Попадалово.

      У меня остро встали квартирный вопрос и дачный ответ. В связи с принятием кучи новых учеников надо было освобождать учительскую. Хотя, она для меня стала полноценным кабинетом директора, то бишь: «Товарищ Сидоров, вас вызывают в кабинет директора!», и ты такой стоишь под дверью и потеешь, боишься постучать, хотя за дверью секретарь, а не прям сам директор, и тебя ждут. Ещё хуже, когда тебе скажут: «С родителями в кабинет директора», и даже если ты сам уже родитель, и напортачил твой ребёнок, а не ты, мандраж никто не отменял.       Но у меня так получилось, что я прям живу на своём рабочем месте, и мне некуда поехать отдохнуть. Родственников в деревне и за границей нет, турагентства ещё не придумали. Где может отдохнуть советский человек в свой законный отдых? На море, дикарём или в санатории, в деревне у бабушки и на даче. Дачу выделяли когда-то от профсоюза на работе. Так что из всех вариантов у меня есть только одно: построить себе дачку на пике. Я уже место себе присмотрела. Пещера с выходом драконьей жилы под ней, водопад с прудом ледяной воды. Хочу баню или хамам, купальню, сад, огород, барбекю под крышей, ну и, конечно, нормальный дом. А не этот проходной двор в учительской, где я по какому-то недоразумению сейчас ночую. Ну и что, что под ним барьер, и его надо заряжать! Тут везде подо мной барьеры! Я и так их заряжаю своими выплесками во время медитаций и тренировок! А здесь мои выбросы будут копиться, и я смогу их использовать для роста своего ядра, например!       Ну и у кого мне просить дачу? У профсоюза учителей России? Ха-ха! Конечно же, у директора пика Цинцзин! А поскольку директор на пике Цинцзин это я, то я сама себе места под дачу и выделила.       Как всем советским людям, мне надо строить дачу из чего попало, то есть, чего достала своими руками? Причём иногда с нарушением всех строительных норм с тремя правилами:       «Я художник, я так вижу».       «И так сойдёт».       «Я его слепила из того, что было».       И тогда на свет Божий появляются сараи из обрезной доски, покрытые рубероидом. К ним пристраивается верандочка, потом сарайчик для инструментов, потом верандочка становится ещё одной комнатой, а к ней пристраивается ещё одна верандочка. В общем, домик растёт, как грибы на пне. Но не съедобные, а поганые. Шучу. Нет, мне такого не надо!       Я нашла себе местечко для дачи. Сделала наброски того, чего хочу, сделала примерный проект. Показала строителям, обсудила, закупила стройматериалы. И теперь осталось только следить за стройкой. Я, наверное, всем уже надоела со своим контролем, но это была для меня возможность тоже не только помочь, но и потренироваться в стихиях. Укладывать огромные блоки камней, мрамора, жадеита, держать их на весу, пока их не отрегулируют по уровню, пока раствор, на котором они посажены, не схватится. Потом, когда уже пошла укладка деревянных элементов, я уже ходила и не мешала. Тренировалась и медитировала рядом. Иногда подходила помочь какое-нибудь особенно большое, длинное и тяжёлое бревно подстраховать телекинезом, чтобы тросы не лопнули. Перед тем, как ушла в пещеры, посмотрела на всю стройку в последний раз, вздохнула и пошла спасать Лю Цингэ от себя самого. Надеюсь, рабочие и барьерщики не напортачат. Замучаюсь перепроверять. Барьерщики мне делали шикарный бассейн, хамам и помывочную с туалетом, и ванную комнату с артефактной ванной из жадеита. Постель у меня, кстати, тоже из него была, из цельного куска. На неё все облизывались, поэтому от греха подальше я её убрала в инвентарь. Потом приеду из поездки и поставлю. Незачем мебели здесь без меня пылиться.       Кстати, одновременно строилась купальня с ванными для наших старейшин и восстанавливался наш старый полигон. Никакого бамбука, только камень и дерево. А из бамбука можно мебель, ширмы сделать и заборчик вокруг для придания атмосферы, так сказать.       