Шрамы

Тетю вызвали в школу в этот же день. Ей пришлось уйти с работы, но впервые за все время я не чувствовал вины. Хидео закрылся в ванной, а я сидел на полу с другой стороны, прислушиваясь к звукам за дверью. Звонил Ито, чтобы узнать, в каком состоянии Хидео. Он собирался приехать, чтобы привезли мои вещи, оставленные в школе, но я решил, что Хидео пока что хватит общества и меня одного. - Это он тебя отделал? - скорее констатировал, чем спросил Хидео севшим голосом. По звуку он находился совсем рядом, скорее всего прижимался спиной к двери. - Я его отделал сильнее, - признался я. Хидео нервно усмехнулся. - Я видел. Он ведь не причинил тебе боль? - Нет. По крайней мере, не такую, о которой ты мог подумать, - ответил я. - Вот поэтому я просил тебя держаться от него подальше. - Прости, что не слушал тебя. - Ты никогда не слушаешь меня, - раздражение и усталость в голосе. - Прости, - повторил я. - Не извиняйся, - со вздохом Хидео поднялся, - если собираешься продолжать в том же духе. Щелкнул замок, но дверь не открылась. - Уйди куда-нибудь, - попросил Хидео. - Мне нужно в комнату. В мыслях сразу всплыла сумка. Если он захочет сбежать сейчас, то мне не удастся его остановить. И если он переступит порог этого дома, то уже не вернется. - Не уйду, - отрезал я. - Я не хочу тебя видеть. - Тебе придётся. Что-то негромко стукнуло по двери в районе головы. - До чего же ты упрямый, - выдохнул Хидео. - Какой есть. Я ждал. Ждал, когда Хидео примет решение. Но это ожидание было простой условностью. Я сделаю все, о чем он попросит, но только если это не поможет ему улизнуть. Пришла моя очередь приглядывать за ним, и я не собирался отступать. - Ладно, - сдался Хидео. - Отвернись. Так, чтобы не видеть меня. - Ты же понимаешь, что нам придется видеть друг друга? - спросил я. - Или ты собираешься вечно от меня бегать? - Я же обещал тебе, - после паузы напомнил Хидео. - Клятва на мизинцах. Снова смешок, будто он сам удивлялся глупости, которую сморозил. - Хорошо, - поразмыслив, согласился я. - Но только если ты отдашь мне сумку, что лежит под твоей кроватью. - Сумку? - понимание, что Хидео просто забыл о ней, вызвало облегчение. - А, эту. Она тебя так беспокоит? - Да, - смысл лукавить отпал. - Только о ней и думаю. - Можешь взять её прямо сейчас, - снова уловка. - Так не пойдёт, - нельзя проявлять слабость. - Я отвернусь, а ты оставишь ее за моей спиной. - Договорились, - после недолгих раздумий согласился Хидео. - Проваливай. Я отошел ближе к входной двери, чтобы контролировать ее на случай, если Хидео замыслил кинуть меня, и повернулся спиной к квартире. - Готово, - вполголоса сообщил я. Спустя несколько секунд дверь ванной приоткрылась, затем раздались шаркающие шаги. Они прервались на несколько бесконечно длинных мгновений где-то посреди коридора, а затем возобновились, постепенно стихнув в районе комнаты. Я вслушивался в звуки, практически не шевелясь и дыша через раз. Кровать Хидео скрипнула: он оперся на нее, доставая сумку. Снова шаги, уже приближающиеся, но оборвавшиеся где-то на полпути. Позади что-то с глухим стуком упало на пол. Хидео вернулся в комнату и захлопнул дверь. ... Тетя Токико вернулась поздно. Ее глаза раскраснелись из-за слез, но больше она не плакала. Кое-как бросив обувь у входа, она даже не потрудились снять с себя пальто. Просто молча опустилась на диван в кухне_тире_гостинной и спрятала лицо в ладони. Шумно вздохнув, она откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. - В конце концов, это случилось, - безучастно пробормотала тетя. - Хидео исключили. Я предполагал нечто подобное, судя по тому, сколько людей, включая