──── Еще не слишком поздно? ────
14 ноября 2024 г., 19:30
Хогвартс, Шотландское нагорье
Оливия, едва не подпрыгивая от волнения, вышла из кабинета маггловедения. Она только что сдала последний в этом году экзамен и была уверена, что справилась с ним на отлично. Иногда то, что ты полукровка, дает тебе преимущества. Через школьную лужайку Оливия пошла к старому дубу, где, как она знала, её ждут Скорпиус и Альбус. Подойдя ближе, она увидела отдыхающих в тени и смотрящих на неё друзей. — Как всё прошло? — ухмыляясь, спросил Скорпиус. Оливия, удовлетворенно вздохнув, плюхнулась рядом с ними. — Кажется, я справилась! — Не сомневаюсь, — сказал Альбус, и в его глазах заплясали озорные огоньки, которые обычно предшествовали чему-то грандиозному, но на этот раз Оливия не заметила, что они что-то задумали. Троица немного поболтала, делясь историями, как хорошими, так и плохими, об экзаменах. Скорпиус пожаловался, что у него проблемы с зельеварением, а Альбус посетовал на практические занятия по трансфигурации. В конце концов друзья погрузились в уютное молчание, и единственным звуком, окружающим их, был шелест листьев над их головами. И тогда Оливия кое-что наконец заметила — быстрый обмен взглядами между мальчиками, как будто они вели безмолвный разговор, в котором она не участвовала. — Так, что происходит? — спросила она, переводя взгляд с одного друга на другого. — Что это вы так переглядываетесь? Альбус немного поёрзал, взглянул на Скорпиуса, который ему кивнул, и немного неуверенно заговорил. — Лив, мы хотели спросить тебя кое о чём… Кто мы для тебя? Девушка нахмурилась. — Что вы имеете в виду? Скорпиус откашлялся. — Он имеет в виду, кто мы для тебя? — Ну, вы, ребята, — мои друзья, — озадаченно ответила она. — Мои лучшие друзья. — И всё? — настаивал Альбус. Оливия в замешательстве склонила голову набок. — А кем ещё вы можете быть? Мальчики снова переглянулись. Скорпиус сделал глубокий вдох и сказал: — Мы подумали… может быть, ты, ну знаешь, испытываешь чувства к нам обоим. Ну, по-настоящему… Оливия посмотрела на них так, словно у каждого из них выросла вторая голова, и нахмурилась еще больше. — Что вы имеете в виду?.. Типа, вы думаете, что вы оба мне нравитесь… типа, типа, типа… одновременно? — Ну, ты ведь ничего не сделала, чтобы мы думали иначе, — пробормотал Альбус, глядя в пол. Ошеломленная ведьма моргнула. — Я не знала, что должна была что-то делать. Вы мои друзья. Скорпиус наклонился вперёд, вглядываясь ей в лицо. — Значит, мы просто друзья? — Да…? — ответила она. — Но кто из нас тебе нравится больше? — выпалил Поттер. Оливия покачала головой. — Я люблю вас обоих одинаково, — сказала она и, увидев, как глаза Скорпиона загорелись надеждой, добавила, — Как друзей. — Но кого ты любишь больше, чем просто друга? — всё равно спросил блондин. — Больше, чем просто друга, — никого, — твердо сказала ведьма, переводя взгляд с одного парня на другого, надеясь, что они ее поймут. Оливия вздохнула, потёрлась в виски. — Я не знаю, что вы ожидали от меня. Вы правда думали, что я просто сяду здесь, признаюсь вам обоим в любви, и мы вдруг станем трио? Скорпиус фыркнул. — Честно говоря, да, что-то вроде того. Альбус посмотрел на друга и покачал головой. — Я не знаю. Я просто думал, что ты будешь с нами честна. — Но я честна! Скорпиус откинулся назад, и его ухмылка немного померкла. — Наш друг пытается сказать, что он думал, что ты выберешь его, а не меня. — О, заткнись, Малфой, — Альбус сердито посмотрел на него. — Эй, успокойтесь вы оба. Послушайте, я абсолютно честна с вами обоими и с самой собой. Сейчас я вижу в вас своих друзей, просто друзей. И я рада, что мы смогли всё прояснить. Оба мальчика заметно сникли, обменявшись взглядами, полными взаимного разочарования, но она заметила в их глазах проблеск понимания. Оливия надеялась, что, несмотря