Шрамы

Тётя Токико очень удивилась, застав меня утром на диване. Спал я очень плохо, и то, наверное, только последние часа два, поэтому чувствовал себя разбитым. - Вы опять поссорились? - спросила тётя. Я деликатно промолчал, не в силах объяснить все обстоятельства, протёр глаза и сел. Не сказать, что мы с Хидео вели себя вчера тихо, и тётя, наверняка, нас прекрасно слышала, но, видимо, решила не вмешиваться. Не представляю, насколько она устала от нашего постоянного выяснения отношений. Больше всего я боялся, что она жалеет о своём решении взять нас к себе. После каждой нашей с Хидео ссоры я чувствовал себя виноватым перед тётей. - Выглядишь неважно, - она склонилась надо мной и потрогала мой лоб, будто у ребёнка. - Плохо спал, - я вывернулся из-под её руки и встал. - Неудивительно. Этот диван такой узкий. Как ты вообще на нем поместился? - она проводила меня взглядом до ванной. Почистив зубы, я наконец-то вернулся в комнату. Хидео спал, обняв рукой подушку. Его спина вздымалась и опускалась в такт дыхания. Ровно и спокойно. Не так, как ночью. С минуту, если не больше, я просто наблюдал за ним. Меня заволокло в состояние забытья, пока тётя не звякнула тарелкой снаружи. Вздрогнув, я забрал форму и вышел в кухню_тире_гостиную. - Знаешь, уже какое-то время я подумываю о том, чтобы продать эту квартиру и купить другую, побольше, - сообщила тётя за столом. Я чуть не подавился. - Зачем? - Вы оба уже выросли. Да, вы братья, но не обязаны находиться вместе. Мне кажется, вам плохо друг с другом, - спокойным тоном рассуждала тётя. Похоже, она действительно много думала об этом. - Ты с ума сошла? Даже если ты продашь эту квартиру, тебе не хватит денег на другую. Тётя отложила палочки. - Я думала и над этим тоже. Возьму кредит. - Перестань! - оборвал её я. - Ты не должна это делать! Я чувствовал себя самым настоящим мерзавцем. Из-за нас тёте Токико приходится так сильно беспокоиться и жертвовать чем-то. Она так много работала, но все равно не считала, что делает достаточно. Это мы виноваты, а не она. - После школы я уеду. Поступлю в университет и поселюсь в общаге. Тебе не нужно продавать квартиру и уж тем более брать кредит, - решительно заявил я. - Просто потерпи немного. Мы доели в полной тишине. Разговор с тётей очень расстроил меня, и я не мог найти себе места. Я, конечно, не собирался жить с ней вечно, но не думал, что съехать придётся так скоро. С другой стороны, так продолжаться не могло. Если Хидео плохо со мной, то лучше мне исчезнуть, чем он продолжит разрушать себя. Однако отступать от решения, принятого ночью, я не собирался. Даже наоборот. Раз уж мир между нами оказался невозможен, мне не следовало беспокоиться о реакции Хидео. Пусть злится сколько угодно - так или иначе он все равно будет это делать. Так что я решил сосредоточиться на Като, который, как назло, все не появлялся в школе. А когда появился, я не смог поговорить с ним, потому что Ито следил за каждым моим шагом. Конечно, не имело особого значения, как отреагирует Ито, но он мог все испортить, а вот этого мне уже не хотелось. Сегодня пятница, а значит последний день, когда Хидео нет в школе. Если Ито запорет мой план, то другой возможности может и не появиться. Выйдя в коридор после звонка, я сделал вид, что направился в туалет, но сам подкараулил Като и затащил его на лестницу. - Нужно поговорить, - заявил я. Он расплылся в едкой ухмылке. - Ну, надо же. Сегодня без сопровождения. Нелегко, наверное, улизнуть от такой псины? Я проглотил злость. - Предлагаю сделку. Расскажи мне, что произошло между тобой и Хидео, и проси, что хочешь. Я все сделаю. Ухмылка превратилась в оскал. - Не откажешься от своих слов? Сомнение робким слабым ростком пробилось сквозь крышку моей уверенности, демонстрируя мне мою слабость. - Нет, - вопреки инстинктам сказал я. - Приходи в уличную подсобку на обеденной перемене, - выражение лица Като и его голос не сулили ничего хорошего, но даже если так, мне почему-то стало легче. - Хорошо, - согласился я. - Не вздумай кинуть меня. Като похлопал меня по щеке и сдавил пальцами скулы, мотая мою голову из стороны в сторону. - Ну, что ты. Разве я смогу? Перехватив его руку, я заставил его остановиться. Като рассмеялся и отпустил меня. - Строптивый, - с каким-то извращенным удовлетворением произнёс он. - Тем приятнее будет тебя сломать. Толкнув меня в грудь, Като прошёл мимо и скрылся в коридоре. Прислонившись спиной к стене, я закрыл