──── Неожиданный посетитель ────
16 июня 2024 г., 11:28
Хогсмид, Шотландское нагорье
Северус мог сложить коробки в кладовой в задней части аптеки и с помощью магии, но предпочитал этого не делать. Ему нравилось все организовывать, к тому же это была самая физическая работа за последние месяцы (не считая кардиотренировок с Гермионой). Учитывая, что большую часть работы в его лаборатории теперь выполняли его ученики, он мог бы представить, что очень скоро станет мужем-домоседом. Он усмехнулся при этой мысли. Удивительно, как много поворотов совершила его жизнь. Иногда он задумывался, не находится ли он до сих пор в коме, не лежит на кровати в больнице Святого Мунго, и не является ли все это галлюцинацией его больного разума. Северус вынырнул из своих размышлений, когда в камине вспыхнуло зеленое пламя. Инстинктивно выхватив палочку, он, к своему удивлению, увидел Гермиону, выходящую из камина. — Кто ты? — холодно спросил он, держа палочку наготове. — Осторожнее размахивай этой штукой, хорошо? — сказала она, вытирая каминную сажу со своего пальто. — Это всего лишь я. — И как я могу быть уверен, что ты действительно та, за кого себя выдаешь? — потребовал он ответа. Гермиона прикусила губу, задумавшись. — Этим утром ты наложил скрывающие чары на отметины у себя на шее. Северус насмешливо хмыкнул. — Даже слепой может сказать, что я скрыл шрамы чарами, — резко ответил он. Ведьма закатила глаза. — Я говорю не об укусах змеи, дурачок. Я говорю о засосах, которые я оставила на твоей шее, когда мы трахались прошлой ночью. Он тут же опустил палочку, и щеки его окрасились в легкий розовый оттенок. Северус Снейп покраснел. Действительно покраснел. — Привет, красавчик, — сказала Гермиона и, сократив расстояние между ними, поцеловала его в губы. — Полагаю, от старых привычек трудно избавиться, да? — Я просто не ожидал тебя здесь увидеть. Я думал, что доступ сюда по каминной сети запрещен. — Он и был запрещен. Я приходила сюда вчера и открыла каминную сеть, — объяснила Гермиона. — О, и еще… я дала Митчеллу выходной. Северус посмотрел на нее в замешательстве. — Подожди, что? — он ущипнул себя за переносицу. — Во-первых, почему ты здесь, а не в Министерстве? И, во-вторых, почему ты дала моему помощнику выходной? — Потому что он этого заслуживает? Волшебник недоверчиво выгнул бровь. Гермиона раздраженно вздохнула. — Потому что я хотела быть спонтанной, как до беременности. Я хотела прийти сюда и застать тебя врасплох. Одного. — И для тебя прийти в магазин на день раньше, чтобы все спланировать, — это спонтанно? Ведьма разочарованно опустила плечи. — Я такая смешная… Она начала отходить к камину, но Северус схватил ее за локоть, и прижал к своей груди. — Не так быстро, мисс Грейнджер, — прошептал он ей в ухо. — Каков был твой первоначальный план, любимая? Взять отгул и зайти поболтать? — Скорее, зайти и отсосать. Северус закрыл глаза. — Ведьма… Гермиона повернулась к нему лицом и начала играть с пуговицами его рубашки. — Ты собираешься отказать в беременных прихотях собственной жене, Северус? — Его имя медленно слетело с ее языка, звуча при этом как самое греховное из слов. Она беззвучной беспалочковой магией расстегнула свое пальто, показывая мужу, что под ним нет ничего, кроме комплекта розового кружевного белья. Северус издал низкий стон при виде округлых форм своей жены с их ребенком в утробе и ее кремовой и нежной обнаженной кожи, выставленной напоказ. Ее пышные груди выпирали из крошечного бюстгальтера. — Черт, — выругался он себе под нос. В следующую секунду они прижались друг к другу и