ни на что, их дружба сохранится. После долгих секунд молчания Альбус протянул руку и схватил её левую ладонь. — Я тоже рад, что мы можем говорить об этом открыто и что мы теперь на одной волне, Лив, — сказал он. Оливия тепло улыбнулась Поттеру, затем повернулась к Малфою и протянула ему правую ладонь. — Значит, мы на одной волне? Блондин взял её руку и, поднеся к своим губам, слегка поцеловал. — Да, мы все на одной волне. Альбус закатил глаза и пробормотал: — Выпендрёжник. Троица дружно рассмеялась, напряжение наконец-то спало. Девушка улыбнулась обоим мальчикам. — Ладно, теперь, когда мы всё прояснили, мне пора, мне нужно в туалет, — сказала она. Мальчики кивнули, наблюдая за тем, как она встаёт. Оливия подмигнула им и, оставив парочку поклонников позади, лёгкой уверенной походкой направилась прочь. Оливия изо всех сил старалась сохранять невозмутимый вид, но не могла не почувствовать самодовольства. В детстве в старой маггловской школе, где она училась, ей всегда говорили, что она недостаточно «женственна», и ей это не нравилось. Поэтому сейчас ей было приятно осознавать, что сразу два симпатичных парня обратили на неё внимание. Погрузившись в свои мысли и улыбаясь про себя, девушка не заметила, как к ней подошла директриса. — Мисс Снейп, — сказала МакГонагалл. Лив слегка подпрыгнула, услышав свое имя. — О, профессор! Я вас не заметила, — заикаясь, произнесла Оливия. — Теперь я знаю, почему ваша анимагическая форма — кошка. Вы ходите абсолютно бесшумно, боже! Губы МакГонагалл дрогнули в мимолетной улыбке, прежде чем она снова взяла себя в руки. — Забавное наблюдение, милая, но, боюсь, сейчас не время для шуток. Мне нужно обсудить с тобой серьёзный вопрос. Пожалуйста, иди со мной в мой кабинет. Сердце Оливии ёкнуло. — Всё в порядке, профессор? МакГонагалл остановилась. — Это касается мистера Бакли, Оливия. С лица девушки схлынул весь румянец.***
Лондон, Англия
Фелисити, радостно болтая ножками, сидела в детском стульчике и с удовольствием поглощала каждую порцию детской еды, которой её кормил отец. Северус был занят тем, что одновременно кормил с ложки свою дочь и давал по видеосвязи задания своему бывшему ученику, недавно ставшему управляющим его аптеки, мистеру Уотсону. — Да, мастер Снейп, — сказал молодой волшебник, и в его голосе слышалось напряжение, вызванное новыми обязанностями. — Что касается системы инвентаризации, я подумал, что мы могли бы… — Я уверен, что вы справитесь с этим, мистер Уотсон, — прервал его зельевар, даже не пытаясь скрыть, что подтрунивает. — Это действительно довольно просто, даже для неопытного человека вроде вас. Молодой человек кивнул, пытаясь скрыть своё беспокойство, явно не зная, что делать, и Северус не смог удержаться от того, чтобы еще немного не усложнить ему задачу. — Просто помните: если что-то пойдёт не так, я обязательно об этом узнаю. — Конечно, мастер Снейп, — пробормотал Уотсон. Понаблюдав ещё несколько минут за тем, как смущенно ёрзает юный волшебник, Северус наконец отпустил его. — Удачи, мистер Уотсон, — сказал он, завершая звонок с довольной улыбкой на устах. Повернувшись к Фелисити, мужчина заговорил игривым, преувеличенно весёлым тоном: — Ты это видела, милая? До твоего появления жизнь папочки была такой скучной. Теперь она стала намного веселее, и всё благодаря тебе, моя принцесса. Фелисити, размахивая маленькими ручками, ответила отцу радостным щебетом. Северус не смог сдержать улыбку, чувствуя, как в груди разливается знакомое тепло. — Ты так любима, моя дорогая, — шепнул он ей, и сердце его забилось сильнее, когда его малышка засмеялась. Волшебник выглянул из кухонного окна и увидел, как на заднем дворе Джулиан тренирует движения волшебной палочки. Концентрация и решимость его сына были впечатляющими для его возраста, и Северус почувствовал гордость. Но затем его мысли