Тени Тейвата

Тарталью разбудили громкие шаги постояльцев, стучащие по половицам. Пошевелившись, он неожиданно почувствовал, что его обхватывают крепкие руки, не дающие ему сдвинуться с места, и моментально застыл, чтобы ненароком не потревожить Чжун Ли. В памяти тут же всплыли обрывки вчерашней ночи: то, как страстно они целовались, как бесстыдно разглядывали друг друга, будто произведения искусства, и как неистово он извивался под Архонтом, двигаясь с ним в такт. Щеки мгновенно залило жаром: его живот упирался прямо в пах Чжун Ли, который прикрывали только края расстегнутой рубашки, а близость чужого тела обжигала кожу, вызывая мурашки — такого горячего пробуждения в его жизни точно еще не было. Когда же он наконец открыл глаза и приподнял голову, то обнаружил, что все это время Архонт, как завороженный, наблюдал за пробуждением Тартальи — его волосы излучали почти неразличимое на свету сияние, а глаза словно превратились в сверкающие самоцветы, в которых отражалась его любовь. Заметив, что он проснулся, Чжун Ли с мягкой улыбкой пожелал: — Доброе утро, Аякс. — Доброе, — отозвался Тарталья, не в силах оторвать от Чжун Ли взгляд: тот выглядел настолько чарующе, что он ненадолго выпал из реальности, залюбовавшись его красотой. — Ты сегодня прямо светишься. — Никогда не умел контролировать эту особенность. Хотя это обличье вполне успешно скрывает мою истинную сущность, порой эмоции становятся слишком сильными, чтобы удержать их в себе. Даже не представляю, что вчера творилось с погодой в Ли Юэ… Тарталья издал смешок. — И как тебя до сих пор никто не раскрыл? Ты же постоянно ходишь, будто уличный фонарь. — Не постоянно. Только когда нахожусь рядом с тобой. В этот момент за стеной послышались быстрые шаги, и до них донесся стук в соседнюю дверь и громкий голос Нади: — Господин Чайльд! Господин Чайльд, Путешественница просит вас спуститься! Тот обреченно вздохнул. — Ну вот и все… — Дай мне еще минутку, — попросил Чжун Ли, настойчиво притянув его к себе. — В конце концов, я ждал этого целых пятьсот лет… — Ну ты уж не преувеличивай, — фыркнул Тарталья, также не спешащий покидать уютные объятия. — Ты же понятия не имел о том, что влюбишься в меня. — Что не мешало мне с нетерпением ожидать твоего прибытия. — Так ты поэтому следил за мной на пристани? Хотел убедиться в том, что я настоящий? — Скорее, в том, что Царица не изменила своих планов и не решила отправить ко мне другого Предвестника. Было бы неловко узнать, что в этой реальности ты так и не присоединился к Фатуи, что значительно бы усложнило мою задачу… — Но как ты узнал, что я прибуду именно на том корабле? Ты что, проверял все суда из Снежной? — Да. Я специально планировал свой день так, чтобы оказаться на пристани точно в момент прибытия судна и уйти до того, как меня кто-то хватится. Признаюсь, в тот момент, когда я впервые увидел тебя, я так сильно запаниковал, что едва не попался тебе на глаза. Повезло, что поблизости оказалась толпа рабочих, которая и помогла мне скрыться из виду. — Я уже тогда тебе понравился? — с усмешкой поинтересовался Тарталья, которому слова Чжун Ли слегка польстили. — Пожалуй. Было бы глупо отрицать, что во время моего бегства мной руководил отнюдь не холодный рассудок. Впрочем, к тому моменту, как ты поднялся на мост, я успел достаточно собраться с мыслями, чтобы вспомнить о главной цели своей миссии и как ни в чем не бывало заговорить с тобой. — Так и знал, что ты все-таки следил за мной… — Мне все еще нужно за это извиниться? — Хватит с тебя извинений. Хотя, если честно, меня до сих пор бесит, что я так и не раскрыл твою настоящую личность… За стеной снова нетерпеливо постучали. Поняв, что разведчица не отстанет, Чжун Ли неохотно разжал руки, позволяя Тарталье выкрутиться из его объятий и усесться. Это оказалось не так-то непросто: плечи, которые всю ночь сжимал Архонт, онемели, а по нижней части тела разливалась ноющая боль — кажется, после прошлой ночи его мышцы решили устроить бунт, из-за чего он до сих пор чувствовал внутри непривычную растянутость. Поморщившись, он повернулся к Чжун Ли, разминающему затекшие конечности, и сказал: — Спасибо за вчерашнее. Тот самодовольно сверкнул глазами. — Всегда пожалуйста. Обращайся, если захочешь снять напряжение. Они слезли с кровати и принялись собираться. Пока Тарталья застегивал рубашку и натягивал брюки, он время от времени поглядывал на полураздетого Чжун Ли, собирающего разбросанные по комнате вещи. Его охватило ощущение нереальности происходящего: подумать только, сам Властелин Камня без смущения бродил по их комнате и даже как будто немного красовался перед ним, давая рассмотреть каждый бицепс на его оголенном торсе. Когда тот наконец оделся и завязал волосы в хвост, Тарталья уточнил: — Ну что, выходим? Тот кивнул, и Тарталья, распахнув дверь, вышел в коридор, где возле соседнего номера стояла сосредоточенная Надя, тщетно пытающаяся достучаться до командира. — Господин Чайльд? — растерялась она. — Но… ваш номер… он же… В этот момент из комнаты показался невозмутимый Чжун Ли, и щеки девушки залил румянец. Быстро взяв себя в руки, она сбивчиво доложила: — Господин Чайльд, Путешественница просит вас спуститься, чтобы вы могли позавтракать. Господин Моракс тоже может пойти, раз уж он… — Спасибо, Надя, — отозвался Тарталья, борясь с желанием громко рассмеяться. — Мы действительно не прочь позавтракать напоследок. Не правда ли, Моракс? Они