Когда встал вопрос ванн и купален, старейшины пика Байчжань запротестовали и потребовали построить и им нормальную купальню с ванными. Что надо делиться по-братски, и им тоже нужно десять артефактных ванн. Мы обговорили эти дела с мастерами, осмотрели подходящие помещения, и я накидала примерный план помещений, и нарисовала концепцию купальни для старейшин с бассейном и восьмью ваннами. И отдельно купальню с ванной для главы. И ванную комнату для личного ученика. Старейшины переглянулись.       — Но у главы Байчжань нет личного ученика! Зачем тратить такой ресурс впустую?       — А вот и не впустую. Ванные предусмотрены только для главы и старейшин, это единственная ванная для учеников. Её можно использовать в качестве поощрения ученикам, допустим, вошедшим в полуфинал соревнований, например.       — Полуфинал чего?       — Ну не тупите! Награждайте не одного выигравшего турнир, а первых пять. За пятое место, предположим, принять две духовные ванны, а за каждое следующее место больше, а за первое десять. Вот ты выиграл и ещё имеешь возможность улучшить своё здоровье и духовные каналы. Также эту ванную можно использовать при оказании экстренной медицинской помощи для восстановления духовных каналов после перегрузок и искажений ци. Не в ванную глав или старейшин же таких сажать?       — Ну да, конечно, не в ванную главы. Так мы раньше и не оказывали такую помощь.       — А теперь у вас будет такая возможность. И как вы её не окажете, это же ваш ученик? Тем более, неоказание помощи, когда есть такая возможность, приведёт к созданию кармического узла, и вам придётся отрабатывать его в следующей жизни.       — А если я вознесусь?       — Кармические узлы всё равно придётся отрабатывать. Или после смерти в следующей жизни, или с небес спускаться на грешную землю, что ещё хуже.       — Тц-ц, не хотелось бы.       — А вы их не завязывайте. Кстати, вам на пике надо врачебный кабинет. Как-то я совсем об этом забыл, и из головы вылетело, тогда ванные для лечения попроще можно там установить.       — Зачем нам? Нам не нужно.       — Как не нужно? У нас здесь теперь куча мелочи учится, мало ли, упадут, сломают себе чего-нибудь, порежутся, спину плетьми отобьёте, друг с другом подерутся, — старейшины от каждого моего довода стали подхихикивать, а теперь уже стояли и ржали в кулаки, держась за живот. Я же посмотрела на них, вздёрнув брови. Это что тут за детский сад? Чего я такого смешного сказала? Совсем страх потеряли? — Это сейчас что я такого смешного сказал? Может, вам совсем ванн с духовными травами не надо? Не было же их на пике, и дальше проживёте без них!       Старейшины взяли себя в руки. Откашлялись, поклонились.       — Простите, уважаемый Шэнь Цинцю, больше не повторится!       А сплетни, слухи и новости у нас быстро расходятся. Стоило на собрании глав показать свою силу и то, что я могу быть злым и жестоким не просто в сплетнях, а на деле, и сразу же респект и уважуха появилась, а не только на пике Цинцзин, где дисциплина строилась на строгих наказаниях. Всегда так было, даже задолго до Шэнь Цинцю. Всё тело Шэнь Цинцю в шрамах от этих поучений плёткой и палками. Такое тело никому не покажешь, а то примут за сбежавшего каторжника, а не за главу пика четырёх искусств. Нежные девы в страхе разбегутся и разнесут сплетни. Это только девочки из «Красного павильона» понимающе опускали ресницы и вздыхали, мазали спину мазью от шрамов. Сейчас, после снятия блокировки, шрамы стали сами рассасываться, кожа становилась нежной и мягкой. Тело наконец-то стало набирать мышечную массу, но мускулы не бугрились, как у бодибилдеров, а были больше похожи на перетянутые канаты. Надо бы им хоть немного жирком обрасти, но где его взять при моей диете и физических нагрузках?       