. Фотография явно была сделана давно, ведь на её лице ещё не было проступивших морщин и нынешних опухлостей из-за постоянного потребления алкоголя. Кожа была светлой, без пожелтевших пятен из-за проблем со здоровьем. Что же в итоге привело её к такому состоянию? Глядя на миссис Хан, Хонджуну трудно было представить, что такая женщина вытворяла ужасные вещи в кругу своих друзей-алкоголиков. Казалось, что она была добрым и светлым человеком, который всегда поможет в трудную минуту нуждающимся. Её глаза светились от счастья и были полны любви, которой, к сожалению, она не смогла окутать своего ребёнка. Долго задерживаться Хонджун не собирался, однако, обернувшись через плечо, Ким заметил, как позади него точно также замер Джисон, болезненно глядя на фотографию своей матери. — Это единственная фотография, которую мне удалось отыскать, — прикрыв глаза, тихо произнёс Хан. — Тётушка Соль сказала, что сфотографировала её в день выписки из роддома, — поджав губы, Джисон добавил: — Думаю, это был первый и последний раз, когда она была рада видеть меня. — Хан… — Хонджун протянул свою руку, слегка касаясь чужого предплечья. — Я в порядке, правда, — Джисон натянул на лицо кривую улыбку. — Что ж, матушка, через десять минут от тебя останется лишь серый пепел, — стальные нотки прозвучали в его голосе. Вся боль и обида отразились в следующих произнесённых им словах. — Надеюсь, мы не скоро с тобой встретимся, — резко развернувшись на носках, Хан собирался оставить позади своё мрачное прошлое, связанное с этой женщиной. Хотелось оставить только хорошие воспоминания. Вот только, при всём желании, в голову приходили только вечные крики и побои, которые он натерпелся за тринадцать лет жизни под одной крышей с ней. — Погоди, — раздался встревоженный голос Хонджуна. — А это ещё что? — блондин указал на краешек какой-то потёртой бумажки, что еле проглядывала среди оставленных белоснежных цветков. Нахмурившись, Хан протянул руку к загадочному предмету. На листке синей ручкой был сделан небрежный рисунок маленьких цветов. — Похоже, кто-то пожалел класть тебе настоящие цветы, — усмехнулся Джисон. Он уже был готов скомкать этот импровизированный букет, когда лист из его руки перехватил Хонджун, поворачивая его обратной стороной. Увиденное, ввергло в ступор двух молодых людей. Всё той же синей ручкой на бумаге были выведены три ужасающих слова.

«Ты будешь следующим?»

В голове Хана вновь раздался болезненный шум. Его охватила паника. Полными ужаса глазами шатен начал оглядываться по сторонам в поисках того, кто решил так глупо поиздеваться над ними. — Успокойся, — Хонджун крепкой хваткой остановил друга за плечи. — Дыши ровно. — Да как?! — голос Джисон сорвался на крик, что привлекло внимание других людей. Ким на любопытные взгляды лишь качнул головой. Сорвался парень, что тут высматривать. — Ты спугнёшь его, — тихо проговорил блондин. — Пока спрячь эту записку, сделаем вид, что ничего не произошло. Следователь сказал наблюдать за окружением, похоже, он оказался прав. — Тогда почему бы и не отдать её Ли? Это может быть зацепка, — понизив голос, но всё также истерично протараторил Хан. — А может, чья-то глупая шутка, — отрицательно закачал головой Ким. — Отдашь. Не здесь только. Я хочу кое-что проверить, ладно? — Хонджун говорил спокойно, как можно внятнее. Он видел, в каком состоянии пребывает сейчас Джисон. Нужно было его успокоить. — Сейчас он точно не будет действовать. Мы в безопасности, ты в безопасности, Хан. — Хорошо… Ладно, — шатен закивал головой. — Тот парень, — Хонджун кивнул в сторону Чонина, что мирно беседовал с судмедэкспертом. — Организуешь нам встречу? — Ты что, думаешь… — Ким прервал его на полуслове. — Сегодня, в кафе «S-klass».