учителей, видели драку. Да это даже дракой не назовёшь - просто избиение. Уверен, Като специально появился после уроков, чтобы никто не видел его лица и не задавал лишних вопросов. Даже несмотря на то, что прошла целая неделя после нашей стычки, уверен, на его теле сохранились оставленные мной следы. Так же, как следы, оставленные им, сохранялись на моем теле. - Он здесь? - тетя обернулась и по закрытой двери поняла, что Хидео дома. Обычно мы оставляли дверь открытой, и только если кто-то из нас находился внутри, она закрывалась. Если внутри находился Хидео, то она закрывалась всегда. Я не стал останавливать тетю, когда она подошла к двери и нерешительно постучала. Даже если она хотела просто ворваться внутрь, чтобы как следует всыпать Хидео по первое число, ей не хватало смелости, потому что она не имела ни малейшего понятия, что последует в ответ. - Я вхожу, - сообщила она и толкнула дверь. Я не подходил и сначала даже хотел отвернуться, но я не видел Хидео с тех пор, как мы оказались дома. Мне нужно было знать, что с ним всё в порядке. Он сидел на своей кровати. Его взгляд скользнул мимо тети в поисках меня, но, когда наши глаза встретились, он отвернулся. - Ты слышал? - оно постаралась звучать строго, но из-за усталости и недавних слез у нее плохо получалось. - Тебя исключили. - И что ты собираешься делать? - равнодушно спросил Хидео все тем же хриплым голосом. Тетя поежилась. Даже если она не знала всего, что-то в Хидео заставляло ее чувствовать себя неловко. - Придется найти тебе другую школу. Но прежде, завтра тебя ждут в отделении полиции. Они обязаны поставить тебя на учет. Если не придешь, тебя доставят принудительно. - Понял, - Хидео лег на кровать лицом к стене и завернулся в одеяло с головой. Даже если тетя собиралась сказать еще что-то, она не стала. Уходя, она не забыла прикрыть за собой дверь, будто пыталась восстановить герметичность, которую нарушила своим появлением. Мы переглянулись. В ее глазах плескались отчаяние и бессилие. Не сказав ни слова, она сняла пальто, бросила его на спинку стула и скрылась в своей комнате. Хидео не запрещал мне входить, но его "Я не хочу тебя видеть" говорило само за себя. Едва оказавшись в комнате, я погасил свет. Темнота как будто делала мое присутствие здесь менее незаконным. Испытывать терпение своего брата я не собирался, так что забрал подушку и одеяло и устроился на диване в кухне_тире_гостинной. Ночь обещала быть долгой. .. Я не сомкнул глаз. Даже при всем желании у меня не получилось бы заснуть. Я вслушивался в каждый шорох в нашей с Хидео комнате и притворялся спящим, когда он проходил мимо, чтобы покурить на балконе. Я спрятал сумку, которую он мне отдал, но это абсолютно не являлось гарантом того, что он не сбежит. Точно так же, как и наша дурацкая детская клятва на мизинцах. Если Хидео решит уйти, его ничто не остановит, и я не собирался давать ему лишний повод. Если это означало, что мне вечность придется кантоваться на этом чертовом маленьком диване, то так тому и быть. Утром я снова притворился спящим, и тетя Токико не стала меня "будить". Она тихо собралась и ушла на работу, даже не позавтракав. Я сел и включил телевизор на маленькой громкости, чтобы обозначить свое присутствие в квартире. Хотя, думаю, Хидео и так знал, что ни в какую школу я не пошёл. Судя по периодичности его вылазок покурить, он тоже не спал всю ночь. Полистав каналы, я наткнулся на "Охотников на призраков". Эта дурацкая передача дарила какое-то ощущение тепла и уюта, будто возвращала на несколько лет назад, когда на душе не было так паршиво. Ещё через час Хидео покинул свое убежище. Он прошаркал