──── Все хорошо, что хорошо заканчивается ────
25 июля 2024 г., 16:30
Хогвартс, Шотландское нагорье
Вдыхай в течение четырех секунд… Задержи дыхание на семь секунд… Северус откинулся на бортик ванны, закрыл глаза и позволил теплу воды окутать его. Тишина ванной Старост на пятом этаже обеспечила ему долгожданную тишину, идеально подходящую для того, чтобы он смог попрактиковать свои дыхательные упражнения. Выдыхай в течение восьми секунд… Конечно, момент его одиночества не мог продлиться долго. Звук приглушенных шагов в коридоре привлек его внимание. Дверь со скрипом отворилась. Северус поднял бровь, слегка наклонив голову, наблюдая за тем, как приближается его жена, с забавной грацией, которую могла обеспечить только беременность. Он усмехнулся. — Я вижу, что моя умиротворяющая ванна скоро станет общим опытом, — сказал он, поднимаясь, чтобы помочь ей залезть в бассейн. — Пожалуйста, не беспокойся, — подняла она руку. — Я не полезу в воду, я просто хотела поговорить с тобой. Наедине. — Что-то о детях? Гермиона покачала головой. — О нас. Этим она завоевала его полное внимание. Гермиона сделала глубокий вдох, прежде чем заговорить. — Я знаю, что даже если ты больше не злишься на меня, тебе все равно больно от того, что я сказала. Северус опустил взгляд. — Я не собираюсь лгать тебе, Гермиона. Да, мне все еще больно. Я все еще думаю о том, что ты сказала. Я ненавижу то, что ты решила использовать мою самую большую слабость, мое чувство вины, чтобы попытаться унизить меня. И еще больше я ненавижу то, что это сработало. — Мне так жаль, Северус, — ее голос звучал искренне. — Я хотела бы, чтобы ты знал, как мне на самом деле жаль. Я не буду пытаться обвинять в этом гормоны или оправдывать свои слова. Это было несправедливо и неуместно. Я пойму, если тебе нужно будет провести некоторое время вдали от меня. — Вот в чем дело, Гермиона. Я не могу держаться от тебя подальше! Я просто не могу. Отчасти потому, что ты очень беременна и родишь в ближайшие несколько недель, но в основном потому, что я безумно, глубоко люблю тебя. Как я могу держаться подальше, если ты — весь мой мир? Губы Гермионы дрожали, когда она пыталась контролировать свои эмоции. — Я чувствую себя таким лицемером из-за того, что грущу из-за твоих слов, — продолжил Северус, — потому что знаю, что в прошлом говорил тебе вещи и похуже, я причинял тебе боль более жестокими способами, но каким-то образом ты даровала мне милость своего прощения. Я чувствую себя дерьмово из-за того, что не способен сделать то же самое. — То, что у нас есть общее прошлое, не значит, что ты не можешь призвать меня к ответу за мои действия в настоящем. Пожалуйста, не ставь мои чувства выше своих. Ты так же важен в этом браке, как и я. Северус сосредоточил свой взгляд на своих скрытых под водой пальцах. — Не могла бы ты… ты согласилась бы пойти со мной на следующий сеанс к доктору Карпентеру? — он спросил. — О, Северус, да! На сто процентов да! — с готовностью ответила Гермиона. — Если кому-то и нужно вернуть уважение другого в наших отношениях, то это я. Я сделаю все, о чем ты меня попросишь! Северус кивнул, молчание между ними продолжилось. Через несколько минут Гермиона глубоко вздохнула: — Я оставлю тебя в покое. Обещаю, что больше не буду нарушать твой покой. — Останься. — Северус, я… — Пожалуйста. Останься. Гермиона опустилась на край ванны размером с бассейн, опустив в воду только ноги. Северус быстро переместился и сел между ее раздвинутыми коленями. Она сразу же начала играть с его волосами. — Я люблю тебя, Северус. Я очень сильно тебя люблю, — тихо сказала