Обязанности главной героини

      — Ким Сону!       Джей, невесть как очутившийся в городе, поймал Сону возле торгового центра. Растрёпанный и раздражённый парень схватил его за ладонь и потянул за собой, не давая возможности возразить.       — Что ты тут делаешь? — Сону честно попытался ускользнуть, ощущая, как рука горит от тепла чужих пальцев, но Джей, похоже, даже не заметил сопротивления. — Я с тобой разговариваю!       Остановившись в каком-то переулке, Джей развернулся к нему, готовый выплеснуть поток эмоциональных фраз, но запнулся. Его глаза метнулись от лица Сону до руки, которую тот пытался выдернуть.       — Прости, — коротко выдохнул Джей, тут же расслабив хватку и успокаивающе погладив кисть большим пальцем. — Я не хотел сделать тебе больно.       — Но сделал, — резонно фыркнул Сону, недовольно задрав нос. Честное слово, на секунду он испугался, что ему сломают кости! — Как ты вообще тут оказался? Разве срок твоего наказания закончился?       — Конечно нет, я даже не видел никого из учителей.       — Тогда?..       — Раз я их не видел, то и они меня, — бесхитростно пожал плечами Джей. — Я прокрался в автобус, а когда Чимин начал проверять школьников, мы уже выехали и было поздно возвращаться.       «Так просто?!»       — Лучше скажи, что происходит, — серьёзнее спросил Джей, неловко спрятав руки в карманы широких джинс с болтающимися завязками. — Почему ты не вернулся вчера в Деселис? Я чуть с ума не сошёл, когда не увидел тебя выходящим из автобуса.       Ах да. Примерно такую реакцию стоило ожидать, учитывая, что в прошлый раз Сону пришлось отправиться в Коян за Сонхуном и схлестнуться со стаей оборотней. О чём, благодаря длинным языкам, Джею прекрасно известно.       — Что-то случилось? Я знал, что что-то случилось! Вчера мне следовало поговорить с тобой до того, как ты поспешил исчезнуть, чёрт, — Джей поджал губы и нервно растрепал волосы. Аккуратная причёска подверглась яростному поглаживанию, словно таким способом он хотел привести мысли в порядок.       Сону даже не знал, с чего ему начать.       После шокирующих новостей Хисын умчался, а Чонвон не стал догонять, так как им ещё предстояло разобраться с хаосом, который тот устроил. Хозяйка, как выяснилось, слегка туговатая на оба уха, не услышала, как её маленькое уютное кафе превратилось в место, подвергшееся нападению банды хулиганов. Кто бы поверил, что всё это устроил один человек, поддавшийся буре эмоций?       Чонвон взял на себя переговоры с хозяйкой, сердечно извинившись за беспорядок. Так как у Сону не было ни копейки, да с него и не спрашивали, президент сам вызвал бригаду оконщиков и оплатил замену стёкол. Насчёт телевизора ему пришлось пообещать купить новый в следующие выходные, и хозяйка неохотно отпустила их. Но оба выслушали гору причитаний и покинули кафе с тяжёлыми сердцами и пустыми желудками. Ни у кого не осталось желания продолжать трапезу.       — Я попробую найти его, — не уточняя, о ком речь, сообщил Чонвон. — Жаль, что нам не удалось пообедать в спокойной обстановке.       Сону не стал возражать, что атмосфера с самого начала была довольно напряжённой, просто все присутствующие игнорировали это. На прощание Чонвон нежно похлопал его по плечу, завернул в неприметную улочку и рванул прочь на высокой скорости, практически превратившись в смазанное пятно. По крайней мере, Сону не придётся искать Хисына, дабы предотвратить последствия чужих необдуманных поступков.       И, словно мало впечатлений на одно утро, Джей решил сбежать из школы и добавить переживаний в копилку!       Сону отбросил ненужные чувства в сторону.       — Вчера мы поймали дилера, — решив быть кратким и лаконичным, Сону сразу перешёл к сути дела. Спрятав руки в карманы бомбера, он покачнулся с пятки на носок. — Точнее дилершу, ею оказалась молодая девушка, обладающая сопротивлением к магии.       — Что? — недоверчиво прищурился Джей, который открыл было рот, но сказал явно не то, что собирался. — Какое ещё «сопротивление к магии»? Она может отражать чужую магию?       — Нет, она вообще магией не обладает, — выделив последние слова интонацией, Сону нахмурился. — Я тоже понятия не имею, как это возможно, встреча прошла сумбурно, и нам почти ничего не удалось выяснить. Но главное другое: сегодня утром мы увидели её в новостях. Она была убита, Джей.       Поперхнувшись воздухом, третьекурсник недоверчиво прищурился.       — Полностью иссушена, — добил Сону. — В её теле не осталось ни капли крови, и это отнюдь не первая жертва. Ты ведь понимаешь, какие ассоциации возникают, когда мы говорим о подобном способе убийства. Ли Хисын был с нами, когда мы узнали о её смерти. Сейчас Чонвон ищет его.       Неясно, чего ожидал Джей, но явно не этого. Все заготовленные фразы испарились как предрассветная роса, и он остался стоять с хмурым выражением лица. Линия челюсти чётко выделилась, когда он сглотнул.       — Я подозревал раньше, но не стал расспрашивать. Ли Хисын сын предыдущего директора Деселис? Того, кто убил кучу магов, точно также исчерпав всю кровь из тел.       Сону кивнул, больше ничего не объясняя. Данной информации достаточно, чтобы загрузить человека так, что ни о чём другом думать он не станет. Им не удалось узнать, что случилось с Пак Дохва, Но Ноёном и О Сынмином, поэтому нет смысла сейчас мусолить эту проблему.       — Ты поел? — внезапно спрашивает Джей.       — Нет, — машинально ответил Сону, и его снова взяли за руку, но уже гораздо бережнее. — Что? Ты куда?       Не оборачиваясь, Джей направился в одному ему известную сторону. В лучах холодного ноябрьского солнца его спина казалась широкой, заслоняя от встречного ветра. Бритый затылок немного оброс, так как он не мог выйти в город и посетить парикмахерскую, а кусочек шеи, виднеющийся над воротником кожаной куртки, посветлел — летний загар постепенно исчез, но кожа всё равно оставалась на порядок смуглее чем у Сону.       — Сначала нужно накормить тебя. Остальное уже второстепенно.       Сердце словно пощекотали пёрышком. Сону посмотрел на их сцеплённые руки и не стал вырываться.       Проведя весь остаток дня с Джеем, Сону удалось забыться и перестать ежесекундно размышлять о том, что было и что будет. Они посидели в ресторане около полутора часов, затем ему захотелось наведаться в отдел косметики, где они проторчали ещё час и вышли с двумя пакетами и опустевшим банковским счётом старшего. Джей сумел уговорить его сходить в кино, а потом выяснилось, что они опоздали на автобус. Но, к счастью, ловить такси и уговаривать водителя совершить часовую поездку в закрытую школу-интернат им не пришлось.       — Почему ты каждый раз удивляешься? — проворчал Джей, протягивая ему шлем от мотоцикла, на котором он вспугнул стайку голубей и пожилую женщину на скамейке возле парка, где сидел Сону в ожидании.       — Мы вернёмся на нём? — уточнил Сону, самостоятельно застегнув ремешки, и опустил забрало. Ему вдруг вспомнилось, как прошли первые выходные в этом мире. Тогда Джей казался ему крайне опасным и нестабильным звеном длинной цепочки неопознанных персонажей, а сейчас его одолевали совершенно иные чувства.       — Разумеется, — отчего-то развеселился Джей, опираясь локтями на руль и глядя на него через шлем. — Пора бы уже привыкнуть, ты же всегда любил кататься со мной.       — Я привык, — защищается Сону, скрестив руки на груди и отвернувшись с недовольством. — Но ты уверен, что это наилучший вариант? Где ты потом собираешься оставить мотоцикл?       — А это, — Джей наклонился и с ухмылкой щёлкнул по стеклу, разделяющему их лица, — уже мои проблемы. Прыгай назад и поехали, если не хочешь остаться на вторую ночь в городе.       — Вижу, что тебе не терпится вернуться и получить порцию заслуженных выговоров за побег, — Сону закатил глаза, осторожно перекидывая ногу через сиденье, но его равновесие нарушилось. Пытаясь устоять, он завалился на спину Джея.       — Держись крепче, — выдержав паузу, уже тише сказал Джей. Он завёл одну руку назад, готовясь поймать его в случае чего.       На мотоцикле довольно сложно сохранять границы нетронутыми, так или иначе два человека окажутся приклеенными друг к другу. Сону упёрся ногами в землю, отодвигаясь чуть дальше, но всё равно вернулся в исходное положение. Его бёдра вплотную прижались к ногам Джея, чужое тепло проникло через ткань.       — Крепче держись, — повторил Джей и стащил его ладони со своих плеч, перемещая на свою талию. — Я не собираюсь потом отчитываться перед тётей, как так получилось, что её сын превратился в красивую размазанную соплю на асфальте.       