мимо с пачкой сигарет, и я сделал вид, будто не заметил его. Вернувшись, он не направился обратно в комнату, а бросил пачку на стол и опустился на другой край моего дивана. Некоторое время мы просто смотрели шоу. - Ты прав, - внезапно подал голос Хидео. - Мне не удастся вечно бегать от тебя. - Тебе не нужно, - я не решался повернуть голову к нему. - Что бы ни случилось, я всегда буду на твоей стороне. Хидео усмехнулся. - Любишь же ты разбрасываться громкими словечками. "Всегда", "никогда". Трепаться любой горазд, но как только дело доходит до действий... Я вытянул руку с оттопыренным мизинцем, краем глаза косясь на своего брата. Он замер. - Что... что ты делаешь? - озадачено спросил он. - Обещаю, - сказал я. - Ты мне веришь? Хидео пренебрежительно хмыкнул. - Почему я должен тебе верить? Ты все знал, но делал вид, что это не так. Ты обманывал меня. - Не обманывал, - уверенно заявил я, решившись полностью обернуться, чтобы, наконец, увидеть своего брата. - Боялся тебя ранить. Боялся, что ты меня оттолкнешь. Я не хочу, чтобы ты меня отталкивал. Хидео внимательно изучал моё лицо с хмурым видом. Я качнул рукой, подталкивая его. Он выгнул брови, я выгнул в ответ. - Эта гребаная херня ничего не значит, - он откинулся на спинку дивана и уставился в потолок. Пока он расслабился, я воспользовался моментом, схватив его руку и вцепившись своим мизинцем в его. Хидео дёрнул рукой, но не смог высвободиться. При желании он легко сделал бы это, ему просто следовало приложить чуть больше усилий. Но он не стал. Не осмелился или не захотел. Это не имело значения. Важным было то, что его палец все ещё оставался сцепленным с моим. - Я всегда буду на твоей стороне и никогда не возненавижу тебя, - поклялся я, глядя Хидео прямо в глаза. - Это мы ещё посмотрим, - устало выдохнул он после нескольких секунд онемения. Краешек его губ дернулся в подозрении на улыбку. И на мгновение мне показалось, что он сжал мой палец. ... Хидео постоянно наблюдал за мной, будто подгадывал, когда же я проколюсь, когда совершу ошибку. Казалось, он хотел, чтобы я ошибся, только этого и ждал. Мы молча позавтракали, почистили зубы. Я воспользовался тем, что Хидео в очередной раз спрятался за закрытой дверью, чтобы переодеться. Синяк выглядел, как плохо легший искусственный загар: темно-коричневый с неравномерно размытыми краями. Я надавил на него и ощутил боль. Уже не такую резкую, как вначале, но все же. - Куда это ты намылился? - спросил Хидео, когда я сел на порог рядом с ним, чтобы обуться. - Я иду с тобой, - заявил я. Пошарив в карманах куртки, я нащупал ключи от дома. На столе заряжался телефон. Длинный провод тянулся через половину кухни_тире_гостинной до самой стены. Мы постоянно запинались об него. Тетя не переставала ругаться. - Тебя никто не приглашал, - огрызнулся Хидео, натягивая куртку. - Да мне плевать. Я иду и точка. Сняв телефон с зарядки, я засунул его в карман. Проверил наличие карты. Хидео закатил глаза, но больше не произнес ни слова. Едва мы оказались на улице, он закурил. Мы зависли у самого подъезда, пока сигарета раскуривалась. Вышедшая на крыльцо соседка со второго этажа проворчала что-то об испорченности современных детей. Возражать ей никто не стал, впрочем как и принимать услышанное на свой счёт. Даже если она была на все сто процентов права. Выдохнув густое облачко дыма, Хидео окинул меня оценивающим взглядом с ног до головы. - Что? - спросил я. - Ничего, - он пожал плечами, пряча помятую пачку в карман. - Не помню, чтобы говорил, будто нуждаюсь в няньке. Собираешься повсюду за мной таскаться? - Собираюсь, - просто бросил я. - У тебя с этим какие-то