Старший брат / DaGe 大哥 Brother

Перевод: ksee_sem

Вэй Цянь, наклонившись, осторожно обрабатывал небольшие раны на теле Вэй Чжиюаня. Вэй Чжиюань не заметил, что могло ударить его так сильно по затылку, что осталась довольно глубокая рана. Они уже съездили в больницу, где ему обработали рану и наложили швы. Все остальные раны на теле были незначительными и не причиняли особого вреда. Вэй Цянь с хмурым лицом поочередно дезинфицировал каждую ранку, а потом мазал лечебной мазью. Вэй Чжиюань снял рубашку, отбросил ее в сторону и спокойно сидел ничем не выказывая боль от прикосновения к ранам. Только глаза неотрывно следили за лицом Вэй Цяня. Через некоторое время он вдруг сказал: "Гэ, может, хватит хмуриться?"  Вэй Цянь сердито ответил: "А тебе какая разница? Я еще даже не получил плату за лечение, а ты уже придираешься к его качеству?"  "Да, нет. Как раз наоборот. - спокойно ответил Вэй Чжиюань. На мгновение он поколебался, словно решая стоит говорить следующие слова или нет. И все таки продолжил, решив быть откровенным. - Дело в том, что твои действия заставили меня почувствовать возбуждение". Вэй Цянь, казалось, мыслями был где-то очень далеко, поэтому никак не отреагировал. Но, опомнившись через пару секунд, произнес: "Вэй Чжиюань, если у тебя есть силы "забираться на лицо через нос"*, то, надо полагать, что с тобою все в полном порядке, да?" [*прим. ksee_sem: идиома обозначающая "вести себя наглым образом"] Вэй Чжиюань посмотрел на него, медленно опустил голову и грустная улыбка скользнула по его лицу. Вэй Цянь знал, что он намеренно принимает такой жалкий вид, но одна странная мысль все равно закралась ему в голову: "Неужели ему доставляет удовольствие вести себя как маленький щенок, который с радостным лаем прибегает выпросить косточку, прекрасно понимая, что за это он получит пинок под зад?" Однако не успел Вэй Цянь закончить жалеть его в своей душе, как Вэй Чжиюань повернул голову и чистосердечно спросил: "Так можно я тебя поцелую? Не в губы, конечно, просто подставь мне щеку или лоб".  Терпение Вэй Цяня было на пределе, он поднял голову и, нахмурившись, пристально посмотрел на него. Вэй Чжиюань не был готов так просто сдаться и вовремя отступить, поэтому жестом показал: "Всего лишь малюсенький поцелуйчик" "...твою ж мать", - почувствовав, что его небольшое сочувствие было растрачено таким вот образом, директор Вэй, с трудом державший себя в руках, просто взорвался от гнева. Вэй Чжиюань рассмеялся, как будто действительно получил поцелуй, и почувствовал себя счастливым, слушая ряд проклятий в свою сторону. В этот момент во входную дверь постучали и Вэй Цянь ушел. Он открыл дверь и впустил Сань Пана и Ма Чуньмина. "Как дела? Дай посмотреть. Матерь божья, диди, ты что выполз из окопов в Ираке? - как только Сань Пан вошел в комнату, он осмотрел Вэй Чжиюаня с головы до ног, а затем указал на бутылочку в руке Вэй Цяня и спросил. - А это что это за штуковина?"  Вэй Цянь объяснил: "Я не помню, но кто-то подарил мне бутылку байцзю** не так давно. В ней есть градусов 50 алкоголя". [**прим. ksee-sem: традиционный китайский алкогольный напиток, наиболее близкий к водке. Представляет собой продукт перегонки, прозрачную жидкость со специфическим запахом. Содержание этилового спирта в байцзю варьируется от 40 до 60%] "Что, враг настолько силен, что ты рассчитываешь казнить его через "тысячу надрезов"? - спросил Сань Пан. - Это лекарство такое? Врач прописал?"  "Нет, это моя инициатива. Думаю, лишним не будет, ты же видишь какой он скользкий. Не похоже, что его когда-нибудь дезинфицировали, как думаешь? - произнес Вэй Цянь и взглянул на Вэй Чжиюаня. - Больно?" Вэй Чжиюань отрицательно покачал головой, но было видно, что даже если это не так, они никогда в этом не признается. Не успел он закончить качать головой, как его щелкнул по лбу Сань Пан: "Дурак, что за бравада! - строго прикрикнул на него Сань Пан, а затем повернулся к Вэй Цяню и мягким голосом произнес. - Ты можешь идти". Вэй Цянь бросил ему бутылочку алкоголя и вышел вслед за Ма Чуньмином на балкон с сигаретой во рту.  Ма Чуньмин последними усилиями воли, заставил себя вырваться из водоворота своей разбитой любви и приехать сюда. Он негромко спросил Вэй Цяня: "Это было случайно?"  Лицо Вэй Цяня потемнело: "В девяти случаях из десяти - обычно это не так".  Голос Ма Чуньмина стал еще тише: "Это из-за того участка земли в городе А? Они могут преследовать нас здесь? Это уже перебор! Может, заявить в полицию?" Вэй Цянь спокойно выпустил колечко дыма и произнес: "Можно было бы, но у нас нет доказательств". В городе А размещался хороший участок земли, который изначально был запланирован как площадь. Он остался единственным свободным участком земли в центре города. Правительство объявило, что намерено передать этот участок земли под коммерческую деятельность. Вэй Цянь и остальные уже более полугода присматривались к нему. Земельный участок такой высокой ценности очень редко попадается, поэтому кроме них в желающих была еще одна местная компания. Говорят, что главой конкурирующей стороны являлся человек по имени Ван Дунлян. Ему было слегка за пятьдесят. Он собрал под своим крылом и обеспечил трудовыми местами бывших заключенных. Были времена, когда и сам он был не особо хорошим человеком и промышлял не законным бизнесом. И хотя теперь от того бизнеса уже ничего не осталось, но "собаку не отучишь есть дерьмо", поэтому его бандитские замашки никуда не делись. Сначала он послал людей на переговоры и предлагал отступные в 50 миллионов, чтобы Вэй Цянь со своей командой отказался от участия в конкурсе. Но даже дураку было понятно, что это было чистой воды надувательство. 50 миллионов - это просто комариный укус, по сравнению с тем, насколько прирастет в цене данная земля. Пришедший извне, пусть и очень сильный, никогда не сможет подавить местные темные силы. Ван Дунлян и предположить не мог, что будет повержен чужаком. Он вдоль и поперек оббегал город А, но краб не может тягаться с раком-богомолом***. Тот кто привык двигаться только горизонтально не помнит, что можно совершить прыжок вверх. [***прим. ksee_sem: интересное сравнение с водным миром. Краб двигается боком, вдоль поверхности, а рак-богомол может при атаке совершать резкий и сильный выпад вверх. В своей среде при их столкновении у краба просто нет шансов выжить. Полагаю, что здесь шло сравнение в ведении бизнеса, методы которые использовал Вэй Цянь были более результативные] Поэтому Ван Дунлян пришел в бешенство. Накануне аварии в офис Вэй Цяня было направлено несколько писем с угрозами. Сяофэй тут же устроила большой переполох и сразу же обратилась в полицию, но отправителя писем вычислить так и не удалось. Они не смогли найти улики и доказательства того, что к этому причастен Ван Дунлян. Лабораторная экспертиза ничего не показала. Что до местной полиции, то проводить расследование в другом городе она не могла, а сотрудничество с местными службами города А оказалось очень затруднительным. Вэй Цянь просто приказал Сяофэй больше "не поднимать шум", а письма пустил на самокрутки из табака. Видя, что угрозы не действуют, а время торгов приближается, Ван Дунлян забеспокоился и решил действовать более агрессивно. "Разве это не просто кусок земли? Почему бы нам не сняться с торгов? Наша страна занимает 9,6 миллиона квадратных километров. Нужно ли нам воевать за этот маленький клочок земли? - спросил Ма Чуньмин. - Кроме того, мы занимаемся легальным бизнесом, но этот Ван Дунлян - бандит в чистом виде, которому совершенно наплевать на законы. Как мы можем с ним бороться? В этот раз он заставил кого-то врезаться в твою машину, а в следующий раз он отправит бомбу в твой дом? Его не остановит никакой закон, он преступник!"  