Сону тут же ударил болтуна по спине, и тот картинно поморщился, хотя явно не получил никакого урона. Бил-то Сону вполсилы.       — Меньше слов — больше дела, мы едем или как?       — Не бурчи, принцесса, сейчас всё будет.       Дразнящее прозвище звучало в последний раз слишком давно. Оно явно прижилось в лексиконе Джея, как способ вызвать недовольство Сону, но сейчас звучало скорее ласково, чем задиристо.       Чтобы скрыть трепет в груди, Сону шлёпнул Джея по животу и спрятал лицо от пронзительного взгляда, отражённого через маленькое зеркальце. Даже шлем не спасал.       Они не обсуждали утреннюю ситуацию, потому что нечего обсуждать. Но что-то между ними определённо изменилось, да только Сону не мог решить нравится ему это или нет.       Перед тем, как мотоцикл сорвался с места, странное ощущение чужого взгляда пронзило затылок Сону. Но, когда он обернулся, притворяясь, что хочет поправить посадку, не обнаружил никого кроме случайных прохожих.       Устало закрыв дверь комнаты, Сону обессиленно прислонился к стене. Ему опротивело всё на свете: от необходимости нагнуться и развязать шнурки кед до нависшей над головами магов угрозы в виде антимагической коалиции с неясными целями.       Джей проводил его до порога, после чего быстро и скомкано попрощался. Сону впервые за очень долгое время смотрел, как уходит другой человек, втайне надеясь, что тот повернётся и скажет ещё пару слов.       «Из нас двоих похоже, что мне промыли мозги», — надувшись, подумал Сону. Мысль касалась Хисына и его эмоционального монолога о навязанных чувствах.       В отомэ-игре Хели произвёл впечатление собранного старшекурсника, всегда готового прийти на помощь главной героине. Лишь она могла разбудить в нём яркие эмоции, и даже весть о том, что его собственный отец убил родителей Суха, вывела Хели из себя лишь потому, что дело относилось к его возлюбленной. Тогда Сону считал, что создатели игры переборщили, и никакой человек бы не смог остаться равнодушным к остальным аспектам непростой проблемы его отца. Особенно если учитывать несколько чёрно-белых кадров из прошлого, где отчётливо показывали искреннее уважение Хели.       Поэтому Сону считал, что главный герой избежал драматичного прошлого, присущего остальным коллегам по цеху. Как выяснилось путём некоторых взаимодействий, в реальности ситуация разительно отличалась.       Тихий стук прервал поток рассуждений. Всё бы ничего, если бы стук не звучал так, словно кто-то стучит по стеклу.       Глаза Сону, устремлённые на окна напротив, выражали целую гамму эмоций, а на языке завертелись тысячи вопросов, так что он даже не знал, с какого начать, когда медленно приблизился и открыл форточку.       — Ты же носишь защитные шорты под юбкой? — в итоге только и сумел спросить Сону, глядя на оголённые ноги Суха, стоящей на подоконнике снаружи. Не мешкая, девушка обратилась туманным облаком и просочилась в комнату.       Они не виделись больше суток, заполненных мириадами различных событий и впечатлений. Несмотря на холодную ночь она была одета легко — тонкая бордовая кофточка хорошо сочеталась с чёрной плиссированной юбкой, но наряд не особо подходил для зимы. Откуда бы Суха не держала путь, вероятно она преодолела его в виде тумана.       — Я ещё вчера приходила, — с места в карьер бросилась она, заламывая руки в беспокойстве. — Но тебя не было. Автобус вернулся полупустым, оставалось ждать, что вы сможете добраться до школы на такси, но утром я поняла, что ты остался в городе.       «Она переживала за меня?»       — Нужно было решить кое-что, — не стал отпираться Сону, приглашая Суха присесть на стул. — Так что случилось? Почему ты изображаешь из себя спайдервумен перед сном?       — Это «кое-что» касается той компании старшекурсников, которые издевались над Ким Донгю? — утвердительно закивала Суха, сжимая кулачки. Её поза выражала готовность сорваться в драку прямо сейчас. — Они… тоже вернулись в школу? — не дожидаясь ответа, Суха жёстко продолжила: — Ни в коем случае нельзя им возвращаться и жить спокойно после того, что они сделали! Кёнмин сказал, что по твоей просьбе помог Ким Раым, и сегодня нам удалось узнать всю правду. Они же хуже зверей, Сону! Это просто… просто бесчеловечно, я никогда не прощу их!       Ах, вот в чём причина визита. К его чести, он не думал, что Раым откроется Вонён и Суха, поэтому предполагал, что о случившемся с ней никто не в курсе.       — И что ты сделаешь? — скептично выгнул бровь Сону, облокотившись на стол. — Наградишь их пинком озлобленной крольчихи? В любом случае, притуши гнев, они не смогут больше вести себя столь нагло.       — Может быть не сейчас, но… — вдруг смутилась Суха, дёргая воротник кофточки и избегая прямого взгляда. — Я поговорила с Чонвоном и теперь буду посещать тхэквондо.       С пустой улыбкой Сону мысленно сходил с ума. Главный герой внезапно стал интересоваться мужчинами, а главной героине оказалось слишком тесно в жанре романтической комедии, и она решила покорять боевики. Неудивительно, что у них ничего не получилось!       — Но речь не обо мне, — стряхнув смущение, Суха выпрямилась на стуле. — Когда мы говорили с Раым, Вонён удалось выяснить, что антимагическое зелье также покупал кто-то из футбольной команды. Ты знал это, Сону-я?       Имя Вонён не зря мелькнуло в разговоре. Будучи ходячим полиграфом, она улавливала малейшую ложь, а значит сказанное Ким Раым — правда. Обычно с дилером связывался именно Ли Ёнбин, от которого затем шайка малолетних преступников получала свою порцию, но на этих выходных их пути разошлись, и Пак Дохва пришлось самому отвечать за покупку наркотиков и прочего дерьма.       Ли Ёнбин понятия не имел, кем был другой человек из Деселис. Ким Раым же подкинула весьма хорошую зацепку.       — Не знал, — покачал головой Сону, задумчиво прищурившись. — На каких основаниях она решила, что кто-то из футболистов замешан в деле с зельем?       — Мне тоже показалось странным, — с готовностью кивнула Суха, поддаваясь ближе. — Поэтому я спросила её. Но Раым лично ничего не видела, просто слышала, что тот человек собирался после них с Ли Ёнбином навестить кого-то из футбольной команды.       — Понятно, — кратко отозвался Сону и вспомнил кое-что. — Раз уж ты пришла, то возьми. Один тебе, другой Вонён, прочитайте инструкцию внимательно, если не хотите лишиться глаз.       С этими словами он вытащил из ящика несколько предметов самозащиты и вручил девушке. Если Суха всё ещё могла сбежать благодаря способности расщепляться на мельчайшие частицы, то у Вонён подобной плюшки не было. Случись что, она ничем не будет отличаться от среднестатистической школьницы, тип её магии только подскажет, почему на неё агрессируют.       — А? «Высокая эффективность, в состав входит в четыре раза больше перца»… Сону-я, ты купил нам перцовые баллончики? А это что? «Тактическая ручка со стилусом, предназначена для самообороны»? — Суха схватила третий предмет и с широко распахнутыми глазами раскрыла складной нож. — А?!       — Нет, для ножа пока рановато, — тут же забрал опасную штуку Сону и бросил на стол. — С остальным справитесь, если руки растут из правильного места. Только не тренируйтесь в закрытом помещении, — видя, что губы Суха начинают дрожать, он поспешил выпроводить её: — На этом всё. Отправляйся к себе, утром нам обоим на занятия.       Он направился ко входной двери, двигаясь на автопилоте, в то время как его мозг работал на полную мощность.       В футбольной секции значится двадцать участников, из которых десять в основном составе плюс новоприбывший Рики, что в конечном итоге составляет команду, а остальные в числе запасных. До момента, когда тренер выбил участие в межшкольных соревнованиях они просто играли друг против друга и не было суровой градации, но с прошлого года основному составу пришлось тренироваться пуще прежнего. Пропасть между двумя командами расширилась, и дело не только в навыках.       Лично Сону знаком с Ли Джэуком, членом студсовета и капитаном команды, Джеем, Сонхуном и Джейком, а также с Рики и ещё парочкой парней. Если исключить их, то всё равно слишком большое поле для расследования, кто именно балуется зельем, лишающим суперспособностей.       А с другой стороны исключать кого-то лишь на основе знакомства, не вариант. В любом случае, ему нужно проследить за игроками футбольной команды. Правда придётся пожертвовать свободным временем ради этой цели.       — Сону-я, я думаю, мне лучше вернуться к себе так же, как я пришла сюда.       Завершение фразы потерялось на задворках сознания. Сону открыл дверь и уставился на стоящих прямо перед ним Сонхуна и Чонвона, которые, казалось, вели диалог, но сразу замолчали.       Высокому полуоборотню и президенту рядом не составило труда мгновенно обнаружить Суха, неловко застывшую посередине комнаты. На несколько долгих секунд установилась звенящая тишина.       Уголки губ Сону дрогнули и опустились от расстройства. Ничего не говоря, он заставил себя улыбнуться, да попытался захлопнуть дверь, однако отменная реакция Сонхуна остановила порыв.        — Запрета на посещение мужского общежития нет, — медленно роняя слова, Чонвон приподнял брови. — Но что ты делаешь тут так поздно, Суха-щи?       Даже без глаз на затылке Сону знал, что стоящая позади девушка растерянно прижала ручки к груди и замялась.       — Не поверишь — мы специально собрались, чтобы перемыть тебе кости. Что вы двое тут делаете? — не сдержался Сону.       Президент покосился на своего компаньона по визитам.       — Я не заметил тебя в автобусе сегодня. Как так получилось, что ты опоздал?       — Он вернулся, и это главное, — ответил вместо него Сонхун. — Или студсовет теперь контролирует, какими путями студенты возвращаются в школу?       — Я здесь не как представитель студсовета, Пак Сонхун-щи, — протянул Чонвон, засунув руки в карманы штанов.       — Разойдитесь уже, — цокнул Сону. — Дальше по коридору есть замечательный диванчик, где вы можете посидеть и поспорить, а у меня нет желания участвовать в этом.       Чонвон демонстративно закрыл рот, провёл пальцами вдоль линии тонких губ и выбросил воображаемый ключик. Но поверил бы в эту пантомиму только слепой, потому что его явно не впечатлил выговор. Ухмыльнувшись, Чонвон показал ямочку на одной щеке и уступил дорогу оборотню.       — Я ждал тебя, — просто и тихо сказал Сонхун, его челюсть расслабилась, когда он взглянул на Сону.       Шёпот, обжигающий ухо, возник в памяти. В ванной было достаточно свободного места, но они стояли практически вплотную. Сейчас их разделяет пара шагов, что не мешало представить, как Сонхун легко заслоняет собой свет электрической лампочки.       — Что-то ещё? — сухо спросил Сону, ощущая, как настроение Чонвона изменилось.       — Ещё я поговорил с Нин Ичжо и…       — Замечательно, — спешно перебил Сону. — Мне не интересно, спасибо. А теперь, раз мы прояснили причины вашего позднего визита, позвольте пройти. Суха, пойдём, я провожу тебя.       Девушка засеменила к выходу, проскользнув мимо едва сдвинувшихся парней с опаской. Сону закатил глаза и вышел следом, активно толкаясь локтями.       — Ах, не надо, Сону-я. Тут совсем недалеко, я дойду сама!       — В такую темень? Не говори глупостей.       — Нет же, правда, я сама пришла без предупреждения, будет совсем неловко, если тебе ещё и провожать меня придётся.       Сону повернул ключ, безразлично проигнорировав Сонхуна и Чонвона.       — Значит, потерпишь неловкость. Я уже закрыл дверь, так что вперёд.       Как и ожидалось, Суха прекратила настаивать. Сону не видел, но на прощание она одарила парней крошечной улыбкой победителя.       Чонвон заметил средства самозащиты в её руках и безмолвно приподнял брови.       ***       — Двигайся, — буркнул Даниэль, протискиваясь в узкое пространство между ним и стеной.       Им, как всегда, пришлось ждать, когда учительница математики придёт и запустит всех в кабинет. В последнее время она частенько опаздывала, впрочем такой причудой грешили практически все преподаватели, так что они привыкли к ожиданию в коридоре. Рики успешно оккупировал подоконник, согнув одну ногу в колене и задумчиво уставившись на улицу. Со второго этажа открывался прекрасный вид на внутренний двор старого замка, где даже сейчас шуровали ученики в одинаковой форме.       Погода после относительно солнечных выходных испортилась в одночасье, из-за чего утром Рики проснулся дрожащим и сердитым. От холода у него разболелась голова, а от завтрака в тягостной атмосфере настроение окончательно рухнуло.       — Откуда синяк? — хмуро спросил он, вдруг заметив синее пятно на предплечье друга. Резко подобравшись, Рики схватил его за запястье.       — Утром ударился, — отмахнулся Донгю, занятый тем, что подслушивал разговоры однокурсников.       — Когда? Я не слышал.       — Ты в туалете был, а я хотел достать из тумбочки книги и неудачно зацепился за угол стола… Что за допрос? Отверни свои зыркалки в другую сторону.       Ничего не говоря, Рики пнул возмущённого Донгю и, наконец, оглянулся.       Обычно их класс разделялся по кучкам, кто с кем хорошо общался, но ныне ситуация отличалась. У соседнего окна около десяти человек внимательно слушали парочку наиболее осведомлённых о происходящем ребят, и возможно раньше Рики и Донгю присоединились бы к ним, но ничего нового те не расскажут, поэтому не было смысла двигаться.       За завтраком разразилась буря, которую они ожидали, однако причины её оказались иными. Вместо того чтобы обсуждать Пак Дохву и его шайку, с которыми обещал разобраться Сону, тема неожиданно затронула четверокурсника Ли Хисына.       Отовсюду слышались голоса, громкие и тихие, рассказывающие ужасные вещи. В тесном магическом сообществе трудно удержать тайны, кто-то что-то слышал, кто-то видел, кто-то лично знал Хисына с детства, поэтому за несколько часов вся школа была в курсе, что предыдущий директор, Ли Чжэин, — отец Ли Хисына. И что он вернулся с новыми убийствами.       Рики скептически отнёсся к сплетням, предпочитая доверять проверенным источникам. Таковых, к сожалению, не оказалось в свободном доступе — Сону появился позже и практически сразу ушёл с президентом студсовета, а вслед за ними последовали его сонбэ из футбольной команды. Рики успел лишь махнуть рукой, чего Джей и Сонхун не заметили.       Ли Хисын весьма популярная личность, и, если раньше парни завидовали ему, девушки вздыхали, то теперь каждый маялся болезненным любопытством к тому, что тот оказался сыном печально известного серийного убийцы. Интерес подогревался отсутствием главного героя сплетен.       Нишимура Рики представлял свою жизнь в магической школе Деселис иначе.       Первый триместр подходил к концу, через неделю у них начнутся экзамены, но вместо учёбы он застрял в непрекращающихся происшествиях. Знакомство с Ким Донгю, вступление в футбольную команду школы, инцидент с Чан Вонён, правда об издевательствах над его другом, столкновение с хулиганами, испоганившими жизнь Донгю, яркое спасение, ожидание конца гнетущего страха и новые проблемы.       Может быть он не так близок с Ли Хисыном, и это событие не коснётся его, однако, глядя на спешащего из столовой Сону в окружении других людей, Рики подозревал обратное.       — А вдруг это он? Никто не видел его все выходные! Это же неспроста!       — Ты думаешь, его отец мог научить его чему-то?       — Чему? Как… убивать людей?       — Чёрт, заткнись, у меня мурашки по телу! Я же живу с ним на одном этаже, я теперь не хочу возвращаться в комнату!       Рики забавлялся, наблюдая за ссорами Сону и Хисына, в кабинете президента студсовета им довелось сидеть друг напротив друга, и он знал, что старший принимал непосредственное участие в разрешении проблемы Донгю. На прошлой неделе Хисын демонстративно использовал телекинез, чтобы перегородить дорогу О Сынмину, который хотел пройти по коридору мимо них. Прогнав задиру, четверокурсник даже не стал оборачиваться в их сторону, просто продолжив идти своим путём, словно ничего и не было.       Слушая, как вокруг Хисына теперь нагнетаются тучи, Рики чувствовал противоречие.       — Кстати, в новостях говорилось, что та убитая в Сеуле не маг.       — И что? Какая разница?       — Да вроде никакой, просто когда я слушал подкаст Уёна, то он говорил, что все жертвы были магами.       — Ну значит сейчас у него расширились аппетиты.       — Или, если это всё-таки не бывший директор, а, например, его сын, то может у него сил не хватило, чтобы убивать магов. Отец-то его много всяких трюков должен знать.       Не то чтобы Рики хотелось вмешиваться в чужие дела. Ему и своих достаточно, а Ли Хисын, по сути, вообще никто, они разве что знакомые.       Но свербящее чувство в груди давило слишком сильно, а может Рики просто раздражала людская глупость. Рики лениво отпихнул Донгю, заставив его прижаться спиной к стеклу, дабы очистить обзор и привлечь внимание болтунов.       — Эй. Сделай одолжение — изолируйся, — обращаясь к тому, кто говорил последним, Нишимура на мгновение пожалел, что открыл рот, и всё же продолжил: — У тебя изо рта воняет.       С Сону они тоже были просто знакомыми, что не помешало тому рискнуть собой и вытащить их из проклятого склада.       Несколько раз становясь свидетелем, как Сону язвительно опускал оппонентов ниже плинтуса, Рики понадеялся, что высказался в похожем стиле. Обычно он не особо любил чесать языком, стремясь уходить от надоедливых вещей как можно дальше. Поэтому решил просто скопировать чужое поведение, ведь Сону никогда ещё не проигрывал спор.       — Чего?!       Раздражённый одноклассник шагнул к нему, как все тени на этаже опасно сгустились. Рики не шевельнулся, позволяя противнику самому решить стоит ли игра свеч, и совсем не удивился, когда тот чертыхнулся, сдаваясь без боя. Остальные поспешили бросить парочку грозных взглядов и утащить выскочку подальше.       — У него, кстати, и правда вонючий рот, — выпрямившись, фыркнул Даниэль. — Я едва выжил с ним на биологии.       — А нечего было избегать меня, так тебе и надо.       — Да-да, — закатил глаза Донгю, которому понадобилось лишь чуток опустить ноги, чтобы дотянуться до пола. Они потянулись к кабинету, так как в конце коридора появилась Чан Вонён в компании учительницы математики.       На перемене Рики столкнулся с Джейком, засевшим прямо на полу третьего этажа. Подвиг для всех остальных, так как в коридорах лишь на пару градусов теплее чем на улице, а камень замечательно справлялся с кражей человеческого тепла.       — Тренировку перенесли на час раньше, — сходу объявил тот, отвлекаясь от внушительного учебника и прикусывая губу. — Кэп спрашивал готов ли ты к поездке.       — Физически, думаю, я готов сразу покорять Кубок мира.       — Если бы это был Кубок мира, мы бы сдохли от изнеможения примерно к третьему дню после объявления. Ты серьёзно недооцениваешь одержимость тренера победой.       — А кто ещё с нами поедет? — отмахнувшись от очередного напоминания, что нынешний режим постоянной готовности, на самом деле цветочки, Рики прислонился к подоконнику и оглянулся.       Джейк посмотрел на него снизу вверх, то и дело рывком поправляя очки.       — Тренер, основной состав, пара запасных, группа поддержки. Полагаю, за сим всё.       Группа поддержки в основном существовала за счёт некоторых популярных футболистов, так как ярых фанаток этого вида спорта в Деселис не нашлось, но девушки исправно блокировали трибуны, поэтому однажды тренер взмахом руки запретил посторонним появляться во время тренировок. В итоге особо предприимчивые нашли лазейку и просочились на поле таким образом, что никому теперь бы не удалось их выгнать. Многие действительно нашли общий язык, подтверждая клише, что футболисты встречаются только с чирлидершами и наоборот.       Рики узнал это из невнятного бурчания Джея, который взял на себя обязанность следить за ним как курица за цыплёнком.       — Что-то ещё?       Очевидно задумавшийся Рики мозолил занятому Джейку глаза, но, увы, у него правда были вопросы.       — Что случилось с Пак Дохва и прочими? — значительно понизив голос, спросил Рики. — Я не видел ни одного из них.       Джеюн как-то дёрнул плечом, явно не горя желанием отвечать. Тем не менее, он убедился, что никого поблизости нет, и поманил Рики наклониться.       — Они в полицейском участке. Кое-что произошло, после чего их поймали. Если кто придёт с вопросами, ты имеешь право молчать — без законного представителя тебя нельзя допрашивать.       — Значит, Сону-хён смог разобраться с ними?       Лицо помрачнело, а плечи Джейка напряглись при одном упоминании другого человека. Рики с исследовательским интересом проследил, как сонбэ резче необходимого пролистнул страницу учебника.       — Он пообещал тебе это? — получив утвердительный кивок в ответ, Джейк застыл. — Тогда забудь об этом. У Сону плохой характер, но он доводит начатое до конца.       Фраза содержала похвалу, однако звучала как оскорбление.       Двоякое поведение Джеюна стало очевиднее, когда спустя какое-то время после начала тренировки, на поле смело шагнул Ким Сону. Рики заметил его благодаря остановившемуся взгляду Сонхуна.       Затем Джей обнаружил появление гостя и замедлил бег, пропустив пас от Джэука. За несколько десятков секунд азартная атмосфера на стадионе рассеялась, что незамедлительно призвало гневный окрик тренера. Несмотря на то, что Сонхун и Джей постоянно сворачивали шеи в сторону мирно смеющегося Сону, им пришлось продолжать играть, иначе всю команду могли задержать до поздней ночи. Но стоило кэпу отпустить их на короткий перерыв, чтобы попить воды, дать разгорячённым стопам остыть, как они мигом очутились возле скамьи запасных.       — Вот, прошу, — с милой улыбкой, заставляющей его щёки надуться, Сону протянул каждому по бутылке воды. — Джэук-сонбэ, подойди и возьми полотенце, ты весь вспотел. О, а с тобой всё хорошо? Кажется, ты сильно натёр ногу. Подожди чуть-чуть, я принесу пластырь.       Члены футбольной команды ошарашенно расселись в ряд под ненавязчивым руководством. Рики моргнуть не успел, как Сону развёл вокруг бурную деятельность, умудряясь находиться одновременно везде и нигде, так что дуэту Паков не удалось поймать его, и они угрюмо наблюдали за ним со стороны. Что касается Джейка, то он вообще отказался приблизиться к общей кучке игроков, засев в отдалении как «пятидесятидвухгерцовый» кит.       — Сону, а можешь дать полотенце?       — Я пролил на себя воду, нет чистой футболки?       — Блин, Сону, я так старался забить гол, что потянул мышцу спины, помоги завязать шнурки.       Рики захотелось пересесть к одинокому «киту», лишь бы не видеть, как взрослые парни сходят с ума и строят из себя детей, которым нужна забота мамочки. Сам он даже не думал пользоваться странным состоянием Сону, который реагировал на тупые просьбы без малейшего следа недовольства. Складывалось ощущение, что его подменили на более мягкую и заботливую версию, из-за чего по спине Рики ползли мурашки.       Нет, он знал, что у Сону репутация прилежного миловидного ученика, готового выслушать и помочь любому. Но за последний месяц яркий розовый ореол вокруг него не раз подвергался изменениям. Чего стоит публичная сцена порицания старшекурсницы, которая унижала Чан Вонён в столовой. Да и вечные склоки с Джейком уже давали понять, что цветущая роза имеет крепкие шипы.       — У тебя рук нет? — взорвался Джей, одним движением превратив опустевшую бутылку в туго спрессованный комок пластика. — Если кому-то что-то нужно — сами встали и взяли, отвалите от Сону.       — Помочь тебе завязать шнурки? — с привычным всем и каждому невозмутимым лицом спросил Сонхун, но Рики аж поёжился от концентрации льдинок в его голосе. — Или выправить твою мышцу? Не стесняйся, говори смело. Мы же друзья.       Понятное дело, что никто больше не горел желанием приставать к Сону.       — А ты, — Джей поймал Сону и усадил между собой и Сонхуном, — присядь. Какая пчела тебя укусила, что ты вообразил себя нашим менеджером? И разве сейчас не время ужина?       — Тебе нельзя пропускать ужин, — сдвинувшись так, чтобы закрыть широкой спиной единственного парня на поле, одетого не в спортивную форму, Сонхун свободной рукой облокотился на спинку стула позади Сону.       В конечном итоге, своей чрезмерной защитой оба нарвались на тренерский подзатыльник и были вынуждены после тренировки бегать дополнительные десять кругов. Так сказать, для усмирения павлиньих хвостов.       Несправедливо наказанные Джей и Сонхун стали ещё более жалкими в глазах Рики, когда затянутое тучами небо разразилось грозой. За считанные секунды воздух наполнился влажностью, полил дождь. Судя по интенсивности, скорее всего он также быстро закончится, но успеет причинить неудобства.       Рики взглянул сквозь море непокрытых голов игроков, напоминающих ватные палочки. Сону обнаружился в конце строя.       — Эй! — крикнул было Рики да замолк.       Пока Сону сражался со своей кожанкой, пытаясь на ходу её то ли снять, то ли застегнуть выше, позади возник Джейк. Не останавливаясь, он рваными движениями стянул с плеч куртку. Рики оставалось присвистнуть и проглотить просьбу поторопиться, потому что Джеюн расправил куртку на вытянутых руках и шагнул в сторону Сону.       