были прерваны внезапным появлением неожиданного патронуса. Фелисити испугалась и заплакала, Северус тут же подхватил дочь на руки и стал нежно укачивать, настороженно наблюдая за патронусом. Парящая в воздухе кошка открыла пасть, и по комнате разнёсся знакомый голос Минервы. «Северус, директор больницы Святого Мунго сообщил мне, что мистер Эдгар Бакли хочет увидеться с Оливией и Леонардом. Я не знаю, как поступить в этой ситуации. Мне нужно, чтобы ты или Гермиона связались со мной как можно скорее». Северус замер, в его голове роились вопросы, пока его дочь затихала в его объятиях. Он нежно укачивал девочку, пытаясь успокоить её, параллельно переваривая новости. Почему этот мальчик захотел увидеться с Оливией и Лео? Эта просьба его встревожила. Он снова посмотрел в окно на Джулиана, который всё ещё был поглощён своей практикой, блаженно не подозревая о внезапном повороте событий. К счастью. Волшебник, слегка покачивая и бормоча успокаивающие слова, переключил своё внимание на Фелисити, хотя его мысли все еще были заняты посланием МакГонагалл и тем, что оно могло означать для его семьи. Северус не знал, что думать и что делать, но, по крайней мере, одно он знал точно: ему нужно поговорить с женой.***
Злая, как стадо соплохвостов, Гермиона металась взад-вперед по своему кабинету, как дикая кошка по клетке. — Не могу поверить, что у этого мальчишки хватило наглости попросить о разговоре с теми, кого он пытался убить! Гарри откинулся на спинку кресла, стараясь сохранять спокойствие и не расстраивать подругу еще больше. — Большинство детей в наши дни не до конца понимают последствия своих поступков. Ведьма резко повернулась к нему, сверкая глазами. — Поверь мне, Гарри, этот парень точно знал, что делает. Поттер вздохнул, потирая виски. — Ты хочешь пойти домой и разобраться с этим? Но прежде чем Гермиона смогла ответить, в дверь постучали, и миссис Бомонт, ее секретарь, просунула в кабинет голову. — Простите, мэм, к вам пришёл мистер Снейп. Гермиона кивнула, глубоко вздохнув, чтобы успокоиться. — Впусти его, пожалуйста. Миссис Бомонт на мгновение исчезла, а затем вернулась и придержала дверь для Северуса. Он вошёл с Фелисити, сидящей в переноске на его груди, и в компании Джулиана, который с любопытством оглядывался по сторонам. Гермиона тут же подошла к ним, тепло поцеловала Джулиана в щёку и, взяв Фелисити у Северуса, прижала малышку к себе, вдыхая её сладкий аромат, а затем поцеловала мужа в губы долгим и страстным поцелуем. Когда они отстранились друг от друга, нескольких секунд напряжённого зрительного контакта им хватило, чтобы синхронизировать свои мысли о ситуации. — Полагаю, ты уже слышал новости, — сказала она. — Слышал, — ответил Северус. — Патронус Минервы только что доставил послание, и я сразу пошел к тебе. Гарри, почувствовав себя третьим лишним, вышел вперёд. — Думаю, вам двоим нужно обсудить это наедине. Как смотрите на то, чтобы я устроил детям экскурсию по Министерству? Глаза Джулиана загорелись от волнения. — Мам, можно мне пойти? Пожалуйста? Ведьма благодарно взглянула на своего лучшего друга. — Мы будем очень признательны, Гарри. — Тогда я с радостью их уведу, — сказал он, улыбаясь и осторожно забирая Фелисити из её рук. Малышка радостно заагукала, оказавшись на руках своего дяди. Северус молчаливым кивком поблагодарил Гарри, и Поттер покинул кабинет вместе с Фелисити и Джулианом. Когда дверь за ними закрылась, Северус повернулся к жене с лёгкой улыбкой на лице. — Поттер явно лучше справляется с нашими детьми, чем со своими. Она натянуто улыбнулась, покачивая головой. — Главное, чтоб Джинни это не услышала. Гермиона отвернулась от Северуса, подошла к своему столу и положила руки на его поверхность. Волшебник последовал за ней, встал позади неё и заключил её в утешающие объятия. Она глубоко вздохнула, тяжесть