──── На следующий день ────
19 августа 2024 г., 23:37
— Выше.
Он сделал так, как она ему сказала.
— Нет. Это слишком. Ниже.
Он бросил на нее убийственный взгляд.
— Ты только что сказала повесить его повыше.
— Да, но я передумала, потому что так не смотрится. Теперь опусти его еще ниже!
Ведьма уперла руки в бока, раздраженно глядя на мужа. Он фыркнул, но сделал так, как сказала жена.
Гермиона скрестила руки на груди, внимательно наблюдая, как Северус вешает красивый гобелен на стену коридора. Рождественские подарки Луны всегда славились своей изысканностью, но в том году она превзошла саму себя.
Закончив работу, мужчина повернулся к жене.
— Теперь ты счастлива?
Ее лицо расплылось в яркой улыбке.
— Да!
Гермиона обвила руками его шею, притянула к себе для поцелуя в щеку, и замкнутое выражение его лица мгновенно изменилось. Эта маленькая ведьма действительно обвела его вокруг пальца.
— Ты уверена, что не хочешь пойти с нами на Гриммо, дорогая? — Спросил Северус.
Поттеры и Снейпы обычно проводили День Подарков вместе, и этот год не стал исключением.
Она натянуто улыбнулась.
— Да. Фелисити еще слишком мала, чтобы покидать дом, и я без проблем останусь здесь с ней. Но оставь каминную связь открытой. Джинни заглянет к нам позже.
— Возможно, сегодня я наконец-то уступлю своему желанию и заколдую Поттера, — проворчал он.
Гермиона хихикнула.
— Пожалуйста, не надо.
В следующее мгновение Оливия вышла из своей комнаты, и ее глаза удивленно расширились, когда она заметила недавно украсивший стену гобелен.
— Откуда… Откуда он взялся?
— Это подарок Луны, — оживилась ее мать. — Дерево символизирует наш с папой союз, а каждая ветка — одного из вас, дети. Мне он очень нравится!
Девушка несколько раз моргнула и нерешительно протянула руку, чтобы потрогать предмет.
— Я видела его раньше… когда была в коме. Но в моем сне на дереве было шесть ветвей, а не четыре.
Гермиона обменялась взглядом с мужем.
— О, это безумие! — Оливия ушла, качая головой и бормоча что-то о своем сумасшествии.
Когда их дочь спустилась на первый этаж, Северус подошел к своей ведьме и обнял ее со спины.
— Как думаешь, что это было?
— Я не знаю, — она расслабилась в его объятиях. — Но Луна сказала мне, что гобелен магическим образом изменится, когда родится еще один волшебный член семьи, так что…
— Похоже, мы скоро проверим, правда это или нет, — он осыпал легкими поцелуями изгиб ее шеи.
— Не слишком скоро, конечно.
Он прикусил мочку ее уха, заставив ее извиваться в его объятиях.
— Как скажешь, моя ведьмочка.