поспешили на первый этаж, откуда доносились аппетитные запахи еды. Когда они спустились, то застали Путешественницу сидящей на одной из лавок в компании полусонных бомбардиров и выглядывающей из ее капюшона Астарот. При виде идущих к ней Тартальи и Чжун Ли девушка кивнула на наполненные тарелки и объяснила: — Завтрак за счет заведения. Видимо, хозяин воспринял твои деньги слишком серьезно… — За счет Панталоне ничего не жалко, — отшутился Тарталья, опустившись напротив. Оглядев тарелки, он набрал себе всего понемногу и приступил к еде. — Как прошла ночь? — с усмешкой поинтересовалась Путешественница, наблюдая за тем, как он с аппетитом уминает сырник. — Лучше не бывает, — отозвался Тарталья с набитым ртом. — Это я заметила. Вас было очень хорошо слышно этой ночью. Наверное, стены тонкие… Тарталье захотелось провалиться сквозь землю от стыда. Смущенно переглянувшись с Чжун Ли, он поспешно уткнулся в тарелку и сделал вид, будто намазывает на хлеб масло, хотя сам так и чувствовал на себе понимающие взгляды разведчиков, и без того догадывающихся об их отношениях. Оставалось надеяться, что больше никто из постояльцев не видел, как они вместе выходили из номера — в их положении было не лучшей идеей так открыто проявлять чувства, ведь в Снежной на подобные парочки всегда смотрели косо, а любое лишнее внимание могло невольно выдать их перед Фатуи. — А у тебя как? — перевел он тему спустя паузу. — Удалось выспаться? — Не очень. Меня всю ночь не оставляло дурное предчувствие… Будто мы уже опоздали и Асмодей вот-вот сбросит на Тейват шип. — Это же неправда, да? — чуть нервно спросил Тарталья и машинально покосился на окно, проверяя, не летит ли за ним что-то. — Нет, но… Мне кажется, что-то грядет. Совсем скоро. Хотя во мне живет только часть личности Изначального, я неразрывно связана с этим миром и всегда чувствую, если в нем происходит что-то неправильное. Не знаю, как еще это объяснить… — Тогда нам нужно обсудить план действий, — убежденно заговорил он, понизив голос. — Что мы будем делать, когда доберемся туда? Путешественница задумалась. — Когда я прибыла в Нод-Край в прошлый раз, Царица уже знала, кто я такая, поэтому отдала Фатуи приказ пропустить меня. Очевидно, сейчас такой вариант нам не подойдет, поэтому придется пробиваться хитростью. — Тот сторож сказал, что Фатуи перекрыли все дороги, — напомнил Тарталья. — Они знают, чего от нас ждать, и наверняка поставят какие-нибудь ловушки на случай, если мы появимся. — Они не знают про меня. Теоретически я могу прокрасться к телепорту, который должен находиться рядом с лабораторией, активировать его и таким образом перенести вас внутрь, но у меня с собой нет даже оружия, чтобы отбиваться от солдат. — Мое копье подойдет? — уточнил Чжун Ли. Путешественница покачала головой. — Раньше я пользовалась мечом. Не думаю, что у меня будет время на то, чтобы освоить еще одно оружие… — Тогда я буду тебя сопровождать, — вызвался Тарталья. — Я отвлеку охрану и расчищу дорогу, и тогда тебе останется только пробраться в лабораторию, чтобы активировать телепорт. — Аякс, — строго начал Архонт, но тот лишь отмахнулся. — Да-да, я понимаю, что ты беспокоишься за меня, но у нас нет иного выбора, не так ли? Моя жизнь гораздо менее ценна, чем твоя, поэтому именно я должен идти туда. — Нужно обсудить другие варианты, — отрезал Чжун Ли. — Такие, в которых тебе не придется жертвовать собой и отделяться от нас. — Командир, я понимаю, что вам не терпится отправиться в бой, — неожиданно встрял в разговор Демьян, — но позвольте нам выполнить это задание. В конце концов, мы всю жизнь занимались тем, что проникали в места, которые недоступны обычным людям, поэтому именно мы должны сопроводить госпожу Путешественницу. Тарталья начал колебаться. На самом деле он намеренно предложил свою кандидатуру в надежде, что ему удастся всех уговорить и таким образом избежать смертей. Почему-то ему казалось неправильным жертвовать разведчиками после всего, через что они вместе прошли: хоть они и были его солдатами, как командир он не мог позволить, чтобы те взяли на себя эту самоубийственную миссию, пусть даже и во благо общего дела. Однако других вариантов у них и правда не было: лишь разведчики были способны пройти мимо дозорных, не вызвав у них подозрений, а потом еще и добраться до телепорта, наверняка спрятанного в самой неприступной части Нод-Края. Им же с Чжун Ли нужно было беречь силы перед встречей с по-настоящему могущественными противниками: Предвестниками, которые будут ждать внутри. — Как именно вы собираетесь проникнуть туда? — уточнил Тарталья, мысленно смиряясь с неизбежным. Разведчики задумчиво переглянулись между собой, будто ведя бессловесный диалог. — Помните, как мы спасали господина Моракса? — наконец спросил Демьян. — Мы тогда вполне успешно притворились солдатами Капитано, чтобы проникнуть в лагерь. Думаю, мы можем снова использовать эту тактику, только на этот раз мы сделаем вид, будто ведем к Фатуи подопытную. Так мы и сможем попасть в лабораторию. — А это может сработать, — оживилась Путешественница. — В этой жизни никто не знает, кто я такая, поэтому дозорные не заподозрят неладное, если вдруг увидят меня. Ну, если, конечно, вход не будет охранять кто-то из высших Предвестников, но такое вряд ли возможно. — Что тогда делать нам? — напряженно спросил Чжун Ли. — Просто ждать, пока вы активируете телепорт и вернетесь? — Другого варианта