Как в замедленной съёмке, Сону повернулся к Джейку, их носы практически столкнулись. Один в тёмных оттенках и классике, другой в светлой спортивной форме. Слишком разные, чтобы найти общий язык, слишком похожие неописуемой гордыней и конкурентоспособностью.       Сону нахмурился.       — Шевелись, не то заболеешь, — с трудом преодолев тишину, буркнул Джейк.       — Неужели ты беспокоишься?       — Продолжай принимать желаемое за действительное.       — Кто на белом свете захочет, чтобы ты беспокоился? — холодно усмехнулся Сону, отпихивая Джейка, однако тот словно не заметил потуг. — Ты буквально теряешь самоконтроль от парочки безобидных слов. Что же будет, если в ход пойдут чувства?       — Не старайся узнать, — отзеркалил чужую ухмылку Джейк, тем не менее продолжая закрывать их от дождя.       — Спасибо, я и не пытался.       Рики сделал вид, что ему очень нравится мокнуть под ледяным дождём, когда Сону перестал смотреть на неожиданного помощника. Новая гроза грохнула слишком громко, застав всех троих врасплох.       — Сону!       — Джей-хён? — сразу отозвался Сону, выныривая из-под защиты чужой куртки. — А как же наказание? Ты уже закончил?       Запыхавшийся Джей бежал изо всех сил, за счёт форы догнав их быстрее чем Сонхун, мелькнувший у входа в стадион позже. Совершенно не заботясь о себе, промокшем насквозь, Джей налетел на ошеломлённого Сону. Его грудь часто вздымалась от бега.       — Что ты делаешь? Ой, нет! Ты мокрый и холодный, убери руки!       Тревога в облике Джея приобрела выраженный характер. Он как-то тупо посмотрел на свои ладони, которыми зачем-то прикрыл уши Сону, пока тот не оттолкнул его.       Когда Сону отпрянул, Джеюн поспешно отступил, следя за тем, чтобы тот не оказался под дождём. Он сам наполовину высунулся за пределы импровизированного зонтика, но не похоже, что его это волновало.       — Посмотри, что ты наделал! Что с тобой? Разве не видишь, что я даже терплю Джейка, чтобы не промокнуть?! — недовольно ругался второкурсник, морщась и вытирая влажные следы с шеи.       — Ты не боишься?       — Боюсь? Чего мне бояться?       Игроки уже забежали в школу через задний вход, и лишь они торчали снаружи, терпя непогоду. Рики задавался вопросом, почему Сону жизненно необходимо превращать всё в чересчур драматичную сцену из вебтуна, а с другой стороны он один обеспечивал весь Деселис интересным контентом.       Такими темпами, люди будут платить ему за то, чтобы он просто существовал, как главная героиня толстенного романа.       — Гроза тебя не пугает? — отчего-то вспыхнул Джей, откидывая облепившие лицо волосы.       — Как взрослый человек может бояться грозы?!       — Ты же… ты всегда боялся грозы. С каких пор тебе больше не страшно?       Сону отряхнул капли воды с воротника рубашки, не поднимая взгляда на замолчавшего Джея. Рики почудилось, что он специально тянет время, но для чего?       — Прокричи об этом ещё громче, не все ведь услышали, — процедил Сону, яростно оттолкнув вновь протянутую к нему руку.       Джей отступил на шаг назад. Спина чуть сгорбилась под тяжестью дождя ли, чужого недовольства ли, верхняя одежда облепила торс. Ни Рики, ни Джейк не понимали, что происходит, и почему два друга детства внезапно застыли, как истуканы.       — Ты что, боишься грозы? — подал голос Джейк и стиснул зубы, когда Сону не глядя наступил на его ногу.       — А ты что, не боишься смерти?       Сонхун пробежал разделявшие их метры за несколько секунд, швырнув в Джея скомканный комок одежды, чем разрушил воображаемую стену, что разделяла группу из трёх человек от остальных. Взгляд оборотня словно магнитом притянуло к дрожащему под раскрытой сверху курткой Сону.       — Почему вы стоите тут? — с оттенком обвинения сказал Сонхун, сохраняющий стабильность дыхания даже после дополнительных кругов.       — Тебя ждали, — хмуро ответил Джей.       — Иди сюда, — позвал Сонхун, игнорируя сарказм в свою сторону и снимая ярко-красный бомбер. Сону заколебался.       Рики забыл, что тоже замёрз, в уме просчитывая шансы троих парней. До напряжённого диалога с Джеем, у того было явное преимущество — Сону сам потянулся, почти выходя из защитного купола куртки Джейка.       Сонхун протянул руку, и Сону, поколебавшись мгновение, послушно взялся за неё.       Джейк и Джей остались позади, как брошенные хозяином щенята в тусклый дождливый вечер. Они смотрели вслед убегающей парочке.       — Возьми, — Джейк бросил свою куртку Рики и ушёл.       «Что за ерунда? Я похож на бездомного?» Стоя с чужой одеждой, Рики закатил глаза и всё же закутался в неё. Стало намного теплее, что не уменьшало ощущения, будто ему кинули милостыню.       Открыв глаза посреди ночи, Рики попытался тут же снова заснуть, однако взбудораженное состояние предыдущего вечера продолжало потряхивать. Из-за поверхностного сна, в котором его команда побеждала на межшкольных соревнований и получила возможность представлять Корею на Чемпионате мира по футбола, он не смог полностью успокоиться, наоборот, словно загоревшись азартом пуще прежнего.       В итоге он решил попить воды, но мгновенно забыл об этом, едва перевернулся на кровати и заметил пустую соседнюю кровать.       Рики подлетел к ванной, оказавшейся пустой, после чего напялил чьи-то тапки и выскочил из комнаты, ведомый тяжёлым беспокойством.       Пак Дохва может и был арестован, но вдруг его отпустили? Вдруг они проскользнули мимо них, чтобы поймать Донгю, когда никто этого не ждёт?       Готовый разорвать на месте любого из шайки хулиганов, Рики застыл соляной статуей, когда на одном из этажей обнаружил разыскиваемого соседа.       Тот стоял, сгорбившись и обняв себя длинными руками, возле статной худощавой фигуры другого ученика. Рики прищурился.       — И что ты теперь собираешься умереть, лишь бы не брать за себя ответственность?       Суховатый голос пронзил умиротворённую тишину, позволив определить его обладателя. Ким Сону чуть повернул корпус тела, и слабый свет уличных фонарей отбросил тени на его лице. Будучи в свободной пижаме светлых оттенков и слегка растрёпанными волосами он, вероятно, спокойно спал в своей комнате, пока не очутился в компании Донгю.       — Тебе легко говорить, — устало отозвался высокий первокурсник, опустив голову. — С такой мощной магией разве кто-то может навредить тебе?       — Никто и не посмеет, — высокомерно задрал подбородок Сону. — Но знаешь что? Никакая магия не поможет, если ты изначально позволяешь втаптывать себя в грязь. Жалко с твоей стороны думать, что заполучив мою силу, ты сможешь стать непобедимым. В первую очередь сила исходит из твоего внутреннего «я», а оно у тебя слишком привыкло сдаваться, когда дело доходит до чего-то серьёзного.       Слова били как остро заточенное лезвие. Видя, как Донгю визуально становится меньше под гнётом жестоких фраз, Рики невольно шагнул вперёд, но был остановлен чужой ладонью.       Сердце подскочило к горлу.       Обернувшись, он лицом к лицу столкнулся с Ли Хисыном.       Неожиданная встреча с человеком, фигурирующим во всех сплетнях и слухах, что курсировали по школе несколько дней, да ещё и в подобных обстоятельства слегка выбила Рики из колеи. Его брови поднялись, образовав складки на лбу, а рот открылся сам.       Хисын крепче сжал его плечо, даже не обратив внимания на явное удивление. Прежде спокойный, ныне напряжённый взгляд сверлил пару полуночников у окна. Никто из них ещё не обнаружил наблюдателей.       — У меня просто не было выхода! — Донгю задрожал, наконец, прекратив прятаться за занавесом лохматой чёлки. — Ты понятия не имеешь, каково быть изгоем для всех. Я думал, что в магической школе смогу найти своё место, но даже тут никто не хотел водиться с таким, как я!       — Нишимура Рики по-твоему никто?       Резкий вопрос привёл Донгю в чувства.       — Или тебе нужно больше друзей? Если так, то почему не дал отпор Пак Дохва и не заставил его быть своим другом? — несмотря на абсурдность предложения Сону вовсе не выглядел сумасшедшим. — Забудь глупые детские мечты, в которых ты в одночасье становишься героем и кумиром для остальных. Такого не бывает. Не нашёл своего места? А кто должен был подготовить его для тебя?       — Не переворачивай мои слова, я ничего не говорил о том, что хочу быть для кого-то героем.       — Тебе можно, а мне нельзя? Собираешься и дальше опираться на свои двойные стандарты?       — По крайней мере, они могли бы не делать из меня козла отпущения, — в итоге только и сумел выдавить Донгю, прижимаясь к углу стены подоконника. Напротив него Сону стоял в расслабленной позе, хотя взгляд лисьих глаз сковывал не хуже титановых цепей. — По крайней мере, не превращать мою жизнь здесь в кошмар.       — Да, — внезапно согласился Сону. — Да, им следовало пройти мимо и не вредить другим людям. Но они сделали другой выбор, и с этим ничего не поделаешь. Ты потерял своё место, потому что они забрали его, так что… будешь позволять им и дальше его занимать?       Дыхание Хисына сбилось с ровного ритма. Рики ощутил, как в кожу его плеча впились отросшие ногти старшего, и попытался освободиться от неприятной хватки. Затем, увидев, что Сону уходит прочь от высокой фигуры Донгю, он неосознанно спрятался за дверью.       — И ещё, — не оборачиваясь, Сону чуть склонил голову вбок, и его лицо, пребывавшее в тени, приобрело странное выражение, — кто сказал, что я никогда не был изгоем?       Рики очнулся, заслышав хлопок закрывшейся двери. Более не обращая внимания на Хисына, он сердито затопал к Даниэлю.       — В следующий раз я просто помогу Сону-хёну избить тебя.       — Рики? — заморгав от изумления, Донгю шарахнулся в сторону от показательного тычка в бок. — Да какого чёрта?!       — Тебе же заняться нечем, кроме как подскакивать посреди ночи и трепать всем вокруг нервы. Мне что, запираться перед сном, чтобы ты сидел на жопе мирно? А если те придурки заявились бы в школу?       — Но ведь ворота закрыты после комендантского часа, они бы точно не смогли…       — Он же смог как-то, — Рики махнул за спину, и глаза Донгю расширились. — Закончил самобичевание?       Не дожидаясь ответа, он схватил друга за шкирку и собрался было потащить силой, как тот вдруг обессилел. Ругательства сорвались с уст Рики, когда на него навалилась внушительная масса — Донгю хоть и худой до невозможности, но из-за высокого роста весит прилично.       Неясный шёпот донёсся до слуха, прерывая возмущения.       — Осколки, повсюду осколки…       — Ты что несёшь? — почти выругался Рики, но его не слышали.       Донгю затрясся, глядя в пустоту широко распахнутыми глазами, в которых зрачок слился с радужкой.       — В каждом отражении он видит своё лицо. Или не своё? Своё, но чужое? Чужое и своё? Все они — это он, а он это все они. Берегись стать жертвой, — Донгю сжал предплечье Рики со страшной силой, темп его бессвязной речи ускорялся. — Страшнее чем жертва предательства только… только жертва любви.       Хисын остановился рядом, беспокойно глядя на слипшихся первокурсников, один из которых напоминал своим видом одержимого бесами. Он слышал, что Ким Донгю — пророк, однако что из происходящего сейчас пророчество, а что бред сивой кобылы? Потому что иначе расшифровать его слова нельзя.       — Нет!       Рики вздрогнул, когда Донгю поднял бледное до синевы лицо. Опущенные ресницы смягчали дикий взгляд, но в свете луны это слабо помогало.       — Рики, — отчётливо сказал Донгю. — Кровь — твой враг.       Целую минуту после тишину нарушал лишь звук дыхания. Ранее ему уже доводилось видеть, как Донгю изрекал пророчество, однако оно никогда не сопровождалось полным отсутствием самосознания, словно человек на время полностью превратился в рупор судьбы.       Донгю глубоко вдохнул и потерял сознание, увлекая Рики на пол своим весом.       — Жесть, — в итоге только и смог проронить Рики.       ***       Главный герой отомэ-игры и ажиотажа всего Деселис появился одновременно с незнакомым мужчиной лет тридцати на вид. Весь холл погрузился в настороженную тишину, гадая, чего ожидать от обоих.       Сону закончил завтрак в паршивом настроении. Он смог выдавить несколько слов, когда Джо за столом хвастался модной рубашкой с замком вместо пуговиц, пока Суха и Кёнмин оживлённо расспрашивали, где тот купил обновку и поможет ли он им с подбором образов для Зимнего бала.       На выходе он также столкнулся с Ли Ёнбином и прошёл мимо, задев его плечо. Поэтому неудивительно, что присутствие незнакомого человека только добавило головной боли. Сону и без того будто сидел на пороховой бочке, вынужденный размышлять над слишком большим количеством проблем одновременно.       — Прошу прощения, я задержался! — Тутти нервно подбежал к мужчине и указал рукой. — Кабинет директора дальше, давайте продолжим путь.       Но вместо этого ястребиный взгляд устремился в другую сторону.       — Комитет по надзору за одарёнными людьми, следователь Ким Намджун, — широким шагом преодолев разделяющее их расстояние, высокий мужчина остановился напротив Хисына и привычным жестом вытянул корочку. — Ли Хисын? Я бы хотел побеседовать с вами.       — Ёмаё, — прошептал Кёнмин, прижавшись к спине Сону. Горячее дыхание коснулось уха. — Что же творится?       Сону дёргает плечом, пытаясь скинуть его с себя, но тот так взбудоражено наблюдает за разговором следователя и Хисына, что даже не замечает потуг.       — У меня занятие через десять минут начинается, — выдержав паузу, спокойно отвечает Хисын.       Тутти оказывается рядом, с тревогой заламывая руки. Он торопливо бормочет, что лучше сначала встретиться с директором, что не нужно пугать детей, однако никто не обращает на него внимания.       — Это не займёт много времени, уверен, ваши учителя поймут, — не оставляя выбора, Ким Намджун выжидательно выгибает бровь.       Неизвестно, чем бы всё закончилось, если бы не появился Чонвон в сопровождении Ли Джэука. Не сбавляя шага, словно уже зная о прибытии уполномоченного лица для расследования, они идут прямо к троице. Чонвон уверенно протягивает ладонь для рукопожатия и серьёзным тоном приветствует следователя.       — Я президент студенческого совета, меня зовут Ян Чонвон, — говорит он, пожимая руку, и окидывает Хисына коротким взглядом. — Для удобства вы можете сообщить мне, с кем бы вы хотели побеседовать, и я помогу организовать всё без ущерба для вашего времени и учебного прогресса наших студентов.       — Ян Чонвон? Сын полковника Ян Бёнхона?       — Впервые кто-то упоминает моего отца, — усмехается Чонвон. — Обычно говорят о моём дедушке.       — Что ж, — Ким Намджун не особо впечатлился, возвращаясь к предыдущей теме: — Уверен, что выберешь учёбу?       Хисын, к которому он обратился, не изменился в лице.       — Раз вы так настаиваете, то кто я такой, чтобы спорить. Давайте поговорим.       Небрежно кивнув Тутти, чуть ли не рвавшему на себе волосы, Ким Намджун уходит вслед за Хисыном и Чонвоном. Джэук остаётся, чтобы разогнать увеличившуюся толпу.       — Блин, это точно касается тех убийств, — бормочет Кёнмин и вдруг вскрикивает.       Позади них стоит Сонхун, просто-напросто оторвавший прилипалу от Сону и переместивший его в сторону с невозмутимым видом. Остаётся лишь покачать головой на столь яркую демонстрацию силы… Он ведь и не вздрогнул, подняв Кёнмина как котёнка! Что за чудовищные мышцы?!       — Тебе интересно, что следователь хочет найти в Деселис? — Сонхун застёгивает школьную сумку Сону и одной рукой удерживает Кёнмина на расстоянии.       — Эй!       — Тут и гадать нечего. Пока он не лезет ко мне, пусть хоть всю школу перевернёт. Но тебе бы побеспокоиться за Вонён. Если этот следователь оправдывает первое впечатление о себе, то он действительно собирается копнуть глубоко.       — Сонбэ?!       — Ты прав, но я не думаю, что он сможет причинить неудобства. У Вонён влиятельная семья, её отец ни за что не позволит кому-то унижать их, — и без перехода Сонхун деловито спрашивает: — Сколько человек пригласили тебя на бал? Ты дал кому-то согласие?       — Я не считал, — презрительно фыркает Сону, потому что он и правда не считал количество приглашений. С понедельника его постоянно отзывали на приватный разговор, задавая один и тот же вопрос, а о письмах и говорить нечего. Каждый раз возвращаясь в общежитие, он находил свою дверь, буквально забитую конвертами. Видимо, на выходных студенты обогатили запасы.       — Но ты согласился? — настойчиво продолжал Сонхун.       Высокий рост и широкие плечи не мешали парню казаться большим щенком, особенно когда он смотрел так открыто и беззащитно. Сону даже почудились торчащие к верху треугольные ушки.       — Какое тебе дело? Ты хочешь проверить есть ли Вонён среди них?       — Вонён пригласила свою подругу, — отмахнулся Сонхун как от чего-то несущественного. — Я знаю, что она не будет тебя добиваться.       — И как часто вы обсуждаете, кого вы собираетесь… — тут Сону почувствовал что-то неладное в формулировке. — В каком смысле «добиваться»? Вы, часом, не забыли, что помолвлены друг с другом?       