Вэй Цянь, не моргнув глазом, ответил: "Это невозможно. Даже если бы этот кусок земли предлагали бесплатно, то я бы выложил доллар и подписал договор купли-продажи. Я точно не допущу, чтобы эта земля попал в руки человека по фамилии Ван".  Ма Чуньмин вздохнул и поучительным тоном произнес: "Месть до добра не доведет..." "Месть? Я ее не испытываю", - Вэй Цянь стряхнул пепел от сигареты в мусорный бак на балконе. - Это он то опасный бандит? Просто он меня еще не знает". Доктор наук Ма потерял дар речи, он никогда не видел, чтобы важные люди соревновались за звание "страшный бандит".  "Что именно ты хочешь сделать... - доктор наук Ма попробовал возразить. - Ты собираешься ответить на насилие насилием? Не смеши меня!" Вэй Цянь посмотрела на него с улыбкой на лице: "Эй, ты обнаглел настолько, что смеешь со мной перепираться?" Ма Чуньмин: "Я напоминаю тебе, что нужно быть более благоразумным". Вэй Цянь в ответ: "А сам то? Это говорит мне человек, который целую ночь простоял под дверями отеля? Ма Чуньмин: "..."  Острый нож ударил прямо в грудь и заставил его задохнуться, потребовалось некоторое время, чтобы он снова смог заговорить. Через несколько секунд Ма Чуньмин отряхнул одежду и вышел вон, тихо шевеля губами в проклятиях: "Ты просто... просто мудак! Мерзкий ублюдок!"  Он выглядел точно как достопочтенный муж, который подвергся сексуальному домогательству. Вэй Цянь мягко улыбнулся, присел на маленький диван на балконе и вытянул ноги. Он посмотрел сквозь стекло на осеннее небо, поднес сигарету ко рту и затянулся. Через некоторое время пришел Сань Пан, Вэй Цянь поднял голову и бросил на него вопросительный взгляд. Сань Пан подтянул штанины и присел рядом с ним: "С мальчиком все в порядке, но вам обоим очень повезло, что вы так легко отделались".  "Легко отделались? - Вэй Цянь встал, оперся руками по обе стороны балконного окна и внимательно посмотрел вниз. - Кто-то следит за моим домом. Можешь сегодня поработать сверхурочно и вернуться в компанию. Хочу чтобы ты пробежался по старым "контактам", посмотри кого можно будет найти". Сань Пан на мгновение удивился: "Ты собираешься сражаться с Ван Дунляном до смерти?" "Это он хочет устроить мне смертельную войну. - Вэй Цянь поднял глаза и посмотрел на Сань Пана. - Что? Ты пытаешься показать мне такой же цинизм, как Ма Чуньмин?" "Это не так, - Сань Пан покачал головой, - Ма Чуньмин родился в хорошей семье. Он прилежно учился с детства и стал интеллектуалом высокого уровня. Сейчас его хобби - сидеть дома и читать книги. Он типичный ученый. Ученые не хотят заниматься подобными вещами. Они считают, что цена слишком высока". Но Сан Пан видел истинную суть: "хорошего человека" очень легко обидеть, особенно если оскорбить или задеть гордость. Все это знают.  Сань Пан выразил беспокойство: "Вопрос в том, сможем ли мы его победить?"  Вэй Цянь наклонил голову на бок и посмотрел на него: "Если бы он был Ху Сие, то я бы избегал его. Но это ведь не он?"  "Что ты имеешь в виду?"  "Если кто-то хочет выжить в мире бизнеса, то он должен знать правила преступного мира. Используя весь набор коварных уловок и бандитских приемов, он действительно считает себя важным боссом? - усмехнулся Вэй Цянь. - Не получится долгое время спонсировать преступную деятельность доходами от легального бизнеса. И пусть эта земля действительно хороша, но ведь не до такой степени, чтобы нанимать кого-то и устраивать аварию для меня и потом забрать этот кусок земли себе... Угадай, почему он пошел на это?" Сань Пан тихим голосом ответил: "Может у них недостаточно денег, и они боятся, что мы поднимем цену на аукционе".  "Он вообще не в состоянии себе это позволить. Это равносильно тому, что пытаться перепрыгнуть через высокую стену. Вот почему он идет на такие отчаянные меры", - произнес Вэй Цянь. Сань Пан на мгновение замешкался: "Тогда нужна защита..." "Я уже сказал всем, чтобы они были осторожны. Если менеджеры беспокоятся, то они могут нанять кого-нибудь для охраны. Если кто-то обнаружит подозрительных людей возле своего дома, то они могут обратиться в полицию и сказать, что их преследует банда воров... Позвони директору Чжао и расскажите ему, что происходит. Хотя лучше я приглашу его на ужин через пару дней. Все понесенные расходы будут компенсированы". Вэй Цянь был надежным человеком. В некотором смысле он был более надежен, чем Лао Сюн, который излучал атмосферу бессмертия и целыми днями притворялся богом, и Ле-гэ, который все еще был мертв. Насколько Сань Пан знал, что он толстый, ровно настолько же он понимал, что не обладает какими-либо выдающимися способностями. А Вэй Цянь обладает. Поэтому, услышав слова Вэй Цяня, он больше ничего не сказал и просто решил следовать его указаниям от "а до я". В этот момент Сань Пан вдруг резко сменил тему: "Эй, я хотел спросить, как Сяо Юань получил такую глубокую рану на затылке? Еще немного в сторону, и он бы умер!"  Вэй Цянь не задумывался над этим, но тут, словно что-то вспомнив, коротко сказал: "Стекло со стороны водителя было разбито. Возможно, его поранило острым осколком". Эта фраза содержала минимум слов и звучала довольно сухо. Не смотря на то что внешне Сань Пан казался грубым и толстокожим, но его ум, был похож на шуструю и сообразительную обезьянку. Услышав эти слова, он окинул взглядом невредимое тело Вэй Цяня и, немного задумавшись, смог представить то, что действительно произошло в момент аварии. Сначала он нахмурился, а через некоторое время не знал, что и сказать: "Его любовь к тебе... это... О, это просто... " Стоило ему упомянуть об этом и спокойное безразличие на лице Вэй Цяня мгновенно испарилось. Он нахмурился и сел на маленький диванчик, чуть не подвернув себе ногу от неудобной позы. В раздражении он привстал и пересел по другому, потом в отчаянии махнул рукой: "Даже не поднимай эту тему, меня это бесит до невозможности!" Сань Пан какое-то время молчал: "Ты же знаешь, что моя Линь Цин беременна? Никто в компании больше не осмеливается просить ее работать, поэтому она бездельничает целыми днями. Чтобы не скучать, она накупила большую кучу странных романов и заставляла меня читать их вместе с ней. А когда я запротестовал, то она обвинила меня в том, что я ее больше не люблю. Против собственной воли, мне пришлось прочитать несколько книг, и я понял одну вещь. То, что обычно говорят другие люди - это просто чушь. Главное, чтобы рядом был подходящий тебе человек с кем ты мог бы прожить свою жизнь. На самом деле, мы очень подвержены гормонам, поэтому начальный период отношений для нас как шквал эмоций, но со временем что мы можем сказать? После десяти лет он все также хочет быть с тобой. Он не устал от этого. Может, так будет лучше для тебя...