глаза. Насколько бы дерьмовым ни было предчувствие, с моей души свалился камень. Я посмотрел вслед Като, туда, где его уже давно не было, и, собравшись, вернулся в класс. Едва успел прозвенеть звонок, как я вылетел из класса. Ито даже сообразить ещё толком не успел, что уж говорить об остальном. Весь последний урок я придумывал план побега, а в итоге все оказалось так просто. Спустившись на первый этаж, я завернул в левое крыло, где находились столовая, спортивный зал, раздевалка и помещения для некоторых кружков, вроде музыкального и кружка фотографии. Через это крыло мы всегда попадали на площадку позади школы. Там же располагалась подсобка, где хранился спортивный и всякий другой инвентарь. Именно её имел ввиду Като. Дверь в подсобку была предусмотрительно приоткрыта, хотя обычно держалась на замке. Замок отпирали перед уроком и запирали после, но чтобы добыть ключ, не требовалось много труда. Внутрь почти не попадал свет, но у самого входа имелся выключатель, связанный с лампой на шнуре, болтавшейся посреди комнаты. Глаза плохо видели в темноте, но я не собирался включать свет, чтобы не привлекать внимание. Едва я вошёл внутрь, как дверь за моей спиной закрылась. Я обернулся и сумел разглядеть двух крепких парней. Тоже старшеклассники, но мы никогда не попадали в один класс. - Охренеть, ты реально пришел, - раздался голос Като позади меня. Он сидел на высокой стопке старых списанных матов. Поговаривали, что некоторые парочки приходили сюда специально, чтобы потрахаться. - Я же сам тебя позвал, - мне всё ещё с трудом удавалось разглядеть Като. Он поднялся и небрежно засунул руки в карманы штанов, но напряжение в его теле выдавало его нервозность. - А это кто? - я указал себе за спину, имея ввиду двух явно лишних людей. - Мне казалось, у нас конфиденциальный разговор. Като как-то цинично усмехнулся. - А кто сказал, что мы будем разговаривать? - Ты, мать твою, - только не говорите, что этот придурок решил меня кинуть. - Ты обещал рассказать, что произошло между тобой и Хидео. Если он не собирался выполнять свою часть сделки, то какого хрена он позвал меня сюда да ещё притащил с собой этих парней? Ситуация все сильнее попахивала ловушкой. - Ты узнаешь, - пообещал Като, и от его интонации у меня по спине побежали мурашки. - Раздевайся. - Что? - мне показалось, будто я ослышался. - Снимай свои долбаные штаны, - в полутьме лицо Като приобрело какое-то зловещее выражение, и на секунду мне показалось, что это не он. - Ты же хотел знать. Бегал за мной. Так что снимай штаны. Можешь не до конца. До колен хватит. - Это шутка такая? - я нервно рассмеялся и оглянулся в попытке отыскать ответ на лицах парней позади меня, но они лишь сильнее напряглись, вцепившись в меня остекленевшими глазами. Стоило мне отвлечься, и я пропустил удар. Като повалил меня на землю и заломил мне руку, с силой давя на шею. - Отпусти, ублюдок! - прорычал я, царапая шеку о бетон. Чем сильнее я старался вывернуться, тем больнее становилось. - Знаешь, поначалу я не собирался ничего с тобой делать, - Като практически прижался своими губами к моему уху. - Просто хотел подразнить твоего братца. Но ты был так настойчив, что я передумал. Соберу полную коллекцию: твой брат и ты. Будет, что вспомнить после выпуска. - Ссука! - прошипел я, не прекращая попыток вырваться. - Я, блять, убью тебя! - Эй, Мияма, иди сюда, - похоже, Като едва справлялся сам. - Держи его, пока я стягиваю с него штаны. - Не думаю, что это хорошая идея, - пробормотал один из парней у входа. - Кто-то может прийти сюда. - Я спрашивал твоё ебучее мнение? - рявкнул Като, коленом надавив мне на позвоночник сильнее, так что там что-то хрустнуло. Зажмурившись, я на одно пусть короткое, но очень яркое мгновение представил Хидео на своём месте. Это настолько не укладывалось в сознании, что казалось абсурдным. Однако Като не лгал. Всё это время он почти открытым текстом говорил мне, просто я не мог поверить, что такое вообще возможно. Сейчас меня тошнило от одной только мысли о том, что я мог решить, будто этот ублюдок Като хотя бы немного нравился моему брату. Мияма не слишком уверенно перехватил мои запястья, и я рванулся, но тут же получил по животу кроссовком. А потом ещё раз. И ещё раз. Несмотря на то, что дёргаться я уже перестал. - Держи как следует, придурок! - раздраженно прорычал Като откуда-то сзади. Чужие руки обвили мой живот в поисках застежки на штанах. Я почувствовал скорое