нет. Если Фатуи заметят вас, то моментально поднимут тревогу, а так у нас хотя бы появится шанс проникнуть туда незамеченными. — Думаю, мы с Мораксом можем затаиться, — предложил Тарталья. — Подыщем какое-нибудь укромное место, чтобы наблюдать оттуда за происходящим, и в случае чего вмешаемся. Раз уж мы теперь работаем вместе, мы должны помогать друг другу, потому что ни на кого, кроме нас шестерых, мы рассчитывать не можем. — Вообще-то семерых, — с усмешкой поправила Путешественница, покосившись на Астарот, которая от возмущения аж вылетела из ее капюшона и стала кружить перед лицом Тартальи, напоминая о своем существовании. Тот из уважения к богине не стал уточнять, что считал только боеспособных членов команды, которые могли дать отпор Фатуи и прикрыть его со спины в случае внезапного нападения. Следующую часть завтрака они разрабатывали план проникновения в лабораторию на основе той разрозненной информации о Нод-Крае, которой владели Тарталья и Путешественница. Хотя на словах все звучало довольно логично, в реальности их замысел мог с легкостью пойти не так, как было задумано, поэтому они старались учесть каждый из вариантов развития событий, чтобы быть готовыми к любому исходу. Проблема в том, что переменных было настолько много, что в большинстве пунктов плана им приходилось полагаться исключительно на удачу — на то, что живущий внутри Путешественницы дух Изначального благословит их и тем самым поможет осуществить задуманное. Та в ответ лишь тяжело вздохнула и в очередной раз посетовала, что больше не умеет управлять стихиями, из-за чего она стала слабее даже рядового солдата Фатуи без Глаза Порчи. К тому моменту, как они закончили обсуждение, их тарелки уже были пусты. Забрав из комнат вещи, они поблагодарили хозяина за еду и гостеприимство и, попросив его как следует почистить номер Чжун Ли перед заселением новых постояльцев, направились к выходу. Погруженные в свои мысли, они уверенно шли по заснеженной дороге, усеянной следами множества ног, а когда впереди показался первый блокпост, сразу же свернули в чащу и взяли курс на юг. Тарталья на глаз прикинул, что если они будут двигаться без остановок, то точно доберутся до границы Нод-Края где-то к середине дня, но когда он поделился этим наблюдением с остальными, Путешественница растерянно произнесла: — Как странно… Снежная стала гораздо меньше, чем я запомнила. Как будто сами время и пространство серьезно исказились с тех пор, как я в последний раз была здесь… — Как такое возможно? — удивился Тарталья. — Разве время и пространство не должны быть постоянными? — В том-то и дело, что должны. Видимо, с недавних пор на Селестии стало некому приглядывать за положением дел на Тейвате, ведь Астарот потеряла доступ к своим силам, Ронову заботят только умершие, а Асмодей… просто все равно. Если это продолжится, боюсь, Тейват долго не протянет, поскольку даже сила жизни начнет понемногу уходить из него, пока весь мир не поглотит небытие. Тарталья мрачно переглянулся с Чжун Ли, но вслух ничего не сказал — все и без слов понимали, что стояло у них на кону. — Ты правда пришла к нам из другого мира? — спросил Тарталья спустя паузу. — Да. Если коротко, то во время своих странствий по звездному небу мы с братом повидали много разных миров, и Тейват — лишь самый маленький из них. Мы хотели создать место, где смогут жить люди, где не будет катаклизмов и куда не доберется сила разрушения, известная нам как хонкай, поэтому оградили его специальным куполом, который и спрятал его от остальной вселенной. Пару раз случалось, что кто-то пробивался через нашу защиту и случайно попадал в Тейват, но это было скорее исключением, чем правилом. Асмодей была первой, кто захотел добровольно остаться на Селестии, поскольку ей было больше некуда идти, и только благодаря милости Изначального она смогла обрести новый дом. — Астарот настоящая дочь Изначального? — Это… довольно сложно объяснить. В человеческом понимании — нет. В понимании богов — да, самая настоящая. Просто в какой-то момент она впитала в себя достаточно силы жизни, чтобы обрести телесную оболочку и перестать быть абстрактным «временем». По сути мы сами вытащили ее из небытия нашей божественной энергией и наделили даром существования, а вслед за ней на свет появилась и Ронова, чтобы заботиться о тех, чье время подошло к концу, и провожать их души в следующий мир. — Вот это да, — покачал головой Тарталья. — Если бы раньше мне кто-то сказал нечто подобное, я бы не поверил… — Что конкретно из списка? — с усмешкой поинтересовалась Путешественница. — Все, — фыркнул тот в ответ и бросил насмешливый взгляд на Чжун Ли, который от разговоров о высших богах ушел глубоко в себя и перестал на что-либо реагировать. Как и предполагал Тарталья, они добрались до Нод-Края около полудня — похоже, со временем здесь и правда происходило нечто странное, раз они так быстро преодолели столь огромное на первый взгляд расстояние, а он, привыкший к подобным аномалиям, даже не заметил бы этого, если бы Путешественница напрямую на них не указала. Несколько раз им дорогу преграждали блокпосты Фатуи, но им удавалось укрыться за деревьями прежде, чем солдаты успевали их заметить — а все благодаря раскинувшейся на многие километры чаще, такой густой, что в ней с легкостью можно было заблудиться. К счастью, разведчики быстро отыскали нужную тропинку и, не сбавляя шагу, двинулись прямиком к базе Фатуи, занимавшей