ситуации давила на нее. — Что же нам делать, Северус? Северус прижал её к себе и уткнулся подбородком ей в плечо. — Я правда не знаю. Все мои инстинкты кричат о том, что это какая-то ловушка. Гермиона повернулась в его объятиях и посмотрела на него. — Мы ничего не должны этому мальчику, наши дети не обязаны с ним встречаться. Как их родители, мы можем запретить им совершать такие безумные поступки. Волшебник осторожно развел ее скрещенные на груди руки и крепко сжал их в своих ладонях. — Ты права, — согласился он. — Но ты забываешь, что дело не в нас, а в наших детях. Ты думаешь, они смогут отказать ему в такой просьбе? Гермиона отвела взгляд, разрываясь от противоречивых чувств. — Я надеялась, что снейповская злопамятность на этот раз сыграет нам на руку. Северус слегка фыркнул, и на его губах промелькнула тень улыбки. — К сожалению, я в этом не уверен. Нам следует связаться с Минервой и попросить её поговорить с Оливией и Лео. Гермиона кивнула в знак согласия, в то время как муж нежно поцеловал ее в лоб. Они неохотно отпустили друг друга, и ведьма подошла к камину, чтобы взять горсть летучего пороха. В её голове уже роились планы и стратегии, как защитить их детей от всего, что мог задумать Эдгар Бакли.***
Собрание семьи Снейпов длилось больше часа. Гарри со спокойно спящей на его руках Фелисити терпеливо ждал, сидя под дверью кабинета Гермионы. Джулиан сидел с миссис Бомонт и, пытаясь скоротать время, что-то рисовал. Когда дверь наконец открылась, из кабинета с непроницаемым, как всегда, выражением лица вышел Северус. Повернувшись к Джулиану, он улыбнулся. — Иди поздоровайся с братом и сестрой, сынок. Мальчик нетерпеливо вскочил и бросился в кабинет, и отец закрыл за ним дверь. Гарри встал и подошёл к Северусу. — Вы уже поговорили с Оливией и Лео? Что вы решили? Протянув руки, Северус осторожно забрал Фелисити из рук Гарри и прижал дочь к себе. — К сожалению, и Оливия, и Лео склоняются к тому, чтобы принять просьбу Бакли и выслушать всю ту чушь, которую он собирается им сказать, — объяснил он. — Однако мы с Гермионой настояли, чтобы было выделено время на подготовку плана обеспечения их безопасности. В итоге, мы пришли к согласию, что встреча состоится только после окончания учебного года. Поттер слегка нахмурился. — Значит, через две недели? Снейп жестко кивнул. — Да.***
Кингс Кросс
Тридцатого июня Снейпы стояли на вокзале, ожидая прибытия Хогвартс-экспресса. Когда поезд наконец остановился, Оливия в сопровождении Альбуса, — так как Скорпиуса обычно прямо от школьных ворот забирал отец, — вышла из него в числе первых учеников. Дети немного поболтали, вероятно, обсуждая летние планы, а затем девушка поцеловала друга в щёку. — Скоро увидимся, хорошо? Мальчик с улыбкой кивнул и смущённо махал ей, пока она катила тележку к ожидавшей ее семье. Едва увидев сестру, Джулиан бросился к ней, и Оливия, широко улыбнувшись, обняла его. — Я скучала по тебе, Джулс, — с любовью сказала она. — Я тоже скучал по тебе, Лив. Прости, что не пришел на последний матч, — искренне извинился мальчик. — Всё в порядке, дорогой. Папа сказал, что ты снес бы целый ряд трибун, если бы увидел, как мы проиграли кубок, — ведьма невесело усмехнулась. — Будут и другие матчи. Надеюсь, Слизерин в них победит. Когда брат с сестрой подошли к родителям, Оливия отпустила брата, чтобы обнять маму. — Моя малышка вернулась, — пробормотала Гермиона, крепко обнимая девочку. — Как я скучала по тебе, моя дорогая! — Вы ведёте себя так, будто сто лет не виделись, — поддразнил их стоявший рядом Северус. — Почему женщины в нашей семье так любят устраивать драму? Оливия игриво закатила глаза. — Ну уж извините, просто моя мама рада меня видеть, — пошутила она, заслужив насмешливый взгляд отца. Отец и дочь обменялись улыбками, а потом Оливия, встав на цыпочки, поцеловала его в