проблемы? - Это у тебя проблемы, - сигарета дергалась, зажатая между зубов Хидео, пока он говорил. - Даже в сортир будешь со мной ходить? - А ты этого хочешь? - невозмутимо поинтересовался я. Мой брат снова смерил меня взглядом, будто пытался понять, серьёзен я или нет. Я не позволил ему "прочитать" меня. Раньше он всегда знал, что крутилось в моей голове, но с тех пор утекло много воды. Так же, как я не понимал его, он не понимал меня. - Ты не хочешь знать ответ, - заверил меня Хидео, толкая в грудь, чтобы расчистить себе путь. .. Хидео определённо знал дорогу, и мне хотелось спросить откуда, но я не стал. Просто поднялся по пятиступенчатой лестнице на крыльцо следом за братом. - Погуляй где-нибудь минут двадцать, - попросил он, застыв у входа. Его руки покоились в карманах, но плечи были напряжены, выдавая нервозность. - Серьёзно? - я выгнул брови. - Считаешь, я поперся в такую даль, чтобы просто "погулять где-нибудь"? Иди на хер. - Я не просил тебя идти со мной! - обвиняюще проворчал Хидео. - Но я пошел, - спокойно констатировал я. - Так что смирись. На скулах моего брата выступили желваки. - Как же ты бесишь! - прорычал он, открывая дверь. - Упрямый идиот. Первая половина буднего дня подразумевала большее количество народа, но коридор практически пустовал. Нас проводили в один из кабинетов, где за столом сидел мужчина в форме. За всю свою жизнь я впервые оказался в полиции и ощущал себя не на своем месте. Сотрудник доложил о Хидео, и мужчина за столом смерил нас обоих озадаченным взглядом. - Кто их вас Такахаши Хидео? - спросил он. Хидео выступил вперед, и мне даже показалось, что он как будто пытался загородить меня собой. Полицейский указал на стул по другую сторону от своего стола. - Где твоя тетя? - он полистал одно из тонких, сразу видно, что свежих, дел. - Мамия Токико. - Работает, - бросил Хидео, усаживаясь на стул. - Тебе нужно подождать снаружи, - обратился ко мне полицейский. - Я вместо тети, - попытался вывернуться я. - Ты несовершеннолетний и не можешь заменять опекуна. Позднее я свяжусь с вашей тетей и назначу ей личную встречу, - сказал полицейский. - Пожалуйста, - надавил я. - Я хочу остаться с братом. - Хаято, делай, как тебе говорят, - потребовал Хидео. Я знал, что упорствовать бесполезно. Я находился не в том положении, чтобы продолжать настаивать. Это могло навредить Хидео. Так что я вышел в коридор и устроился на одном из металлических стульев недалеко от двери. Я слышал, как полицейский расспрашивал моего брата, желая выяснить причину его поступка. Как старался вправить ему мозги. Как давил на совесть и на жалость. И мне очень хотелось быть там с Хидео, который молчал, как партизан, и только поддакивал в нужных местах в явном ожидании конца этой встречи. Полицейский вёл себя слишком самоуверенно, считая, что все отлично знает, но он ни черта не знал. Ни о том, как мы пережили смерть родителей, ни о том, как тетя старается, чтобы обеспечить нас всем необходимым, ни о том, что этот ублюдок Като заслужил каждый удар, который получил от Хидео. В конечном счете, Хидео отпустили. Прошло не больше получаса, но за эти полчаса мой брат пережил такую головомойку, которую определённо не заслужил. Я был зол. Хидео молчал. Его плечи были напряжены весь путь до дома. По дороге он скурил две сигареты, а потом еще одну сразу, как мы вернулись. В обед позвонил Ито. Он интересовался состоянием Хидео и, когда узнал, что мы наведывались в полицию, начал напрашиваться в гости. Закрыв микрофон ладонью, я тихо спросил Хидео о визите Ито, но тот просто отрицательно покачал головой. Меня не покидала уверенность, что Ито удалось бы