***
Чуть более, чем три часа спустя Гермиона оказалась наедине с Фелисити, так как остальные члены ее семьи отправились к Поттерам. Она как раз пеленала ребенка в хозяйской спальне, когда внизу со свистом ожил камин. Полагая, что это просто пришла Джинни, она продолжила работу, пока не услышала неожиданный голос, раздавшийся у нее за спиной. — Милое у тебя тут местечко, Миона. Гермиона мгновенно обернулась и увидела Рона, стоящего в дверях. — Рон? Как ты сюда попал? — Через камин, конечно. Я был на Гриммо, услышал, что они говорят о том, что ты осталась дома, и решил навестить тебя. Разве старые друзья не могут воссоединиться? — спросил он с легкой иронией. — Ну, конечно, — ведьма попыталась сохранить самообладание. — Но предупреждение было бы весьма кстати. — Детали, детали, — рыжий пренебрежительно развел руками. — Так что нового в твоей жизни, Гермиона Грейнджер? — Снейп, — поправила она почти автоматически. — О, да. Я все время забываю об этом. Что нового в твоей жизни, Гермиона Снейп? — Ну, как видишь, мы были заняты, — она указала взглядом на новорожденного ребенка, которого баюкала на руках. — А как насчет тебя, Рональд? Что происходило в твоей жизни? — О, ты знаешь, путешествовал по экзотическим местам, заводил замечательных друзей и, ну, скажем так, был довольно популярен среди дам, — похвастался он. Гермиона подняла бровь, понимая, что визит Рона скорее всего акт саморекламы, чем встреча со старой подругой. — О, это хорошо для тебя. Я рада, что ты наслаждаешься жизнью, — она пыталась быть вежливой. Фелисити начала суетиться, а потом ее внимание полностью переключилось на дочь, и это, похоже, что-то задело в Роне. Ведьма не заметила, как выражение его лица наполнилось яростью, когда он смотрел на неё, покачивающую ребёнка. — У нас могло бы быть все это, Гермиона! Если бы ты не отказалась от нас! Его голос заставил ее вздрогнуть и сделать шаг назад. Гермиона покачала головой. — Рональд, мы уже говорили об этом. Я устала ждать тебя. — Ждать меня? Я сделал предложение! Это ты откладывала свадьбу снова и снова! — Я откладывала ее, потому что ждала, когда ты наконец повзрослеешь, и будешь готов строить отношения, основанные на зрелости. — О, и ты нашла очень зрелого мужчину, чтобы выйти за него замуж? Не дрогнув, она ответила: — Да, Рон. Я нашла Северуса. После войны он стал зрелым мужчиной, и благодаря этому я чувствую себя в безопасности. — Вышла замуж ради безопасности? — насмешливо сказал Рон. — Нет, Рон, мы поженились по любви, — убежденно ответила Гермиона. — Но безопасность — это то, что делает наш брак крепким. Я нашла человека, который растет вместе со мной, на которого я всегда могу положиться. Рон прищурил глаза и покачал головой. — Ты так быстро вышла замуж за Снейпа после того, как мы расстались… Я никогда не спрашивал тебя об этом, но ты изменяла мне, Гермиона? Ведьма сдержала желание закатить глаза. — Это просто смешно! Северуса не было в стране большую часть наших отношений, — вздохнула она. — Чего ты на самом деле хотел, Рон? Приходя сюда, особенно зная, что я одна с ребенком? — Я хотел проверить, стоило ли тебе, вместо меня, выбирать человека, который никогда не полюбит тебя. Все знают о чувствах Снейпа к маме Гарри, Гермиона. Ты сама себя позоришь. — Рональд, чувства Северуса к Лили — древняя история. Я даже не стану тебе объяснять, но я благодарна тебе за заботу. Она отвернулась, не желая больше слушать беспочвенные обвинения своего бывшего. Рон воспользовался случаем и подошёл ближе, настолько близко, что смог даже уловить аромат ее духов. — Ты всегда была слишком хороша для того, чтобы подстраиваться, Миона, — мягко сказал он. Гермиона обернулась и посмотрела ему прямо в глаза. — Оглянись, Рональд. Посмотри на рамки на стене, на четверых детей, которых я ему родила. Разве похоже, что я подстраиваюсь? Я построила жизнь с Северусом, жизнь, наполненную любовью и поддержкой. Он открыл рот, чтобы сказать что-то еще, но она поспешила продолжить. — Тебе не нужно этого понимать, Рональд. Я не хочу, чтобы ты понимал. Большинство людей не поймут. Но это не имеет значения. В конце дня я все еще буду лежать рядом со своим мужем, в безопасности его объятий. Камин снова зажужжал. Вскоре в комнату вошла Джинни, на ее лице отразилось беспокойство, как только она заметила своего брата. — Рон? Что происходит? — обратилась она к своей лучшей подруге. — Все в порядке? — Все в порядке, Джинни. Рональд уже уходит, — ободряюще кивнула Гермиона. Рыжая снова повернулась к брату, выгнув бровь. Плечи Рона опустились. — Да, ухожу. Он кивнул и ушел, не сказав больше ни слова. Оказавшись наедине со своей подругой, Гермиона заметно расслабилась. — Что только что произошло? — Глаза Джинни были полны вопросов. Гермиона вздохнула. — Давай сначала выпьем чаю, и я расскажу тебе все в подробностях.***