жадно целовались. Северусу показалось, что его воспламенили. Гермиона так страстно терлась о него грудью. Его руки скользнули по ее спине, обхватили ягодицы. Ее руки были заняты расстегиванием его ширинки, пока ей наконец не удалось просунуть руку ему в брюки и нащупать его член через нижнее белье. Гермиона отстранилась от поцелуя, и призвав стул из угла комнаты, села, когда он коснулся ее ног сзади. Не разрывая зрительного контакта, ведьма протянула руку за спину, и расстегнула лифчик, отчего ее тяжелые груди выпрыгнули на свободу. — Чего ты ждешь, любимый? Не стесняйся! — сказала она голосом, полным вожделения. Северус вспотел после уборки кладовки, свежий запах мужественности переполнял ее чувства. Гермиона закрыла глаза и позволила его запаху завладеть собой. — Ты охрененно большой, — простонала она. Северус задавался вопросом, как она могла быть той самой женщиной, которая только сегодня утром за завтраком чинно обсуждала с ним политику. Единство противоположностей в его ведьме. Он нежно потянул ее за волосы. — Давай сыграем в маленькую игру, а? — предложила она. — Как ты думаешь, как глубоко я смогу? Его жена ласкала его своим проворным язычком. Стимуляция ее рук и рта заставила его яйца сжаться слишком быстро. Он закрыл глаза, наслаждаясь ощущением ее губ. — Черт! Твой рот просто создан для этого, — простонал он. Он снова застонал, на этот раз громче, и не смог сдержать улыбку, глядя сверху вниз на Гермиону, которая ерзала на стуле, прижимаясь киской к его деревянной поверхности. — Ты так хорошо справляешься, моя ведьма, — пробормотал он. Гермиона отстранилась и глубоко вдохнула, ее рука все еще планомерно поглаживала его. — Ты такой вкусный. Черт! Я могла бы делать это вечно. Северус массировал ей кожу головы, подбадривая ее принять его глубже, и увеличил скорость движений бедрами. У волшебника перехватило дыхание. — Да… Вот так… Гермион… Черт… С тобой так хорошо, моя ведьма… Ты такая хорошая, моя девочка… Северус крепче сжал ее макушку и ведьма не смогла удержаться от хныканья, перешедшего в стон — звука, приглушенного его членом, когда она делала ему глубокий минет. Гермиона продолжала стонать вокруг него, бесстыдно ерзая на стуле. — Так приятно, — промурлыкал он. Слезы размазали ее макияж, но ей было все равно. Ее стоны становились все громче и прерывистее с каждым ударом головки его члена по задней стенке ее горла. Ей пришлось отстраниться, хватая ртом воздух и кашляя. Какой прекрасный день, чтобы подавиться членом! Вскоре она снова принялась за дело, Гермиона едва могла дышать, но ничто не могло остановить эту целеустремленную ведьму. Вибрирующий рокот ее приглушенных стонов усилил теплое чувство, закручивающееся спиралью внизу его живота. Северус хмыкнул, его рука все еще сжимала ее волосы, в то время как другая сжимала основание его члена. — Открой рот, ведьма, — приказал он. Глаза Гермионы потемнели от понимания, и она покорно открыла рот, высунув язык. Она выжидающе посмотрела на Северуса. Черт! Волны оргазма захлестнули его — он кончил прямо перед своей женой, раскрасив ее лицо своим освобождением. Северус прислонился спиной к груде коробок, его ноги превратились в желе, и довольная улыбка тронула уголки его рта. — Ну, — начал он, — это было достаточно спонтанно для тебя, жена? Гермиона закатила глаза, но не смогла скрыть улыбку. — Зависит от обстоятельств. Сколько времени тебе понадобится, чтобы отвести меня в свой офис и нагнуть над столом? Северус ухмыльнулся. Как раз в тот момент, когда он собирался ответить, звон дверного колокольчика нарушил момент между