щёку. Затем она наклонилась к коляске, чтобы взглянуть на сидящую там малышку. Оливия прикоснулась к маленькому носику Фелисити, и ей показалось, что ее сестра немного не в порядке. — Эй, что с ней случилось? — спросила Лив. — У нее жар, — объяснил Северус. — У неё режутся зубки, — добавила Гермиона. — И в последнее время она закатывает такие истерики, что даже профессор Снейп не может с ней справиться. Зельевар усмехнулся. — Иногда она напоминает мне моего пьяного отца, — пробормотал он. Оливия обеспокоенно надула губы. — Бедняжка, — она протянула руку и погладила пухлую щёчку младшей сестры. Тем временем Лео наконец-то сошёл с поезда. Он толкал перед собой тележку и улыбался так, что было понятно, как сильно он вырос с тех пор, как в сентябре прошлого года покинул Кингс-Кросс. Гермиона бросилась к сыну и стала осыпать его лицо поцелуями, и мальчик, обняв её в ответ, рассмеялся. — Привет, мам, — тепло поздоровался он. Джулиан был следующим, он поприветствовал своего старшего брата их тайным рукопожатием. Затем Лео повернулся к отцу, который наблюдал за ним с гордостью в глазах. — Кому-то нужно подстричься, — заметил Северус, взъерошив волосы сына. — Люди скажут, что ты похож на меня. Лео широко улыбнулся. — Лучший комплимент, который я мог бы получить, — ответил он, прижимаясь к отцу, когда тот поцеловал его в макушку. Северус на мгновение обвел взглядом своих детей и жену и, глубоко вздохнув, посерьёзнел. — Вы готовы к тому, что нужно сделать? Оливия и Лео обменялись краткими многозначительными взглядами, прежде чем одновременно кивнуть. — Да, пап, — твёрдо ответила девочка. — Мы готовы, — повторил за ней брат. Отец одобрительно кивнул, и на всю семью снизошло чувство решимости, с которым они приготовились к тому, что их ждёт на этой встрече.***
Больница Святого Мунго. Отделение лечения магических заболеваний и травм.
Северус остановил машину у входа в больницу. В зеркало заднего вида он посмотрел на Оливию и Лео, которые тихо сидели на заднем сиденье; Джулиан, не замечая всей ситуации, сосредоточенно играл в игру на своей Нинтендо, а Фелисити, как ангел, спала в своем кресле. Северус переглянулся с женой, и они, одновременно сделав глубокий вдох, крепко пожали друг другу руки. Выйдя из машины, Северус открыл заднюю дверь и жестом пригласил Оливию и Лео присоединиться к нему. — Можно мне тоже пойти? — оживился Джулиан. — Нет, сынок, — ответил Северус. — Мне нужно, чтобы ты остался и составил мне компанию, пока твой брат и сестра побудут с твоей мамой. — Вообще-то, дорогой, — Гермиона на мгновение замешкалась, прежде чем продолжить: — Думаю, будет лучше, если с ними пойдешь ты. Волшебник повернулся к ней лицом. — Ты уверена? — спросил он, вглядываясь в её лицо в поисках подтверждения. Она кивнула. — Иди с ними, — прошептала ведьма. — Хорошо, — согласился Северус после короткой паузы. Наклонившись, он быстро поцеловал её в губы. — Я люблю тебя. Гермиона слегка улыбнулась. — Я тоже тебя люблю, — ответила она. Северус выпрямился и повернулся к Оливии и Лео. — Пойдемте, — сказал он. Брат и сестра помахали матери на прощание и последовали за отцом к входу в больницу. Гермиона смотрела им вслед, инстинктивно касаясь кулона в виде буквы С, венчающего ожерелье, украшавшее ее шею. Она задержала дыхание, чувствуя беспокойство и страх.***