большую часть территории региона. Находясь буквально за деревьями, она всем своим видом намекала на то, что от этого места следует держаться подальше: из ее высокой каменной стены торчали острые шипы, внизу виднелись заграждения, мешающие проехать телегам, а позади тянулось холодное северное море, по которому сновали военные корабли. Даже издалека Тарталья слышал, как громыхало железо, которое Фатуи использовали для создания оружия и техники, и как уверенно маршировали по дороге солдаты, охраняющие военные объекты и солдатские поселения. Не будь они в положении изгоев, он бы, наверное, сейчас пребывал в экстазе от одной только возможности побывать в месте, где высшие Предвестники вершили свои дела — такой чести удостаивался далеко не каждый. Когда они активировали телепорт, который располагался у границы леса, Тарталья предложил всем разделиться на группы и отправиться на разведку, чтобы понаблюдать за происходящим на базе и определить, с какой стороны им лучше подступиться к Нод-Краю. В итоге задачи распределили так: Надя и Демьян должны были двигаться вдоль забора по правой стороне, Тарталья и Путешественница — по левой стороне, Борис — из-за укрытия следить за дорогой и главными воротами, а Чжун Ли — с воздуха оценить количество охраны, а заодно изучить местность. Для связи было решено использовать стихийные выстрелы: один для предупреждения об опасности, второй, чуть более мощный, для сигнала о помощи — но Тарталья надеялся, что ни один из них им в ближайшее время не понадобится. Они бродили вокруг базы до тех пор, пока не запомнили расположение всех блокпостов и дозорных вышек — некоторые из них находились так близко к границе леса, что Тарталье с Путешественницей пришлось буквально ползти по снегу, чтобы их не заметили солдаты. Вернувшись к телепорту, они дождались остальных членов команды и принялись обсуждать окончательную версию плана. Пока Чжун Ли объяснял Путешественнице наиболее безопасный маршрут до лаборатории, Тарталья под предлогом проверки периметра подошел к Демьяну и, отведя его в сторону, тихо заговорил: — У меня есть к тебе просьба. Когда мы окажемся внутри… сделай так, чтобы Моракс выжил, хорошо? Если же вдруг окажется так, что мы оба окажемся в опасности… выбери его, а не меня. Я знаю, что по условиям контакта с Мораксом ты обязан защищать меня, поэтому прошу тебя об этом как твой непосредственный командир. Считай это своей приоритетной задачей во время миссии в Нод-Крае. Демьян пару секунд молчал, обдумывая услышанное, а потом извиняющимся тоном сказал: — Командир, я знаю, что господин Моракс очень важен для вас, поэтому ожидал, что вы попросите у меня нечто подобное. Вот только не далее как вчера вечером, когда вы ушли в номер, он попросил меня и моих товарищей сделать ровно то же самое, но в отношении вас. От такого поворота событий Тарталья нервно рассмеялся. — Ха-ха, типичный Моракс… — Вы не злитесь на нас за то, что мы дали эту клятву? — робко уточнил Демьян. — Все нормально. На самом деле я должен был это предвидеть… Знаешь, давай договоримся так: если опасность будет грозить мне, то вы сдержите свое обещание и защитите меня, если же ему, то без промедления выполните мой приказ. Если же мы оба попадем в беду – ну, тогда оставляю решение на вашу совесть. Демьян обреченно вздохнул. — Предлагаете мне выбрать между жизнью командира и жизнью одного из Архонтов… Да уж, такого трудного поручения у меня еще не было. — Я бы не стал просить тебя об этом, если бы ситуация не была настолько серьезной, — пояснил Тарталья. — Я ценю каждого из моих солдат и не хочу, чтобы вы погибли из-за меня, но в данном случае у меня нет никого, кому я мог бы доверить эту миссию. Я люблю Моракса больше жизни и не могу позволить кому-то отнять его у меня, понимаешь? — Понимаю. Не сочтите за дерзость, но я с первого взгляда понял, что вы отличаетесь от других Фатуи. Не знаю, как объяснить, но в вас будто была какая-то искра, которую я не видел у предыдущих командиров. Теперь-то я знаю, что именем этой искры была любовь. — Я еще не осознал свои чувства, когда мы познакомились, — возразил Тарталья, сам не понимающий, зачем он продолжает этот разговор. — Вы догадывались о них в глубине души. Знаете, хоть я и не вправе судить вас, но позвольте мне дать вам один совет: держитесь за эти чувства. Не упустите ту искру, которая делает вас таким, какой вы есть. Однажды Ее Величество забыла о своем идеале, и сами видите, к чему это привело: боги оставили этот мир, и теперь только чудо способно растопить ее ледяное сердце. Печально вздохнув, бомбардир направился обратно в лагерь. Когда тот скрылся за деревьями, Тарталья немного постоял в одиночестве, прокручивая в голове его последние слова, после чего вернулся к остальным. По тому, как задумчиво посмотрел на него Чжун Ли, он понял, что тот ни на секунду не поверил в то, что они с Демьяном ушли проверять периметр, но предпочел сделать вид, будто ничего не заметил. Вскоре стало понятно, что оттягивать неизбежное больше не было смысла: либо они рискнут и попытаются проникнуть в лабораторию, либо так и продолжат стоять у стены до самого Катаклизма. В последний раз обговорив их план, разведчики переоделись в униформу Фатуи, с нарочито грозным видом обступили Путешественницу, так убедительно изображающую испуганную жертву, что Тарталья не сдержал смеха, и, дождавшись, пока Астарот нырнет ей в капюшон, дружно направились