приближение пиздеца и завертелся с новой силой. В отличие от Като, Мияма не слишком старался, скорее просто пытался выполнить указание. Ему определенно не доставало опыта в таких вещах, чему я несказанно радовался. Вывернувшись, я перекатился на бок и опрокинул Мияму. Като схватил меня за ногу и потянул на себя, стараясь не позволить мне подняться. Я лягнул его, что было мочи, и, опираясь на локти, попятился. - Чего стоишь, идиот, держи его! - крикнул Като третьему у входа, пока сам пытался увернуться от моих ног. Преграда позади возникла будто из ниоткуда. Хотя чего я ожидал от подобного помещения? Като навис надо мной, яростно отдуваясь. Я здорово потрепал его, но не так, как он меня. - Вы, блять, с братом оба психи ебаные, - сквозь зубы процедил Като. - Правда, он не так сильно сопротивлялся. Скорее, так, для приличия. Готов поспорить, ему даже понравилось. Он же все-таки педик. Волна дикой ярости вскружила мне голову. Перед глазами все поплыло. Не имело значения, насколько мне страшно или больно. Все это исчезло. Осталась только лютая ненависть. Пальцы нащупали что-то твердое, и я, сжав это что-то посильнее, со всего маху заехал по ублюдской ухмыляющейся роже Като. И если до этого момента происходящее доставляло ему хоть какое-то удовольствие, то теперь все изменилось. Он попятился, схватившись за скулу, а когда повернулся, неверяще выпучив глаза, на его щеке красовался огромный кровавый след. Своим ударом я рассек кожу на его лице, и теперь из раны сочилась кровь. Като посмотрел на свою ладонь, затем на меня, и его глаза наполнились дикой злобой. Он кинулся на меня, словно зверь, почувствовавший запах крови, даже если эта кровь принадлежала ему самому. Ударившись затылком о пластиковую стойку для инвентаря, я повалился набок и вцепился в ворот рубашки Като, пытаясь не терять контроль над ситуацией окончательно. Рывком я перевернул Като на спину и оседлал его, сильнее сжимая ногами, чтобы этот ублюдок уже наверняка не высвободился. Я бил его, не помня себя от отчаяния и злости, пока кто-то не оттащил меня назад. Сначала я старался вырваться, будто от этого зависела моя жизнь, но, когда до моего сознания дошёл знакомый голос, силы покинули меня, как воздух выходит из воздушного шара. Ито держал меня со спины, надёжно фиксируя руки сзади, а Тацу преграждал путь, заслоняя собой Като. Как будто этот ублюдок нуждался в защите. Ито уволакивал меня прочь из подсобки, и я позволил ему это сделать, наблюдая за тем, как Мияма и второй парень в панике проскользнули мимо, унося поскорее свои ноги. Где-то сбоку стоял друг Тацу, которого тот приглашал с нами в караоке. Ошеломление на его лице напугало меня, и в памяти сразу всплыла драка на площадке, когда Хидео набросился на Като точно так же, как я сейчас. Стыд и страх тут же ошпарили меня, приводя в чувства. Я обмяк в руках Ито, и он ослабил хватку, позволив мне осесть на землю, но отпускать не стал. - Он... Хидео... - просипел я, не в силах выговорить всю фразу целиком. Это все ещё не укладывалось в голове. Я не верил, что кто-то мог сделать такое с моим братом. - Я знаю, - успокоил меня Ито. В его голосе не слышалось ни злости, ни осуждения. Только грусть и понимание. А ещё толика облегчения. Будто все, наконец, закончилось. Но ничего не закончилось. Спрятав лицо в ладони, я судорожно вздохнул, чтобы прочистить лёгкие, чтобы собрать всю боль, что разрывала на куски, и выдавить её наружу. На ладони осталась кровь, и я ещё раз провел пальцами по щеке, чтобы проверить. Прикосновение тут же обожгло болью, будто сотни иголок пронзили мою кожу. - Черт, - процедил я, вытирая руку об и без того грязную, где-то даже рваную одежду. - Этот ублюдок что-то сделал? - опустившись на корточки рядом со мной, спросил Ито. Он взял руками мое лицо и внимательно осмотрел его. - Встать можешь? Я не отрывал взгляда от Ито, пытаясь представить, как он жил все это время, скрывая подобное. - Как ты узнал? Ито закусил губу, отлично понимая, о чем речь, и будто раздумывая, стоит ли вообще отвечать. Если бы он не ответил, я никогда не простил бы его. Мы перестали бы быть друзьями прямо здесь и сейчас. - Он пришёл ко мне. Ему больше некуда было податься. Он умолял не говорить тебе. Мне не стоило представлять это. Не стоило, но я представил и застонал, а потом захныкал, как маленький ребёнок, от ощущения собственной беспомощности. Больше всего хотелось вернуться в эту сраную подсобку и закончить