Дети и Северус вернулись через несколько часов, громко разговаривая и рассказывая обо всем, что произошло за день. День детей был настолько насыщен событиями, что в итоге они слишком устали, и рано легли спать. Словно по волшебству, Фелисити тоже решила последовать примеру своих братьев и сестры, и впервые с тех пор, как приехала домой из больницы, к концу вечера уже была в своей кроватке. Гермиона воспользовалась свободным временем, чтобы сцедить грудное молоко и сохранить его на потом. Вернувшись в хозяйскую спальню, она обнаружила, что Северус складывает свое нижнее белье с характерной для него аккуратностью. Она усмехнулась, поскольку всегда находила это его самой забавной причудой. Посмотрев на мужа, она поняла, что не сможет скрыть от него визит своего бывшего. — Рон приходил сегодня, — нерешительно сказала она. Ведьма почувствовала, как изменилась окружающая атмосфера, когда Северус напрягся. — Что? — он повернулся к ней. — Он пришел через открытый камин с Гриммо. По-видимому, он подождал, пока все уйдут, чтобы прийти сюда. — Он пытался что-то сделать? — он сжал кулаки. Гермиона покачала головой. — Нет, он бы не осмелился. — И чего же он хотел? — В его голосе слышались опасные нотки. Гермиона вздохнула. — Спросить, думаю ли я, что ошиблась выбрав тебя, а не его. Комната погрузилась в тяжелую тишину с повисшим в воздухе вопросом. — И? — спросил Северус. — Ошиблась ли ты, ведьма? Стоило ли выбирать меня вместо Уизли? Вместо ответа она подошла к мужу и, притянув за воротник рубашки, поцеловала. Северус охотно ответил, углубив поцелуй и бесцеремонно засунув язык ей в рот. Гермиона потерялась в этом моменте, жар охватил ее, а придя в себя, она обнаружила, что ее уже прижали к стене. — Северус… еще слишком рано… — задыхаясь, произнесла она. Вопреки ее словам, от затяжного прикосновения его руки к ее пояснице по всему ее телу пробежала дрожь. Отстранившись от нее, Северус сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь остыть. — Ты так и не сказала мне, стоило ли это того, — настаивал он. Гермиона улыбнулась. — Стоило, дурачок. Я бы выбирала тебя не задумываясь, снова и снова. Она снова сократила расстояние между ними, но на этот раз лишь слегка чмокнула его в губы, после чего выскочила из комнаты, оставив Северуса обдумывать ее слова в тишине. Он был удовлетворен ее заявлением, но мысль о том, что Уизли был в его доме, когда его самого тут не было, и его ведьма была здесь одна, все еще оставляла неприятное послевкусие. С этим нужно было что-то делать. Недолго думая, Северус вызвал с чердака предмет, который не видел со времен своей профессорской работы. Старая тряпичная кукла влетела ему в руку, и на него нахлынули воспоминания: он сшил ее в ту ночь, когда Уизли и Поттера спалили за вождением летающей машины. Ему так хотелось выгнать из школы этих маленьких засранцев, но так как он не мог этого сделать, он вернулся в свои покои и сшил этих проклятых кукол. К сожалению, кукла-Поттер где-то затерялась, но, к его огромному удовольствию, кукла-Уизли всё ещё находилась у него. И если тогда его сдерживало то, что рыжий был еще мальчиком, то теперь Рональд уже не был ребенком, и Северуса ничего не могло остановить. Взяв в руки куклу, он поднял палочку, решив, что одного простого тычка будет достаточно.***
Тем временем на площади Гриммо Рон готовил себе небольшой перекус, когда внезапная мучительная боль пронзила его колено, заставив его вскрикнуть. Одновременно он услышал голос Снейпа: глубокий, сочный смех, эхом отдающийся в его голове. В этот момент Рональд наконец понял, что Снейп и Гермиона — пара, действительно обрученная в аду.