прочь. Как только опушка опустела, он повернулся к Чжун Ли и бодро поинтересовался: — Ну что, как настрой? Готов бросить вызов Фатуи? — Стараюсь быть оптимистом. Меня… тоже не оставляет нехорошее предчувствие, Аякс. Не могу избавиться от мысли, что все наши усилия были напрасны и мы сами себя загоняем в ловушку. — Выше нос, Моракс. Думаешь, я позволю тебе умереть прежде, чем ты выйдешь за меня замуж? Хотя он спросил это шутливо, лицо Чжун Ли неожиданно посветлело. — Следует ли мне считать это официальным предложением? — спросил Архонт с тонкой усмешкой. Тарталья внезапно посерьезнел и пристально посмотрел ему в глаза. — Давай кое-что пообещаем друг другу, — попросил он, положив ладони ему на плечи. — То, что мы оба вернемся из Нод-Края живыми. — Такие вещи нельзя обещать, — строго возразил Чжун Ли. — Контракт должен содержать четкое и конкретное условие, которое не зависит от внешних обстоятельств, иначе оно будет считаться недостижимым. — Хорошо, тогда я сформулирую иначе: что бы ни случилось, в каких бы обстоятельствах мы ни оказались, мы не станем жертвовать собой. Либо мы вместе уйдем оттуда живыми, либо вместе умрем, и никак иначе. Этого достаточно для заключения контракта? Чжун Ли немного поколебался, будто обдумывая условия сделки, а потом ответил: — Что ж, если ты настаиваешь… Клянусь, что постараюсь сделать все, чтобы мы оба выжили. — И я тоже клянусь. Отныне мы команда, Моракс. А теперь давай сделаем так, чтобы прошлые мы могли нами гордиться. Он потянулся к губам Архонта, чтобы скрепить сделку поцелуем, и тот, приобняв его, охотно подался навстречу. Когда они вдоволь нацеловались, Тарталья отпустил Чжун Ли и настороженно прислушался: ему показалось, будто в чаще послышался шорох, какой обычно бывает у птицы во время взлета, только гораздо, гораздо громче. — Никогда прежде не бывал в Нод-Крае, — поделился он, пытаясь развеять обстановку. — Конечно, я слышал, что Фатуи построили там какую-то военную базу, но понятия не имел о том, что в ней происходит. — Я тоже. Признаюсь, чем больше я узнаю о Фатуи, тем сильнее поражаюсь целеустремленности Царицы. Потратить столько ресурсов ради того, чтобы свергнуть небесный порядок… Это поистине достойно восхищения. — Говоришь прямо как Панталоне, — хмыкнул Тарталья. — Думаю, не будь вы по разные стороны баррикад, вы бы с ним неплохо поладили. — Сомневаюсь в этом. Я всегда презирал людей, которые используют мору как оружие, а не как инструмент, а именно этим занимался Панталоне все время, что он вел деятельность в Ли Юэ. Я уже давно пытался уличить Фатуи в нарушении контрактов и обмане простых людей, однако они так хитро составляли условия договоров, что долгие годы им удавалось избегать правосудия, пока случай с Осиалом не заставил их открыть истинное лицо. — Нам придется снова встретиться с Дотторе, — напомнил Тарталья. — Как и со всеми другими Предвестниками, которых отправили в Нод-Край… — Стоит ли мне спрашивать о том, насколько они опасны? — По отдельности — невероятно опасны. Вместе — непобедимая армия, которую Царица при первом же удобном случае отправит на передовую, и как ты понимаешь, их главными врагами на данный момент являемся мы. Взять хотя бы Коломбину с ее мозгами набекрень или Сандроне, которая буквально одержима роботами. На их фоне даже Синьора покажется тебе верхом невинности, а ты сам видел, на что она способна. — Я все же надеюсь, что нам не придется с ними драться. Не забывай, что мы пришли сюда в первую очередь для того, чтобы не дать Фатуи использовать силу Роновы. Возможно, если мы покажем им свое преимущество, то сможем убедить Царицу пойти на переговоры и начать с нами сотрудничать. — Ты правда веришь, что она согласится нас выслушать? — Нет, не верю. Однако другого способа остановить Катаклизм я попросту не вижу. В чаще снова послышались странные звуки, похожие то ли на завывания ветра, то ли на приглушенное пение, от которого по коже Тартальи пробежал холодок, однако как он ни вглядывался в окружающие его сосны, он так и не смог различить среди них ничего, что хотя бы отдаленно напоминало человеческий силуэт. И все же предчувствие не могло ему соврать: как призрак, кто-то упорно пробирался сквозь чащу, неумолимо приближаясь к тому месту, где они стояли. — Ты тоже это слышишь? — прошептал Тарталья, не сводя пристального взгляда с просвета между деревьями, откуда доносился явственный шорох листьев. Чжун Ли кивнул. — Не нравится мне это, — тихо ответил он. — Я еще во время разведки почувствовал, будто кто-то следит за мной, но был убежден, что мне удалось скрыться от глаз дозорных, поскольку почти сразу нырнул в облака. — Если тебя заметили, то почему не подняли тревогу? — Вероятно, кто-то захотел устроить для нас ловушку. В этот момент над их головами раздался звонкий смех. Тарталью будто окатило холодной водой. Мгновенно приведя себя в боевую готовность, он обхватил ладонь Чжун Ли и уже собрался броситься бежать, как вдруг ему в грудь ударило сильнейшим порывом ветра. Отлетев к дереву, он болезненно ударился спиной о ствол и, скатившись по нему, повалился в сугроб. Одновременно с этим Чжун Ли призвал в руку копье и попытался атаковать невидимого противника, но оружие рассекло пустоту. В ту же секунду, как вокруг Тартальи засверкал каменный щит, в центре опушки поднялся сильнейший ветер, отчего его снова вдавило в дерево. Защита оказалась бесполезной: воздух свободно проходил сквозь барьер и