Белый день, ночь без сна

Вообще их доверие началось со странного совпадения в ощущении времени. На первую встречу (кажется, ради продвижения Академии средствами КММ), они зашли одновременно. Авантюрин считал, что нельзя заставлять партнеров ждать, но и приходить заранее тоже не собирался. А Рацио просто ценил время. Они пожали друг другу руки, расселись. Переговоры не клеились: Общество эрудитов не желало ни акций, ни страховки, ни особых условий. Представитель изложил тезисы и требования в самом начале, а потом не отступил ни в одном пункте. «Позвольте подготовить второй экземпляр», — сказал Авантюрин так, будто соглашался. «Позволяю», — элегантно кивнул Рацио и расслабился. Он не был женщиной, не выглядел как тот, кому по душе мужчины (?), отказался от чая/кофе/закусок и остался нечитаемым. То есть нет, все было предельно понятно: он в курсе про методы КММ, и он не боится говорить им нет. Тем интереснее: Авантюрин любил потом травить байки, как очередной сложный клиент через пару месяцев становился покладистым. Для этого можно было стать дерзким, пугающим, угождающим — так мог каждый менеджер. Авантюрин умел быть шелковым. И сейчас, стоя за ширмой и следя за противником через камеры, он собирал информацию. Многие удивлялись тому, что топ-менеджер вел документооборот сам, сам печатал, сам провожал гостей. И еще делал тысячу мелких дел, которые поручались обычно секретарям. Ну правда, денег что ли нет на помощника? Авантюрин шутил про «полное обслуживание», а на многозначные смешки качал головой и цитировал регламент оказания услуг, оставаясь дважды в выигрыше. Принтер жужжал, мерно выплевывая листы. Доктор сидел в кресле, закинув ногу на ногу, и что-то быстро-быстро строчил в записную книжку. Авантюрин переключился на камеру, которая снимала доктора в профиль. На ум пришло сравнение с греческими монетами: такая попалась во время поездки в Рим. Нет, это профиль греческий, а монеты римские. Рацио сдул челку — простой, машинальный жест, который колыхнул две мысли. Авантюрин достал шкатулку с сувенирами из поездок. Они покупались где-нибудь в антикварных лавках за бесценок, выглядели загадочно и преподносились между делом, мол, эта мозаика напомнила вас, это зеркало подойдет к вашей сумочке… Выцепи деталь, обрати на нее внимание и получи тонну признательности. Все просто. Однако же ничего, подходящего доктору Веритасу Рацио, в первой шкатулке не нашлось. Да и во второй тоже. Греческий профиль доктора… Что ж, похоже придется Алмазу обойтись без подарка. Веточка оливы — тоненькая, позолоченная — будет лучше смотрятся на темных волосах. Авантюрин возвращается с бутылкой в одной руке и коробочкой в другой. — Это?.. — Небольшой презент в честь заключения сделки! Раз уже все формальности решены, предлагаю выпить. Ну или если предпочитаете наслаждаться лучшим шампанским в гордом одиночестве, заверну с собой. — А договор? Авантюрин широко раскрывает глаза, хлопает себя по лбу и убегает назад. И это тоже — уловка. К чему же потянется гость, оставшись один? Рацио разворачивается в сторону ширмы, всем корпусом разворачивается, и Авантюрин тут же выходит, победно потрясая в воздухе бумагами. Доктор сверяет два экземпляра. — Неужели вы думаете, что там что-то изменилось? — Авантюрин надувает губы. Подозрение — это то, от чего порядочные люди будут отнекиваться и чего будут бояться. — Да, — отвечает Рацио, отрывая взгляд от бумаг, — Я думаю, что вы добавили в договор какую-нибудь звездочку и указали в сноске новые условия. Дадите еще пару минут? При заключении контракта с дьяволом особое внимание стоит уделять мелкому шрифту. — Но я не дьявол, позвольте заметить. — Но вы соблазняете. То, что должно звучать как флирт, отдает упреком. Авантюрин хмыкает и поправляет вырез. Что ж, в следующую встречу можно надеть обычную рубашку.