разбавить мрачную атмосферу между нами, но я не собирался идти против воли своего брата. Не сегодня. Не сейчас. Не в этом случае. Тетя вернулась поздно. Уставшая и грустная, но пытавшаяся не показывать этого. Она спросила Хидео о походе в полицию, на что тот просто кивнул. Поев, он скрылся в комнате, время от времени покидая свое убежище, чтобы покурить. Каждый его поход в коридор сопровождался моим обеспокоенным взглядом. Я хотел бы верить Хидео, но он сам заявил, что наши обещания - просто "гребаная херня", которая "ничего не значит". Перед сном я снова закрылся в ванной, чтобы переодеться, а затем устроился на диване в кухне_тире_гостинной. На улице уже давно стемнело, негромко работал телевизор, и меня посетило странное ощущение, будто я снова стал маленьким и родители все еще были живы, будто мы приехали к тете на выходные и спали, где придётся. Тетя уже легла, везде погас свет, и только телевизор мерцал, заставляя меня тосковать по тому, чему никогда уже не бывать. Хидео прошаркал к входной двери, и я обернулся. Мы встретились взглядами, но он тут же отвел глаза и скрылся в коридоре. Я в очередной раз поборол побуждение последовать за ним. Я хотел верить, правда хотел, но наши обещания были всего лишь "гребаной херней". После возвращения Хидео пах сигаретами. - И долго ты собираешься страдать фигней? - спросил он, кивая на диван, заваленный моим постельным бельём. - Ты сам сказал, что не хочешь меня видеть, - напомнил я ему. - Я просил тебя свалить? - Нет. Но и не просил остаться. Хидео выгнул брови. Я отзеркалил его. - Черт, - выдохнул он. - Не заставляй меня произносить это. - Не понимаю, о чем ты, - я отвернулся к телевизору. Хидео ушёл, но через десять минут вернулся и отвесил мне хорошего подзатыльника, вытащил из-под меня одеяло, прихватил подушку и уволок все это в комнату. Я не смог сдержать улыбку, но сразу же принял серьезный вид, возвращаясь в родную обитель. Я благодарил бога за то, что испытание диваном оказалось недолгим. Я долго не мог заснуть, вспоминая, как Хидео разрешал мне забираться к нему в постель, но как не позволял к нему прикасаться. Теперь все встало на свои места, и мне захотелось проверить, пустит ли он меня снова. - Эй, Хидео, - шепотом позвал я, но, так и не дождавшись ответа, продолжил. - Можно поспать с тобой, как в детстве? - Ты совсем идиот? - тоже прошептал он после паузы. - Не боишься, что я снова поцелую тебя? Я не знал, зачем он это сделал тогда: чтобы напугать или?.. Я не знал, но не боялся. - Нет, - ответил я. - Если не хочешь спать со мной, то так и скажи. Минуту или две ничего не происходило. Затем кровать скрипнула, когда Хидео двинулся к стене. Прихватив свою подушку, я забрался в его постель. Освободившееся место не успело потерять тепло чужого тела. Тепло и запах. Мы лежали так близко, почти прижавшись друг к другу, что я мог ощущать жар, исходивший от Хидео. Моё сердце стучало так сильно, что казалось, будто его могут слышать все люди на свете. Человек, лежавший рядом со мной, по крайней мере, точно. Я аккуратно коснулся его спрятанной под футболкой спины. Тело под моей рукой вздрогнуло и напряглось. - Прекрати, - потребовал Хидео. - Или я и правда тебя поцелую. Это не было простым интересом. Не было игрой. Не было проверкой. Мне просто снова захотелось ощутить вкус его губ. - Я не против, - отозвался я. - Ты прикалываешься? - шепот перемешался с хрипом. - Если так, то это чертовски не смешно. - Ты же сам заговорил про поцелуй, - напомнил я. - Струсил? - Заткнись, - Хидео развернулся, уставившись на меня стеклянными глазами. Его грудь бешено вздымалась и опадала. Его взгляд остервенело