бросал в лицо Тарталье снег, мешая разглядеть, откуда их атаковали. Тут-то он и догадался вскинуть голову и посмотреть вверх — туда, где над кронами деревьев парила темноволосая девушка с повязкой на глазах и огромными белоснежными крыльями, растущими из спины. «Коломбина… Чурл, ну конечно…» — Баю-бай, глазки закрывай, — пела Предвестница себе под нос — от взмахов ее крыльев с ветвей упала куча снега и закрутилась в небольшой ураган, перекрывший Тарталье обзор. У него перехватило дыхание: казалось, будто сам воздух сгустился в его легких, не давая сделать вдох, отчего он отчаянно захрипел. — Баю-бай, — продолжала петь девушка, зависнув над их головами. — Засыпай… Перед глазами все поплыло. Задыхаясь, Тарталья медленно скатился по стволу и всем телом рухнул в снег. В тот момент, когда он уже практически потерял сознание, на его грудь внезапно легла ладонь, а затем в его легкие стремительно влетел воздух, вернув ему возможность дышать. Когда из тела ушла слабость, Тарталья перевел расфокусированный взгляд на Чжун Ли и обнаружил, что тот использовал на нем стихию гео, исходящую прямо из его руки — похоже, Архонт каким-то образом создал вокруг его легких щит, пропускающий воздух, но не дающий пробиться стихии анемо, которую использовала Предвестница. Приложив палец к губам, он помог Тарталье подняться на ноги и, настороженно покосившись на Коломбину, двинулся к просвету между деревьями, но едва под их ногами хрустнула ветка, как Предвестница развернулась в сторону звука и ударила им в спины порывом ветра. Архонт среагировал мгновенно: выпустив из руки каменную глыбу, он настойчиво потянул Тарталью за собой и побежал прочь. «Она реагирует на звуки», — с опозданием осознал тот, когда над их головами зашелестели листья. Видимо, Моракс подумал о том же самом, поскольку он резко остановился, вскинул свободную руку и выпустил перед собой еще одну глыбу камня: врезавшись в ближайшее дерево, она заставила его надломиться и с грохотом упасть на соседние сосны. Уловка сработала: среагировав на звук, Коломбина повернулась в другую сторону — и дерево вдруг с корнем выдрало из земли и подкинуло в воздух. Пока она сражалась с пустотой, Тарталья благополучно уселся на Моракса, принявшего облик дракона, и, покрепче вцепившись ему в гриву, полетел ввысь. — Малыш Ча-а-айльд, — донесся до него убаюкивающий голос. — Я все равно тебя слышу, глупенький. Неужели ты думаешь, что сможешь убежать от меня? Сзади послышался шорох: Предвестница неслась следом за ними, насквозь прорезая верхушки сосен мощными крыльями, в которых после атаки Чжун Ли заметно недоставало перьев. Поняв, что она не отстанет, Тарталья как мог развернулся, уселся задом наперед, коленями зажал туловище Моракса и, материализовав в руке лук, выпустил несколько стрел — к его разочарованию, Предвестница почувствовала их еще на подлете и ловко отбила взмахом крыла. Выругавшись, он немного отклонил лук, чтобы нацелиться на ее крыло, но в тот момент, когда он уже собрался спустить тетиву, на них налетел такой сильный порыв ветра, что его едва не вышибло с дракона — к счастью, Моракс вовремя подхватил его лапой и, мягко подтолкнув обратно, мысленно произнес: «Так вот кого Фатуи оставили охранять воздушное пространство своей базы. Если честно, прежде мне не доводилось встречать кого-то, кто тоже умел бы летать, поэтому я попросту не рассматривал подобный вариант развития событий, что и ослабило мою бдительность. Боюсь, я совершил огромную ошибку, когда выдал ей свое присутствие…» Тарталья не ответил — он уже понял, что Коломбина слышала каждый мельчайший звук, который они издавали, в том числе и его сбивчивое дыхание, еще не до конца восстановившееся после удушения. Для него и самого подобные способности оказались большим сюрпризом, ведь раньше они пересекались только на собраниях Предвестников, но уж точно не на поле битвы. Конечно, он слышал о невероятной эффективности Коломбины, которую часто посылали избавляться от неугодных Фатуи людей, но не мог даже представить, насколько она опасна на самом деле. Да если бы Чжун Ли не додумался оградить его щитом, он бы умер прямо на той опушке, не успев толком осознать, что с ним произошло! «Чего еще ждать от Третьей Предвестницы…» Тем временем Коломбина все не отставала: концентрируя вокруг себя стихию анемо, она неумолимо летела следом за ними, да так быстро, словно сам воздух подталкивал ее вперед. Когда рядом с ними образовался небольшой вихрь, Моракс резко дернулся вбок, отчего Тарталье пришлось временно убрать лук и обеими руками вцепиться в шип, чтобы не сорваться. «Моракс!» — чуть не выкрикнул он возмущенно, но вовремя сдержал себя, вспомнив об идеальном слухе Коломбины. Та не унималась: один за другим создавала вихри, вынуждая Моракса безостановочно вилять то в одну сторону, то в другую в попытке вырваться из воздушной ловушки. В таких условиях Тарталья не мог не то что нормально прицелиться — даже разжать руки и поудобнее усесться. Впрочем, ему было не впервой сражаться в тяжелых условиях: придерживаясь за шип, он призвал в одну руку лук, положил его прямо на спину дракона и, зажав его коленом, осторожно натянул тетиву. — Моракс, можешь, пожалуйста, не шевелить хвостом? — прошептал он едва слышно и прежде, чем ветер успел бы донести эти слова до Коломбины, безмятежно напевающей себе под нос, выстрелил. — Ах! — услышал он ее удивленный вздох, когда в ее правое крыло вонзилась