ними. Обменявшись паническими взглядами, не теряя ни секунды они бросились приводить себя в порядок. Брюки Северуса собрались вокруг лодыжек, поэтому он поспешно подтянул их, поправляя рубашку в попытке восстановить самообладание. — Почему ты не сказал мне, что аптека открыта? — спросила она приглушенным тоном. — Потому что это не так, — ответил он тем же приглушенным тоном. — Должно быть, я оставил входную дверь незапертой, ожидая прибытия мистера Ватсона. Гермиона поспешно схватила свое пальто с того места, где оно валялось на полу, и обернула его вокруг себя. — О Мерлин! Я мать и жена! Меня не должны видеть в таком виде! — Ты говоришь так, будто тебя поймали на измене! — Это почти так же плохо! У меня сперма в волосах! — воскликнула она. Северус фыркнул. — Ты все еще выглядишь идеально… даже со спермой в волосах, — он не смог удержаться и наклонил голову, чтобы еще раз поцеловать ее в хорошенькие губки. — Я подожду, пока ты вернешься, — сказала Гермиона, когда они оторвались друг от друга. — За тобой должок, и я слишком на гормонах, чтобы все так оставить. — Для меня будет удовольствием отплатить вам тем же, госпожа жена, — от его глубокого голоса у нее по спине пробежали мурашки. — Я выгляжу презентабельно? — Насколько, насколько может выглядеть тот, кому только что отсосали, — она разгладила складки на его рубашке. Северус еще раз поправил свою одежду, прежде чем уверенно шагнуть вперед, готовый высказать все тому, кто осмелился войти в аптеку, когда он собирался очень спонтанно трахнуться со своей женой.***
— Я не знаю, умеете ли вы читать или нет, но на входной двери висит табличка, на которой написано, что мы еще не открылись, — сказал зельевар, входя в комнату. — Уровень обслуживания клиентов в этом заведении, должно быть, очень низкий, — ответил человек. Северус сразу узнал этот голос. — Драко. Чем я удостоен чести тебя лицезреть? Блондин был так поразительно похож на своего покойного отца, что у Северуса слегка закружилась голова. — Все как обычно, крестный. У меня к тебе очень личная просьба. И я готов заплатить за нее любую цену. — С Нарциссой все в порядке? Драко выглядел неуверенным, произнося свои следующие слова. — Мама в порядке. Вообще-то, заказ для моей жены. Северус вспомнил, что видел жену своего крестника всего раз или два на гала-вечерах Министерства. — Что беспокоит миссис Малфой? — спросил он. — Или вы двое пытаетесь зачать во второй раз? — Нет, нет, крестный. Не у всех из нас есть способность или желание размножаться как кролики, как у вас с Грейнджер, — сказал Драко, протягивая Северусу лист пергамента с написанным на нем названием зелья, которое он искал. — Астория больна, очень больна. Я ищу лекарство, чтобы облегчить ее боль, и я верю, что эту задачу может решить только лучший зельевар, которого я знаю. — Лесть — ключ к моему сердцу, мистер Малфой, — Северус изучая пергамент. — Это зелье очень сильное. Могу я спросить, зачем твоей даме это нужно? — Проклятие, — объяснил Малфой сдержанным голосом. — Кровное проклятие, которое передается по наследству. Северус быстро оторвал взгляд от текста. — Драко… — Не надо, — перебил молодой человек. — Мне не нужна твоя жалость. Я только хочу знать, можешь ли ты сварить это чертово зелье или нет. Сможешь? Северус на секунду задумался. — На подготовку уйдет два дня. — Отлично! — Драко вздохнул с облегчением. — Мальчик знает, что его мать…? — Умирает? Нет. Он знает, что она больна, — Драко провел рукой по волосам. — Я рад, что мой сын дружит с твоей дочерью. Она кажется доброй. Не так уж много людей были добры