ведьма, ее пальцы обвели контур его подбородка. — Я тоже люблю тебя, моя Гермиона, — он сжал ее ноги под водой, что заставило ее смеяться. — Могу я кое-что попробовать? Он поднял бровь: — Что у тебя на уме? Она щелкнула пальцами, и прямо ей в руку приплыла бутылочка шампуня. Северус подождал, пока она налила немного себе на ладонь, и начала нежно втирать шампунь в его волосы, пальцами осторожно массируя кожу его головы. Северус издал мягкий вздох удовлетворения, напряжение в его плечах постепенно ослабевало. Прикосновения жены одновременно утешали и успокаивали его, он всегда любил те простые жесты нежности, которыми она одаривала его. Он растворился в ее заботе. Шум воды и ее тихое мурлыканье позволили Северусу потеряться в ее руках. Гермиона хихикнула. — Я вижу, что кто-то тоже хочет, чтобы его погладили. Северус почувствовал себя школьником, который покраснел перед своей женой. — Ты не обязана. — Как пожелаешь. Но я бы с удовольствием посмотрела, как ты трогаешь себя, — призналась она. Он поднял на нее глаза. Ее красивое лицо украшала ухмылка. Хитрая ведьма…***
Час спустя очень самодовольная Гермиона и очень расслабленный Северус держась за руки, вошли в дверь их семейных комнат. К их удивлению, там были не только Минерва и Поппи, но и глава Слизерина Мерула Снэйд и глава Гриффиндора Невилл Лонгботтом. — Гермиона! — поприветствовал подругу профессор Гербологии. — Ради Мерлина ты выглядишь просто великолепно! Ведьма тепло улыбнулась, раскрыв объятия, чтобы обнять своего старого друга. Тем временем Северус подошел к своей бывшей ученице. — Мисс Снэйд. Давно не виделись. Мерула в ответ вежливо кивнула. — Профессор Снейп, всегда приятно вас видеть. — Вы пропустили собрание, — сказала Минерва, присоединяясь к ним. — Похоже на то, — ответил Северус. Они впятером коротко переговорили, пока мадам Помфри заканчивала осмотр Оливии. — Я очарован Джулианом. Такой замечательный ребенок! — прокомментировал Невилл. — Тебе следует чаще приводить его в замок, Снейп. Профессор играл с мальчиками Снейпами до того, как вернулись их родители, и неудивительно, что Джулиан привлек еще одного члена в свой фан-клуб. — Уже пытаешься превратить моего младшего в гриффиндорца, Лонгботтом? — поддразнил Северус. Глава Гриффиндора рассмеялся. — Ты не можешь винить меня. Наконец, Поппи подошла к ним с довольной улыбкой на лице. — Мисс Снейп выглядит совершенно здоровой. Она в добром здравии. Я полагаю, что с ней все в порядке. — А как же Квиддич? — вмешалась профессор Снэйд, не желая терять своего лучшего игрока. — Я бы посоветовала держать ее подальше от Квиддича в течение нескольких месяцев, просто чтобы соблюсти осторожность, — ответила целительница. Все взрослые услышали громкий стон Оливии с противоположной стороны комнаты. Гермиона хихикнула. — Договорились. Северус, взглянув на свою жену, одобрительно кивнул. — В таком случае, мы наконец-то можем вернуться домой. Она улыбнулась ему, на ее лице отразилось облегчение. Пришло время их жизням вернуться в нормальное русло.***
Оливия сидела на кровати, терпеливо ожидая, когда ее мама закончит накладывать чары на серебряный браслет, созданный исключительно для нее. Он будет работать как очищающий амулет для любой оставшейся темной магии вокруг ее ауры. — Мне придется носить это вечно? — Неужели он настолько уродлив? — Гермиона поддразнила дочь. — Нет! На самом деле, это очень мило, — улыбнулась она. — Просто мысль о том, что тебя постоянно преследует тьма, чертовски пугает. — О, дорогая, не волнуйся. Тебя ничто не преследует. Просто мы с твоим отцом, как всегда, очень осторожны. Оливия