гидро стрела. Обвиснув, оно заставило Предвестницу опасно накрениться в сторону и ненадолго отвлечься от погони, и Моракс, воспользовавшись ее заминкой, тут же выровнялся и устремился к дороге, ведущей к главным воротам базы. — Чурл! — громко выругался Тарталья, увидев, как Предвестница расправила намокшие перья и возобновила погоню. — Да когда ты уже отвяжешься от нас?! — Ча-а-айльд, — протянула Коломбина, создав очередной вихрь. — Ну почему ты убегаешь? Разве ты не хочешь, чтобы все наконец закончилось? Обещаю, я подарю тебе приятный сон, где будет все, что ты пожелаешь… — Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь. Тарталья выпустил стрелу, но на полпути к цели ее подхватил взявшийся из ниоткуда ветер и унес в неизвестном направлении. Одновременно с этим в спину Моракса ударил мощный порыв воздуха, отчего того начало заносить. — К чему упрямиться? Этот мир давно обречен. Я же хочу подарить тебе возможность уйти без боли и мучений. Так зачем откладывать то, что и так неизбежно? — Это мы еще посмотрим. Тарталья выпрямился и резко вскинул лук — теперь только крепко сжатые колени не давали ему упасть с Моракса и полететь до самой земли. Когда наконечник стрелы указал на грудь Предвестницы, он максимально напряг руки, чтобы уменьшить дрожь, и, задержав дыхание, в третий раз спустил тетиву. Вихрь воздуха, выпущенный Коломбиной, лишь немного изменил траекторию стрелы, но благодаря набранной скорости та не успела отклониться от заданной цели и голубой вспышкой вонзилась в грудь Предвестницы. Тарталью обдало влагой: стрела фонтаном взорвалась в воздухе и намочила Коломбине крылья, разом лишив их прежней легкости и подвижности. От силы удара девушка вскрикнула, будто раненая птица, и рухнула на ближайшую сосну, после чего исчезла среди ветвей. — Да! — радостно выкрикнул Тарталья, сделав торжествующий жест рукой. — Моракс, ты видел мой выстрел? «Прости, но мне было немного не до того: пытался сделать так, чтобы ты с меня не свалился. Прошу, усядься поудобнее, пока мне не пришлось тебя ловить!» Тот послушно развернулся и, схватившись за гриву дракона, посмотрел вдаль: на дороге, идущей от главных ворот, стояла троица разведчиков и яростно отбивалась от окруживших их солдат Фатуи, пока Путешественница, успевшая отобрать клинок у одного из поверженных противников, тщетно пыталась пробиться к постройкам, из которых выбегали все новые и новые воины. — И на что мы надеялись, когда пытались избежать битвы… — пробурчал Тарталья. — Надо было сразу идти напролом, чтобы времени не терять… «Не все так безнадежно. По крайней мере теперь на одного Предвестника станет меньше». Он тряхнул головой — и в стену базы на полной скорости влетела комета, обрушив камни на головы солдат. Землю заволокло пылью — судя по мелькающим в ней вспышкам, дозорные принялись без разбора стрелять по всем возможным целям в надежде попасть в разведчиков, но те, воспользовавшись суматохой, успешно вырвались из окружения. Когда пыль немного осела, Тарталья наконец заметил крадущегося вдоль построек Демьяна и настороженного Бориса, намеревающихся, судя по всему, проникнуть противнику в тыл, а также окруженную зеркалами Надю, атакующую солдат со спины и заключающую их в гидро ловушки. С другой же стороны поля боя Путешественница в компании Астарот, выглядящей сверху как светящаяся точка, в одиночку отбивалась от целого десятка воинов и уверенно продвигалась к ограждению, за которым скрывалось не менее двадцати солдат. Они не успели отправиться на подмогу: как только Моракс начал снижаться, из стены выдвинулась огромная пушка, чье дуло было направлено точно в голову дракона. Тот тут же взметнулся вверх, чтобы избежать удара, но тут в них устремился целый фейерверк из стихийных выстрелов, выпущенный откуда-то из-за укреплений. Архонт не растерялся: одним ударом хвоста обрушил ближайшую вышку, заставив ее упасть на дорогу, а затем несколько раз влетел в толпу, лапами раскидывая целящихся в него солдат. От Тартальи не укрылось, как несколько пиро залпов чиркнули по их щиту, обдав Моракса искрами, и в отместку он выпустил в застрельщиков гидро стрелу, стараясь сбить с ног как можно больше противников. Однако Фатуи все не кончались: стреляя со всех сторон, заняв все возможные укрытия, они надежно перегородили проход в лабораторию, от которой, как Тарталья видел, их отделяло еще пять вышек — и откуда их здесь столько взялось? Похоже, за время, что они провели на севере, Царица не теряла времени впустую и собрала в Нод-Крае всю доступную ей армию лишь с одной целью: не дать им сорвать ее грандиозный план. Разведчики помогали мало: хотя рядом то и дело мелькали вспышки их орудий, их усилий явно было недостаточно, чтобы сдержать хорошо обученных воинов, во многом превышающих солдат и по мощи, и по экипировке. Впрочем, отступать те не собирались — так и продолжали прикрывать Тарталью с Мораксом, то взлетающих, то вновь приземляющихся, пока со стороны построек не послышался громогласный голос: — Отставить оружие! Именем Ее Величества, немедленно прекратить бой! Тарталья нехотя оторвался от своего противника и повернулся в сторону звука: у ближайшего укрепления стоял гвардеец Фатуи, чье лицо было полностью закрыто непробиваемым шлемом, а тело защищала тяжелая серебряная броня, и смотрел куда-то ему за спину. Обернувшись, он увидел, что Путешественница, сражающаяся одновременно с тремя бойцами, удивленно застыла