начатое, но даже если бы я действительно решился на это, у входа дежурил Тацу. Он был весь как на иголках, сильно нервничал, но к нам не подходил, будто Ито подговорил его. Скорее всего, так оно и было. - Почему он не рассказал мне? - спросил я не у кого-то конкретного, а как будто у самой вселенной, отлично зная ответ на свой вопрос. Я не был надёжным, я был всего лишь младшим братом, от которого Хидео старался держаться подальше. - Давай все вопросы после того, как уберемся отсюда, - Ито потянул меня за собой вверх, вынуждая занять вертикальное положение. Он свистнул Тацу, привлекая его внимание, и дёрнул подбородком в сторону. Привилегия братьев - понимание друг друга без лишних слов. Жаль, это не работало у нас с Хидео. Говорят, что у близнецов есть особая, почти телепатическая связь. Что ж, моя антенна, похоже, сломалась, если вообще когда-либо работала. Тацу догнал своего друга и потащил за собой к школе, что-то попутно ему объясняя. - Что они вообще здесь забыли? - поинтересовался я, пока Ито уводил меня в противоположном направлении. - Ты должен сказать им "спасибо", - проворчал он. - Если бы не они, то случилось бы что-то непоправимое. - Не уходи от ответа, - настоял я. Ито обречённо вздохнул. - Тацу сказал, что его друг видел тебя с этим уебком на лестнице. Мы сделали привал в одном из дворов недалеко от школы. Ито оставил меня на скамейке, велев дождаться его. - Нужно забрать вещи из класса. Если попрошу Тацу, его сразу спалят. Я лёг на спину и закрыл глаза, стараясь дышать медленнее, чтобы успокоиться. Даже хорошо, что Ито ушёл. У меня появилось время привести свои чувства в порядок. Ну, или хотя бы создать видимость. Казалось, будто моё нутро пропустили через мясорубку. Если честно, я даже не помнил, как бил Като. Единственное, о чем остались воспоминания, так это опустошающая злость и ощущение полнейшего бессилия. Без понятия, когда вернулся Ито, - кажется, я заснул. Со мной такое случилось впервые. На улице я ещё ни разу не засыпал. Видимо, Ито не на шутку перепугался, потому что, открыв глаза, я увидел его взволнованное лицо. Я сел, стараясь игнорировать боль в теле и не кряхтеть, как старуха. На земле валялись наши рюкзаки, и все выглядело так, будто мы просто свалили с уроков. Хотя, если подумать, то так оно и было. Ито смотрел на меня сверху вниз, будто грозный родитель, готовый прочитать нотацию. - Идти можешь? - кажется, на самом деле он хотел сказать совсем не это. - Не задавай тупые вопросы, - оперевшись на скамью, я встал. В целом я чувствовал себя сносно. Только вот туловище болело, будто после тяжёлой тренировки, да щеку саднило. - Ладно, - обречённо выдохнул Ито, водружая на себя оба наших рюкзака. - Пошли. Я схватился за одну из торчавших лямок. - Мне нельзя домой, - уж в чем, а в этом я был точно уверен. Перед глазами встала сцена со школьной площадки, когда Хидео иступлено избивал Като. Это определённо не то, что нуждалось в повторении. - Да знаю я, - проворчал Ито. - Останешься пока у меня. Всю дорогу я не переставал задаваться вопросом, не происходило ли то же самое с Хидео. На станции, в поезде, снова на станции, по пути к дому Ито - я проживал одно сплошное гигантское дежа-вю. Оно не меняло произошедшего, но позволяло хотя бы немного облегчить восприятие в целом. Но даже пройдя весь этот путь, я все еще не решился бы посмотреть в глаза Хидео. Уверен, он сразу все поймёт. Поймёт и больше никогда не заговорит со мной. Этого я боялся чуть ли не сильнее его реакции. Мне нужно было время, чтобы успокоиться и придумать, как себя вести. Кроме нас в доме больше никого не было. Родители - на работе, Тацу - в школе. Достав аптечку, Ито обработал рану на моем лице, наложил на неё что-то вроде повязки и заклеил пластырем со всех сторон, чтобы не спадало. - Что-то ещё болит? - спросил он с интонацией полнейшей уверенности, что болит. - Все нормально, - по инерции солгал я. - Вы оба, прекращайте, серьёзно, - не выдержал Ито. - Это не нормально. То, что случилось с тобой сегодня, так же ненормально, как то, что произошло с Хидео. Меня просто бесит, что вы называете это нормальным. Я ещё никогда не видел Ито таким. Он действительно волновался. И за меня, и за Хидео. Я не понимал, почему не могу ему довериться, раз уж Хидео смог. Шумно вздохнув, я задрал коричневую от грязи и пыли рубашку, обнажая темный, почти чёрный синяк у себя на животе. Для меня он так же стал сюрпризом. Я никогда ещё не