Тайны гейского алтаря

Ни чем не примечательный храм русской православной церкви города N. Лампады, свечи, иконы, несчастные дети, которые даже стоять толком ещё не научились, а родители уже с рождения промыли им мозг религией не оставляя выбора, бабульки расшибающие лоб с восклицаниями "— Господи помилуй!". Тихо идущая вечерняя исповедь и медленно тянущаяся к ней очередь. Молодой отец Николай, который стал священником относительно недавно, задумчиво смотрел на ничего не подозревающего отца Алексея, который вёл исповедь. Эта романтическая обстановка сильно возбуждала и будоражила сознание новоявленного батюшки. Он представлял, как властный, серьёзный, наверняка брутальный отец Алексей, который был постарше него, отдаёт приказы, ставит на колени, заставляет каяться в своих мерзких помыслах. Хлещет по спине плёткой и просит озвучить самые сокровенные желания, и наконец-то трахнет его так, чтобы неделю нельзя было сидеть. Чем больше молодой батюшка старался изменить свою натуру, тем ярче и интенсивнее становилось вожделение, с которым он боролся всю свою жизнь, стараясь не грешить хотя бы физически. Что бы хоть как-то охладить свой пыл, он прижигал руку свечой, молясь Богу и всем святым, что помогало но ненадолго. Рано или поздно он срывался, бесстыдно опуская руку вниз. Доводя себя быстрыми, грубыми движениями, лишь бы сбросить напряжение, и избежать ещё более греховных помыслов по отношению к другим батюшкам. Которые считают его достойным служителем Господа, а не собственной плоти. Страшный грешник, ставший священнослужителем, "Отец Николай", "Святой отец Николай" читающий прихожанам выученные наизусть проповеди о добродетели, послушании, покоянии, борьбе с дьявольскими порывами, стоя за иконой на подставке, потому что тело не обманешь, сколько ни кайся. Батюшка, который не может справиться с собственными пороками, позорящий всё духовенство, научившийся скрывать давно вставший член под своим одеянием. Какой же из него священник, если во время службы он не может перестать думать о своих коллегах которым отдался бы прямо посреди храма. Перед ликами святых и самого Господа, который почему-то допустил его до служения. Несчастный батюшка больше не выдерживал играть эту роль праведника, улыбаться всем подряд и ненавидеть себя. Это было слишком невыносимо для него самого, и лицемерно по отношению к благочестивым прихожанам. Помолившись и перечитав жития святых, он решился на отчаянный шаг — просто избавить мир он своего существования, ведь он в любом случае попадёт в ад. Именно из-за своих желаний Николай и стал священником, в надежде что Бог простит и исправит его. Но страсть разгоралась только сильнее, все эти рясы, кресты и бородатые коллеги, только сильнее подогревали интерес. Он даже не служил в этом храме, а пришёл исповедоваться в своих богохульных мыслях, которые к сожалению он так и не реализовал. В последний раз, перед совершением ещё одного тяжкого греха. После исповеди, он собирался спрыгнуть с моста, перестав порочить церковь своими страстями и портить жизнь своей жене, которая ни о чём не догадывалась. А здешний священник оказался до дрожи в коленях в его вкусе. Николай уже чувствовал возбуждение в паху и принял решение дождаться конца исповеди и всё таки излить душу этому соблазнительному красавчику, перед ликами множественных икон с изображением святых и самого Иисуса, сгорая от желания и стыда. Наконец-то прихожане разошлись и настала очередь отца Николая. Он обречённо подошёл к объекту вожделения. — Здравствуйте, отец Алексей. Я согрешил, и хочу покаяться в своих ужасных помыслах, которые я не могу контролировать, перед тем как.. Я, я спрыгну с моста и перестану гневить Господа — И что же вас так терзает и заставляет действовать так отчаяно? — Мужчины, отец Алексей, особенно священники. Я гей и не