вздохнула. — Я ценю это, но было действительно необходимости заставлять меня бросать Квиддич? Гермиона закатила глаза. — Ты можешь быть такой же драматичной, как твой отец, ты знаешь это? Мы не заставляем тебя бросать Квиддич. Как сказала мадам Помфри, это всего лишь короткая пауза. На лице девушки появилась милая гримаса. — Мне все еще разрешено ходить на выходные в Хогсмид, верно? — Я не вижу в этом проблемы, — пожала плечами мама. — Круто. Оливия затеребила подол юбки, как будто собираясь с духом, чтобы сказать что-то еще. — Скорпиус попросил меня пойти с ним на свидание в следующий выходной, — заявила она. Гермиона не смогла сдержать теплой улыбки. — Правда? А как же Альбус? В последнем письме ты рассказала мне о том, что ходила с ним на свидание. Оливия, ты встречаешься с двумя парнями одновременно? — Что? Нет, мама, нет. Мы с Альбусом просто друзья. Как и со Скорпиусом. Мое свидание с Альбусом было разовой акцией, после этого ничего серьезного не произошло. — Ты бы сказала мне, если бы что-то случилось? — мать осторожно посмотрела на дочь. — Конечно, я бы так и сделала. Ты моя лучшая подруга. И именно поэтому я рассказываю тебе о моем будущем свидании со Скорпиусом. Что, если это странно, или… Что, если все пойдет не так хорошо? — О, милая, совершенно естественно нервничать из-за этих вещей. Тебе не нужно так сильно волноваться. Просто будь собой, наслаждайся временем, которое вы проведете вместе, несмотря на то, что он Малфой, Скорпиус хороший парень. Я уверена, что все будет идеально. — Я могу только надеяться. Гермиона села рядом с дочкой, и взяла ее за руку. — Помни, что ты всегда можешь поговорить со мной о чем угодно и в любое время, хорошо? Оливия кивнула. — Хорошо. Гермиона нежно обняла дочь за плечи. — Надень это. Она протянула девушке браслет. Оливия надела его, изумляясь тому, как серебристый материал засиял, едва коснувшись ее кожи. — Теперь мы с твоим отцом можем быть уверены, что ты будешь в безопасности без нашего присмотра. — Спасибо, мама, — улыбнулась девушка. Гермиона поцеловала Оливию в лоб.***
Не прошло и минуты после того, как две ведьмы разделили момент близости, как Джулиан подошел к ним, чтобы сказать, что Альбус и Скорпиус ждут Оливию у двери. Девушка не могла не покраснеть, когда ее мать хихикала над ее изумленным лицом. — Оливия! — воскликнул Альбус, крепко обняв ее. — Борода Мерлина, Лив, мы так волновались! — Добавил Скорпиус, присоединяясь к их объятиям. Оливия усмехнулась, оценив искреннюю заботу своих друзей. — Я в порядке, ребята. Мадам Помфри всего несколько минут назад разрешила мне уйти. — Что, черт возьми, у тебя было? — спросил блондин. — Никто не позволил нам увидеть тебя, когда ты была в Больничном крыле. — Я была в коме, — спокойно сказала девушка. У обоих мальчиков были забавные выражения на лицах, с открытыми ртами. — Я также умерла ненадолго, но мой папа провел небольшой ритуал и вернул меня к жизни, — добавила она. — Ты… ты шутишь, да? — спросил Поттер. — Верно? Оливия покачала своей головой. — Нет, и, пожалуйста, пусть это останется между нами, иначе люди начнут называть меня дочерью Волан-де-Морта, как они называли Скорпа, когда мы были первокурсниками. Наследник Малфоев все еще смотрел на нее так, как будто видел ее впервые. — Это даже не верхушка айсберга вещей, о которых я должна вам рассказать, ребята, но у нас будет время сделать это позже. — Я немного напуган, не буду врать, — сказал Скорпиус. — А мы-то думали, что говорить с тобой о несчастном случае будет трудно. — На самом деле, это будет весьма полезно, поскольку я ничего не помню о