скользил по моему лицу. Я придвинулся ближе, позволив рассматривать себя. Рука Хидео осторожно легла на мою скулу. Большой палец провел по брови, затем по линии носа, а потом опустился на губы, нерешительно оттягивая нижнюю. По позвоночнику прокатилась волна дрожи, когда прикосновения не ограничились только лицом. Шея, грудь, солнечное сплетение. Я даже не успел опомниться, как оказался пригвожден к матрасу. Хидео оседлал мои бёдра, его ладонь давила на мой живот. Задохнувшись, я поморщился от боли, и Хидео резким движением задрал на мне футболку, обнажая синяк. Взяв с тумбочки телефон, он включил фонарик и направил свет в пространство между нами. - Так и знал, - процедил он. - Этот ублюдок!.. Я забрал у него телефон и вернул на место, положив источником света вниз. - Хватит, - я вытянул руку и коснулся его челюсти. - Ты сделал достаточно. Дернув головой, Хидео попытался уклониться от моей ласки, но я не сдался, а он не очень-то и старался. Проведя подушечкой сначала по его верхней губе, затем по нижней, я надавил туда, где они соединялись, заставляя рот прикрыться и впустить мой палец внутрь. По груди Хидео прокатился низкий гортанный звук. Он задрожал, его бедра напряглись, и ноги сдавили меня по бокам. - Для тебя это игра? Считаешь, подурачишься и ладно? - Хидео схватил мою руку, ту, которая ещё несколько секунд назад находилась у него во рту, и прижал к своему паху, будто стояк мог меня напугать. - Я знаю, что тебе нравятся парни, - напомнил я, чувствуя в своей ладони налившуюся плоть. - Но тебе - нет. Я сделал с его рукой то же, что он с моей - позволил почувствовать, как я возбужден. Он с рычанием сжал мой член через одежду и тут же отпустил. - Похоже, что мне это не нравится? - я дерзко выгнул бровь. Бедра Хидео снова сжались, ещё сильнее. Он толкнулся мне в руку и уткнулся лбом в подушку, сбоку от меня, шумно дыша. - Приятно? - прошептал я, повернув голову так, что мои губы касались уха Хидео. Он не ответил. Просто продолжал часто дышать. От этого хриплого звука сводило низ живота. Положив ладонь на шею Хидео, я продолжил ему дрочить, не решаясь забраться под резинку пижамных штанов. Но даже так я чувствовал, какой он большой и твердый. Не верилось, что это происходило из-за меня. Хидео двигался навстречу моим движениям. Я прижался щекой к его щеке, стараясь не издавать ни звука. - Хочу кончить, - признался Хидео, одёрнул мою руку и достал член, продолжив доводить себя до кульминации. Он поднялся и снова восседал на мне, и по мере приближения к финалу его ноги сильнее сдавливали мои бедра. Это происходило до тех пор, пока Хидео не замер, а на мой оголенный живот не брызнула густая струя спермы. Раз. Затем еще раз. И еще раз. Он опустил голову, встречаясь со мной взглядом. На его лице читались облегчение и осуждение. Перекинув ногу через меня, Хидео натянул штаны и слез с кровати. - Не уходи, - попросил я. - Да не ухожу я. Открыв тумбочку и покопавшись в ней, Хидео достал упаковку влажных салфеток. Выковыряв оттуда сразу несколько, он бросил их на мой живот. - Держи футболку, чтобы не сползла, - шепотом приказал он, возвращаясь на кровать. Перебравшись через меня, он занял свободное пространство у стены и принялся стирать брызги спермы с моей кожи. - И часто ты это делаешь? - спросил я, наблюдая за ним. - Не задавай тупые вопросы, - проворчал он. Я представил, как мой брат так же очищает тело того парня из переулка, и ощутил укол ревности. Почти такой же, как в тот день, когда застал их вдвоем. Так вот что это было. Я втянул живот, когда Хидео надавил слишком сильно. Сильнее, чем требовалось. - Ты злишься на меня? - спросил