***

      Медленной неровной походкой Хан покинул помещение, что теперь навеки будет ассоциироваться у него со смертью и холодом. Спину жгло от сочувствующих взглядов старых и новых приятелей. В голове творился полнейший хаос из-за недавней находки. Угрозы, что он обнаружил вместе с Хонджуном. Злосчастная бумажка жгла его кожу. Запихнув её во внутренний карман своего пиджака, Джисон попытался вернуть себе прежнее спокойствие. Парень отошёл за угол здания, надеясь, что тот сможет стать надёжным временным укрытием от холодного ветра и пристального внимания. Трясущимися руками Джисон достал из-за пазухи запечатанную пачку сигарет «Venom». В книгах и фильмах часто романтизируют курение, внушая, что они способны помочь справиться со стрессом. Шатен хмыкнул. Пришло время проверить, правда ли это. Стоило парню подкурить сигарету новой, самой обычной кремниевой зажигалкой, как его уединение было бесцеремонно прервано. — Не говорили, что курить вредно? — знакомый голос заставил дёрнуться от неожиданности. Походка следователя всегда казалась ему слишком тихой и плавной, возможно даже кошачьей, только вот Джисон старался выкинуть это глупое сравнение из своей головы. — Кто?! Мама? Папа? — чуть повысив тон проговорил юноша, активно размахивая руками, что чуть не прожёг тлеющей сигаретой ворот пиджака Ли. После вновь зажал её между губ. Машинально Хан нащупал другой рукой во внутреннем кармане записку. Вновь одолевающие сомнения отразились на его лице, что не осталось незамеченным для Минхо. «Отдашь. Не здесь только», — голос Хонджуна пронёсся в голове шатена. — Спокойно. Выдохни. Всё худшее уже позади, — голос Ли наоборот был спокойным и ровным. — Ты молодец. Дальше будет легче, — мужчина внимательно всматривался в бледное осунувшееся лицо парня. Словно опомнившись, Минхо вырвал почти потухшую сигарету прямо изо рта Джисона, быстро делая затяжку. — Что вы делаете? — карие глаза ошарашенно смотрели на следователя, который со скучающим видом курил и осматривал округу. — Как что? Курю, не видишь что ли? — лукавая ухмылка озарила лицо мужчины. — Во-первых, вы только что пытались провести лекцию о вреде курения, а во-вторых, вы в курсе, что это можно считать за непрямой поцелуй? — шатен не пытался скрыть своего шока, говоря первое, что пришло на ум. Признаться, Ли даже не рассматривал свои действия в подобном ключе, потому на пару секунд впал в ступор, рассматривая окурок в своей руке. Он почувствовал, что уши начинают медленно краснеть, потому решил, что пауза между ними двумя слишком затянулась. — Тебя это смущает? — одним ловким броском Минхо отправил причину их конфуза в урну, что стояла неподалёку. — Меня? — теперь уже пришла очередь Хана впадать в ступор. — Забыли, — махнул рукой мужчина. — Просто хотел сказать, что в жизни и без того дерьма хватает, — Ли кивнул на пачку, что уже изрядно скомкалась в крепко зажатом кулаке парня. — Тебе ли не знать? — следователь опёрся спиной на стену здания, смотря шатену куда-то за плечо. — Звучит лицемерно, — юноша не задумываясь выкинул сигареты в урну, а после стал рядом с Минхо таким образом, что их плечи едва касались друг друга. Где-то в глубине души парню хотелось снова разрыдаться, чтобы получить новую порцию исцеляющих объятий, как в ту дождливую ночь. Но произошедшее было лишь минутной слабостью уставшего юноши. Он не мог позволить себе подобное ещё раз. Следователь ему нравился, он был хорошим человеком. Нельзя стать в его глазах слабаком и плаксой. — Я сейчас не курю. В молодости баловался, по глупости, не более. Так что и тебе не советую, — тихо ответил мужчина. — Говорите как старый дед. Сколько вам лет? — Двадцать девять. — Не так уж и много. Могу задать вопрос? — Ты уже задал два, если что, — в ответ на эту реплику Хан закатил глаза, а следователь довольно заулыбался. Всё-таки, следуя за Джисоном, он собирался не дать ему погрузиться в пучину мрачных мыслей. Вроде как получалось. — Ну давай, говори уже. — Мне кажется, что вы соврали, когда сказали «баловался». Почему курить начинали? — руки Минхо были спрятаны в карманы удлинённого