видел таких внушительных синяков. - Твою мать, - пробормотал Ито, не зная, за что хвастаться . - Сильно болит? - Только выглядит страшно, - отмахнулся я, возвращая рубашку на прежнее место. По настоянию тренера у меня дома хранилась мазь от ушибов и растяжений. Никто из членов клуба не был застрахован от травм, и она частенько выручала после не особенно удачных тренировок. Как только вернусь, сразу же воспользуюсь ей. Конечно, она не сотворит чудо, но вполне способна снять отёк и уменьшить воспаление. Уверен, все было бы намного хуже, сделай Като то, что планировал. Так что переживу. - Выпей хотя бы обезбол, - Ито приволок пару таблеток и стакан воды. Я спорить не стал. Просто проглотил обе таблетки и все. Немного посидев, будто на чьих-то поминках, мы всё-таки решили постирать мою форму. Ито дал мне спортивки и футболку. Я не хотел переодеваться при нем. Его бледное лицо и шальной, какой-то испуганный взгляд наводили тоску. Оставив форму в ванной, которая на несколько мучительных минут превратилась в мою раздевалку, я позволил Ито сделать всю работу. Пока машина занималась стиркой, мы смотрели телевизор. Не помню, чтобы мы вообще когда-нибудь просто смотрели телевизор. Когда я вообще в последний раз был в гостях у Ито? А он у меня? Разве не странно, что у меня не получалось вспомнить? Когда-то мы собирались друг у друга, но это было давно. Наше знакомство состоялось, когда мы с Хидео перешли в новую школу сразу после смерти родителей. Тогда тётя Токико забрала нас к себе, а наша старая школа находилась слишком далеко он нового дома. Кто же знал, что однажды мы окажемся здесь. Около четырёх из школы вернулся Тацу. Выглядел он обычно, и это после того, в чем ему пришлось сегодня участвовать. Мы с Ито ждали подробностей того, что происходило в школе после нашего ухода. Но подробностей особо и не было. Тацу рассказал, что шумиха, которую следовало ожидать, не поднялась и про Като тоже ничего не слышно. Это было странно и вызывало больше напряжения, чем облегчения, потому что мы не сдвинулись с места. Я не понимал, что задумал этот ублюдок Като. Но о драке не трепались, а это значило, что и Хидео ни о чем не узнает. Хотя бы в ближайшее время. Это давало мне небольшую передышку, возможность подлатать раны и собраться с мыслями. Около шести позвонила тётя, чтобы узнать, где меня носит. Она волновалась из-за того, что ни меня, ни Хидео нет дома. - Хидео ушёл? - почему-то это показалось мне странным даже несмотря на то, что раньше он постоянно отсутствовал дома. - А ты удивлён? - устало вздохнула тётя. - Кажется, старый-добрый Хидео вернулся. Не знаю, как к этому относиться. - С ним все будет в порядке, - я сам себе не верил, и это вызывало тревогу.  - Я надеюсь. Так когда ты вернёшься? - спросила тётя Токико. - Я останусь у Ито с ночёвкой, - уверенно заявил я. - Ты не говорил. - Прости. Это получилось спонтанно. - С тобой все в порядке? - Да, - я говорил так, будто от интонации голоса зависела моя жизнь. - У нас куча планов на выходные. Можно?   Последнее я добавил ради приличия. Не имело значения, разрешит тётя или нет, я придумаю причину не возвращаться домой. Тётя снова вздохнула, но уже не так, как раньше. Не устало, а, скорее, снисходительно. - Конечно, - отозвалась она и подозрительно замолчала. Я ждал. - Это из-за утреннего разговора? - Что? - я попытался вспомнить, о чем мы говорили. Точно, о том, что я уйду из дома. Дьявол! - Нет! Как ты вообще могла подумать об этом?   Тётя снова замолчала.  - Слушай, я не хочу, чтобы ты беспокоилась о том, что я сказал утром, - быстро проговорил я. - Ты ни в чем не виновата. Кажется, тётя сдерживала слезы, и я снова почувствовал себя ублюдком. - Напиши, когда Хидео вернётся, - попросил я. - Ладно, - отозвалась тётя. Мы попрощались, и я отключился. И только после этого облегченно выдохнул. Ито не сводил с меня озабоченного взгляда. - Думаешь, он знает? - спросил я, имея ввиду Хидео. - Надеюсь, что нет. Като не станет трепаться. Ты здорово его отделал, думаю, ему тоже нужно время, чтобы прийти в себя. - Сегодня последний день отстранения Хидео, - напомнил я. Ито только шумно вздохнул. Мы оба понимали, что даже если я не появлюсь дома все выходные, в понедельник мы с Хидео увидимся в школе. - Давай решать проблемы по мере их поступления, - с долей отчаяния пробормотал Ито. Я кивнул, потому что прямо сейчас решения не видел, да и сил искать его у меня не было. Около восьми