посреди дороги, пока перед ней испуганно расступались ее недавние противники. — Господин Пьеро приказал не трогать вас, — пояснил гвардеец, поймав ее взгляд. — Попросил передать, что ждет вас в лаборатории. — Я пойду с вами, — твердо ответила Путешественница, — но только если вы позволите моим спутникам отправиться со мной. Гвардеец немного поколебался, но потом, кивнув окружающим их солдатам, решительно зашагал прочь. Убедившись в том, что на них больше никто не нападал, Тарталья спрыгнул с Моракса и, убрав оружие, направился следом за гвардейцем. Краем глаза он заметил, что Демьян и Борис в этот момент тактически слились с окружением, а Надя и вовсе исчезла в зеркалах, явно намереваясь тайком проследить за ними, и мысленно похвалил ее за сообразительность: им не помешает лишняя подстраховка на случай, если переговоры выйдут из-под контроля. Ему хотелось верить, что, раз Пьеро остановил битву, значит, он был готов выслушать их точку зрения и, возможно, изменить свою позицию по поводу Катаклизма. В конце концов, рассуждал Тарталья, в данный момент они все преследовали одну и ту же цель: избавиться от тирании небесного порядка и сделать так, чтобы порождения Бездны больше не беспокоили Тейват, — чем не идеальный повод забыть о разногласиях и объединиться в общей борьбе? Конечно, в глубине души он понимал, что ни Фатуи, ни Бездна ни за что не откажутся от своих планов — но искра надежды все же разгорелась в его душе, наполняя его силами. Все время, что они двигались мимо укреплений и дозорных вышек, неприступных заборов и ограждений, Тарталья с любопытством оглядывался по сторонам, стараясь досконально изучить маршрут, которым их вели. Он не мог не признать, что эта база была идеальным местом для того, чтобы спрятать в ней секретные изобретения Каэнри’аха: да с такой армией они бы целую вечность пробивались сквозь ряды солдат! Хоть Тарталья и владел силой Бездной, использовать ее он планировал только в самый критический момент — момент, когда их жизни перестанут иметь значение и у них не останется иного выбора, кроме как сражаться до последней капли крови. Очевидно, ни о каком выживании при таком исходе не могло идти и речи. — А здесь все так же, как и в прошлый раз, — тихо отметила Путешественница, вышагивающая позади. — Не хватает только Ее Величества для полного сходства… — Возможно, для нас это даже плюс, — отозвался Тарталья, а сам в этот момент покосился на гвардейца, проверяя, не слышит ли он их перешептывания, но тот не отреагировал. — Нам нужно быть начеку, — взволнованно заговорил Чжун Ли, вновь принявший облик человека. — То, что Пьеро согласился принять нас, не значит, что с ним будет легко договориться. В данный момент именно я являюсь той самой помехой, которая мешает Предвестникам достичь цели, поэтому он не станет со мной церемониться. — Тогда я тоже не стану с ним церемониться. Пусть только попробует дотронуться до тебя, и я лично разорву его на куски. — Даже если это будет единственный способ спасти Тейват? — Да. Этот мир не достоин спасения, если ради него мне придется пожертвовать чужими жизнями. В прошлом я уже совершил эту ошибку и в итоге лишился самых дорогих людей, которые у меня есть. Не хочу в этот раз потерять еще и тебя. Глаза Чжун Ли вспыхнули теплом. Просияв, он без стеснения обхватил его ладонь и крепко сжал, что не укрылось от пристальных взглядов следящих за ними солдат. Тарталье было все равно: держа Архонту за руку, он чувствовал, будто таким образом удерживает его рядом с собой, не давая ему умереть. Эта мысль его успокаивала; пока Чжун Ли находился рядом, он знал, что способен абсолютно на все — даже на то, что казалось ему невозможным. Наконец впереди показались стены лаборатории, больше напоминающей низкий одноэтажный склад, к которому примыкал неприметный телепорт. Пройдя вслед за гвардейцем внутрь здания, Тарталья увидел перед собой круглую платформу, возле которой висело светящееся табло с несколькими кнопками. Когда гвардеец набрал на нем шестизначный код, механизм медленно поехал вниз — на самое дно огромного колодца, освещаемого мерцающими лампами. Чем глубже под землю они опускались, тем сильнее становилось беспокойство Тартальи: очевидно, без разрешения Пьеро они отсюда не выйдут. Либо они убедят его сотрудничать, либо примут безнадежный бой и вместе погибнут за правое дело — а третьего и не дано. Платформа остановилась возле широкой двери, представляющей собой две плотно сцепленные друг с другом металлические плиты. Как только гвардеец набрал на панели код, не такой, какой вводил у лифта, они со скрежетом разъехались в стороны, открывая им проход в лабораторию. Внутри обстановка оказалась довольно минималистичной: по обе стороны от них тянулись голые железные стены с теми же мерцающими лампами, чей бледный и неестественный свет вполне мог свести с ума каждого, кто задержится здесь дольше необходимого. У стенных проемов стояли вооруженные гвардейцы, а в дальнем конце коридора виднелась еще одна плотно закрытая дверь, которую охраняли аж четверо крупных воинов. При виде приближающейся к ним процессии они молча расступились, а затем один из них молча нажал на стенную панель, заставляя дверь распахнуться. Затаив дыхание, Тарталья переглянулся с остальными и медленно прошел в открывшееся им помещение. Не успели они сделать и пары шагов внутрь просторного зала, как его огласил холодный и безэмоциональный голос: — Оставь нас.