том дне. — Но мы помним! — Альбус оживился. — Особенно то, как Эдгар и его приспешники вели себя странно во время игры. Что-то тут не так. — Ребята, вы думаете, что Эдгар специально устроил столкновение? Оба мальчика кивнули. — Хуже всего то, что я не могу сказать, что это было сюрпризом, потому что мы достаточно хорошо знаем, что он способен на что-то подобное. Альбус сжал кулак, в его глазах читался гнев. — Мы должны что-то с этим сделать. Мы не можем позволить им выйти сухими из воды. Мы должны быть уверены, что он ответит за последствия. — Да, но сначала нам нужно найти доказательства, — рассудила девушка. — Чего мы ждем? Ты сказала, что мадам Помфри выписала тебе справку. Пошли, — сказал он, хватая ее за запястье. Скорпиус встал между ними. — Ты пропустил ту часть, где она сказала, что только что вернулась к жизни, приятель? Брюнет несколько раз моргнул, его щеки от стыда порозовели. — Прости, я просто… Оливия высвободила руку из его хватки. — Все в порядке. Я также думаю, что нам нужно сначала спланировать то, что мы собираемся сделать, и как можно скорее. Но, ребята, я не могу пойти с вами, прямо сейчас. Семейные дела, понимаете? Как насчет того, чтобы встретиться в нашей гостиной через час? — предложила она. — Звучит идеально, — ответил Скорпиус. Альбус только кивнул. — Великолепно! Теперь мне нужно идти, — сказала она, жестом показывая, что нужно закрыть дверь, но прежде чем она успела это сделать, Скорпиус подмигнул ей, и она улыбнулась. Альбус озадаченно наблюдал «за перепалкой», но предпочел ничего не говорить.***
К полудню Снейпы наконец были готовы покинуть Хогвартс. Забавно было наблюдать за тем, как высокие и длинноногие Северус, Оливия и Лео замедляют свои шаги до минимума, чтобы не перегонять очень беременную Гермиону. Тот факт, что Джулиан бегал вокруг них, как бездомный щенок, делал сцену еще забавнее. — Ты должен был позволить мне переместиться в Министерство, чтобы оттуда воспользоваться связью с домом, пока вы с Джулианом разбирались бы с аптекой. Я вас задерживаю, — пожаловалась Гермиона мужу. — Как только ты переступишь порог Министерства, я уверен, Поттер и Кингсли внезапно разучатся читать, лишь бы ты могла выполнять за них их работу, — ответил Северус. — Я не позволю тебе выйти из-под моего контроля. — Мы должны купить летающую машину, — сказал Лео. — Я слышал, как Фредди говорил, что у его отца раньше была такая. — Я бы предпочел идти пешком два дня и две ночи, — возразил Северус. — Образ летающей машины вызывает у меня воспоминания о войне. Гермиона усмехнулась. Как только семья достигла школьных ворот, они заметили Минерву, ожидавшую их там. Когда они подошли, Минерва тепло поприветствовала их. — Я пришла попрощаться, как и подобает хорошей хозяйке, — сказала она. — Минерва… — Гермиона обняла старую ведьму. — Жаль, что наш визит был не таким, каким должен был быть. — О, дорогая, важно то, что в конце концов все закончилось хорошо. После короткой беседы состоялся обмен объятиями между друзьями, родителями, детьми и братьями и сестрами. Затем оставшиеся наблюдали, как половина семьи Снейпов запрыгнула в экипаж, который Хагрид приготовил, чтобы отвезти их в Хогсмид. МакГонагалл возвращаясь в замок, в последний раз кивнула Оливии и Лео. Братья и сестра задержались у ворот, наблюдая, как их родители и младший брат исчезают вдали.***