вернулись родители Ито. Несмотря на то, как давно мы не виделись, они обрадовались мне. Я позволил себе ненадолго забыться и представить, будто действительно просто заглянул к хорошему другу с ночёвкой, а не позорно прятался от брата. Около одиннадцати позвонил Хидео, но не мне, а Ито. Мы торчали в его комнате, старались отвлечься, но как только Ито показал мне дисплей своего телефона с именем моего брата на нем, у меня внутри все похолодело. - И тебе привет, придурок, - сказал он после паузы, которую с той стороны заполнял Хидео. - Да, он у меня. А что в этом такого? Мы же друзья, в конце концов. Снова пауза. Косой взгляд в мою сторону. Вздувшаяся вена на виске. - Почему бы тебе самому не сказать ему это? Или у тебя нет номера собственного брата? Я в панике выпучил глаза и провел большим пальцем по горлу, угрожая Ито расправой. - Какая разница, чья это идея? - пауза. - Я не собираюсь ничего ему передавать. Не вмешивай меня в ваши дела. Мне надоело находиться между двух огней, я уже говорил тебе это. Раздраженно посмотрев на телефон с расстояния вытянутой руки, Ито убрал его. - Бросил трубку, - сообщил он. - Иногда ведёт себя, как ребёнок. - Какого хрена ты просил его позвонить мне? - взбесился я, поражаясь легкомысленности Ито. - Потому что он не сделает этого. Я нахмурился, ничего не понимая. - Что это значит? Ито хмыкнул и покачал головой. - Этот парень боится тебя, как огня. - Хидео? Боится меня? Мне даже стало смешно от нелепости услышанного. - Ну, не совсем боится, - Ито озадаченно почесал затылок. - Зря я начал этот разговор. Давай забудем, ладно? Это не моё дело. Но я не мог забыть. Эти слова все никак не шли у меня из головы, они не совпадали с реальностью, с тем, что я сам видел и слышал. Хидео только и делал, что брюзжал, как древний старик, да игнорировал меня, когда происходящее становилось неудобным для него. Но ни капли страха по отношению ко мне в его поведении не было. Это уж точно. - Так что он просил передать мне? - чтобы отвлечься, спросил я. Ито вздохнул. Весь его вид демонстрировал, как он не хочет развивать эту тему. Но для меня это было важно. Ито посмотрел на меня так, будто решал, стоит ли вообще открывать рот. - Что он просил передать? - надавил я. - Чтобы ты возвращался домой. Его там не будет, можешь не волноваться. Вот что. Я завис на несколько секунд, пытаясь понять, почему Хидео решил, что я не захочу видеть его сегодня. Он же точно не знал про Като. Или знал? - Какой у него было голос? - поинтересовался я. - Почему ты спрашиваешь? - Ито взъерошил себе волосы. - Вы, парни, оба странные. Я вас совсем не понимаю. Что между вами происходит? - Ничего, - выдохнул я, и это было чистейшей правдой. Что между нами могло происходить, когда мы практически не общались, а когда все же делали это, все оканчивалось, так толком и не начавшись? Хидео всегда сливался. Всегда. Хотя какого продолжения я ожидал? Что мы помиримся и обнимемся, как настоящие братья? Наверное, мы уже достигли своего предела, вот и все. Ито снова хмыкнул, и от выражения его лица мне стало не по себе. Будто он знал больше, чем показывал. Мне казалось, что между нами секретов не осталось. Похоже, я ошибался. Это разозлило меня. Я устал от секретов, устал чувстваовать себя дураком. В этот вечер мы больше не обсуждали Хидео. Я не мог выкинуть из головы его слова. Даже если Хидео заявил, что не вернётся этой ночью домой, это не означало, что он не узнает о том, в каком виде я находился. Но не это главное. Я не собирался вздрагивать от каждого шороха, ожидая его появления. И дело даже не во внешнем виде. Я не знал, как вести себя с ним, как не вызвать подозрений, как не выдать, что я все знаю. У меня оставалось два дня, всего каких-то два дня, чтобы собрать себя по кускам и понять, что мне делать дальше. Я не мог постоянно избегать своего брата - это, как минимум, жестоко по отношению к нему. Он не заслуживал такого. Выходные пролетели быстрее, чем я рассчитывал. Мне казалось, что у меня ещё полно времени, но наступил вечер воскресенья, а я так и не смог толком успокоиться. Мы созванивались с тётей ещё пару раз. По её словам Хидео приходил домой днем, но почти сразу уходил. Ито он больше не звонил. Все это время у меня ныло где-то в подреберье. Я понимал, что если за два дня так и не собрал себя в кучу, то и последняя ночь не станет спасением. Отсутствие Хидео дома меня очень волновало. Он часто пропадал где-то, но всегда