черного пиджака, потому Хан не мог заметить, как мужчина начал непроизвольно ковырять заусеницы на пальцах. Он устало прикрыл глаза, будто этот вопрос заставил следователя испытать боль. — Я могу не отвечать? — голос Ли звучал безжизненно и глухо. Хан сразу же пожалел, что затронул, судя по всему, больную тему. — Можете. Просто я подумал, что вы знаете обо мне почти всё, а я о вас ничего. Что-то вроде «откровение за откровение», — десять долгих минут они провели в гнетущей для Джисона и необходимой для Минхо тишине. — Тогда я только закончил университет. Вышел на работу, мне должны были первое дело передать, — он сделал паузу, пытливые карие глаза смотрели словно в пустоту. Мужчина мысленно пролистывал страницы своего прошлого, воскрешая в памяти даже самые мелкие детали. — Подвернулся звонок очевидцев. Девушка спрыгнула с крыши, нужны люди. Меня туда и отправили, дело плёвое. Самое то, для зелёного меня. Опыта набираться, как говорил Пак Джинён, — следователь горько хмыкнул. — Только вот он не знал, что эта девушка окажется моей близкой подругой, с которой мы учились вместе. — Мне очень жаль. — Мне тоже. Она встречалась с другим моим другом. Ему было в разы тяжелее, потому мне пришлось взять себя в руки раньше, чем хотелось бы. Думал, что сигареты помогут. Не будь на мне ответственности в виде друга — запил бы, — следователь Ли заметил тень, что мелькнула на лице Джисона, поспешил добавить. — Лицемерно, Хан, — напоминая о желании парня напиться в ту саму ночь, памятную для них обоих. — Я ж не напился. — Я тоже. — Знаете, у нас гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. — Возможно, — Минхо замолчал на пару мгновений, наслаждаясь уютной тишиной, что теперь царила между ними. С Джисоном было приятно даже молчать, Ли всегда ценил это качество в людях. Красоту момента нарушала лишь неприятная горечь во рту, что осталась после незапланированного курения. — Сигареты отстойные купил, — следователь скривился, подавляя желание плюнуть прямо на тротуар. — Убить мало того, кто тебе это подсунул. Где брал? — Вообще-то, в магазинчике около вашего дома, — Хан сложил руки на груди, собираясь отстаивать честь бабульки, что торговала табачной продукцией и свежей выпечкой. Странное сочетание, однако именно оно выручило юношу ранним утром. — Бабуля посоветовала мне их. — Старуха Хэ всегда подсовывает всякое дерьмо кому ни попадя. Нашёл, кому доверять. Она ещё и цены задирает раза в три больше. Сколько ты заплатил за них? — самодовольная улыбка, что внезапно расцвела на лице шатена, слегка смутила Минхо. — А я не платил. Сказал, что мы с вами близкие друзья и она записала все мои покупки на ваш счёт. Очень приятная женщина, зря вы так. — Покупки? — Ну я взял завтрак: чай и пиццу. Решил сильно не наглеть, — огоньки веселья мерцали в глазах Джисона так ярко, что Минхо невольно засмотрелся. Мужчина глубоко выдохнул. — В следующий раз, когда решишь снова начать курить, бери «Siren» или «The King». Они мне больше нравятся. — Замётано, — кивнул юноша, отталкиваясь от холодной стены здания. Он собирался вернуться обратно ко всем друзьям, что пришли поддержать его сегодня. Хан уже почти скрылся за поворотом, как услышал окрик. — Поужинаем сегодня вместе? — Минхо уже было подался вперёд, чтобы догнать парня. На его вечно невозмутимом лице читалась нерешительность. Такой вид следователя сбил Хана с толку. — Куда? — юноша подошёл к мужчине, выдерживая между ними приличную дистанцию. — Можно в тот ресторанчик, куда ходили в прошлый раз. Я адрес напишу, ну или могу забрать тебя из общежития, — Ли растирал руки от несуществующего холода. Если бы Джисон плохо знал его, то мог бы подумать, что тот волнуется. — Сам доеду, — отмахнулся парень. Он протянул руку, якобы стирая невидимые пылинки с воротника чужого пиджака. Мысль, внезапно родившаяся у него в голове, заставила Хана посмеяться. — Знаете, вы странный, следователь Ли, — мужчина приподнял бровь, в ожидании объяснений. Джисон тихо посмеялся, а после продолжил: — Не думал, что меня когда-нибудь позовут на свидание на похоронах собственной матери.