— Теперь остались только ты и я, братишка, — сказала Оливия, обнимая Лео за плечи. Брат и сестра возвращались в замок. — Пожалуйста, не прикасайся ко мне. Я должен поддерживать свою репутацию. Оливия усмехнулась. — Как будто я не круче тебя. — Ты хочешь э… В тот момент, когда девушка собиралась сказать что-то, чтобы продолжить их с братом подшучивание, на их пути появились Эдгар и его сверстники, отчего вся радость исчезла с лиц обоих Снейпов. — Да ну, разве это не любимый дуэт всех и каждого. Оливия шагнула вперед, ее глаза пылали гневом. — Побереги дыхание, Бакли. У нас нет времени на твою чушь. Мальчик насмешливо хихикнул. — Почему ты такая резкая, Снейп? Так не должна вести себя хорошо воспитанная девушка. Возможно, мне придется преподать тебе еще один урок, чтобы ты наконец научилась вести себя хорошо. Друзья Эдгара захихикали у него за спиной, и это заставило кровь Лео вскипеть. Мальчик сжал руки в кулаки, но рука сестры на его предплечье удержала его от дерзкого поведения. Оливия, не дрогнув, посмотрела Эдгару в глаза. — Ты всего лишь трус, Бакли. Всегда играешь нечестно, потому что знаешь, что в честном поединке у тебя нет ни единого шанса против меня. Напряжение нарастало. — Что здесь происходит? — Голос профессора Оливера Вуда донесся изнутри замка. Все знали, что у профессора не было проблем с тем, чтобы из-за плохого поведения выгнать студента из команды Гриффиндора, поэтому Эдгар бросил последний злобный взгляд на Оливию, прежде чем не сказав ни слова, удалился со своими дружками. Оливия глубоко вздохнула после того, как они ушли. — Он практически признал, что это он был причиной твоего несчастного случая. Нам нужно что-то с этим делать! — Лео был вне себя от ярости. — Мы с мальчиками воссоединимся, чтобы попытаться найти доказательства, поскольку я ничего не могу вспомнить. — Я чем-то могу помочь? Я могу привести друзей. — Конечно. Семь лучше, чем трое. Но они не будут против встречи в Общей комнате нашего факультета? Мы знаем, что львы не любят спускаться в змеиное логово. Мальчик покачал головой. — Мне все равно. Ты моя сестра. Пошли!***
Лондон, Англия
Камин затрещал, когда семья вернулась домой из своей аптеки в Хогсмиде. — Живоглот! Мы вернулись! — объявила Гермиона сварливому коту, который прятался где-то в доме. Не прошло и минуты после их прибытия, как комнату заполнил звук маггловского мобильного телефона Северуса, который лежал на диване, зельевар быстро схватил устройство. Извинившись, он ушел в кабинет, оставив Гермиону и Джулиана в гостиной. Ведьма помогала сыну снять пальто, но её уши были напряжены, желая уловить отрывки голоса мужа, доносящиеся из другой комнаты, так как Северус не потрудился наложить заглушающее заклятие. — Вот так, милый. Все готово, — сказала она, разглаживая пальто мальчика. Ее снедало любопытство, она поняла, что прислонилась к стене, пытаясь подслушать его разговор. Гермиона почувствовала напряженность в его голосе, когда он говорил низким тоном. — Да, я понимаю. Где мы встретимся? Гермиона знала этот тон — тон согласия, но тот, который имел определённый вес. Её разум спешил с вопросами. — Хорошо, я буду там. Когда он повесил трубку, ведьма не смогла игнорировать образовавшийся в горле комок. Что-то в этом звонке заставило ее почувствовать себя неловко. Она вернулась в гостиную, и через некоторое время туда вошел Северус. — Все в порядке, милый? — спросил Гермиона, маскируя свое беспокойство вынужденной улыбкой. Он на мгновение заколебался. — Просто некоторые деловые вопросы. Она кивнула. — Я могу чем-нибудь помочь? — Не совсем. Гермиона гордилась тем, что всегда была в гармонии со своей интуицией, и все, что ей потребовалось, чтобы понять, что что-то не так, — это попытаться поймать взгляд мужа, в то время как он продолжал отводить ее глаза. Мне просто необходимо узнать, что это было…