возвращался, пусть и посреди ночи. Я понятия не имел, где он может находиться. - Я возвращаюсь домой, - заявил я Ито. Поезда все ещё ходили, так что проблем возникнуть не должно. - Уверен? - поинтересовался он. - Да, уверен. За эти дни мы здорово подлатали мою форму. Повязку мы меняли каждый день и обрабатывали рану на лице, но она ещё долго не исчезнет. Возможно, даже останется шрам. - Тебя проводить? - Не нужно. Я нуждался во времени наедине с собой. Возможно, оно как-то поможет. - Ладно. Я попрощался со всеми и отправился на станцию. Заходить в квартиру было страшно. А что, если Хидео дома? С другой стороны, рано или поздно нам придётся встретиться. Из нас двоих именно я боялся. Тётя сначала обрадовалась моему приходу, а потом расстроилась, увидев повязку на моем лице. Я сразу огляделся в попытках понять, дома ли Хидео. Но, судя по всему, его не было. - Что случилось? - встревожилась тётя. - Упал, - солгал я. - Нога подкосилась. Все в порядке. Ничего серьёзного. - Это не выглядит, как "ничего серьёзного". - Все правда в порядке. Я зашёл в нашу с Хидео комнату немного с опаской, но она пустовала. Ящик с одеждой был вывернут наружу, а вещи раскиданы по полу и кровати Хидео. - Он забрал свои вещи, - объяснила тётя. - Сказал, что поживет у друга. Я стоял посреди комнаты, разглядывая бардак так, будто если продолжить это делать, все станет понятнее. Но понятнее не становилось. - Вы поссорились? Поэтому ты решил остаться у Ито? - Мы не поссорились, - с болью в сердце сказал я. - Если он натворил что-то... - Он ничего не сделал! - наверное, даже слишком резко, почти агрессивно оборвал я тётю. - Он ни в чем не виноват. - Тогда почему... - Я не знаю. Мы постояли немного в молчании. Я сказал, что хочу переодеться, и тётя ушла. Закрыв дверь, я опустился на свою кровать и провел руками по лицу, но, задев повязку, остановился. Рана почти не болела. Она покрылась корочкой, но до полного заживления ещё далеко. Переодевшись, я достал мазь, обработал рану на лице и живот. Синяк стал едва ли светлее и все ещё болел. Тётя предлагала поесть, но кусок не лез в глотку от беспокойства. Я сказал, что ужинал у Ито, и почти не солгал. Я действительно ел, но в обед. Сложив разбросанную одежду обратно в ящик, я вдруг отчётливо ощутил внутреннюю пустоту. Не знаю, потому ли, что всю свою жизнь я чувствовал присутствие Хидео рядом. Полупустой ящик и заправленная кровать выглядели безжизненно, словно от моего сердца оторвали кусок. С самого нашего рождения нас связывала невидимая нить, которая казалась сама собой разумеющейся, но теперь она настолько истончилась, что любое, даже самое незначительное, усилие угрожало её целостности. Когда она порвётся, во что превратятся наши отношения? Останется ли вообще для них место в этом мире? Мысли не давали заснуть. Я ворочался с боку на бок, стараясь найти ответы на свои вопросы, но ответов не было. Неужели оставалось только смириться и плыть по течению, позволяя всему рушиться? Сняв повязку и обработав рану, я решил не делать новую, а пойти в школу без неё. Корка заметно стягивала кожу, делая повреждения визуально меньше, в то время как повязка оставляла простор для воображения, а придумать можно всякое, даже самое страшное. Я не находил себе места. Пика беспокойство достигло у порога в класс. Я не знал, как отреагирую на этого говнюка Като и что мне делать, встретившись с Хидео. Когда он увидит рожу Като, сразу сложит два и два. Хидео не дурак, а ещё он явно не с восторге от перспективы быть раскрытым. Я с такой настойчивостью выпытывал правду, даже близко не представляя, какой травматической она может отказаться. Я вёл себя ужасно глупо и эгоистично. Но решать что-то нужно было, поэтому я вошёл внутрь, тут же окидывая помещение беглым взглядом. Ни Като, ни Хидео. Только Ито, пришедший неожиданно рано, уже сидел на своём месте. Он заметно оживился при виде меня, подобрался на стуле, выровняв спину. Признаюсь, что испытал некоторое облегчение, проходя мимо пустого места Като. Если бы я увидел сейчас этого ублюдка, не знаю, что сделал бы. Клянусь, я снова набросился бы на него, портя все окончательно. Ито неотрывно наблюдал за мной. Я же не мог перестать пялится на пустой стул за соседней с ним партой. Почему-то сейчас казалось, будто Хидео исчез с лица земли, будто остался где-то в параллельной вселенной, до которой мне не дотянуться. И я не знал, стоило ли пытаться. Имел ли я на это право? Он появился