A Stitch in Time - Стежок во времени

Холодный серый свет проникал сквозь больничное окно, заливая школьный лазарет унылой промозглой безнадегой. Никто не напомнил британской небесной канцелярии о том, что на дворе середина лета, поэтому тяжелые темные тучи упорно от края и до края застилали некогда голубое небо. Уперевшись лбом в стекло, Гарри рассеянно смотрел на квиддичное поле, обдумывая события последних дней. Парня угнетало, что большая часть его воспоминаний были наполнены болью, замешательством и… Снейпом.  Он понимал, что мимолетное облегчение, вызванное известием о поражении Волдеморта, должно было вызвать в его душе ураган эмоций, но всё это в один миг было разрушено новостью о его будущих отношениях. Гарри не мог понять: как он мог решиться на нечто, что инстинктивно считал неправильным. У них со Снейпом никогда не было ни одного даже самого простого человеческого разговора, что уж тут говорить о чем-то большем, напоминающем «отношения». Парня не особо волновало, что его будущее «я» влюблено в кого-то того же пола. Гарри давно смирился с тем, что ему самому глубоко плевать, с кем (парнем или девушкой) делить постель. Он хорошо помнил тот день, когда все рассказал Гермионе и Рону: ему казалось, будто все нутро сжалось в болезненный узел, голос предательски срывался на фальцет, сердце замирало от ужаса при мысли, что через мгновение он потеряет своих лучших друзей. Терзался мыслью, что отличается от остальных – снова. А потом испытал то самое чувство облегчения, когда будто гора с плеч упала: друзья не только приняли его таким, каков он есть, но и, оказывается, давно об этом догадывались! Ему невероятно повезло с друзьями, хоть сейчас они были заняты исключительно друг другом. Парень не находил себе места, пытаясь принять, что его будущее «я» было влюблено в садистского, мерзкого, бессердечного, высокомерного, педантичного ублюдка, чья ненависть к Гарри была сравнима исключительно с ненавистью самого Гарри к нему. Возможно, у Снейпа было несколько положительных качеств: он стал шпионом Дамблдора, пару раз спас Гарри жизнь, держал его в пределах видимости… Размышления молодого человека резко оборвались, и он с усилием отодвинул в сторону последнюю мысль из своей головы. «Снейп может делать все, что ему угодно, но он никогда не заставит меня влюбиться в него.» - Гарри замер. – «Или, может быть, Снейп попытается…» Гарри так глубоко ушел в свои мысли, что невольно ударился лбом о стекло, когда за спиной раздался  странный металлический щелчок. Резко развернувшись, он наткнулся на злобную усмешку Снейпа. - Нервишки шалят, Поттер? - Да, - не стал отпираться Гарри. Гнев, клокотавший в горле, предал его взгляду жесткость. – Не трудно впасть в паранойю, когда делишь комнату с весьма ненадежным соседом. С тонких губ Северуса сорвался утробный рык. На желтоватой коже высоких скул проявились неровные красные пятна. Мужчина сделал шаг в сторону парня, и навис над ним, используя свой немалый рост, чтобы устрашить поганца. Худощавое тело старшего, облаченное в черную мантию, производило неоднозначное впечатление: мужчина напоминал остро отточенный боевой клинок, дочерна обожженный в горниле кузни. - Мистер Поттер, вам, должно быть, доставляет удовольствие мысль, что хоть кто-то делит с вами комнату. В последнее время находится с вами рядом весьма небезопасно, не так ли? - Проникновенный глубокий голос с едва уловимыми плутонами вкрадчиво прошелестел по палате, и мужчина усмехнулся, оставляя последнее слово за собой. С той самой минуты, когда двое попаданцев оказались вне своего времени, атмосфера меж ними ощущалась отчетливо холодной. Теперь же она стала пронзительно ледяной. Жгучая ярость и негодование рванули откуда-то из глубин сознания мальчишки, окатив уже полностью исцеленное тело жаркой волной, отчаянно ища выход. Однако к этому добавилось чувство вины, дрожью запульсировав на кончиках пальцев, когда Гарри с каким-то отчаянным упрямством вызывающе резанул взглядом по Снейпу. - ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, Я НЕ МЕНЯЮ СТОРОНУ КАЖДЫЕ ДВЕ СЕКУНДЫ! - Некоторые из нас достаточно скромны, чтобы признать свои ошибки. А вы так и остались высокомерным поганцем, как ваш отец.  Это уже большое достижение. – Бледное лицо Мастера зелий было абсолютно бесстрастным, но ходящая ходуном грудь и намертво сжатые в кулак пальцы отчетливо выдавали скрытые эмоций. - Кто бы говорил. Лицемер. Ваш отец вообще был далек от идеала. – Гарри прекрасно помнил те несколько эпизодов из жизни мага, когда ему удалось пробить его защиту с помощью Occlumency. - Ты ничего не знаешь о моем отце, эгоистичный мелкий сопляк, - зло процедил Снейп. – Я бы посоветовал тебе придерживаться тех тем, в которых ты действительно разбираешься. Например… - Последовала долгая пауза. – У меня нет времени, чтобы тратить его на бесплодные поиски. - Говорю в последний раз, Снейп, ТЫ НИЧЕГО ОБО МНЕ НЕ ЗНАЕШЬ! - И я напоминаю в последний раз, Поттер, - прошипел Снейп, наклонившись над Гарри так, что их лица разделяло буквально несколько сантиметров, - для вас я профессор Снейп. Между мужчинами повисла тяжелая тишина. Они оказались настолько близко друг к другу, что буквально чувствовали жар, исходящий от тел, смешивая воздушное пространство воедино. Гарри изо всех сил старался не отшатнуться, когда теплое гневное дыхание мастера зелий коснулось его лица. Снейп же, глядя в ярко-зеленые глаза парня, увидел в них только решимость и ненависть. Он наблюдал, как красные губы мальчишки  двигались в такт резким словам, произносимым несносным гриффиндорцем. - Когда мы вернемся, я больше никогда не заговорю с вами. Не произнесу ни слова! Мне плевать на пропущенные уроки Зельеварения. Я уверен, вы будете рады избавиться от меня. Я слишком презираю вас, чтобы это… будущее… когда-нибудь наступило. Голос парня был пронизан горечью, редко встречающейся у его сверстников. Какая-то крошечная часть Снейпа разлетелась на куски, едва на него обрушилась вся сила ненависть мальчишки. Привыкший к тому, что его избегали, высмеивали и оскорбляли, Мастер зелий смутно задавался вопросом, как на этот  раз кому-то удалось пробить его броню? Сохраняя невозмутимость, он слегка отступил назад, довольно громко хмыкнув. - Это первая разумная вещь, которую я от вас услышал, мистер Поттер. Я принимаю ваше уведомление. С этими словами профессор резко развернулся и подхватил руками мантию-невидимку, которую оставил для него будущий «я» Гарри. Он остановился у дверного проема, молча ожидая, когда к нему присоединится Гарри. Тот в последний раз с задумчиво посмотрел в окно, мечтая схватить свою Молнию и почувствовать волнующую свободу полета вместо того, чтобы вновь совершить неудобный переход по коридорам школы, прикрывшись мантией-невидимкой в кабинет Дамблдора. Ни слова не говоря, он присоединился к ожидающему у порога нелицеприятному мужчине, страстно надеясь, что всё это скоро закончится и он навсегда освободится от Снейпа.