Любить нельзя уйти

Утро после такого яркого вечера, действительно могло бы быть добрым. Разумеется, не находись Адидас и Кащей в их пацанском логове, в стальную дверь которого со всей дури тарабанили. - Блядь, походу Кащей опять уснул там, после попойки. – закатил глаза Турбо и еще разок пнул по двери. - Ты тише будь, блин. Не хватало с утра пораньше пиздюлей огрести. – Зима дернул за рукав друга и немного оттащил в сторону. - Ты че толкаешься? – нахмурил брови парень. - Угораешь что ли? Я не толкал. – возмущенно отвечает Зима. - Толкал. – Турбо пихает Вахита в грудь и подходит ближе. - Не толкал, бля! – Зима с удвоенной силой, толкает Валеру в ответ и встает в стойку. Оба кидаются друг на друга и валяться в холодный снег, катаясь по нему, затевая драку и на время забывают про закрытый подвал. Адидас продирает глаза от шума первым и в ту же секунду приходит в себя от ужаса. Потерявшись в пространстве, пытается вспомнить, где ключ. Но потом понимает, что есть проблемы и посерьезнее. Накинувшись на спящего Кащея, которого хрен разбудишь пушечным выстрелом и начинает тормошить его со всей силы. - Да вставай же ты, ебаный в рот. – стараясь как можно тише шипит Вова. - Королевишна моя, дай поспать еще а… - Кащей перекладывается на другой бок и причмокивает губами, как ребенок малый, которого мамка в школу будит. За такое прозвище, Адидас потом ему навешает еще, а сейчас не до этого. Он хватает Кащея за грудки и начинает трясти, так что у того глаза разлепляются в мгновение ока. - Бляха, Вова, ты че творишь! – пытаясь проморгаться, ругается в ответ на сие действо Кащей. - Тихо ты. Вставай живо. – командует Адидас и кивает на дверь. За дверью вместо стука, уже слышно какое-то кряхтение, крики и возня по хрустящему снегу. - О, зуб даю, там Турбо с Зимой, валяются. – хрипло от сушняка, смеется Кащей, потирая глаза, – ну минут пять еще у нас есть, иди ка сюда. – и тянет Вову, роняя на себя. - Да ты ебанулся что ли совсем. – Вова вскакивает обратно на ноги и весь красный , как рак, поглядывает то на дверь, то на Кащея. И вдруг до Адидаса доходит, что вся одежда что у одного, что у второго, в белых засохших пятнах, которые знающий пацан, ну не с чем не перепутает. Пиздец, приплыли. А это чудище смеется опять, ну честное слово на кулак нарывается, смешно же так, что оборжешься, придурок ей богу. - Быстро рубашку снимай, весельчак ты хуев. – дергает Адидас за край черной ткань рукава с явным психом. - Раздеваешь? Ну хорошо, хорошо, не спеши только, у нас же все-таки гости. – скалиться Кащей и снимает с себя рубашку, оголяясь. Адидас бы может и полюбовался, но сейчас и мысли такой не возникает. Он забирает рубашку из рук Кащея и засовывает в рукав своей куртки, после чего поспешно напяливает ее на себя, протискивая руку особенно тяжело в отверстие, куда сунул тряпку. Запахивает куртку так, чтобы закрыть свою тельняшку и садится на стул, пихая в рот сигарету, подкуриваясь. Кащей за всем этим театром спокойно наблюдает улыбаясь, а когда Вова садится курить, берет со стола ключ и идет к двери. - Че устроили тут? Быстро внутрь. – гаркает на двух парней в снегу, Кащей и распахивает дверь настежь. Морозный воздух обжигает голую кожу и в нос приятно бьет свежий воздух. Турбо и Зима, как попрыгунчики отскакивают от земли и уже стоят по стойке смирно, косясь друг на друга. - Детский сад. Реще давайте. – плюет в сторону Кащей и начинает заходить внутрь. Парни быстро просачиваются следом и дверь