сразу после звонка. Учитель ещё не пришёл, и Хидео свободно пересёк класс, чтобы сесть за свою парту. Он ни разу не взглянул на меня, и я не знал, радоваться или волноваться. Наверное, радоваться, ведь так рана на моем лице оставалась без внимания, а значит никаких вопросов и догадок. С другой стороны, я прямо кожей чувствовал эту толстенную стену между нами, даже толще, чем раньше. Прошло полдня, а Като так и не объявился. Похоже, Ито оказался прав, когда говорил, что Като потребуется время. Я просто надеялся, что он не готовил какой-нибудь пиздец в отместку за то, что я его избил. Даже если Като это заслужил, не думаю, что сам он с этим согласится. Удивительно, но за весь день мы с Хидео не перекинулись и парой слов. Он вёл себя так, будто меня не существует. Ито пытался завести с ним разговор, но Хидео оставался непреклонен. После занятий медсестра попросила зайти к ней. Она осмотрела мою ногу и поинтересовалась, что с моим лицом. Как и тёте, я солгал ей, что во всем виновата нога, потому что не мог вернуться к тренировкам с огромным все ещё болящим синяком на животе. В итоге мои ограничения продлили до пятницы. Я получил отсрочку. Всю неделю Хидео не появлялся дома, а в школе игнорировал меня и сторонился Ито. К пятнице рана на лице почти зажила. Только скулу пронзала узкая стрела корочки, окруженная тёмно-бардовым ореолом, образовавшимся на месте менее глубоких повреждений. Если бы не это, я не решился бы заговорить с Хидео. Я поймал его в коридоре и затащил на лестницу. Я ожидал, что он станет сопротивляться. Однако Хидео просто позволил мне волочь себя, а когда я его отпустил, отвернулся, сложив руки на груди, но не ушел. - Как долго ты собираешься бегать от меня? - я встал напротив лестницы, преграждая путь к отступлению. - Не смеши меня, - хмыкнул Хидео, все так же не глядя на меня. Да что с ним такое? Если мне не изменяла память, между нами не случилось ничего, что могло спровоцировать такое поведение. Мы ссорились и посильнее, однако это не приводило к настолько открытому избеганию. Хидео никогда не уходил из дома. Он всегда возвращался. Меня потряхивало от подозрений, что каким-то образом Хидео узнал о произошедшем между мной и Като. Но как? Като сам рассказал? Почему-то мне казалось, что если бы все так и случилось, то Хидео вёл бы себя совсем по-другому. - Тогда скажи, где ты жил последнюю неделю, - потребовал я. - Не твое дело, - отмахнулся Хидео. - Эй, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! Хидео нехотя поднял глаза, и его взгляд застыл. - Что с лицом? - он нахмурился. - Не твое дело, - я выгнул брови, передразнивая его. - Я серьёзно спрашиваю, - он начинал злиться. Это хорошо, потому что всю неделю он не показывал вообще никаких эмоций. Уж лучше пусть злится. Так он больше похож на живого человека. - Я тоже, - не сдавался я. - Отвечу на вопрос, когда ответишь на мой. На скулах Хидео появились желваки. Он достал сигарету и закурил. - Хватит страдать херней, - спокойно сказал я. - Возвращайся домой. - Зачем? - снова этот отстраненный тон. - В смысле зачем? Это твой дом, придурок. Хидео окатил меня пренебрежительным взглядом и ухмыльнулся. - Тебе же плохо со мной, придурок, - последнее слово он произнес в моей манере. - Кто тебе такое сказал? - я обомлел. Хидео затянулся и покачал головой. - У тебя какие-то дурацкие игры, Хаято. Не ты ли мечтаешь свалить поскорее куда подальше? При каждом слове из его рта вырывался рваный клубок дыма. - О чем ты? - не понял я. Хидео задрал голову и глубоко вдохнул. Бросил сигарету на пол и раздавил ее носком кроссовка. Затем как-то обреченно посмотрел на меня, схватил за грудки и, припечатав к стене, поцеловал. Жадно, требовательно, будто пытался съесть. Я вцепился в его рукав, рефлекторно пытаясь оттащить от себя руку, почти душившую меня. Но тщетно. Она так отчаянно держала, будто от этого зависела чья-то жизнь. Предприняв еще попытку, я сдался. Никакой угрозы, только неистовое желание, животная жадность. Ни капли страха, только растерянность. - Все ещё хочешь, чтобы я вернулся? - прошептал Хидео, оборвав поцелуй. - Да, - выдохнул я, не колеблясь ни секунды. - Хочу. Удивленно замерев, Хидео рассмеялся каким-то нездоровым смехом. У меня по коже побежали мурашки. Отпустив меня, он поправил мою смятую рубашку и скрылся в коридоре. Прислонившись затылком к стене, я закрыл глаза и постарался восстановить нормальное сердцебиение. Что это только что было?