Ты тоже был одинок все эти годы. После четырех лет разлуки он вернулся и, мне кажется, его чувства стали еще сильнее. Ты пробовал поговорить с ним об этом?"  Вэй Цянь раздраженно ответил: "Стой, толстяк, что ты имеешь в виду? Разве не ты развесил фотографии голых девушек в моем доме, пока я отсутствовал?" Сань Пан: "Если бы Сяо Юань был девушкой, я бы уже давно привязал тебя к его кровати".  Когда речь зашла о таких отношениях, то обоим стало неловко продолжать этот разговор. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Наконец, Вэй Цянь вытянул палец, указал на дверь и произнес: "Убирайся!"  Сань Пан грузно встал, повернулся к Вэй Цяню и обхватил его руками, пару раз похлопав по спине: "Оставляю это решение за тобой".  Сказав это, он широким размеренным шагом, словно вальяжно прогуливаясь, вышел на улицу, где столкнулся с унылым доктором Ма, который был подавленном и плохом настроении: "Ну же, Мастер Черепаха, не упрямься. В наше время бандиты не могут одержать победу над "порядочным человеком", у которого бандитское сердце... Ну, что ты ты как ребенок..."  Они ушли, а Вэй Цянь смотрел им вслед. Потом он заметил, что этот ублюдок Ма Чуньмин нарисовал ручкой двух маленьких бронированных черепах на задней стороне балконной двери. Каждая из них держала в руках швейную иглу и смотрела друг на друга. Вэй Цянь с любопытством внимательно рассматривал их: они были чем-то похожи на черепашек-ниндзя. На голове каждой из них была нарисована повязка, а на одной повязке еще и было еще приписано "Эр". Вэй Цянь понял послание Ма Чуньмина - "двое детей хотели сражаться". ... Этот ублюдок все еще хорошо живет под его крылом, получает зарплату и время от времени бросает ему вызов. Вэй Цянь почувствовал, что тот действительно мудрец. Вдруг он услышав сдавленный смех и обернулся. За спиной у Вэй Цяня стоял Вэй Чжиюань.  Парень все еще был без рубашки. Его плечи были широкими и прямыми, а мышцы на обнаженной верхней части тела были четко прорисованы и изящны. Даже жалкие раны не портили вид, а скорее наоборот, добавляли ему жизненной силы и дикости.  Не известно сколько раз ему доводилось видеть голый зад этого парня, но почему тогда сейчас Вэй Цянь был смущен как никогда. Он поднял свой взгляд выше и по максимуму заставил себя сосредоточиться на носу Вэй Чжиюаня: "Я попрошу Сяофэй позаботиться о Сяобао, а ты постарайся поменьше выходить на улицу в ближайшие несколько дней. Я тут столкнулся кое с чем неприятным из-за дел в городе А". Не успел он договорить, как Вэй Чжиюань внезапно прервал его: "На самом деле, я еще никогда не чувствовал себя настолько счастливым как сегодня". Вэй Цянь был ошеломлен, он интуитивно почувствовал, что может за этим последовать. Он догадывался, что Вэй Чжиюань собирается сказать дальше, и хотел остановить его, но кровь внезапно застучала в висках, и какое-то время он не мог вымолвить ни слова.  Вэй Чжиюань в это время медленно приблизился к нему и оперся руками на стену позади Вэй Цяня.  "Еще с тех пор, когда я был ребенком, я всегда мечтал, что настанет время, когда я смогу тебя защищать. - голос Вэй Чжиюаня звучал необычайно мягко. - Но ты никогда не давал мне шанса на это. Но сегодня, наконец-то, моя мечта исполнилась". Вэй Цяня судорожно сглотнул, но из-за слегка опущенных век казалось, что в выражении его лица ничего не изменилось. Вэй Цянь холодно ответил: "Ты определенно болен". Вэй Чжиюань горько улыбнулся, выглядя немного расстроенным: "Сюн-гэ сказал, что каждый день я должен перед сном, глядя на стену, анализировать события этого дня, думать об ошибках и вспомнить свои мысли глубокие или мимолетные, которые посетили меня в этот день. Было