закрывается. - Ооо, Адидас! – Зима тут же переключается на старшего и жмет ему руку, а глаза счастливые пресчастливые. - Здорово! – повторяет тоже самое Турбо и они обнимаются, так крепко, по-мужски. - Здорово, пацаны. – искренне улыбается Адидас, жмет им руки, но куртку придерживать не забывает. – Вы все такие же, два оболтуса. – смеется Вова, разглядывая, как тает снег на одежде пацанов. – Приятно видеть, что хоть что-то стабильно у нас. На тренировку пришли? - кивает на ринг Вова. Зима и Турбо быстро машут головой в согласии и переглядываются снова. - Так он первый вечно начинает, че я. – шмыгает носом Зима. - Слышь, кто первый то начинает? – грозно зыркает на Вахита Турбо. Адидас так громко смеется, что Кащей невольно на пару секунд в улыбке расплывается, а потом снова возвращает себе безразличное выражение лица. Вова хлопает парней по плечам и приглашает за стол сесть, покурить вместе. Те охотно соглашаются, скидывают куртки и принимают сигареты. - А ты че в куртке то, Адидас? Жарко же. – потирает короткую стрижку Вахит. - Замерз. – резко отвечает Вова и чиркает спичками. Парни пожимают плечами и не заморачиваясь, начинают задавать Адидасу тысячу и один вопрос. А тот охотно отвечает, делится всем, что его пацанам интересно, где-то смеется, где-то брови хмурит, а те слушают не перебивая с открытыми ртами. - Во пацаны скоро придут офигеют, расскажешь еще раз а, Вов? - Расскажу, все расскажу. Только дел у меня сейчас много, к родакам надо, к Маратику. Вечером, пацаны. – слабо улыбается Адидас и встает с места. - Ща отвезу тебя, мне как раз в ту сторону, до хадишевских надо, перетереть пару моментиков. – тушит окурок Кащей, одевает свой кожаный плащ и меховую шапку. Они жмут Зиме и Турбо руки, на прощание и не глядя друг на друга выходят из подвала. - Не, ну ты видел? Один в куртке, в помещении сидит, второй в одном плаще зимой на улицу поперся. – усмехается Турбо. - Да ты же знаешь Кащея, может от бабы какой приехал ночью пьяный. – пожимает плечами Зима. - А Адидас тогда че тут один делал? Он же вчера вернулся только, тогда бы с близкими дома тусовался, явно бухали вчера. - в подтверждение Турбо кивает на стол, где стоят бутылки и стопки. - Ой, заебал, тебе ли не похуй, а? – машет рукой Зима воздухе. - Че заебал то? Грубишь сразу, – фыркает Турбо. - Кто грубит то? Ты так-то начал развозить, кто в чем одет, да кто где был. - передразнивает Зима. - Я начал? – искренне удивляясь разводит руками Валера, – ты че пиздишь то? - Ты кого пиздаболом назвал? – кидается Зима на Турбо, и они валятся на грязный пол, забывая, что изначально пришли на тренировку. На улице сегодня крайне холодно и Кащею аж зубы сводит, в одном кожаном плаще, пока машина прогревается. - Заболеешь же, иди обратно в подвал, я пешком дойду, – строго говорит Вова. - Да мне по факту надо перетереть. Раз уж такая канитель, сразу решу и делами займусь. - С кем ты перетирать в таком виде собрался? – цокает Адидас. - Переживаешь, Вовка? – лыбится, падла, пялится опять. - Ой иди в пизду, - рычит Адидас и порывается выйти из машины. - Тише-тише, - тянет за куртку Кащей, - успокойся, поехали. – и убедившись, что Вова больше не двигается, трогается с места. - Со мной поднимаешься, кофту дам, - как можно более беспристрастно говорит Адидас. Кащей одним уголком губ улыбается тепло и ничего не отвечает. Вове даже странно, что тот не съязвил, но это и хорошо, а то опыт на ходу из машины выпрыгивать у Адидаса тоже имеется.