к Скорпиусу. Северус кивнул. — Моя Оливия очень искренна со своими друзьями, она унаследовала это от своей матери. И как раз в тот момент из задней части магазина появилась Гермиона. Она выглядела так хорошо, что никто не догадался бы о том, что с ней делал ее муж всего несколько минут назад. — Доброе утро, Малфой, — сказала она. — А, Грейнджер! Рад видеть тебя здесь, — ухмыльнулся Драко. — Ты выглядишь так, будто можешь лопнуть в любую секунду. — Это не самое лестное, что мне доводилось слышать, но спасибо… я думаю. И еще, теперь я — Снейп, как ты, должно быть, знаешь, — поправила его Гермиона. Драко кивнул в знак согласия. — Мои извинения, миссис Снейп. Я не хотел вас обидеть. Ну, я лучше пойду. Я буду ждать твою сову, — он протянул руку Северусу. Волшебники обменялись рукопожатием. — Если тебе когда-нибудь понадобится с кем-то поговорить, пожалуйста, не стесняйся связаться со мной, — сказал Северус. — Спасибо, Северус, — ответил он. Драко помахал рукой на прощание Гермионе и выйдя за дверь, аппарировал прочь. Только после этого Северус повернулся к своей жене. — Ты все слышала, не так ли? — спросил он. — Да… Мне так жаль их мальчика, — Гермиона прижалась к его груди. Он погладил рукой ее по спине. — Мне тоже. — Ни один ребенок никогда не должен испытывать такой боли. Северус и Гермиона оба пережили этот печальный опыт. Они оба «потеряли» своих матерей в юности. Эйлин Снейп умерла, когда её сыну было всего шестнадцать. Шарлотта Грейнджер умерла, когда решила разорвать отношения со своей единственной дочерью после того, как девушка вернула воспоминания как ей, так и её мужу. Почувствовав, что Гермиона дрожит, Северус крепче прижал ее к себе. Их жизни, конечно, были нелегкими, но они были благодарны за то, что могли положиться друг на друга.***
Хогвартс, Шотландское нагорье
Скорпиус нашел Оливию сидящей на скамейке у входа в палатку их команды. Медленно приблизившись, он сел рядом с ней. Выдернув один из ее наушников, он засунул его себе в ухо. — Интересный выбор, — поддразнил он. Она слушала «Золото» Гарри Стайлза. Оливия ухмыльнулась. — У меня безупречный вкус. Прослушивание музыки помогает мне сосредоточиться перед игрой. — О, я говорю не о песне. Я говорю об этой древней вещице, — он смотрел на маленький МРЗ-плеер в ее руках. Она тихо хихикала. — Моя мама подарила мне это на мой день рождения. Это один из немногих предметов, который работает в рамках технологического барьера, установленного здесь, в Хогвартсе. Это — винтаж! Скорпиус ухмылялся. — Винтаж, да? Оливия игриво толкнула его локтем. Девушка знала, что он просто дразнит ее, пытаясь разрядить напряжение перед их первой игрой в сезоне, и она была благодарна за это своему другу. По ходу их разговора Оливия мельком увидела приближающегося к ним Лео. На лице мальчика было застенчивое выражение. — Привет, ребята! — поприветствовал он. — Лив… мы можем поговорить? Она взглянула на Скорпиуса, прежде чем переключить свое внимание на брата. — Конечно. О чем ты хочешь поговорить? Лео глубоко вздохнул. — Я хочу извиниться. Оливия нахмурилась. — Тебе не за что извиняться. — Есть, — настаивал он. — Я был упрям и несправедлив. — Я не единственная, кому ты должен сказать эти слова. — Я знаю. Я написал маме и папе и попросил у них прощения. Папа ответил мне вчера. Он сказал, что нам нужно будет провести долгий разговор, и он предпочел бы сделать это лично. Это значит, что мы не сможем поговорить так, как я хочу, до рождественских каникул. — И ты не против подождать? — спросила она. Лео кивнул. — Да. — Хорошо, — Оливия встала со