могу противиться своим низменным порывам, всё настолько плохо, что я даже вас уже хочу, простите меня. Я грешник недостойный быть священником, и вообще ходить по этой земле - Николай почувствовал, как щиплет в глазах, и через секунду по его щекам уже лились слёзы — Бог простит, не убивайтесь вы так, все мы грешны. Как ваше имя? — Отец Николай - сквозь всхлипы произнёс молодой священник, это был его первый, и как он считал последний каминг-аут — Я отпускаю ваши грехи, отец Николай. У нас с вами много общего, успокойтесь, я тоже гей, как и все священники в мире, вы в нужном месте. Это совершенно не повод для окончания жизни - после этих слов Николай успокоился, ему действительно стало легче. После небольшой паузы старший священник продолжил: — Пойдёмте в алтарь, отец Николай — Зачем? - спросил ничего не понимающий молодой батюшка — Чтобы познать все его тайны — Тайны? Но какие? — Тайны гейского алтаря! Отец Алексей молча подал руку, хлопающему глазами священнику, и тот молча взял его за руку, хотя надеялся за кое что другое. Когда они вошли, старший батюшка пояснил: — Это идеальное прикрытие, у вас как и у меня, как и у любого священно служителя, наверняка есть жена, никто ничего не заподозрит. Поэтому и женщин в алтарь никогда не пускали. Это только наша территория, для истинных желаний. А теперь, я хочу знать, на сколько вы меня хотите. Николай молча снял огромный позолоченный крест с шеи и рясу, демонстрируя своё возбуждение. Алексей от нетерпения впился ему в губы с животной страстью, в этом не было ничего святого. Младший священник самостоятельно избавил старшего от одежды и креста, если до этого у них и были какие то приличия, то сейчас их не осталось. Отец Николай бесстыдно изучал тело старшего батюшки, грубо наматывая его бороду на кулак. Младший, так и не дождавшись инициативы, сам развёл ноги старшего и резко вошёл сзади одним движением, от чего с губ Алексея сорвался вовсе не христианский стон удовольствия, а вовсе не боли. Что говорило само за себя, священник он явно опытный. Николай всё жестче и быстрее насаживал на себя старшего батюшку, щекоча его набухшие соски левой рукой. А правой рукой двигал вверх, вниз по стоящему колом члену старшего священника: — Ах, отец Николай, в вас ничего святого — Зато вы сейчас переполнены святостью, отец Алексей — Умолю, ради Бога, пожалуйста, прошу — Что? — Сильнее, быстрее, хочу ещё Молодому батюшке не надо было повторять дважды. Он ещё сильнее втрахивал в алтарный стол брутального священника, и двигал рукой ещё интенсивнее, сжимая и разжимая разгорячённую плоть, пока тот не излился ему в ладонь. Николай и сам был уже на пределе, через полминуты кончил и он, глядя на икону какого-то святого, в свете церковных свечей. Не давая отдышаться младшему батюшке отец Алексей увлёк его в долгий влажный поцелуй, от которого вскоре горели лёгкие. Оба без слов рухнули на пол, перемазанные потом и спермой. — Неожиданно - еле переведя дыхание выдавил из себя отец Алексей — Что именно? — Я думал, вы неопытный — Так и было до этого момента, но я столько раз делал это в своих греховных помыслах, вам и не снилось — Могу поспорить, в любом случае вы были великолепны — Слава богу — Всё ещё хотите спрыгнуть с моста? — Нет, упоси Боже. Может сам Христос направил меня сюда, к вам — Всё возможно, пути Господни неисповидимы. У меня есть связи, если хотите, я позабочусь о том, что б вы служили в этом храме, со мной — Это было бы для меня за счастье, отец Алексей. — Хорошо. И запомните: первое правило гейского алтаря - никому не рассказывать о гейском алтаре Они помогли друг другу встать, одеться и привести себя в порядок — Конечно, я вас понял. — И ещё, в следующий раз подготовьтесь, возьмите с собой защиту. Потому что, на Бога надейся, а сам не плошай. Я бы тоже хотел вам исповедоваться.