***

      День, изрядно насыщенный на события, никак не заканчивался. Джисон мысленно проклинал время, которое, казалось, замедлилось в три раза, не давая стрелками часов закончить этот раздражающий круг на циферблате. Почему сейчас он несётся сломя голову за своим обезумевшим приятелем? Ведь мог же спокойно отсыпаться в общежитии, перед долгожданным ужином. Но нет, совесть не позволила отправить Хонджуна одного на разговор с Чонином. Видимо он был хорошим другом. Только непонятно, для кого именно. — Ким Хонджун, если ты сейчас не замедлишься, то я выплюну лёгкие! — он пытался взывать к сочувствию, параллельно приводя в норму сбившееся дыхание. На удивление, сработало. Блондин замедлил свой темп. — Ты сегодня слишком медлительный, — скривился парень, оборачиваясь на несчастного шатена. — Если ты забыл, то я на ногах с раннего утра. А ещё мы сегодня похоронили мою мать. Я имею право быть медлительным! Ким закатил глаза, складывая руки на груди. Сцена между этими двумя разворачивалась прямо посреди пешеходной дорожки, ведущей в известное каждому студенту кафе. Им предстояло преодолеть считанное количество шагов, чтобы достигнуть своей цели. Именно это подстёгивало Хонджуна, заставляя нетерпеливо притопывать ярким кроссовком по вымощенной плитке. — Ты бы имел право на такое нытьё, если бы не собирался на свидание в день похорон своей матери! И вообще, тебе не кажется эта идея странной? — блондин скривил лицо, не пытаясь скрыть своё неоднозначное отношение к сложившейся ситуации. — Это говорит мне человек, который целовался в мотеле с нашим преподом? — специально повышая голос, парировал Хан. Ким шикнул на друга, срываясь с места и закрывая рот неугомонного товарища рукой. — Совсем с ума сошёл? — Ну ты же и так говоришь, что я странный. Мне нечего терять, — парень скинул с себя руки Кима и пошагал вперёд. — И вообще, сколько можно тормозить? Мы дойдём сегодня до кафе или нет? Ароматный запах кофе и булочек с корицей окутывал с ног до головы каждого посетителя кафе «S-class». Просторное светлое помещение каждый раз манило своей уютной расслабляющей обстановкой, пробуждая желание никогда не покидать его стен. Парням потребовалось несколько минут, чтобы осмотреть зал и найти взглядом знакомого парня. Ян Чонин сегодня выполнял роль официанта, разнося приготовленные напитки и десерты. Хан сразу же окликнул старого друга, привлекая его внимание. Хонджун направился в сторону барной стойки, намереваясь сделать заказ. Над кофемашиной кружил какой-то высокий светловолосый мужчина. Он оказался до безумия лучезарным и общительным. За пару минут, что они провели бегло переговариваясь, Ким смог многое узнать про этого человека. Невольно в голове провелась параллель между ним и Бан Чаном, владельцем клуба. Оба вели бизнес, были очень разговорчивыми и приветливыми. Однако разница между ними была размером с пропасть. Юнхо, как представился мужчина, напоминал золотистого ретривера. Много говорил о себе и своём деле. С ним ты чувствуешь себя максимально комфортно и расслабленно, в то время как с Чаном нужно было держать ухо востро. Владелец клуба много говорил о себе, однако вся информация оказывалась пустой и бесполезной, но в обмен на эти глупости он мог услышать много интересного от своих собеседников. Интересная тактика, Хонджун подметил её ещё при первой же встрече. — Он сейчас занят в зале, так что придётся подождать часик, — Хан присел на высокий стул рядом с Кимом. — Ой, это же ты, — Юнхо уставился на шатена, радостная улыбка в очередной раз украсила лицо мужчины. — Фруктовый чай, как в прошлый раз? — Да, пожалуйста, — надулся и немного покраснел