время, когда я с друзьями создавал одну игру на тему катастроф, и в то время у меня каждый день возникала одна и таже настойчивая мысль. Я хотел, чтобы внезапно произошло сильное землетрясение, и город вместе со всеми зданиями и сооружениями был бы погребен в руины. Тогда бы я смог использовать свою плоть и кости, чтобы сделать брешь для тебя среди этого хаоса. И тогда бы ты смог увидеть, что я готов разорвать свое тело в клочья ради твоих объятий". Он пристально посмотрел в глаза Вэй Цяню, и его рука, лежащая на стене, медленно опустилась вниз и нежно легла на плечо Вэй Цяня: "Но потом я проанализировал эту мысль и понял, что причина, по которой она возникала, заключается в проявление ненависти к тебе. В том, что я хотел мучить себя с намерением отомстить. Это является типичным образом мышления неудачника, поэтому я начал удерживать себя от подобных мыслей, хотя иногда они все еще посещают меня, хоть и крайне редко..."   Он придвигался к Вэй Цяню все ближе и ближе, а потом закрыл глаза и по-детски улыбнулся: "Смотри, на моем теле бесчисленное множество ран, словно изорвана вся кожа. Тебе ничто не мешает ударить меня сейчас, если хочешь..."  Вэй Цянь: "..." Улыбка Вэй Чжиюаня стала еще ярче: "Да, брат, я сейчас представляю опасность для тебя" Однако, сказав это, он в конце концов не сделал ничего возмутительного, а просто запечатлел легкий поцелуй между бровей у Вэй Цяня, очень нежный и осторожный, как стрекоза, которая коснулась глади воды и тут же отлетела в сторону. Затем он убрал руки и отступил назад: "Черт, я так счастлив. Это стоит того, чтобы избить меня до смерти".  Вэй Цянь не понимал, почему он все это время продолжал стоять на месте как осиновый кол и слушал бредни этого психопата. Почему не оттолкнул его и почему так и стоит дальше в одной позе, словно тупой гусь, даже после того как его отпустили. Взгляд Вэй Чжиюаня, звук его голоса и слова Сань Пана "решение за тобой", сказанные перед уходом - всё это перемешалось в голове Вэй Цяня, склеившись в единый комок... В конце концов Вэй Цянь развернулся влево, и, не сказав ни слова, пошел в свою комнату и демонстративно, громко хлопнул дверью.  После этого дня Вэй Чжиюань просто приклеился к Вэй Цяню и настаивал на том, что будет сопровождать его на работу каждый день. Он следовал за Вэй Цянем, куда бы тот ни пошел. В течение следующего дня он попросил Сяофэй поставить в офисе еще один стол с наушниками, чтобы он мог заниматься своими делами. Если вечером у них были вечеринки после работы, то он ужинал с ними, а если нет - они вместе шли домой. Таким образом, Вэй Цянь видел его 24 часа в сутки, пока его глаза были открыты. Через несколько дней вернулась Сун Сяобао в сопровождении Алекса и женщины-полицейского в отставке, которую Сяофэй наняла для охраны. Вэй Цяню ничего не оставалось, как поехать за ней вместе с Вэй Чжиюанем.  Когда Дешевка А впервые увидел Вэй Цяня, то глаз от него отвести не смог. Он пялился на него всю дорогу, разве что слюни не потекли. В конце концов, Вэй Чжиюань, не выдержав, загородил ему обзор и бросил предупреждающий взгляд.  Алекс тайком шепнул Сяобао: "Какой жадный, я всего-лишь хотел посмотреть".  Сун Сяобао вытянула ножку с тонким каблучком и с силой наступила ему на ногу: "я выдавлю...из тебя...хоть каплю... совести". Кожа Алекса была такой же толстой, как городские стены, поэтому ему было все равно. Когда ему не позволили смотреть на одного красавца, он тут же переключился на другого. Он перевел свой взгляд на Вэй Чжиюаня. Он практически раздевал его своим взглядом и облизывал каждую линию мышц на его теле.  