Я осмотрела этих улыбающийся старейшин с козлиными бородками. Надо выбрать из них кого-то поадекватнее и работать с ним. Я кивнула головой в знак, что принимаю извинения.       — Так что, давайте-ка присмотрим и для этого кабинет с ванными и садиком, для отдыха лекарей и больных. И ещё надо уроки первой помощи наладить.       — Да кто же у нас согласиться лечить? Лекарей сюда и духовными камнями не заманить!       Я вздохнула, покачала головой.       — Я поговорю с Му Цинфананом. Будет направлять посменно одного из старейшин и учеников для прохождение практики. Синяки, вывихи и растяжения лечить. Я их в поездку беру, так отбоя нет. Надо, кстати, с Лю Цингэ поговорить. Где он? Что-то пару дней уже его не вижу.       — А он это, ушёл в пещеры Линси для практики.       — А, у... Понятно. Я тоже перед поездкой туда на пару месяцев хочу пойти. Сейчас всё обговорим, все вопросы уладим, и тоже туда.       — Так, может быть, это, не надо? — робко возразил один старейшина.       — А что такого? У брата Лю Цингэ искажение началось? Сколько людей пострадало? Что-то не вижу разрушений. Долго связывали?       — Да нет, он новости какие-то плохие узнал, побледнел, схватил меч, вышел и сказал, что в пещеры надолго, чтоб не ждали и Юэ Цинъюаню сообщили.       — Угу, то-то его на собрании глав не было. Жаль. Собрание было весёлым. Ну ничего, мы здесь всё решим. Он будет рад, что у него теперь будет купальня и артефактная ванная, как думаете?       — Наверное, мы не в курсе. Он у нас довольно аскетичный образ жизни ведёт.       — Для воина это хорошо, так и положено. У нас тоже не дворцы. Для творчества требуется близость к природе — лишняя роскошь сильно отвлекает. Это вот для дипломатов и девиц роскошь и дворцы нужны, чтобы привыкали. А то приедут в дворец императора и будут таращиться удивлённо вокруг, как будто из глухой деревни приехали.       — Это да. Это вы верно подметили.       — Я сейчас осмотрюсь, постойте здесь, не уходите, мне здания обзору мешают.       Я взмыла в воздух, отметила то место, где я стояла со старейшинами, чтобы самой их не потерять в лабиринтах застройки, и стала быстро осматривать местность. Нашла пару домов с садами в закрытых двориках за глухими заборами. Понятненько. Наверное, там старейшины живут. Нашла пару заброшенных. Угу, надо про них поподробнее расспросить и заодно подходы к ним посмотреть. Медицинская помощь должна быть доступной. Может, кабинет устроить ближе к школе? Хотя больным надо тишина, а взрослых больных раздражает детская суета. Надо подумать. Потом вернулась обратно и спрыгнула перед старейшинами. Они смотрели на меня, выпучив глаза. Никогда не надоест удивлять китайцев!       — Глава Цинцзин умеет зависать в воздухе?       — Да, это же несложно.       — Ну, как сказать. Для кого как.       — Я глава, мне положено.       — Ну да. Угу, положено.       — Я тут нашёл пару домов с заброшенными садами, надо узнать, чьи они, и осмотреть места.       Первый дом с заброшенным садом принадлежал бугаю, который не давал мне проходу.       — Ты кто такой?       — Я местная змеюка, приползла себе гнездышко присмотреть, мне как раз нравятся заброшенные сады.       — Вали отсюда.       Я посмотрела на него и подумала, как я буду его разделывать, и он поперхнулся, и сделал шаг назад, а я сложила веер и сделала шаг вперёд. Страшно только до первого удара, можно давить, но нельзя бить. Он сделал ещё шаг назад. Убийственно намерение рулит, я оскалилась и стрельнула бровями. Что же вы все здесь такие чуткие?! Я опустила голову и голос на тон и тихо спросила:       — Давно здесь живёшь? Когда заселился?       Он отступил ещё на шаг. Интересно, а если порезать его на шашлык, мясо будет жёстким? И я улыбнулась во весь рот. Хотя, это зависит от маринада. Надо сделать майонез. Яйца, уксус, соль и оливковое масло. Точно! У меня же есть все ингредиенты! И случайно посмотрела ему на пах, он сглотнул и сделал ещё пару шагов назад и освободил мне проход. Тут, главное, не терять контакт глазами и не поворачиваться спиной. Я вошла в помещение.       — Недавно, после ярмарки.       — Я тебя не помню. Где нёс караул?       — Мы стояли в городе, приехали назад, и нам дали возможность выбрать целые домики для жилья.       — Да, дом без хозяина умирает и разваливается.       Он побледнел. Чего? Думает, я ему угрожаю? Надо сбавить обороты, а то ещё чего в обморок грохнется. Большой шкаф громко падает, ещё пыль поднимет, доски пола сломает.       — Веди в сад, посмотрим, что там у тебя.       Я пошла вперёд, перестав на него смотреть, прошла мимо него в сад, разорвала зрительный контакт, а он выдохнул и пошёл следом.       — Тут это, никто не прибирался, но мне он таким нравится. А зачем вам мой дом?       — Мы место для лечебницы ищем с садом. Чтобы к нему проход был хороший. Я нашёл пару вариантов, твой дом один из них. Теперь дома всем простым ученикам раздают?       — Нет, просто я командир пяти звезд. А в городе был полусотником и отвечал за наш гарнизон. Выловили пару демонических призывателей, что собирали детей и уничтожали банду разбойников, за порядком на городском рынке и дорогах следили. Вот и получил дом в награду.       Я удивлённо развернулась и посмотрела на него. У наш что тут, тоже эльфы есть? Ах да, я же их сама звездами называла. Единственный эльф здесь — это я. Бу-га-га или ку-ку-ку, кому какой злодейский смех больше нравится.       Второй дом с заброшенные садом, оказывается, принадлежит Лю Цингэ.       — Я думала, у него дом побольше.       — Наш глава живёт довольно скромно.       Я осмотрела помещение. В саду были протоптаны дорожки, он был неряшливым, заросшим, но по нему можно было пройтись. Неужели Лю Цингэ здесь нравится? Ну хорошо, пусть живёт. Ванная комнатка была очень маленькая, возле стены...       — А за стеной что?       — Другой дом, он сейчас заброшен.       — Пошли посмотрим.       Мы осмотрели второй дом.       — Значит, так, в стене сделать проход, можно даже круглый, здесь ему поставить артефактную ванную, там сделать нормальную купальню, а остальной дом пойдёт для личного ученика и тому тоже артефактную ванную. То бишь, купальню тоже огораживаем стеной, за ней ванную для ученика строим.       — Только тогда ванная для ученика будет не по феншую.       — А купальня для главы будет по феншую?       — Для главы да, а вот для главного ученика — нет.       — А в этом доме сейчас ванная комната по феншую?       — Надо пойти посмотреть.       — Ну так пойдём. Мы сюда как раз для этого и пришли.       Мы прошлись по всем заброшенным помещениям, тропинкам и кустикам, возле чахлых деревьев, которые претендовали на сад, но до них не дотягивали. Нашли ванную комнату, она была даже больше, чем у главы.       — Ну что, ванная здесь у нас по феншую?       — Да, глава Шэнь Цинцю, по феншую.       — Хорошо. Вот её и оставим личному ученику, или пока его нет — гостю. Отделим помещение для купальни главы стеной и сделаем небольшую калитку для личного ученика, чтобы он мог прибраться у главы, и всё будет хорошо. Незачем ученику такие большие хоромы. Приведите в порядок сад этой заброшки. Посадите какие-нибудь кустики с цветами, что ли. Сад главы не трогайте, он им пользуется, и явно ему таким нравится.       — Да, глава Шэнь Цинцю. Пойдёмте всё-таки найдём помещение для лечебного кабинета.       — Да, пойдёмте. Справитесь с проектом купальни? Договоритесь с рабочими и барьерщиками, или моя помощь нужна?       — Ваша помощь была бы неоценимой для нас, уважаемый Шэнь Цинцю. С вашими рекомендациями и с рабочими общаться легче. Не могли бы вы меня с ними познакомить и объяснить им в общих чертах, что от них требуется?       — Да, конечно. Пойдёмте уже, я и так много времени потратил, но это тоже очень важные вопросы, которые надо решать. Пойдёмте туда, где я нашёл ещё один заброшенный сад. И составьте мне, пожалуйста, список всех заброшенных помещений, что у вас есть на пике Байчжань. Я чувствую, брат Лю Цингэ нескоро выйдет из пещер Линси, я спрошу о них, если встречу в пещерах.       — Вы тоже собираетесь в пещеры Линси?       — Да, надо потренировать некоторые очень энергоёмкие навыки.       — И надолго, если не секрет?       — Думаю, месяца на три, не больше. У нас много дел на обоих пиках. У нас много новых учеников, а за ними пригляд и пригляд нужен.       — Это да, — ответил старейшина, посмотрев на меня.       Конечно я знаю, что их так много благодаря мне, и нечего меня тут стыдить, вам давно надо было оторвать свою задницу и заняться обучением следующего поколения. Поэтому его осуждающий взгляд встретил мою ухмылку. Он уже было выставил палец, чтобы мне погрозить и отчитать, но у нас не только я умею читать по лицам, и он всё быстро понял, и его палец, вздёрнутый вверх, начал оглаживать его белую бороду. Он покачал голову в знак согласия. Ну ё-моё! Прям два эксперта школьного образования и эксперта по кризису в развитии духовных одарённых! Я закатила глаза, покачала головой, вздохнула. Но что тут сделаешь? Хороший старичок, понятливый и договороспособный.       — Ну что же, пойдёмте, посмотрим третье помещение, если не подойдёт, то будем смотреть уже без сада, но в другой раз.       И мы, беседуя по дороге, пошли к третьему саду, я держала веер, то раскрывая, то складывая, а он — то поглаживая бороду, то убирая руки за спину. Каждый справлялся со стрессом по-разному.       — За три месяца вы сможете сделать ревизию всех помещений, и мы будем знать, сколько мы имеем жилого фонда и общественных помещений, которые можно использовать под другие нужды. Кстати, как у вас с полигонами для стрельбы из лука, и хватает ли расходников для обучения?       — Уважаемый глава, вы считаете, что этим стоит заниматься? Наши ученики всё же духовные одарённые.       — Это важно при длительных осадах и нападения мелких, но многочисленных демонов. Это развивает глазомер. Заставляет учитывать скорость и направление ветра, правильно просчитывать движение зверя и его скорость. Хотя, такое учится на охоте. Даже охота на зайцев может потом помочь с охотой на других монстров. А ци надо экономить, иначе можно выдохнуться в неподходящий момент схватки. Тем более, чем лучше мы дадим физическую подготовку детям, тем сильнее они станут после того, как создадут золотое ядро. Далее им будет очень тяжело нагнать физическую форму, ци внутри тела будет брать всю нагрузку на себя и качать мускулы, силу и выносливость, простому телу будет уже чрезвычайно тяжело.       — Да, это так. Вы очень углублённо изучили этот вопрос. А что с индивидуальным образованием, его у нас, что, больше не будет?       — Нет, почему? До двенадцати лет — общее образование, закладываем основы, так сказать, а после двенадцати индивидуальная программа, в зависимости от успехов в работе с видом оружия. Многие клановые уже приучены к определённому оружию и техникам. Им нужно дать возможность индивидуально заниматься. С одной стороны, один клан, одни техники, но в кланах обычно очень жёсткая конкуренция, и существуют большие конфликты между детьми в рамках одной семьи, поэтому и им требуется индивидуальные занятия. А всех полигонами мы обеспечить не можем. Дети и новички часто смущаются посторонних взглядов, и им трудно тренировать индивидуальные приёмы у всех на виду на общих полигонах. Тут можно сбивать их в отдельные кучки по видам оружия и стилям, подвое, и больше человек с одним преподавателем. И выдадим им такие дома с садами в качестве тренировочных площадок, но не больше восьми. Чем больше детей, тем меньше учитель может выделить времени на каждого и уследить за отношениями каждого, чтобы отследить конфликты между учениками и научить их правильно из них выходить.       — Простите, глава, «правильно» это как?       — «Правильно» это без обиды, зависти и желания отомстить после драк. Учиться у того, у кого лучше получается, радоваться его успехам и добиваться улучшения своих результатов.       — Если бы это было сделать так легко!       И старейшина вздохнул.       — Да уж, такие проблемы у нас в каждом поколении. Сколько книжек про это написано, и после нас писать будут. Поэтому нас и заставляли зубрить сутру этики, и мы учеников заставляем, и после нас будут заставлять и наказывать, потому что пока мозги не начнут соображать о последствиях своих действий, так всю дорогу и придётся учить подрастающих детей.       — Да вы правы.       Так мы, вздыхая на вечную проблему конфликта отцов и детей, дошли до уже точно заброшенного здания. Стали его обследовать и нашли в нём спуск в подвал, а там не то, что подвал, а лабиринт в несколько этажей.       — Да что это такое? Сколько лет живу, впервые узнаю, что у нас под ногами находится такое! Замуровать всё нахрен, от греха подальше, — кряхтел и возмущался староста.       — Зачем? Это же замечательное помещение для лечебницы! Можно и кухню для больных отдельную сделать, и склады. И в случае болезней или нападения на школу. Да и на том же турнире всегда бывают пострадавшие, а теперь у нас будет, где их разместить, и купальни заодно сделать, и алхимическую лабораторию, и место для разделки монстров на ингредиенты, и детей спрятать от демонов и массовых атак в случае нападения на школу. Помещения уж никак лишними не будут. Здесь четыре ванные можно поставить. И ещё полигоны индивидуальные сделать. Этот лабиринт находится под всеми здешними домами! Просто его надо привести в порядок и пользоваться, а не замуровать.       — Зачем нам вообще так много учеников?       — Открою вам тайну, если вы не знали.       — Интересно, какую?       — Демонов меньше не становится. Пока мы тут двадцать лет сидели без войны, нападения на приграничье всё равно происходят, гибнут люди. Каждый год не только у нас дети рождаются, но и у демонов. И им тоже хочется есть, одеваться, подвигов и славы. У них с прошлой войны уже много демонят родилось, и с пятнадцать до двадцати лет это нехилое войско будет, и с каждым годом оно растёт. Придёт время, когда им надоест сраться между собой и они нападут на нас, а мы совсем не готовы. Так что учить детей нужно. Как бы только не оказалось, что уже слишком поздно.       — Если с этой стороны посмотреть, то становится не по себе. Не хочется и думать, что будет, если они нападут в этом году.       — Вот! Они нападут, а мы совсем не готовы. А кому скажешь, объявят, что ты сошёл с ума и засмеют. А когда демоны нападут, будет уже не до смеха.       — Да уж, и не говорите. Меня аж пробрало. Так что? Вы планируете каждый год на наш пик такой большой набор делать?       — Да, это как раз я и планирую. Так что вы держитесь и готовитесь. Малышни будет больше с каждым годом.       — Это же насколько больше?       — Сами считайте. Каждый год по сто. Это до двенадцати лет. где-то около шестьсот детей минимум. Потом часть после экзамена будут уходить на наш пик Цинцзин, а у вас начнутся индивидуальные занятия по группам.       — Да где же мы их всех разместим?       — Не переживайте так. Сделаем постоянные гарнизоны по городам и патрули вокруг школы. Нам бы ещё свой кусок приграничья в порядок нужно привести. У нас, кстати, обязанности есть, а мы просто про них забыли. Так что есть, куда их девать.       — Так-то да, — сказал старейшина, поглаживая бороду. Потом разговор пошёл о других делах. Мы встретились в очередной раз со строителями, барьерщиками и посвятили их в планы дальнейших строек. Так что им будет, чем заняться, когда закончат мою дачу и остальные стройки на пике Цинцзин.