парень. От огромного круговорота событий, что захлестнул Хана с головой, он совсем забыл про свой позор, который произошёл в стенах этого заведения. Хотелось провалиться под землю, лишь бы Хонджун не начал задавать вопросы. К счастью, мысли блондина были заняты другим человеком, мирно лавирующим между рядами столов. — Я случайно услышал. Вы к Чонину пришли? — хозяин кофейни поставил перед парнями их напитки, вклиниваясь в ещё не успевший завязаться диалог. — Да, — быстро ответил Хонджун, немного прищуриваясь. Его совсем не прельщала перспектива долгого ожидания. — Что-то важное? — Юнхо всегда легко считывал эмоции и настрой людей. Блондин буквально искрился нетерпением, что наталкивало на разного рода мысли. — Если честно, вопрос жизни и смерти, — сказал и не слукавил Ким. Мужчина хмыкнул, переводя взгляд на более спокойного несостоявшегося официанта. Шатен бросал на взвинченного друга настороженные взгляды. — Ну раз всё так серьёзно, то идите за тот столик, — мужчина указал рукой на один из самых удалённых столов, скромно выглядывающий из-за декоративной живой изгороди. Хонджун уселся на диванчик, откидываясь на невысокую спинку. Хан немного помедлил, анализируя расклад дел. Чутьё подсказывало, что азарт и запал Кима может сыграть с ними злую шутку. Парень решил взять на себя роль громоотвода. Скрипя сердцем и ножкой стула, он занял место во главе стола, оставляя второй диванчик напротив Хонджуна в распоряжении Чонина. — О чём вы хотели поговорить? — стягивая с себя фартук, проговорил Ян. — Извините за задержку, не думал, что столько посетителей будет, — юноша обвёл взглядом зал, в котором были заняты практически все столики. — Поэтому давайте сразу к делу. Босс отпустил меня, но не хочется злоупотреблять его добротой, — парень протирал вспотевшие ладони о грубую ткань синих джинсов. — Ты убил моего дядю и его мать? — вопрос разрезал воздух и ударил под дых сразу двух пусанцев, явно не ожидавших такой выходки. — Прости, что ты сейчас сказал? — первым оклемался Джисон, всё ещё удивлённо хлопая глазами. Еле слышный нервный смешок вырвался из грудной клетки Чонина. Глаза парня бегали по каменному выражению лица Хонджуна, стараясь уловить признаки глупой шутки. — Это розыгрыш какой-то? — наконец проговорил парень, настороженно поглядывая в сторону друга детства, по привычке ища в нём поддержку. — Ну ты же сам попросил, чтобы мы сразу к делу перешли, — Ким делал вид, будто про нормы приличия никогда прежде не слышал. — Я даже не знаю, кто твой дядя. Да и самого тебя вижу во второй раз в жизни. С чего бы мне делать что-то подобное? — первичный шок отступил, сменяясь негодованием и лёгким раздражением. — Его зовут Кван Сумин. Из-за него твоего брата не успели спасти. Веская причина, на мой взгляд, — Хонджун подался вперёд, пристально следя за реакцией блондина. Слова следователя никак не выходили из головы. Хотелось лично проверить актёрские навыки этого парня. — Хонджун, мне кажется, что ты перегибаешь палку, — поспешил вмешаться в разговор Джисон, накрывая своей ладонью руку друга детства. — Детективов пересмотрел? Я согласился вам встречу устроить ради нормального разговора, а не голословных обвинений, — шатен начинал медленно закипать, самоуверенность Кима немного раздражала. Он прекрасно знал Чонина, его характер и жизненную ситуацию, потому это обвинение казалось до смешного глупым. — Да понял я, понял. Извини, — пробубнил под нос Хонджун, вновь создавая дистанцию между собой и собеседником. В голове голос следователя Ли повторил наставление:

«Запомни, при расследовании самое главное — отключать свои эмоции. Важны сухие факты».