Сонхун на мгновение опустил взгляд. А когда снова поднял голову, то Сону поразился упрямому выражению красивого лица. Оно совершенно не вязалось с привычной аурой тихого честного юноши, пусть и с проблемами контроля.       — Ненадолго, — тоном, каким дают обещания, твёрдо сказал Сонхун. — И я не буду приглашать других людей. Я не хочу, чтобы ты думал обо мне как об изменщике или ловеласе. Тебе не придётся делить меня с кем-то.       Сону хлопнул ресницами, глядя, как полуоборотень решительно кивает ему и уходит куда-то, наконец-то отпустив Кёнмина. В опустевшем холле были только они, так что другу не стоило никаких усилий подслушать их разговор, из-за чего его глаза почти вылезли из орбит.       — Сону, я что оглох и не заметил? Пак Сонхун и ты?..       — Закрой рот, — ослабевшим голосом попросил Сону.       Он почти ушёл, когда краем глаза обнаружил затаившуюся фигуру возле колонн.       Суха неотрывно смотрела на коридор, в котором скрылись следователь с двумя учениками, не двигаясь, с бледным напряжённым лицом.              На последнем уроке Сону сидел с Чонвоном, который для разнообразия не опоздал и занимался с весьма увлечённым видом. Им пришлось целый час решать задачи из методички некоего профессора Сеульского национального университета, так что Сону не смог расспросить, как прошли допросы и когда его очередь.       Зато на перемене Чонвон сам инициировал диалог, протягивая руку за его тяжёлой сумкой. Жест напомнил о коротком периоде, когда президент бегал по поручениям, и от воспоминаний Сону сам не заметил, как улыбнулся. Да… приятное было время.       — Кто с нами в Зал медитаций?! — заорал во всё горло Тэён, перебивая открывшего было рот Чонвона. — Тренировка настоящих мужиков!       — А ты тогда зачем идёшь? — недовольно спросил Сону, потирая пострадавшее ухо.       Во вторник инструктор по медитации ввела новый формат для второкурсников: всё огромное помещение с высокими потолками превратилось в зону полного отсутствия гравитации, и они несколько часов кружили в невесомости, изображая из себя то ли сонных мух, то ли инвалидов в космосе. Она вещала о том, что подобная техника поможет им укрепить внутренний баланс, но, честное слово, едва ли кто-то дослушал её до конца. Всем просто понравилась новая забава.       После этого обычно непопулярное место превратилось в Мекку — каждую перемену там собиралась толпа и радостно косплеила частицы Броуновского движения.       Хотя инструктор в итоге пресекла посещение для остальных, но одних второкурсников хватало, чтобы сотрясать обычно тихий Зал медитаций хаотичными криками и визгами.       — Я видел, как ребята постоянно бегают туда, — с любопытством проводив ускользнувшую толпу, Чонвон пристроился у правого бока. Его плечо соприкасалось с Сону, передавая мимолётное тепло. — Но сам ещё не был внутри. Там и правда так круто?       — Забавно, — признал Сону. — Хотя мне не особо понравилось.       Они прошли несколько метров, попутно здороваясь с учениками. Не договариваясь, их мысли приняли одно направление, и они пошли в кабинет студсовета, в котором Сону уже довелось побывать раза три с момента возвращения в школу.       В первый раз они собрались, чтобы обсудить шайку Пак Дохвы и взорвавшуюся новость о новых убийствах. Тогда присутствовали Сону, Чонвон, Джейк, Джей и Сонхун. Первокурсников Сону отказался вовлекать в обсуждение, аргументируя, что от них толку ноль, а Хисын отсутствовал.       Сону едва сбежал в тот день, потому что все цели захвата решили побыть засранцами и приставали к нему с глупыми вопросами. Откуда ему знать, кто убил ту дамочку? Ну и что, что они с Джейком видели её за полдня до происшествия?       Во второй раз тема касалась административных вопросов, поэтому на собрании были лишь члены студсовета. Другое дело, что Сону понятия не имел, когда Джейк вступил в него. Ему пришлось просидеть полчаса, ощущая, как чужой взгляд сверлит дыру в его виске, пока ему не надоело.       — Я понимаю, что довольно сложно оторвать от меня глаз, — язвительно произнёс тогда Сону. — Но ты уж постарайся уделить немного внимания нашему замечательному президенту студсовета.       Джейк вспыхнул в ту же секунду, ругаясь с ним почём свет стоит. Однако Сону показалось, что ссорился тот как-то лениво и довольно быстро заткнулся. До конца встречи Джейк на него больше не смотрел.       В третий раз Сону очутился в кабинете, чтобы уточнить детали грядущей поездки футбольного клуба на соревнования. Так как ему срочно нужно было найти того, кто покупал антимагическое зелье и выяснить для каких целей, то самый простой путь сблизиться с командой игроков заключался в сопровождении их в качестве менеджера. Сону узнал, что окончательный список ещё не был утверждён, и не моргнув глазом вписал себя туда под удивлённым взглядом Чонвона.       — Ты внезапно обнаружил в себе желание бегать по полю с мячом? Никогда не думал, что ты будешь увлекаться футболом.       — О, умоляю. Единственное, что мне нравится в спорте, это спортсмены, — отмахнулся Сону не далее как вчера, сразу после посещения стадиона, поэтому его одежда местами не успела высохнуть. — Кто-то из футбольной команды покупал наркотики у той дилерши.       — Но Пак Дохва и Ли Ёнбин не в курсе, кто именно третий покупатель, — сразу ухватил суть Чонвон, обойдя стол и опираясь на край рядом с Сону. — Мы могли бы попросить Джэука разобраться с этим. Необязательно тебе лезть дальше.       — А где гарантии, что Джэук-сонбэ не связан с этим делом? — рассеянно спросил тогда Сону, и они замолчали. Не встретив сопротивления со стороны Чонвона, Сону быстро вернул документы на место и покинул кабинет.       Возвращаясь к настоящему моменту: Чонвон открыл дверь и посторонился, пропуская его внутрь. Сону отчаянно хотелось плюнуть на всё, однако ноги сами отвели его к диванчику, на который он опустился с видом инспектора на проверке.       — Хочешь кофе?       Сону закинул ногу на ногу и мельком взглянул на Чонвона, затем снова, но уже пристальнее.       — Вчера ничего подобного тут не было, — указал он на маленькую кофемашину.       — Я получил заказ сегодня с утра.       Значит, Чонвон сбегал в город? Находящийся в часе езды от Деселис?       — Я буду латте, — решив не заострять на этом внимание, улыбнулся Сону. Какая разница правда? В убогом месте появились блага цивилизации, нужно пользоваться, а не задавать вопросы. Примерно те же принципы он применял, когда мужчины дарили ему дорогие подарки.       — Следователь Ким пробудет в школе ещё пару часов. Директор Мин сообщил, что он прибыл из Сеула по просьбе полицейского-мага, поймавшего троих учеников Деселис за поджогом чужой собственности, распитием алкогольных напитков, употреблением наркотических веществ… В общем, там довольно много причин. Попутно следователь Ким решил поговорить с Хисыном, потому что эти убийства всколыхнули спящее болото основательно.       Чонвон поставил две чашки на журнальный столик и отряхнул ладони.       — Что-нибудь сладкое?       — А что у тебя есть?       Через минуту Сону радостно ковырялся ложкой в клубничном пирожном, начиненным таким количеством крема, что любому стало бы дурно от одного вида. Но ему нравилось периодически баловать себя, а на фоне стресса от бурных поворотов судьбы грех не слопать побольше.       — Он добрался до Ли Ёнбина и Ким Раым?       — Думаю, да, — Чонвон как-то странно взглянул на него. — А… То есть в последний раз, когда я видел следователя, он разговаривал с третьекурсниками.       Сону облизал ложку и задумался.       — Косатка обладает полной устойчивостью к магическому воздействию, хотя до сих пор не ясно, что именно отвечает за барьерное свойство. Следуя логике, антимагическое зелье и люди, на которых магия не действует, должны иметь что-то общее с дельфинами. В чём же связь? Как именно добывают зелье?       — Алхимические зелья приобретают свои магические свойства, когда алхимик взаимодействует с компонентами и участвует в процессе приготовления, — Чонвон замолчал, когда Сону зачерпнул полную ложку крема, продолжив более низким голосом: — Думаю, с антимагическим зельем похожий принцип.       — Тогда его должны варить антимаги, но если мы направляем сырую магию, то что используют они? Слишком мало данных для анализа, — почувствовав, что переел, Сону с сожалением отодвигает оставшуюся половинку пирожного и берёт чашку в руки.       Мирное обсуждение прерывает тихий стук. С некоторой неохотой Чонвон разрешает войти.       — Ох? — девушка с кудрявым буйством на голове, старательно уложенным заколкой, заглянула внутрь. — Ты занят?       Сону показалось, что Чонвон был особенно не рад видеть её. Поднявшись с дивана, президент подошёл к длинному столу и достал тонкую пачку бумаг.       — Вот, как ты и просила, можешь забрать.       Девушка очень быстро перестала смотреть на Сону и сосредоточилась на своей цели. В одной руке она держала розовый пакетик с сердечками. Раньше он видел её в шахматном клубе, но она предпочитала держаться особняком в отличие от той же Хо Юнджин. Пока Чонвон и незнакомка переговаривались на тему сценария Зимнего бала, а именно о выступлении с пианино, дверь кабинета открылась без стука.       Ли Хисын собственной персоной замедлился, стоило ему заметить сидящего на диванчике Сону. Далее его взгляд перескочил на занятого Чонвона.       — Привет, — отстранённо сказал Хисын непонятно кому, всё-таки переступив порог. Прижав к телу папку согнутой рукой, второй он нёс школьную сумку, которую левитацией отправил на пустой стул.       — Ты боишься магичить в коридорах, потому что следователь прижал тебе хвост? — не утерпел Сону. О чём же велась беседа с Ким Намджуном?       Хисын задумчиво повертел папку и поступил с ней также как и с сумкой, после чего за два шага достиг дивана и сел практически вплотную. Не ожидавший подобного Сону едва удержался на месте.       — Обычно я стараюсь следовать правилам, — вполголоса ответил Хисын, устанавливая зрительный контакт. — Но иногда не получается.       Чужое колено соприкоснулось с ногой Сону, и он немедленно отвёл её.       — Да, я оценил это, когда ты разрушил всё в кафе и сбежал.       К его чести, Хисын потрудился смутиться. Оно и правильно! Сколько нервных клеток Сону потерял в то утро?! А сердце вообще чуть не прекратило биться от страха, что неуравновешенный маг устроит геноцид прямо там.       — Прости, что напугал, — пробормотал Хисын, поджимая рот. Опустив руку между ними, он перенёс вес своего тела, наклоняясь к Сону.       — Не находишь, что тебе слишком часто приходится извиняться? Может пора прекратить подкидывать поводы?       Не зная, что сказать, старший прикусил губу и кивнул. На удивление, он выглядел весьма прилично, Сону ожидал, что после внезапных новостей Хисын совсем запустит себя.       Вдруг между их лицами появилась мужская ладонь.       — Хён, подай пожалуйста мою чашку.       Сону отпрянул назад, удивлённо повернувшись и встретившись взглядом с отчего-то мрачным Чонвоном. Хисын тоже повернулся, однако на него Чонвон не смотрел. В итоге получив запрашиваемое, президент остался стоять у дивана.       — Если на этом всё? — намекающим тоном обратился он к шахматистке-пианистке, однако она не стушевалась, протянув ему пакетик с сердечками. — Что это?       — Я видела, что ты не приходил на обед сегодня, а до ужина ещё много времени. Недавно мы с одноклассницами нашли рецепт постного печенья, и я вспомнила, что ты не любишь сладкое. Поешь, думаю, к кофе в самый раз.       — Спасибо, но я в принципе не ем мучное, — не моргнув глазом, соврал Чонвон. Так мастерски игнорировать, что журнальный столик заставлен десертами, причём парочка подъедена с его стороны, надо уметь.       — А я всё же оставлю.       Сону мысленно поаплодировал выдержке девушки, поднося чашку кофе к губам. Она аккуратно положила пакет с печеньем на длинный стол, используемый для переговоров, попрощалась со всеми и ушла с милой улыбкой.       — Похоже, ты ей нравишься, — откинувшись на подлокотник, заметил Хисын.       Чонвон сел на прежнее место с пустой чашкой, широко расставив ноги и опираясь предплечьями на колени. Глядя на Сону, он расслабил галстук и расстегнул верхние пуговицы, открывая вид на ключицы.       — Неважно, кому я нравлюсь, — наконец, взглянув на старшего, отрезал Чонвон. — Главное, кто нравится мне. У тебя какое-то дело, хён?       Поняв, что потянуло жареным, Сону аккуратно вернул чашку на стол.       — Не буду мешать, — не слушая возражений, он поднялся. — Спасибо за кофе. И да, Хисын, я всё ещё жду от тебя отчёт по шахматному клубу. Будь добр, вспомни о своих обязанностях. Можешь оставить его где-нибудь здесь. До нескорой встречи!       Стоило двери за ним закрыться, Чонвон и Хисын переглянулись.       Они провели в кабинете около сорока минут, после чего четверокурсник устало разлёгся на диване, намереваясь поспать немного. Но перед этим он проследил, как Чонвон мимоходом забрал со стола пакет с подаренным печеньем и прицельно бросил его в мусорное ведро.       — Что? — невозмутимо спросил президент, держа в руках тарелку с клубничным пирожным, наполовину уничтоженным. — Спи давай.              Сону не ушёл далеко от школы. Собираясь зайти в библиотеку через башню, он обогнул сад и наткнулся на странную картину.       Какой-то придурок висел на стене, вцепившись в кирпичную кладку, и пытался заглянуть в окно. Ростом он может выдался, однако уровень первого этажа башни был выше двух метров. Сону бы прошёл мимо, отказываясь от перспективы вляпаться в чью-то проблему, но в поле зрения попали знакомые кеды.       — У вас с Суха новое хобби изображать из себя человека-паука? — с сомнением спросил Сону, останавливаясь напротив. — Ты чем тут занимаешься, Джей-хён?       — А? Сону? Я просто… А-а-а!       Прикрыв горящее от испанского стыда лицо, Сону молча наблюдал, как Джей пытался подняться с земли. Ему даже стало жаль отбитый зад, но ненадолго, потому что каким идиотом надо быть, чтобы делать что-то подобное? И для чего?        — Ты-то мне и нужен! — радостно заявил Джей, отряхиваясь и принимая позу сгорбленной старушки. — Давай, забирайся мне на спину.       — Что?! Я не буду!       — Залезай давай!       — Ты совсем с ума сошёл, хён? Тебя по голове ударили?! Отойди от меня… нет, стой! Отпусти меня!       — Не кричи, я же не убиваю тебя, — раздражённо шикнул Джей, удерживая изумлённого Сону в крепких объятиях. Для верности он закрыл ему рот ладонью. — Следователь поймал Ли Ёнбина, я хочу услышать, о чём они говорят.       — И как это сделать через стекло?! — также раздражённо, но гораздо тише прошептал Сону, убирая чужую руку.       — Просто попробуй.       Сону пожалел о каждом совершённом им выборе на тропе жизни, благодаря которым ему пришлось сидеть на плечах Джея. К сожалению, ответ «нет» не воспринимался, и чтобы от него просто отстали, он позволил этому случиться. Когда же мимо кто-то проходил, Джей принимался ходить туда-сюда, делая вид, что ничего стрёмного не происходит.       — Всё, ушёл, ещё раз, — скомандовал Джей и встал у окна. Сону вздохнул, вытягивая шею. Разумеется, как бы он не старался, ни звука не удалось уловить. Он толком и увидеть никого не смог, не хватало буквально несколько сантиметров.       — Подожди, я сейчас, — Сону использовал чужие плечи, чтобы подняться с сидячей позы. Упираясь коленями, он прижался грудью к стене. — Уронишь меня, и тебе конец.       — Не переживай, не уроню.       Помещение в башне напоминало учебный класс. Крайне заброшенный и никем не используемый, однако вряд ли следователя Ким это беспокоило. Он сидел на столе со скрещёнными на груди руками и слушал сидящего на стуле Ли Ёнбина.       — Не слышно всё равно.       — Чёрт, я думал… Ай ладно.       Сону не спешил спускаться, залюбовавшись фигурой следователя. Интересно, широкие плечи у Ким Намджуна от природы или он специально подкачался? По долгу службы наверняка ему приходилось много заниматься, верно?       Жаль, что он пришёл в гражданской одежде. Сону особенно привлекали парни в форме.       Замечтавшись, Сону вдруг осознал, что смотрит прямо в глаза мужчине. На лице сама по себе возникла улыбка, которой он соблазнял познакомиться с собой, однако до него быстро дошло, что ситуация не особо располагает к этому. Во-первых, он сейчас школьник. А во-вторых, Ким Намджун встал и направился к окну.       Вцепившись в волосы Джея, Сону покачнулся и вернулся в сидячее положение.       — Быстро валим!       — Что?!       — Беги!       Благо, долго Джей размышлять не стал, сразу рванув прочь. Сону пришлось сжать его голову своими бёдрами и выдрать ему часть волос, потому что не взирая на стальную хватку Джея, ему всё ещё было страшно грохнуться наземь!       Они убежали за угол, но Сону долго не мог отдышаться, чувствуя, как сердце бешено стучит. Боже, если ты есть, за что ему такие наказания? Никогда ему не приходилось убегать от мужчин, обычно всё в точности наоборот!