скамейки и крепко обняла брата. — Ты болван! Лео немедленно ответил на объятие. — Я знаю. Мне так жаль… — Не надо! Больше никаких извинений. Я просто рада, что теперь все в порядке. — Я тоже, — мальчик вздохнул. Они отстранились друг от друга. — Я хотел пожелать тебе удачи сегодня! Оливия лучезарно улыбнулась. — Спасибо! Ты видела, папа уже приехал? Тут в беседу включился Скорпиус. — Пфф… как будто мистер Снейп посмел бы не прийти и не посмотреть, как его принцесса надерет пару задниц. Оливия в отместку взъерошила волосы друга. Лео рассмеялся над его замечанием. — Я не видел папы, но я согласен с Малфоем. Девушка игриво толкнула Лео локтем в плечо. — О, заткнись! Все трое детей звонко рассмеялись.***
Верный заявлению Скорпиуса, Северус поднимался по ступенькам в ложу для персонала на слизеринской стороне трибун, когда его окликнул очень знакомый голос. — Папа! — услышал он издалека. — Папа! Папа! Северус быстро обернулся, его глаза расширились, когда он увидел, как его сын бежит к нему. Заметив, что мальчик не собирается останавливаться, он протянул руки как раз вовремя, чтобы Лео бросился в его объятия. — Прости, папа. Прости. Пожалуйста, прости меня, — его голос дрожал. Северус мог сказать, что его сын был на грани истерики. — Шш-ш-ш-ш-ш-ш… За что ты извиняешься? Я должен извиниться те за страдания, которые я причинил тебе. Отец и сын разжали объятия, и мужчина обнял мальчика за плечи. — Сынок, мое прошлое — это не то, чем я горжусь. Я знаю, что мне повезло, что у меня есть наша семья, и для меня, это все, что имеет значение. Невинные темные глаза Лео смотрели в гораздо более опытные глаза Северуса. — Я горжусь тобой, папа. Я люблю тебя. Северус поцеловал сына в макушку. — Я тоже люблю тебя, малыш. Звук труб эхом разнесся по воздуху. Матч вот-вот должен был начаться. — Можно мне посидеть с тобой, папа? — А как насчет твоих друзей? — Заметив нерешительность на лице Лео, Северус изменил вопрос. — Почему бы тебе не предложить им посидеть с нами? То есть, если они не против сидеть на стороне Слизерина. Младший Снейп широко улыбнулся. Северус наблюдал, как мальчик жестом пригласил своих сверстников подойти к трибуне Слизерина туда, где они стояли. Северусу было приятно видеть, что у Лео уже появилось много друзей, в отличие от него и Гермионы в его возрасте. Северус узнал девочку Поттер, а также девочку Патил, но был еще один мальчик, с которым ему все еще нужно было познакомиться. — Папа, это Кая, Лили и Ренато. Ребята, это мой папа! — Заговорил Лео, когда к ним присоединились другие дети. Северус вежливо кивнул друзьям своего сына, и дети улыбнулись ему в ответ. — На фотографиях вы выглядите более пугающим… Сэр, — Ренато, казалось, сам был поражен собственным заявлением. Мужчина ухмыльнулся. — Я приму это за комплимент. Он притворился, что не видит, как дети ругают своего болтливого друга, сосредоточив свой взгляд на поле, на которое маршем выходили команды Рейвенкло и Слизерина. Оливия выстроилась в ряд со своими товарищами по команде, их зеленые мантии развевались позади них. Она держала голову высоко поднятой, осматривая толпу, и нашла отца на его законном месте в слизеринском почетном ложе. Их взгляды встретились. Северус улыбнулся дочери. Она также увидела Лео, сидящего рядом с отцом, и все маленькие частички беспокойства в ней превратились в уверенность. Оливия села на свою метлу и взмыла в небо, чтобы занять свое место. Когда раздался свисток судьи, она разогналась до полной скорости, готовясь показать всем, на что способны Снейпы.
Примечания:
Кстати, Слизерин выиграл.