— Я уже говорил это следователю, но повторю ещё раз. Я не желал зла никому из них. Моя семья давно пережила это. Мы стараемся двигаться дальше, но события последних дней… Мама очень заволновалась после визита следователя, что чуть не наступил приступ. Слава Богу, что Юн смог её успокоить раньше, чем дело приняло серьёзный оборот, — голос Яна звучал спокойно и размеренно, будто он повторял заученные наизусть слова. Заметив скептицизм в глазах Хонджуна, неловко хмыкнул и поспешил добавить: — После смерти брата нас замучили таскать по всяким допросам и судам. Мне по сто раз приходилось повторять одно и то же. Сейчас ситуация немного похожа. — Почему ты спрятался, когда дядя приходил в кафе? — этот вопрос никак не давал покоя Киму. Блондин тяжело выдохнул. — Не знаю. Просто растерялся. Я не сразу узнал его, много лет прошло, он сильно изменился. Как понял, кто передо мной, так испугался, что сам не заметил, как спрятался в подсобке. — Это звучит очень странно и подозрительно, не находишь? — Хах, наверно, так и есть, — парень неуверенно растёр обратную сторону шеи, косясь на Хана. — Знаешь, твой дядя у меня всегда ассоциировался с какими-то проблемами и болью. Отец ненавидел его, так что мы часто всей семьёй получали за любое взаимодействие с ним. Возможно, у меня просто сработала защитная реакция, я не знаю. Просто спрятался от него и от потенциальных проблем. По-детски, но… — Я понял тебя. После этого ты не видел дядю? — Нет. — А маму Хана? — Тоже нет. Я не видел её уже много лет. Если не считать сегодняшних похорон… — понизив голос на последнем предложении, не думая ответил Чонин. — Мне Хан говорил, что ты первым опознал тело Сохи. Присутствовал при вскрытии? — Да, я прохожу практику. Всю работу делал мистер Хван, я только подавал нужные инструменты и записывал всё, что он говорил в его блокнот. — Может вы заметили что-то странное? Было что-то, что привлекло твоё внимание? — после этих слов Чонин нахмурился, стараясь вспомнить всё, что происходило несколько дней назад. — Да ничего такого… Хотя, знаете… — он окинул взглядом обоих парней, привлекая их внимание. — Я помогал разбирать её вещи санитарам. В куртке был какой-то жухлый букетик. Меня это почему-то смутило. Сам не знаю, почему, — внезапное оживление ребят немного смутило юношу. В это время Джисон и Ким обменивались ошалелыми взглядами. — А как выглядели эти цветы, не помнишь? — поспешил уточнить шатен. Ян снова задумался. — Знаете, я не силён в ботанике. Простые такие, белые. Вот сейчас как раз растут, — он усиленно пытался вспомнить название несчастного растения, но верный ответ постоянно ускользал от парня, оставляя ощущение неудовлетворённости. Казалось, что подобная глупость не должна вызывать такое резкое оживление в душах парней. Хонджун еле удерживал себя на месте, хотелось подорваться и оббежать круг по всему периметру кафе, чтобы отпраздновать эту маленькую победу. Новая зацепка была у них в кармане. — А ты сможешь нарисовать их? — поинтересовался Хонджун. Он подготовился заранее, потому быстро отыскал в портфеле ручку и блокнот. Чонин смотрел на пустые страницы весьма скептически. — Не думаю, что по рисунку станет понятнее, но давай попробую, — юноша неуверенно принялся за работу. Ему потребовалось долгих пятнадцать минут, чтобы изобразить что-то отдалённо напоминающее цветы. Было видно, что парень прикладывает максимум усилий, стараясь оставлять на бумаге ровные аккуратные линии, но руки будто не слушались Чонина, постоянно портя рисунок. — Ну я попытался, — он протянул блокнот обратно Киму, вверяя блондину своё творчество. Хонджун и Хан многозначительно переглянулись, обоим стало ясно, что этот парень точно не был автором этой зловещей записки. Ким чуть заметно кивнул шатену. Джисон понял его с полуслова. — На это похоже? — Хан достал из своего любимого рюкзака тетрадный лист с помятыми краями. На нём синей ручкой был нарисован набросок тех самых