Северус вошёл в больницу Святого Мунго, за ним следовали его дети. Напряжение, окутавшее их, пока они шли по коридорам в поисках ожидавшего их аврора, было практически осязаемым. — Вы — тот аврор, которого мистер Поттер назначил сопровождать нас? — спросил Северус. Аврор Белл торжественно кивнул. — Да, сэр, — он посмотрел на Оливию и Лео. — Я думал, что пациент хотел видеть только их двоих. Оливия, уже готовясь начать протестовать, посмотрела на отца расширенными от страха глазами. Но прежде чем она успела что-то сказать, Северус вмешался: — Я не позволю детям зайти в палату без моего присутствия. Его тон был твердым, не терпящим возражений. Аврор на мгновение заколебался, но потом кивнул. — Как пожелаете, сэр. Аврор Белл, возглавлявший процессию, повел их по уединенному коридору больницы. Когда они подошли к палате Эдгара, он повернулся к семье Снейпов с серьезным выражением лица. — То, что вы увидите в палате, может показаться вам неприятным, — предупредил он их. — Пожалуйста, будьте готовы. Нервничая, Лео схватил и крепко сжал руку отца. Северус наклонился к нему и прошептал: — Не волнуйся, я здесь, с тобой. Аврор открыл дверь, позволяя семье войти в палату. Оливия, Лео и Северус расположились в углу, с настороженным выражением лица рассматривая открывшееся перед ними зрелище. Эдгар лежал на больничной койке, весь обмотанный бинтами, и сквозь марлю виднелась лишь часть левой стороны лица. Аврор объявил об их присутствии, и Бакли с огромным усилием медленно открыл глаза, приветствуя их. — Я думал, вы не успеете, — напряжённым голосом произнес мальчик. В воздухе повисло молчание: ни Северус, ни его дети не отреагировали. Эдгар тихо вздохнул. — Мне не нужна ваша жалость. Я просто хочу извиниться. В комнате воцарилась тишина, напряжение между Эдгаром и Снейпами нарастало по мере того, как Бакли продолжал говорить. Никто из Снейпов так и не заговорил. Они, не выражая никаких эмоций, обменялись взглядами и синхронно задумались о хрупком состоянии Эдгара и о напряжении, царившем в комнате. Наконец Оливия нарушила молчание. — Сейчас уже слишком поздно извиняться, тебе не кажется? Ты мог бы сделать это до того, как ситуация обострилась до такой степени, — сказала она. Взгляд Бакли метался между ней, ее братом и их отцом. — Тогда я не хотел понимать, — пробормотал он. — А сейчас ты хочешь понять? — спросил Лео. — У меня осталось не так много времени, — признался он. В комнате снова воцарилась тишина, каждый погрузился в свои мысли. Северус обменялся многозначительным взглядом с аврором Беллом, стоявшим неподалеку, и тот бросил на него смущенный взгляд. Было очевидно, что состояние Бакли серьезнее, чем он предполагал. Бесшумно подойдя к кровати мальчика, Северус поднял медицинскую карту, прикреплённую над головой Эдгара, и просмотрел её. — Здесь сказано, что лечение идет, ты поправишься, — заметил он. — Я знаю, что это не так, — пробормотал мальчик с грустью в голосе. — Вот почему я хотел помириться с вами, пока не стало слишком поздно. Северус взглянул на Оливию и Лео. Заметив лёгкое беспокойство на их лицах, он снова повернулся к Эдгару, который продолжал говорить: — Они пытаются привести ко мне мою маму, понимаете? Но я не думаю, что ей это удастся… Она больше меня даже не узнаёт. Губы мальчика задрожали, а на глаза навернулись слезы. Северус почувствовал укол сочувствия и слегка кивнул. — Я надеюсь, что она придёт ради тебя, — мягко ответил он. Эдгар перевел взгляд на него, и беспокойство мальчика стало очевидным. — Что будет с моим братом? — спросил он. Зельевар мягко покачал головой. — Я не знаю, — честно сказал он. — Что касается моей семьи, мы не искали ничего, кроме справедливости. Но тебе не стоит беспокоиться об этом прямо сейчас. По щеке Эдгара скатилась слеза. — Я бы хотел увидеть его снова, я бы хотел… Я так многого хочу. Я бы хотел в последний раз полетать на метле… Северус молчал, понимая всю тяжесть слов и сожалений мальчика. Он глубоко вздохнул, готовясь к тому, что ему предстоит сделать. Осторожно положив руку на висок Эдгара, он погрузился в его воспоминания, отыскивая моменты счастья. Когда воспоминание сформировалось и Эдгар начал заново переживать ощущение полёта на метле, его сердцебиение участилось. На его лице появилась благодарная улыбка, и он прошептал: — Спасибо, сэр. Зельевар почувствовал, как к горлу подступает комок. С трудом сглотнув, он ответил: — Не за что, малыш. — Я сожалею о том, что сделал с вашей семьёй… Северус кивнул. Он не мог сказать, что ни он, ни его дети не приняли извинений, но он позволил мальчику жить надеждой, что это так.***