Облизнув губы, он посмотрел на Сун Сяобао оценивающим и полным отвращения взглядом, а потом зашептал ей на ухо: "На самом деле, это же тебя подобрали, а не его?" Сун Сяобао уже порядком надоела эта сука, и она планировала избивать его на месте не менее 300 раундов. В этот момент Алекс, который был профессионалом в этом деле и никогда не сопротивлялся побоям, вдруг резко поднял руку и жестом показал "подожди". Выражение его лицо в это время стало очень серьезным: "Посиди спокойно! Не мешай!" Не успев договорить, Алекс вдруг повернул голову, и вдалеке мелькнула чья-то тень. К тому времени, когда они подошли, чтобы проверить, там уже никого не было. "За мной уже давно кто-то следит, - сказал Вэй Цян, - я уже даже начал привыкать".  "Не похоже, что это слежка. - сказал Алекс. - Я думаю, что этот человек тайно фотографирует тебя". Несмотря на то что Алекс был еще той дешевкой, но на самом деле он настоящей супермоделью. В последние годы он даже вошел в кино- и телеиндустрию. Даже такие люди как Вэй Цянь, которые не смотрят телевизор, увидев его чувствуют, что его лицо им знакомо, что где-то они видели его. Контакты с папарацци стали для него почти ежедневной рутиной, поэтому к тайным съемкам он был особенно чувствителен.  Вэй Цянь был поражен его словами. Неизвестно, знала ли другая сторона о том, что они были раскрыты, но на следующий день Вэй Цянь получил в свой кабинет курьера с большой кипой фотографий. Некоторые из которых были относительно четкими, а другие казались очень размытыми. Чем более размытой была фотография, тем более двусмысленным казалось ее содержание. Среди них попалась одна, которая была сделана издалека, за окном комнаты. В действительности Вэй Чжиюань в тот момент сказал ему всего несколько слов и слегка поцеловал в лоб, но на фотографии все выглядело так, будто Вэй Чжиюань прижал его к стене и страстно целовал.  Вэй Чжиюань сразу же подошел ближе: "Это от того самого по фамилии Ван?  Он нахмурился взял самую "откровенную" фотографию: "Прости, это моя небрежность".  Предприниматели и политики - это люди далекие от индустрии развлечений. Все общество призывает "предпринимателей стать представителями социальной ответственности". В частности, Вэй Цянь чаще всего имеет дело с чиновниками местных органов власти и партнерами из крупных компаний. Какого возраста эти люди? В конце концов, среди них есть несколько человек настолько же бесстыдных и развязных как господин Чжан. Но что могут подумать все другие? Что касается происхождения Вэй Чжиюаня, Вэй Цянь редко рассказывал правду другим людям. Он просто говорил, что он его диди, как и Сяобао. Поэтому много ли человек знало, что они не кровные родственники?  В то время, когда гомосексуальность все еще считалась постыдной... как будет воспринят инцест между двумя братьями? Это был перебор. "Не волнуйся, я позабочусь об этом", - Вэй Чжиюань мгновенно успокоился и тут же прокрутил в голове различные варианты, которые могли бы выступить в качестве аргумента в защиту честного имени Вэй Цяня. Если не говорить о том, что желаемое было выдано за действительное, то можно было бы сказать, что он вынудил Вэй Цяня. Его гэ был невиновен, его заставили. Даже если бы это было действительно с согласия Вэй Цяня... он сделает все возможное, чтобы его гэ не попал в новые неприятности. Он готов оберегать его от них всю оставшуюся жизнь. В этот момент зазвонил телефон на столе Вэй Цяня.  Вэй Цянь поднял руку, чтобы прервать слова Вэй Чжиюаня, и ответил на звонок. Собеседник на том конце провода медленно произнес: "Директор Вэй, а тебя действительно очень трудно найти, чтобы сказать пару слов".