цветов. Рисунок был небрежным и неровным, словно художник накалякал его от скуки. — Да, это они! — радостно подтвердил догадку блондин. — Слушай, а ты присутствовал, когда этот Хенджин снимал отпечатки с часов? — Хонджун старался систематизировать информацию, которую смог узнать за всё это время, выходило с трудом. Огромное количество вопросов по-прежнему оставались без ответов. — Да, но… — парень почесал подбородок. — Знаете, мне не дают что-то делать самостоятельно, пока что. Мистер Хван показывал процедуру, то есть, как правильно снимать отпечатки и всё такое… Но мне тогда звонил Юн, у него были небольшие проблемы в школе. Мне пришлось срочно уйти, так что заканчивал с экспертизой он один. Я могу показать свой список входящих, чтобы вы мне поверили, — парень потянулся за телефоном, что лежал в кармане джинсов. — Не надо. Я верю, — отмахнулся Ким. — Хенджин говорил, что он тоже из Пусана. Причем из соседнего района… — неуверенно добавил Хан, поглядывая на экран собственного мобильника. Юноша постоянно дёргался, боясь упустить время и опоздать на встречу. — Знаешь, это начинает казаться очень странным совпадением. — Я не верю в совпадения, — коротко проговорил Хонджун. — Это всё? Мне нужно возвращаться к работе. Я итак отпрашивался сегодня днём, чтобы поприсутствовать на похоронах, — Чонин уже поднялся с насиженного места, неловко накидывая на шею неизменный фартук. — Где ты был во время этих убийств? — напоследок поинтересовался Ким. — Я не знаю точное время смерти твоего дяди… Но у меня не так уж много мест, где я могу пропадать. Кофейня, универ, — тихо перечислял юноша. — Местная больница, подвал судмедэксперта, да квартира матери. — То есть свидетели точно будут? — Я редко остаюсь один, так что, думаю, да, — широкая улыбка озарила лицо парня. Скомкано попрощавшись, он поспешил вернуться к выполнению своих рабочих обязанностей. Оставшись наедине, парни долго молчали, переваривая всё услышанное. Хан тихо переполз на диванчик, оказываясь рядом с другом. Оба уставились на два рисунка, что по-прежнему лежали на столе. — Теперь ты подозреваешь этого Хенджина? — коротко поинтересовался шатен. Хонджун издал тяжелый протяжный вздох, устало растёр лицо ладонями. — Наверно. Тогда нужно выяснить две вещи: умеет ли он рисовать; и есть ли у него мотив, — загибая пальцы, проговорил блондин. — Ну, первое я могу узнать сегодня у следователя, — отпивая глоток своего остывшего чая, ответил Хан. Он бросил беглый взгляд на экран телефона и чуть не подорвался с места. — Чёрт! Я опаздываю! — юноша вскочил, на бегу застегивая собственный рюкзак. — Мне ещё добираться… Пока, Хонджун! Пиши, звони, отправляй голубей, — последнюю реплику Джисон уже кричал, стоя в дверях. Бодрый голос парня разрезал уютную тишину, царившую в кофейне, вынуждая всех её обитателей недовольно поморщиться, а то и зашикать на нарушителя. Шатен сломя голову нёсся к уже знакомому ресторанчику. Правда, за несколько улиц до него всё же решил замедлиться, отдышаться и поправить причёску да одежду. Парень планировал специально опоздать на пару минут, чтобы заставить следователя немного подождать. Джисону казалось, что Минхо был нетерпеливым, оттого не мог устоять против этого ребяческого желания слегка позлить мужчину. Заведение, как и в прошлый раз, встретило его водоворотом приятных запахов. Пряные специи щекотали рецепторы, пробуждая чувство голода. Парень выискивал взглядом знакомый силуэт, к счастью, посетителей было не так уж и много. — И где же ты, Ли Минхо? — раздражённо пробурчал себе под нос юноша. В миллионный раз поглядывая на часы, решил дать мужчине отсрочку. Шатен вежливо поклонился перед хозяином заведения и занял свободный столик, именно тот, за которым они трапезничали в первый раз. Вышло до безумия символично. Хан мысленно отвесил самому себе оплеуху за подобную сентиментальность. — Что будете заказывать? — пожилой мужчина замер напротив удивленного