Когда Северус, Оливия и Лео вышли из больницы Святого Мунго, к ним подошла Гермиона с Фелисити на руках. — Как все прошло? — с надеждой спросила она. Северус недовольно поморщился, слегка покачивая головой из стороны в сторону, но ничего не сказал. — Может, мы уже пойдем домой? Я просто ужасно хочу спать, — пожаловалась Оливия. — Иди отдохни в машине, хорошо, дорогая? — ответила Гермиона, поглаживая девочку по щеке. — Джулс уже ждет вас там. Вздохнув, девочка потащилась к машине, и Лео молча последовал за ней. Оставшись наедине с мужем, Гермиона наконец спросила то, что ей так хотелось узнать. — Чего на самом деле хотел Эдгар? Волшебник оглянулся на больницу с задумчивым выражением лица. — Он просто хотел извиниться. Думаю, он хотел встретить грядущее без груза вины. Гермиона нахмурила брови. — Он… У него все настолько плохо? — Адское пламя, ведьма. Когда Поппи сказала, что его раны серьёзны, я не думал, что всё так плохо, но, увидев его своими глазами… от этого нет лекарства. На самом деле, довольно удивительно, что он каким-то образом продержался так долго и всё ещё остается в сознании. Глаза Гермионы наполнились состраданием. — Я знаю, что это прозвучит иронично, но я буду молиться за него. Северус потянулся, чтобы нежно поцеловать жену в лоб. — Думаю, ему это понадобится, — пробормотал он. Гермиона закрыла глаза, растворяясь в его нежности. — Значит, всё кончено? Эта глава нашей жизни больше не будет нас беспокоить? — Возможно, так и будет, когда закончится судебное разбирательство его старшего брата, но это вопрос будущего. Но пока да, можно сказать, что пока все хорошо. — Хорошо, — отозвалась она. — Давай насладимся временем с нашими детьми. Они все вернулись домой, и впереди у нас целое лето. — Какой прекрасный настрой! Взявшись за руки, Северус и Гермиона вместе пошли к машине. Устроив Фелисити в детском кресле, они были готовы снова отправиться в путь. Гермиона села в машину и устроилась на пассажирском сиденье, а Северус занял место водителя. Оливия просунула голову между сиденьями родителей и с надеждой улыбнулась. — Можно нам на обед лазанью? Это моё любимое утешительное блюдо, — попросила она. Северус поднял бровь и повернулся к девушке лицом. — Утешительное… блюдо? Она с энтузиазмом кивнула. — Да, это еда, которую ты ешь, когда… ну, когда тебе нужно немного утешения. Пожалуйста, папочка! После короткой паузы мужчина кивнул. — Хорошо. С заднего сиденья раздался голос Лео. — А можно нам ещё мороженое на десерт? — Мороженое с мятой и печеньем! — быстро добавил Джулиан. Северус вздохнул, но смягчился и слегка улыбнулся. — Хорошо, сегодня все получат немного утешительной еды. Все дети весело засмеялись, и Оливия вернулась на своё место. Гермиона усмехнулась, наблюдая за происходящим. Северус повернулся к ней с любопытством во взгляде. — У тебя тоже есть любимое утешительное блюдо, ведьма? Ведьма на мгновение задумалась, а затем улыбнулась. — Раз уж об этом зашла речь, я вспомнила, что мне всегда нравилось после напряжённого дня в Министерстве съесть кусочек клубничного пирога мадам Паддифут. Думаю, его вполне можно считать утешительной едой. Северус поморщился, словно его не впечатлил её выбор. Гермиона снова усмехнулась. — А что насчет тебя? — спросила она. Волшебник ухмыльнулся, наклонился к ней и греховно низким голосом прошептал: — То, что я люблю есть, когда мне нужно утешение, нельзя упоминать при детях. Гермиона ахнула и густо покраснела. Громко рассмеявшись, Северус включил радио и завёл машину. Он не мог дождаться, когда сможет попробовать свою любимую еду грядущей ночью.