я. - Постоянно, - Хидео усмехнулся. - Я не об этом. Я причинил тебе боль? Повел себя так же, как он? На меня уставились глаза, полные злости. - Не смей. Сравнивать. Себя. С ним, - голос звучал тихо, но достаточно четко, как рычание или шипение. - С тобой. Я хотел этого. - А с ним? - наверное, сейчас не время обсуждать случившееся, но разговор уже зашёл об этом, и если Хидео решит прекратить его, я это сделаю. - Как так получилось, что он... Я не смог произнести это вслух совсем, как там, возле подсобки, когда Ито оттащил меня от Като. У меня внутри все сжималось. - У нас были нормальные отношения, - Хидео прижался затылком к стене, комкая салфетки. - Мне казалось, что ему можно доверять. Но он использовал меня. - Он тебе нравился? - в памяти всплыл наш разговор в кухне_тире_гостинной, когда Хидео с глазами, полными нежности, признавался, что ему кое-кто нравится. Хидео отрицательно покачал головой. - Мы пробовали, открывались друг другу. Я пытался понять... - Нравятся ли тебе парни? - закончил я. Если Като стал для моего брата первым, то это ужасно. Совершенно ужасно, потому что он не имел права забирать у Хидео его первый раз. Возможно даже сейчас, со мной, он улавливал отголоски того опыта. - Нравятся ли мне другие парни, - исправил меня брат. Я снова ощутил ревность. Такую жгучую и ядовитую, что захотелось спрятаться. - И как? Нравятся? - я сглотнул, будучи не совсем уверен, что хочу услышать ответ, хотя он мне и так уже был известен. Тот парень - между ними определенно что-то было. В тот раз он посмотрел на меня с такой злостью и осуждением - этот собственнический взгляд все никак не шел у меня из головы. - А сам как думаешь? - Хидео сильнее смял салфетки и бросил их на пол, перелез через меня, взял с тумбочки пачку сигарет и прошаркал к двери. Проведя рукой по животу, чтобы удостовериться, что он чистый, я опустил футболку и вжался головой в подушку, закутавшись в одеяло. Я не собирался уходить, я правда хотел просто поспать рядом с братом. Не думал, что все зайдёт так далеко. Я не сожалел о случившемся. Это было приятно. Очень. Шумное дыхание Хидео до сих пор звучало в моих ушах. Я слышал, как Хидео вернулся с балкона, но какое-то время оставался в кухне_тире_гостинной. Тихо говорил телевизор. Шумела вода, текшая из крана. Скрипел диван. На секунду я испугался, что Хидео найдёт спрятанную сумку, и от этих мыслей захотелось подорваться и проконтролировать все. Но я остался в постели, гадая, что выберет Хидео, если вернётся в комнату этой ночью: спать в своей постели вместе со мной или занять пустующую кровать. Зайдя в комнату, Хидео замер, будто удивился, застав меня в своей постели. Я не шевелился, рассчитывая сойти за спящего. В конце концов у меня в распоряжении имелось достаточно времени, чтобы заснуть. Но я не смог бы. Просто не смог бы. Обреченно вздохнув, Хидео бросил сигареты на стол. Кровать прогнулась, когда он перелезал через меня, чтобы устроиться у стены. - Я знаю, что ты не спишь, - пробормотал он. - У тебя все одеяло. Я выпутался из своего кокона. Хидео забрался в мою теплую берлогу. От него пахло сигаретами и холодом. Ледяные пальцы коснулись моей руки, и меня передернуло. Горячее дыхание скользнуло по моей шее. Я закрыл глаза, стараясь унять дрожь. Замерзшие ступни уперлись в мои ноги. Я хотел возмутиться, но промолчал. С сопением и ворчанием мы сражались за удобство под одеялом. И хотя кровать была слишком узкой для двух человек, в ней оставалось достаточно места, чтобы мы могли не тесниться. Однако мы прижались друг к другу, как два зверька в маленькой норке, и ничего более приятного не существовало в этом мире.