парня, что вот уже сорок минут витал в собственных мыслях. Шатен сидел за пустым столиком мрачнее тучи. — Что? — вдруг опомнился он, переводя невидящий взгляд на мужчину. — А, ничего, извините, — Джисон неловко откланялся. Краснея покинул ресторанчик, подавляя желание позвонить следователю и обложить его благим матом. Парень медленно шагал по тротуару. Смеркалось. Ужасный день наконец-то заканчивался. Сейчас Хан мог функционировать только на чистом гневе, направленном на одного конкретного человека. — Зачем приглашать кого-то, а потом просто не приходить?! — шатен раздражённо пнул какой-то мелкий камушек, чуть не угодив им в мирно прогуливающуюся на поводке пушистую корги. — Или он решил так проучить меня? — Хан продолжал бубнить себе под нос, заполняя этими размышлениями неприятную тишину. Телефон сел, поэтому парень не мог погрузиться в прекрасный мир музыки, как делал это во время любой пешей прогулки. — А за что проучать? Всё же нормально было… — некоторое время он продолжал шагать, прокручивая в голове огромный ворох мыслей, которые никак не мог обличить в фразу. — Может я просто ему не интересен? — он на минуту остановился, смакуя внезапно родившуюся мысль. — Наверно так и есть, — коротко подытожил юноша, после секундных раздумий. Он продолжил свой путь, а вместе с ним и самокопание. — Ну а что во мне может быть такого, чтобы такой человек, как он, смог заинтересоваться? — Хан глянул на своё отражение в витрине какого-то магазина. — Единственное чувство, что я могу вызвать — жалость, — внезапное осознание ранило больнее ножа. В носу неприятно закололо, предупреждая о подступающих слезах. — Нет, ну а что… Он взрослый состоявшийся мужчина, с крутой квартирой и машиной. У него классная работа, на которой он ловит убийц и помогает людям. А от меня какая польза? — ответ на этот вопрос Хан так и не смог найти. «Ты жалок, Хан Джисон. Если ты провалишься под землю прямо сейчас, то вряд ли кто-то заметит это. Стоило кому-то проявить к тебе каплю тепла и участия, так ты сразу расплылся в лужицу и настроил воздушных замков. Забыл, что к таким, как ты, жизнь не бывает благосклонна», — внутренний голос продолжал подливать масло в огонь. Механизм был запущен, машину саморазрушения уже не остановить. Хан замер посреди тротуара, понимая, что близок к пропасти. Сейчас он был в шаге от точки невозврата. Паника уже запустила свои цепкие когти в его израненное сердце. Юноша постарался прийти в себя. Монотонные глубокие вдохи и выдохи заглушали звон, что раздавался в ушах. Он старался найти объект, за который можно зацепиться взглядом, что-то, что могло бы выступить в виде спасительного якоря. Вдалеке виднелись красно-синие мигалки полицейских машин. Вокруг них столпилась приличная группа зевак, практически полностью перекрывая движение на дороге. Люди в форме старались разогнать любопытных, но сделать это оказалось непосильной задачей. Мимо Хана пронеслась карета скорой помощи. Звук сирены врезался в уши, отрезвляя, приводя в себя. Желудок Джисона неприятно скрутило. Дурное предчувствие охватило парня быстрее, чем он смог осознать происходящее. Юноша рванул в сторону происшествия, не жалея остатков сил, что у него были в запасе. Расталкивая незнакомцев в стороны, смог пробиться в самую гущу событий. Хан всегда знал, что беда не приходит одна, но, несмотря на это, всегда старался держаться молодцом. Преодолевать тысячи препятствий, что сыпались на его юную голову, как из рога изобилия. У него было много плохих дней. Всех их он маркировал в своей голове по оттенкам чёрного, выбирая из них самые лучшие. Однако сегодняшний день решил довести Джисона до ручки. Из знакомой чёрной машины медики аккуратно извлекали тело следователя. Рука мужчины, изувеченная и истекающая кровью, сразу бросилась Хану в глаза. Кровь — последнее, что он увидел, потеряв сознание прямо посреди улицы. День выдался слишком долгим. Сейчас ему нужно было отдохнуть.